Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Открытый перелом


Открытый перелом
Я отчаянно сопротивлялся, пытаясь избавиться от внушительной туши, и, столкнув его с себя, смог подняться на ноги. Сердце бешено колотилось, разгоняя кровь по всему телу вместе с ненавистью, яростью, жестокостью и страхом. Я почувствовал лёгкую боль и прикоснулся к месту на шее, к которому он прижимал свой охотничий нож. На пальцах осталась кровь.

Внутри всё перевернулось, и во мне вскипел гнев, перекрывая панику.

- Ты, членосос, - нападал я, скрывая ужас, который сотрясал моё тело, скрывая страх, которым он, без сомнения, будет наслаждаться. – Как ты, блять, попал сюда, Юрий?

Он упёр руки в бока и улыбнулся.

Я не мог поверить, что когда-то находил эту внушающую страх физиономию красивой. Теперь, когда я смотрел на него, я видел только недостатки. Он облизнул отвратительные губы и склонил голову на бок.

- Ау, Денис, - дразнил он, - ты так встречаешь меня после долгой разлуки?

Мне хотелось избить его до полусмерти.

Он поднял нож, поворачивая серебряную светоотражающую сталь на свету, словно насмехаясь надо мной. Дыхание задержалось в лёгких, воздух внезапно стал слишком густым, чтобы его можно было выдохнуть.

- Ты должен проявлять больше уважения ко мне, малыш Дэн, - угрожающе проговорил он, улыбаясь, когда отражение от стали ослепило меня.

Я пристально смотрел на прекрасное, острое лезвие, гипнотизирующее своей смертельной красотой. Но тут же вернул внимание к психу передо мной. Его улыбка исчезла, и я заметил зверя в его глазах. Он изменился с нашей последней встречи – его взгляд стал жестоким, наполнился дикостью и безумием.

- Ты думал, что сможешь спрятаться здесь, в вашем маленьком любовном гнёздышке навсегда, хмммм? – проговорил он голосом, который вызвал дрожь по телу. – Ты должен был знать, что я найду тебя, Денис... Я всегда нахожу тебя.

Он начал подходить ко мне, и я отступил назад, пытаясь сохранять дистанцию между нами.

- Что тебе, блять, надо, Юрий? – выплюнул я, пытаясь не впадать в панику, когда он начал приближаться ко мне.

- Денис, - сказал он, выглядя потрясённым, - как ты можешь спрашивать у меня подобное? Я хочу то, что всегда хотел – тебя. Я хочу, чтобы мой малыш Дэн вернулся домой, где и должен находиться. Все мои друзья скучали по тебе... Я скучал по тебе.

Я горько рассмеялся, понимая, что у него нож, а значит, и власть, но я собирался сопротивляться, чтобы не превратиться в бесхребетную половую тряпку, которой он сделал меня в прошлом.

- Юрий, ты применял это дерьмо на мне последние два года! Какого хера ты решил сейчас, что я внезапно решу вернуться?

Его губы сжались, и яркая вспышка злости сверкнула в его глазах.

- Хорошо, да, я должен признать, что ты был ужасно упрямым в прошлом – отказываясь понять, что ты принадлежишь мне – МНЕ, - я сжал зубы, когда его слова прошлись по моему мозгу, как наждачная бумага, открывая раны, которые, как я считал, зажили. – Но теперь многое изменилось, Денис... всё изменилось.

- О, да ты что, - усмехнулся я, поднимающаяся ярость придавала мне ложной храбрости. – У тебя внезапно проснулась совесть? Ты больше не больной ублюдок, который охотится на беззащитных сломленных мальчиков? Ты, наконец, понял смысл слов “ПОШЁЛ НАХУЙ”? Но поскольку всё это ещё не случилось, ты, ебанутая ЗАДНИЦА, я не понимаю, почему ты всё ещё со мной разговариваешь!

Он рассмеялся и опустил нож, качая головой и бросая на меня сочувственный взгляд.

- О, бедный, милый, обманутый Денис. Конечно, я не изменился. Разве ты не понимаешь? Мне нравится быть собой. Моя сущность – моя работа. А вот изменился, малыш Дэн, ты. Ты попал в настоящую сказку, правда? Спасённый от жестокости улиц прекрасным новым дружком?

Кровь во мне закипела, когда я понял, что он говорит об Русике.

- И теперь вы бродите по городу, как Ромео и Джульетта, оба из разных миров, но желающие с этим справится, - он театрально зарыдал, прежде чем от души рассмеяться. – Видишь ли, Денис, когда я раньше пытался убедить тебя вернуться ко мне, тебе нечего было терять, и поэтому я не мог нажать на необходимые рычажки. Но ты ведь понимаешь масштаб рычагов, которые есть у меня теперь?

Я мысленно закричал, понимая, куда он клонит. Он кивнул и ухмыльнулся.

- Да, малыш Дэн, я думаю, ты действительно понимаешь.

Он вновь начал наступать на меня, а я медленно стал отступать к лифту.

- Видишь ли, Денис, я НЕ ХОЧУ разрушать твою сказку, правда, - но я СДЕЛАЮ ЭТО, если ты не будешь выполнять мои приказы.

Я бросил взгляд на кнопку вызова лифта. Если бы я только мог добраться до неё, то есть небольшой шанс, что я смогу отбиваться от него достаточно долго, чтобы пробраться внутрь. Я продолжал отступать, пытаясь не выдать ему свои намерения.

- Так чего именно ты хочешь, Юрий, ты, огромный кусок дерьма? – спросил я сквозь сжатые зубы.

Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза.

- Денис, всё, чего я хочу – это заключить небольшой деловой договор между нами. Что-то, что будет гарантировать, что мы получим то, чего хотим. Звучит разумно?

Я прищурился, сгорая от нетерпения, чтобы он прекратил ходить вокруг да около.

- Давай, говори, что ты, блять, хочешь, задница, и не трать моё время впустую.

Его губы сжались в тонкую линию, и я мог с уверенностью сказать, что испытываю свою удачу.

- Вот что я предлагаю, нетерпеливая маленькая шлюшка, - его слова были пропитаны ядом. – Раз в неделю ты будешь приходить ко мне, и я буду использовать тебя, как захочу, трахать тебя, куда захочу, и давать тебя, кому захочу... а взамен я не расскажу твоему дружку о том, как ты оттрахал половину мужского населения Питера до того, как решил поиграть в семью со своим прелестным мальчиком-пидарком. Ну, как тебе?

Горло сжалось.

Это был мой кошмар – сон, из-за которого я просыпался слишком часто за последние несколько недель – и теперь он стоял передо мной, шантажируя меня, в то время как я не могу связать все мысли воедино.

Руки начали дрожать.

Одно дело – если я сам расскажу Валере о своём прошлом, но совсем другое – если ему расскажет Юрий. Меня начинало подташнивать, но я пытался оставаться спокойным. Возможно, я смогу надуть его.

- А с чего ты взял, что я уже не рассказал ему?

Он медленно покачал головой.

- О, малыш Дэн, я же, блять, не тупой. Парень как он? Он может иметь любого, которого захочет. Ты серьёзно думаешь, что он захотел бы иметь с тобой отношения, если бы знал, каким развратным подонком ты был на улицах?

Острая, пронизывающая боль пробежалась по всему телу, отчего волосы встали дыбом, а тело сотрясала дрожь. Он видел это и понимал, что нашёл моё слабое место.

- Если до него хоть один слушок дойдёт о том дерьме, которым от тебя несёт, то он сбежит и даже не оглянется.

- Он любит меня, - прошептал я, едва смог восстановить дыхание, чтобы заговорить.

Юрий ощущал, как его слова ранили меня, и решил добить окончательно.

- О, я уверен, что он гордится собой, ведь он спас тебя от ужасной жизни, которой ты жил, но серьёзно, сколько времени, как ты думаешь, понадобится, чтобы всё закончилось? Сколько времени пройдёт, прежде чем люди станут интересоваться тобой, отчаянно желая узнать больше о друге рок-звезды?

Он пожал плечами и изобразил на лице сострадание и беспокойство.

Блять, мне так сильно хотелось его ударить.

- Ну, если ты согласен на мои условия, то я обещаю унести твои ужасные маленькие тайны в могилу. Я и слова не скажу о том, какими способами ты себя унижал, - неожиданно сострадание закончилось, и остались только ненависть, эгоизм и манипуляция. – Но если ты кинешь меня, сучка, то я, блять, поведаю о тебе всему грёбаному миру. Я перескажу каждую грязную, блядскую историю о твоём ненасытном анусе и всём, что в нём побывало. Я в подробностях опишу, каким извращенцем был малыш Дэн, насколько отвратительными и отталкивающими были твои действия. Я гарантирую, что к тому моменту, когда я закончу, твой дружок никогда не сможет взглянуть на тебя, чтобы не увидеть ужасной, противной шлюхи, коей ты и являешься на самом деле. Его будет тошнить от одного твоего вида.

Я взорвался, гнев вырвался наружу, и я набросился на него, удовлетворённый, когда пальцы впились в его лицо, дробя его до крови. Он закричал и оттолкнул меня, прикасаясь к лицу, прежде чем броситься за мной.

- Ах ты, грёбаная сука! – проревел он в гневе.

Я побежал к лифту, но он схватил меня за волосы, дёрнув так сильно, что я упал на него. Он схватил меня за шею, сдавливая предплечьем горло. Я изо всех сил царапал его руку, отчаянно пытаясь ослабить его хватку, так как лёгкие начинали гореть, а горло ужасно болело. Он поднёс нож к моему лицу и остановил сверкающий кончик лезвия недалеко от моего глаза.

Я чувствовал его прерывистое дыхание, а когда он заговорил, его голос был пропитан злобой.

- Как, думаешь, твой любименький отреагирует на одноглазого Дениса? – выплюнул он, сжимая моё горло второй рукой. – Или может мне отрезать парочку полос кожи от этих симпатичных щёчек, ха? Превратить тебя в живую, дышащую маску на Хэллоуин! Как тебе такой вариант? Думаешь, он будет продолжать любить тебя тогда?

Зрение стало ослабевать, и я начал провалиться в бессознательное состояние. Передо мной появилось улыбающееся лицо Валерки. Я зажмурился и сконцентрировался на его лице, пытаясь выбраться из полуобморочного состояния.

Я прекратил сопротивляться и неожиданно оказался на полу, и смог набрать острого, как бритва, воздуха в лёгкие. Я задохнулся, когда почувствовал руку Юрия в своих волосах. Ноги безвольно тянулись за мной, когда он потащил меня по полу дальше от лифта, и моего единственного шанса на спасение.

Он бросил меня, и тогда я, задыхаясь от боли, заметил, как он достал что-то из чёрной сумки, которая стояла возле кушетки. Он вернулся ко мне и вновь схватил за волосы, ставя меня на колени.

Разумные мысли пробирались сквозь поток ужасной боли и страха.

Денис, ты должен вести себя разумно. Ты на самом деле думаешь, что он не применит к тебе этот ножик? Ты думаешь, что он не применял его к другим?

Будь умным, Дэн – ты не для этого выбирался из дерьма, чтобы позволить этой заднице всё испортить по его прихоти. Борись, будь умным, и ради всего святого, не убей себя.

- Смотри на меня, сука, - пробормотал он, дёрнув меня за волосы и поднимая моё лицо.

Я посмотрел на него, отчаянно пытаясь спрятать страх, который просачивался через каждую пору в моей коже.

- Ты хочешь умереть, Денис? – спросил он удивительно спокойным голосом.

Он наклонился ближе к моему лицу, и я почувствовал его вонючее дыхание, которое тут же всколыхнуло воспоминания о том, как он получал удовольствие, используя моё безвольное тело. Благодаря этому я вернул самообладание и почувствовал вспышку ярости. Я быстро вернул лицу невозмутимость, прекрасно понимая, что если продолжу его злить, то всё может закончиться моей смертью.

- Ты знаешь, что ты – единственный мальчишка, которому удалось от меня сбежать, Денис? ЕДИНСТВЕННЫЙ.

Я вдохнул воздуха, и задал вопрос, который занимал мои мысли последние несколько дней.

- А как же Данила? – спросил я, нервно сглотнув, и взглянул ему в лицо. – Он пытался сбежать от тебя, Юрий?

Он скривился, когда непонятная тень эмоций промелькнула в его глазах.

- Я не мог позволить ему бросить меня, Денис, - ответил он спокойно. – Я не мог позволить ещё одной ЁБАНОЙ ШЛЮХЕ думать, что он слишком хорош для меня. МЕНЯ. Того, кто притащил ваши задницы с улиц, дал грёбаную крышу над головой и еду вашим ебанутым неблагодарным ртам. Нет, Денис, ни одна шлюха не обманет меня снова – никогда.

Он вновь взглянул на меня, и я сжал кулаки, чтобы не наброситься на него и не выцарапать эти кровожадные глаза.

- Кажется, я задавал тебя вопрос, шлюха – и ты должен ответить мне, прежде чем я начну резать тебя на части – ты хочешь умереть?

Я смотрел ему прямо в глаза, пока чувство самосохранения пробуждалось к жизни. Я никогда раньше не понимал, насколько сумасшедшим был Юрий, насколько полон ненависти и насилия. Данила, возможно, был первым парнем, которого он убил, но глядя на него теперь, я без сомнения понимал, что он не последний. Думаю, его сделало таким что-то в прошлом – что-то, что задало цель – издеваться над людьми, и эти издевательства становились всё более жестокими. Он подкармливал своего внутреннего монстра, который получал силу и власть.

Я глубоко вздохнул.

- Нет, Юрий, - сказал я голосом, который казался таким спокойным и бесстрашным, что едва узнал его. – Я не хочу умирать. Пожалуйста, скажи мне, чего ты хочешь... Я сделаю для тебя что угодно... пожалуйста...

В его глазах сверкнуло удивление от моего голоса, и огонь в них слегка поутих.

Он медленно наклонился ко мне. Я едва сдержал чувства, которые готовы были изобразить отвращение на лице, и смог даже выдавить из себя улыбку.

- Аааххх, - выдохнул Юрий, стоя надо мной. – А вот это тот самый милый, сговорчивый мальчик, которого я помню. Я скучал по тебе, малыш Дэн.

Он набросился на мои губы, и я подавил тошноту, которая закипала внутри меня. Я заставил себя поцеловать его в ответ, пытаясь успокоить его, подпитать его эго, и надеюсь, тем самым спасти свою жизнь.

Внезапно он встал и достал что-то из-за спины. Я смотрел на этот предмет несколько мгновений, прежде чем понял, что это.

- Юрий, - сказал я, стараясь выглядеть незаинтересованным, - зачем тебе видеокамера?

Он отпустил мои волосы и начал возиться с экраном камеры.

- Ну, Денис, - ответил он терпеливо, - мы с тобой собираемся сняться вместе в небольшом фильме – как страховка, если ты когда-нибудь захочешь наебать меня.

Он нажал кнопку, и замигала маленькая красная лампочка рядом с объективом.

- Улыбнись, малыш Дэн, - сказал он, обнажив свои зубы. – Я сделаю из тебя звезду.

Он подошёл ближе ко мне так, что его пах оказался перед моим лицом. Я видел через джинсы, что он возбуждён.

- Хорошо, Денис, в этой сцене ты сосёшь мой член, пока я не кончу, понятно?

Чувство собственного достоинства орало на меня, чтобы я отказался. Оно столько боролось, чтобы жить при свете дня, и теперь боялось вновь быть задушенным, но другая часть меня – здравомыслящая – которая представляла труп Данилы, лежащего в мусорном баке, твердила мне, что я должен сделать всё, мать его, чтобы выбраться отсюда целым.

Я поднял руку и расстегнул джинсы Юрия, стаскивая их тут же вместе с трусами до колен. Его стояк вызывал у меня отвращение, особенно при мысли, что он возбуждался, наблюдая за моими страданиями.

Я взял его член в руку и начал двигать ей, отчего он зашипел от удовольствия.

- Да, Денис... вот так. А теперь будь хорошим мальчиком и напомни мне, какой у тебя охуенно-талантливый ротик.

Я заколебался. Тошнота подкатила к самому горлу.

- Блядь, делай это прямо сейчас, шлюха, или я перережу тебе горло.

Я вздрогнул, прикасаясь губами к нему, нарушая все обещания, которые я себе давал, когда сбежал от него. Я сосал его так, как ему нравилось, двигая рукой вместе с губами, автоматически повторяя все возможные способы, которыми ему можно доставить удовольствие, выжженные у меня в мозгу. Одной рукой он схватил меня за волосы, и к моему полному ужасу, начал водить прохладной, тупой стороной ножа по моей щеке другой рукой. Я замер, его член пульсировал у меня в горле.

- Денис, - проговорил он предостерегающе, - я бы на твоём месте не останавливался. Просто игнорируй лезвие – и если ты сделаешь, как тебе говорят, то оно проигнорирует тебя.

Я осторожно начал двигаться снова, заглатывая его член всё больше. Он сильнее схватил меня за волосы, резче толкая свой член в моё горло.

- Ох, блядь, да, малыш Дэн. Я скучал по этому – твоему охуительно горяченькому ротику, который с жадностью поглощает меня. Ты никогда не мог насытиться моим членом, правда?

Я закрыл глаза, и попытался успокоить дыхание, игнорируя предательские слёзы, катившиеся по моим щекам. Мне нужно пройти через это, что сделает его счастливым, и он уйдёт. Нужно избавиться от него, прежде чем вернётся Валера. Сыграть шлюху ещё раз.

Его толчки становились более частыми и быстрыми, и я взглянул на него – он ухмылялся и стонал, держа перед собой камеру.

- Да, Денис, - прошипел он, - смотри на меня, любимый... покажи мне эти большие карие несчастные глазки. О, да, скатившаяся слезинка... как поэтично...

Он откинул голову назад, и я понял, что он уже близок к разрядке.

Я пытался блокировать крики моего сознания. Я пытался не бояться ножа, приставленного к моему горлу. Я пытался остановить поток воспоминаний, которые взрывали мой мозг, напоминая мне о том, как этот человек использовал меня, унижал меня, пытался сломить меня... и я ЧЕРТОВСКИ пытался НЕ сделать того, что я ЗНАЛ, что собираюсь сделать, потому что НЕТ, ТВОЮ МАТЬ, НИ ОДНОГО ШАНСА на этой прекрасной Божьей земле, что я позволю ЭТОМУ МУДАКУ КОГДА-НИБУДЬ кончить мне в рот!

Я нежно взял одной рукой его за яйца.

- Ох, блядь, Денис, да, - сейчас получишь, задница – второй рукой я провёл по его руке, в которой был нож. В следующую секунду я одновременно схватил нож, со всей силы сжал его яйца и вцепился зубами в его член со всей бешеной яростью питбуля.

Он заревел от ярости и боли, падая на пол и хватаясь за свой член и яйца. Я быстро поднялся на ноги, выставив перед собой нож, пока он стонал и корчился от боли.

- ТЫ, ЕБАНУТАЯ СУКА! – заорал он на меня, его лицо исказилось от боли и желания убить. Он бормотал в мой адрес проклятия, а я возвышался над ним, тяжело дыша, изо всех сил сопротивляясь желанию порезать его на куски и доставить ему столько боли, сколько он заставил пережить меня.

Вместо этого я медленно отошёл на кухню и взял трубку телефона.

Блять. Нет гудков!

Юрий злобно рассмеялся, вставая на ноги.

- Ты думал, что я – идиот, Денис? – выдохнул он. – Не мог же я разрушить всё наше веселье звонком копам, правда?

Я бросил трубку и сделал шаг в его сторону, переводя весь гнев, который орал во мне, чтобы я убил его, в свой голос.

- Заткнись, КУСОК ДЕРЬМА! – закричал я на него.

Он усмехнулся, запихивая свой член обратно в штаны и стирая с рук кровь.

- Ну, ну, посмотри-ка на себя... такой злющий и горячий. Ты пытаешься снова заставить возбудиться меня, малыш Дэн?

Я зарычал и двинулся на него, когда он нырнул за кушетку.

- Юрий, ты должен свалить отсюда нахуй, ПРЯМО СЕЙЧАС, до того как Я ОТРЕЖУ ТВОЙ ГРЁБАНЫЙ ЧЛЕН И БУДУ НАБЛЮДАТЬ, КАК ТЫ ИСТЕКАЕШЬ КРОВЬЮ!

Его взгляд метнулся за мою спину, и он поднял руки, признавая поражение.

- Ого! Полегче, тигрёнок, - сказал он. – Ты победил, ладно? Я уйду... - он указал на что-то за моим плечом. – Но сначала, ты не хочешь представить меня своему другу?

Я оглянулся. Там стоял Валерка, широко распахнув глаза и наблюдая за сценой, развернувшейся перед ним – тепло улыбающийся Юрий, истекающий кровью, его джинсы и рубашка в крови. Я со спутанными и взлохмаченными волосами, кровью измазана вся одежда, в глазах горит безумие, а в дрожащей руке – большой и опасный охотничий нож.

Он резко выдохнул, взглянув на меня.

- Денис?

Прежде чем я понял, что происходит, Юрий перепрыгнул через кушетку, выхватил у меня нож и приставил его к моему горлу, другой рукой обхватив меня за плечи и руки и со всей силы прижав к себе.

Всё тело Валеры напряглось, когда Юрий послал ему пристальный взгляд.

- Ну, привет, - выдохнул он очаровывающим голосом, который мог бы звучать так, если бы кое-кто не был психом. – Ты, должно быть, Валера. Так приятно, наконец, встретиться с тобой.

Я заметил вспышку в глазах Валерки, и выражение его лица изменилось. В его глазах загорелась раскалённая добела ярость, и я заметил, как напряглись мышцы на его шее и руках, сжатых в кулаки. Его взгляд метался от меня к Юрию, и в тот момент я понял, что Валера высчитывает количество способов, которыми он причинит боль Юрию, прежде чем убьёт его.

Когда он заговорил, по моему позвоночнику пробежалась холодная дрожь.

- Я не знаю, мать твою, кто ты, или что ты делаешь здесь, но если ты не уберёшь свои грязные руки от моего мужчины прямо сейчас, я убью тебя. Причём, мучительно.

Я едва узнал его голос. Он был низким и грубым, и абсолютно лишён эмоций.

Я почувствовал, как Юрий усмехнулся мне в спину. Он сильнее прижал нож к моей шее, и я резко вдохнул.

- А теперь, Валер, почему тебе не поговорить со старым другом твоего любимого парня? Особенно с тем, кто может перерезать ему горло, и глазом не моргнув?

Валера сжал челюсть, а его грудь начала быстрее подниматься и опускаться. В его глазах горела адская ненависть.

- Кроме того, - продолжал Юрий, - я думаю, нам с тобой нужно поговорить о Денисе, разве ты не согласен?

Валерка сделал большой шаг вперёд. Юрий же оттащил меня назад.

- Пожалуйста, не надо, Валера. Ты ведь не хочешь, чтобы я испачкал этот милый халат кровью твоего любимого, ведь правда?

Валерка замер на месте, его прекрасные черты лица исказились от разочарования.

- Почему бы тебе не сесть? – проинструктировал Юрий, отходя к креслу.

Валера подошёл ближе, как огромная пантера и осторожно сел, ни на секунду не отводя взгляда от меня и Юрия.

Его взгляд встретился с моим.

- Денис, - проговорил он нежно, - ты в порядке?

- Он прекрасен, - выплюнул Юрий. – Даже лучше, чем прекрасно... он так же хорош, как я его запомнил.

Он протянул руку и схватил меня за яйца, раскрывая мой халат. Валера зашипел и вцепился руками в кожаную обивку, которая заскрипела под его пальцами.

- Тебе не нравится, когда я трогаю твоего мужчину, а, симпатяшка? Тебя сводит с ума уже просто то, что ты видишь на нём руки другого мужчины, не так ли?

Валерка нахмурился, по его лицу тенью прошло тёмное облако гнева. Его глаза были тёмными и опасными, и я действительно испугался за жизнь Юрия, если он до него доберётся.

- Я расскажу тебе обо всём, что делал с его телом, Валера? – поддразнивал он. – Или я должен рассказать тебе обо всём, что делали с его телом другие мужчины, а я наблюдал?

Валера закрыл глаза, а его лицо исказилось от боли.

- О, Валер, ты должен был видеть его в то время. Он был великолепен. То, что он делал с членом, заставит любого встать перед ним на колени, - он тихонько рассмеялся, - и чаще всего так и происходило.

- Заткнись, - голос Валерки был едва слышен, но каждый слог наносил удар прямо мне в сердце. Он спрятал лицо в руках, которые, как я заметил, дрожали.

- Оу, я почти забыл, - легко сказал Юрий, немного наклонившись, чтобы поднять с пола видеокамеру.

Я напрягся, понимая, что он собирается сделать.

- Юрий, нет... пожалуйста, - попросил я.

Он меня проигнорировал.

- У меня есть для тебя подарок, Валера.

Юрий нажал на несколько кнопок и неожиданно загорелся экран, изображая меня на коленях, сосущего его член. Валера поднял голову, и Юрий бросил ему камеру.

- Посмотри, Валера. Это – немногое из того, что мы сделали на скорую руку до того, как ты вернулся домой.

Боже, пожалуйста... не смотри, Валерка. Пожалуйста... не смотри.

Я почувствовал, как дыхание остановилось, и я задохнулся, наблюдая за лицом Валеры. Его губы сжались от боли, когда он увидел член Юрия у меня во рту. Моё сердце умерло, когда я наблюдал за его реакцией. Он был испуган... чувствовал отвращение... и имел на это полное право. Всё его тело напряглось, и я мог увидеть, как натянулась его рубашка. Не предупреждая, он поднял руку и бросил камеру в стену с такой силой, что она разлетелась на кусочки.

Теперь Юрий действительно наслаждался.

- Ладно, это было очень грубо, Валера, - усмехнулся он. – Знаешь, я ведь не планировал на сегодня встречу с тобой. Я только собирался придти и немного поговорить с малышом Дэном, а потом уйти до твоего возвращения, но теперь я так рад, что у нас появился шанс встретиться благодаря МОЕМУ Денису. Он на самом деле необычный мужчина, правда?

- Закрой рот, прямо сейчас, - прорычал Валерка, закипая.

Я видел, сколько усилий он прикладывал, чтобы оставаться на месте и не оторвать Юрию голову. Юрий или не осознавал ярость Валеры, или хотел игнорировать её. Возможно, он считал себя всемогущим благодаря острому, блестящему ножу, или, возможно, он просто думал, что симпатичный парень рок-звезда не был для него угрозой.

Независимо от причин, он продолжал, словно Валерка ничего не сказал ему.

- Ты знаешь, что значит “жариться на вертеле”, Валера? Я говорю с точки зрения секса, а не о воскресном завтраке.

Грудь Валеры поднималась и опускалась, и я мог слышать его рваное дыхание, когда он опустил глаза в пол.

Боже, нет... пожалуйста. Он не может это услышать. Пожалуйста, не позволяй ему это услышать.

- Юрий, - умолял я, - разве ты недостаточно причинил нам боли? Пожалуйста, не делай этого...

Я впустую тратил своё дыхание. Я должен был понимать, что этот человек гнилой внутри. У него отсутствует чувство сострадания. Он признавал только свои собственные потребности, и прямо сейчас ему нужно было, чтобы мы с Валеркой страдали.

- Заткнись, шлюха, - он сильнее прижал меня к своей груди, выбив из меня весь воздух.

Я заметил, как сжатые кулаки Валеры задрожали.

- Я рассказываю твоему дружку о безграничном таланте твоих извращений, - сказал он, прижимаясь своим членом к моей заднице. Он вернулся к Валерке, губы которого сжались в тонкую линию. – Итак, Валер, “жариться на вертеле”. Позволь мне объяснить. Понимаешь, это так называется, потому что один член находится у мужчины во рту, а второй и третий в заднице, и в таком виде он похож на свинью, которую жарят на вертеле на углях. Очень возбуждает, если честно, и позволь мне сказать тебе, НИКТО не выполняет подобное, кроме моего Дениса.

- Я собираюсь убить тебя, - прошептал Валера. Его глаза вспыхнули, глядя на Юрия, и я задохнулся от силы, которую в них увидел. – Независимо от того, что сегодня здесь произойдёт, моё лицо ты увидишь последним в своей жизни...

Валерка медленно поднялся, и размял шею, наклоняя её из стороны в сторону. Юрий спокойно рассмеялся, но я чувствовал биение его сердца – он боялся. Одно дело – напасть на парня меньше тебя вдвое, но, совсем другое – противостоять более шести футам кипящей ненависти, убивающей тебя одним только взглядом.

Юрий зарычал и сильнее прижал нож к моему горлу.

- Оставайся на месте, членосос! – его голос был полон паники. – Сделай хоть шаг, и я убью его нахуй, клянусь Богу!

Я почувствовал, как капелька крови скатилась по коже. Я затаил дыхание и постарался не двигаться.

Валера замер. Его челюсть сжималась и разжималась, а дыхание часто вырывалось из груди.

- Юрий, - сказал Валерка голосом, который испугал даже меня, - я предоставляю выбор тебе прямо сейчас. Ты можешь опустить нож и уйти отсюда на своих собственных ногах, или ты можешь продолжать угрожать Денису, и я сломаю тебе каждую косточку в твоём грёбаном теле. Что ты выбираешь?

- Русик, - усмехнулся он, - на тот случай, если ты не заметил, то у меня в руках нож.

Валера уставился на него, и от этого пристального взгляда по позвоночнику пробежала дрожь.

- Я заметил. Только меня это не волнует.

Глаза Валерки встретились с моими, и в тот момент я знал, что он сделает ещё до того, как он это сделал. Я собрал всю свою силу и вывернулся из захвата Юрия в тот же момент, когда Валера сделал выпад вперёд. Юрий оступился назад, его глаза округлились, когда рука Валерки схватила его за рубашку, приподняв его как тряпичную куклу и прижав к стене. Юрий в ярости закричал и бросился на него с ножом. Я заметил, как Валера быстро отпрянул, шипя от боли. Я наблюдал, как он взглянул на предплечье. Из глубокой раны хлынула кровь на ковёр кремового цвета. У меня закружилась голова от вида драгоценной крови Валеры, которая покидает его тело, и мои ноги подогнулись.

Юрий удовлетворённо зарычал.

Валерка заревел и снова сделал выпад в сторону Юрия, уклоняясь от ножа, направленного в него. Он со всей силы ударил Юрия по голове, и сквозь затуманенное сознание я отметил, что реальное соприкосновение плоти звучало не как в кино. Звук был приглушён – просто глухой стук – а не громкий звон, который я ожидал услышать.

Юрий шагнул вперёд, размахивая лезвием, но Валерка схватил его за руку, в которой находился смертоносный нож и прижал её к стене, а другой сжал горло Юры. Юрий воспользовался возможностью и ударил Валеру кулаком по рёбрам, и я вздрогнул, услышав звук ломающихся костей. Валерка зашипел от боли, но не ослабил хватку. Он оттянул от стены руку с ножом и снова ударил ей по стене. Юрий закричал от боли, когда нож упал на пол. Он ударил Валеру головой по лицу и радостно зарычал, когда голова Валерки откинулась назад, а из носа по лицу потекла кровь.

Я закричал и попытался встать на ноги, но вокруг было слишком много крови. Рубашка и брюки Валеры были пропитаны красным, и я почувствовал, как слёзы отчаяния и бессилия текут по лицу, и я вновь упал на пол и наблюдал, как из него выбивают дух.

Юрий наступал на Валерку, нанося удары кулаком по животу и рёбрам. Я весь сжался, словно содрогаясь от боли, которую должен был чувствовать Валера.

- Юрий! Пожалуйста! Остановись! – кричал я отчаянно.

Юрий взглянул на меня с ложной печалью, склоняясь над задыхающимся и хрипящим Валеркой. Кровь и слизистые выделения текли по его лицу, и он прижал ладонь к ране на предплечье.

- Денис, это не должно было произойти так... правда, не должно было, - он снова ударил Валеру в живот, и я закричал, наблюдая, как он упал на колени, - но ты должен учиться делать то, что тебе говорят, - он схватил Валерку за волосы и оттянул голову назад. – Теперь я должен преподать твоему симпатичному дружку небольшой урок о том, кто же здесь Король Дерьма, и когда я закончу с ним, я собираюсь заставить тебя, наконец, понять – без сомнений – что ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ!

Он поднял кулак, чтобы снова ударить Валеру по лицу. Но он задохнулся, когда Валерка схватил его за запястье в последнюю секунду и заглянул ему в лицо.

- Ошибаешься, сукин сын, - прохрипел Валера, поднимая вторую руку и нанося Юрию удар кулаком по яйцам, повалив его тем самым на пол и заставив скулить, как кастрированного пса. – Он – мой.

Валерка сделал выпад к Юрию на бешеной скорости, повалив его на спину и, расставив ноги, навис над ним. Схватив Юрия за рубашку, приподнял с пола и ударил кулаком по лицу, когда его ярость вырвалась наружу. Его кулак опускался снова и снова, акцентируя его слова глухими ударами суставов о плоть.

- Не смей к нему больше НИКОГДА прикасаться, ХУЕСОС! Я нахуй УБЬЮ тебя, если ты даже ПОСМОТРИШЬ на него снова! ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ? Я, БЛЯДЬ, УБЬЮ ТЕБЯ, МАТЬ ТВОЮ!

Юрий ворчал и стонал, пока Валера продолжал его избивать. Его лицо опухло, а из сломанного носа брызгала кровь на лицо Валерки при каждом ударе. Голос Валеры гремел в квартире, пока он нокаутировал Юрия.

- ТЫ, СУКИН СЫН! ТЫ НИКОГДА К НЕМУ БОЛЬШЕ НЕ ПРИТРОНЕШЬСЯ! Я НАХЕР УБЬЮ ТЕБЯ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПОЗВОЛЮ ПРОИЗОЙТИ ПОДОБНОМУ! ТЫ НЕ ПРИКОСНЁШЬСЯ К НЕМУ ДАЖЕ ПАЛЬЦЕМ, ТЫ СЛЫШИШЬ МЕНЯ?

Юрий не мог услышать его, и больше даже не стонал. Он потерял сознание, тело не двигалось, грудь опускалась и поднималась, пока Валерка продолжал наказывать своего обездвиженного противника.

- Валер, ОСТАНОВИСЬ! – выкрикнул я в отчаянии.

Он даже не услышал, что я сказал.

Я с ужасом наблюдал, как его кулак продолжал опускаться.

Господи, он действительно собирается сделать это. Он собирается убить его.

В моём животе завязался узел страха, когда я наблюдал за человеком, которого люблю, и который пытается убить другого человека голыми руками.

Я быстро поднялся на ноги и подошёл к нему.

- ВАЛЕРА! ОСТАНОВИСЬ! ПОЖАЛУЙСТА... ТЫ УБЬЁШЬ ЕГО!

- ВОТ И ОТЛИЧНО! – пробормотал он, пока его неустанный кулак продолжал достигать цели. – МУДАК ДОЛЖЕН СИЛЬНО ЖАЛЕТЬ О ТОМ, ЧТО С ТОБОЙ СДЕЛАЛ!

Я не мог позволить продолжать ему. Валера сошёл с ума от ярости, и я должен был заставить его остановиться. Я схватил его за руку, когда он поднял её для очередного удара, и крепко сжал её, потратив всю силу, чтобы не позволить ему вырваться.

Он расстроенно зарычал.

- Валерка! Остановись! Это не ты! – я заглянул в его глаза, пытаясь найти хоть маленький огонёк, который прекратит безумие – что угодно, что вернёт мне МОЕГО Валерика. Он взглянул на меня дикими глазами. Его бицепсы напряглись, когда он попытался освободиться, и разочарованно зарычал от гнева.

- Денис, - процедил он сквозь сжатые зубы, - отпусти меня...

- Валера, - умолял я, - ты избил его, видишь? Ты наказал его за всё, что он мне сделал. Ты должен ОСТАНОВИТЬСЯ!

Его лицо так сильно исказилось от гнева, что я не мог его узнать.

- Я ещё и не начал его наказывать за то, что он сделал с тобой, - прошипел он голосом, полным ярости, - но теперь я собираюсь закончить начатое... так что УБЕРИ НАХЕР ОТ МЕНЯ СВОИ ГРЁБАНЫЕ РУКИ!

Он оттолкнул меня назад, отбросив как насекомое. Я развернулся, когда мои ноги попытались устоять на мягком ковре, но я понимал, что упаду – сильно – и задохнулся, когда увидел, куда приземлюсь.

Внезапно всё начало двигаться, как в замедленной съёмке. Когда я резко упал вперёд, втягивая воздух в лёгкие, я увидел оранжевые лучи заката, проникающего в гостиную через окна и отражающегося от гладкой поверхности стеклянного журнального столика. Мозг заставил выставить перед собой руки, ошибочно предположив, что они смягчат моё падение и предотвратят большее ранение. Я чувствовал, как волосы развиваются сзади, когда сила тяжести потянула вниз в свои свинцовые объятия, притягивая к оранжево-красным бликам.

Ладони громко ударили по холодному стеклу, и я услышал, как острый, как бритва, треск заполнил воздух, пока я наблюдал за своим испуганным выражением лица в отражении под собой. Я поразился красоте вращения разлетающихся осколков, блестящих в лучах заходящего солнца.

Я громко выдохнул, падая на острое стекло, чувствуя боль от острых осколков, впивающихся в кисти и руки. Я слышал, что кто-то зовёт меня. Я понимал, что это должен был быть Валера, но он был другим – словно он кричал в замедленном темпе – его голос был слишком глубоким и слишком далёким.

Когда я полностью упал на стекло, то поднёс руки к лицу, и как только увидел потоки крови, стекающие вниз, захотел закричать, но крик застрял в горле, и меня окутала темнота.

Каждый сам себе ад создаёт
И лелеет его и пестует,
Привыкает и в нём живёт,
День за днём себе соболезнуя.

Так и я в состояние врос
И не жизнь, а сплошная видимость.
Когда вера, как кожа сползла,
А кошмар всего лишь обыденность.

И в душе моей проходной
Все снуют, громко хлопая дверцами.
Ну а я в полудрёме немой
И живу и дышу по инерции.

Вы не суйте в лицо сочувствие,
Не кормите жалостью с ложечки.
Пусть я брежу и пусть безумствую,
Дайте просто дышать... Немножечко...






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 22.06.2020 Человек Дождя
Свидетельство о публикации: izba-2020-2836537

Рубрика произведения: Поэзия -> Декадентская поэзия


















1