Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Тайна сердца (огненный опал) Часть 25.


***

О ужас, эти каменные сети
И Зевсу не распутать.
Изможденный, Бреду сквозь лабиринт.
Я осужденный


Хорхе Луис Борхес



Лабиринт выражает идею круговорота «жизнь-смерть-жизнь» и имеет отношение к символизму пещеры, путешествия в иной мир; к погребальным обрядам и обрядам инициации, которые часто проводились в пещерах.

***

Хотя Симочка наш прекрасный и потерял супруга далеко за 600 человеческих лет тому, факт сей прискорбный вовсе не означает, что мозги у него тут же расплавились либо обрели, не медля, консистенцию вязкого молочного киселя. Даже совсем наоборот, знаете ли! Именно в силу столь кардинального «поумнения», образ действий молодого Повелителя по отношению к собственной паре сеньора Арутюняна удивлял до состояния полного онемения хвоста. Тот, не пойми с какого бодуна, решился завоевать признание у любимого шамана путем покорения расы драконов. Серьезно?! Увольте… Любовь тут причем? Адвокат, гнусно хихикая под стопарик, представил себе, как Хкраш, имея бравый вид героя галактики — победителя миллиардов космических зомби (одним ударом — семерых, господа, уверяю вас), возлагает к ногам прекрасного Луи свежеотрубленную драконью башку и говорит: — А не желаете ли холодца, дорогой мой? Я тут добыл мяска маленько на охоте! Но дон Луис, не будь дурак, тут же все переиначивает — согласно своим докторским фантазиям о любовных предпочтениях змеев, и пафосно изрекает в ответ: — Голова, милый Хкраш! Оооо! Ваше сознание все еще целиком занято драконом — Александром Гарнаитом, признайте ЭТО, наконец. И сдайте мне кровь — на анализы! Дон Луис «упёрся рогом» и твердокаменно защищал изначальный тезис «Сашик — Хкраш», советы духов — водителей, относительно судьбы среди нагов, семейного счастья и горячего амура в объятиях страстного змея, злодейски пропускал мимо ушей. Драконы и все дела, «супруг» болен и не лечится. Но! Он, Луис де Аргинаро, выдающееся светило медицины и повелитель существ сверхъестественной природы (доктор себя любил немало, уважая профессиональные достижения, добытые в поте лица нелегким каждодневным трудом, и, как человек честный, желал отработать изначальный аванс, полученный от дяди за прием), обязательно змея вытащит — из тьмы депрессии и океана ужасающих заблуждений, всенепременно. К свету истины и обретению мистического «Я» изнутри. Прямо возьмет за хвост и потянет, вот так. Хкраш, будем откровенными до конца — все вокруг свои, совершенно никаких возражений на то не имел (я об интимных прикосновениях к хвосту, конечно, а не о любовных заблуждениях нага), но, как на грех, «лекарственные» действия дорогого Луи носили чисто умозрительный характер. Эх, где же ОН — вожделенный супружеский секс?! Никакой личной жизни — сплошная политика… Во всем гад телевизор виноват! Хотя с последним тезисом дон Симон, конечно, малость загнул. «Диверсия против Китая, надо же! — возмущался Симочка ввечеру и горящие торжеством очи вице короля вспоминал, почесывая хвост о стену. — Дождался таки своего часа, ЗМЕЙ!» Рикардо не числился среди живущих уже более ста лет. И вот пожалуйста вам — война, начатая во имя призрачной любви… «Да он никогда, никогда тебя не любил, Хсарумо! — хотел, не далее как сегодня, высказать Симон шефу прямо в глаза. Горькая правда, а куда от нее деваться? — Ты подвернулся под руку, был удобным партнером и в сексе ничего так, гораздо выше среднего. Только крыльями боги обошли, а душа Рикки от рождения жила в небесах.» Дона Хсарумо заклинило на этом человеке словно старую шестерню в механизме самосвала, увы. Ни взад, ни впЕред и все! УЖАСЫ. Приложившись в очередной раз к бутылке, адвокат серьезно задумался о радостях полета среди вольных ветров и ледяных небесных далей, живо представляя хвостатое тело парящим в высотах стратосферы. Неожиданно и спина дала о себе знать, зачем-то присоединившись к хвосту в желании получить немалую долю почесушек. Между лопаток словно каленыим железом прошлись (не иначе, как шкодливые духи Луиса де Аргинаро, быть ему неладным десять тысяч раз!) и вот ТУТ, на самом интересном месте, дон Симон Арутюнян, божество логики и владыка интеллекта, проглотил язык, клацнув от ужаса зубами. «Ох, блин, блядь, сука жизнь! — выпалил змей на выдохе, словно очередью из пулемета. — Спина! КРЫЛЬЯ! Жесть, великий Васудева!» Изображений этих, нага с крыльями, в Индии дохрена. Он и сам привозил «игрушки» — золотые и бронзовые фигурки, крылатые и хвостатые одновременно, в качестве прикольных сувениров. Только наги тихо смеялись в кулак, разглядывая «милых уродцев» на досуге. Ни один, даже самый старый в их племени змей (более ста тысяч лет дедушке, только он спит и спит, редко какое слово молвит), не видел крыльев на спине у честного ползучего существа. Никогда и нигде! Но… Дон Симон просто знал. Жили на Земле в древние времена крылатые наги, огненные змеи небесных высей, повелители звездных путей — порождения Бездны, равные богам Зераф. Они вымерли со временем или же улетели обратно в объятия звезд, кто может знать правду о существах, чье имя десятки тысяч лет сокрыто пеленою тайн и сказаний, и под строжайшим запретом ещё находится среди детей земли — повсеместно? Ему же рассказал Арам, за несколько дней перед смертью, совершенно непонятно — зачем. О таинствах Бездны в небесах, путях посвященных в мистерии Лабиринта. Путь Крыла и путь Хвоста, но в самом Центре оба сливаются в одно целое и адепт мистерий обретает реальную «неделимость сути» в себе самом. Его возлюбленный Арам был всего лишь учителем литературы. Но теперь Симон, вылив в стакан остатки коньяка, поскреб макушку пятерней и рассмотрел почившего супруга с «иной стороны вопроса». «Эээээ, Арамчик, прелесть моя, что же ты говорил о крыльях? — протянул дон Симон, разглядывая благородный напиток на свету. — И, самое главное, откуда знал?!» Супруг его, юриста с экономическим уклоном, «адепта математической статистики», Симона Гараи Арутюняна — подпольный маг?! Ну, был магом 500 лет тому назад?! Он, значит, все видит из этой своей Бездны, хоть и мертвый, а Симочка пьянствует чуть ли не каждый день на глазах у Арама? «Задери меня Менкар! — в ужасе шарахнулся дон Симон от коньяка. — Прости меня, Арамушка! Я не хотел!» Тупое, на первый взгляд, желание вице короля вернуть возлюбленного Рикки из тьмы зазеркалья, перестало вызывать в душе адвоката презрительное недоумение. Если Хсарумо сможет, тогда и он — тоже, так получается? Призовет Арама и здравствуй второй шанс на семейное благополучие! «Завоюю его снова, — тут же приободрился дон Симон, выливая коньяк в унитаз. — Год, десять лет, тысяча — все без разницы, лишь бы жил и дышал одним воздухом со мной!» Юрист он всегда юрист, при любых обстоятельствах. Логика, выдержка, законы — никакой отсебятины. Симон моментально сообразил, что без крылатого парня воды Смерти им не преодолеть. Два пути все же, оба равнозначны как вход и выход. Только одно, блин, никак не желало сходиться, бесконечно ставя Симочкиной логике подножку. Где взять крылатого нага им, скажите на милость, воплощённого Зераф?! Золотого, летающего в облаках змея? Вот, блин, задача! *** И дракон Оленька ставку именно на магию Лабиринта сделала, отправляясь в Бездну за Николя. Единство выхода и входа, крылья у нее уже были (Менкар, «спасибо ему» вовремя подогнал), чего тормозить? Но в этом деле наклюнулась иная проблемка, малюсенькая и зловредная, точно постельный кусучий клоп. Крылья в наличии, да, есть! Только у Николя никогда не было хвоста… Поэтому Иран, ни секунды не медля, сразу предложил свой! Вы же, дорогие друзья, не забыли, как именно Александр с супругом явились на очи восхищенной публике, ответив на голос звёзды Рока? Все правильно — дракон и крылатый змей! Наг с крыльями, вы не ошиблись ничуть. — Так, эта? Иран нагом заделался у вас, что ли? — наконец дошла идея к задним рядам мероприятия, своей вопиющей неожиданностью оторвав от пива и сигарет. Им и заделался, чего уж нам скрывать! Хсарумо, Симону и повелителю Хкрашу был необходим Зераф, правильно? А Хкраш ещё зуб имел на Сашеньку за попранную любовь и гнусный подхалимаж в сторону Китая. Вот и «привет» — страшная, страшная, совершенно ужасная змеиная месть во плоти, когда парой драконьего бога становится латентный наг! Плюс немалое рациональное зерно, естественно! Месть без цели — довольно нудное и пресное мероприятие. А вот ТАК — вкусное и диетическое в одном пакете, разве не прелесть?! *** — Никогда не слушает никого вообще! — возмутился Менкар поступком черного дракона. — Живу, мол, своим умом и вам того желаю! Антарес к словам предводителя драконов отнёсся крайне серьезно, поэтому промолчал, сравнивая собственные впечатления с тем уровнем претензий, которые высказал повелитель судеб в сторону наперсницы Ияриин. «Высказывание аутентично реальности на 62%, заметил бы Кастор, — подумалось Скорпиону. — Но погрешность в 38% — это уже слишком!» Кроме того, бог Смерти честно признался себе в том, как сильно Кастор влияет на образ мыслей членов Семьи, и тихо загрустил. Не успел вернуться «золотой мальчик» в мир живых, и нате! Снова в первых рядах и ни секунды от него покоя нет. «Без мыла лезет прямо в мозг! А я, дурак, терплю и терплю, даже словечек странных нахватался, можно подумать — у него математике обучаюсь.» — Ты, Менкар, искажаешь реальность! — мстительно ответил Антарес, поигрывая кнутом. — Оленька уважает Иннокентия Павловича и крайне к его позиции чувствительна. — Интересно, почему? — ехидно бросил дракон в ответ, распаляясь на пустом месте. — Кешеньку, а не тебя, к примеру? Антарес закрыл глаза, не желая смотреть на Менкара в упор. Понятное дело, нарывается на бой звезда Рока, может с Лючией поругался или же собственные генералы хвост погрызли прямо с утра? Вон, зубастые какие — один другого краше, гады летучие. А он, супруг Королевы, драконам не громоотвод. Сами пусть разбираются! Тем более, что ответ насчёт Оленьки и Кеши вполне очевиден и лежит, практически, на ладони. — Потому, что ОНА любит кошек! — суровым тоном припечатал Менкара Скорпион, не открывая глаз. — А сфинкс — практически тот же кот! Понятное дело — Сашенька «умер» сразу, заслышав скорпионов ответ. Почил, не сходятся с места, даже поржать ему не удалось. И единственным звуком, который смог пробиться наружу и покинуть божественный рот, было хриплое: — Вводды! Уважаемые кошки, надо же! Все знают, насколько сильно, глубоко и преданно любит Антареса королева Ияриин. Только логика жизни и логика смерти столь сильно разнятся, что и коллегам богам иногда приходит рядом со Скорпионом полный трындец! «А вот сошлись и живут себе! — удивился Александр Гарнаит, прихлебывая жидкость мелкими глотками. — Женщины — существа непостижимые!» Собственный супруг — однозначно мужеского полу, нравился Саше все больше и больше, обретая, с годами, неподдельную пикантную остроту в глазах божества драконов. Ну и не женщина, благодарение небесам!

***

Дикие странности у нас с этим Лабиринтом! Прямо «фу» какое-то, а не граница миров. Мы с Николя, в прошлый раз, как-то миновали вводную часть, прорвавшись сразу «к месту назначения» — Вратам бездны. А вот в единственном экземпляре я застряла в воде! И что теперь делать прикажите, на предмет дальнейших усилий? Полумрак… Река или мелкое море, озеро? Да кто знает, водоем, короче, раскинулся вокруг, утопая берегами во тьме. Я стою в этих самых «водах смерти» знаменитых, забравшись, практически, по пояс. Но холода и ощущения мокрой одежды нет. Тут и тела привычного нет, естественно, лишь оболочки ментала. У магов и существ мистических они крайне развиты — можно сказать, что отдельная личность, зачастую на самого живущего похожая весьма отдаленно! Это если характер брать во внимание. Про внешность я вообще молчу, ибо никакого сходства не замечаю и близко. — Так мы через Атлантиду идем, с черного входа? — раздалось за спиной и я нырнула с волосами, не удержавши концентрацию от ужаса. Реальные звуки в Лабиринте, словами, блииин! КТО ЭТО ТАКОЙ? — Ты чего? — продолжил неизвестный напарник, посмеиваясь над моей шаткой позицией. — Я так, за компанию решил, ну и посмотреть охота, что изменилось после вашего с Николя прорыва. Я медленно повернулась всем телом, точно волк, и… Это, господа, Иран случился! Причем один в один, как в Питере! Словно картинку срисовали и мне в руки засунули, идентичное реальному тело ментала. НЕ МОЖЕТ ТАКОГО БЫТЬ! И все. Он же откровенно развлекался, наслаждаясь моим недоумением. — Ты умер! — обвинительным тоном начала я, по привычке драконьей склонив голову в бок. — И не один раз, — согласился мужчина, одобрительно кивнув мне в ответ. Просто смерть — единственный вариант для идентичности тел, когда реал конструируют по кальке из ментала. Сашенька — бог, поэтому в его силах если не концовку переиграть, то создать заново, буде сохранилась основа. — Значит, тебя ТАМ нет, лишь вектор вероятности? Обучение у Кастора сделало меня крайне въедливым существом, признаю. Это желание кривое — докопаться до дна Бездны и вот сразу — сейчас, не минутой позже, откуда оно? От нашего любимого ученого — гениального математика всех народов и времён! Заразное, словно грипп! — Все мы — лишь вектор вероятности, — загадочно изрёк Зераф, — а точку осознания выбираем из прихоти, добровольно становясь тем или иным существом! «Этот, вообще! И Кастора за пояс заткнет, — решила я, уважительно отдав Зерафу поклон, — пожелай он учительствовать среди миров зазеркалья.» — Так мы идём искать Николя или все? Водички хлебнули, умылись — обратно смылись? Иран, на проверку, оказался ещё более ехидным, чем сам «звезда — катастрофа», ужасающий нас чувством юмора Менкар! — Я бы с удовольствием, только куда? Берег, темнота, вода. Нырять или не нырять, вот вопрос! — Бросай зов в Лабиринт, — подсказал мне Сашенькин супруг, — и жди. Оно само придет к тебе. Правда, что путь Крыла и путь Хвоста, вечно вдвоем, на одной волне! Александр Гарнаит, ни разу мною не уважаемый бог, поставил перед фактом — без слов, уступив, на время, собственную магическую пару. Единство — ключ, коему покорны двери миров! Врата жизни и врата смерти… Вот точно — откроешь в себе и будет не заперто, замкнешь и никто не пройдет этим путем вовеки! Совершенно неожиданно мир обрёл прозрачную целостность стекла, словно струя застывшего времени. Нервную систему резко холодом проняло и я, собравшись с духом, послала мысль, зов, утверждение прямо в стеклянную глубину… — Николя! Лабиринт обидно промолчал в ответ и я зашла на второй круг, схватив Ирана за руку — для гарантии, наверное. Или нервы уже начали сдавать? Магия эта, конфликт с Менкаром, чёртовы прыжки во времени. Ещё и полеты над Питером — вживую, словно бомбовоз при одном моторе, болтает туда-сюда, а позитива, сами видели, нуль! Пространство вздрогнуло, заслышав зов, сразу светлее стало вокруг и на берегу, откуда ни возьмись, возник словно бы коридор из уходящих в таинственную глубину зеркал. — Все просто, получается? — удивилась я, заметив среди отражений призрачную тень. — Лабиринт возьмет и отдаст нам Николя? — А я — знаю? — вопросом на вопрос отозвался Иран. — Хотя в простые решения больше не верю, опыт, знаешь ли. Тень, меж тем, приблизилась, обретая некую материальность и у меня тут же вырвался горестный вздох. Естественно, что простые решения и Лабиринт — вещи несовместимые, увы. Тот, кто оформился среди стен зеркального коридора прямо на наших с Ираном глазах, оказался женщиной… Белая, словно разлитое на темном асфальте молоко, в таких же, под цвет кожи и волос, одеждах, она молча застыла в пространстве зазеркалья, холодная и безучастная ко всему. Без слов, каким-то двадцатым чувством, я поняла, что могу, наконец, оставить воды времени и продвигаться дальше, с надеждой разыскать «мистический центр» королевства смерти среди тысяч забытых звездами отражений судеб. Ну и найти там друга, естественно, собирая разбитую жизнь по частям. — Идем? — подтолкнул меня в спину Зераф. — Проход открыт, значит боги твои желания уважают. Ага, мы пойдем с пустыми руками, а нам потом — отдавай кровь, кишки или половину головы! Дураков больше нет, милые мои, какова плата? — Чем платить будем, ты подумал? — нагло глядя в глаза Ирану, спросила я. Поход мой вообще, а решения он принимать должен, получается? Вот правда, что драконы без «тормазов» ребята, все им должны без исключения — за выдающуюся красоту и непосредственность ума. Неужели я так быстро изменяюсь, опробовав харизму летучего существа? Мужчина только зубом цыкнул в ответ. Ясное дело — супруг дракона! Все эти выверты и «фигуры высшего пилотажа» выучил наизусть, общаясь с нашим братом. — Это обмен, «корова», — обидно откликнулся он, — зазеркалью не нужно от нас ничего. Мистическое существо, называется! Ничего так, я заслужила, без обид. Вода, утратив вязкость, отпустила на берег нас обоих, препятствий не чиня. Фигура из зазеркалья тоже перешагнула границу миров, плавно двинувшись в сторону «реки», столь же молчаливая и отстраненная, как и в самом начале. Уже ступив в коридор, я не преминула оглянуться назад, не в силах справиться с неуемным любопытством. Она продолжала идти прямо в воде, погружаясь с каждым шагом все глубже, пока полностью не утонула с головой. Сам Лабиринт принес жертву времени, открывая пути Крыла и Хвоста для тех, кто решился бросить вызов судьбе. — Он станет Зерафом в итоге, как думаешь? — снова пристала к Ирану «вредная Я». — В ИТОГЕ, Оленька, — не замедлил с ответом крылатый змей, игриво погладив меня кончиком хвоста, — ОН станет самим собой! Вы все правильно поняли, друзья! Иран выполз из реки времени хвостатым нагом. Частенько проводя время у драконов, я никогда в жизни нага не видела раньше, каюсь. И, вместо того, чтобы смотреть по сторонам, все время пялилась на длинный блестящий хвост, покрытый мелкой золотистой чешуей. Словно конфетки леденцы, полупрозрачные и чистые до самой глубины чешуйки, даже бархатистые чуть-чуть. Змей же откровенно улыбался, наслаждаясь интересом, проснувшимся к нему у дракона. Можно подумать, что у тебя самой чешуи нет, да и хвост имеется немалый, в чем же дело тогда, спросите вы. Мой хвост, как бы это вежливо сказать, далеко не гладкая штука. Шипы, пардон, сплошные на нем. Так природой у женских особей драконьих предусмотрено, на случай войны или дурного насилия какого. Раз засадишь шипастым орудием в глаз или же по носу, кавалер и остынет маленько, на собственные проблемы переключившись. Да и жить дракону с одним выбитым глазом — позор! Ясное дело — «дама сердца» тебя отшила, неудачник и дебил, ежели зазря на любовь напрашивался! А у нага хвостик такой хорошенький, блин! Сплошное удовольствие! — Послушай, детка! — вырвал меня из мира фантазий голос Ирана. — Мы, вроде, за другом твоим пришли, так? Остальное — просто иллюзия, если уводит разум от цели. Очнись! Как хорошо, что мы с ним пошли вдвоем, боги! Ведь потеряться в этих отражениях судьбы — проще, чем раз плюнуть. Кто я и где — без наблюдателя никак не определить, да и чего хочу — не ясно вовсе! Раз отвлеклась от цели и полный каюк! Фантомный бред в Лабиринте! Вокруг же зеркала и тысячи зеркал, в которых не отражается ничего, кроме синих небес и бескрайних водных далей не пойми каких эпох и пространств. Только ни в одном из них я не увидела Николя! — Что это за мутное г… типа — гуано, случаем не в курсе? Зеркала со стороны Ирана отражали вовсе не беспечные пейзажи тропических морей. Ужасы мерзостные, мне противно на ЭТО смотреть! Водоросли какие-то, черно-зеленой гнилой консистенции, и дно, забитое крупными, даже на вид сопливыми, камнями. Мировое зло, понятное дело, в собственном репертуаре! Зачем, зачем они смотрят эти дурацкие фильмы о мирах, покрытых гноем, старыми костями и пометом отвратительных крыс? А потом воплощают бредовые фантазии человечества в интерьерах собственных миров и жилищ. Темные… Неужели так весело жить на помойке, люди добрые?! Хоть из Клипот вы, хоть из Беверли-Хиллз, разница в чем? Существа живые разумные, вроде, с глазами и волосами, при голове и руках! Или же это у вас стеб такой — насмешка над силами света и уютной чистоты? Отстой, мама дорогая, Николя, оказывается, застрял на Темной стороне! «Надлежит ему побороть тьму в себе, странствуя меж зеркал Лабиринта! — сказал бы некто, похожий на учителя Йоду. — Тогда луч истины станет путеводной звездою, коей суждено направлять сердце мага изнутри!» Ага, Анакину скажи это да и тем ученикам, кто костьми лег у твоих ног, не дождавшись сакрального «луча истины» в сердце. Лучше я сама поработаю и лучом, и звездою, а с остальным разберемся по мере поступления проблем. — Так мне ТУДА идти, что ли, как думаешь? Снова, безо всякого стыда, я решила перекинуть заботу о планах экспедиции на Ирана. Он только вздохнул глубоко и отвернулся, закрывая отвратный пейзаж спиной. — ЭТО лишь часть его судьбы, пойми! — после минутного размышления снизошёл Зераф до ответа. — А тебе надлежит разыскать их все и связать в одно целое, шаг за шагом продвигаясь к Центру. «Мистический центр в твоём сердце, — пришла подсказка и я тут же заподозрила королеву Ияриин, — роза в небесах и роза внутри! Лабиринт — всего лишь путь сердца, любовь моя, ты уже знаешь ответ.» Символ сердца — это роза, Пламень красно-золотой… Неожиданно вспомнилась строчка из стихов Кастора. Ну, да, естественно. Лабиринт это путь к звёздам, который пролегает через сердце, принося его в жертву ради обретения высшей, истиной сути. «Пламень красно-золотой»! Огонь, блин, божественной любви, которым владеют исключительно Зераф! Сгореть заживо в Лабиринте и возродиться вновь из цветка розы, из лотоса, из центра собственного существа… Как звезда. Феникс, рождённый из пламени сердца! Да пошел ты нахер, Александр Гарнаит, со своими тупыми загадками! — Значит так! Как же хорошо, что Кешины уроки даром для меня не прошли, слава великому Ра! Главное — взять себя в руки и не послать боженьку «любимого» далеко в далекие дали пешим ходом, присовокупив к делу некий предмет эротического назначения. Раз — вдох, два — вдох, три… — Находим ещё пять зеркал дурацких по пути к Центру, а Николя, соответственно, продвигается путем мертвых, путем Хвоста, отвечая зову судьбы — синхронно со мной. Правильно? Вежливой быть не получилось, но и сдержанность — не очень плохо, в итоге. Хотя рычание дракона выдавать за сдержанный тон… Что есть то и есть, нам ли выбирать? — Четыре. Иран тоже был краток до немоты, не соизволив отсутствие пятой части — пятого зеркала, пятого лепестка розы пояснить. Ну и черт с тобой — не гордая, спрошу! Только Зераф, будучи старше и много умнее, поймал мое намерение прямо на лету. — Пятое — это ты сама. И больше никаких пояснений я от него не дождалась. Однозначно — гад! Очень много разбитых зеркл мы с Ираном нашли. Уничтоженные судьбы — забытые пути, потухшие сердца людей, так и не перешагнувших грань между магией и повседневной утомительной рутиной. Змей хмурился, бормотал непонятные слова прямо себе под нос и нервно шевелил хвостом, пристально изучая очередную стеклянную россыпь. — Знаешь, Оленька, — раздались, наконец, осмысленные фразы из уст «божественного» супруга, — меня в этом деле удивляет только одно! И снова умолк, гадюка! — Что?! Не вынимай из меня душу, Иран, — обратилась я с мольбой к таинственному змею Зераф. — Удивляет ТО, что вы с Николя остались живы, в итоге. И вовсе не тогда, когда сунулись в Бездну. Он остановился и раскинул руки в стороны, явно пытаясь охватить, одним широким жестом, тысячи и тысячи мельчайших крупинок — размолотых в песок осколочков судеб. — Смотри — уничтожены ВСЕ люди, с которыми пути ваши пересекались когда-либо в вечности! Сколько граней ушло в небытие, пропало талантов… Рефлекторно, не думая, Иран обвил мои лодыжки хвостом, утверждая право защищать, и настороженно осмотрелся по сторонам. — Теперь я уверен — ты пришла по зову сердца! — змей сжал на секунду петли и сразу же отпустил, расслабившись. — Но я сильно обеспокоен тем, что опоздать мы с тобою можем, ведь за Николя идет охота — здесь, в Лабиринте. — Ты, ттыы, тты откуда взял? Пронзенная ужасом до самых пяток, я не смогла выдавить из себя ни слова более, чем эти невнятные заикания. Охота в Лабиринте?! Кто посмел своевольничать в угодьях смерти? Иран пожал плечами, отполз на пару моих шагов в сторону и вот тут… Я тихо ахнула и не смогла отвести взгляда от разбитого стекла. Второе зеркало судьбы Николя было уничтожено более чем наполовину, покрытое пятнами призрачной крови… Лабиринт оплакивал себя сам, не рассчитывая на сочувствие иных сил: звезд ли, мистических существ, повелителей Рока или же адептов тьмы. Даже боги не осмелятся… Боги, блиииин! Боги. Кто?! Может в небе реала я и тяну лишь на печальную корову-бомбовоз, но только не в мирах Бездны, господа. Ррраззоррввву, не подавлюсь ни разу, ежели попадётесь мне на зуб! «Дракон мелковатый, конечно, — подумал Иран, спешно убирая подальше от ужасающе когтистых лап чувствительный хвост, — зато злой какой, прелесть! Испугала меня ты, девочка, не на шутку.» За годы и годы, проведенные рядом с Александром Гарнаитом, могущественный Зераф научился разбираться в драконах и, даже, ценить их, словно драгоценные камни реала. Подумаешь, мелкий! Бриллипнт тоже не сравним с булыжником на пляже по размеру. Да только булыжник и рядом с чудом феерии света не лежал!


***

К теме о лабиринте. https://www.newacropol.ru/Alexandria/symbols/labi...

Единство двух миров, сердце Вселенной и сердце собора — два сплетенных треугольника, вершинами вверх и вниз.

https://www.newacropol.ru/Alexandria/symbols/labi... Шесть лепестков в центре лабиринта — роза Лабиринта.

https://encrypted-tbn0.gstatic.com/images?q=tbn:AN...

Символ состоит из двух треугольников, совмещенных друг с другом. Так вот, вероятнее всего, что один из них означает небо, второй — Землю, или Бога и человека, или мужчину и женщину, а еще, возможно, четыре стихии (огонь, вода, земля, воздух), — в разных культурах по-своему. Но смысл в любом случае — соединение начал, из которых состоит Вселенная. В Индии этот символ означает человеческую сущность, вечную борьбу духовного и плотского начал. Шестиконечная звезда и сегодня в йоге является янтрой — знаком чакры, отвечающей за сердечный центр.
https://avatars.mds.yandex.net/get-pdb/1337215/11c7395b-de49-4602-80ca-4dd3202d04bf/s1200

Драконы. В гостях у Менкара))

https://ru.wikipedia.org/wiki/Дракон

Дракон и змей.

https://infuture.ru/filemanager/Keller_NGC1365.jpg

Модель Лабиринта - два пути.

https://znaxar.com/articles/6615-7-tel-cheloveka.html

7 тел человека.

Мыслительное или МЕНТАЛЬНОЕ ТЕЛО дано нам для того, чтобы думать обо всем для проживания в вечности. Ментальное тело имеет более высокие вибрации, чем астральное, и когда оно включено полностью, астральное тело не участвует в совместной работе. Ментальное тело является выражением Личности, но Синтез воплощения сохраняется в высшей, бессмертной природе человека. Оно развивается путем очищения мыслей и расширения сознания. У высокоразвитого человека оно представляет собой прекрасное зрелище быстро пульсирующих нежных и ярких световых оттенков. Люди, занимающиеся умственной и мыслительной деятельностью, редко погружаются в ту атмосферу чувств и желаний, которые столь важны для человека, занятого физическим трудом. Бессмертная Триада души человека имеет названия Манас – Атма - Буддхи – (иначе деятельность – воля - мудрость).

http://www.symbolarium.ru/index.php/

Сердце

Символизм сердца.

https://cont.ws/uploads/pic/2018/3/laberinto-de-chartres-francia%20%281%29.jpg

Лабиринт - сердце собора, роза. Шартрский собор, Франция.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 25.11.2019 Ольга Михайленко
Свидетельство о публикации: izba-2019-2678996

Метки: Сказка, драконы, любовь, фантазия, фантастика, фэнтези,
Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези














1