Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Прощайте и живите, батальоны!.. (Навечно в списках АЭС)


Прощайте и живите, батальоны!.. (Навечно в списках АЭС)
Александр Балашов

Прощайте и живите, батальоны!..
(Навечно в списках Курской АЭС)

документальный очерк

Историческая память коллектива Курской АЭС, жителей атомного града Курчатова, его патриотические традиции начали складываться полвека назад и со временем они стали неотъемлемой частью общественной жизни, приобрели прочный внутренний стержень. Святой для России праздник объединил всех в одном патриотическом порыве. Каждое 9 Мая День Победы, «этот праздник со слезами на глазах» доказывает, что нет, не прервётся связь времён и поколений.
По уже сложившейся традиции, 9 Мая атомщики - в первых рядах городских предприятий и организаций. В авангарде - бронетранспортер и воины бригады по охране атомной станции, дислоцированной в Курчатове. От площади Свободы колонны прошествуют к братскому захоронению в селе Тарасово. Там же возложат живые цветы с венками, проведя торжественный митинг. Так было десять, двадцать, тридцать лет назад. Так будет и через несколько месяцев – 9 мая 2020 года, когда страна отметит 75-летие Великой Победы.
…Я не раз бывал на этих торжествах с фотокамерой в руках – не мог удержаться от соблазна поймать такой кадр, который бы без всякой подписи и комментариев показал бы глубокую духовную связь поколений. И обязательно в этот день подхожу к братскому захоронению, что со стороны дороги Курск-Рыльск, у самой ограды храма Успения Пресвятой Богородицы. Недавно узнал, что этот каменный солдат в плащ-палатке и с автоматом на груди поставлен был практически сразу после Победы. В честь воинов-освободителей, погибших в боях за село Успенка. Страшно подумать, что под этой плитой покоится прах 214 советских солдат, сражавшихся за Родину и отдавших за неё жизнь. 166 имён остались неизвестными...
…Второй на гранитной плите, выбита фамилия – «И.В.Балашов». Кем был до войны он, мой однофамилец? Не знаю. Один ответ ясен – солдатом России. Как знать, может быть, он – не только мой соотечественник, но и мой родственник. Ведь все мы от Адама и Евы, значит, все мы, имеющих, по Библии, одних прародителей, - родственники на этой земле.
...Подхожу к братской могиле у Успенского храма, где лежит солдат по фамилии Балашов. Над ней – каменный солдат. Совсем не такой, как в Трептов-парке, куда меня, ещё пацаном, привёз из военного гарнизона немецкого городка Стендаля отец – фронтовик, прошедший по горящим дорогам войны от Курска до Берлина. Батя мой, уроженец деревни Андросово, что в Михайловском – ныне Железногорском – районе, Дмитрий Васильевич Балашов, умер на 88 году жизни в Твери, где закончил военную службу, похоронен на аллее ветеранов Великой Отечественной войны.
Я кладу свой цветок к ногам каменного солдата, охраняющем покой погребённых солдат, вглядываюсь в застывшие суровые черты лица воина... И вижу молодость отцов и дедов наших.

***
В Курчатове хорошо знали фронтовика, принимавшего участие в Сталинградской битве и бившего фашистов на Курской дуге, Н.Д.Космалюка. В том, что в атомграде слова «Никто не забыт, ничто не забыто» - не просто красивая фраза, а руководство к действию для молодежи, есть немалая заслуга Николая Дмитриевича. Долгие годы он возглавляет в городе совет ветеранов войны и труда, Вооруженных Сил и правоохранительных органов, был членом правления областной ветеранской организации, почётный гражданин города Курчатова.

…Хорошо помню тот день, 2 февраля 2008 года, когда ветерану войны и Курской АЭС Космалюку в областной филармонии вручали «Курскую антоновку» - «Золотое яблоко» как символ общественного признания. Жюри присудило фронтовику «антоновку» в номинации «Честь и достоинство». Когда ведущие говорили о боевых и трудовых заслугах Николая Дмитриевича, перечисляя его боевые ордена и медали, зал - встал.
Яркие софиты телевизионщиков били солдату Победы в лицо. Николай Дмитриевич стоял на авансцене, щуря глаза, и я, снимая его «на цифру», вдруг понял – ведь он, наверное, из-за яркого света и волнения не видит, что зал приветствует его стоя. Когда аплодисменты смолкли, все ждали ответной речи. А он стоял и просто молча смотрел в тёмный зал. Долго смотрел, не то смущаясь, не то собираясь с мыслями…
А потом поклонился честному народу… Как испокон веков повелось на русской земле. И этот солдатский поклон был красноречивее любых самых высоких слов. Правда, хорошего снимка для того, чтобы им открыть очерк «Всем смертям назло», который я написал для книги «Курская антоновка» (там были собраны очерки о всех лауреатах премии общественного признания за последние 10 лет), - не получилось.
Спустя какое-то время я побывал у него дома, чтобы сделать дубль снимка. Николай Дмитриевич, надев пиджак с наградами, – два ордена Красной Звезды, медь «За отвагу», орден «Отечественной войны», многочисленные медали, – присел у телефона в коридорчике своей квартиры.
В своей квартире Николай Дмитриевич разгуливал в майке и спортивных штанах. Для «парадного портрета» надёл свежую белую сорочку, пиджак с орденами и медалями (он уже давно был украшен его заслуженными наградами), а штаны от старенького спортивного костюма оставил. Заметив мой оценивающий взгляд, только махнул рукой:
- Ты ведь меня по пояс снимать будешь? Значит, и в трениках позировать можно.
Я ответил, что позировать как раз и не нужно. Хочется, чтобы в глазах читался характер, мудрость прожитых лет...
Он опять махнул рукой:
- Снимай, как знаешь. Я, честно сказать, уморился, пока наряжался да причёсывал остатки своей былой шевелюры...
Устав, он уже не позировал (чего я так и добивался и что, наконец-то и получилось), а просто разговаривал со мной о житье-бытье. Вспоминал слова президента России, его майские указы…
- А то как раньше было? Заслушаешься иных руководителей, а гладко было только на бумаге, - вздыхал он. – Бывало, пообещают на торжественном собрании, а через месяц и забудут про обещание. А фронтовики уходят и уходят... Люди не вечны. Теперь вот память о них сохранить надобно. Память – это святое. Беспамятное поколение – потерянное поколение.
Подвиг Солдат России – бессмертен. И об этом в Курчатове и на Курской АЭС помнят не только в дни юбилейных торжеств. И Николай Дмитриевич, которому в 2015 году исполнилось 92 года (!), делает всё, чтобы о подвиге дедов, помнила молодежь. Эту работу он считает для себя главной. Ведь детей в Курчатове рождается больше, чем в любом другом российском городе. Люди, уверен он, должны жить долго и счастливо. А для этого нужен – мир.
Скоро Николаю Дмитриевичу - 93 года. Так и хочется воскликнуть словами одного литературного героя: «Жив, жив курилка!..». Как-то, в канун очередного Дня Победы, прошел по городу слушок: «Космалюк в реанимации!». И вдруг встречают его на торжествах, посвящённых Победе советского народа в Великой Отечественной войне... Как так? А говорили, что вы... А он только смеётся в ответ: мол, слухи о его смерти сильно преувеличены. Примета тая есть – кого хоть раз «хоронили по слухам», тот живёт долго.
В 1943-м его родные уже получили извещение, что Николай «пропал без вести». А он после ранения пять месяцев пролежал в госпитале. Но в строй вернулся. И 9 мая 1945 года встретил в освобожденной Праге.
Вот такая судьба у этого человека, бывшего начальника ОРСа Курской АЭС, о котором мы в этой книге уже рассказывали в главе, посвящённой становлению отдела рабочего снабжения. Курчатовские школьники сегодня восторженно пишут о Николае Дмитриевиче в своих сочинениях не только как о патриоте Курской атомной станции, атомного града, но и как о большом патриоте России.
Когда началась война, Николай учился на третьем курсе Славогородского педагогического училища, что в Алтайском крае. Он, как и другие его однокурсники, добровольно попросился на фронт и сразу был назначен командиром минометного расчёта 112-й стрелковой дивизии.
В кровопролитных боях с немецко-фашистскими захватчиками под Москвой Космалюк был тяжело ранен. После лечения в госпитале – снова на фронт. Участвовал в Сталинградской битве, но особенно ему запомнилось сражение на Курской дуге, где на Прохоровском поле он со своими бойцами отбил 16 танковых атак противника.
После разгрома немцев под Курском 203-й полк, в котором служил Николай Космалюк, пошёл в контрнаступление в направлении Севска, принимал участие в форсировании Днепра. Здесь сопротивление врага было особенно яростным и жестоким. Николай Дмитриевич снова был тяжело ранен, осколок от мины задел его легкое. Подлечили в полевом госпитале. Едва поправившись, Николай снова просится на фронт. И в одном из первых боёв после выписки – очередное ранение. Но и на этот раз смерть не смогла одолеть его неуёмную тягу к жизни.
- Молодо был, - улыбается Николай Дмитриевич, - жизнь только начиналась. Вот и выкарабкивался из аховых ситуаций. Как-то после очередного ранения родным даже похоронку отправили... А я живым остался! Командир говорит: «Ну, теперь, Коля, до ста лет жить будешь! Верная примета, коль похоронку твою уже родственники оплакали».
Победу Николай встретил в Праге. Демобилизовался из армии только в январе 1946-го. За мужество и отвагу Космалюк был награждён двумя орденами Красной Звезды, двумя орденами Отечественной войны Iи IIстепени, медалями «За отвагу», «За освобождение Сталинграда», «За освобождение Украины», «За освобождение Праги», «За победу над фашистской Германией в Великой Отечественной войне».
Четверть века Николай Дмитриевич Космалюк проработал на Курской АЭС. Много лет возглавлял городской совет ветеранов, вёл большую патриотическую работу. 9 мая 2000 года, когда страна отмечала 55-ю годовщину Великой Победы, Космалюк в числе одиннадцати фронтовиков, жителей Курской области, принимал участие в военном параде на Красной площади в Москве.
В мирное время к его боевым наградам добавились трудовые. Он был награждён медалями «За освоение целинных земель», «Заслуженный ветеран атомной энергетики», почётным знаком «Отличник энергетики».

***

…Очень хотелось, чтобы слова его командира оказались пророческими и Николай Дмитриевич дожил бы до своего столетия… Столетие внуки и внучки солдата Победы, Николая Космалюка, будут отмечать без юбиляра. Два года как нет с нами человека, прошедшего через две судьбоносные битвы Великой Отечественной – Сталинградскую и Курскую битвы. Солдат ушёл молча, без жалоб, никому не докучая, ни на кого не держа зла и обид…Что оставил он нам? Да многое, что не оценишь рублём в нынешнее прагматичное время. Благодарную память оставил потомкам Николай Дмитриевич. И ещё – свободную Родину, за которую он, проливая кровь, упорно шёл к долгожданной Победе… Мир праху Солдату Победы, юбилейную дату которой мы будем отмечать в мае 2020-го.


ЖИЗНЬ НА ПЕРЕДНЕМ КРАЕ
На Курскую АЭС Анатолий Александрович Рассудовский приехал в далёком 1974 году по приглашению Тома Петровича Николаева. В одной из глав, посвящённой рождению отдела радиационной безопасности, у истоков которого стоял Рассудовский, мы уже рассказывали о жизненном подвиге этого ветерана войны и труда. По существу, Анатолий Александрович создал этот важнейший на АЭС отдел, возглавил его и отсюда ушёл на заслуженный отдых. Но в той главе мы только коснулись его военной судьбы. А она заслуживает отдельного разговора. Потому что судьба этого человека не отделима от трудной, но славной судьбы нашей Родины.
Анатолий Рассудовский был призван в армию в июне 1942 года. Попал в Горьковский артиллерийский учебный центр. Боевой крещение получил в сражениях на Северо-западном фронте при освобождении города Старая Руса Новгородской области. Затем, в мае 1943 года, корпус был переброшен на северный фас Курской дуги в направлении Орла. После двух месяцев усиленной подготовки 12 июля Красная армия прорвала оборону и пошла в наступление.
Под Мценском немцы оказали сильнейшее сопротивление. Наша пехота была вынуждена залечь под непрерывным огнем шестиствольных немецких минометов, стрелявших с закрытых позиций. Старший разведчик Рассудовский вместе с другими бойцами ночью, под огневыми вспышками во время стрельбы, засёк координаты немецкой минометной батареи, и огнем гаубиц вражеская засада была уничтожена. Путь для дальнейшего наступления наших войск был открыт. По меркам военного времени, разведчик совершил подвиг. А подтверждение этому – орден Красной Звезды, который получил Александр Рассудовский за бом под Мценском. Затем его военные дороги прошли через Белоруссию, Эстонию, Польшу, Германию.
За мужество и смелость, стойкость духа, проявленные в бою под немецким городом Кёнигсберг, он получил ещё один орден Красной Звезды и медаль «За боевые заслуги». Ветеран также награждён орденом Великой Отечественной войны IIстепени и множеством других наград.
Победу Анатолий Рассудовский встретил в городе Штральзунде, под Берлином. Демобилизовавшись из армии, весной 1947 года, он поступил в Ленинградский электротехнический институт. С пятого курса фронтовик перевёлся в МИФИ. После окончания вуза молодой физик-ядерщик приехал на работу в Томск-7, на Сибирский химкомбинат. За 21 год добросовестного труда на этом секретном предприятии и за вклад в развитие атомной энергетики был награждён орденом Октябрьской Революции. К высоким боевым орденам добавились многочисленные трудовые награды, которые он получил за годы работы на Курской АЭС (1974 – 1982): медаль «За доблестный труд» и др.
Всю свою жизнь Анатолий Рассудовский находился на переднем крае – и в бою, и в труде. Работал в годы становления Курской АЭС как когда-то шёл в бой под Понырями, потом освобождал Орёл, Великие Луки. Вместе с тем, это, по воспоминаниям товарищей по работе, это был очень компетентный в своём деле специалист, настоящий профессионал, который всегда был готов прийти на помощь своим коллегам. Доступный в общении, доброжелательный, интеллигентный и порядочный – таким он навсегда остался в памяти своих многочисленных учеников. Нужно было видеть, с каким почётом и сердечным вниманием они встречали Анатолия Александровича на торжественном собрании, посвященном 30-летию Курской АЭС!.. Тогда кто-то из тех, кого вывел Рассудовский в профессию, выразил пожелание всех:
- Ждём вас, дорогой Анатолий Александрович, и на 35-летии станции, и на её сорокалетнем юбилее!
- Да ведь я, братцы, с 1924 года рождения! – улыбался он в ответ. – В 2016-м мне уже 92 стукнет…
- А порох в пороховницах?
- Порох в пороховницах ещё есть, - рассмеялся в ответ Рассудовский. – Если здоровье позволит, обязательно приеду на День рождения родной станции.
- Ждём! – в один голос ответили его ученики и соратники.


***

И Николай Дмитриевич Космалюк, и Анатолий Александрович Рассудовский были участниками Курской битвы. Её семидесятилетие станция торжественно отмечала в 2013-м году. Своё глубокое уважение к подвигу коллеги ветеранов войны выражали в адрес и других солдат Победы, воевавших на Курской дуге. Это и Федор Зубков, и Николай Чернецкий, и Алексей Мастихин.
Но время неумолимо. Тем, кто встречал победный Май двадцатилетним, в год 70-летия стукнуло девяносто. Май в жизни бывает только раз. Увы, с каждым годом редеют ряды ветеранов войны. Вольтер писал в своих философских трактатах: «К живым следует относиться благожелательно, о мёртвых же нужно говорить только правду».
Хочется рассказать одну историю жизни, правду об ещё одном ветеране войны, которого помнят на Курской АЭС. Хотя он не занимал высоких постов, не был ни реакторщиком, ни относился к оперативному персоналу. Скромный работник службы жилищно-коммунальной службы. Но ведь не место красит человека, в конце концов. Ветеран Великой Отечественной войны Владимир Иванович Стаканов уже ушёл из жизни, но оставил после себя самое дорогое для живущих поколений – добрую память. Сегодня в летний день она шумит листвой, будто разговаривает с нами, с живыми, поврослевшими деревами Аллеи Памяти, которую курчатовцы посадили в городе по его инициативе.

АЛЛЕЯ ВЛАДИМИРА СТАКАНОВА

Ветерана Великой Отечественной войны Владимира Ивановича Стаканова, уроженца железнодорожнолй станции Черепец, что в Тульской области, на Курской АЭС помнят, как человека неравнодушного и очень деятельного. Он не один раз выступал на конференциях трудового коллектива, как делегат от подразделения ЖКХ станции. Ветеран войны призывал всех любить и украшать свой город. А однажды, обращаясь к молодёжи АЭС, предложил:
- А давайте, друзья мои, посадим в Курчатове Аллею Памяти! Каждый посадит всего по одному деревцу, а получится целая аллея. И пусть она напоминает поколениям о том подвиге, который совершило поколение отцов и дедов ныне живущих. Это будет наша дань памяти о тех, кто защищал Родину и приближал Победу и сегодняшний мирный и счастливый день.
С тех пор прошли годы. Старого солдата нет в живых. Деревья стали большими. И они, думаю, помнят о том, кому обязаны своей жизнью в городе курчатовских атомщиков. Да и не «ушёл весь» Владимир Иванович от нас, живущих в городе, где шумит листвой его Аллея Памяти… Сегодня на Курской АЭС работает мастером Вячеслав Владимирович Стаканов, сын Владимира Ивановича Стаканова. Он – хороший специалист, пользуется уважением в коллективе.
В семейном альбоме Вячеслава Владимировича есть фотография, где у памятника погибшим воинам в селе Тарасове в День Победы запечатлены Герой Советского Союза Михаил Васильевич Мишин, моряк-севастополец Константин Меланьевич Абрамов и его отец - Владимир Иванович Стаканов. Все трое ещё бодрые, крепкие, на груди ордена и медали.
- Знаете, - говорит Вячеслав Стаканов, - и после смерти отца ему продолжали приходить письма – от однополчан, друзей-ветеранов, школьников, которые изучали его фронтовую биографию. Одно лето он гостил у Константина Меланьевича в Евпатории. Летними вечерами, сидя на обвитой виноградом веранде, они пили чай и подолгу беседовали о прошлом и настоящем. Бывало, что вспоминали свою боевую молодость. Отец не очень любил рассказывать о голодной военной юности. И всегда укорял тех, кто небрежно относился к хлебу. Кто прошел тяжелую военную пору, говорил батя, испытал холод и голод, тот знает истинную цену хлеба. Не мог отец равнодушно пройти мимо выброшенной в мусорный бак буханки хлеба. Остановится, вздохнёт глубоко и только горестно покачает головой: мол, кощунственно так поступать с хлебушком…Он ведь многое испытал до того, как встал в строй и стал пулемётчиком на войне. На станции Черепец, которую в 1941 году захватили фашисты, из дула немецкого автомата на него в упор смотрела смерть. Чудом тогда остался жив безусый Володя...
На железнодорожной станции Черепец немцы появились 21 октября 1941 года. 16-летний подросток Володя Стаканов столкнулся с патрулём на улочках жилого посёлка. Один из немцев принял его за переодетого красноармейца, хотя выглядел Володя моложе своих шестнадцати лет. Но заставили поднять руки и под дулами автоматов повели к станционному зданию, где расположилась их оккупационная комендатура.
Бросил в подвал, где уже томились двенадцать мужчин и двое подростков. На рассвете фашисты выгнали всех во двор и выстроили в ряд, у самой стены дома. Кто-то шепнул: «Ну вот и всё, сейчас расстреляют». Но именно в этот момент где-то на путях послышалась стрельба и взрывы ручных гранат. Оказалось, что это отряд тульских рабочих-добровольцев пошел в атаку. Немцы открыли минометный огонь. Их снова загнали в подвал.
Слишком неравными были силы – отряд добровольцев разбили. Оставшихся в живых остальных загнали во двор дома, окружили плотным кольцом. Начали выявлять командиров, политруков и евреев. На кого плёткой указывал очкастый офицер, того выводили из строя и ставили к стенке, у которой ещё недавно стоял и Володя. Потом всех, кого вывели, расстреляли.
И опять мучительное ожидание: жизнь или смерть. К счастью, по прилегающей к железнодорожному полотну шоссейной дороге потянулась колонна русских пленных, к ней немцы присоединили и черепецкую группу. Решили, что молодые сильные руки пригодятся и на передовой, и в тылу.
Первая мысль, которая пришла в голову, когда он смешался с толпой военнопленных, была только одна – сбежать и пробираться на фронт, проситься в Красную Армию. Основная масса военнопленных была одета в военные гимнастёрки, на головах пилотки и фуражки без форменных звездочек… А он – в «гражданке». Это преимущество и использовал Стаканов при побеге.
Сбежал Володя, затерявшись среди жителей одной из деревень, которые вынесли хлеб пленным. Бежал знакомыми дорогами, обходя немецкие посты. К вечеру был уже дома, у матери.
- Сынок! Живой! – всплеснула мать руками и заплакала, прижимая к себе сына.
Часто вставали потом перед глазами мальчика лица расстрелянных, слышались их прощальные выкрики: «Умираем за Родину, отомстите врагу, товарищи!».
После разгрома фашистов под Москвой и освобождения железнодорожной станции Стаканов с тремя одноклассниками пришёл в открытый заново военкомат, попросился добровольцами на фронт. Первые попытки были безуспешными. Молод ещё, говорили ему военкомы. Лишь в марте 1943 года его просьбу удовлетворили и зачислили в пулеметное училище, которое находилось в Москве.
И надо же, после школы пулемётчиков попадает Стаканов в мясорубку на Курской дуге. В харьковском направлении шли кровопролитные бои. Там принял Владимир свой первый бой… И первую вражескую пулю. Разрывная пуля попала в бедро правой ноги. Их командир был убит. Окруженные со всех сторон немцами двадцать оставшихся в живых бойцов держались стойко. Умело отстреливался и раненный пулеметчик Стаканов. Взявший на себя командование ротой сержант отдал приказ выходить из окружения. И в этот момент его, с кровавой повязкой на раздробленной ноге, догнала еще одна пуля.
Первое время после госпиталя нога в колене не сгибалась. Но молодой боец снова просился на фронт. Теперь гнали фашистов через весь Крым. В боях за освобождение Севастополя враг оказал ожесточенное сопротивление. Заняв очень удобную позицию, немцы расположились на Сапун-горе. С высоты ровная местность просматривалась, как на ладони. Каждый наш боец был живой мишенью. Бой начался 25 апреля 1944 года и только 8 мая закончился с огромными потерями с обеих сторон. Но победа была за нами.
Больше Стаканову на ту гору, к сожалению, подняться не довелось. Осколком снаряда ему окончательно раздробило коленный сустав ноги. В госпитале врачи сделали все, чтобы спасти ногу, но началась газовая гангрена. В горячечном бреду умолял Володя сохранить ноги. Ведь как это тяжело – быть инвалидом в неполные 20 лет. Первые дни после операции отказывался пить, есть, раздражали малейшие звуки, жить не хотелось…
Ко всему привыкает человек. Смирился и он со своей участью инвалида войны. Жалел, что со своим батальоном не дошёл до Берлина. После госпиталя инвалиду войны пришлось вернулся на свою железнодорожную станцию, в отчий дом. Отец ещё был на фронте, дома больная мать, братишки и сестрёнки, мала-мала меньше. Старший брат работал один, но жили впроголодь. Но ведь не иждивенец же он, в конце концов! Руки есть, голова на плечах, почти средняя школа за плечами – малость не дошёл до аттестата. «Всё! – тряхнул Владимир головой. – Больше не могу дома сиднем сидеть! Сердце кровью обливается, когда братишки с сестрёнками в пустые кастрюли заглядывают». Встал на костыли – и к начальнику станции: кем угодно, но возьмите на работу, семью кормить надо. Начальник взглянул на костыли, потом на грудь, где сияли два ордена Отечественной войны и молча подвинул ему лист бумаги, ученическую ручку и чернильницу – пиши заявление! Взяли станционным служащим – бумаги разные оформлять, подсчитывать показания весовой, расход угля паровозными бригадами. Счастлив был. Вернувшись к ужину, сказал: «Теперь, мама, не пропадём!».
В Курчатове В.И.Стаканов вместе со своей женой Натальей Павловной , также участницей войны, они прожили более четверти века. И если бы каждый из нас мог сделать хотя бы часть того, что сделал ветеран войны для нашего города, можно уже было бы сказать, что жизнь прожита не зря. На протяжении многих лет Стаканов руководил партийной организацией УЖКХ, встречался с молодежью, школьниками, приглашал на встречи с ними однополчан из Украины, Белоруссии, Литвы. Был организатором совета ветеранов Курской АЭС, музея боевой Славы. В одной из городских школ и сегодня хранится его комсомольский билет и патрон с героической землей, привезенной им из Севастополя.
Бережно хранил ветеран и список друзей-однополчан, в котором все меньше оставалось их с годами. Черными траурными кружочками обводил он их имена. В такие минуты мысленно возвращался Владимир Иванович в то суровое время, когда они в одном строю под знаменем 77-й Симферопольской Краснознаменной, ордена Суворова имени Серго Орджоникидзе стрелковой дивизии шли они в смертельный бой. Друзья ему писали, что на самой вершине Сапун-горы в честь их дивизии воздвигнут мраморный обелиск.
- Обязательно съезжу туда, чтобы поклониться павшим героям,- говорил Владимир Иванович. – Вот отпустят старые раны, полегчает – тогда и поеду… Сбыться этой мечте было не суждено.
...Шумят летним днём на ветру подросшие дерева Аллеи Памяти. А ведь это символ не только нашей благодарной Памяти о тех, кто уже не придёт никогда. Это ведь и Аллея Славы. Их неувядаемой славы, которой они, солдаты Победы, покрыли свои бессмертные имена.


У ВОЙНЫ НЕ ЖЕНСКОЕ ЛИЦО

Ольга Константиновна Третьякова, когда смотрела свой любимый фильм «А зори здесь тихие», не могла удержаться от слёз. Подвиг девушек-зенитчиц восхищал и наполнял сердце гордостью, а героическая смерть молодых женщин, кого судьба забросила на фронт, невольно выжимала у Третьяковой слезу. Вспоминались дни войны, разрывы снарядов, стоны раненых: «Сестричка, помоги!», грязь и кровь, пропахшая горелым порохом земля и чёрный снег от пожарищ. Она вздыхала: «Да, у войны не женское лицо...». Хотя слово война женского рода, но женщина призвана дарить жизнь. А война – это смерть и страдания. И никто так, как женщина на войне, не мечтал о скорой победе и тишине мирного дня».
О войне Ольга Константиновна знает не из книг и не по кинофильмам. В войну она была санитаркой фронтового санбата. Не раз её, тогда совсем молоденькую девчушку, посылали на передовую. Таскала на себе раненых, а рядом землю перепахивали взрывы вражеских мин и снарядов, взбивали фонтанчики пыли немецкие пули и осколки. «Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне...». Но она, сжав зубы от страха, физического и нервного напряжения, тащила и тащила раненого, упираясь в землю сапогами и успокаивая раненого бойца: «Всё будет хорошо, ты только потерпи, миленький! Ты только потерпи!..». А у самой мочи терпеть уже и не хватало. Но приходилось. Потому что с малых лет, отец с матерью, потомственные крестьяне из села Березуцкое, что на Курщине, учили терпеть, преодолевать и боль, и дрожь в коленках, и вдруг неведомо откуда взявшуюся слабость во всём теле. Отец, выводя на колхозную пашню своего любимого коня по кличке Казак, всегда говорил, оглядывая бескрайнее поле: «Терпи, Казак, атаманом будешь! Человек терпит, а уж коняга и подавно сдюжит».
«Терпи, милый! – сжимая зубы, приговаривала Ольга, вытаскивая раненого солдата из-под обстрела. – Ты только потерпи малость - и всё будет хорошо...». И сама терпела, сжимая зубы так, что кровь порой сочилась из дёсен.
Я бы никогда не узнал об этой замечательной женщине-ветеране Великой Отечественной войны Ольгой Константиновной Третьяковой, если бы не патронажная служба совета ветеранов Курской АЭС. Волонтёрское движение на станции давно пользуется доброй славой. Молодые атомщики бескорыстно шефствуют над ветеранами войны и труда, помогают им жить и в наше непростое время. Работники этой службы постоянно посещали на дому и ветерана война и Курской АЭС Третьякову. Они-то мне и рассказали об этой женщине, которая на войне не убивала, а – спасала. Санитарка фронтового медсанбата, рядовая великой армии спасения, военный медик Третьякова – сестра милосердия, как когда-то таких подвижниц называли в русской армии. Самая благородная и гуманная военная специальность.
- Проходите, миленькие мои, как хорошо, что у меня сегодня много гостей!
Так Ольга Константиновна обычно встречала молодых посланцев её родной станции. В ее небольшой двухкомнатной квартирке было светло и уютно, на столе, тумбочках – постоянно цветущая герань, на полке – фотографии в рамках. В центре «вернисажа» - старый увеличенный фотографом снимок: она, молодая, красивая, рядом с мужем в первые годы после женитьбы. В идеальном порядке, царившем во всем доме, чувствовалась работа трудолюбивых женских рук.
Волонтёры Курской АЭС рассказывали:
- Ольга Константиновна нас всегда встречала очень приветливо, гостеприимно. Она была общительным человеком. И хорошим рассказчиком. А какая память у ветерана войны! Молодые могли позавидовать. Как-то, когда мы принесли ей лекарства, продукты из магазина, она за чаем рассказала нам о своей жизни и судьбе, о том, что ей пришлось пережить на фронте, о своей нелёгкой женской доле... Только, предваряя свою исповедь, сказала: «Не для того вам рассказываю, дорогие мои ребятки, чтобы вы бабку пожалели. Нас жалеть не надо. Время просто было такое суровое. А мы, воспитанные в любви к Родине, просто выполняли свой долг. Есть, милые, такое слово – долг. И этим всё сказано».
Когда началась Великая Отечественная война, Ольге было всего 15 лет. Немцы находились на подступах к Курску. В родном селе Березуцком, в окрестных деревнях Курской области колхозники сгоняли скот и отправляли железнодорожными составами за линию фронта, чтобы ничего не досталось захватчикам. Ольга с подругой сопровождали на железнодорожную станцию Рышково колхозных коров.
Там, в Рышково, они и услышали случайный разговор у вагона: немцы на оккупированных территориях угоняют молодежь в Германию.
- А если наши будут отступать дальше? Если завтра придут оккупанты? – говорила ей подруга по дороге домой. – Что тогда? Хорониться в амбаре, чтобы не угнали в неметчину?
Ольга молча слушала, а потом решительно сказала:
- Завтра, когда привезём в Рышково последних коров, нужно идти в военкомат. Будем проситься, Катька, на фронт! А в Германию мы попадём обязательно. Но не рабами, а когда на голову разобьём фашистов. Тогда и погуляем по их штрассе. Не рабами, а победителями. Главное - свободными людьми.
Катя прыснула в кулак:
- Да ладно тебе, Оль! Скажешь тоже – по штрассе погуляем...
- А я верю в нашу победу, - вдруг посерьёзнев, ответила Ольга.
- И я - тоже, - ответила подруга. – Только вот мы по возрасту не походим. Военкоматчики скажут, годков вам, девки, не хватает.
Ольга успокоила Екатерину:
- Я всё продумала. Накинем себе в метрике два годика. Легко исправить всего одну цифру, комар носа не подточит.
Всё получилось, как задумала Оля. Вскоре их отправили их на Первый Украинский фронт, части которого дислоцировались под Винницей. В пути поезд бомбили немецкие самолеты, но все обошлось, и девушки в составе трёх взводов новобранцев добрались до места назначения, можно сказать, благополучно.
Однако в первый день по прибытии в дом, где расквартировали батальон, при налёте попала бомба. Были погибшие, раненые, а Ольга получила сильную контузию. Попала в тыловой госпиталь. А там, при выписке, решили: направить на курсы санитарок. Так она стала санитаркой, одной из тех, кто спасает на передовой раненых, а потом во фронтовом медсанбате выхаживает бойцов. И прошла всю войну. Дошла со своим госпиталем до поверженного Берлина и, как мечтала в сорок первом году, прошлась по майским улицам разбитой при штурме столицы поверженной Германии.
Рядовая Третьякова выносила на себе с поля боя раненых бойцов. Сколько наших солдат и офицеров спасли от смерти ее руки – трудно сказать. Но её путь по фронтам Великой Отечественной отмечен высокими наградами - орденом Великой Отечественной войны, медалями «Маршал Жуков». Сегодня они бережно хранятся в ее семье.
После войны повзрослевшая Ольга Третьякова работала в колхозе звеньевой. Картина перед глазами была не радостной - разруха, нищета, голод. Люди были рады торбочке зерна, чугунку гнилой картошке. Бывало питались лебедой, молодыми почками деревьев. С нетерпением ждали появления весной щавеля, молодой крапивы, из которых варили щи. Не было и во что одеться. Ее ситцевое довоенное платьице настолько прохудилось на плечах, что сестра выкроила из другого выношенного платья необычную накидку. Так и ходила Ольга в «новом» наряде в те тяжелые послевоенные годы.
Непосильными оказались и налоги, которыми обложили личные хозяйства. За месяц от каждого двора нужно было сдать государству 40 килограммов мяса, 125 литров молока, 250 яиц. Где было это всё брать в разоренном войной селе? Много тогда сельской молодежи всеми правдами и неправдами стало уезжать из родных мест в поисках лучшей жизни. Девушка понимала: время такое – трудное, послевоенной, когда ещё действовала карточная система. Как говорится, не до жиру, быть бы живу...
Судьба продолжала испытывать на прочность фронтовичку и в мирное время. Приходилось нелегко, но она, кажется, была готова к любым невзгодам. Парни и девушки из её села нашли способ, как выправить себе паспорт, проездные документы и поехать туда, где требовались молодые крепкие руки. Кто-то посоветовал податься на Урал. Ольга приняла совет на веру и, как тогда говорили, «завербовалась» в Пермскую область, на лесозаготовки. Несколько лет она вместе с мужиками валила лес.
Как-то, собравшись тесным семейным кругом, внуки попросили бабушку рассказать им о войне, о её жизни. Внук-первоклассник спросил: «Интересная была у тебя жизнь, бабуля?» Она погладила внука по голове и грустно улыбнулась: «Вам и не снилось, милые, какой она у меня была интересной!.. И, дай Бог, чтобы никогда даже не приснилось, что пришлось вашей бабушке пережить».
В 1951 году уже не одна, а с мужем Александром, вернулась в Курскую область. Устроились на работу на железнодорожную станцию, на разгрузку вагонов. Дали квартиру. Потом в семье появились дети.
В 60-е года прошлого века, когда только начали готовить площадку под строительство ГРЭС (атомной станции), Ольга Константиновна перешла работать на железнодорожный участок Курской АЭС (КРП, как его тогда называли). Тут трудилась грузчиком до самого ухода на заслуженный отдых. В любую погоду разгружала из вагонов строительные материалы и оборудование для энергоблоков. Ей присвоили звание «Ветеран труда», не раз награждали грамотами, объявляли благодарности.
...Совсем немного не дожила Ольга Константиновна до 70-летия Победы в Великой Отечественной войне. Но жизнь, которую она так любила и за которую с санитарной сумкой на плече боролась на фронте, продолжается... В ее семье растут внуки и правнуки, которые свято берегут память о своей бабушке и прабабушке. Иногда они листают семейный альбом, где есть одна пожелтевшая фотография. На ней бабушка Ольга, такая молодая, статная, в гимнастёрке и сдвинутой чуть набок пилотке, улыбается им светлой и доброй улыбкой. Будто шлёт своим дорогим людям привет из своего фронтового прошлого. Без того прошлого не было бы сегодня ни настоящего, ни будущего.

...ПОКА НЕ ПОХОРОНЕН ПОСЛЕДНИЙ СОЛДАТ
Великий русский полководец Александр Васильевич Суворов сказал: «Войну нельзя считать законченной, пока не похоронен последний погибший солдат». Эта крылатая фраза Суворова сегодня является руководством к действию для тех, кто свою жизнь посвятил благородному поисковому движению. Для тех, кто в своё свободное время занимается поиском мест захоронения воинов, отдавших свою жизнь ради нашей жизни, прах которых не предан земле с подобающими тому почестями.
Несколько лет назад пять работников станции из разных цехов объединились и создали свой поисковый отряд «Высота». Отряд состоит из инженеров второго реакторного цеха Владимира Некрасова, Александра Морозова, работников цеха ТАИ Алексея Шаталова, Александра Морозова и работника реакторного цеха-1 Алексея Воробьева.
В выходные и праздничные дни, оторвавшись от домашнего уюта, они отправлялись на Прохоровское поле, чтобы искать здесь, на поле сражения, останки советских солдат. Со времени создания отряда им удалось обнаружить и перезахоронить в соответствии с христианскими обычаями останки восемнадцати бойцов. Кроме этого, в результате раскопок было обнаружено и передано для обезвреживания сотрудникам МЧС огромное количество боеприпасов – мин, гранат, снарядов, представляющих смертельную опасность для местного населения. Ребята понимали, что рискуют и собственными жизнями. Но никто не вышел из состава поискового отряда.
Как проходит поисковая экспедиция? Вначале по внешним признакам поисковики определяют, может ли на данном месте быть захоронение. Совершенно в разных местах можно обнаружить останки бойцов: там, где нераспаханная целина и цветут ромашки с колокольчиками, где колосится рожь или разбита свекольная плантация, вдоль проезжих дорог. С опытом приходит и умение «читать» исследуемую местность. При этом важно не упустить ни одной мелочи. Наткнулись на «лимонку», каску, котелок, фляжку, пуговицу,– где-то рядом можно искать бойца. После внешнего осмотра в ход идут металлоискатели, щупы.
После обнаружения останков воинов происходит работа по их идентификации. Затем местная власть принимает решение – переносить захоронение или установить на этом месте мемориал. После установления личности погибшего начинается поиск его родственников. Это очень долгая и сложная процедура. Ведь кого-то уже нет в живых, кто-то поменял место жительства. Но те, кого находят ребята, обязательно приезжают на торжественную церемонию захоронения или забирают останки домой, чтобы похоронить их на родной земле.
Не так давно поисковики отряда «Высота» Курской АЭС и отряд «Курган» (г.Курск), возле села Ольховатка Поныровского района обнаружили останки одного из героев прошедшей войны. Это был старший лейтенант Красной армии Михаил Денисович Соломкин, 1914 года рождения, уроженец Краснодарского края.
- Воинское звание мы идентифицировали по пагонам, а род войск по сохранившимся петлицам инженерных войск, - говорит командир поискового отряда Владимир Некрасов. – Очевидно, старший лейтенант Соломкин отвечал за укрепрайон на данном участке обороны под Ольховаткой, где в июне 1943 года произошел прорыв немецких войск. Тут 123-я гвардейская стрелковая дивизия стояла насмерть. Ценой огромных потерь она сдержала фашистский натиск.
Один из местных ветеранов, участник битвы на Курской дуге, в беседе с поисковиками рассказал, что после трехдневного беспрерывного боя, когда враги пытались прорвать нашу оборону, в этой дивизии из 700 бойцов остались в живых только 10.
Останки старшего лейтенанта лежали в овраге, на дне стрелковой ячейки. Они были иссечены осколками. Такое впечатление, что офицер поднявшись в полный рост, пошел в наступление и повел за собой бойцов. Однако вражеская мина или снаряд сразили его. Среди останков были обнаружены знак «Гвардия» и значок «Готов к труду и обороне», которые имели порядковые номера. Именно по ним и определили сначала фамилию офицера, а потом и место жительства погибшего героя.
В 29 лет Михаил Соломкин отдал самое дорогое, что есть на свете, свою жизнь за наш сегодняшний день. Почти 70 лет об этом человеке не было ничего известно, теперь родственники после перезахоронения могут приходить на могилу Михаила Денисовича, приносить живые цветы, как символ вечно живой памяти благодарного человечества людям, сражавшимся за свободу и независимость своей Родины.
Благодаря помощи председателя профкома Курской АЭС Вячеслава Степанова поисковики Курской АЭС вместе с поисковым отрядом «Курган» г.Курска и Союзом десантников России организовали торжественную траурную церемонию захоронения останков старшего лейтенанта М.Д. Соломкина на его малой родине – деревенском кладбище в станице Медведовская Краснодарского края. На захоронении присутствовали администрация района, местные жители, школьники. В память о герое Великой Отечественной войны прозвучал оружейный салют, на могилу возложили живые цветы, а местный священник провел молебен. Было увековечено имя еще одного героя Великой Отечественной войны.
О Владимире Некрасове, главном инициаторе создания отряда «Высота», нужно сказать отдельно. С самого детства Владимир из воспоминаний родной бабушки, жительницы одного из сел Золотухинского района, знал об удивительной истории, связанной с её братом. В 1943 году, в самый разгар оборонительных боев, пришла «похоронка» на брата бабушки, который всего как несколько дней назад ушел добровольцем на фронт. Невероятно, но его бабушка тогда сумела пробраться в местечко Свобода к самому маршалу Рокоссовскому. Решительная и смелая женщина добилась разрешения осмотреть недавнее поле сражения. И среди убитых русских и немецких солдат она нашла тело своего брата. Узнала его... по портянке, торчащей из разорванного сапога. Когда бабушкин брат отправлялся на фронт добровольцем, он заехал попрощаться в родной дом. Портянки, которые выдали молодому бойцу, были хоть и стиранными, но сильно заношенными. И бабушка не пожалела оконных занавесок... Эти-то цветные занавески и помогли ей отыскать в воронке от снаряда бездыханное тело своего брата.
Вдвоем со своим односельчанином на ручной тачке они привезли тело брата домой, в родное село. И похоронили его на старом деревенском погосте. И всю жизнь бабушка благодарила Бога за то, что его душа брата, погибшего на поле боя, обрела-таки вечный покой.
Как знать, может быть именно эта история и стала тем зернышком, которое через много лет дало желанные всходы. По крайней мере, сам Владимир Некрасов считает, что именно от бабушки у него такая чувствительность к чужой боли, к чужому горю. Хотя у русских верно говорят, что чужого горя не бывает...
- Если говорить о физической стороне, то лично для меня поисковая работа стала почти образом жизни, - говорит Владимир Некрасов. - Главное, с самого начала понимать, что тебя ждет. Если кто не переносит ненастной погоды, при которой нам часто приходиться работать, жалеет отдохнуть на диване в свое свободное время, то он, скорее всего, не будет этим заниматься. Мы не получаем никаких материальных выгод, но с чем сравнить моральное удовлетворение, когда, когда родственники погибших, тепло и сердечно благодарят тебя за твою работу. Тут испытываешь такие эмоции, которые тебя заряжают новыми жизненными силами на долгое время.
Некрасов долго молчит, думает о чём-то своём и добавляет к сказанному:
- Вообще неизвестных солдат не бывает, есть ненайденные. Если даже с одного человека в его архивном личном деле исчезнет пометка «пропал без вести» - значит, мы работаем не зря.
Хочется добавить, что, кроме поисковой, отряд проводит большую работу с архивными документами, населением, представителями местных администраций. И, что очень важно, занимается патриотическим воспитанием молодежи.
- Большое спасибо от имени нашего поискового отряда «Высота» хочу сказать председателю профкома Курской АЭС Вячеславу Николаевичу Степанову, - говорит Владимир Некрасов. – Он очень отзывчивый человек.
Благодарны ребята благодарны и своим руководителям: начальнику РЦ-1 М.Буркову, начальнику РЦ-2 А.Илющенкову, заместителю начальника по эксплуатации РЦ-2 А.Заславскому, начальнику цеха ТАИ А.Грищенко, которые помогают и поддерживают их.
Наступит новый полевой сезон, и молодые поисковики Курской АЭС снова отправятся на свою вторую работу. Выйдут на неё по заре по зову своего сердца. И невольно в памяти всплывают строки из известной песни: «Даже не был я знаком с парнем, обещавшим: «Я вернусь, мама!»…». Это ведь и про старшего лейтенанта Михаила Соломкина, других героев прошедшей войны, и про молодых атомщиков, кто всегда в пути, чтобы искать, находить и воскрешать в благодарной памяти потомков забытые имена российских героев.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 74
© 02.12.2019 Александр Балашов
Свидетельство о публикации: izba-2019-2684348

Рубрика произведения: Проза -> Очерк














1