Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Чудовище-3 гл. 13


- Ты лжёшь! - рявкнул человечек, стоявший справа, и отличавшийся тем, что ростом был ещё ниже других. - Никакой земли за океаном нет и быть не может! Её никто никогда не видел! Вы наверняка порождение злых сил, вас сотворили наши враги из земли и огня и оживили заклинаниями, а затем послали причинить нам вред!
- Помолчи, Гаюри! - осадил его мужчина, первым заговоривший с Харом и Ленгом. - Мы никогда не плавали за океан и не можем проверить истинность ваших слов, но мы не можем доказать и то, что вы лжёте. Скажите просто, что надо вам здесь? Для чего вам потребовалось войти в наш город?
- Мы посланы сюда нашим богом Ставом, которому мы поклоняемся, он же является моим отцом, - проговорил Хар. - В вашем городе находится то, что нужно мне для выполнения моей миссии - артефакт, священная шпага. Если вы знаете что-нибудь о нём, если вы можете выдать мне его, просто сделайте это и мы покинем вас, даже не пытаясь войти в ваш город, в который вы, очевидно, не жаждете пускать гостей.
Лицо мужчины сделалось ещё суровее.
- Ты говоришь о боге Ставе? Но мы никогда не слышали о таком боге!
- Да, Став из молодых богов, обретших божественность не так давно и вы могли и не слышать о нём. Став - светлый бог и моя миссия, что он поручил мне, пойдёт лишь во благо всему человечеству, поверьте, да и вашему народу тоже.
- Чем вы это докажете?
- Почему мы должны что-то доказывать? - вдруг глухо произнёс Ленг и глаза его полыхнули огнём. - Нам ничего в вашем городе не нужно, кроме шпаги - артефакта, способного сразить Чудовище. Но если вы настаиваете на доказательстве, что мы говорим правду, то пусть будет послано знамение!
Лицо Ленга сделалось ещё краснее, чем было, волосы на голове и шее его поднялись дыбом, как грива у льва...
И вдруг огонь вспыхнул на одном из кустов, к которому не были привязаны лошади, но те всё-таки испуганно заржали.
Люди с факелами разом вскричали и отступили всей толпой на несколько шагов назад.
Хар навёл удивлённый взгляд на брата и не мог его отвести.
- Ленг, - пробормотал он растерянно, - что это был сейчас?.. Может, объяснишь?
- Не сейчас, - ответил тот. - Так вам достаточно свидетельства огня, что мы говорим правду? - обратился он к людям с факелами. - Или должно ещё что-нибудь загореться, чтобы вы поверили? Или погаснуть?
Огонь на головках некоторых факелах начал постепенно увядать и гаснуть.
- Стой, стой! - крикнул мужчина, первым заговорившим с братьями.- Теперь я вижу, что вы на самом деле посланники бога. И если это так, то мы можем провести вас в наш город и вы возьмёте там то, что вам нужно.
- Как! - заверещал маленький неуёмный мужчина, которого назвали Гаюри. - Ты пустишь этих чужаков в наш священный город, что является самым святым местом на всей планете? Ты думаешь, если они умеют зажигать кусты на расстоянии, то они - от светлых богов? Взгляни на этого красного: он, скорее, похож на демона!
- Молчи, Гаюри! Станешь одним из старейшин наружных смотрителей, как я, тогда и станешь принимать решения. А сейчас всё решаю я!
Братья отвязали лошадей от кустов и, взяв их под уздцы, зашагали туда, куда повела их толпа незнакомых людей.
- Друг! - обратился Хар к мужчине, который, как выяснилось, являлся старейшиной наружных смотрителей. - Меня зовут Хар, а брата моего зовут Ленг. Назови мне и твоё имя, чтобы я мог уважительно обращаться к тебе по имени.
- Меня зовут Авит, - серьёзно ответил мужчина.
- Мы благодарим тебя за то, что ты поверил нам. Мы не причиним никакого зла вашему городу и будем там добрыми гостями.
- Если вы хотите быть таковыми, вы должны вести себя только так, как вам скажут. Город наполнен нашими святынями и ни одну из них вы не должны осквернить.
- Мы и шагу не ступим так, как не будет угодно горожанам! Мы только заберём, что нам нужно - и уйдём своим путём.
Братья и сопровождавшая их толпа мехиян прошагали около трёхсот шагов и остановились. Авит приблизился вплотную к к стене и коснулся пальцами одной из серых глыб. Спустя несколько секунд часть стены размером чуть ниже роста среднего мехиянина поехала внутрь, оставив чёрную амбразуру, в которую Авит вошёл первым, наклонив голову. Остальные люди дали знак братьям, чтобы те следовали за ним. Хару и Ленгу пришлось согнуться в три погибели, чтобы пройти в этот маленький дверной проём.
Далее оказалось не легче. Факел в руке Авита осветил длинный коридор с невысоким потолком, чуть выше головы невысокого мехиянина, братьям же пришлось наклонить головы и так двигаться вдоль коридора.
Они двигались по узкому коридору, освещаемому факелами, причём, братьям приходилось по-прежнему держать головы в наклоне из-за низких потолков. Мимо мелькали какие-то тёмные ниши дверных проходов, но Авит проходил мимо них, а следом за ним и все остальные. Затем Авит всё же нырнул в одну из ниш и толпа последовала туда же. Там оказались крутые каменные ступени, ведущие куда-то глубоко вниз.
И снова длинный коридор и ниши. И опять они забрели в одну из ниш и свернули в другой коридор. Это длилось долго: коридоры - ниши, коридоры - ниши. Братья поняли, что вместе с остальными они бредут по нескончаемому лабиринту и появились даже сомнения, достаточно ли хорошо знает его сам провожатый. И все шли молча, как будто опасаясь нарушить тишину мрачных коридоров катакомб. Только звук шагов множества ног странно звучал в ней.
- Однако, нелегко проникнуть в ваш город! - заметил, наконец, Хар, не выдержав этой тишины.
- Это невозможно, если мы не позволим! - отрезал Авит.
- А что плохого в том, что если бы у вас были ворота и каждый мог бы свободно к вам входить? Хотя бы, например, купцы. Они могли бы не только обеспечить город всем необходимым, но и приносить новости, благодаря которым вы бы знали всё, что происходит в разных концах вашего материка.
- Чужаки могут осквернить наши святыни, за которые мы готовы умереть! - ответил Авит. - И мы ни в чём не нуждаемся из того, что необходимо для жизни, как не нуждаемся и в знаниях о чужом мире.
- Как же это вы не нуждаетесь ни в чём, что нужно для жизни? Когда мы с братом подъезжали к вашему городу, мы нигде не заметили в его окрестностях деревень, принадлежащих ему, откуда могли бы поставлять продовольствие и прочее.
- Всё съестное выращивается в городе.
- Разве в городе хватает земли?
- У наших людей не принято обжираться, только съедать то, что необходимо для того, чтобы не умереть от голода. Уж на это нам земли хватает. У нас есть свои способы, как выходить из этого положения.
- Какие? - живо поинтересовался любознательный Хар.
- Ты, возможно, увидишь это своими глазами, если не сделаешь никаких ошибок в городе и не нарушишь правил. А правила очень просты: не пытайся коснуться священных гробниц, даже приблизиться к ним не смей. Они ограждены металлическими оградами и за них не смеют заходить даже граждане нашего города, чьи руки очищены долгим служениям святым упокоенным. Только избранные заходят за эти ограды, чтобы убираться вокруг гробниц и реставрировать их.
- Что ж, правила на самом деле просты, нам не имеет смысла их нарушать.
- Тогда и мы не обидим вас. У нас нет злых, мы мирный народ. Вы просто заберёте ваш артефакт и покинете нас.
- Если мы не найдём сразу наш артефакт, сможем ли мы побыть в вашем городе несколько дней?
- Думаю, старейшины позволят вам это после того, как мы расскажем им о вашем знамении.
- Дело в том, что мы ещё сами не знаем его точного места нахождения... Наш бог Став укажет нам на него, но для этого, возможно, потребуется немного времени. В вашем городе ведь есть постоялые дворы?
- Постоялые дворы? - переспросил Авит. - Это, кажется, такие дома, где останавливаются гости в других городах?
- Именно так.
- Нет, у нас никогда не было и не будет постоялых дворов, как и гостей.
Хара несколько смутили эти слова, но он постарался взять себя в руки и улыбнуться:
- Что ж, мы не прихотливы, мы можем заночевать и на земле под открытым небом, только укажите, где нам дозволено будет это сделать.
Коридоры лабиринта всё не кончались и казалось, что блуждание по ним протянется вечность, но и этому пришёл конец. Они вновь увидали ступени и на этот раз поднялись по ним вверх. И на верхней площадке возникла тяжёлая кованная железом дверь, в которую Авит постучал и через несколько минут она была отперта. За нею оказалось ещё несколько человек-мехиян, удивлённо уставившихся на Хара и Ленга.
- Пусть они войдут в наш город, - произнёс Авит. - Нам было знамение, мы не могли их не привести.
Когда Хар и Ленг вошли через дверь и, выпрямившись, огляделись кругом, они поняли, что уже наступило раннее летнее утро.
Перед ними возник величественный город, красота которого впечатлила братьев. Он был наполнен великолепными дворцами, окаймлёнными ажурными чугунными оградами. Но когда их повели по улицам, то при ближайшем рассмотрении братья заметили, что в этих дворцах не существует ни окон, ни дверей.
- Это гробницы? - догадался Хар.
- Да, это гробницы святых людей, - подтвердил Авит.
В узких улочках между оградами сновали туда и сюда маленькие люди, удивлённо косившиеся на Хара и Ленга и старающиеся обходить их стороной.
- Куда мы идём? - спросил Хар.
- Я обязан показать вас совету старейшин, если вы предполагаете, что вам придётся остаться здесь на несколько дней. На это должно быть их разрешение.
ДорОгой Хар и Ленг сумели узнать кое-что о образе жизни, который вели жители Мехи. Оказалось, что все они проживали в миниатюрных переносных палатках, которые устанавливали в проходах между оградами вокруг гробниц. Питались они, в основном, плодами вьющихся растений. Оказалось, что изнутри ко всем стенам, окаймляющим город, были прикреплены ящики, полочки и множество решёток из металла и дерева. В ящиках была земля и из неё произрастали бобовые, виноград, огурцы, тыква и другие вьющиеся культуры. Они цеплялись за прутья и палки решёток и устремлялись вверх. В городе были фруктовые деревья, росшие между гробниц и палаток. Всё это не решало продовольственную проблему в достаточной степени, но горожане на самом деле были приучены обходиться малым количеством пищи.
Одежду делали из льна, который в малых количествах выращивали за городом. Одежды не хватало, её очень берегли, снашивали до полной ветоши, но и ветошь не выбрасывали, оставляя её на заплатки. Кое-где, подальше от могил и поближе к стенам находились загоны для овец, для которых за городом косили сено, пронося его по лабиринтам в город. Овец было мало и их берегли только ради их шерсти и молока.
Поскольку пространство Мехи было граничным и его нельзя было покидать, существовал закон о ограничении рождаемости и срока жизни. Закон был весьма жёстким: всё лишнее отсекалось. Второго ребёнка и взрослого, достигшего рубежа пятидесяти лет умерщвляли, правда, мягким способом, предлагая выпить мгновенно действующий яд и умереть без мучений. Если же человек отказывался, его провожали за пределы города и смерть становилась уже мучительной от голода и, если время года было зимнее, то от холода. Так же могли поступить со вторым ребёнком. Тех же, кто умер от яда или другой смертью, выносили через потайной ход наружу, оставляя в степи для животных-падальщиков. Почитая древних мертвецов в роскошных гробницах, мехияне не заботились о достойном погребении останков своих жителей. Хара и Ленга ужаснули все эти сведения, но оба предпочли оставить своё мнение при себе, помня о том, что они всего лишь гости в этом городе и не имеют права критиковать его устои и порядки.
Властью в городе располагали только старейшины, у которых была своя иерархия, но они так же, как и все, проживали в маленьких палатках и их положение не избавлял их от закона умирания в пятидесятилетнем возрасте. Старейшины не обладали никакими особенными льготами, им не причиталось больше еды, чем другим, лучшей одежды, лучших вещей или более комфортного жилища.
По целым дням жители Мехи либо занимались возложенной на них работой, либо совершали ритуалы почитания святых мертвецов. Они были глубоко убеждены, что каждый мертвец, спавший в своей гробнице, нёс в себе силу энергетики, не позволявшей планете распасться на куски, но до тех пор, пока мертвецов почитали, как богов, распевая для них священные гимны и долгими часами молясь на их гробницы. Они до фанатизма верили, что являлись спасителями и держателями всей планеты.
Молящихся в городе было очень много, они находились повсюду, рассевшиеся вдоль ажурных оград прямо на булыжной мостовой или на земле, сложившие огромные руки на макушках маленьких голов, покрытых платками, они раскачивались из стороны в сторону в молитвенном экстазе и хором произносили слова молитвы.
Поскольку мир Мехи был тесен и для каждого в нём причиталось мало места, то в нём трудно было что-то скрыть друг от друга. Прямо на улицах горожане мылись в лоханях, натирая друг другу спины и головы золой. Для оправления нужды были специальные домики, тесно окружённые жилыми палатками. На улицах готовили пищу, стирали, вели разговоры, которые каждый мог услышать. Тут же играли дети, одетые так же, как и взрослые - в заплаточно-дырявые балахоны и платки, такие же большерукие и большеногие. Здесь каждый знал всё о каждом. Вероятно, в этом городе не могло существовать тайн, как таковых.
Авит, наконец, остановил Хара и Ленга возле небольшого палаточного городка, сказав, что именно здесь и проживают старейшины и он позовёт их, чтобы они взглянули на гостей города.
Когда старейшины по зову Авита выбрались из своих палаток, оказалось, что они на самом деле ничем не отличаются от остальных горожан - такие же оборванцы и каждому из них было на вид больше сорока. Очевидно, всем им уже недолго оставалось жить не только в их тесном городе-кладбище, но и вообще на свете.
Старейшины, как и все прочие, удивились, как выглядели Хар и Ленг и были несколько встревожены их появлением в Мехе, но Авит поспешил рассказать и знамении, данном Ленгом и о том, что чужеземцам со странной внешностью нужен всего лишь артефакт, поэтому они просят позволить им пожить в Мехе несколько дней.
Старейшины принялись шумно обсуждать просьбу Хара и Ленга , посовещавшись где-то с час, дали согласие.
- Вы всё равно не сможете поступить против правил в этом городе, - произнёс один из старейшин, обращаясь к братьям. - Если вы только попытаетесь сделать что-то не так, вас тут же заметят и остановят, так, что вы даже не успеете осуществить свой умысел. Вы сказали Авиту, что вы неприхотливы и можете устроиться спать даже на земле? Выбирайте себе любое место для этого и оставайтесь здесь на несколько дней - вам дозволено, если вы люди от богов.
Братья поблагодарили старейшин.
Они прошлись ещё по городу, уже без провожатых, и нашли себе свободный от палаток кусок земли неподалёку от загона с овцами, от которого исходил не очень приятный запах, но братья решили не придавать значения, потому что здесь было наиболее спокойно и людей находилось меньше, чем где бы то ни было.
- Сложновато нам будет, однако, разжиться здесь едой, - наконец, нарушил продолжительное молчание Ленг.
Хар был согласен с ним. Братьям было уже известно, что в Мехи ничего не покупалось за деньги. Урожаи плодов с вьющихся растений на стенах собирали всем обществом, относили на склады, затем выдавали каждому в качестве бесплатного пайка - скудного, чтобы впроголодь продлить своё существование. Так выдавали одежду и прочее необходимое для выживания. Овечье молоко полагалось только детям и больным.
- Мы сможем выдержать без еды два или три дня, - ответил Хар, - надеюсь, на больший срок нам здесь задержаться не придётся. Ну, а если придётся, то выдержим больше.
Братья присели на землю. Вероятно, теперь требовалось дождаться ночи, чтобы суета, творящаяся вокруг, улеглась и братья могли бы услышать откровения своих богов.
Их опасения насчёт голода в течении нескольких дней оказались напрасными: им выдали по чашке варёной чечевицы и по стакану овечьего молока, потому что законы гостеприимства чтились даже в городе-кладбище. Братья предложили заплатить, но старейшина, выдавший им продуктовый паёк, отказался от денег из Сигвы.
До ночи братья ещё побродили по городу, желая узнать что-нибудь новое. Им также хотелось рассмотреть гробницы царей, мудрецов или просто богатых людей, потому что гробницы эти были на самом деле великолепны в своей красоте, они сами собой являли завораживающее зрелище.
Внезапно Хар остановился возле одной из них и оцепенел, не сводя с неё глаз. Ленг потряс его за плечо, давая знать, чтобы двигаться дальше, но тот не прореагировал никак, замерев, как статуя. Ленг понял, что теперь необходимо ждать.
Наконец, Хар пришёл в себя и медленно повернул к брату бледное лицо:
- Здесь. В этой гробнице, - едва слышно произнёс он. - Артефакт.
- Но, в таком случае, как мы это добудем? Мы не смеем даже приближаться к гробнице, настолько это для них свято, но чтобы достать шпагу, мы будем вынуждены гробницу взломать. Они не позволят этого никогда. Они просто нас убьют, если мы сделаем попытку.
Братья оба разом замолчали, не сводя глаз с заветной гробницы.
Время шло в тягостных раздумьях, но никакое решение никак не приходило в голову ни Хару, ни Ленгу.
И Хар произнёс:
- Выхода нет. Мы должны ожидать решения богов.
- Но ведь ты сам наполовину бог! Если я, сын демона, сумел зажечь тот куст только силой мысли, почему бы тебе не опробовать свои способности полубога?
- Ты думаешь? - с трепетом произнёс Хар.
Он закрыл глаза и сосредоточился, медленно воздевая руки к небу. Он представил себе силу своей энергии - разноцветные лучи, исходящие от его ладоней.
И в то же время мехияне, проходившие мимо него начали оседать на землю и ложиться на неё с закрытыми глазами. Затем то же начало происходить с теми, кто находился поодаль. Ленг удивлённо озирался кругом: горожане погружались в сон там, где находились.
Становилось всё тише - уже не было слышно исступлённо хорового произношения молитв мертвецам, обыденных разговоров, детских голосов, только издалека доносилось блеянье овец.
И когда воцарилась полная тишина, Хар вышел из медитативного транса.
- Они все уснули, - промолвил Ленг.
- Но мы не знаем, надолго ли, - ответил Хар. - Значит, должны действовать незамедлительно. Я обещал не прикасаться к священным гробницам Мехи. Мне следует нарушить обещание?
- Но я-то не обещал ничего, - ответил Ленг и живо вскарабкался по кружеву чугунной ограды и, перебравшись через неё, оказался возле гробницы.
- Нам следует поискать какой-нибудь лом, чтобы взломать стену, кирпичи, которыми замуровали стену после погребения.
Хар побродил немного по улице, перешагивая через тела спящих людей и смог найти кувалду. Он подал её Ленгу и тот принялся за работу, круша кирпичи.
Вход в гробницу был проделан и Ленг без страха вошёл в неё - для него-то мертвецы не были священным.
Посреди гробницы находилась каменная глыба, на которой лежал давно скелет в ошмётках истлевшей одежды, сжимавший костлявыми пальцами ножны, в которых находилась шпага. Ленг аккуратно вытащил их из этих пальцев и они посыпались на глыбу мелкими косточками.
- Я не знаю, как и почему ты владел этой шпагой, - произнёс Ленг, обращаясь к черепу, смотревшему на него пустыми глазницами, - был ты достоин её или нет, но боги решили, что больше тебе она не нужна. Прости, да упокоится твой дух среди звёзд! Прощай.
Он покинул гробницу, вынося из неё ножны с заветной шпагой.
Первый артефакт был получен. Теперь оставалось подумать, как покинуть город самостоятельно. Посоветовавшись, братья решили не делать этого через подземные лабиринты. Они были не уверены, что найдут правильную дорогу и не забредут в какие-то коридоры, где могут быть смертельны ловушки. Подумав, они сделали вывод, что безопаснее будет, взяв верёвки, вскарабкаться на стены по решёткам, прикреплённым к ним, а вниз, за пределы города, спуститься по верёвкам.
Они так и поступили, правда, прежде им пришлось побродить среди спящих, чтобы набрать достаточно верёвок, которые можно было бы связать между собой, чтобы они достали до земли.
Оказавшись за пределами города, братья принялись искать своих лошадей, которых они отвязали перед тем, как отправились в Меху.
Лошади были обнаружены пасущимися возле реки и братья, подозвав их, снова оседлали.
В пути Хара начали терзать угрызения совести.
- Не слишком ли коварно поступили мы с жителями этого города, обманув их доверие и осквернив их святыню? - сокрушался он. - Всё-таки они вели себя с нами достойно: провели в свой город и даже поделились скудной едой, соблюли закон гостеприимства.
- Ещё неизвестно, что бы они сделали с нами, если бы я не зажёг куст! - отрезал Ленг.
- Ты думаешь, они могли бы с нами расправиться только за то, что мы находились неподалёку от их города?
- А почему бы и нет? Похоже, им это не понравилось, если они целой толпой высыпали к нам разбираться по этому поводу.
- Может, они бы попросили нас просто отойти?
- А если бы мы отказались? Наверняка бы они не оставили нас в живых, ведь мы чужаки, а они своих не щадят. Разве не слышал, как они поступают со своими стариками и детьми? И всё из-за какого-то бессмысленного поклонения мертвецам!
- Да, законы у них достаточно жестокие. И всё-таки это не оправдывает нашего вероломства!
- Вот уж ни за что не стану терзаться угрызениями совести из-за такого народца! - хмыкнул Ленг. - Как нам было нужно, так и поступили. Обманули этих идиотов - спасём целый мир. И вечно вы, боги, найдёте сомнения в себе, чтобы мучиться! У нас, демонов, проще. Мы никогда не думаем о своих поступках, хороши они или плохи, когда нам что-то нужно!
- Неправда, Ленг! Уж я-то хорошо знаю тебя. Ты всегда был благороден и никогда не поступал несправедливо!
- Так значит, я поступил справедливо и там, в Мехе, разрушив стену и войдя в гробницу, что немало расстроит мехиян, когда они очнутся от сна и увидят в гробнице дыру? - лукаво прищурился Ленг.
- Ну, хитрец! - захохотал Хар. - Вот ведь рассудил! Так ведь я-то был с тобой заодно!
- Да, но скажи, был у нас иной выход или нет?
- Если бы был иной, более честный выход, я бы им воспользовался.
- Но его не было и нечего себя корить. Боги послали тебя в город за артефактом и не это ли подразумевали, что ты облапошишь этих жалких поклонников мертвечины, бессмысленных, бездумных и безумных, бесполезный и никому не нужный народ, чтобы спасти весь мир от Чудовища, в том числе и этих идиотов? Что с ними станется? Ну, увидят дырку в стене, ну, поорут, повозмущаются, наверняка начнут сыпать проклятья и мечтать, как покарает нас за это осквернённый мертвец. И на этом утешатся.
- Может, ты и прав, дорогой брат.
- Не может, а точно! Мы тоже были рождены от мёртвой женщины, мы находились в ней, когда она была уже давно мертва. Наша мать была избранной, но даже на её тело никто не молится! Потому что молятся только богам. Скажи мы этим болванам, что наше рождение было настоящим чудом, разве они бы нам поверили? Сочли бы кощунниками и убили.
- Разве что пришлось бы показать им одно из наших знамений!
- Ну, да, например, заставить гореть их палатки, чтобы им пришлось-таки покинуть их город-кладбище!
Братья рассмеялись.
Дальнейший путь братьев лежал к горе Дарлы, находившейся в глубине материка и путь к ней им предстояло искать самим, по карте.
Путешествие обещало затянуться на много дней и следовало позаботиться о запасах продовольствия. Братья с детства были обучены и охоте на диких птиц и зайцев, и рыбной ловле и собирательству ягод и других съедобных растений. Добыча съестного, конечно, отнимет время, но другого источника питания степь не предоставляла.
Братья двинулись вдоль реки и, пройдя на лошадях несколько километров, они обнаружили стаю уток. Засев в зарослях осоки, они подстрелили несколько и тут же выпотрошили их, развели костёр, зажарили и пообедали, а остатки жареной утятины сложили в мешки для продовольствия - для ужина.
Им ещё долго предстояла путешествовать вдоль реки и это было хорошо: река не только напоит, но и прокормит, всё живое всегда устремляется к воде.
На берегу реки и устроили очередной привал, когда начало смеркаться.
- Мы ушли вглубь степи и здесь могут водиться хищные звери, - заметил Ленг. - Нам следует спать по очереди.
Хар согласился с братом.
Ленг вызвался дежурить первым, потому что, несмотря на утомление от путешествия, длившегося весь долгий день, спать почему-то не очень хотелось. Хар же уснул быстро, едва растянулся на земле, положив ладонь под голову и завернувшись в одеяло.
Ленг прочёл молитву и сел у костра. Молитва оградит его от ненавистной встречи со Свири - отцом, к которому Ленг совершенно не питал никаких сыновних чувств.
По другую сторону костра вновь из воздуха начал выкраиваться женский силуэт. Ленг понял: к нему вновь явилась мать. Он так и не рассказал брату о том, что раньше уже виделся с ней и слушал её голос. Всё подбирал момент в суетном дне - и не нашёл его. Охота, напряжение, чтобы не сбиться с дороги, внутренние опасения, не бросятся ли за ними в погоню сигвяне, если они уже пробудились и обнаружили амбразуру в одной из гробниц и догадались, чьих это рук дело. Но Ленг пообещал себе, что непременно поведает брату о встрече с матерью и о разговоре с ней. У него не может быть секретов от Хара.
Прекрасная женщина вновь стояла перед ним полупрозрачной тенью и только глаза её смотрели остро, пронзительно, как живые.
- Сын, - промолвила она, - ты помнишь наш с тобой прошлый разговор?
- Как забыть, - трепеща, ответил юноша. - Всё помню... Я - грешник, в прошлом воплощении томившийся в трясинах Вечных Болот... Ты сказала, что я мог бы разрушить их...
- Да, и хочу продолжить разговор об этом сейчас. Вот рядом с твоим спящим братом лежит на земле священная шпага. Возьми её!
Ленг послушно протянул руку к ножнам шпаги и вытащил её из них.
- Ты, верно, даже не ощущаешь, какая энергетика исходит от этой стали, - продолжала тень женщины. - И не знаешь её силы. Так знай: этой шпагой можно рассечь нить, которая держит целостность Вечных Болот! Стоит только рассечь её - и Вечные Болота исчезнут, развеются в прах, а томящиеся в них умчатся за предела мира Великой Тыквы, в Хаос!
- В Хаос? - бледнея, переспросил Ленг. - Но разве Хаос не так же страшен, как Вечные Болота?
- Если бы ты помнил то, что было до твоего рождения, ты знал бы и то, что ты уже в Хаос возвращался, когда тебя освободили от плена Вечных Болот. Да что там, все до единого, даже светлые боги - выходцы из Хаоса! В нём нет ничего страшного, он состоит из существующих в нём, которые были и будут всегда, из обретших сознание и ещё не нашедших его! Просто иное состояние - не более того. А те, кто желает вновь войти в жизнь, всегда может поискать себе новые миры или даже основать их, чтобы воплотиться. Ничего страшного, сын. Ужас лишь в Вечных Болотах. Ты согласен уничтожить их? Ты можешь сделать это прямо сейчас. Я открою тебе портал, ты войдёшь в него и перережешь священной шпагой Держащую Нить.
- Я? Один, без Хара?
Женщина за пеленой костра вздохнула.
- Боюсь, Хар может не понять тебя.
- Хар не поймёт меня? Нет, этого не может быть! Он мой брат и он всегда понимал меня!
- Он слишком верит светлым богам, даже не подозревая, что они могут заблуждаться. Светлые боги не хотят уничтожения Вечных Болот, считая, что в таком случае исчезнет угроза наказания за грехи и грешников разведётся слишком много, сильные мира сего, что не боятся суда при жизни, будут творить больше убийств, грабежей, насилия без страха, что после смерти их ждёт возмездие. А ведь светлые боги не знают и знать не хотят, слышать не хотят, что Вечные Болота так разрослись, что флюиды страданий томящихся в них грешников вскоре переполнят эфир границ Вечных Болот и прорвутся в мир живых и тогда начнутся по-настоящему страшные времена, мир поразит массовое безумие, он превратится в ад, на радость демонам, а боги не смогут всё это исправить!
- Неужели? Но ты-то откуда это знаешь?
- Я нахожусь в мирах, где знаний больше, чем где бы то ни было... Светлые боги в мире Великой Тыквы никогда не смогут столько знаний получить.
- Если бы я перерезал Держащую Нить и Вечные Болота бы исчезли, может быть, в самом деле сильные мира сего не знали бы удержу в своём зле, предчувствуя безнаказанность?
- Вечные Болота вновь восстановятся со временем и начнут расти, но сейчас они должны быть уничтожены. Их величина достигла предела! Спаси это мир, Ленг! Уничтожь Болота, в которых томился ты сам!
- Я не могу сделать это в тайне от Хара, - тихо произнёс Ленг.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 6
© 25.11.2019 Динна Астрани
Свидетельство о публикации: izba-2019-2679171

Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези













1