Оглядываясь назад... Главы 10 -11


ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

- Прошу всех к столу! - торжественно объявил жених, приглашая гостей пройти в банкетный зал, где был накрыт длинный стол, накрытый белоснежной скатертью и заставленный всевозможными кушаньями
Евгений бережно взял невесту под руку и повёл её к столу.
Чего только не было на нём! Красная и чёрная икра на изящных серебряных тарелочках, истекающая жиром лососина. На огромном блюде покоился сочный розовый окорок. Задрав вверх маленькие пятачки, лежали молочные поросята. Свежие овощи, фрукты, сыры и колбасы разных сортов радовали глаз. В хрустальных вазах на высоких ножках, топорща в стороны пышные зелёные хвосты, возвышались исполинские ананасы.Южная ароматная клубника истекала соком, и рука сама тянулась, чтобы взять душистую ягоду и отправить её в рот. А во главе стола красовался огромный остроносый астраханский осётр, фаршированный шампиньонами в сметанном соусе. Батареи бутылок с всевозможными заморскими винами, коньяком, ведёрки с шампанским во льду стояли ровными рядами, терпеливо дожидаясь своей очереди.
Князь Соболевский долго готовился к этому торжеству. Он приложил много усилий, истратил кучу денег, чтобы праздник удался на славу и, чтобы гости, разъезжаясь по домам, вспоминали хозяина добрым словом, и не укоряли его в скупости.
Когда все расселись по местам и наконец-то наступила долгожданная тишина, раздался громкий голос лакея:
- Граф Бельский!
Граф явился не один. Его сопровождали двое субъектов в штатском.
- Приношу свою глубочайшие извинения, господа, за вынужденное опоздание, - скороговоркой проговорил Бельский, окидывая общество беглым взглядом. - Но это не моя вина. Позвольте представить вам моих старинных друзей, которые совершенно случайно нанесли мне визит накануне моего отъезда сюда: Вильгельм Фридрихович фон Шекк адвокат, и Исаак Лаврентьевич Задонский - нотариус. Прошу любить и жаловать. Я посчитал большим неуважением оставлять их одних, поэтому привёз с собой этих уважаемых людей. Думаю, Евгений Алексеевич, Вы не станете возражать? - обернулся граф к юному князю.
- Да что вы, Павел Иванович! - воскликнул счастливый юноша.- Конечно же нет! очень рад видеть Вас и Ваших друзей на нашем обручении!
- Ну и чудесно!
- Прошу к столу!
Графу и его друзьям подали стулья, и вновь прибывшие оказались за столом рядом с молодыми.
- А теперь, господа, порошу внимания! - постучал Андрей Шеховской вилкой по хрустальному фужеру. - Давайте начинать торжественную часть. А то выпить очень хочется! - Состроил он такую комичную гримасу, что все невольно рассмеялись. А пуще всех граф. - Сегодня мы собрались здесь по очень важному поводу, - подождав пока стихнет смех, продолжал поручик. - Сегодня мой брат Евгений Соболевский делает официальное предложение Эвелине Леру. Встань, Женя!
Евгений поднялся, поклонился гостям и надел на безымянный палец невесты тоненькое золотое колечко с тремя маленькими, но чистейшей воды бриллиантами, за которым специально ездил в столицу к известному на всю Россию Ювелиру. Юноша пересмотрел много колец и перстней , но ничего подходящего выбрать не мог: все изделия были массивные, аляповатые и никак не подходили к изящной ручке возлюбленной.
Наконец, мастер принёс ещё одну коробочку, оклеенную бордовым бархатом. Он открыл коробочку и предложил князю взглянуть. Колечко, которое покоилось в ней, не отличалось особой роскошью и высокой ценой, но было довольно изысканно и миниатюрно. Евгению оно понравилось, и он не стал торговаться.
- Предлагаю тост за нашу будущую семейную пару! - прогремел над залом басок Шеховского, который взял на себя роль распорядителя торжества. - За очаровательную Велиньку Леру и князя Евгения Соболевского. Попрошу, господа, наполнить бокалы и выпить за счастье молодых.
Раздались хлопки. В потолок дружно взлетели пробки. Лакеи наполнили бокалы шампанским сначала дамам, потом мужчинам. Бокалы дружно взметнулись вверх, разом сдвинулись, и вдруг в нежном звоне хрусталя присутствующие услышали фразу, сказанную негромко, но очень отчётливо:
- А князёк-то липовый!
Гости разом опустили фужеры и замерли в недоумении. Каждый глядел на своего соседа, стараясь определить: кто так странно пошутил?
- Кто посмел такое сказать?- вырвалось у Андрея из груди искреннее возмущение. - По-моему, господа, время анекдотов ещё не наступило!
- Это я сказал! - бесстрастно глядя на Шеховского, ответил Бельский. - И не боюсь повторить ещё раз: князёк липовый! С одного боку!
Глаза поручика стали похожими на два раскалённых угля. Рука его легла на эфес шпаги.
Евгений Соболевский побледнел, как полотно. Фужер с шампанским выпал из его руки на белую скатерть.
- Потрудитесь объяснить, сударь! - вскочил с места возбуждённый поручик. - Вы являетесь в чужой дом, где Вас встречают с почестями, и вместо того, чтобы от всей души поздравить молодых и пожелать им семейного счастья, Вы оскорбляете хозяина дома!
- Поздравления и подарки - ещё впереди! - гнусно осклабился граф. - Заявляю официально: человек, который выдаёт себя за князя Соболевского, таковым не является!
- Женечка, объясни, что здесь происходит? - жалобно простонала Эвелина и крепко вцепилась Евгению в рукав.
- Успокойся, Велинька! - князь провёл языком по пересохшим от волнения губам. - Просто этот человек решил разыграть здесь небольшую комедию. Скоро представление кончится, и мы сможем продолжить банкет.
Но в душе юного князя уже затаился дикий, неведомый ему самому ужас. Сердце юноши отчаянно забилось в груди, в голове проносились обрывки ускользающих от сознания мыслей . Он понял, что всё настолько серьёзно, что трудно предсказать финал.
- Вы произнесли страшное оскорбление, граф! - встал на защиту брата Андрей. - За такие оскорбления настоящие мужчины вызывают своих обидчиков на дуэль. И если мой кузен по молодости лет и благородству своей души не сможет этого сделать, то, клянусь! - об этом позабочусь я!
- А вас, молодой человек, я вообще попрошу помолчать! - назидательным тоном проговорил Бельский. - Тот образ жизни, который вы ведёте, вот уже много лет, вообще не соответствует облику порядочного дворянина! Ещё раз с полной ответственностью заявляю: человек, который сидит перед вами - мой холоп!
- Вы забываетесь, сударь! - Темпераментный Жорж Леру стукнул кулаком пос толу так, что посыпалась посуда. - Я не позволю оскорблять моего будущего зятя! Извольте извиниться перед молодым человеком за незаслуженное оскорбление. Создаётся впечатление, что Вы явились в этот дом специально, чтобы испортить праздник.
- Я не имею привычки извиняться перед своими крепостными! - нагло заявил Бельский.
Он не спеша выбрался из-за стола, подошёл к Евгению Соболевскому, встал сзади него так, чтобы все гости видели и слышали его, и демонстративно положил руки на плечи юноши. Евгений попытался было подняться, но граф крепко удерживал его на месте.
- Вы, молодой человек, байстрюк, то есть незаконнорожденный, - продолжал он. - Сын княгини Соболевской и моего беглого раба Алёшки Ветрова.
- Доказательств! - крикнул Шеховской.
- Вам требуются доказательства? Пожалуйста. - продолжал Бельский, манерно растягивая слова. - Вот бумага, в которой указано, что мной у помещика Д. куплен ребёнок мужеского пола, шести лет от роду, по имени Алёшка. А кличку-то Ветров я ему потом уже дал, сразу же после первого его побега.
- Вы это о ком говорите? - удивилась Катерина Ивановна. - Что-то Вас очень трудно понять.
- Как это о ком? - граф с ухмылкой кивнул на Евгения. - О родном папеньке этого молодца.
- Ну, это уж слишком! - не сдержавшись, громовым голосом рявкнул Жорж Леру. - Объясните всё по-порядку, пока Вам не набили здесь физиономию!
- Вам требуется ещё доказательств? - деланно, словно невинное дитя, удивился Бельский. - Что ж, получите их! Вот выписка из книги церкви Святого Франциска, что в Гааге, где чёрным по белому написано, что числа двадцатого месяца мая, года одна тысяча семьсот восемьдесят... произведена запись, что у русской княгини Соболевской Натальи Сергеевны и князя Соболевского Алексея Ильича родился сын, которого нарекли именем Евгений.
- Подтверждаю, подтверждаю! - закивал головой адвокат.
- Позвольте, но при чём тут какой-то Алёшка Ветров? - возмущённо произнесла мадам Леру.
- А при том. Холоп Алёшка Ветров и князь Алексей Ильич Соболевский - одно и то же лицо и, кстати, родной батюшка нашего любезного князя Евгения. Титул-то княжеский Наталья Сергеевна моему рабу Алёшке сама соизволила купить аж за тысячу целковых! Таких огромных денег не пожалела!
- Смею вас заверить, что это сущая правда, - подтвердил нотариус. - Эту бумагу я сам для княгини составлял. И печать на том документе моя личная. Вот копия, извольте взглянуть.
С этими словами нотариус протянул пожелтевшую от времени бумагу. Она стала переходить из рук в руки. Все с интересом изучали неожиданный документ и недоумённо шушукались.
- Честно признаюсь вам, господа, - бесстрастно продолжал Бельский. - Разорила тогда меня княгинюшка. Больших денег стоил этот самый плясун, кстати, лучший артист моего домашнего театра. многие поклонники балетного искусства пытались выторговать его у меня, но я был твёрд и не соглашался ни на какие деньги. Просила меня и княгинюшка, но я сразу смекнул, зачем понадобился ей мой Алёшка. Уж больно красив был этот дьявол! До умопомрачения красив, чёрт бы его побрал! Чернобровый, черноглазый, смуглый. Ни дать, ни взять ишпанский гранд.



Ха-ха-ха! Вот наша княгинюшка и втюрилась в моего балеруна. Иссохла вся от любви к нему. И задумала мадемуазель Соболевская бежать с моим рабом за границу. И сбежала! Уж на что мои молодцы бо-о-льшие мастера ловить беглых холопов, и то не смогли их догнать. За границей и родился Женька. А теперь, господа, сделаем вывод: ребёнок прижитый от такого брака, кем на самом деле является? Совершенно верно, моим крепостным! Так позвольте же получить то, что по праву принадлежит мне!
- Эй, там, за дверью! - гаркнул граф во всё горло.
Откуда ни возьмись в банкетный зал ввалились четверо дюжих мужиков ростом под потолок, с пудовыми кулачищами и свирепыми рожами. В руках они держали пеньковые верёвки и арапники.
- Вяжите моего холопа! - отдал приказ Бельский. - Да покрепче! И тащите его к коляске. Пора уж и домой!
Юноша рванулся с места, но его схватили и сбили с ног. Навалившись на него, двое мужиков принялись скручивать ему верёвкой запястья, двое других стягивали лодыжки.
Андрей Шеховской выхватил из ножен шпагу и ринулся на обидчика брата, но опередившие его друзья, преградили поручику дорогу.
- Опомнись, Андрюшка! - предупредили они. - Тут дело тёмное. Нужно как следует во всём разобраться.
Развязной походкой граф Бельский приблизился к Эвелине, которая от ужаса потеряла дар речи, и сделал приглашающий жест рукой.
- Прошу вас, мадемуазель, проследовать за своим женишком, - произнёс он фатовски - елейным тоном. - Ваша маменька не пожелала, чтобы вы стали законной женой графа Бельского. Теперь же вы будете холопкой, моей рабой. Как известно, жена крепостного так же становится крепостной. Если вы пожелаете, вас могут обвенчать с Женькой Ветровым хоть сейчас. Я кликну попа, и он обвенчает вас здесь, в этом самом зале. Ну, что же вы, Эвелина? Не захотели стать графиней Бельской, так, может, хотите стать свинаркой Велькой Ветровой?
Велинька побледнела от ужаса, мелко задрожала и мгновенно спряталась за спину своего отца. Оттуда она робко выглядывала и внимательно наблюдала за происходящим в зале.
- Как я понял, вы не желаете венчаться с мнимым князем и отправляться на скотный двор? И правильно! Вот она цена настоящей женской любви! страсть тут же проходит, лишь только дама узнаёт, что её будущий супруг - крепостной! Хочу ещё кое-что добавить. Поскольку я являюсь единственным законным хозяином этого человека, а он, как известно - круглый сирота, то всё его имущество переходит в моё единоличное пользование. Однако, мне пора. С вашего позволения...
Бельский подал знак слугам. Они взвалили связанного юношу на плечи, словно бревно. Столбиком, ногами вперёд, понесли Женю к коляске.
- Прошу прощения, господа, - поспешно откланялся граф, - если я кое-кому испортил настроение. Но, когда речь заходит об имуществе, которое немалых денег стоит, думаю никто из вас никогда бы не упустил такого шанса.
Граф поспешно удалился. Андрей вырвался из окружения друзей и побежал следом за ним.
- Я убью эту сволочь! - заорал поручик не своим голосом.
Выбежав на улицу, Андрей увидел лишь задник коляски, увозившей брата в неизвестном направлении. Коляску сопровождала четвёрка верховых. Эта кавалькада уже скрылась из виду, а пыль, как густой серый туман, ещё долго висела над дорогой. Шеховской дико взвыл от ярости, как раненый зверь и, хватив себя с отчаяния по ляжке, погрозил кулаком вдогонку похитителям.
- Я так этого не оставлю! - сказал он со слезами в голосе. - Я дойду до самого государя!
Эвелина Леру в тот момент даже не двинулась с места.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Всю долгую дорогу в имение Бельского Евгений сидел с опущенными ресницами. Он желал, чтобы человек, который лишил его в жизни всего, видел взгляд пленника. Прикрытые глаза несчастного юноши, как будто впитали в себя необъятную скорбь и безмерную тоску, по рухнувшим в один момент мечтам. И сам он лишился сил от неожиданного горя, свалившегося на него, как снег на голову.
Сколько во время пути было отпущено едких колкостей, циничных шуток в адрес Евгения, ведал один Бог! Оскорбляли , не скупясь, его достоинство, угрожали ему, ни в чём не повинному, поносили его мать, святую женщину. Но особенно доставалось отцу Евгения, которого Бельский клял на чём свет стоит.
Женю до конца измучили тряска по ухабам, неудобная поза, в которой его усадили, веревки, безжалостно врезавшиеся в его тело. Духота, возникшая, видимо, перед грозой, окончательно доконала бедного Евгения, и ему нестерпимо захотелось пить. Но, решив до последнего не терять своего достоинство, чего бы это ни стоило, юноша горда молчал.
Когда коляска подкатила к графскому дому, Евгения выволокли из неё и освободили от ножных пут. В дом он уже входил сам под неусыпным наблюдением четверых дюжих мужиков. Обитатели поместья с нескрываемым любопытством разглядывали незнакомца благородного вида со скрученными за спиной руками.



" Холоп... Раб... - проносились в мозгу Евгения Обрывки мыслей. - Крепостной... Бельский, судя по всему, церемониться не станет. Он отыграется на мне и за отца, и за мать. А что он может со мной сделать? Да теперь всё, что угодно. Он может продать меня, обменять на борзую собаку, насмерть запороть. Друзья и соседи, конечно, отвернутся от меня. Андрей же один ничего сделать не сможет. Выход один - смерть! Да, колесо судьбы резко повернулось в обратную сторону и уж больше не вернётся на круги своя".
- Тащите его сюда! - донёсся до юноши знакомый ненавистный голос. - ставьте посерёдке и сгоните холопов всех, до единого! Им полезно будет увидеть, как этот князь обращается в грязь.
Пригнали дворовых и выстроили их, как на параде. Граф не спеша обошёл строй крепостных, внимательно вглядываясь в лицо каждого, словно видел впервые. Затем он подошёл к Евгению и, схватив его за шейный платок, с силой потянул на себя.
- Перед вами - мой новый холоп Женька Ветров! - громко объявил Бельский. - Смотрите внимательно и наматывайте на ус, что происходит, когда крепостной раб слишком высоко взлетает и мнит себя орлом. Сейчас этот человек снимет с себя маскарадный костюм, в котором он исполнял роль счастливого жениха, оденется соответственно своему положению и станет похож... На кого он станет похож? - граф обвёл взглядом притихших от страха дворовых. - Он станет похож на мокрую курицу! Хотя нет. Как всем известно, я - великий шутник. обожаю шутки, веселье, шумные компании. Пожалуй, я повыше в должности этого разбойника и сделаю его... своим шутом. Отныне, Женька, ты будешь потешать шутками и остротами меня и моих многочисленных друзей. Ты умён и образован. Уверен, у тебя это славно получится. И костюм шута придётся кстати к твоей нежной смазливой физиономии.
Евгению казалось, что всё это - кошмарный сон. Вот сейчас сон кончится , и он снова окажется в своём родном доме рядом с Велинькой, с друзьями, рядом с Андреем. И никогда больше не будет в его жизни ни этого страшного человека, ни этого неприглядного дома, ни этих, застывших в позе рабской покорности, людей. Однако, сон не кончался. Всё происходило на самом деле, а он - раздавленный, униженный, уничтоженный, стоит посреди большого зала со связанными руками.
- Вы, сударь, подлец и негодяй! Вот всё, что я имею вам сказать! - глядя тяжёлым взглядом из-под насупленных бровей, как можно спокойнее, произнёс Евгений. - Вы вправе сделать со мной всё, что угодно, но шутом Вашим я не буду никогда! Князю Соболевскому, потомку древнего русского рода, который берёт своё начало ещё от столбовых бояр Соболевских, не пристало носить шутовской колпак!
- Эвон, как заговорил! Ни дать, ни взять вельможа! - прошипел граф. - Да! а ведь и верно. Как же я забыл? Наш юный гость и в самом деле носит громкий титул и древнюю фамилию. Как это говорится в русской говорке? Из грязи - в князи? Нет, любезный. это тебе не подходит! Скажем так... Из князя - в грязь. - Бельский ухмыльнулся, весьма довольный вывернутой наизнанку поговоркой. - Так будет вернее!
- Эй! - громко крикнул Бельский. - Подать князю Соболевскому княжеские регалии!
В зале стояла мёртвая тишина. Люди с ужасом ожидали, чем кончится весь этот гнусный фарс, устроенный барином. Через несколько минут в зале появились два лакея. В руках они держали подносы. На одном из подносов лежали лыковые лапти и рубище из грубой рогожи, на другом - пара кандалов.
- Князь Соболевский побрезговал шутовским нарядом, зато Женька Ветров станет моим придворным медведем! У меня как раз намедни Топтыгин сдох, так ты, голубчик, займёшь его место!
- Холопа моего одеть, как подобает, - обратился граф всё к тем же мужикам. - Не пристало ему ходить в господской одежде. И на цепь - под лестницу!
- Скоро твои барские замашки, как рукой снимет, - добавил он с мерзкой усмешкой. - А если артачиться будешь, то у меня хорошее средство для таких, как ты имеется. Скотина должна быть бессловесной, а по мне холоп - та же скотина, только выучилась ходить на задних ногах. Сенька! - кликнул он кого-то. - Покажи Его Светлости князю Соболевскому, как он величает себя, средство от сплина.* ( стар. русск. - хворь, хандра)
Из толпы шагнул среднего роста человек с рябым вытянутым лицом и злобными бегающими глазками. Он поигрывал длинным верёвочным кнутом и нехорошо посмеивался.
- Это можно! Это мы сейчас мигом устроим! - оскалился мужик.
И он взмахнул кнутом. Зазмеившись в воздухе, кнут с визгом подсёк деревце в кадке. Растение покачнулось и упало на пол.
На глазах у всех четверо дюжих мужиков сорвали с Евгения праздничный сюртук, брюки, сорочку, нижнее бельё, сняли ботинки. Взамен дорогого костюма они напялили на него крестьянскую рубаху, а на ноги надели лапти. Укрепив на запястьях и лодыжках юноши кандалы, слуги отступили назад и стали дожидаться дальнейших распоряжений барина.
- Вот теперь ты то, что есть на самом деле! - с усмешкой проговорил граф. - А сейчас ступай на своё место и привыкай к новой должности! Поменьше языком мели, а то за это знаешь, что может быть? - многозначительно подмигнул он Сеньке. - Тоже мне академик! Правильно гласит одна мудрая ишпанская говорка: "!El ombre cоmо el oso cuando mas feo mas hermoso!" Что по-русски означает: " Мужик, что медведь - чем страшнее, тем красивей!" Как раз это относится к тебе!
Евгения отвели под лестницу и, надев на него железный ошейник, посадили на толстую цепь. Придвинув к нему миску с постной кашей и кружку с водой, мужики ушли, оставив юношу наедине со своими горькими думами.






Рейтинг работы: 14
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 19
© 07.11.2019 Долорес
Свидетельство о публикации: izba-2019-2667252

Рубрика произведения: Проза -> Исторический роман


ЕЛЕНА МОРОЗОВА       11.11.2019   14:01:55
Отзыв:   положительный
Прочитала... и ещё раз убедилась, что это счастье жить свободными!
Спасибо, Долорес, за интересный рассказ. Как-то я расстроилась...
переживаю за Евгения.


Юрий Алексеенко       08.11.2019   06:25:16
Отзыв:   положительный
Всегда с содроганием читаю о крепостном праве в России... Людей продавали как скот на ярмарке, разлучая детей с матерями, мужей с жёнами... Торговали чужими жизнями как предметами первой необходимости...
Долорес       09.11.2019   22:38:13

Какое счастье, что мы сейчас живём свободными.
Как господа либералы и доказывают, что в то время рабам жилось
отлично, что их хозяева были душками - всё это брехня!
Вспомните хотя бы Салтычиху, Кровавую барыню. Сколько она
самолично безвинных душ загубила...
Спасибо, Юра!











1