Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Страдания Мотьки Пузикова



                                                                                                                                                                       Духовной жаждою томим…
                                                                                                                                                                                                   А.С. Пушкин

           Мотьке Пузикову приснился сон - аккурат под Красную Горку. Стоит он, наклонившись над разливным баком, а в баке том – пиво, первейший сорт! Первее не бывает! Наисвежайшее! И цвет, и аромат, как омут медовый, затягивают - не оторваться. «Где-то должен быть и половник», – проносится в Мотьке. Поднимает глаза – глядь, стоит перед ним покойница – Мария Федоровна, его бывшая учительница литературы, между прочим, соседка по лестничной клетке, и просит так жалостно:
- Нале-е-ей!
-Так нельзя ж тебе, Марь Федровна! - растерялся Мотька. - При твоих-то сосудах, давлении да диабете - верная смерть!
-Нале-е-ей!- просит соседка и так убедительно смотрит на него, как будто и не страшно ей совсем, и улыбка еще такая загадочная: то ли помереть не боится, то ли знает, что не помрет. Засомневался Мотька да с тем и проснулся.
-Вот мать-перемать, - обратился он к жене, продравшись сквозь сонную пелену на свет божий. – Приснилась Марь Фёдровна, слышь ты. И как приснилась-то! – Мотька начал рассказывать сон.
-Помина просит, - отозвалась Гульфия.
-Дак…как поминать-то? Церкви закрыты! Не народиться по-человечески, ни помереть, ни помянуть. М-да…Сколько лет уж как померла старушка, а вот приснилась же!.. Любила она меня! Так и говорила: «По русскому у тебя, Пузиков, минус восемь, но литературу лучше тебя никто не знает! И человек ты хороший!» М-да…-вздыхает Мотька и тут же оживляется:
-Ну и пиво мне приснилось – прямо вот слюна играет, как представлю! Запах чувствую – веришь-нет! Такое , знаешь…
-Тебе нельзя, -отрезала Гульфия. – У тебя подагра, сосуды и шпора.

Завтракали вдвоем, без сына. По выходным их пятнадцатилетний подросток спал непробудным сном добрую половину дня, тусуясь накануне в сетях до глубокой ночи, пока изнемождённый айфон не выпадал из ослабевших рук прямо на отключившееся лицо тинейджера.
- Знатная яичница, мать. А все ж таки пивка к ней не мешало бы!
- С твоими болячками воду надо пить, негазированную,  и парное молоко.
- "Лучше один раз напиться первача, чем триста лет питаться парным молоком!" - АСПушкин, между прочим, «Капитанская дочка», - нагло соврал Мотька, зная, что супруга за всю жизнь прочитала единственную книгу – "О вкусной и здоровой пище".
-Ты про Пушкина Максу лучше расскажи. Третья двойка по литературе подряд. Завтра звонить буду русичке. Научить не может! – начала закипать Гульфия – Я, блин, вообще, блин, охреневаю! Кому двойки ставит? Себе ставит! Ты сначала научи – потом ставь!
- Как третья двойка по литературе? – Пузиков недоумевая уставился на жену. – Когда же это он успел?
- Наш пострел везде поспел!
- Нет, ну по химии там, по физике, – растерянно перебирал Мотька губами, которые начинали обиженно надуваться и по-детски дрожать, - но по литературе…три двойки…
Есть расхотелось. Он подошел к закрытой двери сына, прислушался и, не обнаружив никаких признаков сознательной жизни, отошел, не решаясь будить.


- А ну-ка войди в журнал, я гляну, чё они щас проходят? - попросил Мотька жену, надевая очки и с нетерпением ожидая, когда Гульфия откроет нужную страницу электронного журнала.
«Глаголом жги сердца людей» (по стихотворению А.С. Пушкина «Пророк»). Мотька усовестился: не помнил он это стихотворение - хоть убей! «Мороз и солнце! День чудесный…» – это да, здесь бы он развернулся. Или там - «Выпьем, добрая подружка бедной юности моей!», или - «Унылая пора! Очей очарованье!»; наконец, он мог свободно цитировать большие отрывки из «Евгения Онегина». Про что «Пророк» - не помнил. Мотька засуетился – в любой момент мог проснуться сын, и надо было подготовиться, чтоб с толком вразумлять. Он снял с книжной полки томик Пушкина, нашел стихотворение - вчитался… Перечитал ещё раз, прислушался к себе – тишина… Нет, он понимал, что в тексте глубокая мысль, и даже, кажется, вполне осознавал, какая, но придать ей словесное оформление не мог. Он попытался представить, что бы сказала Мария Федоровна по поводу прочитанного, – но и она не вспоминалась ему с «Пророком» на устах. «Вот засада!» - Мотька открыл компьютер.
Он настолько погрузился вместе с лектором в анализ текста, что не заметил долгожданных шагов сына.
- Привет, па! - в проеме комнаты материализовался заспанный отпрыск, тщетно пытавшийся разлепить непослушные веки.
-Ты «Пророк» учил? – без предисловий начал Мотька, сдерживая благородную ярость.
-Про рок?- оживился Макс.
-«Пророк» да, Пушкина. Задавали вам. Или ты не читаешь, что в журнале написано?
-В каком?
-В электронном.
-А что, там чё-то интересное пишут?
-Так, щас завтракаешь – и ко мне! Понял? Буду в тебя ум и разум вкладывать!
-Где возьмешь? – поинтересовалась вошедшая в комнату Гульфия.
-У тебя займу! - вспылил Мотька. - В тебя он! Не учит ни черта и слушает, чё ты жужжишь ему на уши!
-А что же он не в тебя-то? Что ж он тебя-то не слушает? Иди завтракай, - легко подтолкнула она сына к двери, - потом будете трепологией заниматься. Добро бы предмет, блин, стоящий был.
- Много ты понимаешь! Ты сколько книг-то прочитала, чтоб так рассуждать о предмете?
-А я и не собираюсь рассуждать, это не моё дело. Пусть рассуждают те, кого учили пять лет это делать. И детей научат, блин, а потом спрашивают с них!
- Они бы и научили, если б такие блины, как ты, их не переучивали! А то ничего не понимаете в высоких материях, а туда же – воздух сотрясать!
- Ты много понимаешь, буквоед хренов! На сантехника, знай, выучился – всю жизнь в чужие унитазы смотришься!- Мотьке показалось, что в глаза ему бросили песок – так почему-то стало им больно от этих слов.
- Меня знает и уважает весь район – про меня в газетах пишут. Ни одного отзыва нет плохого! Одни благодарности. Так и пишут «золотые руки», а у тебя - серьги золотые-то да зубы! - и от переполнявших его эмоций, от осознания, что чувств больше, чем слов, - назло, чтоб еще больше раздражить и обескуражить жену, выпалил:
- А унитаз – это.. душа дома! - чтоб ты знала!
- А, вот откуда выражение – насрать в душу! – из кухни послышались раскаты здорового, заразительного подросткового смеха. Гульфия, не сдержавшись, рассмеялась тоже.
-Я посмотрю щас, как ты будешь острить! Остряк - самоучка! Лучше бы на уроках так острил, а ты ослишь, судя по всему, - Мотька ждал своего часа...

Сели. Без нравоучений не обошлось. Пока Максим рылся на полках в шкафу, отыскивая учебник литературы, Мотька времени даром не терял:
- Это уму непостижимо! Умудриться надо: три двойки подряд поймать по литературе! Ты что ж это, совсем, – он выразительно постучал по крышке стола, – «сиди-открою»?
- Открыл, – Макс положил учебник со стихотворением на середину стола.
- Читай! - приказал Мотька.
- "Духовной жаждою томим... - на глубоком выходе начал декламатор и дойдя до конца стихотворения, выдохнул еще раз, с облегчением. Ментор слушал вполуха, соображая, с чего начать анализ.
- Ну? – Мотька растерялся: слова не шли с языка. Пока слушал профессора, вроде всё было ясно и понятно, а вот теперь он вдруг снова осознал, что не знает, как подступиться к тексту. Помолчали.
- Ну! Про что стихотворение? – Мотька надеялся на сообразительность сына. Зря.
- Про пророка. Серафима.
- Ну чё про него написано-то, про Серафима?
- "И он к устам моим приник,
  И вырвал грешный мой язык,
  И праздо… праз-дно-словный и лукавый,
  И жало мудрое… – Макс всмотрелся в слово,- рыя змеи
  В уста замерзшие мои
- Какие замерзшие? Читай внимательно! Откуда они замерзшие-то в пустыне? 40 градусов!
- Замершие мои
  Вложил десницею кровавой.
  И он мне грудь рассек мечом,
  И сердце трепетное вынул,
  И угль, пылающий огнем,
  Во грудь отвер… отвер - стую воздвигнул.
- Водвинул! – рассердился Мотька. – Воздвигнул! Он чё, памятник что ль воздвигает там в нём?
- Во грудь отверстую водвинул.
- Ну? И почему - «Как труп в пустыне я лежал»?
- Офигевал от происходящего.
- Выпускник называется! Ни читать, ни говорить по-русски не может!
- Я как раз по-русски говорю, - оскорбился отрок, – по-человечески, как люди нормальные говорят, а не по…вот этому вот!
- Действительно,- вмешалась Гульфия, сидевшая до того молча на диване с айфоном в руках. - Кто щас говорит-то на таком языке? Кому это надо? Молодежь щас совсем другое читает, а они всё талдычут по старинке Пушкина, никак перестроиться не могут. И не желают, главное, понять, что XXI век на дворе…
 Мотька молчал. Уши его отказывались слышать. Взгляд бесцельно следовал за уверенными, быстрыми движениями пальцев энергичной руки, листавшей страницы гаджета слева - направо, справа - налево, справа - налево, слева - направо... Мотьке казалось, что это счеты, старые советские счеты, на которых покойная бабушка-бухгалтер вот так же ловко перебрасывала деревяшки – единицы, десятки, сотни… Ему было не по себе - от обиды за классика, от своей неспособности донести до сына очевидные, важные вещи. Ну не его это стихотворение было, не его. Бывает так. Он любил Пушкина, обожал поэзию, любил, чтоб автор прошелся словами по душе, как искусные руки пианиста по клавишам рояля, и она зазвучала бы в такт настроению поэта; так дождик пройдётся в жаркий день по протянутым ему навстречу ладошам березок, лип, клёнов – и раззеленеются они, и дышать начнут в полную силу, и благоухают после долгожданной живительной влаги!
       Рядом с Мотькой сидел кот Василий, всем свои кошачьим нутром осознавая, что с хозяином творится что-то непонятное. Мотька подобрал кота студеным ноябрьским вечером, предварительно наступив на него, ибо тот был совершенно черным и увидеть в темноте съежившийся под промозглым ветром комочек не представлялось возможным, притащил домой и, не обращая внимания на потерявшую дар речи Гульфию, накормил и оставил жить. Кот любил Мотьку: когда был совсем маленьким, засыпал по ночам у него на плече, а став постарше, ложился рядом с больной ногой хозяина, обхватывал её лапой и, уютно устроившись, засыпал.

- Отпишу после смерти всё причитающееся мне по закону имущество святым отцам! – вдруг совершенно спокойно и уверенно выдал на-гора Мотька. Домочадцы во все глаза уставились на него, и хоть они и привыкли к его периодическим «вбросам», но это известие для них прозвучало как-то уж совсем ошеломляюще.
- Попам? – первым пришёл в себя Максим. – Ну это уж вообще!.. Хоть бы в фонд дикой природы, сиротам там. А у этих и так рожи того гляди треснут.
- Щи пустые без хлеба едят! - прыснула Гульфия.
- Вот то‑то, все вы гордецы! Спросили бы, как делали отцы? Учились бы, на старших глядя: мы, например, или покойник дядя, Максим Петрович: он не то на серебре,
на золоте едал! Сто человек к услугам! Весь в орденах; езжал‑то вечно цугом; век при дворе, да при каком дворе! Тогда не то, что ныне, при государыне служил Екатерине!
- Ты цитируешь что ль кого? – поймал рифму Макс. - Фух ты! Я думал, у тебя крышак поехал: дядя какой-то покойный… при Екатерине, сто человек к услугам...
- А я хорошим попам отпишу, - помолчав, задумчиво продолжал Мотька развивать свою мысль. - Может быть, даже в Афон. Одним словом, присмотрю себе церковь. А то вон мне покойная Марь Федровна приснилась - ан, пандемия! Церкви закрыты - не помянешь. А так - мне хоть панде-мия, хоть кото-васия - растудырдапупирда! – Мотька заговорщицки подмигнул коту. – Помру - приснюсь попу: мол, отслужи панихиду, помяни хорошего человека. И за кота попрошу. А то чёрный - вдруг в рай не берут чёрных котов.
- Кота возьмут, тебя не пустят, - заметила Гульфия.
-Это почему же? Я, кажется, никому ничего плохого в жизни не сделал.
- Вот потому и не пустят. Шибко блаженный.
Мотька поднялся. Спорить не хотелось. К тому же, по "Домашнему"  начинался футбол.





Рейтинг работы: 25
Количество рецензий: 4
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 19
© 16.05.2020 Наталья Лунина
Свидетельство о публикации: izba-2020-2808927

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Demen Keaper       21.05.2020   21:24:28
Отзыв:   положительный
Наташа... ОБАЛДЕННО...
Да... глубоко... жизненно... но тут же мысль то какая!!!!
Снимаю шляпу и нервно курю в сторонке...
Наталья Лунина       22.05.2020   10:14:39

Спасибо, Дим!)))
Виталий Подлевских       21.05.2020   12:06:31
Отзыв:   положительный
Жизненная история, Наталья! Хотя меня Бог и оградил от этого, но
маленькая педагогическая трагедия отдельно взятой семьи, к сожалению, не редкая в жизни!
И вы так правдиво рассказали об этой житейской истории. Спасибо!
Наталья Лунина       21.05.2020   15:40:04

Вот такой образ "маленького человека" получился у меня.
Спасибо, Виталий!
Олег Кашкар-Волк       20.05.2020   10:52:56
Отзыв:   положительный
Хорошо, Наталья, очень хорошо!
Живые диалоги, лексика героя, по другому и не скажешь, искрит!
И актуально до ироничной улыбки.)
Доброго настроения, хорошего дня!
Наталья Лунина       20.05.2020   11:11:11

Спасибо, Олег! Рада, что Вы нашли время для меня!
Олег Гетьманцев       17.05.2020   12:48:24
Отзыв:   положительный
Классно!
Но почему Гульфия? Сейчас в тренде Зулейха! ))
Наталья Лунина       17.05.2020   13:56:06

Угу.. Ну это у Пузикова спросить надо)) Поинтересуюсь при случае))
Спасибо, Олег!
















1