Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Таёжные воинские сборы





Даурский эпизод IV

Что помешает мне, смеясь говорить правду?
Гораций

Введение

Увлекательное и захватывающее повествование перед Вами, неведомый странник и друзья. О воинских сборах времён социализма в нашей стране и за рубежом. За маской юмора и веселья скрывается, как думается самому автору, неугасающая тоска по ушедшим славным и героическим временам строительства коммунизма в нашей стране. По временам, когда всё было для человека. По временам, когда в высших эшелонах власти понимали, что богатства страны будут произрастать не Сибирью, или, как скажем теперь, Дальним Востоком, а людьми проживающими там. Понимали, что не нефтью богата наша страна, а людьми добывающими её. Это определяло политику государства, и было единственным и достаточным условием гранитной монолитности нашего государства.

А когда во главу угла поставили не Человека, а нефть, газ, уголь, лес, сталь и другие природные ценности - достояние всего народа; страна рассыпалась на отдельные, захолустные республики, нисколько не лучше тех «банановых» о которых упоминает всемирно известный писатель О. Генри.

О том что было, когда ничего не было

Однажды давно, так давно что и государство-то у нас было другое и правительство и государственный строй, служил я в армии того государства. Бурмундией оно называлось или Лимонией неважно за давностью лет. Однако люди ещё помнят те незапамятные времена, как-то они поселились в нашем сознание и живут там непостижимым образом, что бы ни происходило в современном обществе, а та страна живёт, и всякий раз потихоньку напоминает о себе.

И чего только не было в эти годы, неловко и вспоминать об этом. Многое мы пережили в Лимонии, да и сейчас как-то, не очень-то. Правительства менялись каждую неделю, революции бушевали, перевороты, разухабилась разная тварь – смутные времена. «Красные придут – грабят, белые придут – грабят, куды податься бедному крестьянину?» Знатные сановники и бизнесмены славились своей необыкновенной страстью к наживе, а так же к опасностям и приключениям, ибо они только то и делали, что качали валюту из развалившийся и ставшей захудалой страны, и вывозили её за рубеж, что бы приобрести себе райский, жемчужный остров в необъятных водах мирового океана. Все правительства, как только не намекали денежным тузам о добровольных пожертвованиях и о предоставление всевозможных благ им в этом случае, и даже государственные награды обещали, но мало что менялось.

Жадные граждане не желали делиться по «честному» и продолжали качать средства и днём и ночью. Иногда их даже хватали за горло, выколачивая сомнительно нажитое, а некоторые поплатились свободой, но всё тщетно. Лимония так и не смогла занять подобающее ей место среди первых держав Средиземья. А «жадные» граждане выбились в люди, богаче их никого уже и не было. Стали замки скупать, футбольные команды. Короли и принцы птицами выпархивают из своих кресел и тронов что бы посмотреть на них когда они проезжают мимо их окон. Бедные наоборот – стали ещё беднее.

Здорово мы уклонились от курса в бурном океане нашего повествования. (Живут вышеуказанные воспоминания). Ну, так вот, что у нас тогда было, в кирзовых сапогах ходили да в телогрейках, но ракеты были и так наловчились их запускать, что однажды человека в космос отправили! Чтобы ракеты летали в их баки нужно топливо заливать; этим мы и занимались. Не лёгкая и опасная работа с ядовитым топливом, но нужная. Я вас матерь вашу… кричал наш командир всякий раз на боевой работе для порядку. Однако всего же не напишешь, все эти «трёхэтажные» просто не поместятся на этой странице. Этот армейский, тонкий юмор, пока оставим в покое, он мало интересует читателей из гражданского населения, мы ещё встретимся с ним на этих страницах. Неподготовленному человеку никогда не понять, что это являлось одобрением нашей работы.

Пришло время и таких специалистов как я стало очень много. Задумались в верхах, что же с нами делать, как нас использовать? Крепко подумали, и надумали так: нас, многих горемык отправить на переподготовку, на 55 суточные воинские сборы. К тому времени у меня было воинское звание лейтенант. В военкомате видимо посчитали логичным, что если я механик–заправщик, переучить меня на начальника склада топливом. Обычным топливом – бензином, керосином, мазутом и другими нефтепродуктами, сокращённо называемые ГСМ.

Лесистый кряж

Собрали нас на воинском складе ГСМ неподалёку от железнодорожной станции Басмановка, которая располагалась в живописнейшем, таёжном уголке необъятной Сибири. Как мы сюда попали и не стоит говорить, ведь каждый добирался самостоятельно, получив сухой паёк в своём военкомате. А когда ездили домой на побывку и когда возвращались домой - без приключений не обошлось.

Невероятно огромные зелёные просторы Сибири таят в себе множество неожиданностей, чудес и таинственных обитателей. Да и легенды здесь коренного населения о реликтовой тайге причудливые, сказочные и захватывающие. Мы всегда слушали их, оробев и затаив дыхание - что это за обитатели такие неведомые? А уж если в этот момент ветер начнёт завывать…. Здесь множество троп ими проложенных, множество следов невиданных зверей. Но есть и вполне знакомые представители фауны этой нетронутой древней тайги – лоси, медведи, олени. Они вселили в нас, или в меня, это уж точно, какое-то опасение, если немного слукавить - беспокойство. Хотя чего бояться за сплошным ограждением из колючей проволоки охраняемой воинской части? Это справедливое замечание, что тут скажешь, и всё-таки не было случая одиночных, и уж тем более самовольных прогулок по тайге.

Было бы правильней назвать местечко, где расположилась наша воинская часть, Медвежьим углом или, даже, Ведьминой горой, а не Лесистым кряжем. Но так повелось, такое уж прижилось название, существует оно много лет, дольше, чем старожилы помнят. И мы, видя эти крутые горки, привыкли к этому названию, любовались ими и опасались их. Пейзаж дух захватывает, и опоры высоковольтных ЛЭП не уродовали этот вид, их попросту на наших сопках не было. Будут ли эти сопки также живописны, если оказаться в тайге одному, заблудившемуся, голодному, оборванному, на грани последних сил?

Потом это название железнодорожной станции нас смущало. Какое отношение имеет опричник царя Ивана Грозного Басманов к этим столь удалённым местам? Каким образом его имя попало в эти края? А может быть это связано с краской Басма. Иногда аборигены красят волосы в зелёный цвет. Отличная маскировка, да и влияние её благотворное, предотвращает их выпадение и улучшает рост. А может быть, всё-таки, один из первопроходцев, был по фамилии Басманов, может быть первый поселенец был Басманов?

Колонисты

Таинственное название железнодорожной станции, как и все местные легенды, и сказы, как и сама природа, с дремучей тайгой, окружающая воинскую часть, как и местные жители, вольнонаёмники, работающие в нашей части. Как они оказались здесь, в затерянном углу бескрайней Сибири, среди коми или саха, ненцев или эвенков, камчадалов или коряков. Как они освоили этот «уголок», как живут тут в бескрайней тайге и глубоких снегах?

С виду обычные, простые люди, но было в них что-то недосказанное, неуловимо–загадочное, очень лёгкий таинственный налёт. Видимо глухая дремучая тайга сделала их такими, или таким и должен быть человек, живущий в полной гармонии с природой. Может быть это староверы. Брали в тайге все, что нужно для жизни - птицу, зверя, кедровый орех. Лес для постройки дома, дровишки, ягоды, грибы. Но не более того. Они ухаживали за тайгой - убирали валежник, высаживали ели и кедры, строили птицам домики, не жгли её, не мусорили. У каждой семьи был свой участок. А в ответ на это тайга кормила их, всегда приходила на помощь в трудную минуту. Преподносила лекарственные травы и коренья, открывала в нужный день и час, лечебные грязи и воды, попусту не растрачивая их. Сочные краски: изумрудные, янтарные, алые, голубые. Звуки журчащих ручьёв, пение птиц, всё натуральное, природное – симфония красок и звуков. Всё это также оказывало благотворное влияние на человека, терапевтическое, если позволите.

В основном они и работали в нашей воинской части. На складах, в столовой, в лаборатории, в охране, но были и представители коренного населения. Кадровых военных было очень мало, все они офицеры, кроме солдат срочной службы работающих в паровой котельной на мазуте. Их-то байки мы и слушали каждый день. Из вольнонаёмных было много женщин, а их, как это водится, хлебом не корми только дай им рассказать свою историю, только были бы слушатели. Вновь прибывшие и были для них самыми лучшими слушателями.

Мы как из иного мира, с широко открытыми глазами и ушами оказались в их медвежьем углу, как авантюристы прибыли к Ведьминой горе в поисках опасных приключений. Конечно же, всё для нас было новым, незнакомым, таинственным, разогревающим кровь и несколько пугающим. Каждая байка для них была бесспорным фактом, они искренне верили в то, что рассказывали. Они всегда стремились рассказать всё поярче, с множеством отступлений, нюансов, преподнося это позабористей. А если попросить рассказать какой-либо эпизод ещё раз, то они охотно расскажут, но с сотней новых подробностей, приукрашивая их так, что рассказ становился неузнаваемым. Для нас неузнаваемым, а для них это становилось новой байкой. Благодарный слушатель привык к таким рассказам, у нас даже появилась тяга к ним, это как естественная потребность во сне или еде.

От автора

Вот и закончилась вступительная статья, или предисловие. Казалось бы, рассказ закончен и больше не о чем писать. Однако читателю этого будет мало, он на этом не остановится, и правильно сделает. Ничего ещё не сказано о любви и коварных планах, а без этого и рассказ не рассказ. Это будет всего лишь насмешка над тонкими, чувствительными читательницами, ожидающими романтических приключений. Пытливому читателю необходимо всё рассмотреть до мельчайших подробностей, необходимо распутать каждую ниточку в рассматриваемом любовном клубке интриг, измен и коварства, если уж на то пошло. Автор в свою очередь охотно продолжит своё повествование, и опишет несколько романтических и горячих эпизодов армейской жизни. Несказанно будет рад новым читателям, и постоянным, которые уже освоились на страницах этого сайта.

Наверняка найдется, за что покритиковать, и этому автор будем рад. Вы только не стесняйтесь, пишите отзывы, какие бы они ни были, автор благодарит Вас за это. Может быть, всё это Вам покажется слишком мудрёным, бывают и такие замечания, может быть, что-то покажется невероятным, однако: «Немного вымысла ради правдоподобия», - как сказал Достоевский, никогда не помешает. Как всегда все описываемые эпизоды, все события в реальности происходили, и даже бывает иногда, страшно излагать их на бумаге. Однако читатель ждёт невероятных рассказов и острых эпизодов, а потому автор, презрев страх, идёт ему на встречу. Только сделавший первый шаг осилит весь путь, каким бы он долгим и трудным не был.

Автор долго не решался сделать этот первый шаг, отвлекался сознательно на другие дела, всячески оттягивая этот момент. Даже освоил «рисовалку», сделав более 100 рисунков, у себя на компьютере, но опубликовал далеко не все. Боялся потерять рейтинг, сложившееся неплохое мнение после серии «литературных шедевров», боялся потерять хорошие отзывы, после публикации правдивых рассказов о себе, где-то идущие в разрез сложившемуся мнению? Может быть, прикоснулся к личной теме, интимной? Видимо да. Однако и ранее были такие публикации, трудно сказать, может быть со временем, всё разложится по полочкам. Человек слаб, проявляя великодушие и щедрость (вот видите, автор свои «шедевры» считает великодушием), мы всегда хотим, что бы наш поступок был замечен, мы всегда, за всё, хотим получать дивиденды. В той или иной степени все люди подвержены этому. Это в крови человека, и если кто-то скажет, что у него нет этого порока, не верьте ему – он лжец!

Прибытие

«В лунном сиянье, ранней весною» прибыли мы в Басмановку. Пишу прибыли, потому что от нашего военкомата было отправлено три человека. Младший лейтенант, лейтенант и капитан. Капитан был уже в годах, намного старше нас. Ещё лежали глубокие снега, но солнце уже весело светило, хорошо пригревая. Началась капель, и везде висели сосульки. На откосах крутых горок, ранее упомянутых, кое-где уже были проталины, проплешины. Земля в этих местах хорошо прогревалась, и расцвели подснежники. Подснежники, это чудо природы, всем известное, маленькие, пушистые, нежные, изумительных расцветок, и в целом восхитительные – всегда привлекают внимание молодых людей. Да оно и понятно, весна же! Это свидетельство ежегодного возрождения жизни. Природа просыпается от спячки, начинают журчать ручьи, несущие живительную влагу. Солнце так и сверкает в снегах и в каждой льдинке, так, что и глазам больно от пронизывающего сияния. «Пробирается медведь сквозь лесной валежник, птицы песни стали петь и расцвёл подснежник».

На самом деле я точно не знаю, когда просыпается медведь. Нам и в голову не приходило подумать, водятся ли здесь медведи. Да, кажется, мы и не способны были о чём-либо думать. В поезде мы познакомились, все трое были в годах, не призывники, и поэтому добирались до части самостоятельно.

По прибытию в часть, нас переодели в солдатскую форму, но выдали офицерские погоны. Эмблемы выбирали, кто какие хотел. Я выбрал эмблемы ракетных войск и артиллерии. Всего нас курсантов набралось человек тридцать. Всех разместили в общей казарме, но нас троих, и ещё одного также в годах, разместил встречающий нас майор в отдельной комнате. Потом нам стало ясно почему. Было общее построение и нам рассказали, куда мы прибыли и зачем. Зачитали распорядок дня и тут мы приуныли - всё расписано до минуты. Подъём, физзарядка, завтрак, занятия и так далее. Всё очень строго, официально, только по команде. Ужас!

Строем, как положено, нас отвели в офицерскую столовую и накормили. Паёк у нас был офицерский. Всего было много и сытно. Яйца, сыр, сметана, молоко, масло, красная рыба (по тем-то временам!). Первое, второе и компот! Первый раз довелось мне кушать по такому пайку. Мясо для первых и вторых блюд натуральное, свежее, превосходное. Обслуживали нас аккуратно одетые, вежливые, приветливые, с фирменной улыбкой на лице, официантки. Я обомлел. Но ко всему хорошему быстро привыкаешь. Да и с первого раза мы старались не подать вида, что в растерянности от столь богатого стола и дипломатического обслуживания.

Вот вам и учебный центр, в затерянном уголке необъятной Сибири, с номером люкс на четыре человека!

Первый подъём

Водили нас, как и положено, в баню - очень хороша - круглосуточно открыта и без выходных дней. Территория части закрытая - поэтому баня открытая. Всё, что есть на территории части, отапливалось паровой котельной. Сюда входили казармы, столовые, дома офицерского состава (ДОС), склады, лаборатория и так далее. Паровое отопление опасно. Один из нас очень сильно обжёгся о батарею. Парилка в бане на сухом пару. Камни нагревались специальной, пристроенной печью. Где постоянно дежурил солдат срочной службы. Он и производил уборочные работы во всей бане. Париться мы любили. После ковша воды, вылитой на камни, дверь в парилку вышибало сухим паром. Но это мы поняли не сразу. Всё время казалось, что кто-то открывает дверь. Баня светлая, чистая, ухоженная – одно удовольствие в ней мыться. Потом мы ходили мыться кто, когда вздумает. Утром, ночью, днём, всегда открыто, всегда, пожалуйста.

На следующий день, курирующий нас майор, пришёл утром в нашу комнату. Подъёма не было, это уже удивило нас. Мы поднялись и стали одеваться, а он, прохаживаясь по комнате, говорил, что вот мы лежим, спим, а магазин уже открыт (за территорией части), добрые люди уже опохмеляются, а у нас ни в одном глазу. У нас было, и мы налили ему. Он успокоился и пошёл поднимать всех остальных. После этого он каждый день заходил к нам в комнату. Для этого он нас и поселил отдельно ото всех.

Пришло время и у нас кончились деньги. Он стал рассказывать, как бы, между прочим, что из прошлых курсантов были товарищи, которые в этом случая писали домой письма, с просьбой выслать денег в уплату, якобы утерянной солдатской формы. Мы не обращали должного внимания на этот его рассказ, тогда он отправил всех нас четверых на побывку домой. Тут ничего не поделаешь. Все вернулись в часть с деньгами.

Ну, так вот, здесь мы слишком забежали вперёд, а тем временем он всех поднял и построил. Сказал, - что на физзарядку не поведёт, что мы уже не маленькие. «А прогулку по части, - сказал он далее, - мы совершим. Вижу, что это необходимо», - пытливо вглядываясь в каждого, сказал он. После завтрака он нас и вывел на прогулку. Территория части большая, всё сплошь заставлено огромными ёмкостями под топливо. Показал нам хранящуюся технику. Всевозможные насосы – глубинные, шестерёнчатые, роторные и большие и маленькие. С приводом от электродвигателей и от дизелей. И то и другое здесь же хранилось в законсервированном виде. Во время одной из прогулок мы увидели полковника – командира части. Там где-то, вдалеке, близко к нам он не приближался. Более он нам на глаза не показывался. Очень высокое звание. Видно, что часть находилась у командования, на хорошем счету.

Рабочие будни

И так шли дни за днями. Теоретическая подготовка, на которой мы засыпали, и практические занятия с насосным оборудованием и развёртыванием полевых хранилищ топлива. Занятия в лаборатории, по определению физических свойств ГСМ – удельного веса, температуры вспышки, вязкости, содержания парафина. Ни кто нас не пересчитывал, вечерних проверок не было, мы вольны были заниматься своими делами. А какие могут быть дела на таких сборах, и когда ещё есть деньги? Когда кончились деньги, то у нас в комнате поставили бражку, взяв сахар и дрожжи в столовой. К тому времени молодёжь уже наладила очень тесный контакт с молодыми работницами столовой. Дозреть ей конечно не дали, за что и поплатились, просидев сутки в туалете. После этого случая, нас четверых, и отправили на побывку.

Были и другие случаи, когда в казарму среди ночи, ворвались, можно и так сказать, две молодые девицы. Очень решительным быстрым шагом, готовые смести с дороги любого кто встанет у них на пути, проследовали в спальное помещение, включили свет и стали проверять все кровати подряд. Нашли двух молодых, обольстительных курсантов и увели их с собой. На следующий день выяснилось, что эти парни посидели у них в гостях, в посёлке, хорошо погуляли, всё у них выпили и скрылись, не оправдав их надежды. Тонкий юмор наших курсантов не понравился фуриям. Они не стали ждать благосклонного стечения обстоятельств, не захотели пустить на ветер свой капитал в виде спиртного исчезнувшего в широких глотках молодых искателей приключений, закусили удила и вцепились всеми руками в судьбу изменницу. Смеху было очень много, когда всё хорошо кончилось. Молодых парней было много, жили компактно, вот и ржали как лошади. Майор же хохотал так, что было даже не прилично.

После этого он каждый вечер стал рассказывать нам одну и ту же историю. Стаканчик, естественно, всё время находился перед ним. Не зря же мы проживали в номере «люкс», который предоставлял нашему майору большие возможности, в том числе и покорных слушателей. Так вот, якобы и он был молодым и глупым, и у него была возлюбленная; но она предпочла другого, и он выбросил её из головы, раз и навсегда. И теперь никогда не вспоминает о ней, ни одной минуты. И каждый вечер 44 раза, мы сокрушённо поддакивали ему, что поступок её неприличный и она не стоит того что бы её помнили. Семья у вас хорошая, говорили мы, и жена и дети, работа есть у обоих в одной части и квартира. Что ещё нужно для счастья? На этом месте он всегда вставал и шёл домой.

Был однажды и такой случай: убегая от дежурного по части, не разбирая дороги, не заметив кирпичный (!) забор, проломил его курсант, разрушив полностью! Здесь уже смеху мало было, пришлось восстанавливать его за свой счёт и своими руками. Парень увалень был очень большой, а забор слабенький в полкирпича, да и дышал на ладан. Это около нашей столовой было. Видимо его застали в момент налаживания «контактов». Но и тут всё обошлось хорошо. «Мусор» из части не выносили, дорожили своей репутацией. А парень этот мне был знаком, он тоже работал на Забайкальской железной дороге и мы с ним однажды встречались в Чите в управление дороги. Так что получается, среди курсантов у меня было знакомых несколько человек.

А когда у всех кончились деньги, и майору надоело сидеть с нами в учебном корпусе, то нас отрядили на ремонт лаборатории. Мы там старую штукатурку снимали, укладывали новую, пробивали отверстия в стенах, прокладывали кабеля. Пол заливали бетоном, укладывали кафельную плитку. Устанавливали вытяжные шкафы, меняли оконные рамы и много ещё чего по мелочам. Красили, белили и так далее. Работы хватало, а мы не возражали. Невозможно же все 55 суток пролежать на кровати.

В лаборатории работали только женщины. Тут мы и наслушались небылиц, по нашему мнению, и баек вдоволь. О птице и о звере, о тайге и её тропах, о, чудесным образом выживших одиноких бродяг и о леших. О болотных чудищах, ночами, с невероятной силой ворочающихся в тине и издающих страшный рёв, и о снежном человеке, оставляющих следы и там и тут.

«Там чудеса, там леший бродит,
Русалка на ветвях сидит».


Так у Пушкина и мы к этому привыкли, понимаем, что всё это сказки - чудесные, волшебные, изумительные, но всё-таки сказки. А здесь были, сказы, былины и пусть даже небылицы, но рассказчики твёрдо верят в них, что всё это было, и вымысла нет в их рассказах. И у них белки песенки поют, и орешки всё грызут.
А автору, какой смысл терять Ваше доверие?

Таёжный самородок

Состояла в штате лаборатории молодая девица, из коренного населения. Из ненцев она или из эвенков, из камчадалов или из тувинцев, я не знаю. В одном я уверен, она была хороша собой, как и все молодые азиатки. Её легенды были особенно интересными. Но и «староверы», если можно так сказать, за словом в карман не лезли. Помню в студенческие годы, в Новосибирске, я повстречал молодую тувинку. Затем судьба свела нас в одном вагоне пассажирского поезда. Что-то я отвлёкся от своей темы. Вот встретил когда-то, очень давно, прекрасную девушку, и живёт она в памяти всю жизнь, всю жизнь её образ свеж, прекрасен и обаятелен, не мешая, по правде говоря, семейной жизни. Это как поклонятся Моне Лизе. А теперь перо само скользит по бумаге, и рождаются непринуждённо строчки. Меня спрашивали, долго ли я мучаюсь, сочиняя свои «шедевры». Вот вам и ответ. Не трудней чем чихнуть, хотя тут можно поспорить, что трудней.

Своими рассказами она всегда привлекала всеобщее внимание. Однако, как-то не очень-то смущаясь, разве когда что-то касалось её лично. Но тогда она становилась ещё прекрасней, и мы откровенно любовались этим воплощением молодости. Видимо она привыкла рассказывать свои истории постоянно сменяющимся курсантам. Ведь эта часть скорее походила на учебный полк, чем на хранилище ГСМ. Её мелодичный голос притягивал нас, завораживал, и истории её были уже не так и страшны, даже при свете керосиновой лампы. В связи с ремонтом электроэнергия была отключена, если вы помните. А свирепость медведей – шатунов, даже мне, практически степному жителю, хорошо известна. А разве не страшны рассказы о болотных трясинах и таинственных избушках, в самой чаще тёмного, дремучего леса?

Однажды в наступившей страшной, мёртвой тишине кто-то смачно чихнул. И надо же было, в самый кульминационный момент, когда все мы сидели, оцепенев от ползущего ужаса, когда лица наши были бледны, а в голове ни одной мысли, только звон в заледенелом от страха мозгу. Я упал со стула. Конечно, я пытался представить, всё как будто я заснул, но куда там. Взрыв хохота распахнул окна и двери. В этот момент мне показалось противным заглядывать им в желудки через широко распахнутые рты. Они открывались и закрывались, как у известного нам Щелкунчика.

Я не в обиде. Разрядка состоялась, напряжение спало. И, казалось, только рассказчица была невозмутима. Видимо она уже привыкла к реакции на её байки. Её реакция и реакция товарищей ни как не повлияли на сохранившийся её неотразимо светлый образ. Как долго потом меня донимали всевозможными вопросами и намёками, как только все не изощрялись, оттачивая это искусство, я упоминать не буду. Вы, дорогие мои читатели, там не были, и всего знать не можете, но я всегда стараюсь оправдать ваше доверие. Если же автор начнёт описывать это, то невольно поддастся искушению и курсанты, досаждающие этими язвительными расспросами, окажутся в неприглядном виде. Автор рискует скатиться за грань непредвзятости.

Пикник

Месяц прошёл, столь богатый на всевозможные, яркие события, второй на исходе, не менее замечательный, интересный и восхитительный своими неповторимыми, весенними эпизодами нашей задорной, армейской жизни. Все молодые были, кроме двух–трёх человек, или, в крайнем случае, были в годах.

Весна в полном разгаре, природа проснулась, и мы, как её неотъемлемая часть, оторванные от своих домов и семей, невольно и неосознанно проявляли свою необузданную активность, а кое-кто и гиперактивность. Этим и объясняются множественные наши интересные, а порой и комические приключения. Эти беспримерно яркие события и весь чудесный период воинских сборов, нашли уголок в моей памяти, поселились там, живут и приносят мне много радостных, минут воспоминаний.

Снег уже сошёл почти повсеместно, остался кое-где в глубоких логах, в недоступных для солнца местах. Прекратилась капель, и перестали журчать весёлые, весенние ручейки, образованные тающим снегом.

Зато проклюнулись почки на берёзах и осинах, появилась изумрудная трава, и ожили животные. Тайга наполнилась всевозможными звуками от пения птиц до ворчания сердитой медведицы и писка медвежат, голодных после долгой зимы, от визга поранившей лапу рыси до фырканья ёжика, недовольного рысью. «Ой, вы, луга и дубравы, я одурманен весной».

Долгой была зима, холодной и голодной. Вот следы жестокой битвы лося и стаи волков. Волки были столь голодны, что отважились напасть на гиганта лося. Ни одному он вспорол животы своими мощными рогами, ни одному раскроил черепа стальными копытами. И даже когда вожак стаи вскрыл ему артерию на шее, ударив своими острыми клыками, когда он обессиленный упал, и тогда он, катаясь по земле, много переломал рёбер у волков. Но многие остались в живых и стали рвать тело ещё живого лося. В считанные минуты он был съеден голодной стаей. На месте битвы остались только кости лося и волков. Ну, что же, это закон природы. Пришла весна и стая распалась на пары, что бы вырастить новых свирепых хищников.

Долгие, мрачные дни лютого голода и холода прошли, произошло великое таинство природы и на свет появились щенки. А затем настал день, и они стали выползать из своих логовищ, несмотря на запрет волчицы, ловко увёртываясь от её шлепков.

Мы были на месте этой жестокой битвы не на жизнь, а насмерть. Видели обглоданные и переломанные кости и рога, уже тронутые мышами. Удалось это увидеть благодаря нашему майору, который устроил поход в тайгу, прихватив с собой пистолет. Долго мы стояли, молча глядя на останки зверей. Что думал каждый в эту минуту, каждый ли ощущал холодок на спине и ужас, сковавший наш разум? Невольно мы стали потихоньку тесниться друг к другу, рейтинг майора взлетел до небес. Хотя, если разобраться, он тоже, как и мы, пришлый человек - «варяг», и тайга для него как другая планета.

От опушки леса мы далеко не отходили. Да нас после увиденного и баек «староверов», никакими калачами не заманишь вглубь леса. Но, всё-таки мы размялись, подышали свежим воздухом, и даже можно было подставить своё белоснежное тело ласковым лучам животворящего солнца. Посидели у костра, послушали пение птиц, полюбовались тайгой, сопками, с опаской испробовали хрустально чистую ледяную воду из ручья. Выпили и покурили, покушали тушёнки, и пошли рассказы обо всём: «о башмаках, о кораблях, о сургучных печатях, о капусте и о королях», о своих краях, конечно же, и о красотах своей земли.

Это уж так водится, так заведено. И у нас тоже есть в лесах избушки на курьих ножках, и русалки выходят на берег в тёплую, ясную, майскую ночь – что-то в этом роде, наперебой говорили все. В таких случаях человек даже обидится, если ты ему не поверишь. Да и бывают ли в таких случаях неверящие? Майор опять рассказал об ошибках молодости, о своей бывшей возлюбленной и что он выкинул её из головы, забыл и точка.

Хорошо провели пикник, тихо, мирно, мозгами шевелили и думку гадали. Обогатились ещё одним приключением. Ещё одно яркое воспоминание будет доставлять мне удовольствие, и Вам мой дорогой читатель, я надеюсь тоже.

И всё-таки и это не конец моего рассказа или повестушки, не знаю, как сказать. Ждут нас впереди ещё не менее опасные приключения. Но мы предоставленные самим себе не страшились их, а напротив, как отъявленные авантюристы, это уже было сказано, смело шагнули им на встречу. Фортуна отступит перед таким натиском и повернётся к нам лицом, и мы, как те девицы, штурмом взявшие казарму курсантов и похитившие двух, вырвем дары из её рук!

Прощание славянки

Прошли буйные весенние ливни, уже и лето вступило в свои права и всё вокруг покрылось пышной растительностью. Шёлковая, сочная, изумрудная трава покрыла не только солнечные луга, но и склоны крутых холмов заросших ельниками. Как у Есенина: «Никнут шёлковые травы, пахнет смолистой сосной». Высыпали всюду полевые цветы, птицы поют, и кудрявые облачка в голубом небе играют. Наверняка в подобном месте находится деревня Простоквашино и весёлый молочник и почтальон Печкин, здесь же живут. Просто невозможно представить себе такие душистые, цветущие луга без такой деревни.

Дети любят веселиться и играть на таких лугах и солнечных лужайках, а где дети там и феи и лесовички и другие представители их волшебного мира. Они, как известно, тоже любят всё красивое. Во всяком случае, такое сложилось мнение, а значит это непоколебимая истина. Тут и коровы пасутся и ягнята, из упомянутой выше деревни, и сенокос знатный, и вообще это райский уголок. Лежишь у перелесиц и плюёшь на месяц.

В это замечательное время и закончилась наша военная подготовка. Мы, вооружённые лозунгом, изложенным на предыдущей странице, смело двинулись на поиски новых приключений. Сдали военную форму и получили свою, гражданскую. Так же нам выдали сухой паёк. Это было конечно кстати. Что–что, а покушать мы любили. С железнодорожного полустанка, где располагалась наша часть, мы отправились не все, но довольно большой группой. Остальные уезжали другим поездом. Им на Запад, а нам в другую сторону, образно говоря. Прибыли в лунном сиянье и уезжали тоже ночью.

Найти ночью железнодорожный вокзал оказалось не простой задачей. Дома в посёлке стоят, как попало, и там, и тут. Улочки перепутались, переплелись в тугой клубок, тем более для нас, не видавших их ни разу. И не удивительно, даже, что одна из них пересекает саму себя, в этом хитросплетение, как уверял нас майор, два раза. Да ещё нужно учесть, что компания наша была навеселе, так что тут, в этом клубке улиц, можно запросто повстречать самого себя. Ужас, какой! Как будто мало мы наслушались всевозможных, страшных рассказов. С трепетом иногда и думаешь, какие только чудеса могут с нами приключиться, причём в любой момент, а мы и не подозреваем об этом. И действительно повстречали одного. С опаской стали приближаться к нему, однако, он оказался не из нашей компании, местный был любитель выпить. За стаканчик выпивки, которую он потребовал тут же и как можно быстрее, он показал нам, как дойди до вокзала.

Некоторых провожали девушки – не зря весна была! (Так и хотелось написать: «нас провожали девушки», в этом же не было бы большой ошибки.) Похоже, что здешние знатные женихи, все были наперечёт, вакансий не было, либо они вовсе отсутствовали. Полкового оркестра на перроне не было, но были магнитофоны, были песни, был смех, и были слёзы. Да вот, кстати, и о чём только девушки думают. Как будто у них нет ничего на душе более ценного, о чём можно было горевать и плакать. Заслуживают ли мужчины этого? Другое дело если кольцо потерялось, каблук сломался, нет денег на модные вещи, духи, косметику. Да и мода изменчива, меняется каждый день, попробуй, угонись. Ан нет, подавай им парней и всё тут.

Все были под «градусом» и наш, уже родной майор, приехавший нас проводить, был уже чуть тёпленьким. Он всё порывался пуститься в пляс, а наши товарищи подыгрывали ему, что распаляло его ещё больше. Опять он рассказал о свой бывшей зазнобе, но нам это знакомо, и как-то даже, неприлично всё это повторять. А в целом о нём остались хорошие воспоминания, как и обо всём периоде воинских сборов. Хороший человек и несчастный, так как подвержен известной нам всем болезни.

Встречала нас, в прибывшем поезде, самая обычная, рядовая проводница неопределённого возраста. Фигурка её, не то что бы была уж совсем идеальной, сказать бы помягче, она как бы отсутствовала вовсе. Не скажешь, что она блистала красотой и в чём-то даже, не соответствовала нашим представлениям о красивых женщинах. А уж если говорить начистоту, она вышла на перрон помятой после сна, её редкие, не причёсанные, крашеные волосы были седыми. Она сердито встретила нас, будто была уверена, что от нас нужно ждать всяческих неприятностей. Конечно же, у нас были с собой горячительные напитки. Но она не смогла проникнуться нашей атмосферой бравых военных и проводами по-русски, не вошла в положение ребят, расставшихся со своими возлюбленными. Может быть, это её более всего и задело. А может быть, она поняла, что с нами о модных юбках и кофточках предстоящего лета не поговоришь. Так или иначе, но она по своей связи, сообщила о нашей группе, кому следует. Мы были очень озадачены и удивлены, когда ранним утром на первой же узловой станции нас всех снял с поезда усиленный наряд милиции.

Хорошо у нас были проездные билеты позволяющие делать сколь угодно много промежуточных остановок, и мы ещё считались «де-юре», на сборах. Начальник линейного отдела милиции вошёл в наше положение, проникся к нам доверием, узнав кто мы, откуда, и куда следуем и отпустил нас, когда мы проспались. А далее уже приключений не было. Мы расставались в пути следования со своими товарищами, и мы трое тоже, когда пришло время, вышли из поезда, что бы сделать ещё одну пересадку.

Самая коротенькая глава - послесловие.

Жаль заканчивать эту повесть, она наводит на размышления, а они почему-то грустные. Может быть потому, что ушло прекрасное былое и не вернётся больше никогда. Грустно и тоскливо по ушедшим годам, ярким событиям и задорной молодости, или пришло понимание о неотвратимости течения времени? Время определяет нашу реальность, оно первооснова нашего мира, вселенной и Универсума, а не элементарные частицы. Они всего лишь производная от времени, а оно безжалостно, неумолимо, прямолинейно, сурово - and hard! Но и милость его безгранична.

Вьюжный








Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 26
© 24.03.2020г. Вьюжный-мл.
Свидетельство о публикации: izba-2020-2763890

Рубрика произведения: Проза -> Приключения



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  

















1