Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Повесть. Отрывок. Соня, сова и собака


Повесть. Отрывок. Соня, сова и собака

Посвящаю моей горячо любимой мамочке  - которая была жертвователь, прихожанка, помощница в Марфо-Мариинской Обители Милосердия на Большой Ордынке. И которая с детства  называла меня "писателем" и в шутку всегда спрашивала: "Ну, что "писатель",  пишешь?.. Все пишешь?.."
Милая, любимая моя мамочка, спасибо тебе за все!!! Без тебя у меня ничего бы не было ни в жизни, ни самой жизни...

Повесть.

София - Премудрость Божия

24.03.2020

+

Часть 1. Загаданное иногда сбывается…

Соня открыла глаза. За дверью скулил и пытался ворваться в комнату Малыш.
"Все сначала...", - подумала Соня. "День начинается, как всегда..."
"Ах, хорошо бы, чтоб как-то... по-другому!.."

Растянувшись под одеялом, Соне было тепло, светло и уютно.
"Подъем!..", - Скомандовала себе Соня, и рывком вскочила с кровати.

Подбежав к двери, она привычным жестом распахнула ее, и в комнату наконец-то ворвался не знающий куда деваться от радости, виляющий хвостом, Малыш.

Кое-как гимнастика. Прыгающий рядом Малыш. Покормила Совушку. Положила в миску Малышу. Поела сама. И - свобода!

За деревней цвела калина. Аромат стоял на километр. Пройдя по дороге к лесу, Соня свернула к реке. Это была ее любимая береза и любимый берег. Река подковой то подходила, то утекала вдаль. А правый деревенский берег был гораздо выше левого.

Усевшись под березу Соня стала смотреть на воду. Вода играла на солнце так же, как сердце играло внутри у Сони.

Залаял вдали Малыш. Соня повернула голову и увидела приближающегося к ней на велосипеде Павла. Он, как всегда был подстрижен. Расстегнутая черная с полосой ветровка развивалась по ветру. А рядом с велосипедом бежал и лаял от удовольствия Малыш, явно признавший в Павле "своего".

Приблизившись к заветной березе Пашка на ходу соскочил с велосипеда, машинально опустил его на землю, и одним прыжком оказался у ног Сони.

- Привет!
- Привет...
- Снова на воду смотришь?
- Смотрю...
- Может искупаешься?..
- ...
- Чего?..
- ... А сам? Не хочешь?..
- Так ведь.. Холодная...
- А меня, значит, в речку?..
- Сонь, так ты же "закаленная"... В городе в фитнес-клуб всю зиму ходила... Говорят...
- Говорят, что кур доят...
- Что? Не ходила?
- ... Ходила.
- Ну, и ..?
- Что... "и"..?
- Ну, зачем-то ты же туда ходила?
- А тебе какое дело?
- Ну, как какое?..
- Да, какое,..?
- Ну такое...
- Какое "такое"?..
- Сонь, че ты придираешься?
- Я ... придираюсь?.. Сам подошел, а я "придираюсь"...
- Ну, ладно... Ходила и ходила. Да пошутил я... Конечно, не купайся... Холодно еще... Вода, пацаны сказали, ледяная...

И тут Соню, как обдало. Она поняла, что он, стоящий перед ней Павел - боится холодной воды... Как вообще такое может быть, что "парень" чего-то боится?..

- Говоришь "холодная"?.., - Как бы переспросила Соня Пашу и мигом рванула с высокого песчаного берега к реке.
- Сонь, ты куда?.. - недоуменно произнес Павел.

- Куда?.. Купаться!.. Ты же сам предлагал...
- Да, постой ты, я же пошутил!..
- А я - нет...

Павел бежал за Соней. А Соня кометой спускалась к реке...

- Не зима, Паша! Лето на дворе!..
- Так ведь, ночи были холодные... Весна была поздняя... Вода еще не прогрелась...
- И что?..
- Да то, что ноги сведет в ледяной воде!..
- Утону?..
- ...
- ...
- Не утонешь...
- Вот видишь... Не утону...
- Я тебе не дам утонуть...
- Ты?.. Мне?.. С чего это такая забота?..

Соня остановилась у воды, быстро скинула с себя платьице, и осталась в одних белых трусиках и белом лифчике. Павел обалдел... Он много раз представлял себе этот момент, но никогда не знал, что Соня под платьем была так красива. Ее длинные ноги и чуть шире, чем спина бедра, ее красивая небольшая грудь, ее волосы были какими-то такими, что Павлу очень нравились.

- Соня, не надо... Через пару недель будем плавать... Надо подождать...
- Ты что боишься?..
- Я?.. Почему я боюсь?..
- Не знаю, почему...
- Я не боюсь... Только, зачем?..
- Затем, чтобы проверить...

И Соня вошла в воду...

Вода, как обожгла. Погрузившись в воду по шею, через какой-то момент Соня почувствовала эту радость погружения в столь любимую ею речку. А еще через минуту, нога начала как-то не слушаться...

Вода была действительно слишком холодная. И ноги стало сводить...

Поняв, что происходит, Паша скинул кроссовки и бросился в воду. Почувствовав в своих руках Соню, он рванул ее к себе и подняв над водой стал выходить из реки...

Они оба молчали. Положив Соню на берег, Паша быстро стал натягивать на мокрое тело Сони ее платье. Но оно не хотело надеваться. Потом он вспомнил про Сонины ноги и стал сильно растирать их руками. Пока не услышал Сонин голос:

- Мне больно! Не три так сильно!..
- Ты дура!.. Ты понимаешь, что ты дура?.., - крикнул он Соне.
- Паша... Паша...
- Что, Паша?..
- Паша... Прости меня...
- Прости...

Паша понимал одно: что перед ним на песке, почти голая, вся мокрая, была та, кого он оказывается так сильно любит. Он вдруг понял, что он простит этой глупой и смелой девчонке все: ложь, насмешки, глупости и даже... измену. Он простит ей все, лишь бы она была всегда жива.

- Нам надо домой.
- Да...
- Нам надо быстро домой...
- Да..., хорошо...
- Сама пойдешь?..
- Да...
- Одевайся... И пойдем...

Они дошли до дома Сониной бабушки. Пашка тоже был мокрым насквозь.
- Ты зайдешь?
- Нет.
- Паша...
- Не сейчас... Иди, скажи бабе Ане, чтобы нагрела тебе горячей воды... Пропарься и выпей чай с липой, с малиной... Тебе надо прогреться.
- А я пойду переоденусь...

- Паша... Спасибо...
- Да, не за что... Сам виноват...
- Ты не виноват...
- Виноват... Иди! Иди быстрей... Здрасьте, баба Аня!..

- Батюшки, а что это вы такие мокрые-то... А?.. Не уж-то в воду полезли?.. В ледяную-то?.. Соня?.. Да, что ж вы творите-то!.. Воспаления легких захотели?.. Ночи-то все были... Неделю назад чуть ли не заморозки еще по ночам... У нас - не юг чай... Лето-то позднее...

- Баба Ань, случайно... Вы нагрейте Соне воды! Пусть пропарится!..
- Да, иди уже!.. Сам-то весь мокрый!.. Иди, скорей все сыми. К нам пойдешь? Али домой?..
- Домой, баба Ань..
- Иди уже... Иди скорей. Я пошла воду греть...

Соня снова лежала под мягким одеялом... Пес Малыш остался на крыльце. И Соне никто не мешал думать о Паше. "А все-таки он молодец", - думала Соня. "Вытащил меня. Спас меня..."

Часть 2 Бабушкин секрет

Сонины мысли прервала бабушка.
- Соня, как ты?
- Хорошо, бабушка… Ты прости меня, доставила тебе хлопот… Бабуль, можно я тебя попрошу...
- Что, Сонюшка?..
- Ты не рассказывай ничего папе… И маме. А то они меня больше сюда не пустят!.. Ладно?.. Ты же знаешь папу... Пожалуйста!..

Бабушка посмотрела на Соню:
- Тогда обещай и ты мне, что больше подобного не повторится… Что ты будешь разумной – Софией! Премудрой девушкой...
- Конечно, бабушка!.. Больше я в воду не полезу...
- И не только в воду!..
- А я что, еще что-то натворила?..
- Слава Богу, Сонюшка, пока не натворила. Поэтому и беру с тебя заранее слово, чтобы быть уверенной, что ты ничего и не натворишь...
- Бабушка, ты про что?
- Я – не про "что", Сонюшка. Я - про "кого"... - Про Пашу...
- А что Паша?.. Он - хороший. Он - смелый.. Он - мужественный... Он меня спас!

Бабушка присела рядом с Сониной кроватью, положила свою горячую ладонь на Сонин лоб и мягко с любовью добавила:
- Сонюшка... Вот ведь бывает же так?.. Ты ведь вся светишься, когда Паша рядом.. И Паша светится, когда ты с ним рядом...

На щеках Сони разлился яркий румянец.
- Бабушка, я ничего такого о Паше не думаю...
- Да знаю, Сонюшка, знаю... Но ты ведь знаешь, что есть Бог?
- Бабушка, а при чем здесь Бог?..
- Бог, Он всегда при всем. Бог при том, Сонечка, что когда-то давно, мне очень нравился один молодец из нашей деревни. А я очень нравилась ему...
- И...? И что, бабушка?..
- Сонюшка, тот кто мне нравился, был - Василий Григорьевич...
- Василий Григорьевич?.. М... Это... же... Это - Пашин дедушка?!..
- Да, Сонюшка... Это Пашин дедушка...
- А почему же вы... Почему же вы не остались вместе? Если вы друг-другу нравились?..
- А потому, Сонюшка, что есть Бог...
- Бабушка... Я не понимаю... Объясни!..
- Они были два друга: твой дед - Иван Степанович и Пашин дедушка - Василий Григорьевич. Два "неразлей вода": Василий да Иван...
- И оба тебя полюбили?
- И оба полюбили...
- А ты? Тебе же больше нравился Пашин дедушка?..
- Да, мне нравился Василий... Подойдет бывало молча посмотрит... Волосы его копной с кудрями, как у Паши сейчас... А мне этого уже и достаточно... Итак все было понятно...
- Бабушка, да почему?!.. Почему же ты не за того вышла?!
- Потому, что храм тогда, на той стороне реки, в Преображенском мужики восстановили... И восстанавливал среди всех - твой прадед - отец Ивана - Степан Иванович. И когда храм новый поставили, после старого деревянного, все стали ходить на Службы... Все, кроме Григория Тарасовича... - отца Васи. Сам не ходил и семье с сыном сказал "не станем людей смешить"...

- А он был крещеный?
- Крещеный... Все тогда были крещенными. Но вера не во всех осталась...
- И что было дальше?
- Иван с родителями, с братьями, с сестрой, все по воскресеньям на Службу ходили. Помолятся, и у них все было! Дом - полная чаша, мир и лад в семье. Сыновья старшие женились, внуки рождались, дочку выдали замуж. И у той все было слава Богу... И дошла очередь до Ивана...
- И что?
- И пришел он ко мне свататься... Сначала не официально... А просто поговорить...
- Ты ему сказала?.. Про Васю?..
- Сказала...
- А он?
- А он мне ответил, что пусть на все будет воля Божья. Давай, говорит, уговоримся. Коли будешь со мной и со всеми на Литургию в воскресенье ходить, причащаться и Бог тебе скажет выходить за Василия, то я меж вами не встану... А коли что другое почувствуешь, то так тому и быть.
- А дальше?
- А дальше я стала по воскресеньям в храм ходить. Сначала казалось, что долго Служба идет... А потом стало так радостно, легко, так все удачно у меня стало... И Служба, как пять минут. И поняла я , что если ходишь на Литургию, то Бог очень слышит и помогает во всем...
- Бабушка, а ведь и я сегодня утром мысленно попросила: вот бы день прошел не как всегда!.. А мы с папой, братом и мамой раньше часто в церковь ходили...
- Эка, вы!.. "Раньше"!.. Всегда надо седьмой день Богу отдавать!.. А ты в следующий раз, прежде чем что-то загадывать, сначала подумай, а потом проси... Вдруг то, что загадываешь "боком" обойдется, как сегодня...
- Получается, бабушка, Бог все наши мысли знает, все слышит, все везде видит?..
- Конечно!.. Он, же, Сонюшка, Бог. Он - Вседержитель. Он всех и вся держит в Своей Руке. Заботится о каждом Своем чаде. Слышит, видит нас...
- Бабушка, так что было дальше?
- А дальше, Васин отец Григорий Тарасович, так и посмеиваясь над мужиками, что в церковь ходили, договорился как-то о работе в городе. Его там обманули. Он влез в большие долги. И послал сына своего - Василия - передать часть долга. А тот, придя в дом его начальника очень понравился его дочке. И так понравился, что директор этот сказал Григорию Тарасовичу, что желает породнится и тогда простит все долги...
- И все?
- И все.
- И...
- И Василий, ради отца и семьи, не по любви женился на другой. Вот и вся история.
- Бабушка... А ты? Ты разве забыла его?
- Сонюшка... Все вышло, как с Ваней договорились... Я стала ходить по воскресеньям в церковь. Стала веровать и любить Бога всем сердцем. И когда узнала, что Василий женится на другой, то мне было даже не обидно. Мне было жалко его... А Иван - дед твой - был со мной тогда так нежен и так помогал всем, что стал мне дорог. И один раз, когда он помогая мужикам, чуть было не упал с обрыва, на веревках повис... У меня сердце сжалось! Я поняла, что если погибнет, то - конец мне. Он - моя судьба. А Ваня всегда говорил, что знал, что с обрыва свалился по воле Божьей: знал, что не погибнет, а только для того видимо Бог попустил упасть, чтобы я разобралась в себе. Приняла правильное решение...
- И ты вышла за него замуж...
- И он прислал свататься. И я согласилась. Сыграли скромную свадьбу. И всегда я была счастлива с Богом и с Ваней...
- А Василий? Дед Паши?..
- А Василий прожил с женой не дружно. Ругались. Дети - один стал на предприятии деда работать, а другой - вернулся в деревню, женился и родил Пашу. Потом Вася в городе умер. Точно не знаю отчего. А через несколько лет и жена его умерла... Вот такая история.
- Бабушка, и что мне теперь делать?..
- А тебе, как мне тогда, надо со мной по воскресеньям в церковь ходить... Тогда Бог все управит. Если Паша - твой суженый, то и Паша будет с тобой молится, исповедываться, причащаться. И все у вас обязательно будет хорошо. А если не будет, как когда-то Вася отказался со мной в церковь ходить, то Бог все расставит на свои места.
- Бабушка!..
- Сонечка...
- Бабушка, он мне нравится...
- Знаю, Сонечка... Знаю, милая... Но ты же не хочешь связаться с тем, кто не твой?
- Нет, бабушка. Я хочу найти только своего...
- Сонюшка, обещай мне, что до теплой воды в речку не полезешь и что с Пашей ничего у тебя до брака не будет...
- Бабушка!
- Соня... Пообещай мне...
- Бабушка, конечно у меня с ним ничего до свадьбы не будет...
- Вот и ладно. А в церковь через три дня надо ехать... Пойдешь к отцу Ивану исповедывать свои грехи перед Богом.
- А что рассказывать-то?..
- А тебе нечего рассказать?..
- Ну.. Что в воду пошла...
- Не одна в воду пошла!..
- Ну,.. Что случайно в речку залезла и что Павел меня спас.
- И что ты виновата... И что и сама себя подвергла опасности и другой из-за тебя в ледяную воду полез! Собой рисковал... Да и заболеть теперь может...
- Я помолюсь, чтобы он не заболел!..
- Вот это - правильно... Помолись, помолись...
- И согласна, что виновата. Я раскаиваюсь... Я покаюсь...
- Вот и умница моя.

Бабушка Аня поцеловала внучку в лоб и пошла на террасу.

Соня стала снова думать о Паше и о том, как все странно: его дед и ее бабушка были влюблены друг в друга. А теперь они - их внуки - нравятся друг-другу. Все очень странно. Но все, как говорит всегда бабушка "не просто так".

Часть 3. Расплата

Утром, после вечернего бабушкиного отвара шиповника с медом и прогревания в бане, Соня как заново родилась. Прибавилось сил. Во всем теле ощущались покой и крепость. Радость из Сони так и вырывалась наружу, пока Соня не вспомнила о разговоре с бабушкой, и о промокшем насквозь Павле.

Встав с постели, первым дела Соня подошла под иконы в бабушкином Красном углу. Глядя на Спасителя, перекрестившись, Соня почти шепотом прочитала "Отче наш...", три раза "Богородице Дево, радуйся..." и ту, что помнила наизусть: "К Тебе, Владыко- Человеколюбче, от сна восстав прибегаем...".

Помолившись, сделав почему-то три земных поклончика вместо зарядки, (мысленно - за бабушку, за здоровье Паши и за исполнение желаний), Соня умылась, покормила Сову, Малыша, позавтракала и пошла на речку...

На реке никого не было. Просидев час, другой. Вода в реке казалась ей уже не такой красивой и сверкающей, как вчера. Постепенно Соня стала понимать, что на самом деле она не просто так сидит у реки. Она ждет. И ждет она только одного человека - Павла...

При мысли о нем, в сердце снова начинали сверкать блестки. Становилось тепло и радостно. Но тот, кого она ждала, не приходил.

Растянувшись вдоль толстого березового корня в песчаной ямке лежал пригревшийся на солнце Малыш. Его белая с черными большими пятнами длинная шерстка слегка поднималась при дуновении ветерка. Его глаза на неподвижной морде, лежащей на передних лапах, поглядывали то на дорогу, то на Соню. Он сегодня не приставал к Соне с играми и как будто все понимал.

Устав ждать и начав переживать, Соня решила вернуться в деревню. Малыш тоже вскочил и стоял, готовый двинуться в путь.

"Может пойти к нему? Узнать, что случилось? Почему его нет? Нет, не хорошо идти к нему... Неправильно... Что бабушка скажет? Что все подумают? Нет, не пойду..." "Домой, Малыш!", - произнесла Соня и пошла к дороге.

Придя домой, Соня была так расстроена, что готовившая обед бабушка, увидела лицо Сони, все сразу поняла:

- Не пришел?.. -
Соня отрицательно помотала головой...
- Не пришел... Значит что-то случилось... Может приболел? Дело-то какое... Вода - ледяная, а он - все что надето, все до нитки... Не жара ведь! Считай, только весна закончилась... На ветру-то знаешь как может?!.. Ты давай, смотри вот, борщ закипает, снимай его... А я пойду схожу... Может что узнаю, что с ним?..
- Да, бабушка, я посмотрю... Я сниму...
- Давай, давай...

Бабушка сняла фартук, повязала платок и вышла за калитку.
Соня осталась приглядывать за закипающим борщем...

Далеко бабе Ане идти не пришлось. Пройдя с десяток метров и дойдя до следующего после соседского участка она обомлела. В середине старого, почти поваленного забора, как новая белая заплата на мешке, красовался ряд пахнущих деревом только-только вбитых в землю и прибитых к перекладинам новых обструганных бревен и досок забора! А во дворе колупался и сам хозяин...

- Ах, ты ж, старый пень!.., - открывая еле державшуюся на петлях калитку промолвила баба Аня, направляясь к деду Прохору. Ты что же наделал-то?! А?! Ты по что парня загубил-то?!..

Дед Прохор даже попятился.

- Да не губил я его!.. Он сам мимо проходил... Я ему "Сынок, подсоби с заборчиком..." Он и подсобил... Обещался прийти доделать на днях...
- Я те щас подсоблю!..., - закричала баба Аня. Я те щас так подсоблю, шо ты всю жизнь помнить будешь об этом подсоблении!
- Да, что ты взъелась, Анна?!..
- Что я взъелась?!.. А ты не видал, что парень насквозь мокрый-то был?! Не видал?!.. Ты что не мог подождать, опосля свой забор гнилой чинить? А? Ты по что не дал ему сходить переодеться-то?! А?! Душегуб!..
- Да какой я душегуб?.. Лето же... Ну, мокрый...
- Я тебе щас дам "какой"... Не понимаешь?..
Баба Аня схватила ведро с недавно поднятой водой из колодца бабкой деда Прохора и подняв его на уровень головы деда быстро опрокинула на старого Прохора...
Дед Прохор не успев увернуться был весь, как гусь в воде...
- Анна, ты... Ты...
- Я... Что я?..
- Ты что творишь?..
- Как тебе? Жарко ли?.. Лето ведь?.. Давай, будем забор доделывать...

Но дед Прохор весь сжался на ветру от холода и, махнув рукой на Анну, пошел в дом переодеваться...

Бабушка Аня вернулась домой.

- Бабушка, что там? Что за шум там был у вас, у Прохоровых?..
- Да вчерась дед Прохор попросил твоего Пашу, мокрого, забор ему ставить...
- Как "мокрого"? ..
- Так..
- И долго ставили?..
- Судя по забору часа два, как минимум...
- Не переодевшись?..
- Так кто ж его у Прохоровых переоденет-то?..
- Бабушка...
- Да, Соня...
- Бабушка, значит Паша наверняка приболел...
- Не знаю.
- Бабушка, может я схожу?
- Нет, Соня. Не сходишь... Будем молиться, обедать... А там будет видно...

День пролетел быстро. Там и вечер, и ночь...

На следующий день Соня снова встала рано, прочла молитвы под иконами, сделала пять земных поклонов (за бабушку, три - за Пашу, один - за себя) и увидела на улице, стоящего у их забора Павла.

"Паша!.. Паша!..", - мысленно прокричало радостно ее сердце.

Увидела Павла и кормящая во дворе кур бабушка.
- Паша!.. Паша, здравствуй!.. Что ж ты стоишь за калиткой? Входи...
- Здравствуйте, баба Аня... Иду...

Паша вошел во двор. И первый раз кашлянул...
- Простыл все-таки...
- Да ничего, баба Аня, до свадьбы заживет...
- Да свадьбы, это - да... А на ком жениться -то собрался?.. Да ладно, шучу я... Проходи, Паша, спас ты нашу Соню-то...
- Да, что Вы, баба Аня...
- Проходи в дом... Сейчас завтракать будем...

Соня стрелой подбежав к зеркалу, схватила расческу, несколько раз провела ею по волосам, схватила все их в руку и стянула русый хвост толстой светло-сиреневой резинкой.
Посмотрев еще раз на себя в зеркало и убедившись, что она "хорошенькая", Соня вышла в комнату, где уже стоял Паша и где бабушка расставляла тарелки и чашки.

- Соня, где же ты?.. Помогай мне...
- Да бабушка... Я здесь... Здравствуй, Паша!..
- Здравствуй, Соня...

"Как ты?" , - задали они друг-другу один и тот же вопрос, смотря в лицо друг-друга, и засмеялись. Только Паша чуть закашлялся...

- Паша, ты простыл! Из-за меня!..
- Нет, Соня, не из-за тебя... Просто не получилось переодеться...
- Так это ж надо знать деда Прохора!.., - добавила баба Аня, - Что натворил дед... Ах!... Да Бог с ним... Вылечим мы тебя, Паша... Не волнуйся, сынок...
- Да я и не волнуюсь...
- Давайте помолимся и сядем завтракать.

Бабушка Анна прочитала "Отче наш..", осенила крестом все, что было на столе, перекрестилась сама и села за стол. Соня и Паша тоже перекрестились и сели на стул и табуретку.

Каша была с пылу-жару! Горячая, вкусная, со сливочным маслом. Да еще и коровье молоко в банке на столе... Таким же вкусным и был свежий в кирпичиках белый хлеб. Который очень отличался от городского. Так как был вообщем-то не белым, а серым. Но такой вкусный, что налив на него вишневое или малиновое варенье сошел бы за самое вкусное пирожное!

Часть 4. Баня...

Позавтракав, поблагодарив Бога, каждый занялся своим делом. Соня быстро, привычными движениями, убрала все со стола. Бабушка, так же привычно и быстро, вымыла три тарелки и три чашки. А Павел напросился заточить косу, что стояла с поднятым лезвием у сарая.

Закончив нетрудную работу, все трое встретились у крыльца и баба Аня произнесла:
- Ну, что голубки?.. Одну позавчера вылечили... Сегодня надо и другого в порядок привести... Будем баньку топить, да молодца от простуды спасать...
- Бабушка, баньку для Павла?..
- Для кого ж еще?.. У нас, чай, один молодец на дворе... И этот один все кашляет... Кто виноват, тому и исправлять соделанное...
- Баба Ань, я хорошо себя чувствую..., - неуверенно произнес Павел.
- Да, конечно!.. Конечно, хорошо... Я и не сумневаюсь... Но, придется, миленький, в баньку-то сходить... Не можем мы допустить, чтобы ты из-за нас болел...
- Баба Ань... Я не пойду. У меня своя баня есть...
- Пойдешь... Куда ты денешься... У тебя ж так... - кувшинчик, с еле теплой водичкой... Тебя никто там веничком-то не обработает... Жару-то не поддаст!..
- А у вас кто мне "жару" поддаст?.., - с недоверием и почти в полном испуге произнес Паша.
- Так я одной дубовым веничком все грехи-то повыбивала позавчерась, теперича и тебе все их выбью. Враз станешь здоровым... И чистым!

- ... Душой. - Язвительно добавила Соня. - Ты не бойся, Паш... Бабушка так веничком тебя отхлещет, что потом, как в раю себя будешь чувствовать...
- В раю... Я и не боюсь... Просто, зачем мне рай, если я здоров?.., - попытался оказать последнее сопротивление Павел. Но тут же начал кашлять.
- Ну, да... Ты здоров!.. На-ка вот тебе чистый полетенец, обернешь себе все, чтобы не смущаться бабки. Да, давай, иди уже в баньку, ложись на лавку... Будем с тебя грехи сымать!.., - радостно произнесла бабушка Аня, подмигнув Соне. И пошла готовить баньку.

- Ну, держись, Паша... - с той же искоркой в глазах произнесла Соня, - встретимся после бани! - И ушла к себе.

Паша остался у крыльца. Уйти он уже не мог. Раздеться при бабушке Ане тоже не мог. Что делать, он вообще не знал...

- Паш..., а Паша... Чаго стоишь-то?.. Давай уже иди!.. Давай будем тебя лечить... Да не стесняйся уж ты!.. Чего я там не видала-то?.. Я же вас с Соней, когда вы под стол ходили купала... - Баба Аня была уже переодета в халат вместо юбки и кофты. И этот халат явно был ее "профессиональной одеждой" банщика...

Паша посмотрел на открытое Сонино окно. Увидел в отражении стекла ее смеющееся лицо и подумал: "Чего только не сделаешь ради... любимого человека?" и пошел в баню...

Баба Аня поддала жару. В баньке разлился приятный пряный аромат. Пашка решил, что деваться некуда и придется подчиниться.

- Баба Ань, только вы не очень старайтесь... Я почти здоров...
- Да, понимаю, Пашенька... Понимаю... Конечно, ты здоров!..

Баба Аня свое дело знала. Стольким она эту самую простуду выбила своими веничками березовыми, да дубовыми за всю жизнь, что не перечесть.

Через два часа "новый" Паша, закутанный в одеяла, после бани и горячих отваров с мятой, чабрецом, ромашкой и девясилом, после меда, в тепле, уже не мог ничего: не думать, ни ходить, не отвечать на Сонины глупые вопросы "Ну как?". Ему было так хорошо, что выпив еще пол чашки отвара на меду, он просто уснул.

- Бабушка, он уснул!.., - тихо заявила Соня.
- Вот и хорошо... Пусть поспит, а потом проводим его домой, на ночь...- Здорового!..

Соня ходила рядом со спящим Павлом на цыпочках. Боясь его разбудить. И боясь, что бабушка заметит, как она находится все время рядом с Пашей...
Но, отойти от него на большое расстояние она - не могла. Какая-то невидимая сила держала ее около этого спящего парня.

"Пашенька... , какой же ты красивый...", - думала Соня разглядывая спящего друга. "Какие у тебя реснички, брови, волосы... Ты весь такой... Мужественный... Настоящий..."

- Соня..., - услышала София за спиной тихий голос бабушки. - Иди, пока Паша спит, сходи к бабке Настасье за молоком. Крынку возьми. На террасе стоит...
- Хорошо, бабушка...

София вышла за калитку. На душе было удивительное спокойствие. Как никогда. "Отчего это мне так хорошо?", - думала Соня. И, прислушившись к сердцу, добавила: "Понятно отчего: вот бы всю жизнь Паша так и был с нами... И чтобы жили и были мы всегда вместе... И чтобы ничто никогда нас не разлучило..." Залаявший рядом Малыш, догнавший Соню, прервал ее мысли.

(Отрывок)





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 16
© 24.03.2020 Лиза Обителева
Свидетельство о публикации: izba-2020-2764054

Метки: православная литература повести для детей и юношества литература о любви семья воспитание как найти любовь?,
Рубрика произведения: Проза -> Повесть















1