Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Глава 16. Сговор.


Глава 16.   Сговор.
      Глава 16       СГОВОР 

               Середина декабря. Повсеместно началась подготовка к выборам в городскую думу. Общественная жизнь пришла в движение. Чиновники шли на сближение с горожанами путем контактов по телефону.
Анна воспользовалась случаем и позвонила в мэрию. Напомнила о своей жалобе. На другом конце провода ее выслушали, частично записали, но официального ответа не дали.
     О том, что ее услышали, Анна узнала из письма главы управы, который сообщал, что обязал дирекцию инженерных сетей обратиться в районный суд с иском к Татику.  Содержание письма вызвало досаду. Оно свидетельствовало, что управа обошла административное законодательство и порядок устранения внутридомовых аварий, находящихся в ее ведении. Анна не исключала, что ее ждут новые сюрпризы.
    Для кого управа старалась и шла на нарушение закона — было очевидно. Хворов, как младенец, оставляющий следы после приема пищи, высевал доказательства своей заботы о Татике. Если на этапе ремонта квартиры с повреждением коммунальной сети действия Татика, относимые законом к уголовному деянию, еще можно было квалифицировать как случайные, то теперь, в хороводе с управой, они приобретали вид сознательного группового преступления против общественного порядка, которое надо скрывать от ока правительства Москвы и прокуратуры.

           Сколько стоит их дружба? Ведь Татика надо защищать как минимум еще два с половиной года, до момента истечения срока уголовной ответственности. Вероятно, очень дорого. О конкретной сумме мздоимства можно судить только на основании причиненного ущерба дому, с детализацией повреждений конструкций и сметы на их восстановление. Только вот ущерб общему имуществу дома дирекция не оформляет. Виновник порчи дома откупился от должностных лиц.
Татик сам, без подробностей, подтвердил факт передачи денег, а косвенно на это указывают отсутствие пакета документов по его квартире, лживый акт по квартире Максимовых, бездействие муниципальной власти в устранении аварии на перекрытии и, наконец, обращение ДЕЗ в суд с нарушением подсудности дела. Защищать мигранта от уголовной ответственности и нарушать закон чиновник просто так не будет.
    Но о чем могут судиться между собой юридическое и физическое лицо, если они в сговоре? Если оба имеют отношение к порче дома? Оба извлекли из этого материальную выгоду и не заинтересованы в том, чтобы об этом кто-то узнал.
Анна тяжело вздохнула. Суды дело долгое. Время на их проведение и три дня, установленные законом на устранение аварий в электрических сетях, разнятся, как слон и майский жук.

              Пока ясно только одно: порча дома, а равно инженерных сетей, прерывающая коммунальные услуги жильцам, относится к административному праву, с ответственностью муниципальной власти за восстановительный ремонт и имеет межведомственную подсудность. Гражданское право здесь ни при чем. Все, что дозволено народному суду по административному иску ДЕЗ к Татику, так это вынести вердикт, обязывающий муниципальные власти привести общее имущество дома в рабочее состояние в соответствии с законом. Или, если виновник порчи коммунальных сетей будет чинить препятствия их восстановлению, лишить его права собственности и выставить квартиру на торги.
    Но настраиваться на позитивное решение суда, когда сам глава управы блокирует выдачу нормативных документов и пытается встроить их семью в теневую схему отчуждения коммунальных сетей, будет легкомысленно.
— Да что я себя накручиваю, не зная содержания иска дирекции, — остановила свои мысли Анна.

                 Чтобы понять судебную интригу управы, она не стала ждать сообщений из дирекции инженерных сетей, а сама отправилась туда.
Кабинет юриста дирекции был разделен на два рабочих места, одно из которых пустовало.
Анна присела напротив дамы с одутловатым лицом и попросила ознакомить ее с документами, которые та готовит в суд по поручению главы управы.
— Никаких поручений из управы по иску к Татикам в юридический отдел дирекции не поступало, — осторожно ответила толстая дама со смешной фамилией Паинька. Ознакомившись с письмом из управы к Максимовым, которое Анна положила на стол, она изменила ответ:
— Исковое заявление я пока не готовила и документы не подбирала. — А можно назвать сроки? — с просила Анна.
— Ну, не раньше января.
— Почему идете в народный суд через голову МВК и жилищной инспекции, а не по подсудности дела через прокуратуру?
— Таково распоряжение главы управы.
— Но это же нарушение Основного закона о распределении полномочий между ветвями власти и Уголовного кодекса, где прописаны деяния о повреждении чужого имущества. С какой стати районному суду разбираться в технических вопросах переустройства конструкций дома, эксплуатации скрытых коммуникаций, их порче, устранении аварий? В соответствии с постановлением правительства Москвы, это прямая обязанность муниципальной власти и специальной межведомственной комиссии.

              — Руководству видней. Я всего лишь юрист, а не инженерный работник или строитель.
— Вот, и я об этом. Нормативные требования по вопросу устранения аварийной ситуации в многоквартирном доме называет и исполняет не юрист, а главный инженер дирекции инженерных сетей. Здесь главное слово за ним. В этой связи до отправки иска в суд я хотела бы ознакомиться с его содержанием и посмотреть обеспечение доказательствами.
Анна встала. — Настоятельно прошу учесть мое пожелание.
    Паинька открыла было рот, но только хмыкнула. С главой управы она уже обговорила все детали.
— Если возникнут затруднения по технической части или будет нужен свидетель, дайте знать, — завершила разговор Анна.
— Справимся сами. Глава управы сектора «G», получив из аппарата мэрии указание обеспечить восстановление освещения в квартире Максимовых, сразу же вызвал Паиньку и поручил ей готовить иск в суд.
— А почему не на комиссию МВК? — осторожно спросила она.
— Нарушение мелкое. Нет там объема работы для комиссии. Готовьте иск в защиту прав Максимовых в споре с Татиком. С судом договорюсь сам.
— Могу я взять заключение главного инженера дирекции? — поинтересовалась Паинька. — Никаких документов по общему имуществу дома в деле быть не должно. За это вы отвечаете. До свидания. До понедельника.

           После ухода Паиньки Хворов связался с секторальной Фемидой и попросил принять у дирекции иск.
— Геворг Ионыч, — ответила та, быстро сообразив из его путаной дипломатии, что речь идет о порче внутридомовых инженерных сетей и нарушении нормативного обеспечения коммунальными услугами. — Дела подобного рода в оперативном управлении ДЕЗ и в вашей компетенции или специального административного суда. Зачем нас-то впутываете? Понимаете, как я рискую, если возьму в производство дело, которое мы не вправе рассматривать? И опять же. Вы знаете, что решение районного суда по такому делу не будет иметь юридической силы. А ну как разберутся и поднимут шум?!
Геворг Ионыч другого ответа и не ждал. Надо же главной Фемиде округа поломаться и набить себе цену.
То, что председатель суда иск примет, он не сомневался. Куда она денется?
— Вы же опытный юрист… Кто, как не вы, может помочь, подсказать, направить, — почтительно, с придыханием, журчал голос Ионыча в трубке.
— Все, что я могу, так это потянуть время на выяснение обстоятельств. Иск примем в том случае, если от вас будет письмо и заявление от потерпевших.
— Понял, понял, сделаем, — сопела трубка. — Главное, сейчас начать процесс. Так я подошлю к вам юриста на консультацию?

                     Хворов дал указание секретарю пригласить к нему Паиньку на завтра, на семнадцать. В конце рабочего дня связался с Татиком и назначил ему встречу на полчаса раньше. В обычной приветливой манере Геворг Ионович поставил Татика в известность о необходимости предъявить ему иск о восстановлении электропроводки для обеспечения освещения в квартире Максимовых. Он заверил бизнесмена, что это всего лишь пустая формальность, без последствий для его семьи, и беспокоиться не следует. - Всеми вопросами будет заниматься юрист дирекции инженерных сетей и желательно с ней поддерживать связь. В судебном деле может участвовать любой член семьи Татика под опекой Паиньки...
      С Фемидой тоже придется встретиться лично и уладить вопрос ее рисков.
  К концу беседы в кабинете Хворова появилась и сама Паинька — крупная дама с тяжелым дыханием и толстыми, как у слона, ногами.
— Ольга Ивановна, знакомьтесь: это ваш подшефный и будущий ответчик по иску — господин Татик. Возьмите у него всю нужную информацию. Договоритесь, кто из членов его семьи будет с вами общаться. Сам он очень загружен. Рабочее время таких людей мы должны беречь, — значительным тоном напутствовал Паиньку Хворов. — Подготовьте заявление таким образом, чтобы вовлечь в судебный процесс Максимовых. Если Максимовы не захотят участвовать в рассмотрении иска дирекции на господина Татика, суд сам повернет их лицом друг к другу. Возьмите письмо для суда. Когда все закончится, заберете его из дела. Исковое заявление передадите лично председателю суда. Выполняйте ее указания.
— Нужна ли на иске подпись главного инженера или директора инженерных сетей? — уточнила Паинька.
— Нет. Это излишне. Вашей доверенности на ведение судебных дел вполне достаточно.
На том и расстались.

          Татик, не откладывая дело в долгий ящик, встретился с секторальной Фемидой. Спокойно выслушал ее речь о риске, на который она якобы идет, принимая в производство исковое заявление о порче муниципального имущества без документов, определенных законом. Сообразительный горец немедленно убрал риски с помощью плотного конверта и договорился, что интересы семьи в суде будет представлять его дочь.
     Паинька с рвением готовила поручение главы управы. Она все еще была под впечатлением последней встречи с Хворовым, но только той ее части, где он сказал, что утвердил состав комиссии по приему в эксплуатацию нового дома.
Пятнадцать процентов от общего числа квартир полагается на обеспечение очередников по спискам жилищного отдела управы, и Паинька, находящаяся в этом списке, может рассчитывать на получение ордера.
— Неплохо, — порадовался за нее Хворов, — после трех лет работы в дирекции.
Ольга Ивановна взяла чистый лист бумаги и на первой строке обозначила требование Максимовых: принять меры к семье Татика, которые оставили их без электрического освещения. А что писать дальше?
При видимых признаках порчи дома сокрытие факта порчи, представляющей опасность для жизни и здоровья людей, — у головное деяние со стороны должностного лица!

                 Паинька задумалась о сложности данного ей поручения. - Хорошо бы получить от Максимовых заявление на представление дирекцией их интересов в суде. Но ведь не дадут. Знают, что разрешение проблемы непосредственно относится к управе и межведомственной комиссии. Она вздохнула и набрала номер телефона квартиры Максимовых. Трубку никто не взял.
— Ладно. Подождем.
Паинька сделала звонок заместителю главы управы Притворову, возглавляющему секторальную МВК.
— Матвей Федорович, вы можете посоветовать мне, как отразить в иске о восстановлении освещения что-либо по технической части вопроса?
— Посоветовать могу, — ответил низкий колос из трубки. — Берите акт по квартире потерпевших и переписывайте его в заявление.
На этом разговор окончился и из трубки пошли гудки.
     Паинька положила перед собой акт по квартире Максимовых и стала переписывать его, неторопливо размещая порции лжи между строк искового заявления.
     Опуская подробности и даты, с акцентом на предположительные выводы комиссии эксплуатационного участка о повреждении Татиком электропроводки во время настила ламината, Паинька просила суд обязать ответчика восстановить электропроводку в квартире Максимовых путем проведения работ в своей квартире силами специализированной службы ремонта и составить акты на скрытые работы.

              Даже опытный юрист вряд ли сразу разобрался бы, как это возможно — восстановить объект повреждения в одной квартире путем работ в другой. Но Паиньке и не нужно было ясности. Ей нужен был туман. Неопределенность ведет к спору, который она и затевала между соседями.
Исковое заявление с порхающими по квартире Татика «утками» было готово. Ольга Ивановна поехала в суд, взяв с собой два акта по квартире Максимовых: неофициальный, искажающий обстоятельства ремонта у Татиков и технические условия установки поврежденной внутридомовой электропроводки, и официальный, составленный в соответствии с проектом.
Главная Фемида посмотрела бумаги: -— Акт Домсервиса держите у себя. Он не потребуется. В деле оставьте акт ДЕЗ. К заявлению приложите план БТИ по квартире ответчика и потерпевшего, выписку из лицевого счета. Список ответчиков пополните членами семьи, — наставляла Фемида Паиньку. — К огда все подготовите, приносите.
      Паинька, вернувшись из суда, снова позвонила Максимовым. Трубку сняла Анна Сергеевна. Паинька поставила ее в известность, что дирекция подала исковое заявление к Татику, а его копию, в соответствии с Процессуальным кодексом, Максимовы получат непосредственно из суда. Кроме того, суд хочет убедиться в том, что квартира Максимовых действительно находится под квартирой Татиков, а для этого нужно взять в бюро технической инвентаризации экспликацию.
— Пожалуйста, сделайте это и передайте ее мне. Что касается обеспечения иска доказательствами, которые вы хотели посмотреть, то суд решил сделать на них официальный запрос. Поэтому, если захотите, то по истечении некоторого времени можете ознакомиться с ними в канцелярии суда.

           Так Паинька вешала лапшу на уши доверчивой женщине, затягивая ее в судебный процесс.
    В начале января Фемида сектора «G» приняла от дирекции инженерных сетей иск к семье Татиков о восстановлении освещения в квартире Максимовых. К иску был приложен фальсифицированный акт по квартире потерпевших. Все документы были неофициальными и не отражали фактического положения дел по проведению ремонта в квартире ответчика. Номер доверенности на ведение судебных дел юристом дирекции инженерных сетей сектора «G» Паинькой отсутствовал.

Продолжение следует.







Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 11
© 28.10.2019 Елена Широкова
Свидетельство о публикации: izba-2019-2659086

Рубрика произведения: Проза -> Детектив















1