Священные воды ( из цикла Ден Счастливчик )


Священные воды ( из цикла Ден Счастливчик )
Пол монолита рывком приблизился к лицу Дена. Если бы не прочное поликарбонатное «стекло» шлема, его нос превратился бы в кровавое месиво. Руки и ноги внезапно налились свинцом. Словно исполинская рука внезапно решила прихлопнуть Счастливчика как муху.
-Вы в порядке, Деннис?
Доктор Хирнунгер подхватил упавшего Дена за подмышки и поставил на ноги.
-Тяжело. Внезапно тяжело. И что, всё? Никаких тебе вспышек, радужных тоннелей и ощущения полета?
-Да, Деннис. Если верить моему чувству гравитации, сила тяготения в данный момент соответствует среднестатистической для четвертой планеты этой звездной системы. В ваших единицах измерения это 3.7 Н/кг
Вы очень долго находились в условиях тяготения близкого к нулевому без физической нагрузки. Очевидно, часть ваших мышц атрофировались. Вам потребуется моя помощь, чтобы выбраться из монолита. В любом случае тут темно и вы вашими глазами ничего не увидите. Давайте поспешим. Нас ждут.
Счастливчик тяжело вздохнул, оперся на любезно подставленное щупальце и медленно заковылял в непроглядной тьме вслед за пришельцем.
Когда гигантская диафрагма монолита разверзлась перед путешественниками и слепящий свет залил плиты внутренней камеры монолита, Ден обнаружил что их действительно ждали. На пороге диафрагмы стояли четыре громоздких угловатых фигуры. Четыре земных скафандра-аквариума, в которых, как огурцы в рассоле, плавали жабродыщащие земляне.
Ближайший к ним землянин поднял светофильтр, открыв для всеобщего обозрения смутно знакомую Дену грустную физиономию профессора Фостера.
-Приветствую вас, Деннис Дойл. Добро пожаловать на Марс.
Просторное помещение лаборатории, выделенное командованием космофлота для исследовательских работ, было захламлено и заставлено различными громоздкими агрегатами, верстаками с инструментами и измерительными приборами. Трое ассистентов профессора Фостера суетились вокруг одного из агрегатов, поминутно делая пометки в своих планшетах. Счастливчик разминал конечности, пытаясь приспособиться к земному скафандру, явно чуждому его анатомии и выслушивал наставления профессора Фостера.
-И самое главное не поднимайте светофильр. По документам у нас значатся 4 ассистента. Олаф в последний момент перед отлетом слег с бранхиомикозом, так что вам повезло, что у нас оказался запасной комплект и место в штатном расписании. Если спросят-вы Олаф Мастерсон, палеонтолог.
-Профессор, а можно как нибудь слить эту воду? Я чувствую себя как младенец в мокром подгузнике. Я конечно не против на миг вернуться в свое золотое детство, но не таким же способом.
-Я сожалею, мистер Дойл, но это конструктивная особенность земного скафандра. Конструкторы не предполагали, что им будут пользоваться представители иных человеческих рас. С другой стороны в вашей стадии атрофии, водные процедуры пойдут вам только на пользу.
Счастливчик зябко поежился.
-Ну можно хотя бы сделать ее немного теплее?
Профессор Фостер подавил смешок.
-Да, разумеется. Для этого вам необходимо уравновесить температуру жидкостей внутри и снаружи тела. Для этого либо подождите, пока пройдет процесс теплообмена, либо разбавьте забортную воду самостоятельно, своей физиологической жидкостью.
Ден грустно вздохнул.
-А вы чертовски злопамятны. Я понимаю, что для моего спасения, доктор Хирнунгер шантажировал вас раскрытием вашего секрета, но я то тут причем?
-А от кого ваш пришелец узнал этот секрет? Кто рассказал ему всё, что произошло на Каллисто в мельчайших подробностях?
Из совершенно пустого кресла прозвучал тихий примиряющий баритон:
-Не ссорьтесь, друзья мои, давайте лучше ускорим подготовку. Заряда батарей моего маскировочного устройства хватит еще на 48 часов. Сильно сомневаюсь, что нам удастся повторить диверсию с камерами наблюдения. Я мог бы самостоятельно покинуть периметр базы, но не хотел бы оставлять Денниса только на вашем попечении. Кроме того, если мы не выберемся отсюда в запланированный срок, Аманжол поднимет в воздух «Каракут» и попытается взять базу штурмом. На стадии планирования я отговаривал его от подобной опрометчивости, но сейчас он один и некому его вразумить…
В этот момент дверь лаборатории с легким шелестом отошла в полость стены и в помещение вошли двое бойцов в массивной силовой броне и лазерными ружьями наперевес. Они бегло осмотрели помещение и почтительно расступились, пропуская внутрь мужчину средних лет в форме офицера космофлота. Судя по знакам различия, офицер находился в чине полковника и выглядел слишком молодо для своих погон. На его узком хищном лице, похожем на морду ласки, застыло выражение настороженности. Он, как и его подчиненные, бегло осмотрел помещение цепким взглядом, и поинтересовался сухим холодным голосом, отдающим металлическими нотками.
-Ну, и кто из вас главный в этой богадельне?
Фостер сделал шаг вперед и робко представился.
-Профессор Дитрих Фостер. А в чем собственно дело?
Офицер изучающе осмотрел профессора с ног до головы, зафиксировав немигающие зрачки своих серых как сталь глаз у Фостера на переносице. Взгляд был такой жесткости, как будто офицер целился в лоб землянину. Если бы не гидравлика скафандра, у маленького профессора наверняка подкосились бы ноги. Между тем офицер представился.
-Полковник Френк Слингер. Служба безопасности космофлота. Я расследую диверсию, проведенную предположительно вражеским агентом. И в этом благом деле я рассчитываю на ваше полное и беспрекословное содействие.
Последние слова были произнесены столь безапелляционным жестким тоном, что у, и без того испуганного, профессора, случилось внезапное уравновешивание температуры жидкостей в скафандре.
-Насколько я понимаю, ваша группа занималась исследованием монолита последние несколько недель. Вы вели какие либо записи? Видео или фотосъемку?
Профессор растерянно развел руками, жестом указывая на ассистентов.
-Безусловно, мои помощники ведут записи в виде конспектов. А вести видеозаписи запрещено комендантом базы. Он утверждал, что система слежения и так всё фиксирует. Кроме того, в нашу задачу по контракту входило изучение принципов функционирования объекта, а не художественная съемка.
Полковник улыбнулся неестественной «резиновой» улыбкой.
-И как успехи в изучении? Узнали что-то новое?
Фостер опустил глаза в пол и извиняющимся тоном пролепетал
-Это закрытая информация, которую, согласно контракта, я имею права передать только уполномоченному лицу в виде итогового отчета по исследованиям.
Слингер понимающе кивнул.
-Чтож. Контракт есть контракт. В таком случае, я думаю, вы не станете возражать, если я задам вам и вашим людям несколько вопросов, не связанных с исследованиями. Разумеется, каждому по отдельности. А мои бойцы, тем временем, проверят ваше оборудование.
Профессор попытался тактично возразить.
-Но наше оборудование специально доставлено с Земли. Эти уникальные приборы требуют деликатного квалифицированного обращения. Кроме того, в контракте ничего не было сказано…
Полковник резко прервал его излияния не терпящим возражения тоном
-Забудьте про ваш контракт. Если вы забыли, идет война. В связи с диверсией база переводится в состояние полной боевой готовности. Согласно федеральному договору, который кстати подписали правительство вашей Земли, в случае военного положения командный состав космофлота имеет право взять на себя контроль над любой административной единицей внутри федерации. Так что просто выполняйте мои распоряжения, и никто не пострадает. Сейчас мои люди проводят вас и ваших помощников в отдельные помещения, где вы будете находиться вплоть до нашей с вами беседы. А потом, по результатам, я решу, что с вами делать.
Фостер схватился за ту часть грудной пластины скафандра, за которой должно было находиться его сердце
-Мы арестованы?
-Нет. Всего лишь задержаны до выяснения обстоятельств. Даю вам и вашим помощникам 15 минут на сбор всего необходимого. По истечении этого времени, за вами придут.
Полковник Слингер еще раз обвел своим немигающим взглядом кобры, готовой к прыжку, всех присутствующих, и вышел за порог лаборатории, не забыв приказать своим подчиненным охранять дверь снаружи.
Профессор тяжело сел на краешек кресла, которое казалось пустым и уставился в одну точку. Меньше всего на свете мирному кабинетному ученому хотелось оказаться на допросе в службе безопасности. Между тем тихий баритон у него из под бока обратился к Счастливчику.
-Деннис, вам ничего странного не показалось в этом Слингере?
Ден задумчиво побарабанил костяшками пальцев в перчатке скафандра по столу.
-Да вроде ничего особенного. Солдафон как солдафон.
-Я не об этом. Поправьте, если я ошибаюсь, но он одного с вами роста и комплекции. Поскольку я сейчас нахожусь в состоянии маскировки, я не вижу в том спектре видимого света, в котором видят ваши глаза. Отчасти поэтому я задействовал все остальные возможности моего глаза. В том числе и чувство гравитации. И вот что любопытно. Я обнаружил, что этот человек в полтора раза тяжелее вас при почти идентичном объеме тела.
Счастливчик только отмахнулся рукой как от назойливой мухи.
-Доктор, сейчас это меньшая из наших бед…
-Имя?
-Олаф Мастерсон
-Род занятий?
-Ученый-исследователь
-Специализация?
-Палеонталогия
Деннис Дойл сидел посреди небольшой камеры на стуле, напротив стола с пустующим креслом. За его спиной взад вперед прохаживался полковник Слингер и уже по третьему кругу задавал одни и те же вопросы. Пара дюжих охранников в силовой броне стояли у единственной двери.
-Почему вы не вели записей, как остальные ассистенты? Где ваш планшет?
-В мою задачу входила помощь профессору с приборами. Записи вели мои коллеги.
Спросите-он подтвердит.
Слингер резко со скрипом развернулся на каблуке сапога. От этого звука по хребту Счастливчика пробежали холодные мурашки.
-Уже спросили. Почему в журнале базы нет отметки о вашем прибытии?
-Дело в том, что мои жабры инфицированы бранхиомикозом. Меня доставили практически в виде груза. Посмотрите отметку в моей медицинской карте.
Полковник вернулся в кресло за столом.
-Уже посмотрели. Что то вы слишком бодрый для больного. А ну ка поднимите светофильтр вашего скафандра.
Ден нехотя потянул светофильтр вверх, открывая вид на бледное, мокрое от холодного пота лицо с глубоко запавшими глазами и огромными синими мешками под ними. Полтора месяца казематов на Фобосе сделали своё черное дело.
-Ну чтож. Типичная бледная, мокрая земноводная жаба. Как и все вы, земляне.
Прочь с глаз моих. Сержант, пригласите следующего…
Когда допросы окончились, бойцы службы безопасности согнали группу землян назад в лабораторию и заперли, выставив внешнюю охрану. Земляне о Счастливчике как то забыли, а доктор Хирнунгер куда то запропастился. Так что Дену не оставалось ничего другого, как наблюдать за своими товарищами по несчастью. Трое ассистентов профессора расселись по разным столам лаборатории, извлекли откуда то небольшие, с ладонь величиной, книжечки в золотистом переплете, и принялись увлеченно читать, бормоча что-то себе под нос нараспев. Профессор Фостер сидел в своем кресле, мерно раскачивался взад вперед, уставившись в одну точку и причитал:
-Неужели это конец? А я еще столько не успел. Если меня расстреляют здесь, на Марсе, Марта не сможет меня похоронить. Моя душа обречена.
И тут в голову Дена тихой сапой закралась шальная догадка, которую он решил тут же зафиксировать вопросом.
-Профессор, а что делают ваши коллеги?
-Они молятся. Видите ли, мистер Дойл. После того ада, который пришлось пережить нашим предкам. После гибели и чудесного возрождения нашей, и вашей в каком то смысле, родной планеты, мы, земляне, не могли не пойти по пути духовности. Религия играет в нашей жизни колоссальную роль. Каждый землянин в повседневной жизни, а особенно на пороге смерти, беспокоится о своей бессмертной душе. Чтение молитв позволяет хотя бы на малую толику снять с неё груз грехов перед упокоением в великой пучине. Грешное тело нельзя со всеми почестями предать священным водам…
-Профессор. Вы гений. Вам нужно поставить памятник. Разумеется, при жизни…
Когда Френк Слингер переступил порог лаборатории, его колючим серым глазам открылась на редкость трагикомичная картина. На большом верстаке в окружении горящих лабораторных горелок лежал весьма крупногабаритный землянин в скафандре с опущенным светофильтром. Его импровизированное ложе окружали четверо его земляков в аналогичном облачении, читая нараспев какие то стишки с маленьких книжечек в золотом переплете.
-Ныне мы предаем тело Олафа Мастерсона воде. Вода к воде, ил к илу, прах к праху. В твердой надежде, что он останется жить в сердцах каждого из нас...
-Какого черта тут происходит?
На лице полковника не дрогнул ни один мускул, но сама интонация восклицания была недвусмысленной. Такого поворота событий Слингер не ожидал.
Профессор Фостер положил свой экземпляр книжечки в изголовье импровизированного ложа и развел руками в печальном жесте.
-Бранхиомикоз-это страшная болезнь ежедневно уносящая жизни тысяч землян по всей нашей планете. Наш коллега и брат по вере скончался и мы готовим его тело к достойному погребению, в полном соответствии с канонами нашей веры. Когда мы закончим, его тело будет необходимо доставить на Землю в кратчайшие сроки. Великий Океан ждет.
Полковник хищно прищурился.
-Великий Океан подождет. Необходимо сделать вскрытие и установить причину смерти.
Фостер печально покачал головой и продолжил со всем возможным смирением в голосе.
-Боюсь, что это невозможно. Наша вера предполагает сакральность тела покойного, как сосуда души. Ибо записано в наших священных манускриптах: «если сосуд разбить, душа выйдет из него раньше времени и уже не сможет найти покой в великой пучине». Ваше требование не что иное, как святотатство, оскорбляющее всех землян и подрывающее устои федерального договора.
Слингер перевел тяжелый взгляд на ложе, затем назад на профессора.
-Ну хорошо. Я могу хотя бы осмотреть тело?
Фостер улыбнулся мягкой и одновременно горькой улыбкой.
-Это исключено. Его нельзя извлекать из скафандра. Скафандр вообще нельзя вскрывать. Воды, омывающее тело каждого из нас-это воды Великого Океана, которые каждый из нас берет с собой покидая родную планету. Мы не меняем эти воды, пока не возвращаемся на Землю. Живыми или мертвыми-не важно. Вода к воде, ил к илу, прах к праху. Отчасти поэтому религиозных землян не берут на службу в космофлот. Постулаты нашей веры не совместимы со многими пунктами ваших уставов.
-Черт с вами. Отправляйте вашу дохлую жабу первым же рейсом на Землю. Но помните. Отныне служба безопасности с вас глаз не спустит до самого окончания контракта.
Слингер со скрипом развернулся на каблуке сапога на 180 градусов и покинул помещение четким строевым шагом.
Профессор Фостер шумно выдохнул, сбрасывая накопившееся напряжение.
Счастливчик не разделял его облегчения. Ведь одному Великому Океану известно, сколько еще часов ему придется пролежать хладным трупом, не имея возможности даже почесаться, чтобы унять зуд от соленых вод, омывающих его бренное тело.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 18
© 13.08.2019 Александр Барышников ака Вантала
Свидетельство о публикации: izba-2019-2611330

Метки: вантала, Ден, Счастливчик, фантастика, фантастические рассказы, Александр Барышников, Ден Счастливчик,
Рубрика произведения: Проза -> Фантастика










1