Русские писатели... Продолжение - 2.


"Другой народ"


О романе Прилепина "Обитель"

...Захара Прилепина, я видел в Лондоне, на встрече с читателями, в том числе с англичанами, в большом книжном магазине, неподалеку от Пикаддили. Он был в какой-то тюбетейке на бритой голове, держался немного скованно и начал выступление с того, что "наехал" на "наших" из московского молодёжного объединения, обвиняя их в неискренности и прислуживанию правительству.
Мне не понравилось, как он отзывался, хотя и косвенно о России, как показалось, подлаживаясь к слушателям. После того, как он сказал, что не будет говорить о своём творчестве, а продолжал толковать о политике - я ушёл.
Назавтра, я, случайно увидел его на Оксфорд-стрит с пакетом подарков в руках и подумал, что это для его детей и простил ему его невольную слабость - поддаваться давлению недружественной для России, среды.
Недавно прочитал его повесть "Патология" и мне понравилось. О войне в Чечне написано жёстко, умело и драматично...

И вот, побывав в России совсем недавно, привёз оттуда его роман "Обитель" получивший самые известные литературные премии, и взялся читать в перерывах между собственными писаниями. Об этом и поговорим...

Читается книга с интересом, часто напоминая по сюжету и накалу страстей бред тифозного больного. Фабула напряжённая и динамичная, когда герой - обитатель Соловецкого лагеря - попадает часто из "огня да в полымя".
То "блатные" на него наедут и пообещают зарезать за избиение одного из "своих", то лагерная обслуга изобьёт его до полусмерти, за подкинутые ему, соседом-поэтом, самодельные карты...
Потом случилась необыкновенная любовь лагерника и "чекистки", - я уже где-то в российских боевиках это видел и запомнил находку кинорежиссёра - задранные вверх ноги женщины-следователя, во время неожиданного и неуместного совокупления с заключённым. Но чего не придумаешь, ради привлечения избалованного современного читателя.

Надо отметить, что благодаря сочному, образному и метафоричному языку Прилепина, все эти приключения Артёма Горяинова - героя романа, воспринимаются живо и переживательно. Единственно, что вызывает вопросы, это постоянное уподобление поведения и зэков, и особенно чекистов, некоему аду на земле.
Вспоминая Солженицына и его " Один день Ивана Денисовича", надо отметить, что даже там таких зверств совсем не наблюдалось.
Поэтому, хочется упрекнуть автора "Обители" в нагнетании ужасов, часто напоминающих антисоветские антибольшевистские агитки времён советских диссидентов и перебежчиков!
Кстати, об этом нагнетании ужасов, убежавшими за границу антисоветчиками, устами начальника лагеря, бывшего начальника охраны в бронепоезде Троцкого - чекиста Эйхманиса, говорит и сам Прилепин. Я всё ждал авторских выводов из этого монолога, но так и не дождался.

Для меня, в этом романе особенно заметна "промытость" мозгов автора, как впрочем и нескольких поколения сравнительно молодых россиян, к которым принадлежит и Прилепин. Это стало следствием "работы" тех антисоветских агиток, которые хлынули в Россию в девяностые как с Запада, так и от доморощенных российских "демократов-западников", создавших несколько мифов об ужасах жизни в Союзе и злонравии чекистов!
Наверное поэтому, Прилепин особенно старается описывая зверства "чекистов-большевиков" и здесь, так явственно ощущается влияние этих антисоветских мифов.
А мне вспомнились книги и кино о чекистах, написанные и сделанные до "буржуазного" переворота в России.
Помню писателя Павла Нилина - тоже чекиста, его повести и романы, рассказывающие о чекистах той поры с симпатией и горечью. Вспомнилась и трагическая смерть Дзержинского.
Помню книгу Николая Островского "Как закалялась сталь", в которой показана сложность и жестокость той жизни и той борьбы за равноправие, которая и стала причиной трагедии в послереволюционной России - старое и отжившее, тем более в революциях, никогда не сдаётся без борьбы!
А ещё вспомнились мемуары отчима моего друга - Степана Рацевича, отсидевший несколько лет по лагерям и ссылкам и подробно описавший лагерный быт и отношения зэков с "чекистами", в своих мемуарах "Глазами журналиста и актёра". (Прочитать их можно в интернет-журнале "Что есть истина?", издающемся в Лондоне.
В этих лагерях, тоже были и театр, и оркестры, и больнички, и прочий зэковский быт, только без ужасов навороченных Прилепиным.
Первое впечатление от этих мемуаров, что в лагерях была дисциплина и порядок, которого часто не хватало на воле! Конечно были и смерти заключенных, но в те годы и на воле люди гибли и от голода, и от перенапряжения всех физических сил.
Но, в лагерях и на пересылках, которые описывает Степан Рацевич, совсем не было вечно пьяных "чекистов" и их неспровоцированных зверств.
И ещё, после прочтения этих мемуаров, написанных свидетелем тех порядков и того драматического разворота жизни, оставалось впечатление, что просто так туда, в лагеря, не попадали.
Часто там сидели и белогвардейцы, и диверсанты, и люди прислуживавшие антисоветским режимам. А в грозовой, предвоенной атмосфере, уничтожение или изоляция антисоветских элементов была жестокой, жизненной необходимостью. Во многом благодаря сплочению русского народа и уничтожению врагов советской власти, и стала возможна великая Победа в этой страшной и кровопролитной войне, с казалось непобедимыми гитлеровцами и их европейскими союзниками!
Но эти мемуары Стапана Рацевича, вообще отличаются объективностью, может потому, что писались ещё в советские годы!
...Напомню, что действие романа "Обитель" происходит в тридцатые годы, когда все ещё помнили жестокую борьбу за выживание советской власти и Гражданскую войну, в которой столкнулись не на жизнь, а на смерть сторонники старого и нового порядка.
Чувство мести к классовому врагу ещё жило в сердцах тех, кто выступил тогда на стороне советской власти. Во многом, это и было главной причиной жестоких законов, но и жестоких расправ над противником.
Артём Горяинов - герой романа, был тоже не ангел, а попал в лагерь на Соловки на три года за то, что зарезал отца.
Но об этом, Прилепин говорит мимоходом, а выглядит Артём сильной личностью, философом и откровенным красавцем и героем. Кажется, что Автор наделяя своего героя и бесстрашием и обаянием, срисовывает этот характер с себя - но это и простительно - все так делают!
Ещё раз хочется отметить, что Прилепин из поколения изуродованного откровенным, примитивно-провокационным антибольшевизмом и антисоветизмом и поэтому, не может быть объективным, описывая те времена, да наверное и не хочет.
Он показывает всю советскую эпоху, недавнее прошлое страны, которое и я ещё хорошо помню, только с одной стороны, со стороны "малого народа", то есть со стороны тех, кто сидел в тюрьмах и лагерях и тех, кто явно или скрытно боролся с советским государством.
Его роман совсем не касается жизни "другого народа", того большинства советских людей, которое строило Днепрогэс, Магнитку, заводы фабрики, метро, школы и больницы, а потом воевало и погибало миллионами, чтобы поколение «прлепиных» появилось на свет!
В девяностые, такая антисоветская грязь, полилась на этот "другой народ" из разного рода "либеральных" источников, при поддержке идеологических врагов и победителей Советской России, вдохновляемая идеологами олигархического капитализма и бандитского беспредела.
А выросший из Контрреволюции олигархический режим, они, эти прославители частной собственности, почему-то назвали возрождённой демократией и временем возвращения свободы!
Правда в романе, в монологах Эйхманиса, мелькают иногда и правдивые факты и сравнения положения дел в России и на Соловках в частности, до революции и после. Но и Автор и читатель, не верят этим откровениям "чекиста", потому что и лагерные активисты и тем более охрана, показаны бессердечными монстрами, неким олицетворением зла выпущенного в мир русской революцией.
Тут Прилепин действовал по эстетскому старому рецепту: "Искусство- это эстетизация порока" и вывалил на головы читателей всю зверскую чернуху, вполне в русле той, которой россиян потчуют уже несколько десятилетий. И потому, многие устали от такой «эстетизации порока», эксплуатации темы Гулага, большевистской диктатуры и страданий невинно оклеветанных доносами и доносчиками. Хотя, до таких тем так привязчив и любопытен обыватель-образованец!
Вот и Прилепин, ничего более человечески реального и даже христианского, несмотря на название придумать не смог.
Такие фантазии талантливого писателя и есть производное от некогда усвоенных мифов о зверской сущности социализма и благообразия победившего в итоге во всём мире капитализма.
Но ведь Прилепин не жил на Западе и не знает, что всё социалистическое благообразие той же Англии, выстроилось с учётом уроков Великого Октября и стало её следствием!
Невольно подумалось, что Прилепин как и его бывшие дружки из "креативного класса" - жуткий атеист презирающий народ-быдло и его вождей в Октябрьской революции - большевиков, которых он смешал с грязью, свалив в кучу и правых и виноватых, рисуя "чекистов - большевиков" зверями и страшными полуоборотнями.
Мне хотелось бы верить, что Прилепин не настолько стар чтобы не иметь времени, заняться изучением современной истории России, истории Революции и её драматических последствий, из других источников.
Мне кажется, что сегодня, он, может быть невольно купаясь в писательской гордыне, причисляет себя к творческому классу, а всех остальных, делит по своему разумению, как Бог – креатор делил народ на овец и козлищ.
И ещё, кажется, что о поведении людей в те времена, он судить из своего жизненного опыта, пришедшего из страшных бандитских девяностых и из войны в Чечне.
Этот опыт помогает ему выстраивать зверские сцены, до которых так охоч современный читатель и зритель изуродованный примитивными кино и литературными боевиками, начисто отбивающих возможность видеть драму жизни вне убийств, грабежей и разврата.
Но этот опыт, лишает его понимания рутины той, совсем недавней по историческим масштабам жизни, лишает понимания чувств простого человека, жившего тогда, получившего свободу, власть и возможность хоть как-то отомстить за столетия рабства и жестоких унижений.
Такой взгляд со стороны, на советскую эпоху "элитных и особенных" писателей, поэтов и драматургов, тоже произошёл от увлечения антисоветской пропагандой, обещавшей радость и свободу при капитализме, а приведшей к диктатуре денег и похоти!

Надо помнить, что после Революции и Гражданской войны, чтобы вернуть жизнь в нормальное, мирное русло в разорённой и разворованной стране, надо было вводить жёсткие, если не жестокие законы. А потом и следовать им неукоснительно, - что простым людям, что тем паче, ответственным служащим и чиновникам, в том числе и бывшим старым большевикам, не очень нравилось.
Поэтому, в советские, большевистские времена, реальная, часто тяжёлая трагичная жизнь была полна драматизма, являясь составной частью этого переломного времени. Поэтому, существовала и жёсткая ответственность не только за поступки, но и за слова и идеи, которые, как давно заметили философы, правят миром!
Почему все "писатели" "новой России" сегодня об этом старательно забывают, рисуя бытовую чернуху и питаясь этой чернухой, надо спросить у них?!
Почему советские лагеря, у таких авторов превратились в подобие ада, с характерными злодеями чекистами и невинными жертвами-заключенными?!
Почему эти писатели не создают сегодня романы - эпопеи о трагизме человеческого существования в послереволюционные и военные годы?!

Наверное потому, что жизнь простых людей не так привлекательна в своей рутине и напряжении непрестанного тяжёлого труда. Ведь проще и выгодней описывать ад, обостряя и увеличивая страдания "героев", возводя их до эпических размеров!
И весь этот ад, по мнению таких "творцов", делали большевики-чекисты и простые красноармейцы, а тонко чувствовали момент и предавались философским разговорам попивая политуру, бывшие белогвардейцы-дворяне, монархическая интеллигенция и такие простецы, как Артём Горяинов...

Мне приходилось пересказывать моим английским друзьям воспоминания моей матери, которая родилась в начале двадцатых годов и пережила и раскулачивание, и коллективизацию, осталась сиротой в семь лет и переехав в город, встретила там войну.
И эти рассказы, как оказалось, были интересны англичанам и они спрашивали меня - почему никто из российских писателей не пишет о той, трагической жизни, которой жили тогда многие советские люди?!
...Прилепин, в силу романтического мифа о невинных белогвардейцах - "поручиках Ржевских", вполне симпатизирует героям из "бывших": Мизерицкому и даже Бурцеву, который делал карьеру в лагерной администрации, чтобы осуществив заговор, расстрелять всех чекистов, а потом победоносно уйти на "Запад".
Может быть тут сказывается болезненное, совсем не христианское самолюбование нескольких поколений современников, живущих уже после произошедшей в девяностые Контрреволюции, одураченных романтическими мифами идеологов "образованческого либерализма", чьё нынешнее романтическое состояние, можно было бы описать русской поговоркой - "из грязи, да в князи".
Сегодня, многим простым россиянам совсем не нравится этот пиетет "креаклов" перед богатством и "знатностью" бандитов и олигархов, перед "благородством" белых поручиков, противопоставленных "зверствам" красных комиссаров!

Но, почитайте исторические архивы времён Гражданской войны и вы убедитесь, что белыми, правда по суду, убито в несколько раз больше своих противников, чем красными, правда без суда. Но ведь мёртвым уже не важно, по суду или без оного их умертвили!

Во многом, этим нежеланием видеть историческую правду, обусловлено, социальное, историческое невежество многих россиян. Из этого невежества, вырастает мировоззрение сегодняшних "креативных личностей", отличающихся тягой к исключительности - особенности, которой обладали "избранные" в монархической России и сверх человеки в писаниях Ницше.
А позже, в Германии, это выразилось в романтических бреднях об особой породе людей-героев, избранничество которых развил в своей расовой теории Адольф Гитлер.
Так начинался прямой путь к фашизму и нацизму в Германии, вначале совсем неосознанному.
Но сегодня, и в среде российских креаклов-образованцев взгляд на народ, как на нечто низшее, одетое не в меха а в "вату", вполне может привести страну к победе "сословного фашизма".
Такой романтизм, в сочетании с признанием себя выше всех остальных - знатными, образованными и потому богатыми - рано или поздно уводят человека от христианских принципов и ценностей, и приводят к нацизму и фашизму!
Этот путь уже однажды проделали умники и обожатели творчества безумного Ницше и не менее романтичного Вагнера. Но известно, что история ничему не учит "благородных дураков" и у каждого молодого фашиста, в голове одна настойчивая мысль - только я и мои родственники и друзья - продвинутые и развитые, а остальные все дураки, варвары и звери.
Новая буржуазная доктрина, проста и вторична и повторяет извечный романтический, классовый бред. А основой этой идеологии, является взгляд на народ как на нечто, служащее подножием для возвышения одарённых, образованных, богатых и властных!
Этот своеобразный "другой народ", ничего общего не имеет с народом "избранным", креативным по-современному говоря и потому, это "безликое большинство" подлежит или перековке или уничтожению.
Для начала их всех надо поместить в лагеря или кастрировать. А потом, если они не станут им, "особенным", прислуживать и восхищаться ими, тогда можно их и в "печку".
Таких требований, пока никто из "новых дворян" не выдвигает, но их презрение к простому, трудящемуся народу, который они, скривившись называют "ватниками" - это только начало пути, могущий привести к массовым убийствам и геноциду, проделываемому от лица "избранного меньшинства"!

...Мрачноватое описание Прилепиным, не только жизни в "Гулаге", но и жизни в "этой стране" на воле, невольно воскрешают в памяти теории о "биологическом мусоре" и ошибках Создателя. Но такие мысли и такие теории, стали безбожными антихристианскими основаниями для разного рода "расовых" и "сверхчеловеческих" теорий Гитлера и его немецких предшественников-философов.
Подлинная религиозность, настоящее христианство всегда было и будет на стороне униженных и оскорблённых - а таковых, как выясняется, всегда большинство в нашем "прекрасном и яростном мире"!

...Подводя итоги прочитанному, можно говорить, что описания противоестественных ужасов, совершаемых представителями"глубинного народа", в лице Прилепина нашли очередного талантливого чернушника.
Разделение людей на "креативный класс" и прочий, "другой народ", совсем не больная фантазия Захара Прилепина. Это, если пристально вглядеться в происходящее - вызревающая вокруг нас "другая реальность", ещё неосознанная и непереваренная в головах теоретиков возврата в "сословное общество".
В этой ситуации есть и другая возможность - перетекание диктатуры буржуазии в аристократическое государство, в котором умные, наученные "неудачами" революций и социализма образованцы, постараются исправить ход истории и вернуть ее на несколько веков назад, когда богатые и знатные, а потому умные и образованные, держали в "крепости" "другой народ", представляющий из себя бедных, незнатных и неучёных!

Конец мая 2015 года. Лондон. Владимир Кабаков

Песенная лирика Альбины Шульгиной…


…Стихи Альбины Шульгиной из книги «Стихи, песни, театр, песни, стихи», изданной в Петербурге, в 2006 году, никого не оставляют равнодушным. Так случилось и со мной.
Я прочитал несколько стихотворений, и через время, вдруг понял, что они меня тревожат, что думаю о них, как о чём – то необычном, трагическом и горько безысходном.
Захотелось написать об этой книге, и первое что пришло в голову, когда обдумывал название статьи, было слово эпос. Это определение невольно всплыло в голове, и позже, я понял почему.
Вся песенная лирика Альбины Шульгиной, рассказывает не только о переживаниях и страстях одной женщины, но говорит о внутреннем мире и жизни целого поколения русских, советских женщин, в детстве переживших войну, выраставших во времена восстановления и послевоенного оптимизма, а потом, словно застывших на одном месте в недоумении: а что же будет дальше!?
А дальше было медленное съезжание в застой и постепенная деградация не только идей равенства и братства, но и отношений в советском обществе! А потом, был апофеоз «перестройки», когда надежды и ожидания на лучшую, осмысленную и умную жизнь, вдруг сменились катастрофой.
Союз, который все ругали, незаметно, и как - то буднично развалился, и в ново-старую страну Россию пришёл бандитский капитализм: с олигархами, расстрелами бунтующего верховного Совета, материальной нищетой и катастрофическим духовным обнищанием, выразившимся в обезьяньем подражании Западу, воцарению идеологии злой, настойчивой пошлости, с идеей потребительства во главе угла…
И отражением всего этого в жизни страны и в жизни самой Альбины Шульгиной, стали её стихи, которые использовали и известные композиторы, и театральные режиссёры, и даже художники…
Вот короткие заметки о впечатлениях от песенной, стихотворной лирики этой замечательной поэтессы, нашей современницы…

…Стихи Альбины отличаются правдивой искренностью и глубиной переживаний обыденной рутинной нашей жизни и длящейся, нарастающей трагедии человеческой судьбы: детства, полной событий взрослой жизни, и наконец, неизбежной смерти, как завершающего аккорда человеческого бытия.
… Вот строки из стихотворения, использованного в опере В. Плешака, «Под первой звездой», которое переносит нас к началу христианского мира:

Как холодно в мире этом!
От снега белым – бело.
Как далеко до рассвета.
Держись за моё крыло.
Как люди сегодня жестоки.
Как победительно зло.
Но всходит Звезда на Востоке.
Держись за моё крыло…

Читая её стихи, понимаешь, что Альбина пережила в этой жизни многое, отчасти потому, что её бытие пришлось на страшные и героические, трагические, но и мечтательные годы, от которых не спрятаться, от которых не убежать, и которые нельзя забыть.
В этом, корни подлинной трагедии жизни, о которой говорили со священным ужасом ещё древние греки, когда герой лирического рассказа, стоит один на один с безжалостной человеческой судьбой, которая пытается противостоять жестокому страшному времени борьбы и тяжкого труда на грани жизни и умирания. Ничего нельзя изменить в своей судьбе и остаётся только достойно встречать эти неизбежные испытания…
Двадцатый век начался с революции девятьсот пятого года, и затем чередой шли войны, снова революции и снова войны, а потом и контрреволюции…
Люди тех поколений, которое включает и наше, военно-послевоенное, не могли, а может быть и не хотели менять что - то, потому что понимали неизбежность роковых испытаний, «записанных» в «книге Судеб»…
Оставалось только терпеть, бороться и переживать неизмеримую тягость роковых времён.
Эпические масштабы страшных войн, обречённость, и вместе энтузиазм жертвенного героизма и неизбежной конечной победы - вот черты русского эпоса двадцатого века…
Альбине, выросшей в русской деревне и пережившей вместе со всем советским народом эти исторические времена, Бог дал способность и талант передавать свои переживания не только в стихах, но и в прозе.
В её рассказах о том времени, я слышу и чувствую холод и голод Великой Отечественной войны, похоронки, вой молодых вдов и пьяные, горькие песни призванных в армию, о своей несчастной судьбе, созвучной со временем.
А потом были надежды и расцвет жизни в Советской России в блаженные шестидесятые, совпавшие с её молодостью и расцветом таланта.
А потом незаметно и постепенно наступила благоустроенная неподвижность застоя, перешедшего во времена митинговые и избирательные, закончившиеся бессмысленным и бесчеловечным развалом не только великой страны и супердержавы, но и человеческой трагедией бессмысленных и зверских реформ.
Целые поколения русских российских людей переживших войну и восстановление жизни после неё, были безжалостно вышвырнуты на свалку социальной истории, превратились в маргиналов, потерявших не только средства к существованию, но главное, смысл и цель своего существования, всё, чем они жили долгие годы!
Альбина, из тех, поэтов, которые видят и слышат в жизни то, что кажется для большинства несуществующим:

А ближний звук – комар.
Ах, где бы
Добыть мне крови и тепла?
По звуковым дорожкам неба
Кружится ласточка – игла.
А дальше, - Боже, помоги нам, -
И крик, и плач со всех сторон.
Скрипит заржавленной пружиной
Земли старинный патефон.

Пережив расцвет и развал великой страны, перетерпев очередную катастрофу, теперь уже почти без сил сопротивляться наступающему хаосу отношений и чувств, бороться за уходящую жизнь, она отстранённо подводит черту под прошлым:

Ну, вот и всё.
И гвоздь последний вбит.
Умолкли ливни,
Ветры, водопады.
И мой последний день,
Ссутулившись, стоит
У чёрно – крашеной ограды.
Но он уйдет
И уведёт с собой
Моих синиц, и поползней и соек
Как чёрный цвет печален,
Но не стоек.
А я любила тёмно- голубой.

Неизбывный трагизм бытия в стихах Альбины Шульгиной предстаёт в простых образах, советской, российской действительности, когда апокалипсические страсти громадной войны, сменяются оптимизмом восстановления нормальной, просто мирной жизни, которая в свою очередь переходит, по законам мировой трагедии, незаметно переходит в сонный, ленивый застой.
Хоть разбейся, но не преодолеть этого бюрократического самодовольства официозного искусства, названного, словно в насмешку, «социалистическим реализмом».
И вот в коварном привыкании к установкам и «нормам», неслышно протекают долгие десятилетия благополучного застоя, и вдруг, понимаешь, в какой то момент, что жизнь прожита и конец уже близок.
Эпос в поэзии, это тоже, как в истории, когда ничего нельзя противопоставить трагедии медленного самопредательства, отступления, согласия со злом и пошлостью мира…
Альбина, реагирует на все перемены, окружающей нас реальности, как чувствительный камертон. Этот камертон настроен на «высоту» или «низость» жизни, в которой мы все пребываем, часто не сознавая или не желая сознавать своего места в нём…
Но, Боже, что сделал человек с тем миром, который Он создал и вручил нам, как великий подарок:

Задумка гениальная твоя –
Весь твой шедевр
Во славу бытия!
Ты научил нас добывать огонь.
Стрелять друг в друга,
И ходить колонной. И поклоняться
Женщине земной,
Искусно на холсте изображённой.
Ты научил
Смотреть в глаза цветов.
И не стыдиться
Чистоты их взора. И различать
Обличия скотов,
И пить вино,
И двигать горы…
О, Господи!
Какой ты создал мир!
Сказал
Чтоб размножались и плодились.
Но, Господи,
Что сделалось с людьми!
Мы до сих пор
Любить не научились…

Трагедия русской войны, трагедия русской деревни, безысходность судьбы русской женщины, написана Альбиной со страстью и сдержанным гневом. Читая эти стихотворения, я представлял себе неотвратимость, вдруг, рушащейся судьбы миллионов и миллионов, тех, чьи близкие и любимые ушли на фронт, воевать против далёкого и потому страшного врага. И многие из них уже никогда не возвратятся на родные бедные пашни и нивы….
И эти сцены внезапного прощания, разрывают душу своей правдивой неприкрашенностью.
Альбина, сама пережившая это в далёком детстве, всё запомнила, как и бывает у талантливых, остро и тонко чувствующих людей. Она показывает, простыми словами и образами, как неизбывная тоска возникает в сердцах тех, кто уходит, но и тех, кто остаётся…
А те, кто выжил в этой безжалостной схватке, их сердца и души на все времена раздавлены колесом безжалостного Рока, изувечены на все оставшиеся времена, на всю оставшуюся жизнь…
Сегодня, таких трагических героев уже почти не осталось вокруг нас…
Вот раздел книги, под названием «военные письма» по которым композитор Валерий Гладилин, создал вокально-симфоническую поэму:

- Уезжал он зимой или летом?
- Не помню, ничего не помню.
Помню только, что было воскресенье
И с утра собирался дождик.
- Сколько лет ему было, мама?
- не помню, ничего не помню.
Помню только полосатую рубашку,
Зелёным по белому полю.
- Что сказал он тебе на прощанье?
- Не помню, ничего не помню.
Помню только, как как губы шевелились.
А потом закричали паровозы.
- Как домой ты вернулась, мама?
- Не помню, ничего не помню.
Только помню, как грела руки…
У какого огня не знаю.

Но в творчестве Альбины Шульгиной, присутствует и сентиментальные нотки, и безжалостному холоду войны противостоит красота русского пейзажа, привычного русского деревенского быта:

«Всё будет хорошо! Лишь бы ты вернулся!!!»
Воротись, воротись живой!
Вот придет сенокосная пора.
Зазвенят. Запоют две косы.
Лягут рядом два покосева.
Когда солнце встанет за – полдень,
Я раскину скатёрку на траве, положу ложки крашенные.
Воротись, воротись живой!
Когда ночь настанет тёмная,
В чистой горнице постелю постелю,
Две подушки в изголовье положу.
Воротись, воротись живой!

Одно желание, одна мольба. «Только пошли письмецо, и я буду знать, что ты жив».
Только вернись – умоляли русские женщины, на бескрайних просторах России:
Не приходила ли почтальонка?
Не приносила ли мне письмо?:

… Приходила почтальонка
И мне одной опять нет ничего.
Я на подушечку упала
Белокурой головой.
Приходила почтальонка
И только мне одной нет ничего.
Не имела, не боялась я соперницы.
Только холодны. Холодны были росы.
И увела тебя соперница
Война – разлука.
Хоть под кустышком
Явись ты серым заюшкой!
Ах, как холодны нынче росы.
Хоть с погоста прилети
Чёрной галочкой…

И наконец трагедия потери, горе сломленной, разрушенной жизни. И горечь вечной разлуки, оставшаяся на всю жизнь:

Рубаха синяя осталась ненадёванной.
Невеста милая не сделалась женой.
И перед нашими воротами тесовыми
Моя любовь проходит девочкой седой.
Рубаха синяя осталась ненадёванной.
Цветёт сирень у каждого двора.
А перед нашими воротами тесовыми
Проходит женщина, спокойна и добра.
Рубаха синяя осталась ненадёванной.
Всё с той же веточкой сиреневой в руке,
Ах, перед нашими воротами тесовыми
Проходит девочка в старушечьем платке.

Но вот война и в мире и памяти закончилась, и наступил долгожданный мир. И появились люди, которые красоту этого мира, способны показывать и так рассказывать о ней другим. И часто это уже следующее поколение русских людей:

На мирный день
Обрушилась сирень.
Художники,
Что над пейзажем кисли,
Схватились, обезумевши
За кисти, чтоб отразить
Сиреневый разбой.
Бушующий за старою избой.
Сирень смеялась
Пела
Голосила
Она рыдала,
Пить она просила.
Глазастая,
Как миллион птенцов.
Тяжёлая.
Как связка бубенцов.
Клонилась долу,
Кланялась. Божилась.
Измаявши ловцов полутеней,
Покорная,
На белый холст ложилась,
Сама безумная
От прелести своей.

И тут же, Альбина показывает неумение людей – зрителей, видеть и чувствовать эту красоту окружающего мира, жизни без войны, без страданий и потрясений:

Не упустить черёмухи цветенье.
Как зверя белого поймать за хвост!
Того, кто встал
Голубоватой тенью
В зелёном воздухе берёз.
Вкушай сей воздух, пригуби, пей даже.
Бокал туманный
Задержи у губ,
В предчувствии
Трагических пейзажей
Больниц и моргов,
Ржавых крыш и труб.
Молиться в лифте.
Господи помилуй.
От злобы и уныния спаси.
Но меркнет день,
И небеса остылы,
И жирный дым
Над городом висит.

Но, наконец приходит, появляется любовь. И все страсти и страдания жестокого мира забыты, жизнь продолжается вместе со способностью любить:

Во дни твоей любви,
Коснувшись сонных век,
Был каждый новый день,
Как первый день творенья.
И тёмная вода
Лесных неслышных рек
Несла, как два листа,
Два наших отраженья.
Во дни твоей любви
Значенья старых слов
Вставало предо мной
Заката обнажённей.
И ярая вода
Полуденных ручьёв,
Как горький дикий мёд,
Текла в мои ладони.

И вновь, жизнь постепенно становится рутиной. И день проходит за днём, и год уходит за годом. Казалось, вот она нескончаемая, необъятная молодость…
Однако незаметно и она заканчивается и наступает равнодушное тягучее безвременье, проживание заповеданных нам сроков в суете и неразберихе временных, деловых отношений… Разочарование после больших ожиданий:

Затоплю очаг в своём дому,
Чай поставлю, наломаю веник.
Буду жить по солнцу самому
Без тебя, без славы и без денег.
Буду на рассвете я вставать,
буду на закате спать ложиться.
Будут сниться дочка или мать,
а потом никто не будет сниться.
Отпылают жёлтые дрова,
Завершив обряд самосожженья.
В чёрное оденусь, как вдова,
Обрету неспешные движенья.
Что там будет, что там впереди,
Как судьба распорядится мною?
Если хочешь, в гости приходи,
Если не захочешь. Бог с тобою.

Но, трагическое прошлое, всё равно не оставляет, не даёт покоя, не отпускают грустные, безрадостные воспоминания. Кажется уже всё вокруг другое, новое… Всё горестное забыто, осталось далеко позади…
Ан, нет! Память затягивает, возвращает вновь и вновь в трагические детали былого, оставившее в душе рубец незаживающий, горестных воспоминаний, на всю кажущуюся бесконечной, жизнь:

Назад, назад
Собакою по следу
Ведомая одним лишь словом –
Знать,
Чтоб по золе, по пеплу и по слепку
Мне прошлое, как урну открывать.
О, Господи!
Освободи от знанья!
Ладонью, как кузнечика накрой.
Гармонии возвышенное зданье
Угрюмо рухнет за моей спиной
Осядет пыль
На голову, на плечи.
В пустом дому
Ни слова, ни огня.
О, Господи,
Мне защититься нечем.
О, Господи, останови меня!

Прошлое никак не хочет отпускать поэтессу из своих, крепко сплетённых сетей. И начинаются грустные гадания, о будущем, исходя из простых народных примет:

Пришел сон из семи сёл,
Из семи деревень,
Под окном заревел,
Задул свечи.
А сон – то вещий.
Блохи - к деньгам,
И к смерти – жница.
Ко свиданью кольцо.
Но к добру ли, к добру ли снится
Третью ночь мне твоё лицо!
Бисер – плакать.
Огонь – смеяться,
Узел – клятвой себя связать.
Но к добру ли, к добру ли снятся
Третью ночь мне твои глаза?
Снег - к обнове,
К разлуке – птица.
И к болезни смертной – швея.
Но к добру ли, к добру ли снится
Третью ночь улыбка твоя?..

Наконец, приходит время подведения итогов, размышлений о значении русской полу деревенской жизни в наших судьбах. Приходят тяжёлые раздумья о судьбе родной страны и своего народа:

Я отсюда родом – племенем
Я под этим небом рос,
Освещённый ярым пламенем
Старых дедовских берёз
А над русскими деревнями
То пожары, то война,
То под мирными деревьями
Золотая тишина…
Рядовой, но в славе – почести
Не вернувшись в милый дом
Мне отец оставил отчество
Да рябину под окном…
Белый цвет по ветру стелется,
Беловишенье цветёт.
На земле моя наследница,
Моя Настенька живёт.
А над русскими деревнями
То пожары. То война.
А под мирными деревьями
Золотая тишина.

Судьба каждого русского человека, созвучна судьбе всего народа. Столетиями ищет русский народ своего пути в этом большом мире. И вместе, каждый человек надеется найти свою судьбу и своё счастье, уходя в молодости за порог родного дома:

Как высок ты отчий порог,
Как зарею, окна окрашены
Семь путей, семь дальних дорог
Начинались от дома нашего.
Но одна из них выпала мне,
Увела, закружила, замаяла.
Много вёсен тому назад
Я ушёл по дороге этой.
Много вёсен тому назад
Чтоб вернуться к исходу лета.
Вот и августа пышный конец.
Тяжело закачалась рябина.
Возложи свои руки, отец.
На склонённую голову сына…

И вдруг, тоже незаметно, обыденно наступили «новые» времена, и появились «новые» русские. Времена страшные своей бессмысленной разрушительной силой и непреодолимостью напора обстоятельств. Пришли новые идеалы, а точнее громогласный отказ от всяких идеалов…
И новые люди, сидевшие, скрывавшиеся до поры до времени в людях старых, сделали мир беспросветно подчинённым богатству, его суетливой энергии, которая позволяет людям зарабатывать деньги любыми путями и способами!
В искусстве, эти времена отмечены крикливыми вывертами «звёзд» шоу бизнеса, скучным однообразием пошлости, или перепевами «задов», англосаксонской масс культуры...
Альбина Шульгина, откликнулась на эти перемены, печальными стихами:

И плакала и молилась,
Но было в мире темно.
Долго сквозь снег светилось
Узенькое окно.
Утром, прекрасные липы
Пожаловали в сад.
Какие печальные лица,
Из утренних кухонь глядят!
Какая сегодня погода?
Жарит картошку полгорода,
Полгорода кашу ест.
Шарфом замотаться получше,
Нащупать жетон – и пошёл.
А если сегодня получка, то и совсем хорошо.
Мильон плащей – утеплёнок
К метро устремятся, скользя.
Смеётся в окошке ребёнок,
Зиме погремушкой грозя…

И вновь тень трагедии, тень наглой человеческой ненасытности, накрывает мрачным облаком заботы жизнь России и жизнь простого человека, забывшего про Бога, про его страдания на кресте во искупление грехов человеческих:

Как дорожает жизнь
Как подскочили цены.
На облетевший лист,
На прошлогодний снег
И хоть шикарно зло,
Зато добро бесценно.
Под громкий смех монет
Скудеет человек.
Обличье алчности
Изменчиво, как мода.
В бессилье доброты
Не наша ли вина?
Как дорожает жизнь
Как просчитаться можно,
Коль истины такой
Не оценить сполна!..

Уходит, чья то жизнь, появляется редкая новая. Уходит привычное доброе старое время, начинается равнодушное и злое, новое…
И колокола гудят, предупреждая об опасности потерять себя, в суете желаний и моды:

В чистом поле трава
Наливается тёмною кровью.
И луны жернова
Навалились на низкую кровлю.
И по капле заря
Истекает в лесные озёра.
Леденеют не зря
Терпеливые синие взоры.
Ветер очи слезит.
Луч охранный скользит
По дорогам, по волокам.
И, послушай, в ночи
Задыхаясь, кричит
Колокол.
О, как тяжко, как важно
Он в небе высоком качнётся…
Чьё – то кончится время.
И чьё-то начнётся…

И заканчивается эта книжка стихов Альбины Шульгиной, трагическими предчувствиями, но и утешениями. Хотя эти стихи о войне и о море:

Не плачь,
Не гляди печально.
Я рядом,
Я близко,
Я здесь.
С утренней почтою чаек
Получишь благую весть.
О том, что в мире едином
Вечной разлуки нет.
В море уходят мужчины,
Женщины смотрят вслед.
Так знакомо и грозно
В море идут корабли.
Сегодня морские звёзды
На наши плечи легли.
Не плачь.
Не гляди печально.
Я близко.
Я рядом.
Я здесь.
С вечернею почтою чаек
Пришли мне хорошую весть...

Трагедия – непременная деталь эпоса. Так же трагична, а порой и безысходна поэзия и проза Альбины Шульгиной, чьё творчество вдохновляло и композиторов, и драматургов, и художников…
Жизнь русских женщин, их надежды и страдания, всплески гнева и радости на фоне привычной грусти – всё это отражено в творчестве поэтессы, ещё и как этапы становления мастера и просто взрослеющей женщины.
Вся эпоха отразилась в её разнообразном творчестве. Поэт, прозаик, драматург и сценарист, она, как в зеркале внутренних переживаний, чувств и размышлений, отражает человеческую жизнь, человеческую судьбу, ищущую скрытые цели и смыслы, в нашей обыденной жизни…

Закрывая последние страницы поэтической книги Альбины Шульгиной, размышляю под впечатлением от прочитанного о быстротечности человеческого бытия. И грустно вздыхаю, глядя в окно, за которым медленно, но неостановимо, встаёт новый день…
А это значит, что жизнь продолжается …

Ещё раз вспоминаю прочитанное и вдруг улыбаюсь: - Пока вокруг нас, в России и в мире живут такие люди как Альбина Шульгина, значит, стоит жить и надеяться на лучшее, в «этом прекрасном и яростном мире»!

2010 год. Лондон. Владимир Кабаков

Михаил Веллер обличает.

Вместо эпиграфа:

И. Крылов:

"...Не дай бог никого сравненьем мне обидеть!
Но как же критика Хавроньей не назвать,
Который что ни станет разбирать,
Имеет дар одно худое видеть?.."

…В последних своих работах, Михаил Веллер констатирует коллапс власти и российского народа.
Поэтому, захотел написать о Веллере, как о человеке не понимающем последствий своих писаний и слов. И вот появились его, совсем уж апокалиптические «подведения итогов» жизни в России за последние годы, на «эхе Москвы, которые провоцируют в читателях возмущение, сравнимое с паникой. Но судите сами. Вот цитата из его последнего сообщения на сайт «Эхо Москвы»:

«Торговля Родиной в особо крупных размерах». Автор Михаил Веллер -писатель, философ. "Эхо Москвы"

«…События концентрируются с пугающей быстротой и до критической плотности.
1. Трех недель не прошло, как Кремлю сообщили нечто глубоко засекреченное, после чего в девятом часу вечера миру было срочно и вдруг объявлено о выводе российских войск из Сирии.
2. В Сирии обнаружился российский спецназ и российские наемники, что сопровождается неизбежными боевыми потерями (кто б мог подумать). Хотя потери по закону засекречены.
3.Друг и партнер Турции Азербайджан совершает вооруженную агрессию в Нагорном Карабахе – фактически нападая на Армению, члена ОДКБ и единственного ныне российского союзника в Закавказском регионе. Пахнет косвенной войной – за Арменией Россия, за Азербайджаном Турция.
4. В мире обнародованы документально подтвержденные доказательства сокрытия и отмывки за рубежом миллиардных сумм ближайшим путинским окружением…»

Читая всё это, я подумал, что естественное место для опубликования этой паранойи и запугивания российского обывателя – это «Эхо Москвы». Так и должно быть.
Я уже писал, что в этом информационном псевдо либеральном информационном монстре, свили гнездо известные российские провокаторы, занимающиеся «промыванием мозгов» доверчивому «совку», уже много-много лет.

И «Эхо …» стало в современной России той трибуной с которой вещают разного рода русофобы, злобно шельмующие, под видом критики, не только российское правительство и Путина, но и страну в которой они родились, и народ, малой часть которого они являются.
Получается, что Михаил Веллер - писатель и философ, а для многих вообще «гуру», тоже в числе тех, кто предрекает и кто естественно ждёт, что его негатив по отношению к России, сработает! И как не покажется это оскорбительным для его поклонников, этого надо было ожидать!

…Не так давно прочитал несколько его «художественных» книжек о похождениях, в годы перестройки, разного рода удачливых и весёлых жуликов.
И с горечью подумал, что вот на похожей кальке с «похождений Остапа Бендера», воспитывались несколько поколений современных российских мошенников, казнокрадов и бандитов!
А сегодня, Веллер кричит «караул» ещё и потому, что ему не нравится, когда его «герои», вылезают из книжек и начинают жить уже вне замысла автора, а в реальной жизни.
Но тогда зачем было провоцировать нравственно нестойких русских людей, сбитых с толку восхвалением сытой и богатой жизни ловких проходимцев и просто негодяев, которым занимался сам Веллер!

Вот ещё одна цитата из этого же материала на «Эхе…»:

«…20 лет я долбил в глухие головы: отдать Южные Курилы Японии – при условии японских вложений технологиями, оборудованием и капиталами в Дальний Восток – и туда же пустить Южную Корею. Корейцы ненавидят японцев, и вместе – не любят Китай: вот щит от китайской экспансии и развитие региона под нашим управлением. Хрена старому дураку, как писал Гоголь! Вот теперь целуйте свои острова через китайские головы – пока китайцы вам губы не оборвали и замариновали в уксусе – к пиву…»

Удивительно, как легко Веллер решает, что отдавать, а что оставить, кому отдавать, а кому нельзя. А простые люди верят этому «гуру» и думают, читая о вложениях китайцев в развитие Дальнего Востока, что их в очередной раз предали!
Но чем японские инвестиции лучше китайских и чем «цивилизованные», по мнению Веллера японцы, искренней и простодушней чем китайцы?!
Может быть тем, что в отличии от Китая, они, уже более ста лет были соперниками России на Дальнем Востоке и врагами Советской России во Вторую мировую войну. Ведь не зря же Советская Армия воевала с ними в сорок пятом, помогая Америке - своему союзнику во Второй мировой Войне?!
А может быть это не они сегодня, все настойчивей требуют, отдать им острова курильской гряды «за просто так»!
Китай же, давний союзник, а на сегодня ещё и единственный стратегический союзник, который поможет защититься России от угроз и возможного нападения блока НАТО.
А планы такой расправы с Россией наверняка существуют, и подозреваю, что модернизация российской армии и подготовка к войне, начались после того, как Путин, по «особым каналам» узнал об этом достоверно!
Неужели, этот просвещённый «философ» Веллер, о такой реальности не догадывается?
Мне кажется, что даже, если бы он и, такие как он, критики российской власти знали об этом точно, то отрицали бы агрессивность НАТО, во главе с «демократической» Америкой, и всю вину за эти их планы уничтожения самостоятельности России, переваливал бы на голову Путина и русских, которые не хотят подчиниться новому мировому гегемону и супер нации под названием США!

В нагромождении ужасов от последствий работы российского правительства, этот «философ» всё валит в одну кучу!
И Глазьева поминает, которого не любит и над которым издевается:

«…7. И вот уже патриот и плановик академик Глазьев заявляет, что российский экономический курс есть движение к катастрофе. И Кремль мгновенно отрекается от своего сторонника…»

И присоединение Крыма, и восстании русских в Донбассе, о которых он говорит с презрением достойным самого оголтелого украинского националиста:

«…8. Крым сноровисто разворовывается, замороженный конфликт в Донбассе то и дело вспыхивает – этот старый пейзаж дополняет картину общего торжества кремлевской политики…»

Ну а дальше, этот паникер и фальсификатор, руководствуясь разного рода сплетнями гуляющими в прозападной российской тусовке на «Эхе Москвы», уже окончательно убивает Россию и шельмует её правительство, с позиций наблюдателя «над схваткой». Есть и такой слой «подозревателей» на «Эхе…» и не только там:

«… 9. Ну, а в России процветает неофеодализм, когда государевы люди бесконтрольно и неограниченно распоряжаются всем имуществом вверенного им податного сословия – имея фактическое право взять себе что угодно и сколько угодно; а за жалобы на начальство строго наказывают.
10. Поэтому русский бизнес играет на понижение курса страны, на опережение катастрофы: кругом всего меньше, денег меньше – значит, задирай цены до потолка, сдирай шкуру, пока кляча еще не сдохла; кто знает, какие законы будут завтра и куда придется бежать…
Вам не кажется, что скоро грохнет?..
Господи, хоть бы это подольше не кончалось, как сказал кровельщик, пролетая мимо седьмого этажа. Это не только о них там, в Красном Вигваме на холме. Это о нас обо всех…
Абсолютно бездарное политически и экономически руководство, разворовавшее и развалившее богатейшую страну, превратившее во врагов всех соседей – это руководство имеет две характерные особенности. Во-первых, обладая ментальностью и мировоззрением спецслужб, Кремль склонен объяснять свои политические провалы исключительно конспирологическими версиями. Он страдает от нелюбви всего мира, такого злого и бездушного. Во-вторых, нынешний Кремль – это некий Идеальный Потребитель: он тратит все силы и ум, чтобы присвоить и использовать все, до чего может дотянуться. Он бы охотно приватизировал лед Антарктиды и леса Амазонки: пригодятся. А присваивать все, сохраняя необходимую для этого власть, очень трудно. И силы и ум на управление страной расходуются по остаточному принципу…»

В злом остроумии, Веллеру трудно отказать – он, этим и очаровывает своих читателей! Ещё бы немного аналитических способностей и некоторой «трезвости» в оценке международной ситуации, и можно было бы выдвинуть его на пост президента нелюбимой им страны, без голосования…

«…Принцип управления такой: дать людям денег и всего настолько мало, что если еще меньше – они взбунтуются. Тогда надо посчитать, что дешевле: добавить народу денег – или оплатить нацгвардию…»

…Это намёк на то, что в России создана национальная гвардия, для защиты вот от таких вот фальсификаторов-провокаторов и обманутого ими народа…
Ну а дальше, он уже похоже с «катушек съехал» и все у него плохо, и всё делают не так, как он советовал:

«…Итожим.
Если раньше торговали родиной вразнос и навынос – выкачивали природные богатства и гнали деньги в забугорные закрома, то сейчас торговля родиной приняла характер капитальной торговли недвижимостью. По факту – за деньги отчуждается в пользу соседнего государства своя территория, вода, воздух, лес, почва… (Только что Веллер пенял, что Курилы не отдают, а тут оборотился, и на тебе, сделался завзятым патриотом!)
Кто там что говорил насчет нацпредателей? Я не суд, приговор не выношу, называть что-то преступлением или изменой Родине права не имею. Как хотите, так сами и называйте…»

Опять же, потрафляя вкуса «Эха…», работающего под идеологическим «зонтиком» Госдепа, он начинает толковать о выборах, не понимая, что нынешнее государство и его чиновники в России, защищают таких «писателей» как он, от народного гнева.
Невольно вспоминается Гершензон и его статья в «Вехах», написанная больше ста лет назад, где он признается, что если бы не тогдашняя монархия, то народ бы давно таких «радетелей за демократию» перевешал! Он имел ввиду авторов этого знаменитого сборника и тех, кто за ними стоял:

«…Приход Путина на третий-четвертый срок был политической катастрофой. «Выборы» оставили ощущение плевка в душу. Наша туземная пародия на демократию, этот африканский спектакль, унижает страну и вызывает только презрение.
Все, за что бы ни брался дон Рэба, неизменно кончалось провалом. Как военно-политические демарши, так и внутренние реформы.
Сейчас власть принимает меры по подавлению революции, которая еще не наступила. Анти-майдан на запасном пути. Правильно боятся. Вспоминают, как преторианская гвардия убила Калигулу, и вообще. В политике друзей нет: предадут в тот же миг, как убедятся в целесообразности предательства. Друзья-то и опасны. Им всегда дадут цену за твою голову…»

…Согласитесь, что тут Веллер уже явно перебарщивает и остроумно злобствует, показывая свою начитанность! Впечатление, что он чего-то накурился и его понесло. А Калигулу вспомнил, чтобы показать, какой он политический стратег и тактик!
Ну а дальше, пользуясь безнаказанностью «либеральных авторитетов», одуревших от предоставленной им свободы клеветать на страну, правительство и народ, Веллер уже кликушествует, сладострастно потирая потные ладошки:

«…Запах бессмысленного и беспощадного щекочет верховные ноздри.
Срочный уход «лидера», приглашение к переговорам оппозиции, создание совместного переходного правительства, 30-суточная амнистия всем желающим свалить в Ниццы (гарантия неприкосновенности, только сгиньте с глаз), свобода прессы, партий и выборов. Или – Северная Гранд-Корея.
…И только необходимо помнить, что любые демократические выборы в России через короткое время заканчиваются приходом к власти бандитов и воров. Менталитет такой, или традиции не разорвать, или такова наша коллективная социальная сущность, или Кто-то Наверху нас не любит?..»

Обратите внимание на это кокетливое «нас». Он ведь это «нас», для красного словца употребляет, а сам уверен, что он к коллективному бессознательному россиян, никакого отношения не имеет!

…Я уже не один раз признавался, что меня тошнит от русофобских материалов на «Эхе…», и непонимания этих провинциальных «севилл», что даже все государства Запада, в миф о которых, после коротких поездок за рубеж они сегодня верят и этим живут, не так идеальны со стороны как кажется российским образованцам.

…Вспомнился жуткий случай убийства двухлетнего мальчика в 1993-ем году, в Ливерпуле, в Англии, которая сегодня у российских провинциальных либералов, вызывает бурю восторга и преклонения.
Тогда, два подростка увели из супер-маркета двухлетнего мальчика, завели его на пустырь к железной дороге и издевались над ним, убивая камнями и ударами ног. А потом, чтобы скрыть своё преступление, положили его на рельсы и поезд переехал его, уже мёртвого, пополам!

Случись такое в России, и вся свора русофобов с «Эха…», и им подобные прозападные издания кинулась бы обвинять в этом не подростков, живших и воспитанных в кварталах полных безработными живущих на пособия, а российское правительство и даже весь русский народ!
(Об этом случае и о этой среде в странах Запада, я напишу особую статью).

Но ведь таких «подростков» в благообразной Англии, тысячи и тысячи. И узнаешь об этом только тогда, когда проживёшь в стране много лет.
Я работал педагогом в Лондоне, в «афтескул клаб» и знаком с такими подростками не понаслышке! Иначе говоря, «драма жизни» существует везде где живут люди, даже в самых богатых и обеспеченных странах!
Но в Англии нет, или пока нет такой озлобленной и «недооценённой» прослойки, которая, называя себя «креативным классом», лакействует перед своими западными кумирами и отстаивает их корыстные интересы в самой России, опасаясь, и небезосновательно, гнева народа и потому, заранее подыскивая себе теплое местечко в стане геополитических противников России!
И поэтому, самые громкие скандалы, неудачи политические и экономические, воспринимаются здесь, то есть на Западе, более или менее адекватно и никто не станет обливать грязью свою страну, потому что в большинстве, граждане этих стран - реалисты и патриоты хотя и не бьют себя кулаками в грудь, доказывая это!..

А в России ещё со времён Достоевского, целый слой верхнего образованческого класса существует и вредит своей отчизне, как и чем только может надеясь? заслужить этим благосклонность своих западных кураторов.
этот слой русофобов-«либералов», Фёдор Михайлович называл «лакеями западной мысли»!

К сожалению, в эту «либеральную» русофобскую «прокладку», кажется входит и Михаил Веллер!

Апрель 2016 года. Лондон. Владимир Кабаков





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 14
© 21.10.2019 Владимир Кабаков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2654344

Рубрика произведения: Проза -> Статья













1