Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Филиппыч


Филиппыч

          Мы проезжали мимо одной из четырехэтажек по улице Маяковского, и мой племянник Саша сказал: "В этом доме жил Филиппыч". И я вспомнил полузабытое имя. Филиппыч! В Свирске при дворце культуры - ДК в годы моей молодости был духовой оркестр. Все массовые мероприятия в городе проходили с участием духового оркестра. Бессменным руководителем оркестра, учителем музыкантов был трубач Филиппыч. Так его все звали, под этим именем он был известен в музыкальных кругах, да и за их пределами. Это было его отчество, фамилию и имя Филиппыча я тогда не знал, как и многие другие горожане. Было в этом обращении что-то доверительное и уважительное. Он располагал к себе, был приветлив, доступен и прост в общении. Он профессионально владел духовыми инструментами. Он создал духовой оркестр, в котором разные инструменты звучали гармонично как единое целое. На каждой демонстрации (7 ноября или 1 мая) весь город видел и слышал духовой оркестр Филиппыча, который открывал шествие колонны демонстрантов, сопровождал шествие и замыкал праздничную колонну по окончанию демонстрации. Сама демонстрация проходила по улице Дзержинского мимо трибуны, на которой стояли руководители города и почетные гости, с которой звучали приветствия и здравицы. Уже много позже, благодаря моему другу Коле Вантееву, я узнал, что Филиппыч – это Казаков Василий Филиппович. Легендарная личность. Филиппыч был участником войны, принимал участие в боях под Кенигсбергом, получил там тяжелое ранение ноги (по некоторым данным, потерял ногу, которую заменял протез). На фронт он сбежал с последних курсов Высшего Военного музыкального училища, где обучался на военного музыканта. Было ему тогда около 19 лет. Уже после войны его ждало еще одно испытание и любовь одновременно. В Прибалтике, в Риге, он познакомился со своей будущей женой, польской девушкой Маргаритой. По какой-то причине Маргарита подверглась репрессиям, была осуждена и отправлена в Озерлаг под Тайшетом. Озерлаг – это был особый лагерь для политических заключенных, который входил в систему лагерей ГУЛАГ. В разное время там отбывали срок Лидия Русланова, Александр Солженицын, другие известные люди. Филиппыч поехал за ней в далекую Сибирь. Вот она - история любви. Так он оказался в Иркутской области, в Тайшете, где родились его дочери, а потом – в Свирске, где был его духовой оркестр.
         Мне довелось лично познакомиться с Филиппычем, пусть это знакомство было недолгим, но оно осталось в моей памяти. В школьные годы, начитавшись про великих джазовых музыкантов, послушав их музыку, игру саксофона, мне очень захотелось научиться играть именно на саксофоне. Джазовая музыка в те годы (конец 60-х годов) в нашей стране не приветствовалась. Считалось, что джаз является чуждой для нас музыкой богачей и не соответствует кодексу строителя коммунизма. Хотя я об этом не знал. И неизвестно, как, из каких источников я почерпнул информацию о джазе, где и при каких обстоятельствах мне удалось послушать их музыку. Я пошел записываться в духовой оркестр, к Филиппычу. Филиппыч и его духовой оркестр базировались в одной из многочисленных комнат ДК. Здесь они репетировали, здесь хранили свои инструменты. В ДК я бывал часто, тогда это действительно был дворец культуры. Его директором в те годы был энтузиаст и подвижник Балбашевский А.В. Здесь был хороший зрительный зал, где проходили концерты, торжественные собрания, показывали кино, проводили смотры художественной самодеятельности. Здесь был лучший в городе спортивный зал, в котором занимались спортсмены города, работали спортивные секции. Здесь были две библиотеки – для детей и для взрослых. Здесь работали различные кружки. По субботам и воскресеньям в большом холле на 2 этаже проводились танцевальные вечера для молодежи. Сюда я приходил с друзьями смотреть кинофильмы или в библиотеку. И почти всегда, когда я бывал в ДК, из музыкальной комнаты доносились звуки какого-нибудь духового инструмента. По своей природе я всегда был человеком малообщительным, в детстве это называлось застенчивостью, мне непросто было о чем-то спросить, а тем более что-то попросить у другого человека. А здесь такая неожиданная смелость. Вопреки своей скромности, стеснительности, без чьей-либо помощи и поддержки иду сам к незнакомому человеку, чтобы попытаться добиться желанной цели. Это был порыв, это означало, что меня сильно задело за живое все, что связано с саксофоном и джазовой музыкой. Я зашел в комнату музыкантов, отыскал глазами Филиппыча, подошел к нему и сказал, что хочу научиться играть на саксофоне. Он, похоже, оценил мой порыв и мое желание научиться игре на музыкальном инструменте. Это всегда располагает, когда видишь у молодого человека или девушки тягу к знаниям, желание освоить какое-то дело или научиться чему-то новому, когда у человека горят глаза. Поэтому он встретил меня приветливо, относительно высказанного желания как-то снисходительно по-доброму улыбнулся и сказал, что в их духовом оркестре нет саксофона, что саксофон – это сложный инструмент и игре на нем учат в музыкальных училищах. И добавил, что тебе, если хочешь играть в духовом оркестре, могу предложить тромбон. Но тромбон меня не устраивал, мне нужен был непременно саксофон. А перспектива учиться игре в музыкальном училище также меня не устраивала, так как учеба предполагала профессиональное занятие музыкой. Я же не видел себя профессиональным музыкантом. И я, поблагодарив Филиппыча за внимание, ушел. Теперь жалею. Вот так, юношеский максимализм не позволил мне пройти по главной улице с оркестром во главе с Филиппычем.
         Филиппыч был счастливым человеком, потому что он дарил людям музыку. Его слушали не 100 или 200 человек в концертном зале. Его оркестр слушал весь город в дни праздников, он создавал праздничное настроение и ему благодарны и признательны были все люди Свирска. Во время праздничных демонстраций Филиппыч шел впереди своих музыкантов. Он шел в живом коридоре людей, которые приветствовали его флажками и разноцветными воздушными шарами. Он был худощав, в неизменном берете и шкиперской бородкой. Его золотая труба горела на солнце. И он шел, трубил звуки праздничного марша, неуклюже как-то по-особенному забрасывал вперед при ходьбе свою израненную ногу, приволакивая ее. И мне кажется, уже через многие годы, что Филиппыч, , с его трубой и праздничным маршем, сам был своеобразным гимном жизни. Несмотря на войны, беды, испытания все равно надо не падать духом, не сгибаться, надо идти вперед. И радоваться жизни.








Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 23.11.2019 Владимир Таскаев
Свидетельство о публикации: izba-2019-2677943

Рубрика произведения: Проза -> Быль














1