Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сокращение штатов



­­
Доцент кафедры уголовного права Максим Красавин любил точность. Любовь Красавина к порядку и пунктуальности была необычной. Он любил их больше, чем все другие люди, потому что видел в этом особый смысл. Восхищение, которое испытывали люди, сталкиваясь с «правильностью» Максима Юрьевича, было для него «питательной средой». Он каждый раз вырастал в собственных глазах, когда чувствовал уважение окружающих. Имидж уважаемого человека был некой теплицей, в которой Красавин благополучно существовал на протяжении многих лет. Лишь однажды в его безупречности случился прокол.

   В бухгалтерии ошибочно насчитали ему зарплату немного выше обычного. При получении Максим Юрьевич заметил ошибку и встал перед нелёгким выбором. Признаться сразу или сделать вид, что не заметил. В вечной институтской путанице никто, ничего не разберёт, а лишние деньги никогда не помешают. Красавин промолчал. Вскоре ошибка вскрылась. Его не просили вернуть разницу. Просто удержали со следующих выплат. Никто не стал поднимать из-за этого шум. Ну, не заметил человек. Дали б меньше, наверняка заметил бы. Обычное явление. Вскоре все об этом забыли. Все, кроме доцента Красавина.

   Он представил себе, как было бы эффектно вовремя заявить об ошибке. Отказаться от получения денег. Попросить о пересчёте. Упущенная выгода в виде неполученных комплиментов очень долго просто сводила Красавина с ума. Больше Максим Юрьевич таких оплошностей не допускал. Каждый поступок просчитывался им с точки зрения восприятия окружающими. Он был всегда педантично аккуратен в работе. Всегда предельно вежлив. Подчёркнуто демонстративно совершал немало поступков, которые принято считать добродетельными. Так было до тех пор, пока в институт не пришла большая беда. Из министерства поступило распоряжение о сокращении штата сотрудников.

   Все прежние отношения и связи между людьми сразу изменились. Руководители мучительно формировали новое штатное расписание, выискивая кандидатов на сокращение. Стукачи начали усиленно стучать. Подхалимы активно заискивали. Лентяи взяли себя в руки и принялись за работу.

   Сначала попросили уйти «по собственному» тех, кого считали разгильдяями. Потом торжественно отправили на пенсию несколько «заслуженных». Нужный процент сокращения всё равно не набирался. Должны были последовать репрессивные меры. Руководители, прежде чем «махнуть шашкой», решили проиграть в благородство. Они призвали желающих добровольно покинуть свои должности. Разумеется, из числа тех, кто уже заработал пенсию. Таких естественно не оказалось. В пятницу вечером был вывешен приказ с фамилиями сокращаемых сотрудников.

   Фамилия Красавин в этом списке была. Она предательски стояла в нём последней. Читавший с дрожью в коленях список Максим Юрьевич уже почти обрадовался, но, вот она – роковая последняя строчка. Доцент не верил своим глазам.

   В полном оцепенении он брёл по коридору института, не понимая, как такое могло случиться. Столько лет образцовой службы. Почётные грамоты. Уважение среди коллег. Что теперь делать? Кто я такой без своего института? В глазах доцента помутилось. Ватные ноги несли его по коридору в непонятном направлении. Через минуту он ударился о стену в конце коридора и рефлекторно повернул обратно. Не замечая испуганные взгляды коллег, Красавин проследовал в обратном направлении и опять наткнулся на препятствие.
На этот раз препятствием оказалась спина Петра Аркадьевича с кафедры философии, которого он сбил с ног. Худенький старичок тут же поднялся и испуганно поглядел на Красавина мягкими серыми глазами.

   - Что с вами, Максим? Вы здоровы? Не ушиблись?

   Красавин молча опустился на красную ковровую дорожку, устилавшую ступени лестницы. Ему хотелось вцепиться в эту дорожку зубами, только бы не покидать институт. Приковать себя к перилам лестницы. На худой конец, умереть прямо здесь, потому что вне стен института для Красавина жизни не было. Он отчётливо это понимал.

   - Максим, вам плохо? Принесите, кто ни будь скорее аптечку! Скомандовал Пётр Аркадьевич.

   Через минуту собравшиеся вокруг Максима Юрьевича люди тыкали ему в нос ватку с нашатырём. Наперебой совали какие-то таблетки. Протягивали стакан с водой.

   Когда Красавин немного пришёл в себя, Пётр Аркадьевич заботливо помог ему одеться и отправил домой на такси.

   С чувством собаки, предательски выкинутой хозяином на улицу, Красавин вышел из такси. Водитель проводил его сочувствующим взглядом. Надо заплатить за машину. Промелькнуло в голове доцента. Он полез в карман за кошельком.

   - Нет, нет, не надо, за вас уже заплатили. Замахал рукой таксист.

   Все выходные Максим Юрьевич ничего не ел и не выходил из дома. Он лежал на кровати, разглядывая зелёные полоски на обоях, периодически засыпая. Ему всё время снился один и тот же дурацкий сон. Будто бы ему ампутировали ноги, и теперь он не может ходить. Во сне Максим Юрьевич почему-то радовался этому, думая, что без ног его не могут выгнать из института и жизнь останется прежней.

   В понедельник утром Красавин по привычке приехал на работу. Наверное, нужно кому-то сдавать дела, узнать дату увольнения, расписаться в приказе, получить расчёт. Входя в институт, Максим Юрьевич даже не заметил сидящего в будке вахтёра Петра Аркадьевича. Прямым ходом он поднялся в приёмную ректора. Секретарши на месте не было, двери были распахнуты.

   На удивление Красавина ректор оказался у себя. Он сидел за столом, склонившись над бумагами. Лицо его выражало напряжение и крайнее неудовольствие.

   - Мне бы ознакомиться с приказом. Робко произнёс Максим Юрьевич дрожащим голосом.

   - Идите уж. Работайте. Болезный вы наш. И спасибо скажите хорошему человеку.

   Ректор был раздражён и явно не собирался продолжать общаться с Красавиным. Не понимая, что бы это могло значить, доцент вышел в коридор и пошёл в сторону доски объявлений. Машинально он перечитал список сокращённых. Его фамилии там не было. Он просмотрел список во второй и в третий раз. Приказ был перепечатан.


   Все попытки Красавина узнать у сослуживцев, каким образом могло свершиться такое чудо, не давали результата. Все пожимали плечами. Подтверждали сам факт выхода нового приказа, но объяснить причину такой перемены не мог никто.

   Наверное, ректор одумался. Вертелось в голове у Красавина. Нельзя же сокращать такого безупречного сотрудника. Постепенно к доценту вернулась радость бытия. К вечеру он, как ни в чём не бывало, посвистывая, спускался по лестнице усланной красной ковровой дорожкой. Желание вцепиться в неё зубами, было уже начисто стёрто из его памяти.

   Проходя мимо будки вахтёра, он увидел в ней Петра Аркадьевича с кафедры философии. Тот беззаботно читал какую-то толстую книгу.

   - Что Пётр Аркадиевич, нашли уютное место, что бы уединиться?

   - Да, знаете, коллега, где ещё мне дадут спокойно Гегеля перечитать. Пётр Аркадьевич добродушно улыбнулся, помахав вслед Красавину раскрытой книгой.

   Когда доцент вышел, Пётр Аркадьевич поправил на рукаве повязку с надписью «охрана» и углубился в чтение книги. Он уже забыл о своём пятничном разговоре с ректором. Забыл о том, как просил спасти несчастного доцента и согласился стать добровольцем. А что об этом вспоминать-то? Петра Аркадьевича не сильно интересовало мнение о себе окружающих.














Рейтинг работы: 56
Количество отзывов: 8
Количество сообщений: 6
Количество просмотров: 208
© 21.12.2019г. Евгений Мирмович
Свидетельство о публикации: izba-2019-2696176

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ


Ида Замирская       25.09.2021   23:57:07
Отзыв:   положительный
Спасибо за хороший рассказ! Профессионально и интересно написано. Вспоминаю перестроечные годы: те, кого не сократили, получали мизерную ЗП. В сущности, остались без денег. А те, которые попали под сокращение, неплохо устроились.))
Евгений Мирмович       27.09.2021   16:04:08

Благодарю Вас Ида. Годы были непростые и складывалось по-всякому. В трудных ситуациях всегда ярче проявляются и человеческое благородство и человеческие слабости. Я рад, что рассказанная мною история не оставила Вас равнодушной. Спасибо Вам за поддержку.
С поклоном, Евгений
Владимир Панкин       25.09.2021   10:54:49
Отзыв:   положительный
Евгений, спасибо за рассказ, который заставляет задуматься, "примерить" подобные ситуации на себе и возможные реакции на них...
Да, благородство должно быть тихим и незаметным.
Евгений Мирмович       27.09.2021   16:00:44

Благодарю Вас Владимир! Заходите иногда, буду искренне рад Вам.
С поклоном, Евгений
Людмила Вадимова       30.06.2021   20:24:41
Отзыв:   положительный
Когда встречаю, Евгений, Ваш новый (для меня) рассказ, всегда душа с нетерпением ждёт работы. И никогда не обманывается. Восхищаюсь Вашим умением находить глубину в , казалось бы, обыденной истории. Столько мыслей и раздумий с выходом на главные человеческие понятия! Такие узнаваемые типажи в чрезвычайных и в то же время обыденных обстоятельствах! И чья "питательная среда" "правильная"? а типичная? И даже кафедры - уголовного права и философии невидимо участвуют в поединке. И финал доказывает - suum cuiqve! (каждому своё!) - к сожалению.
Спасибо за психологизм!
С уважением!
Людмила
Евгений Мирмович       01.07.2021   10:41:33

Благодарю Вас Людмила за такое тонкое восприятие и высокую оценку. Я очень рад, что мне иногда удаётся "заставить работать" душу читателя - это для меня самое ценное.
С низким поклоном, Евгений
Светлана Родионова       27.02.2021   17:20:25
Отзыв:   положительный
Я узнала своё поведение в этой истории. Есть люди, которые живут работой или учебой, и почему так? Максиму помог вахтёр и он так останется в этом мире бесконечного труда. А что если бы уволили и пришлось бы ему учиться "заново ходить", т.е. заново жить.
Мне пришлось учиться жить без работы, я не понимала этой жизни. Это целое испытание- начинаешь забывать какой день,они становятся одинаковыми. Такие трудоголики общаются только на работе... остаёшься без общения. Зависишь от чужих денег. Теряешь себя полностью, как-будто исчез из этого мира, вроде ты есть, а вроде и нет.
Спасибо ангелам, которые помогают нам себя не потерять!
Васса Темченко       27.02.2021   10:18:23
Отзыв:   положительный
В начале читала улыбаясь. Ну, думала, сегодня рассказ будет юмористическим...
В последнем абзаце подумала, что, наверное, Ангелы бывают в образе худых старичков, сидящих на вахте и спокойно читающих книгу. И в моих глазах опять защемило... :))
Читала в автобусе по дороге на работу.
Возможно, Вы своим рассказом сделали сегодня мой день:))Спасибо!!!
Евгений Мирмович       01.03.2021   19:31:00

Спасибо Вам за отзыв. Я очень рад, что смог изменить своим творчеством чей-то день. Наверное именно для этого я и пишу.
Успехов Вам!!!
С поклоном, Евгений
Васса Темченко       01.03.2021   19:36:37

Здравствуйте, Евгений. Я писала отзыв с утра в субботу, сидя в автобусе, по дороге на работу(повторюсь немного)). Если бы у меня был талант, я бы описала всё происходящее со мной именно в эту субботу .Подозреваю, что кто-то хрен поверит(извините))
Вот такие волны идут от Ваших рассказов))
Спасибо!
Галина Горбачева       13.09.2020   13:15:08
Отзыв:   положительный
Да, захватили мы в 90-е сокращение штатов, когда разваливалась страна, и каждый держался за своё рабочее место... Тут читателями затрагивается "садиковый возраст", но мне кажется, что Вы, Евгений, описываете переживания людей очень зрелого возраста так, будто побывали в их шкуре.
Спасибо большое!
С уважением - ГГ.
Игорь Буков       15.08.2020   10:22:24
Отзыв:   положительный
Хоть я и ценитель "садиковского возраста" но мне понравилось. Финал ожидаемый, но всё же похож на чудо,)))
Валерий Гладышев       14.08.2020   06:22:43
Отзыв:   положительный
Очень хороший литературный слог, посему заслуживающий внимания труд. Но этот труд не для интернет ценителей садиковского возраста, их наплыва не ожидайте, но и не воспринимайте это как неприятие.
С наилучшими пожеланиями
Дмитрич.
Евгений Мирмович       14.08.2020   20:59:19

Спасибо Валерий! Как всегда рад Вашему визиту. Я и не думаю о "наплыве" , не рассчитываю ни на каких ценителей, и не обижусь на непонимание. Я не хочу делить людей на способных понять и тех кому не дано. В каждом из нас есть масса пороков и масса достоинств. Я пишу с надеждой, что в каждом читателе, шевельнутся лучшие его стороны. Если это случилось, значит я писал не зря. Если нет, значит я ещё слаб как автор. Иначе быть не может. Искренний и грамотно написанный крик (а я не вижу смысла писать если это не будет крик) проникнет в душу любого "ценителя садиковского возраста". Во всяком случае я в это верю.
А вообще огромнейшее спасибо Дмитрич, за единомыслие.
Низкий поклон.

Добавить отзыв

0 / 500

Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1