Куклы Ван Крида - 2. Часть 4. Поисковая машина


(из черновиков, которые никогда не станут чистовиками)



Тринадцатая история кукольного мастера Моргана Ван Крида, о машине, которая умела искать людей и о людях, которые умели терять своих близких. Четвертая из восьми финальных историй, которые задумывались, как первичный и основной вариант, но были отклонены по некоторым причинам. Возвращаю их в качестве альтернативного окончания цикла историй о кукольном мастере Ван Криде.





Куклы Ван Крида.



Истории в картинках словами.



История тринадцатая: Поисковая машина.




Кукольный мастер Морган Ван Крид неприязненно рассматривал очередного своего посетителя, словно решая, выставить его за дверь сразу или перед тем отчитать. Тем более сегодня он собирался посетить старинного своего и единственного настоящего конкурента, мастера Ван Руута, который славился в Стокванхейме и далеко за его пределами серией кукол с секретом, под именем «Серия Оскар КС». Мастер Ван Руут, по слухам, – а они в мастеровой среде Стокванхейма и Орданвинга распространялись на неописуемых скоростях, – недавно выполнил некий секретный заказ для важной персоны из Вермы, который был весьма благосклонно принят той стороной и щедро оплачен. Мастеровой люд шептался в тавернах, захмелев после третьей кружки доброго эля, оплаченного щедрой рукой Моргана, что мастер Ван Руут стал богат, но... Обычно на этом месте мастера как-то странно и недобро хмыкали, затем смотрели на опустевшую кружку, и Моргану приходилось заказывать им элю еще раз.

–Что, но? – спрашивал Морган, попыхивая своей сигарой, отчего его хмурое лицо скрывалось в сиреневом облаке дыма. – Который раз слышу это загадочное «но»... Однако объяснений так и не получил. Там, в Верме, с мастером Ван Руутом случилось нечто плохое? Вы имеете сведения об этом?

Очередной его захмелевший собеседник согласно кивал и косился на сигару. Однако зная, что Ван Крид никогда и никого не угощал своими сигарами, и сие было фактом неоспоримым, лишь печально вздыхал. Так вот, говаривал какой-нибудь очередной мастер, он там что-то на кого-то променял этот выскочка Ван Руут, оттого и печален.

–Люди говорят... – на этих словах очередной выпивоха оглядывался по сторонам, дабы убедиться, что их никто не подслушивает, и продолжал шепотом: – Что Ван Руут оставил свою дочку в Верме, в каком-то пансионе для высокородных. Вы понимаете меня?

–И что в том странного? Ну захотел он дать благородное воспитание и образование своей дочери – имеет полное право. В чем тут загадка?

–А в том, что такой сквалыга, как Ван Руут, у которого снега зимой не допросишься, просто взял и оставил свою единственную дочку в столичном пансионе, да еще со столичными-то ценами и нравами... Странно это всё. Он ведь девчонку свою сам воспитывал, после того, как супружница померла шесть лет назад. В черном теле держал, бедняжку, кормил бесплатной похлебкой из миссии Благого Вспомоществования, вместо одежды в обноски одевал, а тут вдруг пансион, да к тому же в Верме. Теперь-то понимаете, мастер, что тут нечистое дело?

Более ничего вразумительного Моргану не удавалось выведать. Он целую неделю потратил на то, чтобы узнать хоть что-то о своем основном конкуренте, хотя бы какую-то информацию об его загадочном заказе из Вермы. Однако из этой затеи ровным счетом ничего не получилось. Ван Руут умел хранить свои тайны самым надежным способом – вбрасывая в общество какой-нибудь невнятный, но весьма загадочный слушок. А слушок этот, в свою очередь, обрастал сотней дополнений, одно краше другого, и через некоторое время всей этой массой сказок совершенно надежно хоронил под собой настоящую правду. Обычно народ удовольствовался красивыми слухами, а хитрый мастер результатом. Он делал это всегда.

Морган так не умел.

А неделю спустя, его мытарства по тавернам Стокванхейма совершенно неожиданно прекратил сам мастер Ван Руут, позвонив на домашний номер и пригласив Моргана в свою мастерскую, как он выразился – для консультации. На некоторое удивление, которое Морган высказал в телефонную трубку, печальный голос ответил, что он совершенно запутался в людях и нелюдях. Морган промолчал, не считая себя вправе комментировать подобное заявление, затем дал обещание навестить мастера Ван Руута с дружеским визитом завтра около полудня.



И вот теперь, он неприязненно смотрел на молодого человека в нарядном френче, который развалился в кресле, как у себя дома и вертел головой по сторонам, видимо не быв обученным хотя бы начаткам благородных манер.

–Я говорил вам это по телефону, – раздраженно проворчал Морган, вынув сигару из шкатулки и поискав взглядом коробок со спичами на столе. – Заказы на новую машину я не беру уже неделю как.

–Вы называете это машиной?! – молодой человек смотрел на Моргана Ван Крида во все глаза, как восхищенный мальчишка глядел бы на своего кумира в спорте. Он подался вперед так резко, что мастер Ван Крид едва удержался, чтобы не вздрогнуть. – Машиной?!

–Ну, да... – Морган даже несколько растерялся от этой реакции. Коробок спичек, наконец, был найден и мастер занялся раскуриванием сигары. – Я так и называю этот механизм – машина. И совершенно не понимаю тот ажиотаж, который наблюдаю в последнее время по её поводу. Это обыкновеннейший механизм. Возможно, он более тонко и тщательно настроен, чем некоторые подобные агрегаты...

–Полно вам, мастер! – Молодой человек махнул рукой и откинулся на спинку кресла. Он коротко рассмеялся, но скоро взял себя в руки под суровым взглядом Моргана. – Подобные машины... О каких таких подобных вы говорите? Все они – хлам в сравнении с вашим шедевром! Вот поэтому я хочу её иметь у себя.

–Я больше не принимаю заказы на поисковую машину.

–А я плачу вдвойне! – самодовольно заявил посетитель.

–А мне безразлична ваша цена...

–Втройне! Нет, черт подери, вчетверо больше плачу!

Морган Ван Крид кашлянул, бесцельно подвигал листок с чертежом по столу из стороны в сторону и... Решил не упрямиться. Дело в том, что он и без того весьма и весьма взвинтил цену на свое новое изобретение. Репутация лучшего кукольного мастера Стокванхейма обеспечила его работой на месяц вперед, а ограничение в количества заказов – подстегнула ажиотаж и гарантированный спрос. Он посмотрел на ухмылявшегося молодого богача, сбил пепел в идеально чистую хрустальную пепельницу и сказал:

–За эту цену... Я приму вашу заявку. Срок исполнения – месяц.

–А если бы я заплатил впятеро больше первоначальной цены? – молодой человек снова подался вперед к столу, за которым восседал Морган, но в этот раз сделал это неторопливо и как-то вкрадчиво, по-кошачьи. – То, возможно, увез бы её с собой сегодня же?

–Но зачем она вам так скоро? – Морган не удержался и глянул вправо, где в одном из шкафов, в нижнем его отделении, в большом кожаном футляре, пряталась его новая машина. Он словно чувствовал, что этот образец понадобится, и с утра собственноручно принёс из мастерской. Морган рассчитывал продемонстрировать её возможности перед каким-нибудь высокородным яаритом из Вермы. Ведь большая часть заявок поступила именно из метрополии...

–Я еще не запустил в производство мехобновления для неё. А без гаджетов сей агрегат весьма ограничен в возможностях.

–Но ведь по прямому своему назначению он сможет работать? – Всё так же вкрадчиво спросил посетитель.

–В качестве поисковой машины? – Морган поразмышлял недолго. Затем положил сигару на бортик пепельницы, встал и направился к шкафу.

Там он раскрыл нижние дверки и вынул претяжелый саквояж с ажурной ручкой. Под восхищенные вздохи молодого посетителя, Морган вернулся к столу с машиной. Раскрыл золотые замки на саквояже и, не без труда, вынул механизм на свет.

–Мастер! Она совершенна!

–Не кричите вы так, - поморщился Морган, подвинув машину к тому краю стола, где витал радостный заказчик, размахивая руками и напомаженным этикетным платком.

Он раскрыл машину. И глазам нувориша предстала её внутренняя часть, состоявшая из никель-графитового дисплея и клавиатуры. Корпус машины был сделан из литого золота, впрочем, не для красоты и придания большей ей цены, а лишь потому, что золото в атмосфере Яара имело свойство резонансной три-пи антенны. И тем более золото снабженное мощным логическим механизмом, которым Морган Ван Крид гордился небезосновательно. Мастер был лучшим логическим механиком Стокванхейма, а значит и всего Яара.

–У такого чуда должно быть имя! – воскликнул посетитель. - Как её звать?!

–Я назвал всю серию этих машин Соби, – мастер присел на край стола, повернулся и взял сигару, закрутив движением руки струйку дыма в фиолетовую полоску с петлёй на конце.

–Знакомое слово... – пробормотал посетитель, склоняясь над машиной, но не решаясь прикоснуться к ней.

–Возможно, в детстве вам читали книжку с названием «Сонные сказки Арвинара», – Морган посмотрел в окно, в котором ветер поднимал вверх белые шторы, открывая картину солнечного дворика с липой посредине. – Соби... Один из персонажей этих сказок. Слепой мальчик, который умел находить без вести пропавших детей.

Посетитель оторвался-таки от восхищенного рассматривания бликов золота на корпусе поисковой машины, и с интересом глянул на Моргана.

–Как он находил пропавших детей?

–Они снились ему. Впрочем, снились только те, кто хотел, чтобы их нашли. – Морган решительно затушил сигару. Встал. И включил машину.

–Давайте-ка, я объясню вам, как пользоваться. Вы должны знать, что без механических приставок она будет работать только в двух режимах. Во-первых, как поисковая машина... – мастер надавил на несколько клавиш. Вслед за тем, внутри машины зашипели миниатюрные паровые бойлеры, которые принялись вертеть турбину, а она, в свою очередь, обеспечила механизм электрической энергией. По дисплею прошлась волна белых отблесков, и скоро в верхнем левом углу замигал курсор. – И, во-вторых, как печатная машинка. Отделение для заправки бумаги я дам вам бесплатно, в качестве бонуса.

Молодой человек убрал свой платок в карман и приблизился к машине. Он провел пальцами по клавиатуре и улыбнулся.

–Очень мягкие клавиши... Знаете, мастер Ван Крид, когда-то я имел дело с поисковыми механизмами в Верме. И, честно сказать, все эти монументальные агрегаты, каждый в два этажа высотой, оказались совершенно бесполезными в одном виде запроса..., который интересовал меня.

Морган смотрел на посетителя. Дисплей Соби, мерцающий зелёной подсветкой по краям, светился неоновыми кантами в глазах молодого человека, отчего они казались безумными.

–Что за вид? – Морган внимательно наблюдал за руками юноши. Тонкие пальцы подрагивали над клавишами, словно он предвкушал долгую и интересную работу за машиной.

–Поиск человека.

–Это просто. Для начала вы сами должны очень точно себе представлять что или кого ищете – это архиважно. Затем вам следует ввести имя искомого и несколько его характеристик, как психологического, так и внешнего свойства, которые знаете только вы и никто больше. Машина обработает данные, отфильтрует образную их часть, дабы оставить только применительную информацию. И если объект вашего поиска имеет место быть в реальности, а не в воображении, машина укажет его точные географические координаты. Повторяю и уточняю, укажет координаты именно того человека или предмета, который известен только вам, – знаете, представляете, любите или вожделеете, – и никого больше. В неё вмонтированы самые свежие карты Яара, к тому же, она имеет прямой доступ к радиоволнам ангельского маяка в Верме. А это, доложу я вам, гарантия успеха. Мне пришлось долго уговаривать яаритов дать доступ к информационной базе маяка.

–Можно попробовать? – посетитель глянул на Моргана.

Мастер кивнул.

–Принцип работы не опишете?

–Отчего же. В общих чертах, почему бы и нет... – мастер усмехнулся. – Всякий человек или даже предмет имеет свою энергетическую историю. Я не говорю след, заметьте. Я не говорю об особенностях или о проводимости электричества, что касаемо предметов. Я не говорю о каких-то поступках или делах, – если это человек, – способных как-то отметить его в энергетической атмосфере нашей планеты. Нет, не говорю. Но имею в виду именно энергетику... Только иного свойства. Назовем её энергией смысла, если хотите.

-Она есть в нашей атмосфере?

–Она есть в самом веществе вселенной. Это особенная энергия. Ею невозможно зажечь даже самую слабую лампочку накаливания. Но вполне возможно зажечь сердца или просто оставить свой электрический след на предмете, созданном тобой или даже просто побывшем в твоих руках. – Морган испытывал необыкновенное чувство, которое было схоже с радостью, когда увидел понимающие глаза юноши. – Иными словами моя машина найдет, к примеру, старую перьевую ручку, побывавшую в руках писателя, учителя или инженера. Но не найдет такую же ручку, недавно выпущенную на фабрике. Ибо в первом случае ручка отмечена энергией смысла, во втором – нет.

–А человек?

–Вселенная жестока в равенстве. Она одинаково отметит, как человека, так и предмет. Поэтому, если в вас есть смысл, то вы имеете шанс быть найденным. Или, как вариант, ваша любовь, преданность, желание, тоска и прочее, что привязывает человека к человеку, может обозначить контур того, второго, человека на полотне вселенной, тем самым дав ему или ей свою персональную координату.

–Кто определяет эти смыслы, мастер?

–Вы сам и определяете. Своей жизнью или существованием. Соби лишь резонирует на эту энергетику, он ловит отклики в резонансных волнах, что излучает ангельский маяк, и направляет эти вибрации особым образом в атмосферу, словно локатор. И если запрос находит своё подтверждение по нескольким параметрам, то Соби напечатает на дисплее результат. А вам лишь останется поехать и проверить.

Молодой человек задумчиво смотрел на маленькие зеленые лампочки по контуру графитового дисплея. Его пальцы всё ещё не решались коснуться клавиш.

–Я хочу найти одного человека... Очень дорогого мне человека... – посетитель коротко глянул на Моргана и сразу отвел глаза. – Мою сестру. Мы потерялись в годину Зелёного путча в Тартостваре... Впрочем, не об этом речь. Вот уже десять лет я безуспешно пытаюсь найти её. Знаете, ваша машина моя последняя надежда.

–Просто введите имя.

–Имя?

–Имя не сразу и не для всех обретает свой смысл. Оно очень важная составляющая человеческой личности. И если имя наполнено смыслом в энергетическом поле вселенной... Значит, Соби найдёт вашу сестру. – Морган вынул из шкатулки сигару и медленно размял её в пальцах. – Затем напишите её образ. То, какой она представлялась вам. Ведь этот образ имеет своё наполнение в ваших воспоминаниях. Ведь так? И если она сама не отметилась в энергии смысла, то, возможно, ваша память отметит её там.

–Так просто?

–Если вы не скажете мне глупых слов о шарлатанстве... – Морган раскурил сигару и шумно выдохнул дым. – То, возможно, сегодня уйдете от меня счастливым.



...



Через два часа Морган Ван Крид сложил в свой сейф пять увесистых сафьяновых мешочков с золотыми гульденами, глянул вглубь, по привычке посчитав остальные мешочки, похожие на большие высохшие груши с хвостиками, и закрыл сейф на ключ.

Он встал и осмотрел кабинет, наполненный солнцем и теплым дыханием с улицы. Белые шторы взмывали вверх, открывая милый сердцу Моргана вид на дворик. К стволу старой липы был прислонен велосипед. Значит, Поль уже вернулся домой. С утра он отпросился на какую-то загадочную прогулку со своим новым школьным другом. И Морган не смог отказать ему. Он лишь напомнил мальчугану, что тот всё же механический человечек. И чтобы эта тайна не была раскрыта, должен был придерживаться определённых правил. Первое из которых – не брать чужую пищу, даже если друг предлагает простое яблоко, и тем более не покупать еду в придорожных кафетериях. Поль клятвенно заверил, что помнит все правила и будет неукоснительно следовать им. Морган помнил, что грустно смотрел в окно этим утром, наблюдая, как его механический сын торопливо выкатил велосипед из сарая, резво на него сел и помчался со двора.

–Мальчишка, – вздохнул где-то за плечом старина Рене.

–Я боюсь... – тихо сказал Морган. – Очень боюсь, Рене, что школьные друзья как-то откроют тайну Поля. И отвергнут куклу. Он не перенесет этого, Рене. Понимаешь?

–Он умный мальчик, мастер. Будем на это уповать.

–Я не мог лишить его общения со сверстниками... Он так тянулся к детям. Мне просто хотелось, чтобы Поль смеялся чаще, гонял с друзьями мяч на поле, мотался на эти загадочные прогулки по утрам...

–Успокойтесь, мастер. Всё будет хорошо.

Морган смотрел на калитку, которую Поль второпях забыл закрыть на защелку. Там за ней было солнце, липовые аллеи и... Люди. Страшные иногда люди. Непонятные. Непредсказуемые.

Вот и сейчас Морган вышел из кабинета и пошел по дому искать Поля. Он соскучился по мальчугану.

И нашел его в гостиной. Морган задержался возле приоткрытой двери, наблюдая за Полем. Мальчик помогал Рене менять шторы на окнах, весело рассказывая что-то там про друга. Рене, по такому случаю сняв неизменный черный камзол, и закатав рукава белой рубашки до локтей, приставил к стене небольшую лестницу, взобрался на неё и повернулся к Полю.

–Вот эту подай, будь добр.

Мальчик с готовностью взял штору, свернутую в аккуратный воздушный квадрат, и вложил её в руки дворецкого.

–Ты бы зашел к отцу, – Рене одним красивым движением рук взмахнул квадратом и распахнул его с мягким хлопком в роскошное кружевное полотно шторы. Белая ткань зашуршала, плавно опадая волнами, и в комнате запахло свежестью. – Что-то он с утра хандрил.

Поль поник.

–Папа, наверное, сердится на меня, что отпросился, ничего не объяснив.

–Мне же ты рассказал, куда ездил и зачем. Это же вполне можно рассказать мастеру. Утренняя рыбалка на хрустальном озере – вовсе не проступок. И кстати, пусть купит тебе удочку, чтобы была своя.

Морган улыбнулся и отступил на шаг в тень. Он любил, когда в семье было хорошо и спокойно.



*



Спустя полчаса он брел по улицам Стокванхейма и уговаривал себя зайти всё же к мастеру Ван Рууту. Всё дело было в том, что слишком много солнца разлилось по улицам города. Слишком много его золотых нитей опадало на кроны каштанов по бокам аллей, растворялось золотым порошком в лужах, растекаясь маслянистой плёнкой света по поверхности; слишком хорошее настроение было у него для того, чтобы испортить его в мастерской конкурента. Несколько раз Моргану попадались рекламные плакаты его новой поисковой машины. Несколько раз он видел своих кукол в витринах дорогих магазинов для избранной публики. И еще... Он был счастлив отчего-то... Хотя и не мог бы внятно объяснить причин своего состояния. Возможно, причиной был его маленький Поль, помогавший Рене развешивать шторы. Возможно чашка янтарного чая, которую он выпил в уличном кафетерии. Возможно, голос чертовки Нины Хоган из приоткрытых дверей салуна "Fur mich soll′s rote rosen regnen". Возможно, душистая сигара... Морган не знал, что именно.

Через два квартала он остановился перед монументальным строением с квадратными колоннами и чугунным забором сбоку. Вверху черных прутьев красовался замысловатый герб, который Моргана всегда раздражал, но в этот раз лишь вызвал лёгкую усмешку. Мастер неторопливо шагал по ступеням, перед тем рассмотрев гранитных львов в основании громадной лестницы, подошел к массивной двери и вдавил кнопку звонка в золотом витиеватом обрамлении.

В дом его впустил суровый дворецкий. Явно, что кукла. Мастер Ван Руут был прижимист необыкновенно, и чем богаче становился, тем больше ограничивал себя и своих домашних в расходах. На прислугу он давно перестал тратиться, используя роботов, коих научился делать недурно, но как-то без искры.

Дворецкий проводил Моргана в другой край дома, петляя по его многочисленным комнатам, скрипя высокими дверями и гулко вышагивая алюминиевыми подошвами по полированному полу. Морган рассматривал внутренность дома с некоторым отвращением. Стены в нём были по большей части серыми и даже без обоев. Картин или чертежей, (как, например, у Моргана в доме), на них не висело. Гипсовые канты заплесневели по углам, почернели и принялись покрываться тяжелой, черной паутиной. Мебели почти не встречалось им по пути, несколько старых комодов с белесыми следами вместо ручек и один проломленный посредине диван – были не в счет.

Наконец, они пришли в кабинет мастера Ван Руута. Это было большое и неряшливое помещение с железными столами по краям и устаревшим сборочным станком в середине, над которым качалась и скрипела лампа под ржавым колпаком. Сам мастер лежал на диване к ним спиной в противоположной стороне. Морган решил не церемониться и принялся раскуривать сигару без спроса.

–Я бы попросил! – неожиданно громко и как-то истерически крикнул Ван Руут, однако не повернувшись к Моргану лицом. – В моём доме не курят!

Мастер Ван Крид лишь глянул на его спину в засаленном домашнем халате с восточными мотивами, и продолжил раскуривать сигару. Сгоревшую спичку он положил в ладонь куклы. Затянулся и выдохнул дым.

–Пожалуй, я пойду.

–А зачем ты пришел? – снова крикнул Ван Руут.

–Не знаю... – Морган осмотрел мрачное помещение мастерской, заметил клочки бумаги на полу, вместе с протухавшими объедками, и поморщился. – Я ожидал увидеть нечто иное.

–А я знаю, что ты выведывал у этих болтливых неудачников сведения о моей поездке в Верму! Ты обошел, наверное, все таверны Стокванхейма, в которых собираются мастера!

–Теперь вижу, что зря делал это.

Ван Руут всё же повернулся к Моргану. У него было изможденное лицо. Недельная щетина, мешки под глазами.

–Ты нужен мне, Морган, – изменившимся голосом произнес Ван Руут. – Я видел твои объявления в городе... Эта поисковая машина... Соби. Она уже существует?

–Она уже запущена в производство на фабриках Ван Штокка.

–Ты договорился с Ван Штокком? – хозяин кабинета удивленно покачал головой и медленно поднялся, болезненно морщась от каждого движения. – Значит, и верно говорят, что основной заказчик капитан Рог.

–Не твоего ума дело.

–А ведь и у меня он тоже кое-что заказал... – Ван Руут посидел, затем кое-как встал на ноги и медленно побрёл к своему столу, шаркая тапками по полу, как немощный старик. Стол был полностью заставлен пустыми бутылками из-под рома. – Он заказал очень специфическую куклу... Даже не хочу предполагать, для чего она ему понадобилась. И что удивительно... Он сказал, чтобы я сам назначил ей цену.

Морган мрачно усмехнулся.

–И ты назвал, – прошептал он.

–Самую высокую! – Ван Руут мельком глянул на Моргана и принялся перебирать бутылки. – Я думал, что у правителя Вермы..., да и всего Яара... У него много денег. И он всяко не обеднеет... И знаешь, что... Он согласился!

–Он всегда соглашается на любую цену.

Ван Руут снова посмотрел на Моргана, но в этот раз грустно и зло одновременно.

–Я очень обрадовался... А когда вернулся домой... Когда вернулся...

Моргану пришлось напрячься, чтобы на лице не проступило чувств. Он смотрел на плачущего Ван Руута и молчал.

–Когда я вернулся, то обнаружил, что моя дочка подменена манекеном. Качественно сделанной пустышкой, очень похожей на мою Матильду. Но... Морган... Зачем он забрал мою дочь?!

–Хорошо, что ты догадался не предпринимать необдуманных панических действий.

–Я, знаешь ли, тоже имел дело с яаритами из Вермы. Догадаться не составило труда. Я только не пойму... Зачем?!

–Это принцип любой власти и признание таланта, если хочешь. Дать гению любую цену и забрать у него что-то личное и бесценное, чтобы держать на коротком поводке.

Ван Руут смотрел на Моргана. В его глазах стояли слёзы, выцветшие в полумраке, что царил в мастерской.

–Кого они забрали у тебя, Морган? – прошептал несчастный мастер.

–В моем случае не забрали, а... – Морган отвернулся, он был не в силах смотреть на убитого горем мастера Ван Руута. – Не дали. Власть имеет много разных поводков.

–Эта твоя машина... Она сможет найти мою девочку? – Ван Руут шагнул в сторону Моргана.

Но тот отступил назад и толкнул робота, пробормотав: – «Отведи меня к входу»

–Морган!

–Ничем не смогу тебе помочь. Просто прими, как данность, ты больше никогда не увидишь свою Матильду. Власть никогда и ничего не возвращает. Ты пойми, что даже если найдёшь дочку с помощью Соби... То... Вряд ли обрадуешься...

–Нет! Не говори этого!

–Слово забрать имеет и второй смысл. Настоящий смысл. Ты знаешь его. Забрать, значит...

–Морган! Умоляю тебя, не лишай меня последней надежды! Морган!



*



Морган Ван Крид курил свою сигару и наблюдал за Полем, который с аппетитом поедал мороженое из стеклянной вазочки. Они заняли крайний столик в уличном кафе, напротив фонтана. Солнце и тени ползали по белой скатерти, душистые магнолии радовали глаз в корзинке посредине стола, тишина и умиротворение. Из стеклянных дверей кафе негромко звучал оркестр и солнечный голос Нины Хоген.

–Пап? Ты чего... – Поль смутился, перестал есть свое сливочное мороженое, политое апельсиновым джемом, и растерянно посмотрел на своего отца. Моргану пришлось отвести глаза в сторону.

–Просто.

–Ты смущаешь меня. Смотришь как-то... – Поль взял салфетку и начал вытирать рот. Однако недоеденное мороженое притягивало к себе его взгляд, как магнит.

–Ты ешь, ешь. А я буду смотреть на фонтан и слушать песню.

–Ты сердишься на меня за то, что утром уехал, ничего не объяснив?

–Вовсе нет, – Морган пожал плечом. – Я даже приготовил для тебя кое-какой сюрприз.

–Сюрприз?! – Поль совершенно успокоился и смотрел на Моргана во все глаза. – Обожаю твои сюрпризы! А что будет в этот раз?

–Придем домой и сам всё увидишь. Торопыга.

–Я уже хочу скорее вернуться домой!

–Надо же, – хмыкнул Морган, а про себя подумал, что удочка, всего час назад купленная в лучшем магазине для рыболовов, скорее всего, понравится сыну.

Поль вздохнул и принялся за мороженое, в этот раз шустрее работая ложкой.

А Морган смотрел в солнечную аллею, в которой гуляла семья. Мама, папа и маленькая дочка. Ему стало радостно от этой картины, и в то же время... Почему-то... Грустно.



Не более, чем через месяц, власти объявили поисковую машину Ван Крида
государственной собственностью секретного назначения и изъяли все экземпляры,
как из продажи, так и у тех, кто успел ее приобрести. С последних, к тому же, еще и
взяли расписки о неразглашении, а некоторых из упорных, которые не хотели
расставаться со своей собственностью, отдали под суд и выслали в северные окраины
империи.




Конец тринадцатой истории.


Сони Ро Сорино (2009 – 2010)





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 4
© 03.11.2019 Сони Ро Сорино
Свидетельство о публикации: izba-2019-2663392

Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  













1