Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

II. Кот мартовский


II. «КОТ МАРТОВСКИЙ»

Аэропорт Емельяново, г. Красноярск, 11-ое июня 1988г. 10:15 утра, полный штиль, видимость, как говорят пилоты, «миллион на миллион». Июньское солнце уже высоко взошло над горизонтом, нагревая бетонную взлетно-посадочную полосу. Имеющаяся после ночи на бетоне влага начала испаряться, образуя над полосой характерную для жаркого летнего утра дымку…
В эфире послышался голос диспетчера:
— «76554» занимайте «исполнительный», готовность к взлету доложите.
— «76554», готовность доложу, — последовал ответ.
Новенький лайнер-красавец ТУ-154М, из кабины которого прозвучал ответ диспетчеру, с работающими двигателями находился на «предварительном старте», занимая третью рулежку буквально в десяти метрах перед ВПП. Внутри экипажа этого лайнера бортинженер по внутренней связи читал предполетную карту:
— авиагоризонты
— проверены, согласованы
— закрылки
— 18º
— триммер
— взлетное положение
— люки форточки
— закрыты.
Командир, тем временем, чуть сдвинул рычаги с надписью «РУДы», двигатели заработали громче, судно начало движение и выкатилась на взлетную полосу, двигаясь дальше, чтобы занять «исполнительный»
Шевердуку трудно было сконцентрироваться на чем-то одном, конкретном. Он первый раз в своей жизни надел наушники и слушал радиообмен, да и в кабину самолета ТУ-154М попал впервые. Шеф никогда еще не видел столько различных тумблеров, приборов, табло и лампочек. Командир экипажа, он же отец Эдварда, Валерий Геннадьевич, по просьбе сына взял его с собой в полет до Куйбышева. Командир корабля в те годы имел право брать с собой в рейс двух человек на приставные кресла, обычно это были коллеги, летевшие в отпуска или курсанты летных училищ. А сегодня этим человеком стал Шевердук Олег, одноклассник сына. Более того, он разрешил ему сесть в кабину экипажа на место бортрадиста (сзади, слева), ему надели наушники, и Шеф был на седьмом небе от счастья. Так вот: переговоры в эфире доносились со всех сторон, с диспетчером разговаривали сразу несколько экипажей, плюс члены экипажа в кабине разговаривали между собой. Олегу показали кнопку с надписью «СПУ», на нее нужно было нажимать, если хочешь что-нибудь сказать внутри экипажа, на другую кнопку под названием «ВСУ» нажимать категорически запретили:
— Она для внешней связи, — объяснил Олегу бортинженер.
Самолет, тем временем, проехав 500 метров в конец ВПП, развернулся и занял «исполнительный». Предполетная карта была прочитана, и все на секунду как будто замерли... Тишину прервал голос командира:
— «76554» на «исполнительном», к взлету готов.
— «76554», ветер встречный 5 м/с, взлет разрешаю, занимайте 300 к первому, первый доложите, — ответил диспетчер.
— Разрешили, 300 доложу.
— Экипаж, взлетаем, «РУДы» держать!!! – скомандовал по «СПУ» командир и перевел «РУДы» в положение «взлет».
Двигатели взревели, переходя на взлетный режим, самолет весь затрясся, а пилоты продолжали держать его на тормозах. Правый летчик левой рукой уперся в «РУДы», во избежание их самопроизвольного отклонения. Через пару секунд, когда двигатели полностью загрузились, тахометры (приборы, измеряющие обороты двигателя) показали 100%, пилоты сбросили время и отпустили тормоза. Самолет, словно вырвавшийся на свободу зверь, рванул с места с таким ускорением, что Шефа буквально вдавило в спинку кресла. Он смотрел на пилотов, и от гордости за них по телу пробежали мурашки. Ни один мускул не дрогнул на их лицах, для них это было привычное, будничное дело.
« Буду летчиком!» — в эти минуты твердо решил Олег. А между тем все с бешеной скоростью понеслось вперед.
— Скорость растет, — послышался в наушниках голос штурмана.
— 160, 180, скорость принятия решения.
— Взлетаем, — подтвердил командир, стараясь педалями удержать самолет по центру полосы.
— 200, 210, отрыв, — продолжал штурман.
Летчики потянули штурвалы на себя, и самолет, сначала оторвав переднее шасси, через секунду полностью взмыл в воздух.
— Шасси убрать, — продолжил командир.
— Шасси убраны, красные горят, — ответил второй пилот, на приборной панели загорелись три красные лампочки, подтверждая его слова. Олег привстал и заглянул в окно, земля с головокружительной быстротой удалялась, от таких скоростей и ускорений захватывало дух!
А штурман монотонно продолжал:
— Высота 100, скорость 320, растет.
— Закрылки 0, — дал команду командир.
— Закрылки убраны, — доложил бортинженер.
Командир прибрал РУДы до 70%, и в кабине стало тихо и спокойно.
— «76554», 300 на первом, — продолжил диалог с диспетчером командир.
— «76554», занимайте 600 по второму, на частоте 102534, переходите на связь с «подходом».
— 600 ко второму с подходом 102534, Вам до свидания!
— Хорошего полета!
— «Красноярск - подход», «76554» утро доброе, занимаю ко второму 600.
— «76554», и вам доброе, продолжайте набор высоты, эшелон 10500, доложите, сохраняйте курс 336º.
— 10500 доложу, 336 сохраняю.
Уже по «СПУ» командир дал команду:
— Управление справа.
Второй пилот оживился и ответил:
— Управление принял.
А Валерий Геннадьевич, повернувшись к Шевердуку, подмигнул ему и сказал:
— Ну что, Олег, будете с Эдгардом поступать в летное?
Шеф еще не понял, что обращаются к нему, а командир продолжал:
— Через 3 часа будем в Куйбышеве, а дальше куда?
Олег, наконец, сообразил, что спрашивают его, он посмотрел на бортинженера, тот показывал на кнопку «СПУ» и улыбался, Шевердук нажал на нее.
— В Балашов, к бабушке, — услышал Шеф в эфире свой голос.
— Понятно, бывал я в Балашове, — ответил командир.
— Привет Хопру (река в Балашове), там летное училище, кстати, есть, правда военное.
— Люба, а можно нам кофейку, — попросил он стюардессу.
— Да, да, конечно, Валерий Геннадьевич, — как будто ждала эту просьбу, мгновенно ответила Люба.
Через 3 часа 10 минут ТУ-154М с бортовым номером 0854 приземлился в Куйбышеве.
***
— Ну, Олег, будем прощаться, — отец Эдгарда протянул парню свою руку. — Вон там остановка автобуса до ж/д вокзала. А нам пора в профилакторий, отдохнем и завтра домой. Хорошо тебе провести лето. Ну, и привет бабушке.
Олег пожал руку Валерию Геннадьевичу, затем штурману, «второму» пилоту и бортинженеру.
— Спасибо вам, — поблагодарил экипаж Шевердук и направился к остановке. «Какие же они счастливые люди, — думал Олег. — Занимаются интересным, любимым делом».
Автобус подъехал через 15 минут. Шевердук впервые был в Куйбышеве. Как описать город, увидев его лишь раз, да и то из окна автобуса? Нужно сравнить его с местом, которое всегда в твоей памяти, местом где ты живешь.
«Зеленее», — подумал Олег. На первый взгляд Куйбышев был намного зеленее Красноярска. Устав от полученных эмоций и впечатлений, Шеф вскоре задремал. Прибыв на ж/д вокзал, Олег купил билеты до Балашова на 19:50 этого же дня. В принципе билеты взял удачно, нужно было еще лишь четыре часа подождать на вокзале.
Время пролетело быстро, и к 19:30 состав подали на первый перрон второго пути. Вместе с Олегом в купе ехали еще две девушки. Одна, звали ее Катя, оказалась его ровесницей, вторая была на пару лет его постарше, ее звали Ольга. «Веселая, наверное, будет поездка, – подумал Олег, глядя на девушек. — Надо же, как повезло».
А вот как в их компании оказался хохол, Шевердук не запомнил. Звали его Степан, и у его был характерный украинский говор, именно поэтому Шеф и прозвал его «хохлом». Парнем он оказался добрым и общительным, и, как показалось Олегу, даже немного наивным. Ольга сразу понравилась Олегу, высокая такая девушка с каштановыми волосами, милой улыбкой и синими глазами. Она оказалась не только привлекательной, но и умной особой, достаточно общительной. Рассказала Шевердуку, что живет и учится в Куйбышеве, закончила первый курс политехнического института и тоже едет в Балашов. Катя же, невысокая, светловолосая девушка с серыми глазами, почти все время молчала. Ехала она до Ртищева (станция за 2.5 часа до Балашова). Олегу она поначалу совсем не понравилась. ««Серая мышка» какая-то», - подумал тот. Правда, спустя некоторое время он изменил свое мнение. Говорила Катя мало, зато всегда улыбалась, компанию не портила. А вот Ольга, — да! Ольга — это совсем другое дело! Эта девушка сразу зацепила нашего героя. И перед ней Олег постарался раскрыть все свое красноречие и обаяние.
Как уже говорилось, Шеф не мог вспомнить, как в их компании появился Степан — то ли заглянул к ним в купе (дверь первое время была открыта), то ли они разговорились с друг с другом в тамбуре, когда выходили курить. Но после часа пути Степан сидел и беседовал с ними в купе как старый знакомый. Хохол оказался старше всех, ему было 19, он работал в Куйбышеве на заводе «Автоваз» и ехал в отпуск к родителям на Украину. С собой имел горилку и сало — все, как подобает настоящему хохлу. Девушки тоже достали свои запасы еды. Ох, уж эта еда в поезде! При виде ее у Шевердука всегда разыгрывался звериной аппетит. Выпить девушки поначалу отказались. но потом все же согласились по «чуть-чуть». Первую рюмку выпили за знакомство, вторую — за прекрасных попутчиц и милых дам!
— Предлагаю перекурить, — Степан достал из кармана сигареты, девчонки оказались некурящими, и Олег с хохлом вышли в тамбур одни. – Я в пустом купе еду, представляешь? – затягиваясь сообщил Степан. — Кстати, как тебе горилка? Не сильно крепкая?
— Горилка классная, вставляет как надо! — похвалил напиток Шеф.
— Тесть мой гонит, он хоть и живет в Куйбышеве, сам родом с Украины, все рецепты и народные секреты знает. Я только ее и пью, выручает в наше нелегкое время, когда кругом такие проблемы с алкоголем.
Соглашаясь, Олег закивал головой, чувствуя как после двух рюмок, тепло растекается по телу.
— Девчонки вроде ничего. А как ты думаешь, получится у нас с ними что-нибудь замутить?
— Поживем, Степан, увидим, главное не торопить события, — уклонился от ответа Шеф.
Парни вернулись в купе…
— Так, ну и на чем мы остановились? — возобновил разговор хохол.
Олег сидел на одной стороне с Катей, Степан с Ольгой — на противоположной. Стали по очереди рассказывать, кто откуда, куда и зачем едет, кто где учится или работает. Катя, тем временем, всем на удивление, положила свою голову Олегу на плечо.
— А вы что, до этого были знакомы? — не поняла Ольга.
Шеф покачал головой, он сам, честно говоря, был удивлен не меньше и не знал как себя вести.
— Пойдем снова покурим, — разрядил обстановку Степан, и он буквально вытащил Шевердука в тамбур. Оказавшись там, хохол сразу перешел к делу:
— Послушай меня, купе №3 — это мое купе, оно совершенно свободно, веди ее туда, делайте там «шуры-муры», а я с Ольгой попробую замутить.
— Хорошо, хорошо, — согласился Олег, — только немного еще посидим, ты не торопи так события, спокойнее, времени еще куча, вся ночь впереди.
Разлили по третьей.
— За любовь! — поднял рюмку Степан.
— Я все, последнюю, — предупредила Ольга.
Катя снова прижалась к Шевердуку и молчала. Выпили…
Степан начал рассказывать анекдоты. Сидели в принципе неплохо, наконец, хохол позвал Ольгу поговорить в тамбур. Когда они вышли, Катя полезла к Олегу целоваться. Ребята вскоре вернулись. Глядя, как Катя отстранилась от Олега после поцелуя, Ольга покачала головой. Степан снова налил, на этот раз только Шефу и себе. Выпили…
— Пойдем еще покурим, — снова увлек в тамбур Шевердука хохол. Курить на этот раз не стали.
— Так, все отменяется! С Ольгой ничего не получится, она к парню едет, он ее в Балашове встречает. Давай, короче, иди с Катей, и когда у вас все получится, ты выйди как будто в туалет, ну а я зайду следом, — на ходу разработал новый план Степан.
Олег почувствовал, что хмелеет:
— Ладно, хорошо, как скажешь.
Что ему хотелось на самом деле, так это посидеть, поговорить с Ольгой. Поезд в это время стоял на какой-то станции, и в вагон стали заходить новое пассажиры.
— Елки-палки, в мое купе! — возмутился хохол и побежал в начало вагона разбираться с людьми, зашедшими в третье купе. Олег посмотрел ему вслед и покачал головой: «Кипишь ходячий». Он вернулся в свое купе к девчонкам. Как только он зашел и сел, Катя тут же к нему прижалась.
— Да, дела! — удивлялась Ольга, — как меняются нравы в современном мире! Не про такую любовь нам на литературе рассказывали.
— Ну почему же? — решил поумничать Шеф. — Взять, например, Наташу Ростову, — тоже не ангел была.
—Я тебя умоляю, нашел с кем сравнивать.
—Не знаю, но мне кажется, в наше время девушки должны быть активнее, что ли, иначе можно упустить свой шанс, — рассуждал Олег.
— Но не на каждого же виснуть, кто приглянулся, — возражала Ольга. Катя, тем временем, уже спала, положив голову Шевердуку на колени.
— Давай еще по одной, поддержи меня, пожалуйста, не одному же мне пить. — Олег налил себе и Ольге.
Вернулся запыхавшийся Степан:
— И мне налейте.
Выпили.
— Заняли купе три мужика, блин, чуть не подрался с ними, тычут мне в лицо свои билеты, такой облом…
Олегу стало совсем хорошо, он смотрел, как суетится хохол и улыбался:
— А зачем тебе одному целое купе? — не поняла сначала Ольга. — А, понятно, — догадалась девушка, глядя на Катю. — Ну, может быть, это и к лучшему, что везде все занято, нет худа без добра. Расскажи лучше что-нибудь про Сибирь, — обратилась она к Олегу, — у моего друга двоюродный брат тоже из Сибири. Холодно, наверное, у Вас там зимой? Медведи, говорят, по улицам ходят?
— Наливай, — просил Шеф Степана. — Медведей никогда не встречал, зимой, может, и холодно, да мы тепло одеваемся. Человек ко всему привыкает.
Снова выпили…
Закурив в тамбуре, Шевердук понял, что запьянел. Все пространство вкруг начинало «плыть», если не закрыть один глаз.
Вернувшись в купе, Олег разбудил Катю, ребята снова разлили.
— Я пас, — отказалась Ольга.
Выпили…
Олег вывел Катю в коридор.
— Иди в третье купе, там нижнее правое место свободно, занимай его, постели там белье, я минут через 10 приду.
— Хорошо, только не долго, — ответила Катя и полезла целоваться.
Шеф еще раз выпил с хохлом для храбрости, посмотрел на Ольгу, вздохнул и пошел в купе номер 3. Зайдя туда, он ни на кого не глядя, юркнул к Кате в постель. Мужики, как по команде, прекратили читать, выключили свет, отвернулись к стенке.
— Пойду, перекурю, — прошептал Кате на ухо Олег, когда все закончилось. Хмель немного отпустил, можно было даже уже не закрывать один глаз. Шеф заглянул в свое купе. Степан и Ольга играли в карты.
— Пойдем покурим, — позвал он хохла. Закурили… Степан заметно нервничал.
— Самогон еще остался? — поинтересовался у него Олег.
— Да есть еще, спроси у Ольги. Ну ладно, я пошел, — хохол затушил почти целую сигарету и чуть ли не бегом поспешил в начало вагона.
Олег остался в тамбуре один. Он не спеша докурил и пошел в купе к Ольге.
— А где Степан? — спросила та.
— К себе побежал, забыл что-то, кто в карты выиграл?
— Ничья, 2: 2.
Пауза…
— Тебе она нравится?
— Кто?
— Ну, кто-кто, — Катя.
— Я не знаю.
— Извини, но тогда я тебя не понимаю.
— Да я сам себя иногда не понимаю.
Минут через пять вернулся хохол:
— Иди, тебя зовут, — махнул рукой Степан. — Дохлый номер, ждет тебя, кричит: «Сейчас Олег придет».
— Ну, раз так, тогда давай еще по одной, — обрадовался компаньону Шеф. Выпили…
Втроем сыграли в карты, в дураках остался Степан. Олег заглянул в купе номер 3, мужики уже спали, храп доносился с верхних полок. Шеф аккуратно, чтобы не шуметь, прикрыл за собой деверь и быстро юркнул к Кате в постель.
— А ты где так долго был? — прижимаясь к нему, спросила девушка.
— Да с Ольгой заговорились.
— Нравится она тебе?
— С чего ты взяла? — удивился Олег одному и тому же вопросу за вечер.
— Ну, потому что я вижу, как ты на нее смотришь.
— И как?
— Как щенок, просящий молоко.
«А ты далеко не глупая», — подумал Шеф, а вслух сказал:
— Ты мне нравишься.
Вскоре он уже спал, пьяным, безмятежным сном. Проснулся он с запиской на груди. Кати рядом не было, немного болела голова и пересохло во рту. Олег прочитал записку: г. Ртищев, ул. Мира, д.10, тел. 224-25-59 Зарвовская Катя». Мужики уже бодрствовали, застилая постели и заваривая чай в стеклянных стаканах с металлическими подстаканниками. Он дымился, распуская аромат в окружающее пространство. Стараясь ни на кого не смотреть, Шеф быстро покинул легендарное купе номер 3. Зайдя же к себе, Олег наблюдал следующую картину: Степан и Ольга мирно пили чай. На столике помимо чая также находились нарезанное сало, черный хлеб, конфеты и печенье. Шевердуку стало так уютно в их компании, что он не сдержался и заулыбался.
— Заходи, чего встал? Ну как, голова не болит? — поинтересовался у Олега хохол.
— Да вроде нет, все хорошо, — немного слукавил тот.
— Это потому, что самогон хороший. Сало будешь?
— Сало буду, конечно, пойду, схожу за чаем. А Катю видели?
— Твоя Катя нас и разбудила, пришла ни свет ни заря за своими вещами.
— Хочешь чая, поторопись, через 40 минут прибываем в Балашов. — предупредила Ольга.
Костю Олег узнал сразу, несмотря на то, что он уже как три года не видел брата, с тех самых пор, как тот с отцом приезжал в Красноярск. Они тогда прожили у Шевердуков в квартире две недели. И хотя Костя был на два года старше Олега, братья всегда находили между собой общий язык. «Интересно, а что он делает на перроне? — удивился Шеф, — я не говорил ему, когда приеду».
Каково же было его удивление, когда Костя стал обниматься и целоваться с Ольгой.
«Вот так совпадение! — Олег даже присвистнул от неожиданности. – Понятно теперь, кто был двоюродным братом из Сибири». Олег рассмеялся:
— Надо же, бывает же такое!
В это время из вагона на перрон спустился попрощаться хохол.
— Ну, бывай, Олег, не поминай лихом! — Степан протянул свою руку. Олег пожал ее.
— Бывай, спасибо, братан за копанию, за самогон, за сало, извини, если что было не так, — и парни обнялись. После этого ребята обменялись адресами, и Степан поднялся обратно в поезд.
— Будешь в Куйбышеве, обязательно заглядывай, — крикнул напоследок хохол.
— Ты тоже, если когда-нибудь будешь в Сибири.
— Боже упаси, нет уж, лучше вы к нам, — не дослушав, перебил хохол. Поезд тронулся, увозя Степана дальше на юго- запад.
Костя был не один, компанию ему составляли два парня и девушка.
— Знакомься, Оля, это Полина, моя соседка и просто хорошая знакомая, я тебе про нее рассказывал. Полина, а это Оля — моя девушка, — представил их друг другу Константин.
— Очень приятно, — ответила Полина.
— И мне.
«А она красивая», — при этом подумала Оля, она не очень любила красивых девчонок, в их обществе Котова (Олина фамилия) как-то внутренне закрепощалась и чувствовала себя неловко и скованно.
— А это Артем и Сергей — мои друзья с детства, и про них я тоже тебе рассказывал, — продолжал Костя.
— Наслышана, наслышана, — заулыбалась Ольга, — очень рада нашему знакомству, а то все понаслышке да понаслышке.
— Привет, братан! — послышался знакомый голос. Ольга от неожиданности вздрогнула. Это был Олег, а обращался он к Константину.
— О, братан, а ты здесь какими судьбами? — удивился тот. — Я тебя немного позже ждал.
— Да подбросили на самолете до Куйбышева, — объяснил Шеф, и братья обнялись.
— Оля, это брат мой из Сибири, и про него я тебе рассказывал! — Костя весь светился от счастья.
— Да уж, не было печали, купила баба порося, — в сердцах произнесла Котова.
— Тоже очень рад нашей встрече, — ответил Шеф.
По дороге с вокзала Костя с Олей немного отстали от остальных ребят.
— Нужно Олега с Полиной поближе познакомить, а то он у меня такой скромный.
— Кто, он скромный? — не поняла Котова.
— Ну да.
— Он у тебя «кот мартовский», расскажу потом, что в поезде вытворял.
— Да ну, не верю, — засмеялся Константин, — к тебе-то хоть не приставал?
— Да не он, к нему приставали. Он лишь мурлыкал в ответ, — пояснила Оля.
— Как это? — не понял парень.
— Да потом расскажу как-нибудь тебе подробнее, — Котова прижалась к другу. — Ты не забыл про мою просьбу съездить завтра к моей бабушке в Поворино, я ей обещала.
— Но брат же приехал.
— Никуда твой брат не денется, со своими бабушкой и дедушкой пока пообщается, мы всего на неделю. Я проведу с тобой здесь целое лето, а ты со мной на неделю съездить не можешь!
— Ладно, ладно, — сдался Костя.
— А чем мы займемся сегодня вечером? — спросила Оля.
— Не волнуйся, скучно не будет. Давай ребят догоним, — Костя ускорил шаг, увлекая Котову за собой...
***
С Поворино Костя с Ольгой вернулись 20 июля, через 8 дней после их отъезда туда. Стоял жаркий, солнечный день. Часы показывали 14:47.
— Ба, а где Олег? – спросил Константин, зайдя в дом.
— О, внучок! Вернулись, а мы вас сегодня уже и не ждали. Дед, глянь, Костя с Олей вернулись. Ну, вот и ладно, вот и хорошо, кушать садитесь. Все еще теплое. Мы с дедом недавно только отобедали.
— А где Олег? – повторил свой вопрос внук.
— Олег, Олег, шут его знает. С утра они на речку ушли с соседкой Полей, ребята с ними, – рассказывала бабушка накрывая на стол. — Мойте руки, да садитесь, пока хлеб еще теплый, сама утром сегодня пекла и окрошку сейчас вам налью, все свое, вчера еще на грядках росло.
Окрошка была очень вкусная. Костя обожал бабушкин квас, а она была приготовлена именно на нем, а хлеб, и правда, был еще теплый и таял во рту.
— Чем он тут без нас занимался?
— Олег-то? – переспросила бабуля.
— Угу, — пробурчал внук, хлебая окрошку.
— Да мы его и не видим совсем, целыми днями пропадает с соседкой нашей, да ребятами. Утром поест и бежит, вечером приходит поздно. Один день сарай с делом чинили, целый день, так тогда дождь был. Дело молодое, мы понимаем. Ну, теперь ты приехал, присмотришь за ним, на правах старшего брата.
— А откуда, ба, ты знаешь, что он с соседкой гуляет? Она утром, что ли, за ним заходит?
— Она и ночью, по-моему, отсюда не уходит, — с деловым видом произнесла баба Вера.
— Кхы…кхы, — поперхнулась Ольга.
Костя похлопал ее по спине.
— Ты, голубушка, не торопись так, куда вы, молодые, все так спешите? А ты, Константин, поговори с ним, как старший брат, чтоб все чин чинарем было, чтоб предохранялись, а то обрюхатит девку, ей же ехать поступать скоро!
Костя и Оля перестали жевать и внимательно слушали бабу Веру.
— Пойдет провожать ее вечером, она с ним попрощается, они дом обойдут, он ее в окно подсадит, а сам один через входную дверь возвращается, мимо нас, как будто я дура совсем. Потом всю ночь у себя в комнате охают да ахают, я хоть и старая, да слух еще, как дед наш, не потеряла.
— Поговорю, баб, поговорю, - поспешил сменить тему разговора Костя. Он посмотрел на Ольгу и покачал головой.
— А брат-то вырос!
— А я тебе говорила, только ты меня не слушаешь, как обычно.
— Ну, что на речку! – предложил парень, разделавшись с порцией окрошки, а после и с добавкой.
— Я только переоденусь и приму душ.
— Хорошо, я подожду тебя у себя в комнате…
Стрелки на часах показывали 16:20, жара не спадала. Только что искупавшись, ребята вышли из речки.
— Бр… выходить и заходить прохладно, — поежилась Ольга. — А так вода теплая!
«Парное молоко», — не мог нарадоваться Костя.
— А что, в Поворино нет водоема? – спросил Шеф.
— Откуда? Глухомань, три дома, две калеки. Да, кстати, бабуля наша вас спалила, рассказала нам, чем вы по ночам без нас занимались.
— Как? – удивилась Полина.
— Охать и ахать меньше надо, — засмеялась Ольга.
— Блин, неудобно так, — расстроилась Поля.
— Да не парьтесь вы так, бабушка у нас мировая, да, Олег?
— Да, Костя, мировая, — согласился Шеф.
— Но все равно, не очень приятно.
— Просила меня, на правах старшего брата, напомнить вам о предохранении, — продолжал Костя.
— Ну, напоминай.
— Напоминаю.
— Слышала, что ты уезжаешь поступать? – спросила у Полины Ольга.
— Да, 30-го июня еду в Саратов, хочу попробовать поступить на юридический, а если не получится, вернусь в Балашов. Поступлю в наш пед, здесь 100% получится.
— Ясно. А почему в юридический?
— У меня отец – адвокат.
— Семейная династия, значит, понятно.
— А тебе нравится в политехе?
— Мне да. Я с детства хотела стать геологом — экспедиции, открытия новые земли. Я много читаю про это, хотя, наверное, время романтиков уже прошло.
— «Дети капитана Гранта», «Земля Санникова», «Два капитана» — на этих книгах все выросли, — включился Олег. – Но, я думаю, ты права, наступает время холодных и расчетливых прагматиков.
— Не знаю, не знаю, но по-моему без романтики скучно жить, голова, конечно, хорошо, но сердце тоже иногда подключать нужно. – продолжила Ольга.
— Да, пойми же, люди становятся черствыми да расчетливыми не от того, что они плохие и бесчувственные, просто вот уже 70 лет мы все строим светлое будущее, каждые 5-10 лет преодолеваем серьезные этапы: то революция, то индустриализация с коллективизацией, то война, то целина, то БАМ и так далее… Только при этом мы все больше и больше отстаем от Запада.
— Эко куда тебя занесло, — удивился Константин. — Я только одного не пойму, почему ты считаешь людей, которые выиграли войну или построили БАМ – несчастными? – Ты видел документальные картины, как горят в них их глаза, как искренне они радуются, мне кажется, это и есть счастье.
— Айда, купаться! – позвал всех Сергей.
— Пошли, пошли, — подхватил Костя и потянул за собой Ольгу, та отмахнулась и продолжила:
— А в чем мы, собственно, отстали? В количестве джинс и колбасы на душу населения?
— Поль, ты-то идешь? Пошли. Пускай спорят, это надолго, – позвал девушку Костя.
— И все-таки я считаю, что так тоже неправильно, когда во главе стоит идея, а не человек.
— Ну да, ну да… Человек – это важно, ты по-моему вообще никому никогда ни в чем не отказываешь.
— А это-то здесь причем? – не понял Шеф.
Споря, Ольга и Олег остались одни, все давно уже купались в речке. Котова продолжала что-то доказывать, оживленно жестикулируя руками. Только Шевердук ее уже не слушал. «Как же мне хочется тебя поцеловать», – думал парень, глядя на девушку, и улыбался.
— Ты издеваешься надо мной? Почему ты улыбаешься? Что такого смешного я сказала? — не понимала Ольга и от этого злилась еще сильнее.
Шеф вдруг прижал ее к себе и поцеловал.
Ольга вырвалась и ударила его по щеке.
— Больше так никогда не делай ты слышишь? Никогда!
— Это почему?
— Потому, что я – подруга твоего брата, потому, что я старше тебя и вообще, вон твоя девушка купается, если что.
— Все это конечно важно, Котова Ольга, но ты нравишься мне, нравишься с нашей первой встречи, я запал на тебя еще тогда, в поезде и с этим нужно что-то делать.
— Однако это не помешало тебе отвечать взаимностью всем девушкам, которые клюют на тебя.
— Мне нужна только ты.
— Так все, мало ли кто кому нужен или кто кому нравится, это просто невозможно и точка! А то так мы далеко зайдем.
— Но а как же твои слова о подключении сердца, я вот, например, сейчас только его и слушаю.
Ольга вся раскраснелась, то и дело, поглядывая в сторону реки, боясь, что кто-нибудь увидел их поцелуй.
— Олег, ну хватит уже, наш разговор окончен, больше к этому мы не возвращаемся никогда, слышишь меня?
— Ладно, извини, если я тебя обидел, но я рад, что оказал тебе это и запомни еще одно «Если два сердца любят, люди уже не в силах ничего изменить»…
Диалог прервал Константин, он в ладонях принес из реки воду и облил ею подругу.
— Ай, Костя! Ну, зачем?
— Пошли купаться, хватит уже валяться, – потянул он ее за собой в речку.
На этот раз девушка не стала сопротивляться. А Олег перевернулся на спину и жмурясь от солнца, закурил…

***
4 июля Ольге исполнялось 19 лет, к ней на день рождения из Куйбышева обещали приехать две подруги: Надежда и Марина. Полина уехала поступать в Саратов.
Накануне дня рождения шел дождь, и ребята сидели на веранде, размышляя, как лучше отпраздновать Олино девятнадцатилетние. Олег щелкал семечки, он три дня назад как бросил курить, поэтому постоянно старался чем-нибудь заполнить свой рот. Ольга держала в руках книгу «Мастер и Маргарита».
— Да не переживай ты так, скучно им здесь не будет, познакомим вон их с парнями, да, Артем? – обратился к другу Костя.
— А что, мы не против, пообщаться поближе.
— Может здесь и накроем стол, в беседке, зачем куда-то ходить? — размышлял Олег.
— В принципе идея неплохая! А что будем решать с алкоголем?
— Я немного самогона слил у деда.
— У меня тоже есть самогон, — подключился к разговору Сергей.
— Батя недавно гнал, ну и я стырил малость.
— Молодец! А пиво завтра утром купим, нужно только поаккуратней, чтобы бабуля не спалила, она у нас партизанка старая. Пойду, посмотрю 3-х литровые банки, — сказал Костя и пошел в дом.
— Как книжка, интересная? — поинтересовался у Ольги Сергей.
— Да, очень. Мне вообще Булгаков нравится, не читал «Собачье сердце»?
Ответа она не дождалась, потому что в разговор включился Олег:
— «Любовь выскочила перед нами, как из-под земли выскакивает убийца в переулке и поразила нас обоих! Так поражает молния, так поражает финский нож», — процитировал он. Ольга внимательно посмотрела на него.
— А ты читал «Мастер и Маргарита»?
— Два раза, недавно перечитывал, «Что-то недоброе таится в мужчинах, избегающих вина, игр, общества прелестных женщин, застольной беседы. Такие люди или тяжко больны или ненавидят окружающих». Это же классика, этими фразами можно руководствоваться по жизни. Говорят, Булгаков писал этот роман, будучи тяжело больным, принимая морфий.
— Дашь потом почитать? – попросил у девушки Артем.
— Конечно, конечно, — поспешила ответить Ольга, а сама продолжала своими синими глазами смотреть на Олега.
— А ты любишь читать?
— Да, я много читаю, особенно зимой.
— А что тебе нравится, кто из писателей?
— Да много кто. Ремарк вот запомнился своими «Тремя товарищами» или вот «На западном фронте без перемен», просто шедевр так описать быт солдат мог только фронтовик, человек знавший эту жизнь изнутри, а Хемингуэй, «Прощай оружие»... я не знаю, что мне нравится больше, или кто.
— Ремарк – это здорово! – согласилась девушка – Я плакала, читая «Три товарища» мне еще «Триумфальная арка» очень понравилась.
— Да у него все книги интересные, Пикуль нравится, Бунин. Я после «Барбаросса» биографиями Паулюса и Роммеля заинтересовался.
— О, Пикуль – это тоже круто! Я «Порт Артур» два раза перечитывала. А Достоевского читал?
— Ну, Достоевского, наверное, все читали, как кто-то сказал, не помню кто: «Я еще не встречал таких писателей, которые бы так плохо писали, но так сильно оказывали влияние своим письмом на людей».
— Я не читал, — прервал диалог вернувшийся из дома Костя. — Ладно, хватит, писатели-читатели, давайте лучше подумаем, что мы еще забыли.
Но Ольга уже не слушала.
— А фантастика тебе нравится?
— «Голова профессора Доуэля», «Гиперболоид инженера Гарина».
— Да, да, я Беляева всего перечитала.
— Ну, нашли общую тему, книголюбы, когда они приезжают-то?
— Кто? А, завтра приезжают, утром, они звонили, что сегодня вечером выезжают, поезд 54, прибывает в 9 утра. Послушай, Олег, а Астафьев же из Красноярска родом, ты читал его «Последний поклон» и «Царь-рыбу»?
— Он из Овсянки, деревни в 15 км от города, я читал: «Если в огороде остались одни вилки капусты, значит, скоро будет снег». Но меня, честно говоря, не зацепило. Хотя места родные описывает, прикольно, особенно рыбалку на Енисее.
Ольга еще долго никого не замечала, разговаривая с Олегом о книгах.
«Так вот твое слабое место, — думал Шеф. — Жаль в поезде его не нащупал, но лучше поздно, чем никогда…»
— «А знаешь ли ты, родная, как тоскуют руки по штурвалу», — дружно пели Олег и Олины подруги: Марина и Надя. День рождения пошел не по ее сценарию. Костя зачем-то напился. Она с ребятами оттащила его на летнюю кухню, благо бабушка вроде не спалила. Надежда с Мариной так с Сергеем и Артемом и не сблизились, зато брательник этот, будь он не ладен – звезда вечера. Подругам как будто головы посносило, не отходят от него ни на шаг, хотя Оля предупреждала их, что бабник он страшный. Все это злило Котову и выводило из себя.
— Что, прям в кабине экипажа летел?
— Прямо в кабине!
— Здорово! – удивлялась Марина.
Ольга заметила странный блеск в ее глазах.
— А трудно на летчика учиться?
— Я думаю, не столько трудно, как здоровье важно.
— Ты так говоришь, как будто уже учишься в летном училище, — заметил Артем.
— Но он же стремится, курить вот бросил, — вступилась за Олега Надежда. Ольга не верила своим глазам и ушам. «Привораживает он их всех, что ли», — думала девушка.
— А покажи еще раз как взлетают.
Шевердук улыбнулся:
— Ну, ставьте табуретки, садитесь, попробуем еще.
— Чур, я теперь командир! — подняла руку Марина.
— Серый, ты наливай пока, — скомандовал Олег.
— Нужно сзади еще скамейки расставить для пассажиров.
— А кто будет пассажирами?
— Ольгу вон посадим, а то сидит грустная, как будто не у нее сегодня днюха. — Шеф был в ударе. — Сейчас принесу наушники, у меня, кстати, есть две пары, как раз для наших пилотов. Надя, а ты на правую табуретку присаживайся. Будешь вторым пилотом.
— Тогда я буду штурманом, — заявил Артем, садясь между девушками.
— Ну, обними своих пилотов, попроси их чтоб мягко и аккуратно посадили самолет и целыми и невредимыми доставили тебя обратно домой, — продолжал командовать Шеф.
— А ты, Сергей, будешь бортинженером, садись вот сюда.
—А ты, Олег, кем будешь? – поинтересовалась Марина.
—Я? Я буду инструктором, тебя на командира выводить будем, тренировочный полет у нас, короче. Ну, давайте, за полет, – поднял рюмку Шевердук.
Выпили…
— Бортинженер, вот держи эти алюминиевые трубки, нужно согнуть их полукругом, как штурвалы, и раздать пилотам, — продолжал давать распоряжения Олег.
Даже Ольга, наблюдая за происходящим, перестала злиться и постепенно начала улыбаться. Было и правда забавно, все так серьезно относились к делу. Девушки сидели в надетых наушниках с полукруглыми алюминиевыми трубками в руках, напоминавшими штурвалы. Между ними расположился Артем, с блокнотом и ручкой в руках. Шевердук диктовал ему фразы, которые штурман произносит при взлете, ну те, что сам запомнил за свой короткий, небогатый опыт.
Сергея же посадили справа сзади спиной к остальным перед ним постелили кусок фанеры нарисовали на нем приборы.
— Будешь следить за режимом работы двигателей, — пояснил ему Шеф, он встал и похлопал в ладоши:
— Итак, прошу внимания! Давайте пробовать, все рычим, изображая работу двигателей.
Олег положил руки на плечи Марины и большими пальцами надавил на лопатки…
—Плечи расправь, грудь вперед, командуй!
— А что командовать-то? — не поняла девушка.
— Ну что, что, — экипаж, взлетаем!
— Экипаж, взлетаем! — прокричала Марина!
Все усилили рев.
— Давай, штурман диктуй!
— Скорость растет, — отрапортовал Артем.
— 120, 160, 200.
— Штурвал на себя тяните, — командовал Шеф. И девушки тянули, стараясь получить похвалу своего инструктора. Ольга смеялась, не переставая.
— А ты что смеешься? – с деловым видом спросил Олег. — Знаешь что, наверное, будешь-ка ты у нас стюардессой, а не пассажиркой. Полет у нас тренировочный, так что пассажиров на борту быть не должно. Кофейку давай сделай, пока мы лайнер в небо поднимаем. Серый, как там наши движки, в норме?
— Да, командир, норма!
— А куда мы летим, товарищ инструктор?
— На Майами, на пляж, купаться и загорать.
— Класс, полетели! – девушки продолжали тянуть на себя трубки и все при этом рычали, изображая работу двигателя.
— Шасси убираем, второй пилот, не забываем, — обратился Олег к Наде. —Как я тебя учил?
— Шасси убраны, красные горят, — доложила девушка.
— Вот так. Порядок. Оля, хватит ржать, где мой кофе?
— Одну минуту, товарищ инструктор, — Котова покачала головой, но все же пошла на летнюю кухню, греть чайник.
Тем временем уже стало смеркаться.
— Ну ладно, мне пора, пойду я, – стал прощаться со всеми Сергей. — Мы завтра с отцом рано утром едем по делам в Саратов.
— Понятно, ну а мы что, идем? – спросил Олег у остальных, когда Сергей ушел домой.
— Куда? – спросили девушки.
— Как куда, на пляж купаться, зря что ли в Майами летели?
— Неожиданное предложение! Ой, а у нас даже купальников нет, мы как-то об этом не позаботились, никто не предупредил.
— А они и не нужны, мы нагишом будем, здесь же кругом нудистские пляжи.
— Где? – не поняла Надя.
— Где, где, — в Майами, зря, что ли, летели? И вообще все вопросы к Марине, это она нас всех сюда доставила.
— Экстремально, но мы попробуем, — заулыбалась Марина.
Ольга, не веря в происходящее, смотрела в глаза подруг. Блеск не проходил.
— Ну, ты, конечно, «уникум сибирский», — засмеялась она. — Я все думала, что же ты на этот раз отмочишь, и на тебе!
— Ты друзей моих еще не видела, ну наливай на дорожку, — попросил Артема Олег.
Ребята выпили, и девушки с Артемом вышли за ограду, а Шевердук и Котова задержались во дворе.
— Оль, а мы тебя с собой не берем, — обратился парень к девушке.
— Не поняла, это почему?
— Ну, во-первых, будешь смущать своих подруг, во-вторых, ты меня старше, и я буду тебя стесняться, а главное, ты – подруга моего брата, и я так не могу.
— Умный да? Типа отплатил той же монетой? Я не отпущу своих подруг с тобой, — начала злиться Ольга.
— Не нагнетай, все будет хорошо, мы искупаемся и вернемся.
— Если ты сделаешь это, я обижусь, — предупредила Котова.
— Дело твое.
— Да пошел ты, — психанула Ольга и зашагала в сторону летней кухни. Олег постоял еще минуту и побежал догонять ребят.
— А Ольга не пойдет, что ли?
— Нет, осталась с Костей, — ответил Шеф.

***
После своего дня рождения Ольга на три недели уезжала к родителям в Куйбышев. Олег и Костя ездили с дедом на неделю на рыбалку. Погода стояла отличная, жаркие дни сменялись прохладными вечерами. Котова и Шевердук помирились в начале августа, где-то в это время из Саратова вернулась Полина. На радость своим родителям, она поступила в Университет. Они с Олегом снова стали встречаться. Дни пролетали, такие летние и беспечные дни!
Артему родители наконец-то купили мотоцикл. Все лето парень прождал обещанный подарок, за успешное окончание первого курса И вот, в августе, отца наконец-то полностью рассчитали на работе. Новенький «Минск» был подарен за хорошую учебу. Права на управление мотоциклом имели только Артем и Сергей, но учились ездить и катались на нем по очереди все. В тот злополучный августовский вечер погода испортилась, шел дождь. Все небо было затянуто серыми тучами и казалось, что этим серым краскам не будет конца, ребята сидели в торговой лавке на центральном рынке, был понедельник, санитарный день и рынок весь день был пуст. Лишь клочки бумаги и еще какой-то мусор взад-вперед летал по пустой территории, подгоняемый ветром.
Молодежь играла в карты и по очереди каталась на упомянутом нами ранее мотоцикле. Подошла очередь ехать Полине и Ольге. За руль села Полина. Девушка завела мотор и кивнула Ольге, та села и руками обхватила талию попутчицы. Девушки хотели было тронуться, но подбежал Олег и остановил их:
— Стойте, шлемы наденьте, вот, возьмите, — он протянул им два шлема. — Нельзя на мотоцикле без шлема.
Ольга синий отдала Полине, а сама надела черный.
— Вот теперь другое дело и повнимательнее там, на дороге, — напутствовал Олег.
Наконец девушки тронулись и через минуту выехали с территории рынка к пересечению с главной дорогой. Слева к перекрестку подъезжал грузовик марки «ЗиЛ». Ольга оглянулась на Олега, парень продолжал стоять на том же месте, где они расстались и смотрел и вслед. Девушка махнула ему рукой. «Все–таки хорошо, что судьба свела меня с ним, а сильно он тогда про сердце сказал», - было первой мыслью; следующей было: «А почему Полина не остановилась перед главной дорогой?»
Котова повернула голову, и последнее, что она увидела – было испуганное лицо водителя грузовика. Тот отчаянно пытался затормозить, но дорога была мокрая и, по всей видимости, очень скользкая. Последнее, что она услышала – был скрежет тормозов и непрерывный резкий автомобильный сигнал…
Очнулась Ольга под утро. Девушка открыла глаза и увидела больничную палату, пахло хлоркой и какими-то лекарствами. Все тело неприятно ныло. Левая рука была загипсована и чесалась изнутри. А еще немного кружилась голова. Страха не было, скорее удивление.
« Жива! – первое, что пришло в голову. — Надо же, как повезло! А что с Полиной?» — заволновалась девушка. Память стала возвращаться к ней, в голове четко предстал тот грузовик и секунды до столкновения. Вспомнилось даже испуганное лицо водителя «ЗиЛа» и пронзительный автомобильный сигнал. « Почему же Полина все-таки не затормозила и что с ней?»
Ольгу бросило в жар и сердце тревожно забилось в груди.
— Ой, очнулась! Ну, слава богу! – заглянула в палату медсестра. — Заставили Вы нас поволноваться.
Ольга хотела было приподняться, но медсестра категорически замахала руками.
— Лежите, лежите, я сейчас позову доктора, сначала он должен Вас осмотреть, а уж потом можно будет подняться и встретиться с родственниками.
— А они здесь? – удивилась девушка.
— Конечно, всю ночь в коридоре просидели, пойду сейчас их обрадую.
— Извините, а скажите, пожалуйста, что со второй девушкой, мы на мотоцикле вдвоем были.
— С ней все хорошо, ее в больницу не положили, руку ей, правда, зашивали, резаная рана была, но от госпитализации она отказалась.
— Ну, слава Богу! — успокоилась Ольга.
Минут через тридцать после этого в палату зашел лечащий врач, на вид ему было лет 45-50. Он заглянул девушке в зрачки, попросил Котову кончикам пальцев коснуться своего носа, постучат молоточком по ее коленям. Затем пошел к окну и открыл форточку.
— Душновато что-то в палате, а Вам сейчас необходим свежий воздух. Ну, голубушка, рассказывайте!
— А что рассказывать?
— Все рассказывайте, мне все интересно, — и он спросил, как ее зовут, где она живет, кто ее родители, где на учится и даже как зовут ее преподавателей.
— Ну, вроде все нормально, — заключил он в конце. — Вы, милая, в рубашках с подружкой родились. Еще бы доля секунды — оказались бы вы под грузовиком. Страшно даже представить. А так удар пришелся в переднее колесо, и вас просто откинуло в сторону. Но пару дней полежать все же придется. У Вас, дорогуша, сотрясение мозга, а голова все же – это Вам не шутка.
— Доктор, скажите, а почему я так долго была без сознания?
— Защитная реакция организма на удар и стресс. Показатели Ваши все были в норме, давление стабильное, поэтому Ваше состояние не вызывало у нас опасения, и мы ожидали, что Вы с минуты на минуту придете в себя. Так что повода для беспокойства не было, я так и сказал Вашим родственникам.
— Спасибо, доктор.
— Отдыхайте и помните, никакого волнения; ну, и пока постельный режим.
Наконец-то разрешили войти Косте и ребятам.
— Ну как ты? – заботливым тоном спросил тот.
— Да вроде все хорошо.
Ольга обратила внимание на то, что не было Олега.
— Я не стал звонить твоим родителям, побоялся, что они сорвутся и приедут. И старикам своим пока не сказал. А то разволнуются, давление подскочит, потом за них переживать придется.
— Правильно сделал. Как там Полина?
— Да вроде нормально, дома отлеживается, руку порезала. Зашивали, на плече ссадины, до сих пор не понимаю, как она могла перепутать тормоз с газом. Хорошо хоть, что вы обе были в шлемах.
— Артем, а как мотоцикл?
— Починим, не парься, железо, что ему будет? Переднее колесо кривое, словно турецкая сабля и руль перекосило, а так нормально.
Еще один вопрос сильно волновал Котову, но она постеснялась его задать: «А где Олег? Неужели ему все равно?» Через некоторое время Артем с Сергеем ушли, и Костя с Олей остались одни.
— Оль, а скажи мне, что я о вас с Олегом не знаю?
— Ты это про что? – не поняла Котова.
— Просто он к месту аварии прибежал первым и знаешь что он сделал?
— Что?
— А что ты вся так раскраснелась? – Костя пристально посмотрел подруге в глаза.
— Ну, говори уже, не томи.
— Он подбежал к тебе, стал тормошить, оказывать первую помощь.
— А что в этом такого? – не поняла Ольга.
— Ну, просто его девушка лежала рядом, а он не обратил на нее никакого внимания. Мне даже стало как-то неловко, и я бросился помогать ей, тебе не кажется это странным?
—Думаю, Костя, это шок.
— Ну не знаю, не знаю, он не отходил от тебя и после, когда уже приехала скорая, и первый шок прошел. До тех пор, пока я не прикрикнул на него, чтоб он лучше позаботился о Полине.
Сердце сначала сжалось в груди, а потом предательски ускорило темп, по телу пробежала приятная истома: «Мой милый «мартовский кот», он любит меня; боже, как же это приятно». Котова и сама в последнее время только о нем и думала.
— Не ревнуй, Костя, у меня, правда, нет от тебя никаких секретов, – ласково сказала Ольга, пытаясь скрыть свое волнение.
— Да я и не ревную, ревновать-то не к кому, укатил твой «кот мартовский» сегодня утром, так же неожиданно, как и появился.
— Как уехал!!! – вырвалось у Оли.
— Да ему позвонили утром, что завтра его знакомый командир вылетает из Куйбышева в Красноярск, ты как раз в сознание пришла, ну, он и сорвался.
Как же сразу стало пусто и одиноко, захотелось остаться одной и поплакать, ком подкатил к горлу, даже Костя со своей ревностью стал как-то мешать и раздражать.
— Устала я что-то.
— Надо полагать.
— А можно я посплю немного, голова что-то разболелась, — пожаловалась Котова.
— Конечно, конечно, отдыхай. Я тоже домой съезжу, помоюсь, отосплюсь, а то ночка та еще выдалась, – и вскоре Костя ушел.
Оставшись одна, Оля долго смотрела в потолок. «Если два сердца любят, люди уже не в силах ничего изменить», — вспомнила она слова Олега, затем отвернулась к стенке, и слезы градом покатились по щекам. Через три дня Костя и Оля расстались.

***
— Ну, и как, Олег, провел лето? Эдгард кстати, передавал тебе большой привет, впрочем скоро сами увидитесь, — Валерий Геннадьевич развернулся и обратился к Шевердуку, когда самолет набрал заданный эшелон.
— Да нормально провел.
— Как говорит один мой хороший знакомый, нормально, значит, никак.
— Хорошо провел.
— Вот это другое дело, ну и как поживает бабушка?
— Бабушка? Спасибо, жива, здорова, привет Вам передавала.
— Ну и отлично, Любочка, а можно нам кофейку?
— Конечно, Валерий Геннадьевич, сейчас сделаем.
— А знаешь, Олег, что путь домой будет короче? — спросил штурман.
— Почему? – не понял тот.
— Господствующие ветра дуют на восток, поэтому возвращаться домой всегда быстрее, нам потребуется всего 2 часа 30 минут.
— Не знал, — признался Олег, а сам отвернулся от всех и вздохнул. Домой не хотелось, от одной только мысли, что больше никогда не увидишь Ольгу, щемило сердце. «Сердце тоже иногда включать нужно», — вспомнил слова девушки Шевердук. — Зачем я вообще с ней постоянно спорил, Как говорил Булгаковский профессор Преображенский, нужно было молчать и слушать, молчать и слушать, наслаждаясь каждой минутой, проведенной с ней».
А самолет, тем временем, уносил его со скоростью 900 км /ч все дальше и дальше на восток, плюс со скоростью 100 км/ч дул попутный ветер, делая общую путевую скорость аж 1000 км/ч, ничего не поделаешь, как говорит штурман, господствующие ветра!!!...






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 21
© 24.11.2019 Андрей Беляков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2678613

Метки: самолет, Сибирь, Балашов, книги, любовь,
Рубрика произведения: Проза -> Рассказ














1