Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Чудовище-3 гл. 5


Прежде Решма слышала о княжестве Дарака, соседствовавшем с деревней Михама. Это княжество было такой же большой деревней, там было даже чуть многолюднее, чем у Михама, но ближе к Яве - она почти примыкала к большому городу. Княжество не меняло название с переменой князей в нём, оно носило постоянное название - имя своего основателя.
Решма задержалась у окна, чтобы послушать, о чём пойдёт разговор между этими князьями и её мужем, вышедшим на крыльцо и поприветствовавшим их. Ей было всё отлично слышно и видно с окна второго этажа. Никто Михаму не ответил на приветствие и старший из князей заговорил с ним резко и грубо:
- Скажи-ка, сосед-князь, отчего ты так распустил одну из своих жён, что она позволила себе оскорбить нашу мать, едва не убив её? Наша мать, княгиня Изи вчера собирала травы в лесу и твоя женщина сбила её лошадью. Боги спасли княгиню, она осталась жива, отделавшись всего лишь ушибами!
У Решмы вывалился изо рта кусок лепёшки: та старуха в лесу, не желавшая сойти с тропы - княгиня Изи?! В лесу, одна, в простых одеждах? Вот уж этого никак ожидать было невозможно!
Михам обалдело смотрел на братьев, ничего не произнося в ответ, но чувствовалось, что он здорово испугался: голова его начала уходить в узкие плечи.
- За такое поведение твоей жены нам бы следовало отомстить тебе, - продолжал старший из князей, - но, зная твоё миролюбие, мы решили поступить по справедливости и наказать только саму виновницу. Выведи-ка её сюда к нам, мы увезём её к своей матери, чтобы та решила, как с ней поступить.
Михам почесал затылок. Братья из Дараки были не то, чтобы слишком воинственны и недружелюбным с соседями, но никогда не спускали обид, нанесённых их семейству. Они славились крутым нравом и содержали при себе людей - мужчин, таких же крутых драчунов, с которыми никто не хотел связываться. Михаму было жалко отдавать Решму - всё-таки столько денег за неё отдал, хвастался её красотой перед друзьями, те завидовали, щёлками языками, а теперь всего этого он лишится? Но войны с соседями не хотелось, тем более, такой войны, в котором был риск проиграть. Тяжело вздохнув, он зашагал в дом, поднялся на второй этаж в столовую и, приблизившись к Решме, взял её за руку:
- Пойдём.
Решма, слышавшая всё, смертельно побледнела. Впервые в жизни она всерьёз испугалась мужчин - этих двух суровых, белобровых, желавших её куда-то увезти и наказать. Неужели это всё всерьёз?
Она упёрлась:
- Не надо, Михам! Молю, не отдавай меня! Я же твоя жена, ты должен защитить меня!...
- У меня не будет войны из-за женщины! - процедил сквозь зубы Михам и, сжав её руку до боли, потащил из дома прочь. Она упиралась, но муж волок её рывками, а она дрожала всем телом.
Он вывел её на крыльцо и тут же сам нырнул за дверь и запер её за собой. Решма растерянно смотрела на двух князей, не сводивших с неё пристальных пронзительных глаз.
Младший из князей соскочил с коня, взбежал по ступеням, взял её за руку и повёл куда-то. Она не сопротивлялась, покорно шествуя за ним.
Он подвёл её к крытой телеге и помог ей взобраться в неё.
- Можешь сесть на мешки, в них солома, так тебе будет удобнее, - совсем не враждебным голосом произнёс он.
- Благодарю, - дрогнувшим голосом произнесла она. Мужчина постоял рядом несколько минут, разглядывая её лицо и ей показалось, что он улыбнулся. Затем он поспешил к своему коню и, лихо заскочив в седло, и, погнал коня вперёд.
Старшего из князей Дараки звали Гур, младшего Патрик. Они отправились в путь и их и обоз с пленницей тут же окружили сопровождавшие их всадники.
Патрик, ехавший рядом с Гуром, вдруг произнёс:
- Брат, ты видел, какая она красавица, а?
- По-моему, ты не о том думаешь, - сухо ответил Гур. - Может, ты забыл, что вчера она едва не убила твою мать?
- Но в этом надо разобраться. Может, она не так уж виновата? Может, конь понёс её и она не смогла с ним справиться? Не думаю, что она умышленно хотела убить кого бы то ни было.
- С чего это тебе хочется так о ней думать?
- Просто она не выглядит отъявленной злодейкой. А кроме того, мне кажется, я ей понравился.
Гур окинул брата удивлённым взглядом:
- С чего это ты решил?
Патрик улыбнулся:
- Она смутилась и оробела, когда я с ней заговорил.
- Конечно она оробела, ведь понимает, что за то, что она совершила, ей теперь добра не будет.
Патрик махнул рукой:
- Не думаю, что матушка будет с ней слишком строга. Наверняка эта девушка не так уж виновата и скоро всё выяснится.
Некоторое время братья ехали молча.
Вновь первым заговорил Патрик:
- Этот Михам - жалкий трус. Так просто отдал такую красавицу, даже не попытался её защитить! Я бы за такую жену сражался до последнего, пока не погиб.
- Видимо, нрав этой девушки - полная противоположность её красоте, если Михам не очень-то ей дорожил.
- Она создаёт впечатление кроткой и тихой.
- И умной: на её месте было бы глупо кричать и противиться.
- Вот видишь, всё при ней: и красота, и ум и прекрасный характер.
- Но тебя, мой друг, ведь интересует только её красота, верно? Остальное ты готов ей приписать.
- Тебе хорошо так рассуждать, брат, ведь тебе матушка подыскала красивую жену. А мне каково? Я на плюгавой не женюсь на за что, лучше уж останусь без семьи до конца дней.
- Но ведь ты сам-то не красавец, как и я.
- Мужчине вовсе не обязательно быть красивым! В мужчине главное - ум, доблесть, сила. Кто скажет, что этого во мне нет?
Патрик снова развернул коня и поскакал к обозу. Решма сидела на мешках, ссутулившись и глядя перед собой в одну точку. Ей по-прежнему было страшно.
Патрик заговорил с ней, назвал своё имя, затем поинтересовался, как зовут её, затем принялся задавать другие вопросы - сколько ей лет, в каких местах она родилась, кто её родители и ещё много о чём. Она отвечала и отвечала, терпеливо и смиренно, не решаясь фыркать в ответ, хотя этот мужчина, которому на вид было не более двадцати пяти лет, уже не казался ей слишком суровым. Наоборот, он производил впечатление дружелюбного и безобидного, как будто и не вёз девушку невесть куда, возможно, на тяжёлую расправу.
Когда всадники и телега пересекли границы земель Михама и въехали на территорию Дараки, Решме стало страшно невыносимо и она заплакала. Патрик пробовал её утешать, твердя, что его матушка не так уж сурова, как многим это кажется, что раскаявшегося она способна простить, но девушка не слышала его слов и продолжала плакать.
Но возле самого княжеского дома она вытерла слёзы, решив, что примет наказание с достоинством. Патрик помог ей сойти с телеги и повёл в дом, в котором проживала его мать, он сам и его брат с женой и сыном.
Решма ощущала в себе небывалый прилив мужества, но оно выветрилось в считанные секунды, когда её ввели в большую комнату, где на высоком кресле, как на троне, восседала сама княгиня Изи. В этой женщине уже ничего не осталось от той старухи в простых одеждах, блуждавшей по лесу. На ней были одеяния из шёлка и виссона, тёмных цветов, но от этого казавшиеся ещё более дорогими и элегантными. Но более всего говорил о её обладанием властью взгляд - пронзительный и жёсткий, создававший впечатление, что эта необычная женщина способна не только читать мысли, но знать человека даже лучше, чем он сам знает себя. Когда Изи навела на Решму этот взгляд, та задрожала: "Неужели эту волчицу я так небрежно едва не задавила лошадью там, в лесу?"
- Вот, значит, какова эта любительница быстрой езды! - насмешливо и холодно произнесла Изи. - А я, признаться, не разглядела тебя. Скажи-ка мне, душечка, что это ты вообразила себе, что ты можешь безнаказанно топтать лошадью людей, пришедших в лес за лечебными травами?!
Решма собралась с духом, решив быть предельно почтительной с опасной особой, которая вполне могла даже безнаказанно умертвить её на своей территории. Прожив год с князем, Решма научилась кое-каким светским оборотам в общении с так называемой элитой, пусть даже мелкоземельной. Самым уважительным обращением во всём Гобо считалось назвать "живущий из достойных" и девушка так и произнесла:
- О, живущая из достойных, если бы я знала, что ты княгиня большой земли, я бы придержала лошадь. Но как мне было знать, если ты находилась в лесу, без свиты и в простых одеждах? Я поневоле была введена в заблуждение и сожалею об этом.
Изи сощурила глаза и они сделались ещё более насмешливыми.
- Да, действительно, тут можно ошибиться. Я на самом деле не облачаюсь в шелка, когда иду в лес, чтобы собрать лекарственные травы, чтобы поддерживать с их помощью здоровье моего дома. Но неужели тебя не учили уважению к старшим, что следует уступать дорогу тем, кто значительно превосходит тебя по возрасту?
- Но неужели княгиня должна уступать дорогу крестьянке только потому, что та старше?
- Это ты-то княгиня? - воскликнула Изи. - Я наслышана, откуда взял тебя твой муж, купив тебя у твоего брата. Ты такая же простая, как любая из моих крестьян, только что родилась в большом городе! Полноценная княгиня это та, что родилась в княжеской семье и стала женой князя, так о тебе ли это? И откуда в тебе столько спеси-то взялось, всего за год в доме князя-мужа? Но придётся с тебя эту спесь сбить. Будешь работать у меня на кухне, пока не присмиреешь немного!
У Решмы перехватило дыхание. Что? Опять на кухню, опять на чёрные работы, которыми она сполна насытилась, когда ремонтировала комнаты в пансионе? Но тогда она спасала свой дом от разорения и конфискации, она была полна азарта, придававшего ей сил, ей даже нравилось трудиться, это была как игра - бороться и победить. Она победила и получила награду - вышла замуж за князя и в его доме за год праздной жизни отвыкла от всякой работы. И теперь её снова заставят трудиться, как рабыню?!
- Не надо меня так наказывать! - робко пробормотала она. - Умоляю, отпусти меня назад, в дом моего мужа!
- Забудь о своём муже, он выдал тебя - и больше на тебя прав не имеет. Я сказала, что будешь работать на кухне - значит, будет так.
Княгиня кликнула свою служанку Фирку, женщину пятидесяти лет, полнотелую, но крепко сбитую и приказала отвести Решму на кухню, задав ей работу.
Решма ощущала себя то ли тенью, то ли сомнамбулой, когда её отвели сначала на кухню, дали ей в руки несколько сложенных одну в другую кастрюль и повели на задний двор, где был рассыпан песок и этим песком ей было велено эти кастрюли чистить.
Решма перечистила все кастрюли, затем её покормили на кухне, усадив за один стол со слугами, а после отправили перемывать гору посуды. " - Наверно, Ланке было так же тяжело, когда я заставила её отрабатывать долг, " - пришло в голову Решме.
Потянулись дни тяжёлой и грязной работы и Решма тосковала, вспоминая былую жизнь, которая была у неё совсем недавно в доме Михама. К ней на кухню как-то зашёл Патрик и начал убеждать её, чтобы она признала свою вину, тогда его матушка смилостивится и освободит её от тяжёлых работ и переселит из кухни в комнату и поручит, может быть, какое-нибудь рукоделие. Эти слова не обнадёжили Решму, а разозлили. Да разве она рабыня, что должна унижаться перед хозяйкой, чтобы добыть себе работу полегче, жилище поудобнее и кусок послаще?!
- Я не умею заниматься рукоделием! - резко ответила она.
- Как же? - удивился Патрик. - Все женщины это умеют и всем им это нравится.
- А я не умею. Мне приходилось выживать до замужества, а не вязать или вышивать на шёлке. Я работала, как мужчина!
- Ну, если раньше у тебя была такая трудная жизнь, то зачем тебе мучиться сейчас? Просто покайся, признай свою ошибку, свою вину...
- Да почему я должна признавать свою вину, если я не считаю себя виноватой?! - возмутилась Решма и упрямая складка пролегла между её бровей. - Если бы я увидала тогда, на дороге женщину, одетую в княжеские одежды и заметила, что она старше меня по возрасту, я бы из уважения уступила ей дорогу. Но почему я должна была делать это для той, которую я приняла за крестьянку? Что, крестьяне стали равны князьям?
Патрик так и не смог ни в чём переубедить её. А у Решмы начал созревать план побега. Княжество Дарака недалеко от Явы. Ей стоит только как-нибудь добраться до города, сесть в поезд и умчаться в родной Свободный. Да, она снова начнёт управлять своим пансионом. Ну, не вышло из неё княжеской жены, что ж теперь поделать?
Она начала потихоньку прикидывать, в какой стороне находится Ява и сумеет ли она дойти до неё пешком. Она попыталась осторожно выспрашивать об этом у слуг и у Патрика.
Но бежать ей так и не пришлось, потому что неожиданно Изи вызвала её в свою комнату и объявила ей:
- Я вернула твоему мужу выкуп, который ему пришлось заплатить за тебя твоему брату, а он в обмен дал мне документ о том, что разведён с тобой. Ты больше не жена князя Михама.
- Я и так, кажется, уже была ему не жена. Вы же забрали меня у него.
- Ты сожалеешь об этом?
- Ну, так скажем, в его доме мне жилось гораздо легче, чем в этом, - Решма набралась смелости сказать об этом вслух Изи, которую по-прежнему боялась.
- Значит, ты не скучаешь о муже, а только о богатой и лёгкой жизни, которой ты лишилась?
- Думаю, каждая бы об этом скучала.
- Разумеется! - надменно промолвила княгиня. - Но у тебя есть возможность всё вернуть. Я дам тебе выбор. Если пожелаешь, я могу отпустить тебя домой на родину, в твой пансион, где ты снова будешь драить полы, штукатурить и белить стены, подавать обеды пансионерам. Или же ты можешь остаться княгиней, став женой моего младшего сына Патрика.
Решма удивлённо смотрела во все глаза на Изи, не веря своим ушам. Княгиня, ещё недавно наказывавшая её, теперь предлагала ей стать своей невесткой? Изи поняла её немой вопрос.
- Каждая женщина стремится сделать свой род лучше, крепче, красивее, - продолжала она. - Увы, мои сыновья обделены красотой. Вероятно, это потому, что в нашем роду было принято вступать в брак с двоюродными сёстрами и братьями, у нас всегда главенствовал предрассудок, что князья должны сходиться только с князьями. Но я-то вижу, что без свежей крови наш род может просто ослабнуть и сойти на нет. Ты подходишь нам. От тебя у моего сына могут родиться красивые сильные дети! То, что от Михама у тебя не было детей, без сомнения, вина самого Михама. Ему не родили две жены, да он и раньше, как я слышала, не брезговал близостью со многими крестьянками - хоть бы одна от него понесла! Бесплодное семя! Но с моим сыном у тебя будет всё иначе. Патрик полюбил тебя - пусть он будет с тобой счастлив.
" - А почему бы и нет? - подумала Решма. - Каждой женщине нужен муж и дети. Почему бы и не Патрик, если не Михам?"
- Я согласна, - ответила она.
В тот же день Решму переселили из кухни в комнату рядом со спальной Изи и Патрик навестил её. Он начал говорить ей о том, что полюбил её с первого взгляда, потому что был восхищён её красотой, что просил свою матушку устроить его брак с Решмой, что ждёт не дождётся свадьбы. И в довершении всего без всякого дозволения обхватил Решму обоими руками, прижал к себе и принялся целовать в губы. Выходка эта была грубоватой и бесцеремонной, но Решме она даже понравилась так, что у неё начал появляться интерес к Патрику, как к мужчине.
Изи начала одаривать Решму новыми нарядами - жена его сына не должна носить простых платьев, ей теперь подобало наряжаться в шёлк и другие дорогостоящие ткани. Решме было пошито свадебное платье.
Брачный ритуал состоялся в небольшом деревенском храме, посвящённом всем богам, кроме "богов" стихий. Изи как-то обмолвилась, что великий князь Явы настаивал, чтобы на её земле был выстроен храм хоть какому-нибудь божеству стихий, потому что земли её достаточно обширны и многолюдны, чтобы не было беды, на них следует перед новогодними праздниками совершать человеческие жертвоприношения. Но Изи не спешила поддаваться на эти уговоры и избегала, как могла строительства храма стихий на своей земле. Решма поняла: её свекровь тоже ужасали эти ритуальные убийства детей.
В первую же брачную ночь Решму угораздило поссориться с Патриком, хотя она вовсе не собиралась этого делать. Оказавшись с Решмой в одной постели, Патрик принялся целовать её лицо и его длинный нос начал упираться в её щёки и она не могла не сострить, сказав, чтобы он был осторожен и не выколол ей глаза. И она уж никак не предлагала, что её муж обидится на это. Патрик сильно побледнел и произнёс сдавленным голосом:
- Да, я действительно некрасив, а ты очень красива, и поэтому ты считаешь, что твоя красота даёт тебе право унижать меня?
- А что я такого сказала? Я пошутила.
- Нет, не пошутила! Ты обязана следить за своими словами! Или ты считаешь, что если ты гораздо красивее меня, ты сделала мне снисхождение, став моей женой и теперь я должен стерпеть от тебя любые оскорбления?
- Конечно! - Решма вдруг ощутила непреодолимое желание подразнить Патрика. - Красавиц не так уж много и ты должен многое стерпеть от меня! Если я велю тебе прыгать на одной ножке, ты должен спросить, как высоко!
Лицо Патрика из бледного сделалось пунцовым.
- Ах, значит, ты - красавица и можешь издеваться надо мной! - закричал он. - Но ты не забывай, что я - князь и мужчина! Может, ты забыла, как ещё недавно драила кастрюли на нашей кухне?!
- Эк тебя разобрало! Как будто я виновата, что ты таким страшненьким уродился, - чем сильнее Патрик злился, тем больше Решма ощущала потребность дразнить его.
Они принялись ругаться до крика и кончилось всё тем, что Патрик покинул брачную опочивальню, подался к реке и всю ночь купался в холодной воде, чтобы хоть немного успокоиться и прийти в себя.
Под утро он всё-таки вошёл к Решме: он безумно её хотел. Он уже более миролюбиво попросил её больше не оскорблять его и она согласилась, испугавшись его ухода и того, что он может обидеться настолько, что разведётся с ней.
Через несколько дней они с Патриком уехали в Яву. Выяснилось, что у князей Дараки была собственность и в этом городе: большой дом и текстильные мастерские, за которыми требовалось присматривать и этим обычно занимался Патрик, тогда как в обязанность Гура входил надзор за деревней. Решма даже обрадовалась переезду в город и возможности жить отдельно от свекрови, которую она побаивалась, несмотря на то, что та, вроде бы, улучшила своё отношение к ней.
Патрик ежедневно уходил по своим делам, но и Решма не сидела взаперти. По целым дням она скиталась по городу, осматривая его, изучая маршруты улиц. И вскоре обзавелась подругами. Это были жёны лавочников, такие же прожигательницы жизни, как она. По целым дням они искали развлечений то в увеселительных заведениях, то в цирках шапито, то просто разъезжая в тарантасе по городу, то в гостях друг у друга, проводя время в пустословии и собирании сплетен.
Нередко Решма возвращалась домой поздним вечером и Патрику это очень не нравилось. Ему хотелось, чтобы, возвращаясь домой, он был встречен своей женой, чтобы она говорила с ним, ухаживала за ним, чтобы он мог рассказать ей о том, как провёл день, он жаждал внимания, заботы и ласки, но именно в этом он оказался обделён. Он злился на жену, что она слишком много времени проводит вне дома, что она не умеет заниматься рукоделием, что её не интересует обустройство дома. Он ворчал и выговаривал ей упрёки, Решма не молчала в ответ, огрызаясь и фыркая, как недовольная кошка и их перепалки нередко перерастали в настоящие скандалы с громкими криками. Но Решме даже нравились эти скандалы, с ними ей казалась жизнь не такой скучной, Патрика же они изнуряли, подавляли. Он не ожидал, его жена, о которой при первом знакомстве у него сложилось мнение, что она тихая и робкая, окажется на деле строптивой и неутомимой скандалисткой.
Однажды терпение Патрика кончилось и он затащил Решму в погреб и запер там на целый день. Решма поначалу долго кричала и колотила в дверь, требуя, чтобы он её выпустил, затем устала и принялась плакать. В погребе не было еды, кроме сырого картофеля и воды тоже, просидев весь день взаперти в темноте, она замёрзла, проголодалась и сильно перепугалась. Когда Патрик её выпустил, она присмирела на какое-то время, стараясь во всём угождать мужу.
Однако, вскоре Решма оказалась беременна и строптивость её вновь полезла наружу. Она была уверена, что теперь она неприкосновенна для Патрика до самых родов и оказалась права. Она вновь проводила целые дни с подругами, ругалась с мужем и делала всё по своей прихоти.
Где-то за пару недель до родов Решма попросила мужа найти кормилицу для её ребёнка, которая также могла ребёнку стать и няней. Патрик резко ответил:
- А ты чем будешь заниматься, если за тебя твоего ребёнка вырастит няня? Опять шляться по целым дням невесть где? Нет, ты будешь нянчить своего ребёнка сама! И грудью сама вскормишь. Моего брата и меня наша мать кормила своей грудью - и с моим ребёнком будет так же. И научись-ка лучше вязать и вышивать, готовь приданое для младенца своими руками! Так будет намного лучше.
Решма злилась и кричала, требуя, чтобы Патрик поступил так, как хочет она и нашёл кормилицу их будущему ребёнку, но Патрик был непреклонен.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 4
© 25.11.2019 Динна Астрани
Свидетельство о публикации: izba-2019-2679157

Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези














1