Я ж космонавт


Спасение отупевающих - дело самих отупевающих.

А дело было так.
Пятница. Конец рабочего дня. Летний вечер. Нас трое в беседке на детской площадке. Соображали. Хорошооо! Хучь икону пиши «Соображение Троицы».
Стемнело. Из темноты люди в чёрных очках. Прервали в апофеозе процесс соображения. Вежливо предложили нам сесть в фургон с надписью «Хлеб».
Привезли к зданию за оградой с колючей проволокой. Завели вовнутрь и, по очереди, провели в кабинет с табличкой «Гипноз».
В кабинете дядька в белом халате уложил нас на лежаки и всё водил перед глазами руками, и повторял – Ты майор ВВС. Ты космонавт. Ты был в Космосе. Ты был в невесомости.
Потом спросил каждого – Кто ты?
Все ответили – Я космонавт.
Из кабинета снова в фургон.
Один из тех, что в чёрных очках, по-видимому, старший, сказал водителю – Едем на Байконур.
И, по-видимому, сотрудники Роскосмоса, привезли нас на Байконур или куда там ещё.
Старший сказал, что мы полетим на околоземную орбиту, на МКС, где уже находятся двое наших и трое пиндосов.
Нас одели в скафандры, а по мне так в водолазные костюмы. Завели в ангар, подвели к ракете, и показали, где наши места.
Мы расселись, скорее, разлеглись, по своим местам и стали ждать старт.
Что-то загудело, затряслось, и голос в наушниках сообщил, что мы летим в Космос.
Летим, так летим…
В иллюминатор, лёжа, всё равно не глянуть. Да там и не видно ничего. Сплошной туман, как в парилке общественной бани. Часа через два-три голос сообщил, что мы в автоматическом режиме приблизились к МКС и состыковались.
Переходной люк, три пиндоса картавых и двое наших, мужик и баба.
Объятия. Чмоки-чмоки. Помещение для наших – труба два на три метра.
Всё по команде.
Команда «Отбой».
Спальные мешки. Холод. Духота. Климат-контроль только в модуле пиндосов. Храп. Пердёж. Форточки нет. Посещение туалета. Туалет за шторкой, стульчак и ведро. Несколько раз за ночь. Диарея после вчерашнего. Вонь. Толкотня. Хронический недосып.
Утро. Подъём. Башка. Гул.
Туалет. Очередь. Ругань. Пропустите женщину. Диарея. Поиск того, кто обделал клозет, как в плацкартном вагоне. Поиск того, чья очередь делать уборку. Скандал. Драка с пиндосами. Порванные провода. Короткое замыкание. Пожар. Задымление. Отравление продуктами горения. Перед глазами какие-то люди в скафандрах с огнетушителями.
Недоумение - Из какого они модуля? Из китайс…
Потеря сознания.
Возвращение сознания.
Недоумение - Кто потушил огонь? Кто наладил электрику? Кто убрал в туалете?
Все молчат.
Дошло. Мы участники кино-теле-шоу под названием «Освоение Космоса», вроде «Дома-2». Лохотрон, одним словом.
Умывание. Бритьё. Маникюр-педикюр. Смена нижнего белья, водолазок, носок. Гимнастика, тренажёры.
Завтрак.
На завтрак манная каша и творог Бирюлёвского экспериментального завода. За творогом очередь.
В российском модуле на МКС нет холодильника и микроволновки. Там и без холодильника холодно. Продукты лежат вдоль корпуса модуля трёхмиллиметровой толщины. Всегда свежие.
Съёмки эксперимента над мухой дрозофилой.
Домогательства женского пола.
Жёсткий отказ.
Домогательства мужского пола.
Ещё более жёсткий отказ.
Крема, пудра, укладка причёски.
Фотосессия. Интервью журналистам из ЦУПа.
Обед.
Снова съёмки эксперимента над той же мухой.
Ужин.
Отход ко сну.
Снова домогательства с угрозой обвинения в изнасиловании.
Ссга.
Отбой.
И так месяц. Одни сменяют других. Оказывается, таких, как мы, космонавтов, много.
За месяц забыл, как алкоголь пахнет, хотя контрабандой он однажды попал в съёмочный модуль. Был один ухарь, Лёха Леонов, покойник, Луна ему пухом, который говорил, что МКС весит 450 тонн, как семь железнодорожных гружёных вагонов. Он, когда в перекрытый Космос выходил, коньяк сумел протащить в российский модуль.
Через месяц нам сказали, что мы выполнили программу исследований мухи дрозофилы и наш полёт заканчивается.
Мы забрались в тесную капсулу. Она задрожала и, минут через пять, нас тряхнуло. Прилетели, значит.
Встреча. Люди в белых халатах. Посоветовали помалкивать и говорить по бумажке, ибо, первое правило Роскосмоса гласит - Если вы гражданин РФ, вам не больше 35 лет, и вы умеете хранить государственные тайны, у вас есть шанс стать космонавтом.
Фотосессия. Журналисты. Интервью. Награждение. Гастроли по школам и детским садам… Детям лапшу на уши вешать, как там, в Космосе, и как там, из Космоса, и о том, что в Космосе Бога нет.
А никуда не денешься. Да и… Не жизнь, а житуха, сплошной дом отдыха. И бабки башляют… Не гляди, что лохотрон. Мне таких на заводе за сто лет не заработать.
Похоже, эти, что в чёрных очках, из ЦУПа, нас с кем-то спутали тогда. Из-за чего вся эта космическая лабуда с нами и приключилась. Гипноз на пьяных не действует. Но я им об этом не сказал. Никому не сказал.
Жене рассказал, где я летний месяц провёл, и куда в командировки езжу.
Жена не поверила. А кто поверит? Думала, что я того, мозги пропил, пока деньги не увидела, какие ей и не снились. За моё молчание.
С тех пор, с моего мундира подполковника ВВС, пылинки сдувает. Говорит – Ты ж у меня космонавт.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 11.11.2019 Дамир Садыков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2669489

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра













1