Глава 5. Отец.


Глава 5. Отец.
Глава 5.
Отец.

    Спиной вперёд плавно пролетаю сквозь потолочное перекрытие какого-то здания и приземляюсь на ноги. Осматриваюсь, крутя своей головой. Нахожусь по середине длинного, широкого корридора, тусклое освещение обычных лампочек, всё как-то размыто и с желтоватым оттенком. По бокам корридора идут двери без каких-либо указательных табличек, белого цвета. Пол корридора из бетона с мраморной крошкой, стены с желтоватым оттенком от освещения. В конце корридора двустворчатые двери с большими стёклами. Абсолютная тишина, не слышно ни одного звука. Определяю, что я нахожусь в больнице. Как я это определил? Не знаю, просто пришло в голову, что это больница и всё.
   Начинаю идти прямо по корридору. Останавливаюсь возле второй или третьей двери, находящейся с правой стороны от меня. Плавно открываю её и захожу в огромную больничную палату. Сразу в глаза бросается огромное панорамное окно на всю стену выходящее на улицу. За окном закат в последней его стадии, толком ничего уже не видно, только чёрный горизонт, багровая полоса над горизонтом и много чёрных длинных облаков, разбросанных густо по небу. В палате находится много больничных кушеток на которых лежат мужчины, практически голые и к их рукам подключенны капельницы. Вся палата от заката за окном тоже какого-то красно-чёрного цвета. Лиц лежащих мужчин не видно, они как-будто скрыты в тени. Никакого запаха не ощущается, хотя по по идее он должен быть, ведь эта больничная реамационная палата, но его нет. Смотрю на лежащих мужчин, они лежат не шевелясь. Я не испытываю никаких чувств, ни эмоций, просто смотрю. 
    Вдруг на одной из кушеток начинается какое-то движение, моё внимание резко переключается туда и первая эмоция интереса и страха одновременно. Пристально вглядываюсь в этом красно-чёрном полумраке в сторону той кушетки. В это время с кушетки встает мужчина, в одних трусах, лица его не видно, оно как бы скрыто тёмной тенью и направляется в мою сторону, по пути огибая другие кушетки с лежащими на них мужчинами. Я стою не шевелясь, смотрю, что будет дальше, а внутри нарастает волна страха, грозящая перерости в панику. В животе как-будто натянулась струна, которая вот-вот оборвётся. А мужчина тем времени приближается ко мне всё ближе и ближе, от страха я уже не могу не двигаться, не шевелится, как-будто что-то мне неизвестное сковало моё тело, дышать стало тяжело.
     Он подошёл ко мне вплотную, я пытаюсь вглядеться в его лицо, но оно скрыто тенью. И тут тень на его лице немного рассеялась и по тем немногим признакам появившимся на его лице, я вдруг понимаю, что передо мной стоит мой отец, который умер много лет назад. И кстати он умер в больнице, от неоказанной вовремя медицинской помощи. По мне проходит холодная волна, с головы до пят, и сразу наступает какое-то облегчение, страх улетучивается и приходит радость, что я стою рядом со своим отцом. Ведь я так давно его уже не видел, ужас как соскучился, тогда я был ещё маленьким, а теперь молодой мужчина, но я всё равно ощущал себя маленьким мальчиком находясь перед свом отцом. Он берёт меня за левую руку, чуть выше кисти и недовольно спрашивает:
   - Ты что тут делаешь?
   - К тебе пришёл, я тебя давно не видел, соскучиля. - отвечаю я, с какой-то детской радостью и наивность.
    - Тебе нельзя здесь находиться, быстро уходи отсюда! - как-то злобно говорит отец.
    - Но я хочу быть с тобой, я никуда не хочу уходить. - отвечаю я.
     Тогда отец, всё также не отпуская моей руки,  силой выволакивает меня в больничный корридор из рениамационной палаты, я по пути пытаюсь упираться ногами в пол, как-то сопротивляться, но уменя это плохо получается. Ноги скользят по бетонному полу и отец сильнее меня.
     В корридоре отец гневно говорит мне:
    - Иди отсюда!
    - Но я к тебе пришёл, я хочу остаться здесь, с тобой. - овечаю я и пытась его обнять.
      И тут происходит неожиданное, он начинает быть кулаком меня в лицо и с гримасой гнева на лице, что оно аж исказилось до неузнаваемости, кричать:
     - Пошёл вон отсюда, я тебе сказал! Тебе нельзя здесь находиться! Тебе сюда ещё рано!
     Отец продолжает бить меня кулаком по лицу, а стою в полной растерянности и немогу ничего понять. От этих его слов, действий. Он никогда на меня в детстве ни орал, ни кричал, а тем более не бил и вот в данный момент происходит что-то вообще невообразимое. Какая-то расстерянность, обида, боль, тоска, печаль одновременно напали на меня в этот момент, я был подавлен и растерян. И тут вдруг, резко и неожиданно, меня бьёт разряд электричества, по телу проходит судорожная волна и меня как-будто омывает холодным душем. Я отрываюсь от пола и начинаю плавно подыматься к потолку. В момент подъёма меня бьёт разрядом тока ещё раз, опять судорги и душ, я опускаю глаза вниз чтобы посмотреть на отца. А он стоит и улыбается, гнев исчез с его лица, черты разгладились, хотя оно так же скрыто дымкой, какой-то не понятной тени. Это опять был мой папа, добрый, сильный, заботливый, каким я запомнил его в детстве.
     Также плавно пролетаю сквозь потолочное перекрытие, вылетаю на улицу и устремляюсь в чёрное небо, всё быстрее и быстрее. Всё закрутилось, завращалось и полная темнота...
     Открываю глаза. Дыхание частое и глубокое. Вся постель пропиталась потом, мокрая. Тело в холодной испарине. "Что это было? Что за странный сон?"- созревают в голове первые мысли, при этом испытываю чувства разочарования, тоски и в тоже время радости, ведь я столько лет уже, даже во сне, не видел своего отца. Остатки сна по-тихоньку улетучиваются. Тревога, печаль, тоска плавно уходят, ведя за собой спокойствие. Остаётся только думать и размышлять обо всём, на что хватит моего ума, что дают нам сны, о чём пытаются сказать, предостеречь?...





Рейтинг работы: 11
Количество рецензий: 3
Количество сообщений: 3
Количество просмотров: 18
© 07.10.2019 Сергей Васильев
Свидетельство о публикации: izba-2019-2645800

Метки: Отец, больница, растеряность, грань,
Рубрика произведения: Проза -> Повесть


Сергей Немерицкий       15.10.2019   06:51:46

Сергей, ты молодец, продолжай в том же духе!)
Сергей Васильев       15.10.2019   07:02:07

Спасибо Серёж! Буду стараться.
Игорь Донской       10.10.2019   21:54:52
Отзыв:   положительный
мой батя умер много лет назад. В трудное для меня время, да и страны тоже. Хотя у нас в России всегда трудно и сложно.
Денежное содержание почти не платили, откровенно издевались и прочее, о чем даже писать не хочу. Не смог я его к себе забрать. Пятым в 18 метровую однокомнатную квартиру. До сих пор корю себя.
И детство я тоже вспоминаю, батя тогда служил в 22 Чапаевской дивизии. На Камчатке - командиром взвода. Японский барак, довоенной постройки и комната - 14 метров. Портовая пьянь, проститутки, печка - которую топили ящиками от полковых мин. И клопы, которых было невозможно вывести.Быстрые и злые как самураи.
Убили потом эти дивизии- Чапаевские.25 гитлер в Севастополе, а 22 сердюков. И кто из них хуже для России неизвестно.
Когда отдельные граждане открывают свои вонючие рты, насчет больших пенсий военным, то всегда это вспоминаю. Хотя в Союзе военные были элитой. Мой дед покойный, начальник связи дивизии,после войны, не позволял бабушке работать. Смотрела за тремя детьми. И жили по послевоенным нормам весьма достойно.
Пошто то пишу? Отец часто ко мне приходит, особенно когда мне тяжело. Я пишу об этом в своих рассказах, как бы оберегает. Знаю, что мы с ним обязательно встретимся. Так, что рассказ Автора мне очень близок.
Он его со временем обязательно дополнит и переработает. Сделает глубже и душевнее. Со временем все придет. И мастерство и опыт. Главное чтобы осталось неравнодушие к судьбе близких и страны. Нет бывших офицеров, если он настоящий.
С уважением, Игорь.
Сергей Васильев       11.10.2019   05:13:57

Игорь, спасибо за поддержку! Я буду стараться. И со временем напишу ещё лучше. Ну а пока, что пришло. С Уважением Сергей Васильев.
Лера Мелихова       07.10.2019   22:36:53
Отзыв:   положительный
Печально но от сердца! Молодец!

Сергей Васильев       07.10.2019   23:19:54

Спасибо Лера! Я тебе потом перешлю полную главу.

Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  













1