Ласточкино гнездо


Ласточкино гнездо
Записки путешественника
Осень 2011
Болгария

Давайте признаемся, Болгария - прекрасная страна. Это страна, в которой можно набраться здоровья, почувствовать себя спокойным и свободным. Страна, в которой климат и природа находятся в идеальном сочетании, и они, как влюбленная, совершенно подходящая друг другу пара, процветают и развиваются в мире и гармонии. Где воздух полон йода, а на берегах морских встречается даже такой каприз, как инжир. Местные продукты здесь в изобилии, а земли, по крайней мере, для меня, как русского человека, можно приписать к родным. В конце концов, это страна, в которой Вы понимаете, а вас поймут.

Но, к великому сожалению, Болгария также является страной, которую не очень тянет посещать вне курортного сезона, ибо у того, кто это сделает, появится чувство, мол, выезжая из России, наш холод решил к нему присоединиться. Что, собственно, и произошло с писателем всех этих слов – во мне. Но у писателя этого была уважительная причина и скрывалась она в нескольких важных формальных делах, которыми ему с отцом пришлось заняться в этой стране в последней декаде октября. Если честно, если бы не эти дела, я, наверное, решил бы повременить с такой поездкой, потихоньку поджидая следующего лета. Но, должен признаться, что поездка эта была не менее интересной, позволив мне наблюдать некоторые природные явления, чье описание следует ниже, которые летом я, наверное, совсем бы и не заметил.

Итак, приехав в северо-восточные края Болгарии, а именно в город Варна в середине осени, мы, во главе с моим отцом, все еще раздумывали, где же нам стоило остановиться. Теперь же, полностью осознавая, что в тот момент мы находились под влиянием обоих, ностальгии и ярого желания сбежать от Московской суеты, мы твердо решили, что остановиться все же стоит где-то за границей этого города с миллионным населением.

Засидевшись в Москве, мудрые решения игнорировать мы просто не имели права!

Поэтому полностью осознавая, что курортный сезон здесь более не царит, мы все же решили поселиться в пустом гольф-курорте. Находился этот гольф-курорт в десяти минутах езды от города Варна, и представлял собой миниатюрный городок.

Не смотря на то, что холод уже успел сделать свой первый шаг на эти земли, все лиственные деревья и кустарники, украшающие аккуратно выстроенные в линейку дома и виллы, еще не успели опасть, ибо шаг этот был сделан совсем недавно. Яблони, березы, грабы, дубы, а также огромное множество других широколиственных, вместе со своими малыми родственниками, среди которых встречались можжевельник и шибляк, были посажены посреди и вокруг ровно выстриженного газона, окружавшего каждый из этих частных домов.

Говорят, что в природе существуют идеальные цветовые сочетания. Будучи еще совсем молодым, и успев окончить художественную школу в Краснодарском Крае, с этим утверждением я был знаком и согласен еще с детства. Но в октябре этого года я наконец-таки убедился в этом абсолютно, ибо теперь уже друзья вышеперечисленных - вечнозеленые ели, пихты и сосны, в моих глазах, действительно идеально сочетались с рыжей черепицей прекрасных вилл.

Не смотря на то, что за окном была осень, Черное Море, на берегу которого один из лучших дизайнеров гольф-полей - Г. Плэйер, как я потом узнал, решил разбить свой очередной лагерь, продолжало сохранять свою голубизну и спокойствие. Находясь в таком месте в это время года, самым неприятным, наверное, является тот факт, что осенний горизонт, к великому сожалению, – это единственное место, которое Ярило решил наградить лучами повинующейся ему звезды. Если присмотреться, то можно увидеть, как оно изредка решается разбить одну иль две из своих волн о каменистые болгарские берега. А порой и вовсе природа разрешала лицезреть еще более прекрасное явление, где оно покрывается крупными желтыми пятнами от бьющих сверху солнечных лучей. Случается это с огромной редкостью и поэтому заслуживает особого внимания, ибо лучи эти, наконец-таки сумевшие прорваться сквозь баррикады серых туч, напоминают яркие толстые желтые колонны, хаотично выстроившиеся повсюду на поверхности воды. Никогда ранее я еще не видел все величие и красоту зимнего моря. Такое одинокое, такое грустное. Все это каким-то странным образом продолжало зачаровывать. Было очевидно, что все еще зеленая, все еще надеющаяся на частичку тепла, природа, обнимая наше море, всячески старалась поддержать, подбодрить его.

В попытке найти хоть какое-то сравнение для того, чтобы описать все это, мое все же бедное воображение сумело приблизиться всего лишь к нескольким таким явлениям, также встречающимся в природе.

Ровные, идеально вертикальные столбы солнечного света, изредка пробивавшиеся сквозь суровое октябрьское небо, кое-где создавали яркие золотые пятна на поверхности чистого холодного моря. Свет отражался от его зеркальной поверхности и прыгал с одной волны на другую, словно сияние от замутневшего драгоценного металла, который был только что заново расцарапан.

Уверен, что в воображении увлекающихся историей Древних Греции и Рима сейчас нарисовалась прекрасная картина, так как все это хорошо напоминает древние афинские храмы Богослужения, где небесная крыша, опираясь на колонны из света, нависает над голубыми полами.

На всем протяжении игры с этими божественными лучами морские воды, протянувшиеся до горизонта, в своей окраске проходят через все оттенки синего, начиная с бледно-голубого, и встречая закат своего путешествия ярким, бросающимся в глаза, фиолетовым.

Издалека казалось, что на море безупречный штиль, хотя тяжелому ветру за окном сегодня отдыхать явно не хотелось, ибо метровые туи и маквисы, украшавшие двор, все же сгибались под его весом.

Описывая это, я боюсь, что этот пейзаж, в полной его красоте, способен описать только художник-маринист, кем я, к сожалению, а может быть, и нет, не являюсь. Как бы я не старался лучше описать увиденное мной чудо и найти самое близкое к этому сравнение в лице природы, мне этого не удалось. Чем больше и дольше я об этом думал, тем больше, с каждой секундой, убеждался, что никакими словами этого не описать. Читающий должен сам увидеть эту прелесть! В отличие от остальных романов, историю любви влюбленных друг в друга морских вод и бархатных солнечных лучей словами описать просто невозможно, эту историю можно только созерцать.

Главным дополнением ко всей этой картине, служил тот факт, что наблюдая все это с обрыва высотой в несколько десятков метров, а это именно там, где находился наш "городок", появляется возможность увидеть все в более ярких красках, а также более подробно и обширно.

На расстоянии всего лишь нескольких десятков километров от нашего, в данный момент одинокого, курорта, расположились несколько наиболее интересных, по крайней мере, для меня, мест и городов.
Варна - один из самых старых на территории Европы и этой страны городов, каждый год привлекающий тысячи российских туристов. А еще ближе к нам находились два места, безусловно, удовлетворяющие интерес и вкус сразу двух категорий людей, – увлекающихся древней историей, а также настоящих ценителей классической рок-музыки. Ибо в десяти минутах езды от нашего курорта находилась средневековая крепость, вернее ее руины, с, в моем мнении, самым красивым именем, которым можно наградить такое место, - Калиакра. Зерно этого великолепного названия начало прорастать в языке еще средневековом греческом, на котором говорила Византия. Само слово разбивается на два других, таких же древних, означающих "прекрасное" и "крепость". Эта достопримечательность Болгарии очень стара, поэтому, чтобы увидеть все ее прелести – руины, оставшиеся от нее, - ее следует исследовать с большим вниманием и доскональностью.

Душа без любви - письмо без печати; лежит и пылится среди прочих никому отнюдь не нужных. Любовь безответная есть письмо утраченное, заблудшее - словно души тех сорока дев, бросившихся с обрыва, не желая подчиняться воле иностранца-завоевателя. Вся эта романтика слишком дорого обошлась Болгарии.

Город Каварна - кстати, не менее красивое название для маленького городка - каждый год притягивает миллионы любителей музыки и является столицей рока в стране. Каварна стал настоящим приютом, практически, для всех фестивалей и концертов, проходящих на этих землях, а также для многих музыкантов, имеющих мировое признание, чьи портреты, а в некоторых случаях и скульптуры, красуются на многоэтажных домах, выстроенных еще во времена Сталина, и парках.

Мир, безусловно, меняется...

В часы свободы от официальных дел, разрешить которые мы приехали, в силу того, что вокруг почти не было других остановившихся, я решил найти себе занятие, которое помогло бы мне получше узнать местность и, за одно, пошло бы на пользу. Разузнав, что рекреационный центр был все еще открыт, я записался на серию различного вида массажей. Центр обслуживался профессионалами, поэтому признаюсь сразу, я думал, да и знал, что не пожалею. И не пожалел! Ибо, как в таких случаях один мой близкий друг, англичанин, говорил: "Если вы еще не пробовали массаж с маслом и горячими камнями, значит, Вы еще не жили."

Помимо этого тут я открыл для себя еще одно великое благо - турецкую баню, от которой я также получил невероятное удовольствие. Находясь на территории этого курорта и наблюдая за всем вокруг, я начинал обращать внимание на многие сначала незаметные подробности. Одно и первое из моих самых, наверное, главных наблюдений это неограниченное множество опустевших ласточкиных гнезд. Как это часто происходит в странах, где, скажем, курортный сезон занимает, по меньшей мере, треть года, черепичные крыши и пространство под ними превратилось в настоящую среду обитания для этих птиц. Но имея ярый интерес и еще более сильную любовь к животным и птицам, особенно к таким безобидным и ласковым видам жителей неба, ничего плохого в этом увидеть я не посмел. В большинстве случаев гнезда их наблюдались под крышами и были видны на каждом доме и не в едином количестве. Ласточки умудрялись сплести их почти в каждом углу, и не только, так как на некоторых из домов, такие гнезда нависали и над окнами, и над дверьми, а порой и просто в местах, где стены дома встречались с крышами. Не смотря на то, что, как мы уже знаем, гнезда этих птиц, созданы довольно аккуратно и не представляют собой никакой угрозы месту, где они находятся, гнезда эти были в таком изобилии, что весной и летом обслуживающий персонал просто не успевали их убирать. Сейчас же, в октябре, гнезда эти пустовали, но покинуты они были теми, кто их сплел, лишь для того, чтобы вернуться сюда на следующий год и повторить все заново.

В любом случае, находясь в таком месте, осенью, вы осознаете, что это, безусловно, что-то особенное. Во всем этом, непременно, есть что-то успокаивающее, когда, сидя и жаркого камина в пустом ресторане, полностью спрятав свой подбородок в пышный шарф, вы едите теплый вишневый пирог, созерцая из окна происходящее вокруг.

В такие моменты, безусловно, у всех нас появляется редчайшая возможность уделить время нашему второму Я, нашей душе, найти в себе гармонию. А такие возможности терять никак нельзя, ведь их так не хватает человеку, проживающему в нашей столице.

Когда-то Болгария называлась 16-ым государством Советского Союза, и именно поэтому большинство работающих здесь разговаривали на нашем языке. Причем прекрасно! А их красноречивость и словарный запас порой поражали. Я думаю, что в глубине души каждый из нас признается, что жизнь воспринимается совсем по-другому, когда вы окружены культурой и красивой речью…

Фантазии оплетали мой юный разум, словно дикий сорняк, вьющийся вокруг ствола молодой березы.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 15.08.2019 Вадим Милевский
Свидетельство о публикации: izba-2019-2612451

Метки: вселенная, жизнь, энергия, философия, философы, опыт, психология, жизненный, люди, смысл,
Рубрика произведения: Проза -> Очерк










1