Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

О книге Ивана Кондратьева " Салтычиха. История кровавой барыни"


Салтычиха. История "кровавой барыни" Иван Кондратьев

Тем, кто интересуется историей государства российского, будет, конечно любопытно прочитать эту книгу. Это не исторические хроники, а скорее исторический триллер, бестселлер.
Как ни прискорбно это сознавать, но наряду с героями земли русской, такими, как: Александр Невский, Дмитрий Донской, Александр Суворов, Михаил Кутузов, были и такие выродки, как Дарья Салтыкова или, как её попросту называли в народе - " Кровавая барыня".
К сожалению, подлинных документов того периода почти не осталось, а по тем, которые сохранились, писали романы писатели - историки, такие, как Николай Гейнце и Иван Кондратьев.
Что мы знаем о детстве Дарьи Николаевны Салтыковой ( в девичестве Ивановой)? Почти ничего.
В марте 1730 года в семье дворянина Николая Митрофанова Иванова родилась третья дочь, которую назвали Дарьей. Её бабушка со стороны матери, Прасковья Давыдова, проживала в монастыре. Свидетельств о детстве самой Даши практически не осталось: в выпуске журнала "Русский архив" от 1865 года сообщалось, что девочка росла в набожной семье и сама почитала православные традиции. Но есть и другие сведения: Даша была не совсем обычным ребёнком. С раннего детства проявляла неукротимый, дикий нрав, и даже приставленный к ней отставной солдат Кудиныч, который учил девочку уму-разуму нередко жаловался на её дикие выходки Николаю Иванову.
- Коли ты нанялся и деньги берёшь, так учи! - сердился Иванов.
- Я и учу...
- Как же учишь, когда ни прута не тронул. Других же ты дерёшь...
- Других деру, а свою ты сам дери...
Почему так говорил педагог? Да потому что девчонка та была по словам Кудиныча - "исчадием ада" - она могла и сдачи дать, и в глотку зубами вцепиться.
Домашнее образование Дарья всё же получила, но писать, однако, так и не научилась. Позже, уже в 1761 году, при продаже крестьянина Гаврилы Андреева она попросила своего духовного отца поставить подпись на документах. В других документах ставили подпись её сыновья.
Дом, в котором жила семья сержанта Иванова в районе Кузнецкого моста, честные люди обходили стороной. Про младшую дочь Иванова ходили разные страшные слухи. Кто называл её Дашутка-зверёныш, кто Чёртовой сержанткой, а как было на самом деле, теперь вряд ли можно узнать.
О родителях Салтычихи мало что известно. Есть предположение, что её отца Иванова Николая Митрофанова задрал медведь, когда он вместе со своим другом Кудинычем охотился в Мытищах. На похороны отца Дарья прийти не соизволила. Вслед за отцом умирает её мать, Ироида Яковлевна, и дочь становится полноправной хозяйкой всего огромного состояния Ивановых.
Семья Дарьи состояла в родстве с известными родами: Мусиными-Пушкиными, Строгановыми и Толстыми. Партию (жениха) дочке искали, конечно, из высшего света. В 19 лет она выходит замуж за ротмистра лейб-гвардии конного полка Глеба Салтыкова. Так её родными становятся Нарышкины, Глебовы, Голицыны, Ягужинские. Таким образом в её распоряжение попадает множество поместий супруга.
Историки до сих пор спорят, любила Салтычиха супруга или нет. Писали, что муж гулял направо и налево, а жена сидела дома и воспитывала двух сыновей, одного из которых она родила через год после свадьбы, а второго - через два. Муж же умер через пять лет после свадьбы при загадочных обстоятельствах: слёг с горячкой и "сгорел" буквально за пару недель.
Овдовев, Салтычиха жила с сыновьями Николаем и Фёдором в доме на Кузнецкой улице в Москве. Она жертвовала церкви огромные деньги: то ли по причине собственной набожности, то ли пытаясь отмолить какой-то тяжкий грех.
"Безутешная" вдова остаётся с имениями в Московской, Вологодской и Костромской губерниях. А также владелицей огромного состояния - только крепостных у неё было более 600 душ.
Кошмар начался примерно через полгода после смерти Глеба Салтыкова. Гайдуки (лакеи) и конюхи стали насмерть забивать жертвы, которых изначально мучила сама помещица.
" Лишившись мужа, она начала терзать своих крепостных: бить их скалками, палкой, плетью, утюгом, поленьями. Палить волосы прямо на голове, брать раскалёнными щипцами за уши и лить кипяток прямо на лицо", - писали в журнале "Русский архив", отметив, что весь кошмар происходил в поместье Троицком (сейчас - территория Новой Москвы), куда она переехала с сыновьями. Дети, кстати, не были в курсе происходящего.
Чаще всего под руку Салтычихе попадали дворовые девушки: не так заправлена кровать, "плохо" помыт пол, платье не идеально постирано.
- Бейте до смерти. Я сама в ответе и никого не боюсь, хоть вотчины свои отдать готова. И никто ничего сделать мне не может, - кричала Салтычиха во время наказания.
Пытались ли крепостные что-то сделать? Да. Однажды конюх Савелий Мартынов пожаловался тогда действительному статскому советнику Андрею Молчанову. Тот пришёл в гости к помещице. Разговоры, подарки, напоминание о знатности рода и сетование на глупость крестьян. Савелия даже не забрали из поместья.
- Меня на вас не променяют, сколько вы ни доноси, - гордо говорила Салтыкова.
Хотели её вразумить и через церковь. Так, одна из крестьянок пожаловалась священнику, что помещица забрала работать в дом её 12-летнюю дочь, бьёт и издевается над ней. Однако, церковь не отреагировала на жалобу бедной женщины. Между тем духовник Салтычихи, получая от неё большие деньги, прежде чем предать тела замученных ею крепостных земле, лично отпевал их и был в курсе всех злодеяний его духовной дочери.
С доносчиками "кровавая барыня" расправлялась жестоко: крестьянина Фёдора Богомолова, которого, как и остальных жалобщиков, вернули к хозяйке, она в Троицком заковала в цепи, приставила к нему охрану и заморила голодом.
Салтычиха была настолько уверена в своей безнаказанности, что после каждой очередной смерти говорила своим крестьянам:
- Ну, кто пойдёт на меня донос писать? Никто, ничего не сыщет. А вы ещё и биты будете.
В начале 1762 года произошла одна история. У помещицы завязался роман с инженером Николаем Тютчевым ( дедом знаменитого русского поэта Фёдора Тютчева) Буйный нрав своей пассии мужчина оценил не сразу, а когда она стала и его побивать, решил прекратить с ней всякие отношения. Он посватался к Пелагее Тютчевой, та ответила согласием. Молодые стали подумывать о свадьбе, а Салтычиха - об убийстве.
Так, в ночь с 12 на 13 февраля она купила порох и серу и послала конюха Романа Иванова поджигать дом бывшего возлюбленного. Только потребовала проверить, чтобы пара непременно находилась в доме и сгорела заживо. Подосланный крестьянин не выполнил приказ, испугавшись убивать дворянина. За это его жестоко избили. Во второй раз помещица послала двоих: Иванова и некоего Леонтьева.
- Не сожжёте - забью до смерти, - пригрозила она.
Но те вернулись ни с чем, объяснив, что не могут дворянина убить. Мужчин избили батогами, но убивать не стали.
В третий раз Салтычиха послала сразу троих крепостных. Тютчевы в тот момент отправились в Брянский уезд в поместье невесты. Планировалось, что их подкараулят в пути и забьют до смерти. Но кто-то предупредил пару, и они поехали другой дорогой.
Слухи об ужасе в Троицком и в Москве доходили и до императрицы Елизаветы Петровны, и до сменившего её на троне Петра III. Но первая, по всей видимости, решила не наказывать из-за крепостных представительницу столь знатного рода. Ведь родственники и самой Салтычихи, и её умершего супруга верой и правдой служили ещё её отцу Петру I.
Петру III же попросту не было дела до происходящего - у него были свои забавы.
Наконец, летом 1762 года из Троицкого сбежали двое крепостных - Савелий Мартынов и его друг Ермолай Ильин. Собственно, терять им было нечего.
Почему их послушали в юстиц-коллегии - до сих пор остаётся загадкой, ведь крепостные не то что права голоса не имели - их за людей-то, по сути, тогда не считали. Однако крестьянам помогли составить жалобу и довели её до Екатерины II, которая только недавно заняла престол (её короновали в июле 1762 года). В бумаге мужчины умоляли не возвращать их помещице, как того требовал закон.
Правительница потребовала отправить жалобу на рассмотрение в Правительствующий сенат, оттуда - в юстиц-коллегию в Москве. Расследование вели надворный советник Степан Волков и молодой князь Дмитрий Цицианов.
Сами крепостные описывали сотню убийств, говорили, что каждую неделю за церковью на территории Троицкого появлялась новая могила.
Члены коллегии с осени 1762-го по осень 1763-го допрашивали саму Салтыкову, крестьян, конюхов и лакеев. Из сотни допрошенных 94 признались, что над крепостными издевались и забивали до смерти. Но общее число жертв назвать не мог никто.
В результате вынесли вердикт: "Вдову надлежит пытать". Сама же Салтычиха не созналась ни в одном преступлении, хотя по документам давно умершие люди значились как беглые. Те, кто бывал у неё в гостях, припомнили, что видели битых людей, но какой дворянин будет к крепостным приглядываться?
Следствие и суд длились шесть лет - приговор Салтычихе вынесли в 1768 году. Сбежавшими, умершими от болезней и якобы пропавшими числились 138 человек. Крепостные крестьяне признавались, что она убила не менее 75 человек.
По делу " кровавой барыни" составились три приговора: казнь, ссылка и заточение. Екатерина II лично приняла решение о заточении. Приговор огласили 2 октября 1768 года. Дарью Салтыкову называли мучительницей, душегубицей, уродом рода человеческого.
Императрица даже запретила называть её женщиной и велела обращаться только "он". Дворянского звания её лишили тоже.
На час её приковали к позорному столбу с табличкой "мучительница и душегубица", а после - сослали в темницу Ивановского монастыря, где запретили говорить с кем-либо, кроме охраны и монахини. В 1779 году её переселили в каменную пристройку и разрешили общаться с "визитёрами". На неё хотело посмотреть множество желающих. Правда, сыновья за всё время так и не приехали.
Умерла Дарья Салтыкова 27 ноября 1801 года в возрасте 71 года, проведя в заключении более 30 лет.
В каждой нации есть свои выродки. Франция помнит так называемого "Парфюмера" Жана Поля Гренуйя. Не забудет она и так называемых республиканцев, чьи руки - по локоть в крови: Марата и Робеспьера. Австрия может "гордиться" своим детищем - Адольфом Гитлером, по воле которого истреблена почти половина населения Европы. В Чили - сеньор Пиночет, у которого, кстати, корни бретонские. И т.д. и т.п. Россия не забудет никогда своего выродка - "кровавую барыню" - Салтычиху.
Однако, людям с утончённой психикой и лабильной нервной системой эту книгу читать не советую.





Рейтинг работы: 7
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 37
© 12.11.2019 Долорес
Свидетельство о публикации: izba-2019-2670781

Рубрика произведения: Поэзия -> Авторская песня


Юрий Алексеенко       13.11.2019   08:52:13
Отзыв:   положительный
Трудно писать отзыв, прочитав такое... Да и читать тоже нелегко. Тем не менее мы должны об этом знать
Долорес       15.11.2019   16:53:48

Спасибо, Юра, за понимание. Тяжело о таком читать, а писать тем более.
Но это, к сожалению история России...













1