Ночная пичужка


Ночная пичужка
Хочешь иметь что-то? - Имей!
Когда не знаешь, что делать - сделай шаг вперёд! (с)


Попав впервые в этот город, мы поначалу влачили жалкое существование. Получали гроши, на обед традиционно покупали одноразовую лапшу, не смели и мечтать о культпоходе в более-менее приличное местечко. Хотя, я бы не сказал, что заведение, куда мы явились, было на высшем уровне. Скорее, это была стрип-забегаловка. Стоимость забега туда соответствовала цене билета на концерт именитого певца, как если бы вы разместились где-нибудь на галерке. С дамы, которая приходилась "до пары", по местному антимонопольному праву брали в два раза больше. В принципе, не так уж много мы и зарабатывали, но оторваться порой было просто необходимо, чтобы как-то забыть тяжелый труд, пробки на дорогах, жару и постоянное столпотворение. В метро, на улице, в магазине, - везде, казалось, люди терпеливо ждут, когда кто-то, стоящий-идущий впереди, высвободит место.

Мне порой представлялось, что это не люди, а толпа топорных роботов, которые тупо движутся по эскалатору. В каждом из этих зомби заложена программа. Простая, доведенная до совершенства. Подъём, туалет, завтрак, остановка, метро, вход в офис, гараж, аптеку - набор каких-то повторяющихся процессов-манипуляций. Перерыв на обед. Затем все перенаправляется в обратную сторону, и, плюс, в завершение дневного сеанса, имеем регенерацию посредством дома, телевизора, компа, механических секс-движений с женой или подругой; хотя, возможен такой вариант, что какому-то роботу уже не до секса, он мечтает о тихом койко-месте, не более. Наутро всё повторяется. И так из недели в неделю, из месяца в месяц, из года в год. На выходные действие переключается на дом, дачу, детей - плоды любви - если они, конечно, созрели. В конце месяца подводятся итоги, вносятся поправки.

К примеру: частый секс мешает работе - хронический недосып. Вывод - исключить эту функцию. Ребенок мешает полноценно жить. Вывод - отправить к бабушке. И так далее.

Проживая в мужском общежитии, все мы испытывали острую нужду в женском обществе, это естественно. Но вот настал день, когда у нас появились какие-то деньги. И что вы думаете? Мы тут же устремились в кабак.

Есть люди, которые никогда не заплатят за продажную любовь. Это их дело. Пусть ищут "единственную и неповторимую" или заводят любовниц. Неудачные браки склонили к мысли, что из меня ничего ни путного, ни попутного не выйдет. Выходит, добровольно выбрал жизнь бродяги, и не думаю, что сколько-нибудь прибавил себе проблем.

...Отсутствие окон, дневного света, и кроваво-красные тона внутренностей помещения. Высокие стулья у барной стойки, рассчитанные на то, что "миниюбочница" высокого полета, взгромоздившись, оголит еще сколько-то сантиметров своих прелестей. Прекрасные представительницы слабого пола. Практически раздетые. Или же на них, под легким покровом, - лифчики, врезающиеся в попу трусишки. Одежонка, как по мановению волшебной палочки, под музыку, - снимается, и девы предстают пред публикой в натуральнейшем виде.

Я и раньше бывал в этих пенатах. Но такой распущенности и лёгкости общения, как в тот раз, не видел никогда. Парти гёрлз подходили к нам, словно к старым знакомым. Беседовали и многое разрешали. Возможно, день был такой, когда они рады любому клиенту, или, может, настроение у меня было на высоте, и они выбирали того, с кем будет меньше проблем. Во всяком случае, я получал свое удовольствие от наших натурфилософских бесед под нежные всхлипы лютни. Гёрлз в меру сил подбрасывали поленья в топку свежеразведенного знакомства; исчерпав темы, начинающие гетеры искусно откланивались. Одно плохо - с этими молодыми прекрасными девушками далее общения дело не шло. Да, и в конце сеанса капиталистической социализации нужно засунуть в распростертые трусики свежую купюру. Таков этикет, такова процедура сервиса.

Как-то, когда мы были здесь с Михальсоном, он отошел к барной стойке оплатить выпивку и, вернувшись, сообщил, указав на барменшу: «Вон та шмара говорит, что выпьет водки и станцует стриптиз на дому!" Наверное, она надеялась, что Михальсон раскошелится, пригласит к себе. Как я ему завидовал! Мне вот так не скажут. Хотя - как знать, как пойдут дела дальше. Все зависит от цены вопроса.

Но Михальсон - человек правильный. Да, а общение со мною ему нравилось потому, что во мне он видел бродягу. В душе он был таким же странником. Мы могли не видеться месяцами, но, повстречавшись, всегда отправлялись "в ночное" - поиграть в бильярд, выпить пива, поглазеть на голых женщин. Будучи существом женатым, он никогда бы не заплатил за путану. Я его понимаю. Таковы этикет и процедура.

Полумрак заведения, светомузыка (звучали медленные знакомые мелодии), джин с тоником и представление заводили всё больше и больше. Девочки у шеста, танцующие свои незамысловатые танцы...

Иногда, сквозь призму запотевшей бутылки, мне виделась, чудилась Жанна. Шурша юбками, в далекой дали она обходила клиентов, или, иными словами, "гостей". Гости звучит хорошо. Куда лучше, чем клиент. Если тебя, дурака, назвали гостем, то начинаешь думать, что тебя здесь ждали, тебе искренне рады. Парти гёрлз будут болтать бесплатно, не станут и намекать, что такой солидный мужчина мог бы оплатить их выпивку и закуску, да и не исчезнут, как только у мужика кончатся деньги. Танцовщицы закрутят задом исключительно из гуманных побуждений, барменша возьмет за выпивку честно, официантка подаст простой внятный счет. Жанна, милая Жанна, вдохновенно проследит за ходом дел и тел. Она даже скинет свои юбки, лишь только ей покажется, что танцовщицы вдруг лишились спортивных чувств под влиянием fatiguées – французских измотанностей – или вследствие иных причин.

За ближайшим к сцене столиком разгоралось багряное веселье. Скажем по секрету, туда присела не какая-нибудь п-гёрл, а чуть ли не с шеста залетела сценическая Артемида, Диана-охотница. Мужчин там виднелось трое. Двое смотрели по сторонам; третий, старший, небрежно обронив зеленые бумажки, выпятив небритую челюсть, притягивал охотницу к себе. Она смеялась переливистыми взвизгами, что-то возбужденно рассказывая. (Второй рукой он, наверное, уже занырнул в трусики). Жизнь девочки очевидно проста и девственна, несмотря на мальчика / парня, или, говоря простым языком, бойфренда, и прочие детали макияжа. Учеба на перспективу, а пока - подработки танцовщицей стриптиза - "стрипкой" - таковы реалии крутящего момента. Но она вам не какая-то там проститутка, а серьезная намерениями девушка. Мечтает, поднакопив денег, завершить образование и создать - с текущим бойфрендом или с будущим принцем – крепкую на орешки семью, заодно развернуть бизнес, ну и, в итоге, посвятить себя воспитанию детей. "Дочка, гавариш, вырастит маделью, сын станит финансистом?" - по-свойски похохатывал мужчина, тряся мохнатыми ушами, нащупывая средним пальцем девственный клитор. А вот он еще не вполне определился. То ли начать с Артемидою с наколенных танцев, то ли сразу выкупить девку у заведения на всю ночь, то ли присмотреть другую какую стрипку - любительницу семейных уз?

Дальше наблюдать за этим спектаклем, где на галерке допускалось всё, кроме полноценного полового акта, становилось невыносимым. Сегодня мне надоело вкладывать лишние деньги в рост благосостояния девушек и прочих там, поэтому я стал отказывать гёрлз движением руки, давая понять, чтобы ко мне не подходили. Но и простую проститутку не хотелось. Час любви, - это как скоростной забег. Что-то не был я расположен в тот вечер к запыхавшимся труженицам древнейшего профсоюза. Вздумал пройтись по улице. Все тогда произошло как-то само собой. Удав был пристроен, и в ближайшие полчаса никуда бы не делся: представление продолжалось, так что за него можно было не переживать. Хотелось подышать свежим воздухом. Вдобавок ко всему, поскольку Жанна почему-то избегала нашего угла, наличные средства подходили к концу, и следовало пополнить бумажник, сняв деньги в банкомате.

Мне всегда нравилась сутолока ночного города. Особенно где-нибудь у торгового центра. Машины снуют в разные стороны, народ закупает провизию, да просто торопится домой. Человеческий муравейник, освещенный фонарями, освящённый рекламой, представлялся самой настоящей жизнью, - той, что незаметно складывается в годы и столетия цивилизации. Клуб, как огонь, на который слетаются мотыльки, тепло намекал на наличие некоего свободного жизненного пространства, где могла находиться она, - озабоченная схожими помыслами, желающая красиво отдохнуть в моем обществе под вспышки и проблески лучей кормового прожектора. Должна же, якорь ей в трусики, найтись в этом городе хоть одна женщина, склонная к подобному заплыву, готовая трахнуться, как акула, - совершенно бесплатно! Как же достает оборотная схема лохматого бородача товар - деньги - товароденьги.

Вышел на улицу, закурил, и, дойдя до стоянки, заметил девушку. Молода, невысокого роста. Такси не брала, просто стояла. Подумал: "Если не одна, вдруг парень отлучился - то просто уйду, по лицу за это не бьют". Стараясь выглядеть трезвым, смело подошел; извинившись, сказал: "Не возражаете, если приглашу Вас на просмотр программы стриптиз-шоу? А то мы с другом сидим архисовершенно одни. Так что будем только рады, если Вы, наконец, составите нам компанию. Ну, а потом, если хотите, отправим домой на таксо... моторе". Мы всегда были джентльменами в этом плане - и Удав, и я. Никогда девчонок не бросали. Если ночная птичка просто лишь присядет к нам, то и без какого-либо дальнейшего продолжения этого будет достаточно. Желая большего, рассчитывай на меньшее. А там - как получится.

То ли она прежде не бывала в мужском клубе и любопытство пересиливало осторожность, то ли внешность моя внушала внутреннее доверие, но она, для приличия отшучиваясь расхожими фразами благовоспитанной девочки, откликалась-попискивала с потаенным интересом. Пересвистываясь как коростели, мы перепрыгивали с ветку на ветку в сторону клуба и вскоре, чинно отряхнув нагрудные перышки, нырнули в это дупло.

Удача. Можно было с полной уверенностью сказать - вечер удался! С меня, конечно, взяли, как полагается. Вдвойне оплаченная спутница моя сдала плащ в гардероб, и мы зашли в зал. У Длинного при виде девчонки отвисла челюсть.
- Т-ты где её нашел? - заикаясь, спросил он, когда та отлучилась по делам в дамскую комнату.
- Иди, пусть тебе танцуют в номерах "приваты", я же предпочитаю гладить по попе эту малышку, - коварно ответил я.
- Я тоже хочу.
- Гладь, если она разрешит.
Мы засмеялись. Женщина. Как это много! Особенно для одиноких мужчин. Это подарок, выигранный приз на празднике жизни. В яркой хрустящей обертке, пахнущий субтропическим апельсином на свежем морозном ветру. И никогда не верьте мужикам, поливающим женщин грязью. Это они от собственного бессилия и неполноценности. Стоит только появиться на горизонте интересной фемине - не говорю о красивой, молодой - я говорю о просто интересной, как этот пошляк, что только вот материл баб, - вытягивается в струнку, начинает юлить и заискивать.

Хотя, таких быстро распознают. У слабого пола есть неслабая способность видеть больше нашего. Дур я в расчет не беру. И не думайте, что я обожаю их, нет - нисколько, просто я мыслю реально. Так много проще.

Мы не одни, и это очень даже неплохо. И никто из нас двоих тогда и подумать не мог, что в общепринятом смысле наша девочка была обыкновенной подстилкой. Ну как можно, - пойти ночью в стрип-клуб с незнакомыми мужчинами?! Какая распущенность! О времена, о нравы...


~~~~~~~
Лев Воросцов, Дон Боррзини, "Забег". Повесть опубликована в сборнике "Эротическая проза, восемнадцатый год", Барнаул, 2018. -
В электронном формате - на "Ридеро" - http://ridero.ru/books/zabeg/





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 112
© 10.11.2019 Дон Боррзини
Свидетельство о публикации: izba-2019-2668821

Метки: эротика, стриптиз, стрипка, стрипки, проституция, проститутка, продажная любовь, труженица древнейшего профсоюза, публичный дом, женщина,
Рубрика произведения: Проза -> Эротика












1