Русские писатели в Лондоне.


"Каждый писатель до известной степени изображает в своих сочинениях самого себя, часто даже вопреки своей воле..."
Иоганн Вольфганг Гёте

Встреча в Пушкинском доме, с писателем Михаилом Елизаровым.

... Когда я попытался открыть двери Пушкинского дома, мне этого сделать не удалось и пришлось позвонить, чтобы открыли. Войдя внутрь, я уже был уверен, что мероприятие отменили... Ан нет! Только встречающих писателя, было совсем немного. Человек пять – семь.
Поднявшись на второй этаж, я увидел в небольшой зальце, где проходят встречи, писателя с гитарой в руках, наигрывающего что- то грустное. Мы заговорили и выяснилось, что Михаил не в обиде на малочисленность поклонников и объясняет это полуденным временем – встреча была назначена на час дня. Но мне, уже в который раз показалось, что организаторы «мероприятий» в Пушкинском доме плохо работают. Можно ведь давать объявления в русскоязычных газетах, можно созвониться с английскими университетами, в которых учатся русские студенты. Можно небольшие афиши размещать в русских ресторанах, магазинах, библиотеках. Однако, вся реклама о событиях в этом культурном центре, распространяется на английском и потому, многие русские автоматически отсекаются от происходящего внутри Пушкинского дома.
Почему это так, я не знаю, но догадываюсь, что это от стремления некоторых «новых» русских, забыть Россию. Невольно вспоминаются слова Достоевского о его современниках, живущих заграницей, и ненавидящих всё русское. Сегодня, может быть нет ненависти, но и любви тоже нет - не знаю, почему это происходит...
Михаил Елизаров, приехал с группой писателей в Лондон, на дни русской книги и естественно, у него были встречи и круглые столы и потому, он не очень разочарован такой малой аудиторией – меньше суеты...
Наконец, уже во втором часу, начался концерт. Это действительно были не только разговоры, но и концерт Михаила со своей программой песен сталинских времён. Согласитесь, необычный, и даже вызывающий случай, когда без ненависти и неприятия, гости пушкинского дома говорят о советской эпохе, о Сталине, и даже наоборот, с долей, пусть иронической, но приязни.
Надо заметить, что в Англии, общественное сознание изувечено многолетними пропагандистскими выпадами против страны Советов и её бывших, да и нынешних лидеров. «Либеральная» пропаганда, так промыла мозги англичан, что редкие историки могут представлять, что такое был реальный Советский Союз, а уж обыватели то уверены, что кроме «Гулага», который так красочно расписал Солженицын, и «тирана с параноидальным синдромом» - Сталина, Советский Союз ничем не отличался от Гитлеровской Германии...
Между тем, Михаил спел несколько песен о Сталине и Ленине, как он утверждает, из репертуара тридцатых, потом спел некую пародию на завзятого «фашиста» и по пути отвечал на вопросы.
Выяснилось, что несмотря на довольно молодой возраст, он ценит Советскую систему, уверен что с историей страны надо обращаться бережно, что советские люди были созданиями былинного склада, и делали историю, зависящую полностью от обстоятельств, в которых тогда жили в Европе, да и во всём мире. Этим и объясняется количество жестокостей и ошибок...
Это было так непохоже на обычную антисоветскую «чернуху», которую мне, не один раз уже, приходилось слушать в Пушкинском доме, что я порадовался и подумал, - это культурное учреждение, со временем может стать действительно «оазисом» русской, российской культуры, - если оно отойдёт от лживых пропагандистских клише времён холодной войны.
Сегодня, те кому за шестьдесят, ещё помнят трудные и тяжёлые послевоенные годы, но помнят и атмосферу устремления в светлое будущее, которое строили не рассуждая о правах человека и личном комфорте – вся страна была устремлена вперёд, всё общество было в движении, в том числе в буквальном смысле.
Ехали в Сибирь, строить гидроэлектростанции, а из Сибири, смельчаки ехали поступать в университеты в Москву и Ленинград. Условия жизни почти везде были «полевые», часто потому, что никто из молодых не хотел надолго оседать на одном месте - хотелось жить и участвовать в этом мощном потоке мирного обновления...
Я с грустью, почти с сентиментальными слезами, вспоминаю свою семью в пятидесятые годы сидящую рядком возле тёплой печки в общежитии, в бараке, когда молодой ещё отец что-то ремонтирует своими руками, а из раструба патефона несутся бодрые звуки маршевой песни «Ой вы кони, вы кони стальные...».
Кстати, в народном быту, пели тогда совсем другие песни. Например про Стеньку Разина, или про Хасбулата молодого...
Мои родители, познакомились в начале войны, в хоре и потом, всю жизнь, пели, собираясь с друзьями на разные советские праздники и дни рождений. Пели хором, постепенно хмелея и становясь сентиментальней и добрее... Пели «Катюшу» и «Вот кто то с горочки спустился...». Патриотические песни оставались эстрадным жанром и не были частью народной культуры...
К сожалению, сегодня, в русском народном быту, песен вообще не поют, а слушают «готовое» - попсу или непонятную, но бодрящую дребедень на английском языке...

... Михаил, прерывая пение начал отвечать на вопросы. Вопросы были разные и отвечал Елизаров, довольно внятно, хотя иногда перебарщивал с тезисом о свободе художника думать и делать так, как он хочет и может. Тут захотелось с ним поспорить, потому что, эта свобода не должна переходить граней за которыми уже идут циничный стёб, или уже прямые оскорбления национально-религиозных чувств.
Однако, я сам, в этом смысле, похож на Елизарова и потому понимаю его, когда волнуясь и доверяя только чувству своего я, можно сболтнуть необдуманные тезисы. Он на мой взгляд, вполне уместно покритиковал сегодняшних лидеров, которые до Сталина по всем параметрам не дотягивают; прошёлся по капитализму, который очевидно проигрывает соревнование с социализмом, как социальной системе будущего.
Его критика нынешних порядков могла задеть чувства антисоветчиков или монархистов, но ввиду небольшого количества слушателей, этого не случилось...
Всё обошлось, и Михаил Елизаров, судя по всему, остался доволен своим выступлением, да и немногочисленная публика – тоже. Встреча закончилась на дружелюбной ноте и молодой писатель заспешил на очередной «круглый стол», организованный на книжной ярмарке...

Встреча в Пушкинском доме с Диной Рубиной.

…Народу в этот раз было значительно больше – весь небольшой зал заполнен и потому, представление писательницы прошло вполне официально.
Дина Рубина - замечательно интересная и красивая женщина! Красива сочетанием ума, обаяния, умения одеваться и выглядеть. В этом одном я уже усматриваю проблески гениальности, некие внешние приметы глубокой и тонкой натуры. Она сама это знает, как знает каждый гений о том что он гений и потому, не старается ложной скромностью закрасить свою харизму. С самого начала она, помогая слушателям, призналась, что «актриса» и потому, каждая такая встреча для неё - это выступление на сцене с сольным концертом. Последнего она не говорила, но это подразумевалось и я подумал, что после таких встреч она устаёт наверное больше, чем за день работы на компьютере...
Но обо всём по порядку...
В начале были вопросы. Спросили, как ей понравилась теле экранизация её романов и она с юмором описала опустошение, испытанное ею по окончанию просмотра; посмеиваясь назвала телевизионщиков – режиссёров «бандитами», заманивающих авторов фантастическими посулами, а потом ограбив, убивают. Но посмеявшись объяснила, что экранизация редко бывает удачной и привела в пример пару удач.
Это прежде всего «Собачье сердце» Булгакова, где все «сошлось» - и творческий коллектив и режиссура. Остальные попытки экранизаций все более или менее неудачны и потому, она разочарована...
Потом Дина рассказала, что после переезда в Израиль в далёкие восьмидесятые, работала уборщицей в домах богатых евреев. И однажды, ей отказали от «места» - она проговорилась, что закончила консерваторию и пишет книги. Хозяйка, смутилась, а когда Дина ушла, тут же позвонила в фирму и потребовала убрать «интеллигентную уборщицу», потому что это нарушает все приличия.
Рассказала ещё, что первый год после переезда, совпал с очередной войной на Ближнем Востоке и что они с мужем, в моменты воздушной тревоги, сидели дома в противогазах, как и положено было по инструкции. Дочка никак не хотела одевать эту страшную удушливую штуку на голову и Дина почти показала, как они танцевали перед ней, разыгрывая сценки, и наконец уговорили дочь облачиться в этот «скафандр».
Я задал Дине серьёзный вопрос, который для меня самого является как бы лакмусовой бумажкой, показывающей глубину самоотождествления личности писателя и человека. Я спросил, кто повлиял на неё в плане творчества: Толстой, Достоевский, Чехов или Пастернак. Дина ответила, что ей ближе Чехов, с его скрытой печалью и самоиронией и добродушной насмешливостью русского, российского интеллигента. Она вспомнила о письмах Чехова близким людям и о письмах, написанных начинающим авторам, в которых Чехов коротко обрисовывал путь становления писателя... В плане личности, конечно повлиял Толстой, но уже в более зрелом возрасте – завершила она ответ на вопрос...
По поводу почитателей и почитательниц Дина рассказала почти анекдот произошедший со знакомой одной из своих почитательниц - цыганкой, которая полжизни провела в тюрьме и которая, говоря о Дине Рубиной отметила: «Если она попадёт в зону, пусть просится в зону номер 309. Там мы её будем уважать и она будет «в законе», как у «Христа за пазухой»...
Я давно так искренне и добродушно не смеялся – действительно Дина Рубина, помимо писательства, могла бы стать замечательной актрисой...
Потом, Дина Рубина, мастерски прочитала короткий рассказ о походе простой русской «интеллигентки» на балет, в Большой театр. О её столкновении с администрацией, в лице пожилой и злой билетёрши, о возникшей ссоре, о том как билетёрша после нелёгкой борьбы сжалилась и впустила героиню в зал. О том, как эта женщина, с восторгом рассказывала о балете, забыв о переживаниях в фойе театра. Фарсовая манера «письма», подчёркивала трагичность обыденного существования в «недружелюбном мире», однако, в итоге всё заканчивалось добродушным смехом...
Стоит отметить и искреннюю радость Дины от встречи с русскоговорящей аудиторией, понимающей все нюансы и тонкости русской речи. В Израиле – отметина она - чаще приходится говорить на иврите.
К счастью, и на сей раз, не было даже намёка на антисоветизм, обычный для впервые попадающих в Англию русских образованцев. У меня создаётся приятное впечатление, что в российском обществе происходит перелом, когда русские-советские люди начинают ценить недавнюю историю, понимая, какую страну, какую цивилизацию разрушила человеческая, провинциальная глупость. Многие россияне, сегодня сознают всё чаще и яснее, что русофобство «наряженное» под критику «режима», зачёркивает драматизм исторической жизни «павшего» Союза и что это русофобство было и является обычной политической конъюнктурой, которой следуют российско-советские образованцы...

Встреча с российскими писателями в самом большом книжном магазине Лондона.

…Зал для презентаций, в этом огромном лондонском «Доме книги» неподалеку от Пиккадили, находится на шестом этаже здания, и оттуда через окна открывается замечательный вид на центр города и море разновысоких и разновеликих крыш... Я обратил внимание на этот вид, пока мы ждали прибытия писателей, опаздывающих из за проблем с транспортом в большом городе –...
Наконец они пришли и встреча началась.
Среди писателей, выделялся хромающий, видимо от усталости, Михаил Веллер, которого я узнал по фотографиям. Он сразу заговорил громко, может быть нарочито громко показывая, что для него такие встречи, часть его работы «писателем».
Писателей всего было пять, а слушателей – человек пятнадцать – двадцать. Из них большинство русских, но были и англичане - видимо преподаватели славистики или русского языка. Тема дискуссии - мистика и метафизика в современной российской литературе.
Представили писателей. Там были Владимир Шаров, Михаил Веллер, Мария Галина, Олег Павлов, и ещё одна, милая, оживлённая писательница, имени которой я не запомнил. Она психолог и пишет книги о психологической помощи для «нуждающихся». Кстати, такой жанр очень популярен в постсоветской России, потому что миллионы и миллионы людей в стране, вдруг сделались лишними, или даже попросту «изгоями» и их одолевают стрессы и мании с фобиями. Только не понять, чего из этих психических расстройств больше…

... В начале, на правах старейшины выступил Веллер и заговорил о мистике и о вере вообще, как о чём то дремучем и отсталом. Потом, привел пример, что «в определённом возрасте молодые идут скопом, массой куда-нибудь, будь то монастыри, комсомол или гитлер-югенд». Намекая, Веллер давал понять, что мистика – это всего лишь модное увлечение. Непонятно только, при чём тут гитлер-югенд.
Я поспешил не согласиться и невежливо «объяснил» Михаилу, с которым мы ровесники, что его взгляд, не знаю насколько он искренен, - поверхностен и не раскрывает всей сложности темы...
Тут и закрутилось, завертелась дискуссия, когда Веллер стал мне возражать тоном авторитетного мыслителя, явно разочарованный таким восприятием всего, что он говорил. Переводчик едва успевал переводить и авторы, после нашей стычки, каждый по своему стали с жаром объяснять, как они понимает мистику или метафизику...
И тут стало заметно, что многие просто не хотят сознавать всей серьёзности и актуальности этой темы для современной России, в которой лубочные «отшельницы» Пелагеи и «святые девы», из промороженных сибирских пространств, ничего общего не имеющие ни с мистикой, ни тем паче с метафизикой, становясь всего лишь модным литературным «трендом».
Вновь вмешался Веллер, и на мой взгляд, высказал тонкую мысль, что отлучение церкви от государства, может быть сыграло положительную роль в становлении современной, российской православной церкви...
Владимир Шаров, задумываясь на ходу, ища нужные слова и выражения сказал, что в определённом смысле все мы так или иначе в своих писаниях пытаемся комментировать и разбираться в своём отношении к Священному Писанию, к тому, что там написано.
Писательница – психолог, объявила, что она буддистка, и потому на её взгляд, все религиозные системы говорят об одном и том же, только разными словами и в разных географических «интерьерах»...
Было и ещё несколько вопросов , в том числе и от англичан присутствующих на встрече, к которым русские писатели и переводчик относились особенно вежливо. В конце встречи все стали более дружелюбны и осторожны в выражениях, как бывает между хорошо знакомыми людьми...
Дискуссия удалась и все разошлись только часа через два, немного уставшие и разочарованные недоговорённостями, какими всегда заканчиваются искренние и длинные разговоры в присутствии нескольких десятков участников...
А у меня, непонятно почему и некстати, в голове вдруг закрутился хоровод мыслей и выросло понимание, что русский народ, во времена предреволюционные, обманываясь и надеясь на обещания официальной церкви вполне равнодушной к его чаяниям, вдруг поверил в «марксизм-ленинизм», как в новое мессианское учение и решил, под руководством большевиков построить рай на земле своими руками. Я, вдруг ясно осознал связанность времён и казалось, начал понимать причины гонений на церковь, как месть за неосуществлённые мечты...
Так же внезапно, увидел я и отсутствие перерыва в традиции народной веры в нечто высокое и неземное. Большевики и раньше мне казались продолжателями дела первохристиан, только уж очень левых и очень по - человечески радикальных.
И думается мне, что после Революции, русский народ по-прежнему верил в рай, но всего лишь переместил своё внимание на левый фланг христианства с его официозного правого фланга, на котором и разместилась русская церковь в итоге тысячелетнего развития!
Большевики были радикалами, зато они обещали, уже в течении жизни одного поколения, сделать мир приятным и удобным для житья всем, кто до этого был беден и не устроен, правда за счёт уничтожения класса эксплуататоров и прислуживающих ему «прослоек»...
И народ в возможность такой жизни поверил! Церковь при этом, утратила свой официозный вес и значение, зато приблизилась к церкви страдающей, что помогло ей в самоидентификации и очистило её ряды от «лицемеров и фарисеев»...
Поэтому сегодня, обретя «свободу» и государственную поддержку, русская церковь вернулась, правда невольно, почти в эпоху первохристианства, что и позволило ей сохранить своё влияние, теперь уже на души обиженных советской властью...
... И я, вдруг осознал, что не было никакого разрыва традиции русской веры в светлое будущее – просто была попытка ускорить ход времени и попытаться выстроить Рай не на небе, а на земле.
В определённом смысле, коммунистическая пропаганда была продолжателем традиции Книги и представляла социалистический Рай, воплощением Нового Завета. Зато Советский Союз, показал, а может быть точнее выражаясь обозначил, путь всего человечества в будущее. То, что построение более справедливого мира на первый раз захлебнулось вовсе не означает, что это направление неверное.
В реальном мире ничего не делается просто так. За каждой социальной революцией, стоят века приготовления к ней и собирание «взрывчатого» материала. А новое всегда воспринимается подозрительно и ему привычно противятся люди, с трудом осваивающие это новое, и начинают сожалеть об утраченном, но не хотят возвращаться в «прошлое». Нечто подобное происходит сегодня с Россией и россиянами...
... Уходя, мы купили парочку книг на русском и захватили несколько рекламных проспектов написанных на английском и изданных академией «Россика», о российских писателях - участниках праздника книги в Лондоне, о критиках и даже литературных агентах, о которых, ещё лет двадцать назад, в России и слыхом не слыхивали.
Я взял эти материалы на заметку, потому что хочу сам опубликовать в России несколько книг объединённых в литературную серию и под общим заголовком «Взаимоотношения человека и природы».

... По пути домой, мы с женой обсуждали услышанную дискуссию и я, как обычно «исходил» полемическим красноречием, критикуя всех и вся в российской литературе, и сам же над собой посмеивался за такую наивность. Ведь другой литературы в России нет, а те писатели, кто пишет сегодня, являются ещё спорными и малозаметными фигурами, могут через пятьдесят лет стать почитаемыми классиками...
... Дома, я прочёл несколько новелл из книги Веллера «Легенды Невского проспекта» и меня чуть не стошнило – в этой книжке, был полный набор постсоветских мифов о том, какая была дрянная и продажная советская власть и как ловкие люди, бандиты, проститутки, воры и мошенники, - а других по Веллеру, тогда и не было, - эту власть «объезжали».
Но ведь я жил тогда, и помню, что в основном, люди не были негодяями, каковых сегодня, может быть, благодаря писание таких «чернушников» как Веллер, - «пруд пруди».
Из трагедии реальной советской жизни, Веллер сделал подлый анекдот! А в России, по-прежнему много читают и верят написанному, как первохристиане верили в Библию. Отсюда и страшный «педагогический эффект» таких писаний, недаром названных «чернухой». Но у Веллера, эта чернуха ещё и овеяна «криминальной романтикой» лихой и свободной жизни.
Нечто подобное я встретил в романе Василия Аксёнова «Московская сага», где жизнь описана как нескончаемый перечень предательств, похоти и преступлений, а герои напоминают стилизованных мерзавцев. И всё это подано под антисоветским соусом и к тому же, «суконным» стилем бытописателя - графомана.
Поэтому, такие писания, такой идеологический вид литературы я называю «аксёновщиной», сегодня, благодаря российской «образованщине» ставшей самым читаемым и расхваленным стилем в постсоветской жизни. И всё это пишется в надежде прорваться на западный рынок, «вытирая ноги» о разгромленную и оплёванную Родину, которой гордились, защищали простые советские люди и которую, ещё так недавно, лицемерно славословили те же образованцы. Хотя вполне возможно, что они эволюционировали и раньше были вполне искренни. В России, часто из юношей мечтателей вырастают бесхребетные приспособленцы.
Я помню, замечательный рассказ того же Аксёнова, «Жаль, что вас не было с нами», о «самодеятельном» празднике в Крыму и о той замечательной, свободной и весёлой, дружелюбной жизни и общении, которой тогда могли жить простые люди...
Думаю, что такая «чернуха», есть некий результат психического срыва, психический синдром, связанный с неожиданным и насильственным разрушением всех жизненных идеалов. Вот на этом «выжженном» пространстве и «мутируют», возникают такие писатели как Аксёнов, Сорокин и Веллер и появляются такие «опусы», как «Московская сага», «Голубое сало» и «Легенды Невского проспекта».
В подтверждение, приведу несколько цитат из «Легенд...»... Признаюсь, у меня не хватило мужества дочитать эту книжонку до конца, но вот цитаты:
«За долгий рейс моряк звереет. Советский человек и вообще-то зверь...».
«С той поры, как большевики разогнали Смольный институт в Ленинграде, всегда наблюдался переизбыток старых дев. Старость не радость, а девам вообще живётся трудно. Интимный же аспект, ограничивался общественным осуждением внебрачных связей и жэковскими лекциями о вреде онанизма в противоположность безусловной пользе воздержания...»
«Народ сам пишет биографии своих героев, ибо народ лучше знает, какой герой ему потребен. Биография героя – общественное достояние. Как все общественные достояния, она подвержена удивительным метаморфозам, а особенно, конечно, в Советской России, которая и вся-то есть такая метаморфоза, что аж Создатель не лишился речи и был разбит параличом при взгляде на дело рук своих...».
«Советский писатель – это, я вам доложу, продукт особенный. Если специалист подобен флюсу, то специалиста столь характерного, как именно советский писатель, трудно даже уподобить какой-либо цензурной части тела...» - и так далее.
Российские писатели, такие как Веллер, а их расплодилось немеряно – это отравитель общественного сознания, по смертоносности, сравнимые с самыми популярными наркотиками. Только травят «веллеры» души простодушных читателей, часто молодых и неспособных отличить пасквиль от реальности. Именно такие писания и помогли, в тяжкие девяностые, сделать Россию страной бандитов и олигархов в какой-то момент поверивших, что можно быть лжецом или даже плотоядным зверем и ничего от этого не изменится.
Тут, невольно вспоминается Николай Ставрогин из «Бесов» Достоевского, который покончил свою жизнь, повесившись на тщательно намыленной верёвке, не выдержав упрёков совести. И сделал это расчётливо и хладнокровно, как и жил… Но этот известный литературный герой которому любят подражать молодые романтики, хотя бы старался бороться со своими эгоистичными страстями...
Однако, такой писатель как Веллер и прочие «аксёновцы», ещё и денежки на своих циничных литературных байках зарабатывают...
Страшные времена настали в «постсоветской России». Только вот детей жаль!!!

Встреча с Андреем Кураевым в соборе Успения Божией Матери и Всех Святых, в Лондоне.

... Была служба. Полутёмный зал с таинственно мерцающими свечами. Перекличка хора с священником, находящимся в алтаре; неподвижно стоящие вдалеке друг от друга тёмные фигуры молящихся – все создавало ощущение трагической таинственности и недосказанности. Крестясь и кланяясь, я слушал службу, рассуждая про себя о том, как долго и кропотливо создавалась вся эта возвышенная атмосфера церковной литургии, которая воздействует на множество разных по характеру прихожан, и в конце концов, стала как бы введением в медитацию, сосредоточение души и тела в одной точке, которая называется на русском языке словом Бог. Хотя конечно, главным лицом литургии и вообще церковного действа является Иисус Христос – срединное лицо Троицы. Я бы, назвал русский народ не Богоносцем, а Христоносцем, потому что в отличии от древних иудеев, россияне поклонялись и поклоняются Иисусу Христу и Богоматери.
А Ветхозаветный Бог-Креатор, это для простых людей далёкая абстракция. Тем более - Дух Святый, который и вовсе мало ощутим в церковной жизни, как нечто цельное и существенное.
Мне вспомнилась икона «Пресвятая Троица» Рублёва, в которой все три ипостаси представлены человеческими фигурами и среди них, с трудом угадывается Иисус Христос, который единственный, предстал некогда перед людьми в человеческом обличье. Остальное для обычного верующего, не богослова, проявляется как абстракция, неспособная воплотиться в реальные образы в нашем скудном воображении...
Служба закончилась и все перешли в трапезную, где уже стояли стулья, а у стены, напротив входа, стол с тремя креслами – для «лектора» и для сопровождающих лиц...
И вот вошёл большой человек в чёрной рясе, с бородой и длинными волосами в беспорядке спускающиеся на плечи, соединяясь с разделённой надвое бородой, тоже довольно беспорядочной и растущей, без вмешательства парикмахера.
Долгие годы выступлений на публике помогают Андрею Кураеву справляться с волнением и потому, перед сотнями любопытных и вопрошающих глаз, он вёл себя спокойно и уверенно...
В трапезной собралось не менее ста слушателей, а то и все двести. Пришли даже те, кто давно не ходит в храм - Андрей Кураев известное имя для всех, кто интересуется богословием православия...
Владыка Елисей представил Отца Андрея, тот сел и начал говорить.
И говорил с небольшими перерывами три часа, сделав по сути обзорную лекцию затронувшую все аспекты современной Русской Православной Церкви. А потом ещё были вопросы...
Но обо всем по порядку.
Я не буду, да и не смогу пересказывать всё о чём говорил дьякон Кураев. Запомнилось его умение раскрывать тему и говорить не только серьёзно о возвышенном, но и шутить, и даже рассказывать анекдоты, вполне артистично пародирую голоса героев анекдота...
Отвечая на вопросы, в конце ответа, он, обдумывая заключительные «аккорды» делал паузы, на мгновение замолкая и опуская голову, мысленно выискивал подходящие выражения для завершающих фраз...
А зал внимательно слушал, пытаясь проникнуть в его, вполне парадоксальные определения и выводы; похохатывал отзываясь на шутки и замирал, когда Отец Андрей касался, кажется запретных тем.
Например, обрисовывая облик царя Николая II, он назвал его «юродивым», а потом и обосновал этот тезис ссылаясь на дневники Николая II, описывающие дни проведённые под арестом, на игру в карты в предпоследний день перед расстрелом.
Потом, сослался на одного реального юродивого, который подходя к стенам церкви бросал в них камни и грязь, а перед борделем останавливался и гладил его стены. Потом юродивый объяснил, что перед входом в церковь, он своим внутренним взором видел бесов, не смеющих проникнуть в церковь, а перед борделем – ангелов, которые тоже ждали выхода грешников из этого земного вертепа...
Потом он говорил о преподавании Закона Божьего в школе и о том, что церковь и батюшки вовсе не горят идти туда и что их напрасно обвиняют в этом стремлении. Что преподавание уроков религии, необходимо для формирования подлинно культурного человека, так как наша цивилизация, - это цивилизация христианская. И поэтому, церковь настаивает на уроках религии в общеобразовательных школах...
Я тоже задал ему вопрос, после того, как Кураев, на мой взгляд привычно и весьма легковесно обвинил неправославные конфессии на Западе и в Англии, в искажении учения Христа.
Ведь они – говорил он, - могли бы представить и Александра Меня обскурантом только потому что он не признавал гомосексуальные браки.
Тут, в его речах, уже традиционно повторяется мотив чистоты русского православия и нечистоты всех остальных конфессий.
Это конечно неправда и главным аргументом в сравнении чистоты христианства, служит уровень доброжелательности и дружелюбия в том или ином обществе, так или иначе идентифицирующим себя с определённой конфессией.
Так вот как раз русское общество, во многом самое мрачное и самое бандитски-самоубийственное. Я бы стеснялся такое общество называть христианским, а прихожане, даже в Лондоне, любят повторять, «что у нас Бог, а у них Бога нет!».
Так где же может быть Бог в стране где убивают целыми семьями, где около миллиона сирот и около ста тысяч каждый год пропадает неизвестно куда и как, где в страшные девяностые, убивали друг друга ежегодно около тридцати тысяч человек, а абортов делают около миллиона в год?! Тут можно много цифр приводить, показывающих обезбоженность российской жизни...
А в Англии, на мой взгляд христианство, как моральная основа, стало достоянием народной культуры, в которой растворились принципы христианства и которая стала христианским регулятором отношений между людьми и даже отношений в бизнесе и в экономике. Во многом это можно назвать главной причиной богатства и благообразия английской жизни, и поэтому, многие русские переезжают в Англию, в том числе и верующие православные, а ещё многие хотели бы это сделать, но обстоятельства не позволяют...
В своём вопросе, я хотел указать на это, но странно - Отец Андрей почему то очень на меня рассердился, усмотрев в моём возражении несогласие с его позицией. Он чуть ли не закричал, что он «этого не говорил» и что именно потому, что англикане нарушают заветы Церкви, несколько лет назад, Русской Церковью было принято решение прервать дискуссионное общение с ними.
Я не совсем понял, о чём идет речь, но тем не менее был шокирован агрессивной реакцией, дьякона – с моей стороны это было даже не возражение, а просто вопрос – выяснение позиции известного русского богослова!
...Позже, я подумал, что в России Андрею Кураеву так достаётся от его многочисленных оппонентов, что он и во мне увидел своего врага. Но на самом деле наоборот, я его сторонник в сближении реальной жизни и её религиозной составляющей. Потому что веровать и жить по вере - это необходимое условие искренности и правдивости в христианстве...
В конце концов мне удалось задать вопрос о национализме и Кураев рассказал анекдот о «Памяти», которой, как организации русских националистов, уже давно нет. Я не буду пересказывать этот анекдот, потому что он как раз ничего не объясняет в русских людях, в их неприятии других конфессий и занимающих по отношению к иноверцам отрицательную позицию, значительно расходящуюся даже с той позицией, которую занимала РПЦ ещё при жизни Владыки Антония Сурожского...
В каком-то смысле, при таком отношении к другим конфессиям и другим религиям, Русская Православная Церковь может со временем стать христианской сектой. Ведь сам Иисус говорил о любви, терпимости и даже непротивлении злу насилием. Но сегодня, религиозная «гордыня» переполняет не только националистов, но и церковных иерархов, что уже грозит расширением зон нетерпимости и появлением «православной» цензуры, - что отчасти и происходит...
Однако, чуть позже, попросил слово один из присутствующих на собрании баптистов и стал благодарить Кураева, обещая молиться за него. На что Отец Андрей, очевидно смущённый этой похвалой сказал, что в случае совместного нахождения в камере для смертников, все христианские секты и конфессии обязаны вести себя как братья, но если речь идёт об обыденной жизни, тогда он будет и спорить, и возражать сектантам. На сём и порешили...
Были ещё несколько интересных ответов на вопросы и самый яркий из них о том, что в России, несмотря на сопротивление и протесты атеистов и агностиков, необходимо знакомить людей с детской скамьи с содержанием Библии и особенно Нового Завета, хотя бы для поднятия культурного уровня россиян...
Было уже почти десять часов вечера, когда отец Андрей, закончил говорить и попросил спеть благодарение в честь Владыки Антония Сурожского, к которому, судя по всему, он относится благоговейно. Присутствующие встали и пропели благодарение, а после, Отец Андрей раздал свою последнюю книгу и некоторым счастливцам подписал её.
... Уже ночью, засыпая, я вдруг вспоминал его изумительную способность трезво и остро говорить и размышлять о христианстве, о жизни и вере, и порадовался, что смог воочию послушать и увидеть этого выдающегося православного миссионера...

Апрель 2011 года. Лондон. Владимир Кабаков.

«Энциклопедия русской души».

«Эгоизм не в том. что человек живет как хочет, а в том, что он заставляет других жить по своим принципам…»
Оскар Уайльд

Заметки по поводу книги В. Ерофеева

…Я долго искал смысл и суть книги Виктора Ерофеева, «Энциклопедия русской души» которые можно было внятно выразить, и вдруг параллельно просматривая книгу, отца Сергия Булгакова «Православие», натолкнулся на определение «Святая Русь». Естественно я и раньше встречал словосочетание Русь православная, но добрый оптимистический тон этой книги, уважение к историческому прошлому с его страданиями войнами, поражениями и победами, с трёхсотлетним татарским игом и крепостничеством, вдруг помогли мне понять, почему «Православие» так контрастно противостоит «Энциклопедии…», и почему так зло насмешлива и пессимистична позиция и героев и автора «Энциклопедии русской души»
Основной её характеристикой можно признать полнейшую отделённось от христианства, как чего то несуществующего в России, в мире, в сознании Виктора Ерофеева...
И потому мне сразу стали понятны «страдания» немолодого Ерофеева по поводу бессмыслицы русской жизни, её нецивилизованости, а иногда и прямого абсурда. Мало того – я вдруг понял причину жизненных неудач и разочарованности российских либералов, а так же политических провалов либеральных партий и их «вождей»…
Конечно, когда вы смотрите на Россию с точки зрения создания жизненного комфорта, видите смысл жизни в том, чтобы было что вкусно покушать и сладко развлечься, то вам кажется, что Россия никогда и не жила, как «нормальные» люди, кажется, что о душе не надо беспокоится, так как это предрассудок, в котором погрязли дикие русские. Россия, к сожалению или к счастью, не такая страна, как соседние по Западу, а требовать, чтобы все страны были похожи одна на другую, просто недемократично. Нельзя же требовать от молодёжи того стиля жизни, который нравится старикам…
И потом просто размерами, географией, климатом, количеством населения, Россия отличается от Австрии например, или от Англии, вполне благоустроенных странах, как полагают либералы…(Но о русском либерализме в другой раз)…
Начисто забывшие о Боге, герои книг Ерофеева остаются один на один с животным началом в человеке, являются закоренелыми язычниками, совершенно лишёнными религиозности…
Толкуя этот феномен расширительно, можно об этой особенности говорить в контексте «советской, светской культуры» и особенно пост советской культуры. Однако, в определённом смысле, советская культура была «религиозной», только в ней на место Бога ставился Человек, и субъектом советской культуры, был человек Будущего, обозначающий своего рода воплощённого Христа…
Однако постсоветская культура – феномен полной обезбоженности и оторванности от нравственных принципов и правил совместного жития, разработанных христианскими богословами, отцами церкви и святыми старцами в течении двух тысячелетия христианской истории.
На Западе, в странах католических и протестантских, мораль и нравственность общежития являлась одним из краеугольных камней учения. Издавна, в обиходе были употребимы две нормы нравственности одна из которых была адресована мирянам, а другая – клирикам. И отличались эти нормы уровнем и качеством. В протестантизме даже деньги, как важный момент реальности занимают, своё, важное место в системе ценностей…
В бытовом же православии, до последнего времени роль денег не играла большого значения и только в последнее время, деньги заняли сакральную позицию, существуют почти на месте Бога…
После Октябрьской революции, утвердилась моральная норма похожая на нормы поведения и жизни, присущие ещё заволжским старцам во главе с Нилом Сорским, пропагандирующим «нестяжание», как основной монашеский принцип.
Однако, в те давние времена, победили сторонники митрополита Иосифа Полоцкого - «стяжатели», и идеал «честной бедности» был на время забыт и, возродился уже после революции, немного в карикатурном виде. Да и времена были трудные и совсем не до «поста» было – лишь бы выжить…
Сегодня, «стяжание» одержало в российском быту неоспоримую, оглушительную победу. «Завоевание» богатства, для подавляющего числа обывателей, стало основной целью бытия. Деньги, помимо прочих преимуществ, явились синонимом личной «свободы» и именно этим, стыдливо оправдывается беззастенчивое «стяжание» интеллектуально «продвинутых» граждан…
Ну а что же церковь? Ведь в России нормы нравственности и морали, всегда старались подравнять с требованиями святой жизни, жизни священства и монашества…
Уже исходя из неясного понимания реального значения денег, в жизни современной русской церкви как собрания верующих, можно говорить о неразработанности нравственных норм связанных с деньгами и потому, православная община живёт сегодня по сиюминутным понятиям, а не по морально – нравственным законам. Отсюда и манипулирование терминами и цитатами из Евангелий, стыдливое сокрытие роли денег в быту, обставление оговорками некогда ясно понимаемых указаний Иисуса Христа. На вопрос как относится православному к деньгам, занявшим такое большое место в жизни, батюшки начинают говорить, что Христос ничего запретительного не говорил насчёт денег. И тут надо понимать, что когда богатство используется на пользу людям – это одно, а когда во вред – это другое…
К чести православия надо сказать, что именно в нём до сих пор живы идеалы скромной, монашеской жизни. Но этим идеалам противостоит напористое давление «западников» и «модернистов» в клире. Ведь на Западе, деньги уже давно стали одной из самых важных категорий бытия…
Эта шаткая позиция церкви, приводит к оправданию эксплуатации человека человеком, равнодушию по отношению к преступлениям совершаемым ради денег, двусмысленного отношения к коррупции, положительное оправдание дарителей на нужды церкви независимо из чьего кармана эти деньги поступили на церковные счета, постепенное открытие торговли в стенах храмов - вначале книгами церковного содержания, потом совместная трапеза за деньги, потом распродажи вещей и так далее…
Отсюда, возникает презрение к неумеющим или не желающим зарабатывать деньги, к честности и жертвенности, и это презрение, постепенно переходит в неуважение к правам личности и индивидуальности верующих. Отсюда отношение к государству, регулирующему экономические и юридические вопросы жизни, как к нравственному авторитету, к его карающим, часто бессмысленно жестоким указам и постановлениям. Отсюда подмена и подстановка на место Христовых заповедей законов и «заповедей» из государственного обихода, а то и тех понятий, которые пришли в общество из уголовного мира…
Отсюда же, прямое сотрудничество иерархов с высшими чиновниками государства, канонизация драматических, но отнюдь не святых личностей, награждение церковными орденами правителей, которые не только пролили кровь «подданных», но и принесли многие беды, как российскому государству, так и российскому народу. Следование политической конъюнктуре и желание сотрудничать с Кесарем, возвращает нас во времена далёкие, тёмные и отталкивает от Церкви не только неофитов, но и подлинно православных. Оправдываться после этого непониманием ситуации, мне кажется легкомыслием, ведь никто же не заставляет иерархов клясться в верности победившей, в данный момент, партии.
Всё это действительно создаёт ощущение заброшенности, покинутости, а то и бесконечного абсурда и бессмыслицы царящей вокруг нас, о чём и пытается рассказать Ерофеев в своём романе - исповеди. Ведь обезбоженность русской жизни произошла не без участия, сотрудничающей с властями, официальной церкви…
И вот мы видим нарисованную писателем картинку, в которой «Народ» - Серый, даже и не пытается жить по христиански, а следует каким-то нормам постсоветской культуры сформировавшей своего «героя», живущего по понятиям сиюминутной выгоды и права грубой силы...
Известно всем, что свято место пусто не бывает и потому, в пост - советской культуре утратившей малейший религиозный оттенок, героем, идеалом становится не Иисус Христос, а его противник Сатана. Деньги, секс, насилие – привычные подробности постсоветской литературы, театра и кино. Разнообразные воплощения Сатаны в литературных героях, щекочущие нервы и возбуждающие чувственность картины, обрели в постсоветской культуре общие черты, общий характер. Тут с полным основанием можно сказать, что постсоветское искусство – это эстетизация зла…
Возьмите Ерофеева, Сорокина, Пелевина, Александра Кабакова, ораву писателей детективщиков. Герои этих корифеев постсоветской литературы, всегда немножко пьяны, всегда сексуально обаятельны, всегда презирают людей живущих рядом… и конечно скучают. Всегда эти герои окружены роем влюблённых тайно и явно поклонниц, и всегда усталые герои отбиваются от несносного, сладострастного обожания.
Эти псевдо герои нашего времени, в силу законов управляющих масс культурой, напоминают героев западных бестселлеров пятидесятых, шестидесятых годов, на Западе, давно уже устаревших. Отсюда и эстетически и нравственно, не разработанность характеров, а то и прямое списывание авторских мечтаний объединённых одним порывом – «хочу».
Ничего общего не имеет с художественной литературой и плоское подражательство, нигилизм, дурно понятое непереваренное ницшеанство, крайне скудные конструкции и формальные приёмы лишающие книги этих и множества других авторов, правдивой искренности и подлинного драматизма - чем так богата наша постсоветская жизнь…
Деградация культуры, тем более христианской культуры, продолжается с помощью таких вот «создателей шедевров». И что замечательно - русские и даже русская критика сегодня, напоминает рекламного агента, пишущего за гонорар со строчки для бульварных газет и потому, чрезвычайно комплементарна, продолжая этот наследный грех советской критики. По такой критике получается, что не книга популярного, «продаваемого» автора, то шедевр мировой классики даже если это откровенная пошлятина и безвкусица. Идёт какое-то бессмысленное повторение задов западной литературы и искусства, выдаваемые продажными писаками за творческие открытия мирового уровня.
В СССР - в советской культуре - в силу наличия неосуществимого идеала, тем не менее бытовали герои, соблюдающие пусть не окончательно сформировавшиеся, но нормы и табу соотносимые с идеалом строителя коммунизма, то есть героем живущим по перелицованным десяти заповедям из Библии.
В пост советском культурном пространстве, кроме тиранического и всеми одобренного идеала денег и сладкого богатства, ничего подобного не просматривается. Как литература, так и театр в начале девяностых годов, рухнули в темный подвал бытовой чернухи, и просвета в этом садомазохистском самораздевании не видно. Многие уже «известные» авторы, очень хотели бы привлечь чернушной темой западных читателей и зрителей, но в ответ, вызывают у них только скуку и презрение. Вы можете мне поверить – ведь я живу в Лондоне и имею много друзей англичан, из разных сословий.
Странные представления у постсоветских деятелей культуры о западном человеке…
Конечно нельзя не сказать о почвенниках, деревенщиках и патриотах. В подавляющем большинстве, это и литературой нельзя назвать - очерки, публицистику местного разлива, журналистику, здесь часто выдают за повести, рассказы и даже романы…
Ностальгия по умершему быту, ревность к проявлениям новой жизни, невозможность, как прежде быть культурной элитой, получать премии, пайки и персональные пенсии, толкнули почвенников в крепкие объятия национализма разного толка, от псевдо левых (нацболы), до ультра правых(Союз Михаила Архангела) Из их среды порой доносятся давно забытые, оскорбительно крепостнические лозунги типа: «Монархия, православие, соборность» или «Россия для русских».
В первом случае, и монархия и православие понимается как реставрация царского режима, а соборность как союз новых лавочников и охранителей… А лозунг «Россия для русских» и комментировать не хочется, настолько это отдаёт "назад" от интернационализма и дружбы народов к феодализму, домострою и фальшивой богоизбранности!
Ещё один феномен постсоветской культуры – это ненависть к собственному недавнему прошлому и к подлинной истории страны. Как ни странно, в этом объединились и «патриоты» и «либералы», и получилась какая-то смесь лево – правых образованцев. Уж какой только лжи и наветов не услышишь от бывших комсомольцев и бывших молодых коммунистов, перекочевавших из конъюнктурных соображений в «Родину» и «Единую Россию»…
И все недобром поминают большевиков, обвиняют их во всех смертных грехах, беззастенчиво и безграмотно фальсифицируют цифры и факты истории своей страны, гордятся «идеологическим» незнанием этой истории!
Но самое страшное состоит в том, что постсоветские деятели не понимают, как по их варварской логике, вслед за «облыжным» признанием большевиков монстрами, придёт признание, что победы социализма в экономике не существовали, что фашисткая Германия была «лучше» страны их героических дедов и отцов – СССР, что все жертвы были напрасны, в том числе двадцать пять миллионов погибших в великой битве за свободу страны и мира от гитлеризма, что СССР никогда не была супердержавой и что они - ненавистники России, жалкие потомки промотавшие достоинство и честь своих отцов, только и достойны снисходителного похлопывания по плечу и своих тридцати сребренников за предательство и предков и потомков.
Слушая их обывательский бред, вместо правдивого и трагического описания подлинной жизни и истории России и СССР, их сюсюканье и заискивание перед западными партнёрами хочется крикнуть: - Но ведь вас никто не просит обливать грязью вашу бывшую Родину, вы сами это делаете с мазохистким сладострастием, и чем больше врёте или фальсифицируете, тем больше распаляетесь. Никому на Западе не нужны ваши унижения и ложь. Ваша услужливость так же фальшива, как ваш обвинительный пафос, а у нормального человека они вызывают только презрительную улыбку…
Сегодня, такое самоуничижение - главный грех, который висит над Россией, как дамоклов меч, потому что весь антикоммунизм наших дней, в том числе и в республиках бывшего Союза, спровоцирован такими предателями и лицемерами, из самой России.
Западу хватает своих обывателей, которые Оливера Кромвеля - отца английской демократии - до сих пор обвиняют в излишней жестокости и культе личности. Нечто подобное иногда можно наблюдать и во Франции, где потомки королей презрительно называют Наполеона узурпатором и «корсиканцем».
Во многом, постсоветская культура, с её пошлостью и заискиванием перед Западом, является чахлым порождением предательства образованцев, изо всех сил старающихся притянуть к подлым русофобским акциям, всё новые и новые подрастающие поколения в России!
И я, готов признать, что отличительной чертой постсоветского, расплодившегося «образованца», стала его привязанность к постсоветской культуре, а психическая травма от столкновения с реальной жизнью, вдруг обернулась садомазохистским комплексом, тщательно скрываемым от посторонних…
Но повторяю – на Западе это уже было и потому, предательством и хихиканьем над страданиями и потерями России в двадцатом веке, вы никого не удивите…

Возвращаясь к «Энциклопедии …» Ерофеева, хочу заметить, что преодолев отвращение и дочитав её до конца, я вдруг начал понимать, что злая книга эта нужна хотя бы затем чтобы посмотреть на себя со стороны и увидеть, что ведь и нам тоже иногда хочется в порыве критики «ударить» того, кто не может нам ответить тем же, заходя в безответственных оскорблениях очень далеко. Мне подумалось, что садомазохизм – это комплекс человека побеждённого, но очень гордого…
Некоторые разделы этой книги Ерофеева, наполнены подлинной горечью и правдой, но и кичливой гордостью и косвенными самовосхвалениями - мол я то, мы то не такие.

Вот например главка: «Живое средневековье». Я процитирую:

«…Агенты по торговле недвижимостью, участковые врачи – все те, кто имеет каждодневный доступ к народу - поражаются степенью его одичалости.
За фасадом большого города, в недрах «убитых» коммунальных квартир, с гнилым серпантином наружной электропроводки, «жучками», крючками, затворами, синюшными стенами, битыми стёклами, рассохшимися подоконниками, оторванными дверными ручками, тазами, затхлостью, там, где улица начинается с коридора, трубы слезятся, в уборных дворовый холод и голая лампочка, расселена Русь, которая до сих пор продолжает допетровские времена…»

И дальше:
«…Неадекватность самых элементарных представлений, фантастические образы мира скопившиеся, роящиеся, размножающиеся в головах, малиновые прищепки и дуршлаги, под отклеившимися, повисшими изнанкой обоями – газетные жёлтые лозунги, осуждающие не то Бухарина, не то Израиль, вонь ветхого белья, дрожащие руки со вспухшими венами, хитрость таракана, за которым гоняются с тапком в руке, изворотливость, непомерные претензии на пустом месте, неприхотливость, чудовищный алкоголизм, неподдающаяся анализу отсталость при работающем целый день телевизоре, ссоры, свары как норма жизни, ябеды, пересуды, сплетни, ненависть, крохоборство, нищета – весь этот ком слипшегося сознания перекатывается по всей стране. Дохлое пушечное мясо, непредсказуемый фатализм, готовый фарш для самой низменной демагогии… неустойчивость реакций, болезни всех видов, физическое уродство, необъяснимая гордость за прожитые годы, нестриженная седина, паралич воли, неумение суммировать свой опыт, безграмотные понятия об истории хотя бы вчерашнего, прожитого ими же, как свидетелями дня, мозговые узлы карикатур с неизбежным Хрущём и бровастым хануриком, поклонение силе, нечеловеческая слабость – вот тот люд, который живёт – не живёт, но который есть и с которым мы слишком редко считаемся как с реальностью…
Надежда на то, что коммуналки расселятся тоже наивна. Коммуналка, как свет непогасшей луны, - норма русской ментальности. Она же - модель взыскуемой соборности. Засранные подъезды и подворотни, не прочищенные, засоренные как мусоропроводы пещерные люди, метафизичны… Они понижают представление о человеке, контакт с ними чреват самыми эмигрантскими мыслями, совместное проживание рождает мысль об аде… Запущенная Россия, которая никогда не проветривалась, никогда не была удостоена человеческого слова, не понимала логики своего развития – сколько таких людей? Миллионы? Десятки миллионов?…
Надо ли говорить, что Русь с голой лампочкой, наследство допетровского, дореволюционного, советского и сегодняшнего времени, безынициативная настолько, что на её фоне Обломов покажется Штольцем, и мы призваны с этим «пассивом» считаться…
Всегда найдётся ватага доброхотов, которые бросятся бешено выступать против средневековья, приводить примеры счастливой соборности… Они закричат: что же народ мог сделать?
Помимо них есть огромное количество людей, которые возьмутся защищать всех этих средневековых существ: они прошиты общими токами, им жалко пьяных, жалко старух брошенных без помощи. Мне по отдельности тоже многих жалко. Но всю эту жалкую массу мне не жалко, она тащит Россию на дно.
Конечно, легче всего отнестись к ней язвительно, сыграть на панических настроениях, запугать, как и поступают те, кто вступает с ней в контакт и быстро теряют терпение. Можно попробовать отнестись к ней по-христиански и возлюбить. Но как бы к ней не относиться, она, эта масса, превращена волей случая в электорат, имеет голос и ничего общего не имеет с демократией.
Что с ней делать? Обманывать? Отмывать? Перевоспитывать? Ждать пока помрёт?
Но последнее иллюзорно – старики тащут за собой внуков, правнуков, которые тоже становятся на карачки. После первого петушиного крика молодости от них больше нечего ждать, кроме рабской зависимости от вечного повторения. Все идёт по кругу. Остаётся одно – поместить их в концлагеря.
Но они там уже и так…»

…Вот такой длинной цитатой из книги Ерофеева, можно попробовать объяснить всю философию и идеологию российских либералов – образованцев. В этой цитате есть всё: и боль, и ненависть, и изуродованное пьянством западничество, и фашизм и главное нет Бога и просматривается «страдающая» душа русского образованца.
Их, образованцев, сегодня в России немыслимо, оскорбительно много и их бессмысленно в чём то обвинять - они такая же жертва безверия, антихристианства как и те, кого Ерофеев описывает как своего главного противника на Земле…
Но говорить об этих «жертвах» буржуазного, антихристианского воспитания нужно и даже необходимо: «…Ибо оборотятся и пожрут вас».
…Мне вспомнился мой визит в Россию и свои впечатления от некогда - двадцать лет назад - цветущего уголка Ленинграда, с ухоженным парком, новой школой, уютным метро под площадью Восстания.
Я приехал туда из Лондона весной, после пяти лет отсутствия, накануне трёхсотлетия Петербурга…
Произошли разительные перемены - это был грязный, запущенный район с разбросанными помойками, вырванными с корнем замками в дверях подъездов, собачьими туалетами перед ними, разбитым асфальтом тротуаров и необычайным нервным оживлением подростков и молодёжи…
А я ещё помню как постепенно, с наступлением русских образованцев и их «вхождением во власть», скромность и благообразие работающих людей под напором лживой, русско – либеральной пропаганды, превращались в равнодушную грязь, как со сменой идеологии пришла разруха и пофигизм…
И в этих чудовищных переменах, я обвиняю не систему, не большевиков, которых не стало уже почти сразу после войны - кто умер, а кто был убит на фронтах войны или умер с голоду и от лишений в тылу и в лагерях - а обвиняю тех, кто пришёл им на смену…
Тогда, из лагерей и тюрем освободилось множество посаженных туда за дело и просто так, за «компанию». И все эти миллионы, пришедшие в русскую, советскую жизнь принесли в мир свою ненависть и изувеченность несвободой. И они нарожали детей и те, естественно стали врагами любого желания сделать что-то для будущего, не веря не только в коммунизм но и в идеи Христа…
Из среды вот таких изувеченных сознаний и проклюнулся, вначале робко, а потом всё быстрее и оживлённее образованческий, антирелигиозный пессимизм, объединившийся в конце концов с пессимизмом тех, кто вышел из среды врагов христианства и критиков пресыщенной, конечно относительно окружения, партийно – номенклатурной прослойки с вкраплением чиновно – бюрократического класса. А началась ползучая контрреволюция ещё при Хрущёве, которого чиновничество сделало заложником своих буржуазных амбиций…
В определённом смысле и Ерофеев, и Сорокин, и Пелевин, и прочие «властители дум» в постсоветской культуре, стали рупором этого разочарованно – циничного поколения, романтически смотрящего на других, как на ад.
И для меня это понятно - если вы не верите в подлинную демократию, если вы не хотите власти народа, если вы не верите и не хотите верить в христианские идеалы равенства и справедливости, то рано или поздно придёте к «романтическим» идеям Гитлера и его сподручных.
Я не буду вас уверять в том, что там, где вместо интеллигенции воцарилась образованщина, обязательно взыграет фашизм, как форма протеста против «не наших».
Но я абсолютно уверен, что в России, за последние двадцать лет именно образованщина своим интеллектуальным шовинизмом, разрушила коммунистическую идеологию, а на её место привела идеологию интеллектуального люмпенства, которую я и называю образованщиной…
Я готов утверждать что простой народ, в очередной раз стал жертвой антирелигиозной пропаганды, и главными распространителями историко - политических сплетен, фальсификаций и слухов, стали русские либералы – образованцы. Они главные поводыри - слепые которые пытаются вести слепых …

Предыдущий отрывок, тем не менее, я считаю одним из самых удачных в книге, потому, что он искренне написан…
Но в этой книге есть и менее профессиональные места. Некоторые словно сработаны в подпитии и потому, внимание рассеивается и приходится бросать их не дочитав и перескакивать дальше. Вот главка «Сырость»:

«Из корзины посыпались Лёшки, Васьки, Нинки, Костики, Мишутки и всякие мелкие Павлики, случайно нашлись Толян и смурной Серафим, потом пошли отборные Иваны, круглолицие Ольги… Далее обнаружились Николай Николаевичи, Фролы Тимофеевичи. У русских всё сырое, непрожаренное, непропечённое. И лица, и душа, и мать – Земля.
Леса сырые. Мы все - сыроежки.
Еду в метро и чувствую, что мне противна эта потная сволочь. Инертная, покорная, прыщавая шваль.
Хочу ли я, чтобы Россия распалась на куски?
Чтобы Татария отделилась от Мордовии?
Чтобы Волга высохла?
Чтобы судорога прошла по Сибири?
Чтобы кончился балаган?
Хочу!
Хочу!»

…Такое впечатление, что книга состоит из отрывков, написанных разными людьми в разной степени подпития и абстиненции. Иногда книга напоминает по жанру бесконечные, остроумные максимы Жванецкого. Но если у Жванецкого сквозь смех проглядывает добродушие и желание изменить что то к лучшему, то Ерофеев «пропечатывает» так, что не понять как в таком мире могут жить люди, похожие на него самого и его знакомых и друзей. Злая издёвка и нежелание вникать в суть, пропитало всю книгу…
Мне, по некоторым друзьям – «шестидесятникам» знакома эта боязнь полупьяного сознания думать о чём-нибудь глубоко и напряженно и я знаю, что это реакция на бесконечно длящееся пьянство, столь присущее романтическому направлению образованщины (не удивляйтесь, в России существует и такое, некогда вдохновлённое в Союзе Ремарком и Хемингуэем.
Много из этих друзей, во времена оны заразилось этим «поветрием» – стать мужественными и разочарованными мужчинами – и почти все они уже умерли от алкоголизма и болезней связанных с ним…

Иногда «Энциклопедия…» напоминает, книги Генри Миллера. Но натура изображена безусловно русская и потому, даже чертыхаясь понимаешь, что это наше, это о нас и нечего на зеркало пенять коли рожа крива…
Но возвращаясь к феномену постсоветской культуры, хочется отметить, что лучшей и подлинной физиономии русского человека и его души, в этой книге и с лампой не сыщешь…
Да и с этой антихристианской, безрелигиозной точки зрения, и вообще в мире трудно найти человеческие лица. Тут просто вопрос длительности проживания «Ерофеевых» в какой – либо стране, будь то Россия, Болгария, Франция или Англия… Человек устаёт от рутины, а ему кажется, что он «проник» в душу того или иного народа, понял национальный характер. Часто на тот или иной народ переносится состояние собственной души и даже физические кондиции тела: заболела печень, или раздулся желчный пузырь и разлилась желчь, вот и становится всё вокруг плохо, подло, грязно…
И главной проблемой, как автора так и его заказчиков - читателей, состоит в переживании длительного периода обезбоженной жизни. А в этом случае известно, что все кошки серы и что все люди подлецы и прохвосты, конечно кроме нас самих и людей «нашего круга».

…В любом случае, советую вам прочитать книгу Ерофеева и может быть после, вы, для сравнения, прочитаете другую книгу, упомянутую здесь, автором которой был отец Сергий Булгаков, и называется она одним словом «Православие». Но предупреждаю, что книга не художественная…

25. 01. 2006. Лондон. Владимир Кабаков.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 13
© 19.10.2019 Владимир Кабаков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2653248

Рубрика произведения: Разное -> Публицистика













1