Новый Оскол


Новый Оскол
Новый Оскол
1
С высоты колеса по названию Чёртово,
Любовался я городом Новый Оскол.
И стихами мой дух над красою простёртою,
Зазвенел и запел, словно с ним ореол!
Привлекали красой места эти всегда,
Но сюда приходила с врагами беда:
Оскол – батюшка стал, как свидетель сражений,
Где князь Игорь ещё Русь спасал от крушений.
А потом и в семнадцатом веке с престола,
Видел царь Алексей эту южную степь,
И не пела душа, а обида колола:
Когда враг захотел заковать русских в цепь.
Появлялась без зова казацкая вольница,
Так – же Речь Посполитая (Польши) была.
Тут же Крымское ханство – такая вот троица,
Благодать не несла, а вот в рабство гнала.
По указу царя Алексея Романова,
Так же Думе Боярской пришлось разрешить:
Укрепить Белгородщины землю всю планово,
Крепостями границы её защитить.
Там где ныне стоит город «Новый Оскол»,
Возвели и усилили твердь от злодеев,
Но вначале град имя царя приобрёл,
В честь него назван был он, «Царёв – Алексеев».
Городок был стоялый острог, где засека,
Люд земле был как древо, а корнем был царь.
Даровал он серебреный крест, как опеку,
Позолотой украсил, сиял, чтоб алтарь.
А с крестом тем была часть мощей Параскевы,
Язык греческий пятницу так называл,
Хотел царь её духом найти святость девы,
Чтоб Иисус к покаянью народ призывал.
И тогда город – крепость Господь не оставит,
Как в Эдемском саду люди счастье найдут.
От набегов врага вера в Бога избавит:
Силу в Господе Боге они обретут.
Вера силу даёт, и всё ж сердцем ты знай,
Тебя Бог не оставит, лишь сам не плошай.
В лучах злата горел тот серебряный крест,
Православные с верой пред ним преклонялись.
Жаль ворвался с татарами дьявольский жест,
Жгли они всё вокруг, и при этом смеялись.
В этом пламени адском сгорел даже крест.
Но икону и мощи народ всё же спас,
Не жалея себя под молитвы напевы,
И Успенский собор снова радует глаз,
И крестом и иконой, где лик Параскевы.
Уже дети царя даровали в Храм снова,
Крест и мощи Святых и к ним доброе слово.
Город Новый Оскол без любви не остался,
Здесь Успенский Собор на любовь умножался.
Только снова вернёмся в Царёв – Алексеев,
На строительство крепости – спас от злодеев.
Гарнизоны солдат от врагов отгоняли,
И в ремонте построек они уставали.
Воеводой князь Львов изначально был первым,
Видать львы рангом ниже ему подчинялись.
И гражданские лица здесь были примером,
При постройке с оружием не расставались.
У Оскола реки красота неземная,
Благодать для души пляшет танцем в воде,
В Белгородской черте, можно видеть часть рая:
И родился здесь город, ставя крест на беде.
Был в строительстве главным француз инженер,
Изъяснялся Николь на французский манер,
Только строить пришлось, как хотел русский царь,
И народ русский строил надёжно, как встарь.
Ими крепость была основательно строена,
В Христа верящим церковь, а вору тюрьма,
Погреба для продуктов, казарма для воина,
Пополняющих жителей ждали дома.
Пролетели года, словно ветер отмёл,
И Царёв – Алексеев стал зваться иначе:
Теперь имя ему было Новый Оскол,
Так как он, у Оскола реки был удачен.
Разных видов богатства даёт он на жизнь,
Сам во благо себе, собирай не ленись!
Здесь в Осколе реке Вырезуб жил янтарный,
Рыбы герб украшают и это не странно.
Оказалось, что рыб таких в реках России,
Не увидеть нигде это рыбы морские.
Герольдмейстеры в том уверяли царицу,
Катериной второй был тот факт утверждён
Подписавши истории новой страницу,
Ею в Новом Осколе был герб учреждён.
Так двуглавый орёл заимел три сестрицы
Тремя рыбками фон золотой был храним
Хоть над ними летели три Курские птицы,
Вырезуб для царицы был в пище любим.

2

Не сравнится простому народу с царями,
Сам себе не добудешь поесть, не дадут.
Неужели судьбу выбираем мы сами,
Если пряник приятен, зачем тогда кнут?
Если мы судьбой правим, откуда же крик,
Когда нас она топит и гонит в тупик.
Невозможно создать производство без денег,
Даже землю засеять, нужны семена.
Не найти в океане, без компаса берег,
Когда в небе нет звёзд, туч сплошная стена.
Таким компасом в городе были князья,
Видно грамоте их обучали не зря,
Хоть и были средь нищих довольно умны,
Только видно за бедность не купишь чины.
Так как море зажечь, невозможно синице,
Не получиться лени, взять в плен крепостного.
Засевал он поля ячменём и пшеницей,
И при винокурении делал спиртное.
Плюс к тому занимался ещё садоводством,
Появился кирпич и его производство,
И селитра, и кожа и мясо животных,
Людей Новый Оскол не прощал беззаботных.
Для кого – то луч солнца средь туч засиял,
А кому – то казалось, всё небо померкло.
Девятнадцатый век, крепостных отобрал
И богатым казалось, что рай дышит пеклом.
Крепостной впрочем, тоже не ведал, как жить,
Как ни странно свобода его и связала.
Не научен он был сам семью прокормить,
И работать к помещику шёл как сначала.
Чем ещё девятнадцатый век знаменит?
Да железной дорогой – ответ на вопрос!
Притянул рельсы край, словно мощный магнит,
Аж до самой Москвы стал ходить паровоз.
Не собрать урожай, ничего не посеяв,
Будь – то Новый Оскол иль Царёв – Алексеев,
Здесь цари от начала, чтоб там не гуторить,
Орошали своей благодатью весь город.
Только бедные люди всегда трудно жили,
Их покрытые хаты соломой в запрете,
Ведь пожары от крыш горожанам грозили,
И богатство земли помогло им в бюджете.
Постепенно не стало соломенных крыш,
На замену пришёл тростниковый камыш.
Так что царская помощь конечно была,
И всё ж жить беднякам помогли их дела.
И на скудные деньги таких прихожан,
Пресвятой Богородице строен был храм.
Вот Успенский собор и учил оскольчан,
Благом света была школа детским умам.
Вот и Ольга Романова так беспокоилась!
Даже личные средства не стала жалеть,
И гимназия женская в городе строилась,
Социальную жизнь, чтоб могли разуметь.
Пусть с рожденья дано создавать им уют,
Всё же пусть их научат в жизнь счастье вдохнуть,
Тем, кто их защищает, самих защитить,
От болезней и ран, чтоб могли мирно жить.
Как ни как, но война это слёзы печали,
Хоть бывают и те, кому в радость она,
Продавать свой товар бизнесмены мечтали,
Им немалый доход приносила война.
Век двадцатый в России на войны богатый,
То японцы, то немцы и пыл революций.
Отцов, братьев, мужей забирали в солдаты,
Биться с тем, кто не знал про закон эволюций.
Оставляла война в сердцах живших рубцы,
Гибли братья и сёстры, мужья и отцы.
Вот и Новооскольский район без прикрас,
Много жизней отдал, но Отечество спас.
С чужеземным врагом много отдано сил,
А в гражданской войне, то особенный случай,
Он по разные стороны взял, разделил,
Земляков, даже братьев враждою замучил.

Победившая белых советская власть,
Показала народу и горечь и сласть.
И в новейшей истории Ленин и Сталин,
Призывали оскольцев, богатыми стать.
А пока – кто зажиточен тот дебошир,
Раскулачив, его высылали в Сибирь.
Словно скот захудалый в вагоны пихали,
И взять тёплые вещи с собой запрещали.
Это в будущем люди богатыми станут,
А теперь пусть богатство своё лишь помянут.
Не страшны были Югу, Сибири морозы,
Был у жителей план, создавать здесь колхозы.
И пускай для начала добро кулаков
Укрепляет хозяйство на зависть врагов.
Коллектив был хозяин, но был подневолен,
Когда был председатель собой лишь доволен.
Иногда он давал коллективу работы,
Что несли лишь убытки, а с ними заботы.
Запрещалось молиться, бить Богу поклоны,
Стал священный собор, словно склад под зерно
И народ на всё это смотрел изумленно,
Недовольных крестьян было в сёлах полно.
Как бы власть выступлений таких не любила,
Перегибы начальства она осудила.
Прихожане могли посещать церкви снова,
И молиться Творцу, слыша Божие слово.

3

Нас порой ожидают тяжёлые склоны,
Если надо то движемся, путь хоть и скользкий.
Вошли в Курскую область, такие районы,
Как Великомихайловка с Новооскольском.
Может было вверху малоумным начальство,
Может быть, от советов кого-то знобило.
План по сдаче зерна был реальным бахвальством,
Потому многих смерть, как косою косила.
Только власть заменяла бездумные кадры,
На людей адекватных, народных героев.
Всюду жизнь улучшалась и ей были рады,
Уходило в историю время былое.
Вот и в Новом Осколе смеялись детишки,
Им неведомы были ни голод, не кнут.
В день рожденья дарили им детские книжки,
Ум детей просветлеет, когда их прочтут.
Строй Советский ещё, как ребёнок был млад,
И всё ж наций культуру в себе он сплотил,
В украинцев частенько бывал русский зять,
Украинский же зять с дочкой русского жил.
Уже к русским татары не шли как враги,
Приходили по - дружески есть пироги.
Но порою и спорили с пеной у рта,
Что они лишь правы, и их вера свята.
Но, однако, их дружба мирила всегда,
А мерилом была благодарность труда.
Так что Новооскольский район как пример,
Как не спорить о нациях, если их много.
Но поддерживать это не стал люцифер,
И став дьяволом вёл к ним фашиста к порогу.
Города разоряла, сжигала война,
Миллионы людей потеряла страна.
Но, однако, с позором бежали враги,
Были люди в Советском Союзе крепки.
Не отдали Советскую землю фашисту,
Не был Новый Оскол отдан в руки лоббисту.
За работу все взялись и вот результат:
Город был воскрешён и улучшен в сто крат.
Сейчас век перешёл уж на третий десяток,
Я на город смотрю с высоты своих лет,
Вы простите, что я был в истории краток,
Ведь нельзя на неё до конца пролить свет.
Видно прав был философ, его понимаю,
Больше мир познаю, убеждаюсь, не знаю.
Я о нём ничего, мозг так мал, он огромен,
Не поможет, что я, сам в себе неуёмен.
Видно это понять не помогут века,
К сожалению, жизнь хоть будь стар коротка,
Как - никак, а треть жизни уходит на сон,
Слышишь звон, только снова не знаешь где он.
За секундой секунда и время пропало,
И всё ж радость величия нам показало.
Любовался я городом «Новым Осколом»,
Его площадью центра, её каждым домом.
Восхищаюсь героями, жителей братством,
Здесь культура с историей дышит богатством.
Этот клад никому, никогда не украсть,
Охраняет здесь ценность народная власть.
Так что Новооскольский район процветай,
Не жалей людям счастья, а дав умножай,
Чтоб оно передалось потомству в веках,
И пускай торжествует лишь радость в глазах!






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 06.11.2019 Валерий Кириогло
Свидетельство о публикации: izba-2019-2666196

Рубрика произведения: Поэзия -> Исторические стихи













1