Князь Мирослав Часть третья Главы 16 - 17; Эпилог



Глава шестнадцатая

Теперь, когда Мирослав поправился окончательно, ничто не мешало ему и Веселине предаваться любовным утехам. Те нежные ласки, которые мужчина не смог дать своей любимой, по причине заключения в тюремный застенок, он воздал сторицей в радушном доме воеводы Захарьина-Кошкина.
Казалось, что медовый месяц у них только начался. Веселина, как любая любящая женщина, делала всё возможное, чтобы мужу с ней было хорошо, чтобы его мужская сила, которая долгое время таилась в нём, словно законсервированная, вновь проявилась в полную силу. Об одном только грустила молодая жена: что не может родить она Мирославу ребёночка. Но тот страшный приговор иноземного лекаря тогда в Ракомле, в день, когда Веселина выкинула своего первенца, не давал ей покоя. Она с трогательной грустью смотрела на чужих детей, и её сердце разрывалось от страшной
несправедливости: за что Бог наказал её, лишив радости материнства?
Но время шло, и как-то раз, посмотрев на себя в зеркало, Веселина заметила, что слишком
раздобрела на воеводских харчах. А тут как раз зашла Акулина Харлампиевна, чтобы немного с ней покалякать и расспросить о здоровье князя Мирослава. Знахарка как-то странно посмотрела на молодуху, улыбнулась ласково и сказала:
- А ты, никак, понесла, девонька? То-то я смотрю на тебя и не нарадуюсь: ходила, как царевна морская, вся насквозь просвечивала, а теперь гляди-тко - щёки полные, да румяные, тело белое, да гладкое, словно кровь с молоком.
Веселина зарделась, как маков цвет - стыдно ей было рассказывать тётке Акулине про то,
как её насиловали пятеро здоровенных мужиков, как понесла она от них, как выкинула ребёнка и про то, какой приговор вынес ей иностранный лекарь. Но, подумав немного, обо всём ей поведала, потому что после того, как та спасла её мужа от смерти, молодая женщина доверяла ей во всём.
- Ах, ты голубонька моя! - запричитала тётка Акулина. - Сколько же тебе досталось горя
выхлебать! Но, знаешь, что я тебе скажу, доченька, бывает и такое: когда мужчину сильно любишь, можешь и понести от него, хоть сто иностранных лекарей тебе скажут обратное. А, чтобы быть по-настоящему уверенной, ложись на лавку, я посмотрю тебя. Да ты не бойсь, сделаю я это потихоньку, ласково - ты даже ничего не почувствуешь.
Веселина вдруг вспомнила дворового мужика Прошку, внука повитухи, который " осматривал " её на невинность, и ей вдруг стало так стыдно, что она вся сжалась, словно пружина. Но потом поняла, что не надо стыдиться, что тётушка Акулина - умная, опытная знахарка, и послушно легла на лавку.
Акулина внимательно осмотрела молодую женщину, и на её полном, румяном лице расцвела довольная улыбка.
- Ежели всё будет хорошо, - сказала знахарка, вытирая руки белым рушником, - то к Рождеству Христову подаришь своему князю светлому маленького князюшку.
- Да не ошиблась ли ты, тётушка Акулина? - насторожённо и в то же время радостно спросила Веселина, вставая с лавки.
- Я никогда не ошибаюсь, милая. Знаешь, сколько через мои руки прошло таких, как ты? Можешь обрадовать своего мужа. В январе у вас родится ребёночек.

Глава семнадцатая

Май в том году в Москве, был невероятно тёплым. Пришёл он и в подмосковное село
Бутыркино. Бело-розовым цветом цвели яблони и сливы. Под окнами воеводского терема бушевала сирень. По ночам разливались соловьиные трели, и от их трепетного многоголосья становилось теплее и радостнее на душе, и хотелось, распахнув настежь окно, слушать и слушать их всю ночь напролёт.
Воздух был напоён ароматами душистых пионов и нарциссов, в изобилии произрастающих в саду.
Воеводская жена Ирина Ивановна очень любила цветы, и садовник насажал их в таком количестве, что по всему терему стояли многочисленные вазы с душистыми весенними цветами.
В конце мая в лесу появились первые ландыши. Веселина и Мирослав любили эти с виду
неказистые, но такие милые и нежные цветы. Обычно они ходили в лес ранним утром после бессонной ночи любви. Веселина собирала букетик из белых, дрожащих на ветру, крошечных колокольчиков и подносила его к уху: ей всегда казалось, что маленькие белые цветочки вот-вот тихонечко зазвонят, приглашая их в церковь к заутрене.
Мирослав любил вдыхать ни с чем несравнимый аромат ландышей, вдыхать до головокружения, до одури в груди.
В одну из таких прогулок молодая женщина решила поведать мужу о том, что понесла. Поначалу до князя не дошёл смысл слов, сказанных женой, а, когда он понял, поднял её на руки и страстно поцеловал в горячие уста. Это известие было высшей наградой ему за все его мытарства.
Лес, где они обычно гуляли, был редкий, и вся дорога на Дмитров просматривалась, как
На ладони. И в тот момент, когда Веселина возвращала мужу поцелуй, на дороге, ведущей из Москвы, показался чей-то пышный поезд.
Впереди на белых конях ехали рынды с маленькими топориками в руках. За рындами следовала роскошная колымага, украшенная золотыми двуглавыми орлами. Следом за колымагой снова ехали многочисленные телохранители на конях вороной масти.
У Мирослава болезненно сжалось сердце от великой тоски и безысходности. Он вспомнил, как только что, оно радостно билось, когда нежно прижимал он к своей груди трепещущую, сконфуженную признанием жену.
- Да это же сам Великий князь едет! - воскликнул он, и все его иллюзии разом улетучились.
Он понял, что случилось непоправимое, что кто-то донёс на них, раз сам Иоанн Васильевич едет в Бутыркино, чтобы снова схватить его и предать в руки палача. Веселину же, которая ждёт ребёнка, как и было зачитано в приговоре ожидает холодная, сырая келья и безрадостная жизнь монахини. А их бедное дитя? Оно навсегда останется без отца и без матери.
- Не бывать тому! - прошептал князь пересохшими от волнения губами и, тряхнув седыми
кудрями, строго посмотрел на побелевшую от ужаса Веселину. - За всё буду давать ответ я один! А тебя я спрячу, Веселинушка. Гроза пройдёт, ты выйдешь из своего убежища, и с помощью Степана и Михеича уедешь в Польшу, к моей матушке. Во что бы то ни стало, ты должна сохранить моего наследника, продолжателя славного рода Землянских! Укройся в этом шалашике, и сиди покудова не стемнеет. А мне нельзя прятаться, иначе я подведу под монастырь и воеводу Юрия Захарьевича, и его славную жену Ирину Ивановну, и их милых детушек.
- Нет! Мирославушка, не пущу! - заголосила Веселина. - Не будет мне жизни без тебя, мой
любый.
- Не смей! - грозно сдвинул брови князь - Ты теперь не одна! Ты обязана сохранить нашего
сына!
- Почём ты знаешь, что будет мальчик? - всхлипывая, спросила Веселина. - А вдруг девка
родится?
- Кто бы ни родился - это семя князей Землянских, и ты обязана выносить наше дитя!
Мирослав, не оглядываясь на рыдающую жену, смело зашагал по дороге, ведущей к боярскому терему. Пройдя все семь кругов ада, он уже ничего не боялся.
Когда он подошёл к красному крыльцу, царский поезд был уже там, и Великий князь
при помощи одного из рынд, выходил из кареты.
Увидев в окошко самого Иоанна Васильевича, по крутым ступенькам терема сбегал вниз
воевода Юрий Захарьевич Захарьин-Кошкин.
Встретились все трое возле кареты. Юрий Захарьевич упал на колени пред Великим князем и поцеловал ему руку.
- А ты что же не целуешь мне руку, гордый князь? - спросил Иоанн Васильевич у Мирослава. - Али всё ещё в обиде на меня за прошлое?
- Прошлое не вернёшь, - спокойно ответил Мирослав. - А ежели Вы, Ваша Светлость приехали за мной, то прошу Вас, берите меня побыстрее - вот он я весь - только не причиняйте зла воеводе славному. Он ни в чём перед Вами не провинился.
- А я смотрю и никак не пойму, Мирославка: очи-то твои, оказывается, открылись, - беззлобно рассмеялся Великий князь. - Кого же мне теперь прикажешь казнить? Моего палача Ваню-лютого, за то, что пренебрёг моим указом и самолично помиловал тебя?
- Не за что его казнить. Он честно исполнил Ваш указ. - Мирослав выставил на обозрение всем свои безобразные культи. - А то, что побратались мы с ним - это верно.
- Ну и хитёр ты, князь. Да я не за тем сюда приехал, чтобы снова предавать тебя лютому
наказанию. Прощения хочу у тебя испросить. Исторопился я, поверил наговорам нехороших людей, а верного слугу своего даже выслушать не захотел.
- А что, Юрий Захарьевич, может, пригласишь меня в свой терем высокий? - обратился Иоанн снова к Захарьину-Кошкину. - Жена твоя должна дорогого гостя встречным кубком вина подчевать. Не нарушай вековых традиции наших дедов и отцов.
Воевода Захарьин-Кошкин отдал распоряжение набежавшим со всех сторон слугам и повёл государя в свой терем.
Мирославу Великий князь приказал следовать за ними.
При входе в высокую гридницу, Иоанна Васильевича уже встречала Ирина Ивановна Захарьина с серебряным подносом, на котором стояли три золотых кубка с фряжским вином. Не ведаю, кто отдал воеводской жене приказ поставить на поднос именно три, а не два кубка. По всей видимости, инициатива принадлежала самому Юрию Захарьевичу.
Ирина Ивановна поклонилась низко высокому гостю и протянула угощение. Великий князь взял один из кубков и, пригубив его, поставил снова на поднос.
- А что же ты, Юрий Захарьевич не пьёшь? - спросил он. - Да и князь наш гордый тоже бы
выпил вместе с нами.
- Нечем князю брать кубок, Ваша Светлость, - ответил Мирослав. - Управляюсь теперь
исключительно при помощи людской доброты.
Иоанн Васильевич самолично взял третий кубок и поднёс его к губам Землянского.
- Второй раз спрашиваю тебя, князь: прощаешь ли ты меня за то зло, что причинил я тебе?
- Время взяло своё. Острая боль пораненного сердца притупилась, - уклончиво ответил
Мирослав. Укор Великому князю замер на его устах и заменился словами полной покорности провидению. - На всё воля Божья!
- Уклончиво говоришь, Мирослав Всеволодович. Не хочешь ли ты, чтобы я пред тобой пал
ниц, чтобы вымолить у тебя прощение?
- Нет, Ваша Светлость! Ни к чему Вам пред рабом своим на колени падать. Хотел бы я всё
забыть, да не забывается. Но я прощаю Вам всё. Вот только...
- Говори, я сделаю всё, о чём бы ты не попросил.
- Отдалите от себя первого предателя и наговорщика, дьяка Курицына. Все беды только
от него, проклятого.
- Исполать! - Иоанн Васильевич крепко обнял Мирослава, и они трижды расцеловались. -
Возвращаю тебе и твоим близким все титулы и звания, вотчины - Московскую и Ростовскую, - а также холопов, добро и те деньги, которые ты честным трудом отслужил у польского короля.
С немой, невыразимой словами благодарностью, с ликующим счастьем воззвёл Мирослав очи к небесам. Этот день для него стал началом новой, счастливой жизни.
- Говорят, у тебя жена просто раскрасавица! - сказал Иоанн, допив вино. - Что же ты
не знакомишь меня с нею?
- Прогуляться вышла она, государь, свежим, весенним воздухом подышать. Но я сей же час пошлю за ней слугу своего верного.
И Мирослав шепнул незаметно на ухо Степану Свешникову, чтобы тот позвал Веселину
из затерянного в лесу шалаша. День сегодня и взаправду был необыкновенно праздничный и знаменательный. Теперь ни ему, ни Веселине не придётся более прятаться и таиться, как сверчкам запечным. Теперь они спокойно могут уехать к матушке в Польшу.
Пока Степан бегал за Веселиной, Великий князь, подобревший от выпитого вина, спросил
Мирослава:
- А что, светлый князь, не желаешь ли ты снова пойти ко мне в " Иноземный приказ"? Место русского посла в Польше свободно.
Князь Землянский склонил голову и ответил, не задумываясь:
- Нет, Ваша Светлость! Негоже такого калеку убогого за границу посылать. Дозвольте мне
остаться в Москве, тем паче, что жена моя младая недавно понесла.
- Что ж, поздравляю и тебя, и жену твою младую. Так ты и в Москве мне завсегда можешь
понадобиться.
Пришла с улицы Веселина и, потупив очи, встала перед русским государем. Степан
по дороге успел поведать ей обо всём, и она уже знала, что Иоанн Васильевич приехал сюда с добрыми намерениями.
- Гордись своей женой, Мирослав, - сказал государь, с нотками зависти в голосе. - Она и
в самом деле у тебя писаная красавица. Когда родится ребёнок, прошу взять меня в крёстные отцы. Ну, как согласен?
- Непременно, Ваша Светлость.

ЭПИЛОГ

Итак, мой роман подошёл к концу. Мне очень жаль расставаться с полюбившимися героями, но ничего не поделаешь. Не стоит из серьёзного произведения делать " мыльную оперу", тем более, что поставлены все точки над i. Хотя, нет. Кое-какие исторические справки нужно дополнить.
Иоанн Васильевич выполнил все свои обещания в отношении князя Мирослава. Кроме одного...
Дьяк Курицын по каким-то неизвестным причинам так и остался на дипломатическом поприще. В 1482 году Иоанн III отправил его с дипломатической миссией в Венгрию к венгерскому королю Матвею Корвину и в Молдавию к Молдавскому господарю Стефану Великому для заключения союза против Польши. Он вернулся из-за границы, привезя договор, содержавший утверждение " братства и любви" да ещё книгу, написанную в тех краях, название которой было " Граф Дракула".
Сам государь Всея Руси женился во второй раз. Жену ему, которую звали Зоэ Палеолог,
привезли из Рима. В Москве она приняла христианство и получила имя София. В 1472 году Иоанн Васильевич и София Палеолог обвенчались. Их венчал в Успенском соборе Кремля митрополит Филипп.
" Иностранный приказ" возглавил бывший постельничий Великого князя, Карпов Афанасий Иванович. Он оказался замечательным дипломатом честным человеком. В дальнейшем к нему в обучение был отдан младший сын воеводы Юрия Захарьевича Захарьина-Кошкина, Василий. Средний же сын воеводы Захарьина-Кошкина, Роман, окольничий при Иване Грозном, стал отцом Анастасии, первой и самой любимой жены грозного царя.
14 мая 1471 году произошла Шелонская битва, на реке Шелонь, в тридцати верстах от озера Ильмень. Эта битва, в которой участвовали войска Иоанна III и новгородцев решила участь Великого Новгорода. Захватив в плен самых выдающихся его вождей, Великий князь распорядился отрубить им головы. Так в городе Руса были казнены вожди литовской парии: Дмитрий Борецкий, сын Марфы от второго мужа, Василий Губа-Селезнёв, Кипр Арзубьев. Остальных, в том числе и Ивана Лошинского, отправили в оковах в Коломну и посадили в тюрьму.


Земли Марфы Борецкой были конфискованы. Её саму с внуком Василием Фёдоровичем Исаковым сначала привезли в Москву, а затем выслали в Нижний Новгород, где насильно постригли в монахини под именем Марии в Зачатьевском ( с 1814 года
Крестовоздвиженском) монастыре.
По другой версии Марфа умерла или была казнена по дороге в Москву в селе Млеве
Бежецкой пятины Новгородской земли.
Анастасия Холмская, которая играла в нашем романе не последнюю роль, умерла во время родов, и кроме отца по ней никто не плакал.
Элжбета Потоцкая при дворе короля Казимира IV Ягеллончика считалась самой красивой
фрейлиной королевы Элжбеты Габсбург. Она вышла очень удачно замуж: её мужем стал молодой, богатый и очень знатный польский вельможа, и она была счастлива в браке.
Княгиня Елена Борисовна Землянская вернулась из Польши в Россию сразу же после того,
как Иоанн III Васильевич снял все обвинения с Мирослава и вернул ему и его родственникам все титулы и звания. Она не захотела оставаться в Москве, где всё ей напоминало о страшных днях заточения её сына в казематы Троицкой башни, о тех лютых пытках, которым его подвергали, и она уехала в свою дальнюю вотчину в Ростов Великий поближе к могиле своего усопшего супруга.
У князя Мирослава и княгини Веселины Землянских ночью, в сочельник 1468 года родился
первенец, сын, которого они в честь деда назвали Всеволодом.

ЗЕЛЕНОГРАД Декабрь 2014 года. - 4 января 2015 года.
Рисунки и фотографии взяты из Интернета
Большое спасибо авторам!






Рейтинг работы: 17
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 4
Количество просмотров: 22
© 04.11.2019 Долорес
Свидетельство о публикации: izba-2019-2665018

Рубрика произведения: Проза -> Исторический роман


ЛЮДМИЛА ЗУБАРЕВА       06.11.2019   13:10:39
Отзыв:   положительный
Вот такие они- цари. Сначала "порубят в капусту", а потом: "Ну, извини". Рада, что у главных героев все закончилось хорошо. Вот только беспокоит неясность судьбы братьев Веселины...
Долорес       07.11.2019   16:13:07

Ну, о братьях я как-то не подумала. Может, допишу как-нибудь на досуге.
Конечно, братишек взяли из Новгорода, наверное, вместе со старой тёткой.
Разве Веселина сможет бросить мальчишек? Да и Мирослав человек великодушный...
Спасибо вам, милая Люся, за огромное внимание ко всему, что вы читаете.
Вы славный человек!


Денис Иволгин       05.11.2019   13:34:06
Отзыв:
Победителей не судят .
Кто победил, тот и прав .
Долорес       05.11.2019   14:50:08

Ответ, конечно, интересный . Но вот вопрос: "А кто победил?"
Денис Иволгин       05.11.2019   17:37:41

А победит тот, кто победит .
Ирина Ондронова       05.11.2019   00:30:41
Отзыв:   положительный
Добрый вечер, Галчонок! Какой хороший конец у романа! Только разозлилась я на князя Иоанна III. Еще и пеняет Мирославу, что тот не бежит целовать ему руку. Какое кощунство со стороны правителя. Он видимо совсем себя Богом возомнил. Анастасия получила по делам. Только Курицин как то сумел остаться при Иоанне живым и невредимым. Хотя тоже всыпать бы ему!
Спасибо тебе, милая подруженька, за увлекательное чтение! Обнимаю с любовью! Твоя Ира.


Долорес       06.11.2019   22:45:40

Моя милая Ириночка!
Во все времена правители были несправедливы по отношению к народу.
Курицын не понёс никакого наказания, и помер в преклонном возрасте в своей постели.
А сейчас? Проголосовали за нашего Президента. Все были уверены, что он сменит кабинет министров во главе
с Дмитрием Анатольевичем. Ничего подобного. А Мирославушка остался без рук... Это ли не обидно? ведь так и было раньше.
Спасибо, моя кошечка, что дочитала такой тяжёлый роман до конца.
Доброго тебе здоровьица и хорошего настроения!
Не болей и не хандри! Знай, что в столице есть тётка. которая тебя любит!













1