Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Забытый Теркин...


Забытый Теркин…


Минул срок годины горькой
Не воротиться назад…

- Что ж ты, брат, Василий Теркин,
Плачешь вроде?..
- Виноват…

А. Твардовский «Василий Теркин».


Прежде чем начать разговор об Александре Твардовском – человеке, поэте, редакторе – скажу честно: только при чтении стихов этого поэта – у меня невольно появляются слезы. И, не могу никак их сдержать.
Они просто текут из глаз, и прерывается мой голос и выдает, что у меня перехватывает дыхание и начинаю сдерживать, готовые вырваться тихие рыдания. Стараюсь глубоко вздохнуть, восстановить прежнюю тональность звука, - ничего не получается.
Мне надо немного прерваться, перевести дух, вытереть набегающие невольные светлые и соленые капли, что вытекают из глаз…
Мои собеседники вежливо делают вид, что не заметили моей слабости, так как она никак не соответствует моей натуре.
Даже в классе, во время уроков, когда читал ученикам вслух тексты из знаменитой поэмы «Василий Теркин» у меня не раз такие курьезы случались.
Вынужден скрывать свою «слабость», прерывал чтение, сморкался, тихонько переводил дух и вновь читал стихи. Считал эти тексты очень важными и нужными для моих «студентов».
Я не очень сентиментальный человек, - часто бываю резок и грубоват, и не знаю, что со мной происходит при этом чтении, но – происходит.
Но, не о том мой рассказ. У меня удивление вызывает не моя такая реакция на стихи этого поэта, которого я полюбил с очень раннего детства.
В своем предисловии к моему небольшому сборнику стихов, который я составил для себя (я не считаю себя поэтом, но тексты я выложил в группу «Озерки»), а сборник назвал «Вспоминанье», пишу о том, как меня маленького ставили на табурет и я декламировал с энтузиазмом достаточно длинный стих Твардовского «Рассказ танкиста».
Удивляюсь нашему времени, когда искусственно нагнетается атмосфера ложного патриотизма и недоумеваешь – как будто вчера Отечественная война закончилась?
В городах и селах выстраиваются колонны людей, которые держат в руках портреты погибших, и воевавших отцов, дедов, прадедов и везде написано: « Спасибо деду, за победу!»
А коллективный портрет этого «деда», - русского солдата – Василия Теркина, который так достоверно и по народному описал Александр Трифонович, вообще нигде не упоминается.
Много думал и размышлял об этом, странном, на мой взгляд – явлении: конечно, пришел к определенным выводам.
На самом деле, эту поэму стали замалчивать уже в 50-х годах. Совершенно не случайно, в моей, достаточно большой личной библиотеке, сохранилась единственная книжка с этим текстом, - издания аж – 1954 года, Детгиз.
Этот «Детгиз» - издательство книг для детей – меня уже тогда удивлял. А разве взрослым это неинтересно почитать?
Талантливость и особую народность отметил из эмиграции – Бунин Иван Алексеевич. Даже, достаточно привередливый А.И. Солженицын отмечал, что солдаты батареи звуковой разведки, которой он командовал, во время определенного затишья на фронте, в основном читали «Василия Теркина» - Твардовского и «Война и мир» - Л.Толстого.
Я являлся постоянным покупателем книг, особенно в 70-е, 80-е, в начале 90-х годов, - тогда книги были относительно дешевы, но никогда мне не удавалось увидеть в свободной продаже стихи Александра Трифоновича.
Дело доходило даже до каких-то странных курьезов: приходилось переписывать в амбарные книги, в которых я стал вести свои дневниковые записи, стихотворения Твардовского, (брал книги в библиотеке и с них списывал эти стихи).
В чем же «собака зарыта»? Я даже допускаю, что в Москве и других столицах тираж книг продавался, но до провинций книги не доходили, (догадываюсь, что на счет этих стихов было негласное и тайное – указание, - такая практика имела место).
Во-первых, потому, что главный герой – русский солдат. Почему-то считалось, (это, вообще – необъяснимо, по крайней мере, для меня) что, якобы, автор «обижает» другие народы Советского Союза? Это категорически – низзя.
Обижать – плохо, это верно, но, разве писать о русском солдате, так, как пишет Твардовский – нельзя? Не с этого ли началось пресловутое «переписывание истории» мировой войны? Это сегодня нам становиться очень даже понятно.
Во-вторых, литературный герой что-то нигде не упоминает, о том воодушевлении, которое он испытывал от комсомольского или партийного собрания, призыва политрука перед боем.
В поэме, Твардовский пишет совсем по- другому, когда говорит о чувствах бойца под бомбежкой: «…И далек, далек,далек Вечер тот и та девчонка, что любил ты и берёг.»
И странно мне слышать, что, мол, Твардовский нарисовал лубочного Василия Теркина.
Это может написать только тот, кто вообще, даже близко не понимает, что такое – русский человек.
Этот «критик» не приемлет такого русского солдата: с такими качествами и чувствами, и поступками. Ему хочется видеть другого солдата: безжалостного, пьяного насильника, несущего только смерть и разрушение – это было бы самое – то.
Но, русский солдат, именно такой, как он был воспет Александром Трифонычем. Именно такой – победил фашисткою орду, которая нарушила нашу мирную жизнь, придя из центра цивилизованной Европы.
Именно это хотят забыть, а мы сейчас пытаемся это напомнить… Но – тщетно. Почему – тщетно?
А мы сами, в первую очередь, его забыли… Только портреты своих «дедов» носим по улицам, которые уже никому ничего не
говорят…
Еще один вопрос, который не дает мне покоя, - почему армия, то есть армейская печать, кино не приемлет такого солдата, как Василий Теркин?
К сожалению, я знаю ответ. Армии, такой Теркин - не нужен. Оговариваюсь: на самом, деле именно такой солдат нужен и ощущается нехватка таких солдат. Опять проклятый вопрос – почему?
Он был нужен во время «той войны жестокой», когда бой идет не ради славы, ради жизни на земле, - так писал Твардовский.
Но, на самом деле, Теркин очень самостоятелен и инициативен. Он воюет не по приказу, а по нужде, по великому желанию изгнать врага-фашиста из своей земли.
И главное – Теркин несет в себе великое нравственное начало, чувство справедливости, которое изначально присуще нашему народу.
Теркина, в конце-концов, нельзя послать воевать в Афганистан, Сирию… Почему?
Трудно представить этого литературного героя, несущего смерть и разрушение в чужие земли. Этот герой имеет один «изъян» – он не интернационален, из него трудно сделать наемника.
Он представляет сам народ во время, как в нашей песне поется «народной, священной» войны.
А никакой народ не хочет войны, а русские – тем более.
Твардовский, в качестве военного корреспондента, прошел три войны. И всегда являлся настоящим пацифистом, он – ненавидел войну, понимал всю бессмысленность таких явлений в мировой истории.
Уже во время финской компании, (1940 г.) он увидел лежащего на льду убитого солдатика, который был очень молод, и – неожиданно в 1943году, в самый разгар «большой войны жестокой» пишет стихотворение, которое меня потрясло, когда впервые прочитал. Приведу не полностью этот стих:

Среди большой войны жестокой,
С чего, ума не приложу,
Мне жалко той судьбы далекой,
Как будто мертвый, одинокий,
Как будто это я лежу
Примерзший, маленький, убитый
На той войне незнаменитой,
Забытый, маленький, лежу.

По настоящему правдивых книг о войне нашей написано не так уж много. И все они написаны – фронтовиками. Могу назвать наряду с этой эпической поэмой Твардовского (не побоюсь этого слова): «В окопах Сталинграда» - Виктора Некрасова (1946 г.) и « Прокляты и убиты», - Виктора Астафьва (90-е годы).
Виктор Некрасов, в конце концов, оказался в эмиграции (70-е годы) там же и умер.
Астафьева, за этот роман - прокляли, нет, не фронтовики, а те, кто был в штабах политических и благополучно и безбедно жил. Они и фронта не нюхали.
Знаете, после войны была такая популярная песенка: « Я был батальонный разведчик, а он писаришка штабной. Я был за Россию ответчик, а он спал с чужою женой…».
Так вот, эти «писаришки штабные» пришли с войны с иконостасом наград…
Теперь я перехожу к очень важной и сложной для меня теме: редакторская работа Александра Трифоновича. Про это написано немало и подробно и самими участниками и свидетелями его такой работы. Про это легко прочитать.
Меня интересует не это. Все дело в том, что после смерти поэта Александр Солженицын написал такие мемуарные записки о себе «Бодался теленок с дубом».
Естественно, много там о Твардовском, который дал «путевку в жизнь» (извините за штамп) этому известному писателю.
Понятно, что тексты Солженицына мы, простые смертные, прочитали только в конце 80-х годов. Кроме двух произведений писателя «Один день Ивана Денисовича» и рассказа «Матренин двор».
Мама выписывала «Новый мир», как и все учителя, врачи, инженеры и многие рабочие. Поэтому номер одиннадцатый этого журнала за 1962 год, в котором был напечатана повесть о «Денисыче», наверное, стал самым знаменитым.
Я, одиннадцатилетний, «проглотил» этот текст в один момент и быстрее мамы. Ни от кого из взрослых ничего не слышал об этой повести, поэтому их реакции – не знаю.
Потом, мама, этот номер журнала кому-то отдала почитать и его – «зачитали». Я не расстраивался, мне было все понятно, - все помнил чуть не наизусть. Было ясно, что написано – правда.
Зачем я пишу об этом? Для того, чтобы читателю было понятно мое отношение к Александру Исаевичу.
Но, когда в конце 80-х годов в журналах напечатали «Бодался теленок с дубом», я – призадумался.
Понятно, что позиция писателя и редактора в чем-то расходились. Но в чем? Солженицын гнул свою линию и пытался читателя убедить в своей правоте.
Твардовский ответить не мог, - не оставил записок на сей момент, которые бы могли пролить свет на суть разногласий, да уже и умер в 1971году.
Не имея интернета – тогда, не мог читать других свидетелей тех событий, которые оставили воспоминания. Потом, многое происходило между Твардовским и Солженицыным с глазу на глаз…
В таком подвешенном состоянии прошло достаточно много времени. Я все никак не мог решить, в чем же их расхождения?
Только некоторое время назад все более или менее мне стало ясно, хотя вопросы остались.
Главное расхождение писателя и редактора состояло в разных подходах в оценке народной жизни и судьбы.
Прав был Твардовский, который считал, что в рассказе «Матренин двор» писатель не совсем правильно интерпретирует ситуацию в селе.
Здесь сказывается, что Солженицын – городской житель и всех «тонкостей» деревни средней полосы России – не знает. Именно с этого рассказа, как я понимаю, начались главные идейные расхождения.
Первоначальное название рассказа «Не живет село без праведника», было сразу изменено редактором, – «Матренин двор».
Верно это? Я считаю – верно. Почему?
Матрена, показанная в рассказе, никак не подходит под праведницу, в русском сельском представлении. Она более похожа на – мученицу. А это, хоть и близкие, но - разные вещи.
Солженицын стремиться показать в рассказе невыносимость и безвыходность русской жизни, именно эту сторону и, на это особенно упирает, тем самым – себе противоречит, что праведность выразилась даже, мол, в том, что поросенка не держала.
Стремление иметь собственность им осуждается! Это какой-то большевистский взгляд на крестьянство. И этот писатель, тем не менее, против власти, которая именно к этому стремиться?
По повести «Один день Ивана Денисовича» у писателя и редактора – нет расхождения, Твардовский сразу и безоговорочно сделал все, чтобы повесть была напечатана и явился , на самом деле – создателем чуда, - когда абсолютно безвестный автор, за несколько дней ноября, встав в ряд известных литераторов.
А далее, как уже известно, Солженицын, вступил в совершенно сознательную игру с попыткой напечатать, то, что в тех условиях было невозможно опубликовать, и этим самым вводя в заблуждения Твардовского.
В этих литературных мемуарах Твардовский показан очень предвзято. Я даже склоняюсь к тому, что этого публиковать вообще – не следовало. Ничего интересного для читателя там – нет. Интерес только для историка литературы.
А описание того, как Александр Трифонович, читал у Солженицына на квартире в Рязани рукопись романа «В круге первом» меня совсем отвращает от автора. Это запрещенный прием.
Твардовский никогда не отрицал революции, он считал, что революция принесла благо народу, а Солженицын всю жизнь доказывал обратное. Кто прав?
Я на стороне Твардовского, в том плане, что революция смела старые прогнившие скрепы государства, но, как ни странно это может показаться, жизнь современная развивается по Солженицыну.
Почему я так сужу, по каким признакам?
Кто же эти люди: Твардовский и Солженицын?
Твардовский – несомненный социал-демократ, если объяснять в политических терминах.
Именно такой стала КПСС за последние двадцать лет перед своим закатом.
Она перестала быть партией, как было принято раньше говорить, «партией ленинского типа». И недаром её китайские коммунисты назвали – ревизионистской. И это абсолютно верно, в тех прежних терминах.
Произошло, как говорили – разложение КПСС, исчезла идеология, появилась тяга к собственности…
Что нужно было делать? Обновлять партию и менять её большевистскую сущность. Таким предтечей ( именно – предтечей) и выступил Хрущев в политике, и в литературе – Твардовский. Этого сделать не удалось.
Но подспудно зрели внутри страны силы другие: новые подпольные «революционеры», с новой (старой) идеологией, но со знаком - минус. Во время Твардовского их было еще не разглядеть. Все прятались под старой «коммунистической маской».
Но идеолог уже был – налицо: Солженицын Александр Исаевич (об этом, в следующем рассказе).
Твардовский, абсолютное трагическое лицо русской литературы.
По воспоминаниям становится ясно, что Александр Трифонович почти не имел друзей. Это понятно, и случается со многими крупными талантами.
Солженицын обвиняет его в советской вельможности, - персональная машина с персональным шофером, персональная дача…
Я этих претензий не принимаю, да и у писателя они очень надуманы: так для «красного словца», которое можно было не говорить.
Трагедия Твардовского в другом. Александр Трифонович смог состояться только как – советский писатель, со всеми атрибутам советской же идеологии. Он написал поэму (30-е годы) – «Страна Муравия», где пытался представить, что у крестьянина нет иной дороги, как в хорошую жизнь, - в колхоз.
Ясно, что уже тогда не принимал многие явления советской жизни, война заставила многое передумать.
Надо понимать, что поэт, а Твардовский был в первую очередь поэтом, но не политиком, принял решения 20 –го съезда, на котором развенчали культ личности с пониманием и считал верным шагом.
Нет, он, как сейчас принято говорить – не «переобулся в воздухе». Так многие делали, и делают по сей день. То есть сразу и одномоментно изменяют свои политические взгляды и пристрастия.
Он поверил Хрущеву и многое сделал в литературе, чтобы осудить сталинизм. Но тут встретился с глухими и мощными силами, которые не хотели до конца развенчания сталинского ореола.
Поэтому последующие поэмы, так трудно печатались. Но, заключительный этап творчества характерен уже другими нотками. Здесь речь идет о той глухой стене, которой была окружена советская литература.
В 1966 году, когда его «покровителя» отправили на пенсию (1964 г.), и Александр Трифонович почувствовал первые серьезные признаки надвигающего краха журнала, который он возглавлял с перерывом шестнадцать лет, и за это время этот журнал стал самым популярным изданием для всех думающих людей, было написано стихотворение:

Я сам дознаюсь, доищусь
До всех моих просчетов.
Я их припомню наизусть, -
Не по готовым нотам.
Мне проку нет – я сам большой –
В смешной самозащите.
Не стойте только над душой,
Над ухом не дышите.
В феврале 1970 года редакцию журнала «Новый мир» распустили, и назначили новую редакцию, кроме Твардовского, который оставался в должности главного редактора.
Тогда Александр Трифонович уходит по «собственному желанию». 18 декабря 1971 года Твардовский скончался у себя на даче. Всех лет его жизни – 61.

26 – 29 марта 2019 год.

Педин В.










Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 8
© 08.01.2020 Валерий Педин
Свидетельство о публикации: izba-2020-2707334

Рубрика произведения: Проза -> Эссе














1