Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Перелом


Перелом
ПРОЛОГ
Веру в брёвнах - огнём пожжём!
Веру в рёбрах - проткнём!
Копьём!
Как Христа на кресте - крестьян
(Христиан!),
Распнём!
Распнём!

Пусть грызут псы мощи святых!
За Осанну - ножом - под дых!
Крест - под корень рубить - топором,
Нечистоты -
В Господень дом!

Кто рыдает ещё по Царе???
Будут свиньи хлебать в алтаре
Своё пойло и вашу кровь!
Ну-ка Русь!
Встречай свою новь!

Задерём подол, тридцать шкур сдерём!
И ещё подай - тридцать первую!
Выю гни под ярём,
Выю гни под ярём
И не смей шептать нынче:
«ВЕРУЮ!»

Новый Бог пришёл! Новый Царь - царит!
Взяли - эк! - разгон, что земля дрожит!
Из церквей Дары - да в блевотину!
И в навоз то, что звалось Родиной!
Время дельное!
Преуспельное!
Да расстрельное!
До зари...
Новый Царь - царит!

Ну-ка шагом все! Власть Советскую
Славьте вы, человечий навоз!
По дороге последней -
В мертвецкую -
Остановка с названьем -
Колхоз!

Славьте вы, материал для опытов,
Свет Учения! Братств да свобод!
Слава равенству в стаде безропотных,
Чёрной кляксой отмеченных -
В расход!

Славьте Партию! Мудрого Кормчего!
Вот, отец вам и мать, вашу мать!
Из расстрелянных душ липким сочивом
Будем каинов братство скреплять!

Славьте в голос под пытками
Учение нас направляющих гениев!
По иконам свиньи копытами
Ходят...
Славьте, коленпреклоненные!

Пуповину жнеца с землёй
Перережем!
Перегрызём!
Пусть на камне сеет, поливает слезой,
И заменит соху ему
Лом!

Как и с небом, с землёй разодрать
Узы! С ними и узы родства!
Пусть сын трижды плюнет в мать,
Пусть дочь отречётся отца!

О, славься, страна сирот!
На марши иди и пой!
Удушен, развеян твой род,
И каждому имя -
Изгой!

Изгои, шагайте в ногу!
И церберов плотью своей
Питайте!
И плюйте в Бога,
Славя новых Царей!
Вождей!

Зашлёпала в кожанках пьянь -
Живое терзать, гнать, молоть...
Весь мир -
Вечный сад Гефсимань,
Где вновь предаётся
Господь.

Церкви, тюрьмы - сравняем с землёй...
Вся Россия станет тюрьмой!
А без Бога не скинуть оков...
Мы рывок совершим такой,
Чтоб раззявил весь мир рот свой!
Что ж жалеть миллионы хребтов?!
Все ломать! Сапогом! Сапогом!
Так - весь русский хребет на слом!
Нет свободней страны рабов!
Великий даёшь перелом!


1

ЦАРЬ-ГОЛОД

Вся страна-то, вся Россия - что мертвецкая!
К мёртвым мамкам ручки тянутся детские,
Плач умолк, вздох затих, только вороны
Мертвым глаза клюют,
Гимн новый, стервятничий, хором поют,
Чёрной стаей текут во все стороны.

Тянет руку старуха костлявую:
«Хлеба!!!» - миг и лежит мертва...
Пронеслась продразвёрстка оравою,
Злобой харкая - не расти трава!

«Хлеба!!!» - дети хрипят сплошь нездешние.
Принимай, Господь, души безгрешные!
Кости их - на дорогах лежат псам добычею,
Иль во рвы сброшены - беса опричниной.

Архи нам повезло с Царём-Голодом!
Пускай передохнет великорусская шваль!
Уж теперь-то сдерём с церквей золото!
Уж теперь никому - ничего - не жаль!

Всех христиан-крестьян надо выморить!
Архи-важное дело, товарищи!
Недоработки террора пожарища
Царь-Голод на славу выправит!

«Хлеба! Хлеба!!» - по всей земле русской стон.
«Интернационал» - гимн воров-ворон -
Днесь, зеницы младенцев клюя, всё каркают
Там, где меж ещё живых
Смерть шаркает.

Славься Царь-Голод и власть Советская!
Славься великая наша мертвецкая!
Милосердней были мамаевы полчища...
Распята Русь христиан,
Распята Русь крестьян,
А распявшим - доныне почести!

2

РЕКВИЕМ ТАМБОВЦАМ

Под ногами бесов - вдруг - земля горит!
Это рать поднялась - Антонова!
Доколе бесчинникам нас терзать да морить?
Да не хватит ли? Не довольно ли?!

Да куда там! За всякого вставшего
Семьи, други - без счёту положены.
Сёла целые - да в заложники!
Распластайся ниц, Русь хлебопашная!

То не Ирод восстал. Ликом бел и холён
Тухачевский, а втуне что уголь черён,
Ирод новейших времён!
Не тратя лишний патрон,
Мужиков - травить
Газами в камерах!
Баб, детей - морить
В концелагерях!
Велик эконом!
Велик победитель вдов и сирот!
Учитесь, перенимайте, как целый народ
Истреблять, выжигать огнём!

На тамбовщине горький плач стоит.
Красный Ирод скорый суд чинит.
Тухачевский - и век пройдёт -
Имя скажут - и дрожь проймёт.

Ну, а мы, ну, а мы, православные!
Мы героям-тамбовцам поклонимся,
Всем, поднявшимся в схватку неравную,
Чтобы в ней упокоится...

3

СЛЁЗЫ БОГОРОДИЦЫ

Кнутом - по глазам. «За что, сынок?!» -
Бабка в плач. А Хам насмехается
Да в икону плюёт... «Ох, накажет вас Бог!»
Хам грозит, от кощунств разрывается.

Дряб! - пополам лик Пречистой о печь:
«Собирайсь, отродье кулацкое!»
Не привёл Господь прежде в землю лечь...
Смотрит, лузгает, харкает, клацает...

«Да какие ж мы...» - «Ну, пошли, мать-размать!
А не то враз отправим к Духонину!» -
И ну деда за бороду рвать да таскать,
Чтоб не смел рыдать над иконою...

«Лавку не держал, старый хмырь?!
Всех бы вас, кулаков, на одном суку!»
Покачнулся мир, разломился мир...
Тычет маузером прямо в грудь старику.

Стонет бабка, по полу ползает:
«Отпусти ты его ради Господа!»
Дед за сердце схватился, глаза завёл
Да упал ничком - головой о пол...

Поднялась старуха с колен, кричит:
«Всех убивцев, всех вас - проклинаю!» -
И ухват схватив, что стоял у печи,
Им грозит, обезумев, босая...

Хлоп - упала старуха рядом с дедом своим.
Жили вместе - так и туда двоим.
Не одеты, с постели подняты -
Кто оплачет их? Похоронит их?

Прячет Хам раз лишь рявкнувший маузер.
Экая приключилась оказия!
«Всё, что ценного, взять!» Мигом схвачено!
Айда других раскулачивать!

Набежали-ушли... Старики
Вечным сном спят. Заря ползёт мглистая
Только катятся слёзы горьки -
То рыдает Пречистая!

4

ПОТРОШИТЕЛИ

Дым коромыслом: пили-гудели,
Всё разбазарили с лёгкой руки.
Зато - не кулаки!
Чем мы - не бедняки?!
Гуляй, Емеля!

Матросик в клешах да тельнике -
Заводила... Это мы бездельники?!
Кто сказал?!
Контру ту выводить в расход!
То ль гроза? Не гроза,
А комбед идёт!

Что за зверь такой? Не работали,
Не учились - теперь самовластники!
Здравствуй, жизнь разбойно-вольготная!
Развернись, душа, что на празднике!

Было ваше - теперь будет наше всё!
Всё возьмём, что вы потом нагорбили!
Своё прогуляли-пропили,
И ваше в раззор введём - наш пир весёл!

Не комбеды - а ком-бедЫ!
Навалился - и уж не вздохнуть!
Прахом жизни труд,
А они орут:
На Советскую власть будешь спину гнуть!

Цари новые - Троцкие-Свердловы...
Да уж прошлые! Нынче новый Царь!
Хан... Иосиф... От страха бледная
Заря дрожит над землёй, бывшей хлебною -
А теперь по ней мор да гарь!

А они-то всё в коже слоняются,
И Антихрист взамен Христа - на стенах -
На них щурится...
У детей вырывать не стесняются
Из рук. Всё возьмём сполна!
Да когда ж эта власть окочурится?!

- А вожак у них - никак Сёмка-Каторжный?!
- Вот, возьмётся он раскулачивать!
Мастер! - Волки действуют слажено
Против овец одураченных!
- Сёмка, Сёмка... Ты выше бери!
Снизу-доверху - каторжане сплошь...
Чуть что - за нож!
Понаехали упыри...
Кол осиновый бы... - Знать, последние дни
Приближаются! Предтечи они...

А они идут: что хотим, возьмём!
Мы власть теперь! Мы Царь и Бог!
Не грабёж теперь - законный изъём!
А врагов-кулаков - всех в бараний рог
Согнём!

5

ЛОШАДЬ

Человечьи глаза... Сколько лет с тобой
И печали делили, и радости.
Твой ярём был тяжёл, да не легче и мой...
Мало видели в жизни мы сладости.

Но да разве тебя я не холил всегда,
Не жалел? Были мы не разлей вода.
А теперь волен всяк тебя сечь по глазам...
Где уж жалости взять к лошадиным слезам

Там, где нет её к людям. Нет к детям.
Век сиротства стегает нас плетью...
Так поплачем вдвоём в предрассветье!

Человечьи глаза... Верный, добрый друг!
Как предать тебя в руки вражины?
Не напоят тебя, не сведут на луг -
Измытарят вконец, искуражатся...

Не держать коней... Держишь - так богатей!
Что за зверь колхоз? Забирай, володей!
А от конских слёз - поле, знать, солоней.

Напоследок ещё я тебя обниму
Да почищу... Рассвет уже вскорости.
На колодец хватило бы горестей,
Что нам пить суждено. Ныне всё без уму...

Ты не бейся, мой конь, как тебя поведут
От меня руки злые да чуждые.
Ты не рви удила. Нам не снять наших пут.
Разрывают все узы бездушники.

Человечьи глаза... Ты всё понял, мой брат.
Добрый конь, мудрый конь, головой не качай.
Мы трудяги с тобой, а не пролетарьят...
Ну, кормилец, прости! Ну, родимый, прощай!

6

КРЕСТЬЯНИН ВАСИЛИЙ

Умён был прадед. Со всей семьёй
При Ляксандре Павлыче себя выкупил.
При нём - не цыкали.
Нрав был крутой,
А зато
Хозяйство сыновьям - сколотил.
А поглянь: вечор ещё крепостной был!
И мясо ели, глада не знали -
Но да в поте лица и пахали!
Всей семьёй. Год за годом. С зари до зари.
Вот, мы - племя кулацкое!
На нас, как на серых, вали, ври,
Клади штабелями - в могилу братскую!
Целый век на земле... Дети грамоте знать
Стали. Те - в города пошли,
А другие себе ремесло нашли...
И когда отдыхать,
Коли надо пахать?

У отца уж такие поля, всем полям поля!
Вся семья на них трудится. Да работники
Из наймитов. То ль жизнь вольготная?
Вам ли знать, всё спустив да зады заголя?!

Дядька был учён. По науке завёл
Всё хозяйство. К работе был дюже зол.
Маслобойню завёл знатную:
Аж в Европу везли, в богатую!
Сапоги тачал на досуге.
Всё умели крестьянские руки.
А иные кивали вслед:
Вон. идёт мироед!
Газеты читал да книги в дом нёс,
А сам у коней проверял овёс:
Все ль накормлены?
Все ль здоровые?
И светились глаза суровые.

А росла семья. Развернуться б где!
И душно ведь в общинной узде!
Земля на добро добром отвечает,
А на худое - родить прекращает.
Пособил свет-Пётр Аркадьевич! Поклон ему!
Едет старший брат, рассудив по уму,
В земли Сибирские,
Кладези Российские.
Сильна прадеда кровь. Обустроился,
Избу колотил, любо-дорого!
Отец, между тем, упокоился,
Не встретив грядущего морока.

Средний брат - бунтарь! В столице осел,
Закружился в её исступлении.
О Боге забыл, о родимой красе -
Всё томится умов волненьями.

Двое младших хозяйствовать начали...
И не ведали, сколь наплачутся.
Бремена-то тяжки...
Вот, мы - кулаки!

И война тут грянула клятая,
Завращалась кровавая мельница.
Поля колосятся - стелются
Под пожарищами закатными.

Младший брат - на фронт... Да и там пропал.
Упокой его душу, Господи!
Брат Василий один хозяйничать стал,
А уж лихо идёт грозной поступью.

А Василий - в прадеда тож. Умён да суров.
Больше дела да меньше слов.
До седьмых потов!
И хозяйство цветёт от трудов.

Вот - кулак! Бей кулака! Жги! Громи!
И нет маслобойной... Дави! Жми!
Чай маслица вам не надо самим?...
Не надобно - им!

В Гражданской войне старший сгинул сын...
Расстреляли. Остался один.
И зять - один. Другой - в городе.
Да дочь ещё... Зелено-молодо...
Радость отцова.
Скажет лишь слово -
И легче. Красавица Ксюша...
Пора бы и ей искать мужа...
Да где искать,
Чтоб нестрашно отдать?
Кулацкая дочь... Кулаки!
Какие тут женихи?
Как прокажённые...
Где зерно росло - головёшки пожжённые.
Страшно жить,
Тяжко жить,
А когда-то тужить?

Власть Советская! Что ж, переможемся.
Прадед начал с нуля... Потрудимся, и сложится...
Меньше жатвы пока,
Меньше и молока...

Голод выморил скот. Народится опять!
Перемелется всё. Руки не опускать!
Перетерпится! Пережить бы год!
От зари до зари, наизмот...

И поднялись опять! Как такое спустить?
Глаз недобрый глядит, не смыкаем...
Выжидает,
Чтобы добить!

И придумали зверя: колхоз!
Отдавай нам всё кровное!
Коров, лошадей, коз! -
Кулацкое добро, незаконное!
Бей кровопийц-кулаков-мироедов!
На шее крестьян трудовых - ледащие-пьяные:
Поездили?! Песенка спета!
Власть окаянная...
Ломали полы, до последнего зёрнышка
Тащили... Отдать ли голодным смертёнышам?!
Да нет! Государству! Оно - сожрёт!
А народ - пущай с голодухи мрёт!
Вот и выгода!
Горько мычали коровы...
Как-то им будет без хозяйской руки?
Не быть ни сытым уж, ни здоровым...
Вот мы - кулаки!
Но не всё ещё! Заклеймение:
Народа враги! Хлеб растил? Преступление!
А брат был в Сибири - у Колчака! -
(Расстреляли) - Смерть кулакам!

Что успели, скорей, на подводы.
Куда теперь? В расход? В лагеря? Угадай поди!
Как огонь в груди...
Прахом сколькие годы...

Никогда не плакал Василий.
А теперь - рыдал. Не сдержал уж слёз...
Вон, трава блестит - оросило:
Теперь бы и на покос!
Измытарят поля, перестанут родить...
Изведут и скотину. Чужую - к чему хранить?
И землицы жаль,
И скотинку жаль...
Впереди лежит беспросветная даль.

А семье каково? Вон, невестка брюхатая...
И жена в хворобе. Что-то станется?
А вокруг мурла злобные, жадные -
Усмехаются.

Жмётся Ксюша к плечу, плачет: «Тятенька,
Что-то будет?» А мурла уж косятся.
Сдюжить ради неё... Сдюжить ради-то...
Плачет родная, простоволосая...
- Ты не плачь, не плачь, Бог помилует!
Да и братец с деверем сильные... -
Только пуще рыдает милая,
И не верится в чудо Василию.

Знал бы прадед... Василием тоже был.
Оттого повелися - Васильевы.
Всё Васильев род одолел, победил,
Да не сдюжил пред красною силою...

7

ЕРМОЛАЙ

Полвека свободными прожили!
А тепериче - крепостные опять!
Гонят в место какое отхожее?
Иль стрелять?

Не видали такой-то барщины!
Не знавали такой-то оброк!
Милосердней была, знать, татарщина...
Жив был Бог...

Над телами власть пусть имели баре,
Но новым и душу - отдай-принеси!
В этом бесовском угаре,
Боже ты мой, спаси!

Батюшка Ляксандр Освободитель
Всех свободил... А нынче явился гнобитель:
Пополам согнитесь
Да будьте рабы!
Нет уж, лучше сразу - в гробы!

Говорили: «Землю - крестьянам!»
Кому что дали?! Власть пьяным
Да пришлым... Народная власть!
Страшнее чумы напасть!

Пришли в сапогах,
Разодетые в пух и прах:
Иди сюда, морда кулацкая!
Затворами клацают.

В рубахе, в лаптях,
Мозоли сплошь на руках,
Выходит к ним Ермолай:
Вот, кулак - понимай!

Отец каждый грош берёг. Кузницу
Завёл - всякий шёл подковать
Коней. Мать - искусница -
Пирогами ходила на базар торговать.

Сами не доедали, копейку копили,
А детей в люди выводили.
Старшую дочь купцу сосватали -
Да не быть богатою...
Разорили купца, сослали,
Будто сами колбасы его не рубали.
А младшая в тифу отошла -
И не жила...

Один брат помре, другой - Богу молился,
Спасался в скиту, смирялся, постился...
Отправили на Соловки -
Там сгинул... Вот, мы - кулаки!

А Ермолай проживал по-старому:
В кузнице жаркой - крупен, высок.
Между распрями, между сварами,
Что Сварог!

Младшие дети - малы.
Старший - отцу подспорье.
Ждали - окончится горе,
Развеется пылью золы...

Петля всё туже,
А всё ж - не тужим!
Куда там! Ведь и войну пережили!
И голод! И рук не сложили!
А ныне пора уж опять -
Жить начинать.

Ан не тут-то было! Стоит Ермолай,
Сын Никита - чуть поодаль.
А «власть народная»
Велит: - Собирай
Манатки живей! Кулаков нам не надобно!
- Мы - кулаки?! В лаптях?! Правда ли?!
- Советская власть знает врагов!
Не скроешься, будто бы нет сапогов!

Завыла жена, да дети на полатях
Заплакали, смотрят на пришлых, дрожа.
- Собраться позволите?
(Крепись, душа...)

- Поднимайся, Марья! Детей сбери! -
Всё, что нажито, как в огонь идёт...
И душа болит,
Так душа горит,
Точно молот по ней - бьёт.
Вступил ведь в колхоз, сердце скрепя...
- Обманом пролез, чтоб вредить изнутра!
Испуганно дети сопят,
За окном свет утра.

Залаял пёс во дворе, на пришлых - бросился!
Верное сердце - хозяев хотел защитить.
Всю ночь провыл, уже чуя грозное...
А Ермолай, не спав, выходил бранить...
Бросился пёс... И всего два выстрела!
Жалобно так завизжал, заскулил,
Искал хозяина преданно-чистыми
Глазами... Выстрел третий - добил...
Кулацкий зверь!
Укусишь теперь!

- Детишков за что? - Кулацкие выродки.
Под корень известь! Чтобы не проросли!
Двуногие-живопырные,
Откуда же вы наросли?
Какая вас мать родила? Волчиха ли злобная?
Молитвы перед путём:
Пречистой, Николе, Сергию Преподобному...
Осенясь крестом:
Прощай, родимый дом!
Последний поклон... Прикладом в спину:
«Пошёл!» Дети в рёв. О, Господи, в чём их вины?!
В невинности лишь... И вся правда - в том...

8

ИСХОД

Вдов, стариков, мужиков, сирот,
Детей малых (забирайте приплод!)
На подводы по всей волости -
Всей соборностью!

Что по волости! По губернии! По России всей
Горький плач стоит.
Жарко, жарко от слёз детей,
От сиротских молитв!

На площадь свезли - со всех сторон -
Не разъехаться! Погребальный стон
Над всем городом, как набат.
Богородица, раскинь плат
Над скорбью этой безмерною,
Охрани, укрой
Народ свой
Под пятой
Люциферовой!

Один ярмо несёт, другой часы стенные,
А тот - самовар... Отцы честные!
На что?.. А не знали,
Себя не вспоминали -
Что дороже, что успевали,
То и хватали...

Что дорого было в жизни, то после ней - кладь...
Да жаль бросать!
Несут, кряхтят,
А конвоиры - честят
По матушке...

Хлещут коней - разъезжайсь! Только брызги грязи.
Что здесь? Утро стрелецкой казни?
Не стрелков казнят, а крестьян,
Христиан...

Каты - вращают глазами бешено...
Едва идут пешие,
А бабы с возов воют,
Как об упокое...
И дети с ними. Жестокая доля...
Осталась земля без соли -
Не будет родить...
А соль приказ - истребить,
Выполоть, как сорняки.
Соль - кулак!
Соль - народа враг!
И гаснет очаг...

Вдовица рыдает: «Меня за что?!
Побирались почти, чтоб собрать на стол...»
- Кулаком был муж! Ты богатая!
Куда добро народное спрятала?!
А кто не кулаки, те - подкулачники!
Наймиты Антанты! Знаем вас!
Комсомольцы-ударщики
Пред вдовой не отводят глаз.
Гордятся... Сынки... Взгляд мучителей
На жертвы взгляд - кто отведёт?
На грудь голова обречённой падёт -
То-то, вредители!

Старухи крестятся, молятся...
Где вы, родные околицы?
В родной земле почто не лежать,
Где отец и мать?

И вдруг один: «Христос Воскресе
Из мертвых, смертию смерть поправ...» -
Щупл, дран, ногами босыми грязь месит,
А прямо смотрит - прав!
- Заткнись! - орут и затворами щёлкают.
А он смеётся - Миколка-дурак:
«А сами б умолкнули!
Я говорить буду, всем кулакам кулак!
Кровь! Кровь! Кровь! Свежеватели душ!
Пьют, пьют, пьют! Не упьются!
Разбежались велико уж!
Скачок! Гоп! Разобьются!
Каин! Каин! А где Авель, твой брат?
Кто сеет хлеб, а кто кровь жнёт
Посеявшего... Пьёт! Пьёт!
Не насытится! Вырвет мяса шмат!
Кто хлеб садит, кто людей садит...
А хлеба и некому садить...
Будем людей жрать и кровь человечью пить!
Землю мостить
Костями!
Безотходно как!
Вот я - классовый враг!
В портах моих дыра,
Ни кола, ни двора,
Погорело всё, а я - мироед!
Нет!
Миром едомый!
Мой хребет -
Хряп! - переломан!
Сидит живоглот да всё жрёт!
Живоглоты людьми не бывают!
Живучи, пока самих не сжирают!
Да сожрут - время придёт!
Что стоите - слушаете?!
Отпустите погулять мою душеньку!
Тошно в пасти гнилой жить живоглота!
Свинцовую волю дайте мне! Свободу!»
Бах! - спохватился, стрельнул один...
А дурак - невредим?!
Нет! Кровь пролилась!
В навоз и грязь...
Два шага к убийце, рукой скрюченной,
Окровавленной, ткнул, плюнул, глаз не сводя...
И как в падучей
Забился, в небо глядя.
Дух испустил... Молчанье кругом.
Бледен убийца. Миколка-юродивый,
Гуляешь теперь на свободе ты...
Но-но! Не стоять! Хлещут вновь кнутом.

Двинулась снова, как ходом крестным, Русь
К Голгофе своей. Русь уходящая!
Кровь сосёт ядовитая гнусь,
Ничего не щадящая.

А Миколка остался лежать посреди
Дороги, тоня в грязи. И не дали
Закрыть мертвецу глаза, на груди
Руки сложить - мимо прогнали.

Так он и глядит. Безумный, отчаянный -
Как приговор его взгляд -
На Суде, стоя справа, укажет на Каина,
Кровью отмеченного: «Где Авель, твой брат?»

9

ВАГОНЫ

По вагонам! Прикладами вместо плетей...
Кто вас породил, чертей,
На погибель нашу?!
- Ребёнка задавили!
- Вперёд, мамаша!

Вагоны - лошадиные.
- Потеснись, потеснись!
- Селёдке в бочке просторней!
- Держись!
- Святые угодники! Не вздохнуть!
В путь! В путь!

Через всю Россию... К северу... Скот возили
В условиях лучших... Боже, дай силы!
Бух-бах - колёса по рельсам...
- Папаша, согрелся?
Ты замёрз вроде?
- Ох, душно-то как!
- Ничего, освежимся вскоре...
Бух-бах...
Бабы, мужики - человечье месиво...
Ох, и славно живём! Ох, и весело!
- Тирану хвалу споём!
- Лучше заупокойную!
- Дождёшься... Он прежде всех нас сгноит!
- А, может, ошибка, братцы мои?
...Повсюду зараза гнойная...
- Ох, Николаша-царь! Как жили при ём!
С хлебом! С сальцом!
На всём своём!
Как жили при ём хорошо!
- Царь, бабка, в голове нужён!
- А Бог в душе...
- Да умолкните вы?!
Ну услышат как!
- Мелите, точно пьяные!
- Молчите, окаянные!
- Хотите, чтоб нас перебили?!
- Так мы уж - мертвы!
- Не бойся, тётка! Межу перешли - чего терять?
- Ишь ты лихой! Мать твою перемать!
Думай, что хошь,
Да молчи! Наговоришь на грош,
А ответ червонцем!

Бух-бах, чух-дых...
Телячьи вагоны...
- Воды!... Воды!...
- Раздвиньтесь! Баба родит!
- Батюшки святы! В пути!..
- Ксюша, дочка, скорей помогай!
Племянника - принимай!
- Ох, баба несчастная!
- А дитё-то?
- Труды напрасные...
- Есть ли чистое что у кого?!
- Нет ничего!
- Рубаху порвать
Да запеленать!

Крики, плач...
А колёса - как вскачь...
- Зачем-то родиться детям,
Коли в ад - едем?...

10

СМЕРТЬ МЛАДЕНЦА

- Молока! Молока! Молока! Погибает дитя!
- Да что им!
- Ну, тише там! - только честят.
Мать в горячке лежит,
Пена изо рта, дрожит...
Не жилица уже... И малой не жилец...
Постарел лет на десять отец...
Плачет кроха.
Ужели у Бога
И к малым милости нет?!
Крики, хрипы, горячечный бред...
А ребёнок всё тише...
И, вот, не дышит...
Посинел, запрокинул головку и отошёл...
Андельская душа! День лишь прожил...
А следом мать...
- Им теперь хорошо
Вдвоём...
- Теперь бы да на помин души!
Плачет Ксюша, целует брата.
Сестра мужу шепчет: «Как же я рада,
Что не понесла...
А прежде в слезах
Всё горевала...» Отец молчит.
Как каменный стал. А поезд - стучит
Колёсами к аду...
- Ах, как же я рада...

11

СИРОТЫ

Провожала меня мать, плача горько:
«Ты в люди иди, сынок... Пожалеют, авось!»
Закачалася зорька.
«Наши пути теперь - врозь...
Авось, не прогонят, дадут кусок,
Обогреют сирот... Только, слышишь, сынок,
Говори, что родители померли с голоду,
Мол, идёшь с братцем аж с-под Вологды!»
- Как я, мамка, скажу, коли вы - живые?!
«Говори, не робей! И путями кривыми,
Если надо, иди!
Грех твой на мне! Только не пропади!
И братца тяни! Двое осталось вас!
Ермолаичи! Материнский глаз
Не присмотрит за вами, рука ничья
Не обнимет вас... И чьи вы сыновья,
Не узнает никто... Как нас не бывало,
Как семени, что на камень пало...
Вырвали с корнем из земли родной -
Жребий наш худой...»

Хмурил брови отец: «Всё, что видели,
Помните! Может, вы светлый час застанете,
Нас громко помянете,
Не страшась гонителей.
Нам не спастись. Вы, двое, спаситесь!
Благословляю вас! Ваши грехи на меня
Лягут... Вы, сыновья,
Вырвитесь, бейтесь, живите!
Ну, с Богом!»

Брат старший обнял,
По кудрям слегка потрепал:
«Авось, и свидимся, братья!
И чрез болота есть гати!
Найду вас!» - легко подсадил,
Мать сунула хлеба, отец - перекрестил...
И, вот, мы уже на земле...
Под вагонами, скользнув, скрыться во мгле
Вечерней... Вон, городок стоит...
Хнычет Федя, и сам я едва не реву.
Поезд гудит, гудит...
Катится... Прячемся - во рву.

Поезд уходит. Там мамка, отец...
Никитка - брат. Уже ли конец?..
Заплакать навзрыд
От всех обид!
Да нельзя!
Старший я!
Федьку надо вести.
Как мать наказала, по людям идти.
Христорадничать иль самим брать -
Только надо жить, а, что б жить, жевать!

И пошли вперёд. Вся Русь - сира
От сирот. Сама она - сиротина.
У зверей у всех есть нора,
А у нас... Точно из карантина
Сбежали с чумой... Тётка есть у нас.
К ней пойдём. Авось, не прогонит.
У людей стал недобрый глаз,
Люди души хоронят,
И поминки черны... Верста за верстой.
Спали, друг друга грея, под небом - постой!
Крохи порой подавали,
Два раза воровали...

Голод извёл, а дошли до села,
Где тётка Настасья с мужем жила.
- Здравствуйте, дядька Матвей!
- Кулацких сыновей
На порог не пущу! - как пошёл орать!
- Уходите отсель, так и так вашу мать! -
Кулаком погрозил
И дверь затворил...

Тётка догнала, глаза скосила:
«Не можем мы вас взять...
А то и нас - возьмут...» Сидим без силы,
Нечего сказать...
Протянула калач, горшок молока:
«Ступайте с Богом! Не дай Бог увидит кто!»
Дядька Матвей наел бока,
А нам и на ночь не даст постой...
Тётка перепугалась! Чертей - меньше бы...
Убежала... Добрее бы леший был.
- Уходите!
Куда?!!
Отовсюду нас гонят, потому что беда
Стоит за нами... Некуда идти!
Слёзы из глаз... Мамка! Где ты?! Прости!
Нет больше сил,
Чтобы ходить по сирой Руси
Да стучать в ворота закрытые
На засов. Для чего оставила?
Для чего к людям отправила?
Лучше вместе всем быть убитыми...

Ты жива ль ещё?! Помоги! Помоги!
Помолись ты, мать, за своих сирот!
Детей ласкают других,
А нас всякий лишь бьёт...
Матушка милая! Где же ты?! Забери
Нас с собой... В чём мы виноватые?
Ты говорила, за хмарью закатною
Свет негасимый горит,
Там Бог живёт... Мы к нему хотим!
И к тебе! Чтобы ты приласкала нас!
Увидеть тебя хоть раз!
И прижаться к твоей груди...
Забери нас, мама! Прости!

12

КОЛЫБЕЛЬНАЯ

В мрачном небе тучи ходят,
Ветры горестно поют.
Будь, сынок, во сне свободен...
Баюшки-баю!

Твой отец уснул убитый,
Дом сожжён дотла.
А из стали век отлитый
Строит грады зла.

Дождь из слёз нас орошает,
И царит угар...
И наган свой заряжает
Чёрный комиссар.

Ленин, Троцкий, Свердлов, Сталин -
Нашу кровь все пьют...
Спи, сыночек, в крае дальнем.
Баюшки-баю!

Мы с тобой давно в разлуке.
Как ты там, мой свет?
Обречён на скорбь и муки
На заре ты лет...

Спи, мой ангел, пусть приснится
Светлый сон тебе.
Без решёток милых лица
Взглянут в колыбель...

А над сном не имут власти
Наши палачи.
Пусть тебе приснится счастье,
Пасхи куличи...

Бесов от души отвадит
Святый Николай.
Спи, не помня об утрате...
Баю-баю-бай!

Разорвали нас на части,
Стонем на крестах,
И горит бесовской власти
Красная звезда.

Только верь, голубчик милый,
Что воскреснет Он,
По земле пройдётся стылой
Под хрустальный звон.

Мне лучом бы обернуться,
Льнуть к твоим очам...
Слёзы наши отольются
Нашим палачам.

Сохрани же тебя Боже
В адовых кругах
На страданья бездорожьях,
Где метёт пурга.

Спи, сынок! Не вечен Сталин.
Помни мать свою!
О тебе молюсь из дали.
Баюшки-баю!

13

ДАНИЛА-ФРОНТОВИК

Развернись, богатырь! Сажень в плечах косая!
Против десятерых, не робея, ходил -
Крепка косточка фронтовая! -
Три года германцев бил.
Сам бит не бывал. Бог берёг.
Говорили в полку: Данила-Сила!
Такому ль платить оброк,
Тащить барщину?! Бар - на вилы,
Будь белы они, будь красны!
Всех вряд - на ветке сосны!
Землю - тому, кто пашет!
Это - наши!

Обещал Ленин: Землю - крестьянам!
Добро! Власть Советам даёшь! Даёшь!
А получилось что ж???
Кабала у каких-то поганых!
Нет, шалишь! Обещал - подавай!
Зря, что ль, к Москве не пустили Деникина?
Царя даже скинули, так уже ль не скинем мы
Самозваную власть?! Ну же, народ, вставай!
Дворяне клевали... Да что! А ныне
Уж не клюют - не жуя, проглатывают!
Когда ж это нам власть такую сосватали,
Что кровь от неё в жилах стынет?!

А не забыли Даниле, что в «охвицеры» вышел!
Элемент социально-опасный - так и запишем!
У Будённого был? Бедняк?
А всё одно: запишем - кулак!
Не надо было по пьяной лавочке
Трепать, что у нас, мол, Сатрапия!
Там уж поставили галочку,
Уж не прошляпили!
Классовый враг! Колхозы ругал!
Активистов с крыльца погнал!
Ружьём грозил
Да по матери, страшно сказать, Самого честил!

Выходила б «вышка», да чёсом взяли
С другими... Казалось бы, благодарен будь,
Что проморгали
В Георгиях грудь.
А Данила опять за своё!
Поднимайся, - орёт, - мужичьё!
На остановке чуть бунт не устроил,
Сопротивление оказал конвою!
- Русские люди! Куда ж вы глядите?!
Вас, ваших чад истребляют, а вы?!
Встанем за волю! Братцы, боритесь!
Мы же ещё не мертвы!
Потом поздно будет! Что нам терять?!

Загудели тут обречённые...

Ну, да нам не привыкать!
Мы учёные! -
Пулемёты согнали, каждого десятого
Выхватили, поставили вряд...
Было и гуще средь наших страд!

Время закатное...
Пли! Застучали! Один за другим
Валятся люди... Данила держится,
Смеётся, словно и впрямь тешится -
Что делать с таким?!

Крики, вопли... Вдовы и дети воют,
Матери... Плачут по мёртвым своим,
По самым родным,
Которых лишь ветр упокоит...

Не подпустили. Прикладами. Ну-ка!
Все по вагонам! И стон великий
Над всей дорогой стоит, безумный, дикий -
В нём всей России мука.

Там, где стояли, лежат мертвецы.
Одёжу с них сняли - не побрезговали...
Была при Цари жизнь - пресная!
Веселей - от смертельных бацилл...

Слетелись стервятники. Тела лежали.
Десятки убитых. И сотни тысяч
По всей Руси, чтобы искру высечь
И пожар мировой раздуть, уничтожали,
Как в печи доменной, в адовом пламени
Русский народ. Христиан. Крестьян.
Не оправиться впредь от жутких ран -
Тяжью раздавлены каменной,
Распластаны - переломлен хребет -
Кровь из горла - и встать сил нет...

В пыли богатырь молодой
Лежит с прострелянной головой.
Пулемёт не убил. Подошёл вплотную...
Один - из нагана - в лоб - врага!
И торжествует:
Убил кулака!
Бунтовщика!
Слава ЧК!
И не дрогнет рука.

Война щадила Данилу во всех окопах -
А лежит он убитый,
Всеми забытый,
Дождями оплаканный и омытый...
Народная власть, народ слопав,
Только рыгнула сыто.

Нет в синодиках
Русских этих имён.
Безымянных убитых -
Не един миллион.
Племя растоптанных - Имяречье!
Русской судьбы - вековое увечье.
За Имяречье молитву прочтите!
В племени этом и ваши есть праотцы!
Русские люди, в памяти вечно храните
Свой геноцид!

14

МЕРЗЛОТА

До нутра промерзает земля. Ни души, ни крова.
Из мерзлоты - лес чёрный, суровый.
Как остров необитаемый,
Всем живым избегаемый.

Что ж зря патроны тратить? Здесь не живут!
Что охрану ставить? Не убегут!
Некуда бежать! Попытаются -
За Данилою споро отправятся!

Разгрузили груз живой и отчалили.
Будут могилою братскою эти печальные
Края, где ни еды,
Ни оружия, -
Ничего, кроме беды.
И контуженный
Ветер плачет-вопит
О тех, кто убит.

Ни тёплых вещей, ни скарба.
Горько заплакали бабы.
Поднялся тогда Василий
(Постарел за дорогу сильно):

- Полно, братцы! Знать, пращуры наши
Не такие края обживали.
Али мы заплошали?
Всё лишь вначале страшно.
Тут хоть конвоя нет! А что есть?
Руки, ноги и голова! Да вода! Да лес!
Али нам того мало?
Манны небесной нам не упало.
Подтянем пояса...
- Куда ж тянуть?!
- Подтянем! Все вместе - возьмёмся.
Когда единой силушкою да упрёмся,
То наладим жизнь и здесь как-нибудь!

Ермолай подал голос:
- Айда,
Мужики! Помереть завсегда успеем!
А поколи не околеем,
Поборемся! Не одолеют
Тогда!
- Поднимемся, не рассыплемся! Что зря сидеть?
Штука хитра ль - помереть?
А попробуй-ка жить!
Ну, что порешим?

И подтянулись, взялись, благословясь.
Больные, голодные - в краю, не знававшем
Ремёсел и пашен -
Со смертью за жизнь борясь.
Для труда и орудий нет - так ищи, делай!
А русский мужик - умелый,
Смекалистый - не просто сломить.
Легче - убить.

Или лучше - всего лишить,
Во что душу так радостно было вложить,
За ручку водить -
Самому - ни шагу!
Служи винтиком к мировому благу!
Тогда все уменья - напрасный дар!
Руки сложить, по возможности.
Нам от чьей-то итожности -
В ясном небе пар...
Только норму давать
Да тишком попивать:
Без земли, без скота
Жизнь мужика пуста.
Так колхоз утюжит
Крестьянскую душу...

А в мерзлоте вечной - дело иное!
Каждая пядь - неравным боем!
А побеждали!
А выживали!

Живуч был народ! Закваска крепка!
Спорилось дело в крестьянских руках!
Землянки явились,
Огни задымились.

А прежде оставили крест на брегу
Всем, кто остался лежать на пути...
Последней дани не отдадут «врагу».
Последний приют им - где обрести?

Сочли всех и выбили имена:
Помни своих убиенных, страна!
Так на брегу скорбно взмыл крест
Средь непролазных и диких мест.

И новых ушедших подле кладут.
Погост уходящей России тут.
Господи, всех их впусти в чертог свой,
Отпусти грехи, упокой!


15

КСЕНИЯ И НИКИТА

Как цвет из-под снега белого,
Как первая птица иззябшей весны,
Приходит в сердца онемелые
Любовь, чтоб навеять сны.

И снятся ночами полярными
Вновь сполохи юной и нежной зари.
О, грёзы некалендарные -
Кто милостью большей дарит?

Лишь тем с неба розово-синего
Заря улыбнётся приветной улыбкой своей,
Кто смог пережить лютость зимнюю,
Не сделавшись цельным с ней.

Кто выжил - лицом измождённым
Светись, чуть блеснёт первый луч.
Дух крепок непобеждённый,
Как горные пики, могуч.

Как будто звоны слышны родные.
Река ожила, как будто застывшая стрелка часов.
О, благовесты ледоходные -
Найти ль для вас где-либо слов?..

Венчал ледоход
Два сердца младых.
Жизнь била под дых,
Да что ж убьёт
Любовь? И в огне вызревает,
И дальних соединяет,
Неистребима с начала начал...
А истребят - и конец тогда!
А пока - отступает беда.
Ледоход, родные сердца венчай!

- Свет-Никита, берёшь ли в жёны
Ксению? - Усы расправляет.
За зиму - не парень - мужик прожжённый,
А смотрит так ласково и обнимает!

- Свет-Ксения, берешь ли в мужья
Никиту? - Зарделась девица.
Юность сгорела в хладных краях:
Укроет очаг крылами, как птица.

Да верить могли ль эти двое
Во время такое,
Среди мерзлоты,
Что зима минёт,
Что расцветут цветы,
Что солнце блеснёт!
И что не покроет лёд
Сердец, разучив любить?
Что можно окажется жить?
Венчает их ледоход.

Благословляли по старшинству:
Василий сперва, затем Ермолай...
Ведь привелось вновь увидать листву!
Не одолел сильных душ грозный край!

Во Имя Отца... Иконой старинной...
Чья-то была? Уже не узнать.
Четверть спаслась ли из тех невинных,
Кого привезли в этот край погибать?..

Вряд ли...
И Сына... Крест поминальный
Ввысь устремляется. Много крестов
Вокруг наросло. Обряд венчальный
Первый в селенье печальном - простой.

И Духа Святаго!.. Прообраз ли новой
Жизни - в соединенье двух любящих душ?
Родным станет край, что вначале был чужд
И скуп на дары от природы суровой.

Аминь! Совершилось! Невесту жених
Целует. И счастье по лицам усталым
Струится надеждой, сошедшей в сей миг,
Что жить ещё можно начав всё сначала -
Без партии псов,
Без тяжких оков,
Без выплюнутых гнилой пастью идей -
Ради ещё не рождённых детей...

16

20 ЛЕТ СПУСТЯ

Что за диво? Среди мерзлоты
В безлюдной глуши деревня явилась! -
Смотрят с палубы, поразевали рты:
То-то чудо, скажи на милость!
А какая, гляди, лепота!
Избы крепкие! Всё ухожено!
В этом краю непогоженном!
Откуда ж люди в этих местах?
Кто указал?! Директива - где
На заселенье?! Регистрация?!
Снова система зубами заклацала:
Нет иных дел!

- Самозахват! Земля - государственная!
А государству с неё - шиш?!
Э, нет, шалишь!
- Кто позволил хозяйствовать?!
- Кулаки государство ограбили!
- Обороноспособность ослабили!
- Столько лет обирали! Рази, Закон!
- Измена! Вредительство! Устроим шмон...
- Война гремела, а недобитки эти
По хатам сидели!
- И, глянь, даже здесь - разбогатели!
- Везде кулакам хорошо на свете!
- Били-били их, а они - живут?!
- А Органы как не заметили?!
- Заметишь тут...
- Плохо работаете! Ответите!

Доложили, куда положено:
Мол, в тайге глухой нашли кулаков.
Лет 20 не замечали врагов
Под боком – недоуничтоженных!
Лет 20 в казну - ни копейки с них!
От фронта прятались, ждали прихода
Фашистов! Бей врагов трудового народа!
Чтоб не подняли снова голов своих!

Недоработки? Ликвидируем враз!
Никто не уйдёт от справедливой расправы!
От нас!
Великому Сталину - слава!

Помчались скоро. Кольцом обложили:
Никто не уйдёт! Бросай, что нажили!
В трюм погнали баб, детей, стариков:
Горды - отыскали врагов!

Как же можно? В советских колхозах
Так не живут, как в кулацком селе!
Так не быть ему на земле!
Оно - государству прямая угроза!

А иные рвались да артачились...
На буйных есть автоматчики!
Крест огромный свалили, сломали,
Сожгли, вслед погост с землёй сравняли.

Вдруг старик - весь как лунь седой.
Где хоронился? Держит икону рукой.
Смотрит прямо глазами прозрачными:
- Васильевы на Ирода не батрачили!
И не бысть тому! Пока были Васильевы,
Россия стояла и была Россиею!
А не стало нас - и она отошла.
Убили нас - отлетела её душа...
Только Суд уже скоро грядёт...
Там вас всех знают наперечёт...
Прости меня, Господи!» - перекрестился
И замертво тотчас среди срытых могил повалился.

Генерал поглядел: теперь порядок.
Ждут «героев» по возвращенье награды.
А из трюмов рыданья отчаянные...
Да смутят ли они мысль начальную?..

Трупы не убирали. К чему мараться?
Так и отплыли.
- Благодарю за службу!
- Рады стараться!
А в трюме вдовы и матери выли.

- Мамочка, не плачь!
- Ермолаюшка, милый,
Осиротели навек мы с тобой.
Лучше бы всех нас разом убило...
Что с нами будет, родной?..
Боже Всесвятый, срази меня, грешную!
Сына, молю об одном, сохрани!
Боже, спаси его! Светлые дни
Дай увидать! - плачет мать неутешная.

Брег - не багров ли от крови убитых?..
В ком-то ещё слабый теплится вздох...
Взором померкнувшим смотрит Никита
В даль, за которой Господень чертог...

ЭПИЛОГ

На крыше храма - шумит березняк.
Под крышей - место отхожее.
Разорили Русь, обезбожили,
И отсюда кабак да бардак.

Запустела земля колхозная -
А кому пахать?
Разучили. Сбежали, кто смог сбежать,
Жизнь бросив слёзную.

Прежде в праздник Престольный
Сотни сходились людей.
А ныне... На истоптанном поле
Несколько тощих коров. Нет детей.

Век назад - в каждом доме звенел
Детский смех на радость родителям.
Век назад этот край богател,
Умножались жители.

А теперь лишь старухи да несколько пьяных вдрызг.
Избы ослепли, прогнили, сплошь брошены.
Души ослепли, досрочно сожжены -
Что им солнечный брызг?

Некому жить в домах, некогда отнятых.
Лишь на погосте всё гуще кресты.
Станут деревни скоро пусты,
Некогда славно на штыки подняты!

- А это ещё что за чудак?!
Землю в аренду взял!
- Нашу?! Общую?! Это как так?!
- Да кто ему дал?!
- Ты погляди! Есть ещё кулаки!
- Богато живёт!
- Работать к себе зовёт.
- Да что мы ему - ба-тра-ки???
Шиш!
- Фермер!
- Нелёгкая принесла!
- Скотину завёл, трактор, работа кипит...
- Понаехали!
- Кто его звал?!
- Свысока глядит!
- Не хватает зла...
- Он на нашей земле богатеет,
А мы что имеем?!
- Колхозы свернули, а теперь володеют?!
Да не смеют
Лучше людей, лучше нас жить!
- Что ж нам терпеть да быть в дураках?!
- Гнать его!
- Мы не холопы!
- Круши!
- Бей кулака!

И пошли жечь с пьяных глаз
Фермера... Чёрная зависть восстала.
Что же, не в первый раз -
И прежде бывало.

Если мы худо живём, и ты живи так!
Если мы пьём, и ты пей, когда не враг!
Не отрывайся от коллектива!
А то разберётся с тобою он живо!
Так и уехал фермер-«кулак»
Искать места другого.
Да там - не начнётся ли снова?..

А здесь покатилось опять
По накатанной.
Кем-то будет село стоять
Безотрадное?

Праведники... Живы ль они?
Здравиц всё меньше, а чаще – за упокой...
Господи Боже, слезу урони
Над этой несчастной землёй!

Июль 2007






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 12
© 16.05.2020 Елена Семёнова
Свидетельство о публикации: izba-2020-2808856

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов


















1