Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Гэть звидсыля!


Гэть звидсыля!
Гэть звидсыля!

- Сан Саныч! Вот это да, слышал, капитал! Вот это по мне, вот это власть, я всю жизнь мечтал, а тут на, и свалилось, всё и сразу. Делом займусь, денег заколочу, дом построю, женюсь…
- Вася, дурак ты, все эти новшества не про тебя, тебе дадут дырку от бублика, а страну раздербанят между собой, так что не сильно радуйся. Вот у тебя, что есть сейчас - конура под лестницей, ваучер дали, так ты им жопу подотри, толку будет больше. Эти бумажки, Вася, обман, ты знаешь, что с ней делать, с этой бумажкой?
- Нет, а что делать с ней?
- Пиши заяву, там есть адрес, в лучшем случае получишь шуруп от форточки завода, понял?
Васька, конечно же, немного расстроился, но всё равно был твёрдо убеждён в своём успешном продвижении в новом, обществе зла и насилия. Книг он читал мало, а жадность к наживе у него была сильнее разума.

Васька Пахом барыга, таксист, и большой любитель государственных денежных знаков, любитель выпить, при этом много и капитально пожрать. Бабы, это еще одна его болезнь, но так, как он был любитель денег, то предпочитал деньги коллекционировать, а не расходовать на женщин. Женщины у него были всегда шаровые, дешевые, и малотребовательные.

Захожу как то к Василию Петровичу в его биндюжку, под лестницу, у дверей стоит помойное ведро воняет мочой, на электроплитке, в огромной сковороде жарится штук тридцать яиц с луком. Запах лука немного перебивает запах мочи. На кровати сидят две напомаженные крали лет эдак по пятидесяти, (Ваське в то время было лет 36-ть) с претензией на красивость и молодость, а на столике, пододвинутом к кровати, стоит три бутылки Портвейна, три стакана, рядом лежат дешёвые конфеты.
- Сан Саныч, знакомься, девочки на отдыхе, я вот их возил на экскурсию вокруг Ялты, показывал наши красоты.
«Девочки» встрепенулись, заулыбались. По всей видимости, были рады, пришёл ещё один мужик, и видимо им приглянулся.
- Сан Саныч, присаживайся, посидим, выпьем, дамы любви хотят и внимания…
- Нет, Вася, не получится, я вообще забежал по делу, да вижу у вас тут праздник, а у меня дела. Я зашёл за должком, помнишь? Деньги мне сейчас нужны.
Пахом был тяжёл на отдачу долгов.
- Завтра, завтра у меня день должен быть хороший, завтра отдам вечерком. Хорошо?
- Ладно Вася, до завтра, веселитесь, я думаю вы и без меня справитесь.

День сменяется на вечер, ночь на утро, земля крутится, люди, куда-то спешат, чего-то ждут, на что-то надеются, во что-то верят. Всё в этом мире старо – правды нет, совести нет, вера прогнила и служит не Богу, а Дьяволу. Господствует ложь, насилие и жадность, человечество потеряло путь к истине, путь к доброте, путь к святости. Деньги, золото, вещи, дворцы – вот боги нынешнего человека.

- Сан Саныч, сегодня я такую деньгу зашиб, в Одессу возил с Ялты клоунов, «Лицедеи», слышал?

Васька возил всех, кто платил хорошо. Всех без разбора, и куда только попросят. Васька возил преступников, проституток, клоунов, шутов, барыг, отдыхающих, и прочую нуждающуюся братию лишь бы хорошие деньги платили.

Деньги Васька пытался извлечь из всего. Работая в санатории водителем на старенькой 21-й «Волге», возил главного врача санатория. Как водила главврача тащил с кухни продукты, и вообще слыл как парень не промах. Васька находил время, чтобы на санаторной машине зарабатывать как на такси, благо пассажиры были всегда. Люди в санаторий приезжали, уезжали, интересовались красотами Крыма, а по этой части Василий Петрович был настоящий дока. Он рекламировал себя как таксиста, и как экскурсовода, старожила Крыма, и знатока истории. Васька в нужном месте «навешивания лапши» отдыхающим не забывал вставить как его бабушка оказалась в Ялте на строительстве Белого, Ливадийского дворца самому царю Николаю Второму, как после строительства дворца осталась работать у царя-батюшки. Василий Петрович умалчивал о том, что его бабушка происходила с Кубани, с бедной, многодетной семьи.
Она была очень сообразительная, умная и энергичная девушка. Когда подбирали на строительство дворца подходящих крестьян, ей удалось попасть в число рабочих на строительство, так она оказалась в Ялте. А по окончанию строительства хороших работников оставили жить и работать во дворце. Она убирала в покоях, жила в маленькой сторожке на южном выходе с территории дворца. Так бабушка невольно привязала Ваську к императорской истории, чем Василий Петрович очень гордился, и это часто ему служило на пользу, и приносило определённую материальную выгоду.

- Сан Саныч! В ворота стучали, и звал меня явно Пахом. Под домом гремела музыка, звучали «блатные» песни о том, что сделали с попом, и то что «так ему и надо». Пахом другую музыку не слушал.

Васька родился в Крыму, но не в Ялте, а в степном Крыму, в деревне, в доме, построенном немцем. Семью немца депортировали с Крыма в Казахские степи, а заселили семью Васькиного отца. Дом был большой, кирпичный, добротный, со многими техническими новинками на то время.
Дом был построен рачительными немецкими хозяевами на века. Но все эти немецкие выгодные и нужные прибамбасы в конструкции дома, у русских хозяев не работали на пользу дома, и были попросту не нужны. Это было воздушное отопление, топка находилась в подвале, а горячий воздух отапливал весь дом. Но топить было некому, Васькин отец, очень маленький мужичок пил «проклятую», а женщинам было тяжело подавать топливо в подвал и топить. Потому топилась русская печь, построенная в новые времена внутри дома, и отапливала она только две комнаты, в остальных комнатах было холодно.
Васькина сестра жила недалеко в деревне, километров в двадцати от Васькиной матери, тоже жила в старом, кирпичном доме. У неё была как бы полноценная семья, был муж и дети, но в их доме, также как и у их матери было очень холодно, а во дворе её дома били горячие ключи. Температура у этих ключей была градусов под пятьдесят, ставь насос и прогоняй воду через отопительную систему дома, и выпускай обратно в природу, забрав тепло на пользу дома. Мало того, так эти ключи были минеральные, лечебные источники в собственном дворе! Но, ни тепло, ни минеральность источников хозяев не интересовала.
Была у Васьки ещё и меньшая сестра, он о ней умалчивал, а однажды, по пути нашего следования он попросил меня заехать в Симферопольскую психиатрическую больницу. Оказалась, его меньшая сестра страдала психическими расстройствами, и периодически лечилась в психиатрической клинике.

Школу Василий Петрович окончил деревенскую, и поехал к старшей сестре в Ялту искать своё счастье. В Ялте он определился только тогда, когда окончил водительские курсы и устроился в санаторий на автомобиль Москвич «пирожок» возить продукты и всякие хозяйственные грузы. Получил комнатушку в общежитии санатория в старинном здании, под самой крышей, куда вела винтовая лестница. Комнатушка была малюсенькая, с покатым потолком, но с видом на море. Под крышей жили ещё несколько молодых женщин, тружениц санатория. Васька таскал к себе женщин как вещи, не пропускал ни одной податливой юбки, не гребовал санаторскими работницами, отдыхающими, и вообще та, которая соглашалась, ту и тащил к себе в ночлежку. Хорошие времена настали для Васьки, когда он сел за руль «Волги», зарплата, подработка, и питание прямо на кухне. Водитель Главврача, кто мог перечить. «Наследственность» взяла своё, Васька начал расти!
Заканчивались восьмидесятые, страна явно хромала на все четыре ноги, перестройка, Горбачёв, хаос, пустая болтовня. Страна СССР со своими красными керманычами явно пришла в тупик. Вожди грызлись между собой и не знали, что делать с перегруженным и тонущим кораблём. От Горбачёвского ускорения корабль дёргался и ещё больше кренился на бок. Коммунисты трусливо провозглашали лозунги, но ничего существенного в смысле изменения политического и экономического устройства страны не делали.

Пахом ушёл с санатория, ушёл на работу в ЖЭК водителем на грузовой мотороллер ради получения независимости и своего жилья. Для обретения независимости Васька собрал небольшую сумму деревянных денег, и в ЖЭКе получил небольшую комнатушку под лестницей старинного особняка приспособленного большевиками под жильё, точно такую как дворницкая дворника Тихона в 12-ти стульях Ильи Ильфа и Евгения Петрова.
Васька упорно шёл к своей заветной цели, он мечтал быть богатым, иметь свой дом и все удовольствия которые можно получить от жизни. Собранные деньги Василий Петрович решил потратить на старенький «Жигуль» первой модели, и начать двигаться по пути к своей мечте.

- Сан Саныч! Это был он, Васька Пахомов. Рад я ему, конечно, не был, но гость есть гость.
- С чем пожаловал Василий Петрович?
- Сан Саныч, просьба у меня к тебе, нужно съездить в одну деревню, в северном Крыму, я договорился о покупке машины. Хочу купить «копейку», предлагают недорого, и вроде в хорошем состоянии.
- Съездим? Бензин за мной, и магарыч естественно.
- Съездим, Вася, съездим…

«Титаник» развалился на части и пошёл ко дну, но творцы гибели СССР готовились к затоплению страны долго и очень тщательно. Потому на территории бывшего СССР работали во всех структурах власти люди страну предавшие и готовые углублять разруху, разваливать экономику, промышленную базу страны, и разрушать моральные устои народа. Народ в конец обнищал, но власть обещала людям капиталистический рай.
Меченный демонстративно сложил с себя полномочия, и 25 декабря 1991 года, в 19 часов, Президент СССР Михаил Сергеевич Горбачёв выступил с обращением к советскому народу по Центральному телевидению. Он в частности сказал: «В силу сложившейся ситуации с образованием Содружества Независимы Государств я прекращаю свою деятельность на посту Президента СССР. Принимаю это решение по принципиальным соображениям».
Какие принципы? Какие соображения? Такого предательства мир ещё не знал. Сдать Империю без единого выстрела, разрушить огромнейшую страну и предать её народ? Пустить народы нищенствовать и заставлять их верить в капиталистический рай? Это был заговор, заговор врагов СССР и сговор международного масштаба. Все детали реализации захвата страны были проработаны до мелочей. Кто мы сейчас без собственной финансовой системы, без собственной промышленной базы, без самостоятельного управления страной и её ресурсами. Нас захватили с потрохами, и разрушение страны продолжается, углубляется, и всё это делается «по принципиальным соображениям»!

Адольф Шикельгрубер был груб и недальновиден, он проиграл войну по захвату мира. Но у него появились хитрые, умные, гибкие и наглые последователи, это международная мафия. Мафия, манипулирующая экономикой и сознанием людей. Мафия ростовщиков и торговцев, беспринципная мафия, вступившая на путь реализации планов Адольфа Шикельгрубера. Мафия, не верящая ни в какие принципы, мафия готовящая истребление основной части населения планеты, как балласта мешающего процветанию «золотого миллиарда». Эта беспринципная мафия сталкивает лбами страны и народы ради своих выгод, ради достижения своих меркантильных целей. А самое страшное, что лидеры этих стран идут на сделку со своими врагами и играют в войну по их правилам.

«Я благодарен государственным и общественным деятелям, миллионам людей за рубежом – тем, кто понял наши замыслы, поддержал их, пошёл нам навстречу, на искреннее сотрудничество с нами.
Я покидаю свой пост с тревогой. Но с надеждой, с верой в вас, в вашу мудрость и силу духа. Мы – наследники великой цивилизации, и сейчас от вас всех и каждого зависит, чтобы она возродилась к новой современной и достойно жизни.
Хочу от всей души поблагодарить тех, кто в эти годы вместе со мной стоял за правое и доброе дело. Наверняка каких-то ошибок можно было избежать, многое сделать лучше. Но я уверен, что раньше или позже наши общие усилия дадут плоды, наши народы будут жить в процветающем и демократическом обществе.
Желаю всем вам самого доброго».
Враги его поняли и поддержали, они начали готовить разрушение СССР вскоре после Второй Мировой войны. Гнилые плоды посыпались на головы народов распавшейся страны. Бывшие партийные работники провозгласили себя дворянами, и показали своё настоящее лицо. Они стали Президентами, они примкнули к международной мафии негодяев под музыку «свободы» либерализма и «демократии». Теперь можно грабить народы по закону, теперь они стали хозяевами своих собственных стран.
Какой цинизм, какая глупость, и это говорил президент страны. Плоды есть, есть страшный результат. Такого урона страна СССР не понесла в результате Отечественной войны 1941 – 1945 года.
Это говорил предатель страны и своего народа, это говорил Герострат нашего времени, это говорил самый знаменитый жулик страны СССР и всего мира сущего, посеявший и породивший массу предателей и воров уничтожающих на бывшей территории страны советов всё разумное и доброе. Порвавший в клочья страну, которая строилась на протяжении многих веков, ценой огромных жертв и усилий всех народов, населяющих эту территорию, территорию Российской Империи.
Весь мир вступил в новую эпоху, в эпоху перерождения и разрушения устоев социальных, религиозных и политических. Мир вступил на тропу войны всех, против всех.

Ад уже существовал в реальности, а чиновники, барыги и люди оборотистые строили себе рай на остатках развалившегося СССР. Капитал затягивал петлю на шее народа своей страны.

Васька Пахомов купил себе ВАЗ 2101 цвета «коррида», потрёпанный, но ещё живой.
- Сан Саныч, поздравь меня, я теперь на коне, бизнес в моих руках!
Что только не возил Пахом на своём жигулёнке, тонна арбузов входила в несчастную машину, виноград и прочие выгодные грузы перевозились с полей и садов на базары страны. Клепались деньжищи, Василий Петрович шёл к своей намеченной цели, к богатству.

- Сан Саныч, я продал свой жигуль, хочу купить Вольво 740, поможешь? Съездить нужно.
- Помогу.
Пахом купил Вольво 740, мотор на ней едва дышал. Пришлось ему делать капитальный ремонт двигателя, но в дизельных моторах Васька не разбирался. Я ему оказал квалифицированную помощь в ремонте, консультируя его по всем позициям. И вот Пахом самодовольно воскликнул:
- Сан Саныч, понимаешь, это же ДИЗЕЛЬ! Дизель, ты это понимаешь!
Василий Петрович поднялся ещё на одну ступень. Под домом, уже под малосемейным домом, где Васька получил малогабаритную квартиру от ЖЭКа, красовалась надраенная, перламутрово-голубая, дизельная, 740-вая Вольво!
Васька был на недосягаемой высоте, с этой высоты он видел капиталистический рай, где вдалеке ему маячил и его маленький кусочек.

И вот Василий Пахом дорос до ЗиЛа 130-го, с будкой, обороты увеличились, деньги потекли рекой. Васька был счастлив. Судьба ему подкинула источник военных складов, где он покупал свой ЗиЛ. Вояки продавали всё, что можно было продать, корабли, подводные лодки, катера, вертолёты, самолёты. Вояки продавали стратегическое сырьё, горюче-смазочные материалы, электростанции, автомобили, металлы, ракетное топливо, оружие…, всего не перечесть. Вояки продавали Родину. А где она эта Родина, где её границы?
На складах было огромное количество шин разных размеров, и Василий нашёл покупателей в среде новых сельхозпроизводителей. На Кировоградщине Василий нашёл хорошего покупателя шин, он брал у Пахома оптом все колеса в обмен на сахар. Бывший председатель колхоза, а ныне фермер выращивал сахарную свеклу, а за неё с сахарного завода получал сахар. Мужик он был хозяйственный, решил взять шины в запас, да и на обмен пригодятся….
Васька загрузил шинами разного размера в будку своего ЗиЛа как просил покупатель и отправился к нему на Кировоградщину.
Я думаю, очень многие знают дорогу с Винницы на Киевскую магистраль, на Кировоград и на Одессу. Она, в общем, то ничем примечательным не блещет, так однообразие, лесополоса вдоль дороги и за лесополосой тянутся бесконечные поля. Многие из них засажены свеклой, так как эти земли очень жирные и свекла здесь растёт отменная, богатая сахаром. Климат в этих местах мягкий, теплый и влажный, зимы снежные и морозы не очень сильные. Весна наступает рано и проходит активно насыщая землю влагой и весенним теплом благоприятным для сельского хозяйства. Благоприятные условия для посева сельскохозяйственных культур, в том числе и для посева свеклы. Сахарных заводов перерабатывающих свеклу тоже много, а было еще больше, да вот нынешние хозяева государства порушили многие заводы.
В здешних местах, в глубинках, в стороне от больших дорог, еще живут сахарные заводы с царских времен. Эти заводы стоят на берегу больших прудов как монстры, сооружены они из гранита, и выглядят как гиганты с торчащими ребрами, высокие собой, огромные и кажется, что вечность уснула в этих грубых сооружениях.
Многие здания сахарных заводов тщательно выбелены прямо по грубой штукатурке и стены их имеют усиленные опоры, ребра жесткости по всему периметру и кажется, как будто эти опоры обнимают здание и таким образом поддерживают их прочность и устойчивость в пространстве и времени.
Заводы часто окружены садовыми деревьями, вишнями, яблонями и грушами. Ароматы от цветущих весной деревьев разносятся далеко за пределы заводов, и притягивает своим запахом огромное количество пчёл и других насекомых. Здесь растут деревья белой акации, и кусты акации жёлтой. В мае месяце акации усыпаны белым и жёлтым сильно пахнущим цветом. И жужжит этот ковёр как самолет от налетевших пчёл и гудит от огромных, очень красивых шмелей прилетевших на праздничный пир.
Пасечников в этих местах много, мед, сахар, свекла сахарная, тишина местных прудов и маленьких местечек, расположенных вблизи сахарных заводов – вот местный колорит Винничины, Кировоградщины, Киевщины.
Проезжая к любому из таких заводиков, обязательно столкнешься со старинной брамой перед въездом на дамбу заводского пруда, на которой часто еще сохранился от прежних времен какой нибудь герб или знак, а то и название прежнего колхоза или совхоза. В пруду масса гусей из близлежащих домов, которые весело гогочут и азартно купаются. Тепло. Тишина, и, кажется, ты въехал в места райские, благословенные места самим Богом, и хоть тебя здесь и не ждут, но ты можешь обрести приют и пропитание, а, то и чего посмачнее, типа домашней колбаски под рюмку местной самогонки. Люди здесь приветливые, разговорчивые, и на любой твой вопрос дадут толковое разъяснение и при нужде помогут, не откажут.

Вкус земли для Украинца, это вкус пищи богов, это ощущение свободы, богатства и независимости. Украина получила независимость. Украинец вздохнул свободно, и понял, вокруг него, это его земля, это его нэнька, его кормилица. Он шагнул навстречу ветру, дождю и солнцу, он шагнул в своё, пока ещё неосознанное будущее.
Расторопные руководители колхозов и совхозов начали быстро приспосабливаться под новые веяния и законы. Начали использовать свои связи отработанные ещё в советское время. Людей не бывает бывших, связи в обкомах, министерствах перерастали в деловые связи, земля давала эти возможности, и сахар становился валютой. Сахар течёт рекой, хозяева сахарных заводов и сельхозпроизводителей, выращивающих сахарную свеклу, богатеют, и укрепляются на своей земле.
Иван Иванович Буряк, председательствовал в своём колхозе, уже будет лет как двадцать. Мужик он был огромного роста, полный, черноволосый, с закрученными на казацкий манер усами. Дородный мужик, семьянин и справный хозяин. Люди Ивану Ивановичу доверяли, при всей его прижимистости и расчётливости он людям платил хорошо, по их труду и старанию. Дом у председателя был огромный, старый, построенный ещё его отцом после войны, на украинский манер под черепицей за невысоким забором. Двор дома обнаруживал в Буряке хватку и рачительного хозяина. В его дворе водилась лошадь, корова, барашки, куры и гуси. Чувствовалась во всем этом богатстве рука не только хозяина, но и хорошей хозяйки. Семейное счастье и зажиточная жизнь видна была во всём. В доме явно были дети, а как можно жить счастливо без наследников?

Васька Пахом на своём ЗИЛе подкатил к председательскому дому только к вечеру. Уже смеркалось. Двор был освещён, окна лучились светом и добром. Запахи со двора неслись одурманивающие, запах первака смешивался запахом жареной птицы. Здесь явно ждали гостей.

Васька посигналил и услышал сочный баритон:
- Марыя, прымай гостя, а сам хозяин заторопился открывать ворота.
Так Пахома ещё нигде не встречали. Василий Петрович загнал машину во двор, заглушил, вышел с кабины и попал в огромные лапищи хозяина. Председатель ему пожал руку, и сказал:
- Я, Вася, Иван Иванович Буряк, украинец, добрая душа и здешний хозяин. Заходь Вася в хату, бедэмо вечерять. Гайда до столу!
У стола их встретила красивая женщина лет пятидесяти на вид, современно одетая, по-домашнему, с добрыми глазами и жестом пригласила помыть руки, усадила гостя за стол напротив хозяина. На столе стояли графинчики с настойками, и домашним вином. Жареный в печи гусь красовался посреди всего великолепия блюд и напитков. У Пахома промелькнуло в голове, куда я попал, вот так встреча, и явно напугался….
Хозяин увидел неловкость гостя, поспешил его успокоить и сказал:
- Вася, нэ хвылюйся, сидай, выпьемо, побалакаемо, за розмовой правда розквитае, а кривда помырае. Мы люды добри, мырни, зэмлэпашци мы! Сидай до столу.
Пахом плохо соображал, и не мог вникнуть в украинскую речь. Ему казалось, что он попал виртуальное пространство, на хутор близ Диканьки, смешалась реальность в виде барского стола, зажаренного гуся, самогона с чувством страха за собственную жизнь и свою душу. А некто нашептывал Пахому в ухо, будь на стрёме, не всё так просто, глянь какой добряк, а лапищи то, а лапищи…. И баба его вся такая счастливая, чего это она улыбается?

Иван Иванович наполнил тонкие стаканы крепкой настойкой с перцем, жене налил в рюмку домашнего вина, и торжественно, с высоты своего роста произнёс тост:
- За здоровья гостя, дай Бог и нам не хворать!
Крепчайший самогон провалился в горле хозяина, он смачно крякнул, погладил свои шикарные усы, отхватив от гуся зажаренную ногу, шевеля усищами, закусил. У Васьки впервые в жизни от самогона запершило в горле, а вторая нога гуся и вовсе застряла на пол дороге в желудок. Ваське было явно не по себе, он чувствовал себя не своём корыте, привыкший считать всех окружающих маленькими и слабыми, ничтожными – здесь он себя почувствовал в полной зависимости, слабым и ничтожным. Васька привык навешивать лапшу, обманывать и торжествовать, а здесь было явно не до торжества.
- Ешь Вася, ешь! Давай ще по грамульци, шоб нам так жилось, шоб нам пылось та елось! Будь здоров Василий Петрович!
Васька был раздавлен, пил самогон, ел гуся, глотал салаты, загрызал солёным огурцом, но не от выпитого, не от съеденного не ощущал удовольствия, понемногу пьянея, ощущал необъяснимый страх…. Он был заколдован магией хохляцкой гостеприимности и простоты. Он к такому отношению не привык.
- По третьей, та побалакаемо! Иван Иванович Буряк наполнил стаканы, крякнув выпил, и улыбаясь пригласил выпить Василия добродушным жестом.
Васька выпил, хмель ударила в голову, подумал – в эту лапищу да саблю, рассечет дьявол меня пополам. От страха вздрогнул. Но вдруг на смену страха разлилась по телу слабость и Вася почувствовал эйфорию, наслаждение и удовольствие. Я что, я забздел? Я ему привез колеса, а сам боюсь, чего? Ну, что, хохол, побалакаемо? Побалакаемо…. Мысль Ваське понравилась и успокоила. Завели разговор о жизни, о развале СССР, о рождении новых, свободных государств, о России, об Украине, об Украинстве.
С Васьки был политик хреновый, он был рожден Империей, он даже не замечал, что была революция, он СССР заметил только с одной стороны, у него не было возможности наживаться и получать по его разумению большие барыши, жить богато и беззаботно. Он не понимал, то, что у него не было главного, он не имел талантов, он хотел иметь много денег, но не знал где их взять. От уборщицы в царских покоях, от отца пьяницы и до его самого, простого водителя, мелкого воришки и жуликоватого человечека был всего один шаг, и это расстояние сохранил он сам, Василий Петрович Пахомов.
- Ось бачишь Вася, Украина край богатый, Украиньци люды роботящи, краина у нас вэлыка, Крым наш, курорты для наших людэй видбудуемо, на морэ издыты буду, а то всэ николы, да николы. У мэнэ Марыя нэ бычила моря…
Пахом заёрзал на своём стуле, смотри Крым хохляцкий, моря захотел… Будет тебе море, будет тебе Крым. Ком подкатил к горлу подпитого Пахома, и так ему захотелось дать отпор хохляцкому председателю, наговорить гадостей и вступиться за Русский Крым. Но он вспомнил, что улицы в Севастополе переименовали, и написаны они на Украинском языке. В Ялте переименовывают улицы и названия учреждений. Что и в Ялте, и его деревне правит бал Украинская власть. И то, что ему нужны деньги, ради них он и приехал сюда, ради денег сидит и выслушивает речи этого громилы, этого хозяина, этого дьявола с огромными лапами и чёрными закрученными усищами.
- Ну, шо, Васылю, давай выпьемо за Чорнэ морэ, за процьвитающий Крым, за справну и Вэлыку Украину, за ии флот!
Васька чуть не подавился, усилием воли выпил стакан самогона, почувствовал прилив сил, и его сознание получило новую подпитку, новый толчок, и Вася заговорил:
- Слушай, Иван Иванович, а ты ничего не путаешь? Кто построил Севастополь, на каком месте, и кто этим местом владел раньше? Я не великий историк, но знаю, туркам отпор дала Россия, это войска Суворова ещё во время войны с турками начали строить первые укрепления в Ахтиарской гавани, а после Крым и вовсе стал принадлежать Российской империи. Что, не так? Так чей на самом деле Крым? Вы Крымом вообще никогда не владели, а Херсонес построили греки.
- Так, воно може й так, алэ всэ поминялось, и тэпэр Крымська автономна Рэспублика в состави Украины с 1991 пэршого року, и тут ничого нэ попышэшь… Крым наш, и будэ нашим, и будэ у нас армия и флот!
- Какой флот, у вас одна неисправная, дизельная подлодка в Балаклаве, вот и весь ваш флот! Никогда у вас не будет флота, да и заводов кораблестроительных у вас теперь нет, вы же всё разворовали, всё распродаёте, а ваша армия нищая.
Васька выпалил это всё с нескрываемым превосходством, и ненавистью к собеседнику.
У казака задёргалась щека, кулачищи он свои сжал так, что послышался треск, и в воздухе запахло грозой. Усы у Ивана Ивановича Буряка зашевелились, он встал во весь свой огромный рост, глаза его налились кровью, он махнул рукой будто саблей, и обращаясь к жене прорычал:
- Марыя, у нас нэ будэ хлоту, ты чула такэ?
И уже развернувшись к Ваське Пахому, грозно прорычал:
- Гэть з видсыля, гэть з видсыля курво! Гэть тварына з мого дому!
Васька понял мгновенно, это конец, этот не шутит. Но по инерции, по привычка стал гнусавить:
- Прости, прости, мол, бес попутал, мы ведь шины уже выгрузили. (Шины выгрузили с ЗиЛа сыновья председателя).
- Гэть, я тоби сказав, гэть! Забырай свои колэса и мытью геть с мого двору. Шоб я тэбэ бильшэ нэ бачив, а то въбью.
Иван Иванович Буряк вытолкнул Ваську из хаты, и сказал жене:
Выедэ, заприть за цэй паскудой ворота.

АнатолийБай. 2019 год.

Из моей книги "Поздняя ласточка или долгая дорога из СССР"

Оформление обложки: Художники Олег Бронников и Наталья Бронникова.
Главный редактор Н.И. Дорошенко.
Технический редактор Е.И. Косырева.
УДК 821.35
ББК 84(2Рос=Рус)
Б72









































Рейтинг работы: 7
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 2
Количество просмотров: 11
© 05.01.2020 А.Бай
Свидетельство о публикации: izba-2020-2705350

Рубрика произведения: Поэзия -> Лирика гражданская


Артур Сиренко       19.01.2020   02:32:59
Отзыв:   положительный
Интересный текст! Понравилось! Последнюю фразу лучше транстлитерировать так: "Выйидэ, заприть за цийэю паскудою ворота!" :) Успехов! У Вас очень интересные сочинения и стилистика!
А.Бай       19.01.2020   05:00:31

Спасибо за высокую оценку, у нас вроде и читают, но мнений не дождёшься, читатели, да и вообще люди не чувствуют свободу суждений, мнений, да и вообще поведения в обществе, и в литературе... Мою книгу отказались в городе, в писательской и "культурной" среде презентовать... Презентовал мою книгу мой друг, писатель Сергей Герман, (он есть здесь на сайте Сергей Эдуардович Герман
[oberst61], правда это не все его произведения, он продуктивный писатель) в Германии... Я сейчас работаю над новыми вещами.














1