Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Как товарищ Альцгеймер адресом ошибся


Медицинский фельетон (самый правдивый из всех медицинских)

Алоис Альцгеймер вышел из департамента Деменции сосредоточенным и недовольным. Опять гендиректор ассоциации Когнитивных Нарушений испортил ему настроение, подсунув список 80-летних. "Кому они нужны, кроме меня? – угрюмо думал Алоис. – Никто не хочет с ними связываться. Паркинсон и тот к 70-летним свалил... А как хорошо начиналось утро, – мечтательно вздохнул он, доставая список. – Одни 50-летние на сегодня были, а с ними столько ярких эмоций! И слезы, и отчаяние, и лихорадочные звонки в Деменцию, в Когнитивные нарушения, даже в Кащенко и Сербского... Эх! Только успевай анализировать и строчить статистику."

Альцгеймер, понимая безвыходность ситуации («С начальством не поспоришь!»), стал прикидывать, как лучше добраться до первого адреса в списке, но сильно удивился, увидев в нем только одну фамилию: "Как такое может быть? А где же остальные?" Тут он заметил гендиректора Когнитивных нарушений, который вышел из здания депертамента и направился к машине. "Бред Безумович, подождите!" – воскликнул Алоис и чуть ли не бегом поторопился к шефу. Тот недовольно искривился: "Ну что еще, название болезни?" Начальник всегда так обращался к Альцгеймеру, когда хотел его унизить. Все-таки директор имел отвратительный характер! Но Алоис был не робкого десятка. Недаром он годами изучал пресенильный и алкогольный психозы и общался с их обладателями.
– Бред Безумович, почему здесь только одна фамилия? Где же другие 80-летние? Их нет в списке, который Вы мне дали.
– Слушай, название болезни, ты сначала с этой бабушкой попробуй справиться. У Паркинсона после нее судорожный приступ с потерей сознания был, до сих пор на больничном. Так что давай, работай! – сказал директор и сердито хлопнул дверцей машины.
– Паркинсона сломать? Невероятно! – присвистнул Алоис вслед умчавшемуся шефу. –Я должен на нее посмотреть! – и во взгляде Альцгеймера вспыхнул профессиональный азарт...

Перепугавшая Паркинсона бабушка жила на последнем этаже в пятиэтажке без лифта старой постройки, на фасаде которой из красного кирпича было выложено слово "Одуванчик". Вход в подъезд был весело раскрашен приглашениями на бесплатные лекции на тему здоровья, продления молодости, долголетия, позитивной психологии и т.д. и т.п. Алоиса это неприятно удивило; внутри почувствовался странный холодок. Он и не предполагал, что это еще не все, и на первом этаже его поджидает доска объявлений, на которой не было ни одного свободного места. Там сообщалось о поездках на дачу к Позитиву Ивановичу за сбором черноплодной рябины, о занятиях в группах рок-н-рола под руководством Кадрили Оптимистовны, о парковых пробежках во главе с Юлой Хронической, о праздновании 90-летнего юбилея Хрена Задиристого... Казалось, что жизнь этого подъезда или даже всего дома была расписана не только по дням, но и по часам.


Лестничные пролеты в пятиэтажке были длинными, а ступеньки крутыми, и после третьего этажа Альцгеймер начал выдыхаться. "Ну надо же! Как только она из дома-то выходит? – подумал он. – И это в 80 лет? Хотя, может, уже и не ходит никуда". Подойдя к квартире, Алоис невольно отпрянул от неожиданности: за дверью громко играла музыка и слышалось нестройное одиночное пение.

После первого звонка музыка не стихла, а фальшивое пение только усилилось. Альцгеймеру пришлось быть настойчивым и лишь после пятого звонка дверь распахнула разрумянившаяся пожилая женщина с дерзко незакрашенной сединой и, запыхавшись, спросила:
– Вы ко мне?

– Здравствуйте, мне нужна Кадриль Оптимистовна Смайл, – пытаясь разглядеть кого-нибудь еще в глубине квартиры, ответил Алоис.
– Хм... А вы кто?
– Я Альцгеймер из Ассоциации Когнитивных Нарушений.
– Кто-о-о?! – протяжный дикий крик ужаса, вырвавшийся из груди Кадрили Оптимистовны, полетел по подъезду, вдруг усиливаясь от одного этажа к другому.
«Опять Тарзана включили», – подумал Алоис, привычно и глубоко жалея самого себя.
На разных этажах стали открываться двери, из которых выбегали жильцы, кто в фартуке и со сковородкой, кто с мобильным телефоном; многие лихорадочно начинали кому-то звонить. Алоис был хорошо знаком с такими ситуациями и, сохраняя невозмутимость, привычным движением достал из кармана листок с номерами телефонов, которые он так и не смог запомнить, хотя проработал в Деменции всю жизнь.
– Господа, господа! Успокойтесь! Если вы прекратите так шуметь, я дам номера телефонов Ассоциации Когнитивных Нарушений. Обычно, как только я прихожу, сразу звонят туда, чтобы найти блат, – пытаясь всех перекричать, с уставшим видом сказал Алоис.
– Мы тебе не господа. Господа все в Париже, – прищурившись по-шариковски, заявил сосед, от которого явно попахивало чаем с ромашкой.
– Ну хорошо, товарищи.
– А ты кто такой и зачем сюда пришел, товарищ? Кто тебя звал-то? Ты ведь не из наших будешь, мы своих всех знаем. У нас тут, между прочим, социальное общение на высшем уровне. Мы вместе за город выезжаем и праздники отмечаем, а по утрам групповые занятия на воздухе проводим, – не унимался сосед, на которого с явным одобрением смотрел весь подъезд.
– Меня никто никогда не зовет. Я сам решаю, когда и к кому приходить. Я Альцгеймер,– подняв голову и выпрямившись, громко ответил Алоис.

После этих слов подъезд вдруг затих, но уже через миг взорвался безумной бурей... Альцгеймер едва успел заметить откуда ни возьмись летящие ему в голову беговые кроссовки. Тут же в воздухе появились палки для скандинавской ходьбы, которые задели бедняге бровь. Сосед по этажу выбежал на площадку с музыкальными колонками и, с удовольствием и широко размахнувшись ими, легко отправил сладкую парочку в сторону Алоиса. В это время по лестнице поднималась соседка, борец за здоровье мозга и поклонница овощей и фруктов фиолетового цвета с высоким содержанием антоцианов. В обеих руках ее были тяжелые сумки. Узнав, в чем дело, пожилая женщина с юношеским задором начала дубасить непрошеного гостя баклажанами, выхватывая их из сетки, а потом принялась за виноград, чтобы превратить его в кашу прямо на лице Альцгеймера...

Весь подъезд охватила упоительная радость. Беднягу атаковали со всех сторон. В бой пошла тяжелая артиллерия с использование свекольных зарядов и кочанов фиолетовой капусты. Плитки горького шоколада с содержанием какао не менее 80 % расставили на дорогой одежде Алоиса дизайнерские акценты в виде смачных коричневых пятен. К ним сразу же прилипли грецкие и миндальные орехи и вместе с капсулами омега-3 образовали на бывшем когда-то строгом костюме яркие гирлянды.

На Алоиса было страшно смотреть. С головы съезжали наушники, из которых мелодично лилась песня «Пока я помню, я живу», на лице не просыхали красно-синие потеки виноградного сока, на плече повисла чья-то сумка с теннисными ракетками и женским купальником с чашечками впечатляющего размера, из кармана пиджака торчали рекламные проспекты курсов бачаты и сальсы... Это было невероятно: грозный и известный своей жестокостью к пенсионерам Альцгеймер внушал скорее жалость, чем страх и ненависть.

Кто-то сказал: – Давайте сдадим его в полицию. Может, потом в тюрьму отправится и не вспомнит про нас. Ему там не до «Одуванчика» будет.
– А давайте... Полиция, полиция, приезжайте срочно! Здесь товарищ Альцгеймер адресом ошибся. Заберите его, пока жив.

Полицейские успели вовремя...
Они долго пытались понять, что же произошло с известным на весь мир работником Деменции и как он оказался по тому адресу. Но Альцгеймер так и не смог вспомнить. От слишком сильного потрясения он потерял память и навсегда отказался от своей работы.






Рейтинг работы: 11
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 15
© 09.02.2020 Ольга Сольви
Свидетельство о публикации: izba-2020-2729734

Метки: здоровье, оптимизм, активная жизненная позиция, болезнь Альцгеймера, деменция, когнитивные нарушения,
Рубрика произведения: Проза -> Фельетон


Лариса Калинина       27.02.2020   02:33:06
Отзыв:   положительный
А вот в дореволюционной России и до самой середины 20 века слабоумия среди стариков, по словам моих родственников, было значительно меньше. Зато сколько было старичков светлых и мудрых! Среди совершенно неграмотных людей! Я такого богатства уже не застала . И слабоумие упорно молодеет. По моим наблюдениям, развитию слабоумия в определенных случаях помогают духовные причины. Оно усугубляется, .если человек привык лукавить, подвирать, уворачиваться, он запутывается в хитроумных лабиринтах собственной лжи, а лабиринтов с годами становится все больше, нагрузки по удержанию того, что кому выдумал, растут. В конце концов мозг не выдерживает. Я знаю таких женщин много лет и с грустью наблюдаю их деградацию. Здоровый образ жизни должен быть во всем.
Ольга Сольви       27.02.2020   11:26:49

Полностью согласна, Лариса! В дореволюционной России психушки назывались больницами для ДУШЕВНОбольных.
ЛЮДМИЛА ЗУБАРЕВА       20.02.2020   16:36:23
Отзыв:   положительный
Эх, если б и в жизни можно было вот так вот всем миром побороть Альцгеймера и Паркинсона!
Ольга Сольви       20.02.2020   20:09:10

Да уж... Но надежда есть. -)) А это главное.
Спасибо за отклик и больших успехов в творчестве!













1