Записки деда. Жизнь на пенсии. 1986 - 95


Записки деда. Жизнь на пенсии. 1986 - 95
[SI Владимир Гаранин

Записки деда

Жизнь на пенсии


начиная с 1 марта 1986 года.


Итак, 28 февраля 1986 года меня проводили на пенсию.

Сначала некоторые воспоминания, не отражённые ранее.
В Институте я прослужил более 18 лет. Все там у меня друзья - приятели. Некоторые за это время ушли из жизни. Самым первым ушёл Сергей Яковлевич Гусев. Сердце подвело. Он умер в день своего пятидесятилетия. Я не был на праздновании, уезжал в Кронштадт. А Сергей Яковлевич умер ночью, после возвращения с банкета. Он был тучный ещё и тогда, когда был флагманским штурманом эскадры Северного флота и попутал меня при проходе через четырёхметровую банку в Кильдинской салме.
Следующим был Василий Трофимович Пеценко. Он умер от рака горла в середине семидесятых.
А в начале восьмидесятых внезапно остановилось сердце у Леонида Алексеевича Богданова. Он пошёл в магазин за хлебом и умер под окнами своего дома.
Незадолго до начала "перестройки" умер Прокопий Прокопьевич Скородумов, патриарх навигационных наук. Этот снимок из газеты «Красный Флот» от 28 августа 1939 года он мне подарил Его боялись все новые квазиучёные, пытавшиеся ревизовать или совершенствовать теорию вероятностей и методы Гаусса в личных интересах. Смерть Скородумова развязала им руки, и они начали изобретать новые законы распределения ошибок.
Володя Волков, Волчок, друг детства, умер в 1980 году, дожив, как и его брат, Николай, только до 50 лет. После встречи с его родителями в 1979 году я стал переписываться с Володей. В одном из писем он вскоре написал: «Что такое, как только исполняется пятьдесят, так начинает клинить." "Клинить" - это значит непорядок, поломка механизма. Братья работали на заводах. В начале 1980-го жена Володи Галя написала, что Володя смертельно болен, у него рак желудка и всё поражено метастазами.
Дядя Ваня и тётя Лена остались одни. Невестки и внуки их вниманием не балуют. Я пишу им письма, поздравляю с праздниками. Дядя Ваня отвечает.
Присылал письмо Владимир Павлович Синицын - бывший Квакин местных окрестностей Волоха Синица. Он сообщил, что Маклай - Коля Маколдин уволился подполковником и живёт с супругой в Колтубановке. Это в Бузулукском Бору. Красивейшее место! А деревушка одноэтажная. Есть всё, довольно богатые магазины, железнодорожная станция. Это на неё мы приезжали, когда ехали в военный лагерь. Я раза два был там на машине, но Коля мне не встречался.
Все годы службы я сожалел, что потерял связь с Кара-Калпаком. Более тридцати лет прошло, как мы последний раз виделись в Ленинграде. Я его не забывал никогда. Где он? Чем занимается? Жив ли вообще? Вроде бы он должен был распределиться в Ставрополье на строительство межколхозных электростанций. Родители его уехали в Лиду, БССР. Я всегда вглядываюсь в лица людей, едущих на встречном лифте в метро. А вдруг увижу Альку? Но не увидел. А может, и увидел, да не узнал. Ведь мы сильно изменились.

Новый этап жизни, заключительный, начался 1 марта 1986 года. Вскоре я получил Военный билет, пенсионное удостоверение и паспорт. До этого у меня паспорта не было никогда. В 1946 году, когда мне исполнилось 16 лет, мне выдали бумажку размером в половину тетрадного листа - временный паспорт без фотографии. Я его сдал при поступлении в Училище. Первым документом с фотографией была выданная мне в 1948 году Краснофлотская книжка. Уволен я с правом ношения военной формы, с кортиком. Пенсия 250 рублей в месяц за 45 лет военной службы. Да у Нади 120 рублей в месяц. В военном билете указали, что я капитан 1 ранга запаса, состав инженерно-технический, воинская учётная специальность (ВУС) № 470600 ВМФ, которая расшифровывается как "Специалист по навигационным комплексам Ракетных подводных крейсеров стратегического назначения".

В апреле состоялась очередная встреча ветеранов ТОГЭ-4. Из Севастополя приехал Радик Юлдашев. Остановился у нас.
Как обычно, сначала было торжественное собрание в Базовом матросском клубе. Были Юрий Иванович Максюта с женой, Толя Рылов с женой и внуком, Виктор и Мира Бессарабы, Саня и Галя Бушмановы, Гена Соловей, Володя Довгань, Игорь и Анна Ершовы, Яшагин, Валентин Сирож, Сорокин, Женя Ромашин, Леонид Михайлович Чередниченко с женой, Боря Федоровский с сыном, Эдуард Риксович Попков, Владимир Иванович Горбачёв, Толя Петров, Эдик и Галя Калмыковы, Владимир Ильич Ермоленко, Павел Нестерович Купреев, Виктор Глазунов, Барик Мордвинов, Боря Федотов.
А вечером был зал ресторана гостиницы "Советская" на 14 этаже.
Толя Петров живёт в подмосковном Болшеве. Он рассказал печальную историю Владимира Михайловича Новикова. Новиков перевёлся на Запад через год после меня, летом 1967 года. Его место занял Виктор Дмитриевич Корытин. Новиков был назначен на должность начальника штаба наземного Командно-измерительного пункта, с перспективой в недалёком будущем стать командиром части, штатная категория которого генерал-майор. Но служба не пошла. Не привык Владимир Михайлович работать самостоятельно, к тому же начал попивать. На место ушедшего в запас командира части пришёл другой. Владимир Михайлович уволился в запас и стал работать в Ленинграде Начальником пожарной охраны какого-то завода. Здесь он и скончался от инсульта в день своего пятидесятилетия. А мы здесь об этом и не знали.

Мы с Надей начали свой пенсионный путь с ремонта квартиры. Поменяли обои, отремонтировали потолок, оклеили кафелем ванную и кухню.

В среду 28 мая 1986 года в 6 часов утра мы выехали со двора Храмовых в Бузулук.
Мы - это я, Надя и внук Серёжа Храмов, имеющий уже образование два класса. Мы едем уже не в отпуск, а на сколько захотим, лишь бы внука привезти к школе. Надя расположилась впереди справа, внук сзади среди подушек и других спальных принадлежностей. Сначала Серёжа немного поспал, потом стал каждые четверть часа спрашивать, сколько осталось. После проведенной разъяснительной работы стал спрашивать реже.
Мы часто делаем остановки.
Погода чудесная. Играем на полянах, украшенных ковром цветущих одуванчиков, в волейбол.
Первую ночёвку сделали перед Бронницами. Ночуем втроём в машине.
В первой половине следующего дня Серёжа на одной из остановок стал писать письмо домой.
- Где мы? - спросил он.
- Под Рязанью.
"Привет с Рязани!" - начал своё письмо внук.
Вторая ночёвка в районе Пензы.
Утром 30 мая остановка на завтрак на Суре. Внук отпросился искупаться. Еле вытащили из воды, очень любит купаться. Дорога хорошая, мчимся быстро. Проехали Куйбышев и свернули на Бугуруслан. Обедали уже в Оренбургской области на берегу речушки Малый Кинель. Нет никого. Серёжа прыгнул в речку без трусов. Бабушка ругается, что если купаться в трусах, то будет мокрая попа. Но так хочется искупаться!
И вот мы в Бузулуке. Весной был большой разлив реки Самарки, каких не было более десяти лет. Люди забыли про разливы и построили дачи, где только возможно. Когда Самарка ушла, более половины дач осталось совсем под водой, на дне образовавшихся озёр.
Мы ночевали на даче. Здесь живут Валерий и Юля. Юле уже 16 лет. На даче множество комаров. Я перенёс ночь нормально, а Надю всю искусали, она даже плакала.
А я же собирался купить здесь дачу. Даже деньги с собой взяли для её покупки. Теперь, когда едем на дачу из города и обратно, по пути встречаем множество залитых водой аккуратных кирпичных и щитовых домиков со снятыми крышами.
До Самарки тоже трудно дойти. Лесок между дачей и Самаркой залит водой. Идти нужно по доскам, проложенным на высоте метра полтора через пеньки и сучки. При этом безжалостно грызут комары. Бабушка не без помощи внука упала с этих мостков и чуть не разбилась. Множество синяков и ссадин.

Мы практически ежедневно ездим с утра на дачу. У Бори Гуменникова теперь "Запорожец", у Валерия тоже. Домик в разлив был полностью затоплен, его с трудом очистили от ила. На даче по-прежнему много цветов. Пищу в обед на даче готовим на железной печурке и на моём бензиновом "Шмеле".
Установились тёплые и солнечные дни, всё быстро просохло. Уже не нужно идти на Самарку по мосткам тесовым. И мы ежедневно ходим купаться.
Как обычно, переходим на противоположный от дач левый низменный берег с песчаным пляжем, купаемся и загораем. Чтобы не сгореть бабушка ставит на колышках матерчатый тент. Внук купается, не снимая кепку с козырьком. Ныряет, барахтается. Утонуть здесь нельзя. Надя учит его плавать. Накупавшись, загораем. Потом опять купаемся, опять загораем и т.д. Потом бредём по жаре, песку и траве на дачу. Комаров стало меньше.
Иногда мы поднимаемся в горы, которые к северу от дач. Горами они кажутся только с южной стороны. Если на них подняться, то видно, что противоположного склона они не имеют. Здесь начинается, или кончается, смотря с какого края смотреть, плато Общий Сырт. Это самая южная окраина Уральских гор. На границе плато всегда свежий ветерок и приятный запах разнотравья. Слегка кружится от свежего воздуха и запаха трав голова. Внизу на юге окаймляющие Самарку леса, на ближнем плане - домики лесхоза и дачного посёлка, чуть левее - стрельбище, где частенько пропадает внук, собирающий по вечерам стреляные гильзы.
Поднимаемся мы втроём: я, Надя и Серёжа. Валерий с Юлей уехали в Куйбышев, а Лиде и Боре такой подъём уже не под силу.
Мы прожили в Бузулуке около месяца. Раньше мы жили по 10 дней. Созвонились с Крейдунами, и в пятницу 20 июня выехали в Орск. Это в Восточном Оренбуржье. До Оренбурга мы в прошлом году уже ездили. От Оренбурга до Орска ещё столько, а всего от Бузулука по атласу 536 километров. Едем втроём, не торопясь. Отличная новая дорога построена южнее железной, она в основном минует населённые пункты. Старый же просёлок, по которому мы ехали из Оренбурга в Сорочинск в 1941 году на лошадях, идёт через населённые пункты севернее железной дороги. Мы доехали по дороге на Уральск семь километров до Новоалександровки и повернули на Оренбург. Проехали мостик через сравнительно полноводную в этом году речушку Бузулук. В прошлом году здесь оставался маленький ручеёк. Проехали село Погромное. Здесь на дорожном указателе сбита буква "П" и получается село ОГРОМНОЕ. И в прошлом году так было. Любит шутки русский народ! Вот если бы село действительно называлось Огромное, то обязательно его превратили бы в Погромное. Больше до Оренбурга населённых пунктов не будет, только пересечения с второстепенными дорогами слева, ведущими в эти населённые пункты.
Слева дорога на Тоцкое. Здесь всегда были военные лагеря. Здесь взрывали атомную бомбу.
Вот слева вдали открылись знакомые очертания гор Кузьмич и Маяк. Вот проехали пересечение с второстепенной и указатель "Совхоз Сорочинский". В этом совхозе по слухам секретарём парткома Вася Шеин. А вот и указатель "Сорочинск". Дорога туда ведёт через район озерков, где я в детстве охотился.
Проезжаем указатели дорог на Гамалеевку, Новосергиевку, Переволоцкий. Эти названия вызывают из уголков памяти воспоминания о прошлом.
Вот и Оренбург. Проехали его. Дальше от Каменноозёрного можно ехать двумя путями. Обе дороги, как сказали Серёжа Крейдун и Серёжа Грехов, хорошие. Если поехать по левой, то проедешь через Чебеньки, которые недалеко от моих родных Троицкого и Каширинского, затем будет Чёрный Отрог, Саракташ, Зиянчурино, Кувандык, Медногорск и Орск. Мы поехали по правой. Она чуть короче, не идёт через населённые пункты и не петляет. Она идёт вдоль реки Урал. Проехали Островное, затем Гирьял. Здесь Урал через тесное ущелье прорывается сквозь южный отрог Уральских гор. Очень красивое место! Мы остановились полюбоваться. Краснощёково. Ильинка. Здесь дорога уходит от Урала влево в степи. Долго нет ничего, наконец, впереди показываются дымящие трубы предприятий Орска.
Приехали к Крейдунам. Машину поставили в гараж, соседний с гаражом Сергея. У Сергея "Москвич-412" красного цвета.

В Орске мы были с Надей и детьми восемнадцать лет назад в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году. Теперь Сергей и Лена живут одни. Старшая дочь Ольга окончила местный педагогический институт, факультет иностранных языков. Вышла замуж за однокурсника Игоря Брюнина. Они оба однажды приезжали к нам в Ленинград. Рано овдовела. Игорь заболел желтухой и умер.
Осталась дочка Ира, на два - три года старше нашего внука Сергея. Ольга снова вышла замуж за Виктора Вульфа, местного немца. Живут отдельно, Ольга работает в школе. Средняя Таня окончила Московский Авиационный институт, вышла там замуж за однокурсника и живёт у него в Одессе. Две девочки, муж плавает. Младшая Наташа с первым мужем развелась. При ней остался единственный внук Сергея Костя, на год моложе нашего внука. Теперь у Наташи новый муж Вася, и живут они отдельно. Сам Сергей теперь работает военруком в местном медицинском училище. Совершенно не пьёт спиртного, но запасы для друзей имеет. Лена уже нигде не работает. Ведь Лене уже шестьдесят два года, а Сергею скоро исполнится шестьдесят один. Они старше нас. Ещё в доме живёт карманная собачка Жулька, уже пожилая, поэтому злая.
Вначале мы поехали на двух машинах собирать грибы в поле к югу от города. Здесь казахский мелкосопочник, заросший мелкой полынью. Грибов мы практически не нашли, потому что давно не было дождей. Расстелили столы, пообедали. Я забирался на своей машине на одну из этих самых мелких сопок, от которых пошло название "мелкосопочник". Наверно мы были уже в Казахстане, потому что он начинается в 10 километрах к югу от Орска, а мы уехали дальше. С нами ездили и родители первого мужа Ольги Брюнины. Они живут в одном доме с Крейдунами. Внучка Иришка тоже ездила с нами. Она живёт у Брюниных.
Сергей Крейдун заядлый рыбак. Он уговорил меня съездить на рыбалку с ночёвкой. 23 июня он, я и Серёжа Храмов поехали на машине Сергея в только ему известный район. Ещё мы взяли Жульку. Выехали мы с началом сумерек и приехали на место уже в темноте. Это была река Орь недалеко от впадения её в Урал. Жульку и меня оставили охранять машину, а два Сергея поехали на резиновой лодке ставить сети. Мне Сергей оставил на всякий случай для самообороны мелкашку ТОЗ-8 с пачкой патронов и бутылку болгарского коньяка. Жулька очень скоро забралась в машину и замолкла. В половине первого ночи взошла почти полная Луна и осветила изгиб реки, заросли и машину на берегу. Очень красиво! На небе ни облачка, полное безветрие, звенящая тишина, только слегка журчит Орь.
Выпил рюмку, взглянул на небо и вспомнил океан. Так бывало только в тропиках, чтобы полная тишина и в полной красе Звёздное небо! Обе Медведицы, только Малая высоко. Полярная, как всегда показывающая, где север, на высоте примерно 50 градусов. В тропиках севернее экватора она низко над горизонтом. Высоко над головой созвездие Лиры с главной звездой Вега. Между Медведицами и Лирой извивается Дракон, причём голова его почти в зените. В Южной части небосвода Змееносец со змеёй, От Запада до Юго-востока на высоте около 20 градусов выстроились Зодиакальные созвездия Льва, Девы, Весов, Скорпиона, Стрельца. В голове Скорпиона разместился Сатурн. Выпил ещё рюмку и вспомнил, как это Звёздное небо позволяло мне определять место корабля. В годы моих плаваний в глухих районах океанов Звёздное небо было единственным источником информации о местонахождении корабля. Радионавигационные системы не покрывали весь Мировой океан, а в начале моей штурманской карьеры их вообще не было. Я был штурманом Звёздного неба. Теперь Звёздное небо отошло на второстепенный план. Его заменили высокоточные космический системы навигации, и в развитии их я принимал участие. Только теперь мне это совсем не нужно. Я выпил не то в радостных, не то в грустных чувствах ещё рюмку и лёг спать.
Проснулся рано, ещё до восхода Солнца, примерно в половине пятого утра. Уже светло. Тишина. Никого, кроме Жульки. Немного прошёлся вверх по совсем не широкой Ори, и увидел занятых делом Сергеев. Старший на вёслах, а младший выбирает из сетей рыбу. За ночь поймали много. Щуки, окуни. Безмен показал семь килограммов. Крейдун не нахвалится младшим: больно хороший помощник.
Июнь. Середина лета. Здесь такая же жара, как мне запомнилась в детские годы в Оренбурге.
Гуляем по улицам и паркам.
Ольга катает очередную внучку Сергея и Лены Катю в детской коляске.
Сергею больше нравятся внуки, мальчишки, поэтому он благоволит своему внуку Косте и моему Сергею.
Орск большой город, может быть даже больше Оренбурга.
Ездим к Сергею на дачу, на Урал купаться. Очень людно на Урале! Как будто все только и делают, что купаются. Внук обожает купание. Сергей Крейдун предложил поехать купаться не речку Большой Кумак, по-местному Кумачку, в район города Новоорск. Это ещё 42 километра восточнее Орска. И 26 июня, в четверг, будни, народа меньше, мы поехали туда. А на пляже в Новоорске народа и в будни оказалось на меньше, чем на Урале в Орске. Тогда мы проехали примерно километр по тропинкам вниз по правому берегу и нашли уютное уединённое местечко, напоминающее джунгли Амазонки. Жёлтая спокойная вода Кумачки, заросли причудливо перевившихся ветвями деревьев по берегам. Здесь мы и провели день. А я всё это сфотографировал на цветные слайды.
В воскресенье 29 июня мы поехали двумя машинами в Губерлю. Это Оренбургская Швейцария, заповедник по названию впадающей в Урал речушки. Здесь красивый горный ландшафт. Делали костёр, готовили пищу, купались, бродили по окрестностям. И всё это я фотографировал. Потом отдыхали. Провели на Губерле всё воскресенье.
Утром во вторник 1 июля 1986 года мы выехали из Орска в Бузулук. Серёжа Крейдун проводил нас на своей машине до заправки на выезде из города.
И вот мы снова едем в западном направлении. После Гирьяльского ущелья начинается знакомое Оренбуржье. Островки лиственных лесочков - колков среди бескрайних полей. Там, где свежевскопано или вспахано, видно, что земля здешняя имеет красно-бурый оттенок. Это знаменитый Оренбургский бурозём. Он может даже плодороднее чернозёма. Ведь здесь никогда не запахивают навоз в землю. Из него делают кизяк, местное бытовое топливо.

При проезде Оренбурга мы немного заплутали и ехали по второстепенным улицам, выдерживая генеральное направление на запад, к газовому заводу. Благо Солнце сияет на юге, ведь полдень. Храмов Сергей всегда сидит сзади. Там у него всё его имущество, чем он занят в поездке. Он привык к простору и мягкой езде. Внезапно передо мной в нескольких десятках сантиметров разверзлась крупная выбоина, настоящая пропасть, и я резко затормозил, чего за всё время поездок не было. Надя пристёгнута, да она раньше меня заметила эту трещину. А ничего не ожидавший Серёжа, который сидел как раз посередине, стремительно полетел вперёд и застрял головой между передними креслами. Он даже заплакал от неожиданности и, может быть, боли. Уши как раз застряли, и я сказал, что именно они спасли Серёжу от дальнейшего полёта.
После полудня в 4 часа мы приехали в Бузулук.

В среду 9 июля мы съездили в Сорочинск. Проехали по улицам, объехали мой квартал: Карла Маркса, Саратовская, Красноармейская.
На Красноармейской играет стайка мальчишек моего военного возраста. Я показал рукой на дом Зубковых и спросил, не знают ли мальчишки, кто теперь живёт в этом доме?
- Зубковы там жили, но они все поумирали.
По Красноармейской мы проехали до городского рынка. Рынок на том же месте. Только теперь он благоустроен, много магазинов. В одном из них я купил отличный набор накидных ключей для автомашины. А машину мы поставили, проехав рынок, у здания бывшего райкома партии. Теперь здесь музей Александра Фадеева. Рядом сохранилось деревянное здание райкома комсомола. Вот именно мимо этих двух зданий проходили мы, четырнадцатилетние, строем 7 ноября 1944 года, когда нас приняли в комсомол.
К прокуратуре мы проехать не смогли. В этом районе построили современные здания райкомов и райисполкома и закрыли движение транспорта. Пришлось оставить машину у школы № 2 на Карла Маркса. Прошлись пешком до прокуратуры. Очень разрослись за это время деревья, в том числе и в Городском саду. А может это уже новые.

Каждый раз, когда еду за чем-либо один или с Надей , проезжаю мимо дома 61 по улице Льва Толстого и заезжаю на кладбище поговорить с родителями.

Приехали из Куйбышева Валерий, Галя, Юля и Костя на своём красном "Запорожце". Ездили все вместе в Грачёвку, соседний райцентр. Там я купил Боре замок на гараж, такой же, как у нас в Ленинграде.
Нагостились мы хорошо. Никогда так долго не были здесь. Скоро два месяца, как уехали из Ленинграда. Жаль, что покупка дачи сорвалась.

Во вторник 22 июля 1986 года в 7 часов утра мы трое выехали в Ленинград. Проехали путепровод через железную дорогу, старый Бузулук и дом на Льва Толстого, мост через Самарку и в 7-16 остановились у поворота к даче. Сюда вышли проводить нас Валерий и Юля.
Попрощались, поднялись на Сухореченскую гору, на плато Общий Сырт, и поехали не торопясь в Бугуруслан.
Через две ночёвки в четверг 24 июля в 16-45 мы приехали в Ленинград.

Отдохнув семь месяцев, я 1 октября вышел на работу в Институт на полставки старшего научного сотрудника.

А 3 октября, в пятницу, случилась неприятная история. В мой автомобиль, стоящий на перекрёстке под красным светофором, врезался на полной скорости "Запорожец", управляемый слепым и глухим инвалидом. Я не пострадал, а машину смяло до задних дверей.

На службе я занимаюсь разработкой алгоритмов и программ автоматизации процесса кораблевождения.

6 октября отметили 33 года Наташи, а 20 октября 56-летие Нади, 28-летие Серёжи и 26-летие Иры Гараниных.

Мой день рождения отмечали в субботу 6 декабря и воскресенье 7 декабря. В субботу были Обуховы, Махортовы, Бушмановы и Малинины. В воскресенье собрались все дети и внуки.

1987 год.

В этом году исполняется 35 лет выпуска из Училища. Миша Махортов взял на себя обязанности Председателя комиссии по проведению юбилейной встречи.

21 февраля 1987 года, суббота, Ленинград. Зал ресторана "Баку". Здесь собралась Ленинградская и часть Московской групп моих однокашников. Большая часть с жёнами. Мы с Надей слегка подзадержались и пришли, когда пир уже разгорался. Большинство участников я не видел с выпуска, но когда вошли - узнал многих, ибо основные присущие им черты облика сохранились. Я сразу узнал произносящего очередной тост Семёна Бондина из нашей второй роты. Нельзя не узнать Васю Осадчего и Андрея Щербину. Легко узнаются Лёня Милейко, Виктор Зайонц, Женя Скворцов, Вадим Анискевич, Сергей Глухов, Петя Сабуров, Коля Окованцев. Ну, а Мишу Махортова я часто вижу. Только после напоминания распознаются Толя Клюев, Арнольд Чибов, Игорь Харламов, Юра Полевиков, Толя Владимиров. В форме нет никого, хотя из этой группы не уволены ещё двое: контр-адмирал Скворцов и капитан 1 ранга Махортов. Пили, пели, вспоминали. Постановили: собраться в Баку поздней осенью, когда закончится период летних отпусков и работ на дачах.

Машину из ремонта я получил 3 июня, через восемь месяцев после нападения инвалида. От прежнего кузова остались только крыша со стойками, крышка капота и днище. Остальное, включая двери, новое. Цвет тоже новый - красный, рубиновый. После техосмотра заменили паспорт и номерные знаки. Теперь мы имеем Гос № з 5941 ЛД.

У нас в Институте работает жена Валерия Павловича Васильева Таня. Сам-то Валерий Павлович, мой давний сослуживец, уволен давно и у нас не работает. Так вот Таня сказала, что они летний отпуск всегда проводят в эстонском местечке Каукси на берегу Чудского озера. Там очень хорошая природа и обслуживание.
В четверг 2 июля, загрузившись необходимыми припасами и прихватив с собой Игоря и Анну Ершовых, мы отправились в Каукси. По Таллинскому шоссе доехали до Нарвы. От неё повернули на Усть-Нарву, перед подъездом к которой пообедали на природе. После Усть-Нарвы вновь выехали на Таллинское шоссе. У города Силламяе женщины попросились в магазины. Они ушли и вернулись только перед заходом Солнца. Как выяснилось, в Силламяе они закружились по магазинам, и вышли совсем не туда. И пришли они, в конце концов, совсем не с той стороны, а из леса. Начинало темнеть. Через 40 минут мы приехали в Каукси. Заплатили за въезд на территорию кемпинга по 30 копеек с человека за сутки и 50 копеек за автомобиль и место для палатки. Выбрали понравившееся место, поставили автомобиль и палатку, приготовили на "Шмеле" горячий ужин. Расстройство от Силламяе залечили двумя бутылками коньяка. Потом ходили гулять. Перед сном женщины пошли в очень благоустроенный туалет, а мы с Игорем у открытого багажника автомобиля "раздавили" ещё бутылку коньяка. Потом легли спать. Половину палатки отдали Ершовым, во второй расположились сами. Спальные матрацы достались только женщинам. Утром выяснилось, что я спал на сосновых шишках, но не заметил этого.
Утром проснулись, позавтракали и пошли гулять на берег озера. Это как настоящее море! Южный свежий ветер гонит двухбалльные волны, и бескрайняя ширь морского горизонта. После прогулки мы разобрали палатку и поехали в Тарту, до которого около ста километров. В Тарту женщины облазали все магазины. Из Тарту поехали в Выру. Здесь нас с Игорем ждала та же судьба. Из Выру выехали на шоссе Рига - Псков и поехали в Псков. Здесь только посмотрели снаружи Кремль, потому что уже наступал вечер. Из Пскова поехали на Сланцы. Доехали до речушки Желча, на берегу которой при впадении её в Чудское озеро и устроили очередной ночлег.
Здесь на восточном, российском берегу организованных баз отдыха уже нет. Отдыхают только "дикари". Может быть, это и романтичнее, но после ужина дополнения не было, потому что благоустроенных туалетов здесь тоже нет. Но места такие же красивые. Сосновый бор. Рядом с нами ночевали эстонцы с острова Сааремаа, очень приятная пара, путешествующая на автомобиле.
Утром после завтрака мы поехали дальше. Проехали Сланцы и к обеду приехали в наше Заовражье. Здесь у нас были обед и отдых с показом красивых мест, а здесь всё красиво.
Вечером в субботу 4 июля мы вернулись в Ленинград.

Приезжали в гости из Оренбурга Наташа Гуменникова, Серёжа и Вадим Греховы.

Мы закончили декоративный ремонт квартиры и получили предложение переехать в маневренный фонд. Два нижних этажа будут ремонтировать, укреплять стены. Нам предложили неплохую квартиру в новом доме на Юго-западе на улице Маршала Казакова недалеко от Серёжи и Иры на 7 этаже. 24 августа 1987 года я с помощью Бори Храмова и Серёжи Гаранина на своей машине перевёз всё имущество на новую квартиру.

Дорогой однокашник Владимир Константинович!

Организационный комитет юбилейной встречи выпускников КВВМКУ им.Кирова, созданный в Ленинграде под председательством Махортова Михаила Ивановича (Ленинград, Северный проспект 6, корпус 1, кв.434, тел. 510-11-16) и инициативные группы:
- В Баку под руководством Титова Юрия Михайловича (Баку-3, ул.Т.Ульянцева, дом 10, кв.6, тел. 91-01-07),
- В Москве под руководством Бочарина Ивана Ефимовича (125183, Москва, просп.Черепановых, дом 68, кв.185, тел. 482-86-54),
- в Севастополе под руководством Детёнышева Бориса Васильевича (Севастополь, ул.Ерошенко, дом 2, кв.81, тел. 23-21-81)
планируют провести 35-ти летнюю юбилейную встречу каспийцев 1952 года выпуска 17 - 18 октября 1987 года в стенах родного училища в г.Баку на Зыхе, где тебя встретят старый плац, милые сердцу сосны и кипарисы, строгий учебный корпус, открытые сердца твоих друзей- однокашников.
При согласии заполни прилагаемую анкету и, не откладывая на завтра, вышли её в адрес Бориса Косихина, который готовит юбилейный доклад.
О согласии прибыть на встречу сообщи в Баку Юрию Титову, указав, один приедешь или с супругой и нужна ли гостиница.
Организационный сбор (на товарищеский ужин, фотографирование, памятные значки и пр.) - 25 рублей на одного человека, с двух - 50 рублей. Финансовый сбор высылать в адрес казначея оргкомитета Мананникова Анатолия Семёновича по адресу: 370003, г.Баку-3, ул.Т.Ульянцева, дом 10, кв. 7.

Зам председателя оргкомитета Борис Косихин.
333013, Симферополь-13, ул.Крымских партизан, дом 29, кв.93, тел. 4-46-92.

Мы с Надей посовещались и немедленно выполнили все пункты. Мы поедем на встречу вдвоём. Мы ведь, кроме ленинградской в начале года, ни разу не были на встречах. А они происходили и на 10, и на 15, и на 20, и на 25, и на 30 лет после выпуска. У нас всё не получалась.

Вскоре пришло отпечатанное в типографии Училища официальное приглашение.

Я созвонился с Мишей Махортовым, и мы договорились брать билеты на самолёт в Баку на пятницу 16 октября.

Вскоре прислал большое письмо Боря Косихин.

Володя!

Высылаю экземпляр адресов однокашников, возможно где-либо пригодятся. Правда, там есть кое-какие неточности, или не полностью все данные о некоторых ребятах, но в целом всё правильно. Появился ряд новых адресов, которые в этот список не внесены пока. Корректуру дадим на юбилейной встрече или на встрече 40-летия.
Борис.

Вот Боря! Ещё не было встречи на 35-летие, а он уже прогнозирует 40-летие!
Смотрю адреса. В Севастополе обосновались 23 однокашника. Среди них наиболее знакомые, из бывшей второй роты в основном:

Абрамов Юрий Валентинович, капитан 3 ранга
Башкатов Иван Иванович, капитан 2 ранга
Губанов Анатолий Фёдорович, капитан 2 ранга
Детёнышев Борис Васильевич, капитан 1 ранга
Доненко Алексей Григорьевич, капитан 1 ранга
Кишанков Владимир Сергеевич, капитан 1 ранга
Кощеев Виктор Фёдорович, капитан-лейтенант
Луговской Михаил Николаевич, капитан 2 ранга
Наумов Михаил Егорович, капитан 2 ранга
Паврос Пётр Александрович, капитан 1 ранга
Полтев Юрий Афанасьевич, капитан 3 ранга
Токарев Юрий Александрович, капитан 2 ранга
Чикин Алексей Васильевич, капитан-лейтенант

Четверо обосновались в Симферополе. Среди них
Белов Альберт Александрович, капитан 2 ранга
Косихин Борис Леонидович, капитан 1 ранга
Твердюков Сергей Сергеевич, капитан 1 ранга

В Феодосии живут пятеро, в том числе
Дубинский Владимир Васильевич, капитан 2 ранга
Шатков Виталий Владимирович, капитан 2 ранга

В Евпатории обосновался один
Джарашнелов Сергей Арменакович, капитан 2 ранга

Двое живут в Керчи
Маркин Владимир Борисович, капитан-лейтенант
Солдатов Александр Иванович, капитан-лейтенант

В Ялте живёт
Лопастейский Анатолий Петрович, капитан 1 ранга

Известны адреса тридцати двух москвичей. Среди них
Амурский Леонид Васильевич, звание не указано
Бочарин Иван Ефимович, капитан 1 ранга
Исаакян Виктор Саркисович, капитан 2 ранга
Костылев Сергей Владимирович, капитан 1 ранга
Кузнецов Анатолий Фёдорович, полковник
Кузнецов Николай Алексеевич, капитан-лейтенант
Клюев Анатолий Фёдорович, капитан 2 ранга
Лопато Владимир Юрьевич, капитан 1 ранга
Миркин Генри Зиновьевич, капитан 2 ранга
Мишаков Александр Васильевич, капитан-лейтенант
Прохоров Валентин Александрович, старший лейтенант
Пушкин Александр Сергеевич, контр-адмирал
Скворцов Евгений Александрович, контр-адмирал
Харлов Игорь Владимирович, капитан 1 ранга
Хропов Роберт Петрович, капитан 1 ранга
Чибов Арнольд Иванович, капитан 3 ранга
Александрович Эдуард Станиславович, звание не указано.
В Ленинграде обосновались 28 однокашников. Среди них
Анискевич Вадим Евгеньевич, капитан 1 ранга
Аполлонов Александр Николаевич, контр-адмирал
Бондин Семён Фёдорович, капитан 1 ранга
Верховцев Вячеслав Сергеевич, капитан 1 ранга
Волобуев Николай Петрович, капитан 2 ранга
Глухов Сергей Иванович, капитан 2 ранга
Гаранин Владимир Константинович, капитан 1 ранга
Живописцев Алексей Николаевич, капитан 2 ранга
Зайонц Виктор Наумович, капитан 1 ранга
Калишев Владимир Павлович, капитан 2 ранга
Махортов Михаил Иванович, капитан 1 ранга
Милейко Леонид Нестерович, капитан 1 ранга
Окованцев Николай Дмитриевич, капитан 1 ранга
Осадчий Василий Степанович, капитан 1 ранга
Полевиков Юрий Иванович, капитан 2 ранга
Сабуров Пётр Степанович, капитан 1 ранга
Седов Вадим Иванович, капитан 3 ранга
Щербина Андрей Иванович, капитан 2 ранга
Ястремский Игорь Николаевич, звание не указано

В Одессе всего один
Загумённов Евгений Евгеньевич, звание не указано

Пятеро прислали адреса из Калининграда. Один из них очень известный курсант нашей роты Юрий Михайлович Загорский в период организации встречи умер.

Двое проживают в Лиепае.
Два однокашника в Риге.

В Таллине обосновались два отставных капитана 2 ранга Драгунов Валерий Кузьмич и Бирюков Анатолий Петрович.

В Клайпеде живёт
Кахаев Юрий Фёдорович, капитан-лейтенант

Двое прислали адреса из Киева.

В Ереване живёт
Кирищян Эдуард Амаякович, капитан 1 ранга

В Тбилиси обосновался
Цибадзе Константин Эдуардович, звание не указано

По одному однокашнику засело в городах Новороссийск, Астрахань, Сочи, Калинин, Кострома, Коломна, Северодвинск, Пенза, Чернигов, Кисловодск и Владивосток.

В Волгограде двое, в том числе
Охичев Пётр Матвеевич, звание не указано

В родном Баку обосновались на покой девять однокашников
Игонин Василий Петрович, звание не указано
Мананников Анатолий Семёнович -"-
Мангасаров Беник Сергеевич -"-
Сенюк Сергей Павлович -"-
Сивков Юрий Викторович -"-
Титов Юрий Михайлович -"-
Трусов Александр Павлович -"-
Трубников Юрий Сергеевич -"-
Юрин Сергей Сергеевич -"-
Очень интересный список. Здесь я проставил тех, кого хорошо помню.

Короткий анализ. Нас из сорочинской средней школы №1 учились и закончили в 1952 году Училище пятеро: Батищев, Гаранин, Махортов, Меркулов и Поздняков. В списках есть только Миша Махортов и я. Оба мы капитаны 1 ранга. Миша ещё служит, потому что он ведёт в Военно-Морской Академии группу иностранных слушателей, и пока они не закончат Академию, он будет служить. Коля Батищев по давним слухам прослужил на флоте офицером не более года, уволился в запас и учился в гражданском ВУЗ"е. Где он - мы не знаем. Юра Поздняков тоже прослужил не более трёх - пяти лет. Последние сведения - от дяди Вани Волкова: рано уволился и уехал с родителями и семьёй куда-то в район Гурьева. Где он - мы тоже не знаем. Виктора Меркулова Миша Махортов обнаружил в 1984 году в Таллине. Он уже был в запасе. Последняя должность - командир роты в Таллинском мореходном училище. Капитан 3 ранга. Мы начали с Виктором переписку, но в 1985 году он умер.
Пятёрка наиболее близких друзей по Училищу: Галдобин, Гаранин, Кишанков, Платонов, Хасанджанов. В списке я и Кишанков. Оба мы капитаны 1 ранга. Капитан 1 ранга Хасанджанов Михаил Аксёнович живёт в Казани. Я ему выслал все необходимые документы, звонил по телефону. Миша не может по семейным обстоятельствам. Какие-то проблемы, как я понял, с сыном Маратом. Мы трое регулярно переписываемся и довольно часто встречаемся. Колю Платонова никто из нас с выпуска не видел. Известно только от Карины Козловой, что он служил в Германии, лежал в госпитале и женился на сестричке. Больше следов не было. Венька Галдобин умер в шестидесятых годах в каюте корабля, которым в звании капитана 3 ранга командовал.
Встречающиеся отставные капитан-лейтенанты это, скорее всего жертвы первого хрущёвского сокращения вооружённых сил в 1959 году на 800 тысяч человек, а большинство капитанов 3 ранга и часть капитан-лейтенантов - плоды второго сокращения на 1 миллион 200 тысяч человек в 1961 году.

Мы прилетели в Баку в ночь на 16 октября. С нами летели Миша Махортов, Сергей Глухов и Слава Верховцев. В аэропорту Бина нас встретил автобус Училища и Беник Мангасаров. Нас привезли и устроили ночевать в небольшой гостинице в районе бывшего офицерского клуба. В течение дня 16-го приезжали и прилетали однокашники. К концу дня мы разместились в гостинице "Бакы". Часть однокашников разместили в гостинице КЭО в районе Сальянских казарм.
Утром в субботу 17 октября мы все на двух автобусах приехали в Училище. Всего нас с жёнами, детьми и внуками примерно сто человек. Все собрались у входа в курсантский клуб.
Кто-то кого-то узнал, кто-то не узнал.
- Ты кто?
- Я Евстратов.
- А я Прокофьев. . . . .
Не могу не узнать Васю Игонина. Парень из Хворостянки сохранил присущие ему черты. Легко распознаётся Сергей Сенюк, мой одноклассник и сосед по двухъярусной койке на первом курсе. Теперь он в форме капитана 2 ранга Морского флота. Вот Володя Дубинский. Он с опрятной бородкой и усами. Юра Сивков. Володя Кишанков. Семён Бондин. Лёня Милейко. Вадим Анискевич. Юра Токарев. Боря Косихин. Альберт Белов. Сергей Джарашнелов. Вадим Седов. Вася Осадчий.
Меня не встречавшие после выпуска не узнали. Изменилась комплекция.
Объятия, воспоминания.
- А помнишь?
Подходит стройный, крепкий нашего возраста мужчина.
- А меня помните? Я - старшина второй роты нового набора, в то время старшина 1 статьи сверхсрочной службы Смирнов.
Да, теперь я его узнаю. А ведь он, по крайней мере, лет на семь старше нас! Ведь тогда срочную служили пять лет, а он уже был сверхсрочником.
Всех пригласили в Большой зал Курсантского клуба.
Торжественная часть. На трибуне Борис Косихин.

Дорогие однокашники! Дорогие наши курсантские и лейтенантские подруги! Дорогие гости!
Позвольте мне по поручению Организационного комитета, Командования Училища и присутствующих здесь гостей сердечно поздравить Вас с 35-летием окончания Каспийского Высшего Военно-Морского училища им. С.М.Кирова, пожелать Вам здоровья, семейного счастья и новых успехов в службе и благородном труде на благо нашей любимой Родины!
Друзья! Только сердце могло толкнуть приехать такое количество людей в город нашей юности!
Мы собрались на эту Каспийскую ассамблею в юбилейный 70-й год Великой Октябрьской социалистической Революции, и половину этого срока наш выпуск нёс боевую вахту по защите государственных интересов нашей страны во всех районах Мирового океана, а часть наших выпускников продолжает нести её и в настоящее время.
Дорогие друзья! 35 лет назад мы окончили Училище, которое с 1954 года носит имя Сергея Мироновича Кирова, а с 1968 года стало Краснознамённым. 35 лет назад нам были присвоены офицерские звания.

Вы помните? Сдвинув ряды,
Мы слушали строки приказа.
Одних ожидали полярные льды,
Других - Черноморские базы.

Но чаще всех Север и ТОФ прозвучал,
Камчатка, Балтийские порты.
Был Каспий седой, Измаила причал,
Курилы и сопки Находки.

Густо замешанной курсантской дорогой пришли мы к заветному званию - лейтенанта флота.
О нашем 10-м в истории Училища выпуске, самом многочисленном послевоенном, можно и нужно сказать многое. Хочется верить, что среди нас найдётся тот, кто острым пером, с должным юмором расскажет о нашей совместной учёбе, службе, дружбе, о судьбах, верности флоту и его боевым традициям, о больших дорогах в морях и океанах, где несли и несут ещё свою вахту питомцы нашего выпуска.
Друзья! Всё, что будет Вам доложено, может быть для кого-то и имеет только архивное значение, но оно является отражением Ваших писем, воспоминаний, просьб и пожеланий. Все эти ёмкие сюжеты можно было бы уже сегодня разогнать на несколько томов нового "Капитального ремонта". 35 лет флотской истории выпуска трудно уложить в кратком докладе. Поэтому заранее прошу извинить за краткость изложения. Я не в силах назвать всех Ваших имён в связи с той или иной страничкой истории флота.
Товарищи! Сам себе на радость никто не живёт. Человеку как воздух нужно общение. Эта наша, может быть последняя встреча на Зыхе, смыкает времена далёкие, невозвратные, с нынешним, с сединою на висках и слезами на глазах. Ничто так не объединяет военных моряков, как общее молодое прошлое. Пожалуй, ни у кого нет такого задушевного интереса друг к другу, как у бывалых военморов, что можно объяснить и схожестью судеб, и риском профессии и редкостью встреч. На наших встречах душевный барометр участников всегда держится на самой высокой отметке. Старый друг - это всегда сердечно. И мы надеемся, что всем здесь приятно наше братское морское притяжение.
Известно, что на флоте служить трудно только первые 30 лет. А теперь, когда негромкая наша слава растаяла в кильватерной струе прошлого, и мы обнаруживаем в себе совместимость несовместимого и высокое чувство меры, давайте, оглянемся на те счастливые годы нашей юности. На этом Бакинском вече одно слово, одно воспоминание вызывают другое, одна подробность - две встречные, уже забытые. Кто-то знал однокашника с одной стороны, другой с трёх сторон, и так вспыхивают яркие картины и образы нашей неповторимой бурсы.
Жемчужина Каспия - Баку - виден с моря за десятки миль, известен за тысячи. Так уж сложилось, что судьба прописала нас на четыре года в одном доме этой приморской столицы. Мы стали однокашниками! Слово однокашник дорого стоит. Оно стало для каждого из нас не только символом голубой юности, но и паролем при любой встрече. Однокашников в отличие от членов товарищеского суда не выбирают. Они, как братья, определены тебе свыше до деревянного бушлата такими, какие они есть, со своими достоинствами и недостатками. Однокашник - это и вечная молодость, и вечная память, и забота друг о друге.
Память о годах, проведенных в Училище, не подвластна времени. Курсантами на шлюпках мы стёрли не одну банку, а весло всегда надёжно грело наш лоб. Задолго до космической эры познали мы невесомость и не раз видели мир вверх тормашками, делая оверкиль. .......
Наши поездки в увольнение с верхнего КПП выражены были в то время стихами одного из наших поэтов.

И, как символ беспорядка,
Начинается посадка -
Кто на крышу, кто куда!

Изнасиловав машину,
С завыванием звериным
Отправляется орда!..

Вспоминая это, Боря Детёнышев патетически восклицает: "Это было время!"
А вот что вспоминает тринадцатый ребёнок в семье Осадчих - Вася Осадчий:

"Да здравствует Зых!

А как очередь настанет за субботою,
Беспокоится курсантская душа,
Каждый занят неотложною заботою -
Как бы выпить, не имея ни гроша! "

И дальше: "Товарищи курсанты! Деньги получили? Так точно! Ну, вот что. Говорить, чтобы вы не пили? Всё равно будете! Но запомните: время, место и норма! И последнее. Палаш - это не только оружие самозащиты, но и удостоверение личности курсанта. Можете потерять всё, что на вас есть, но палаш обязаны принести с собой обратно. Командир роты, увольняйте! "
Вот и вся мораль! С благодарностью мы вспоминаем эти слова, звучащие как набат до сих пор, и самого Льва Павловича, который был для нас образцом мужества, стойкости и благородства.
Разве можно забыть те 18 километров от Баку до Зыха, которые нам с таким трудом приходилось преодолевать, чтобы попасть на танцы или свидание? И только Игорь Харлов никогда не задумывался над тем, как достигнуть этого. Он преодолевал это расстояние бегом и опережал всех нас.
А танцы с палашами! Вы помните

Меняют девушки Тарзана с шалашом
На гордого курсанта с палашом!

Он же пишет об отпуске

Если ничего не зная,
Завалю весной зачёт,
Мамочка, не плачь, родная.
Сын твой в отпуск не придёт.

Возвратится снова он в Баку,
Снова будет видеть грёзы - сны,
Снова выпрямлять пойдёт трубу
В ожиданье будущей весны.

Известно, что понедельник считается актёрским выходным. Для нас понедельник был днём прозрения и покаяний, после чего довольными оставались мы и наши ротные командиры. Редко кто из нас в те годы пользовался особым попустительством начальства. Как-то командир роты майор Любельский в один из таких радостных понедельников перед строем глазастых печенегов сказал:
- Самовольщикам и самоходам, любителям бутыльбродов будем рубить хвост сразу по самые уши!
И многие при этих словах невольно почесали свой огузок.
Древнейшей профессии морехода мы начали учиться с гальюна. Эта прикладная наука для будущих честолюбивых флотоводцев вульгарно называлась "гальюнцинация". Приятно вспомнить старый Зых, где всё было доступно и вне очереди, в том числе и наряды. Вспомните Женю Мордвинкина. Он как-то легко попадал в любую историю, после которой регулярно лечил свою гордыню на внеочередном наряде. Где только не видели этого рыцаря печального образа? Он талантливо натирал паркет в коридоре ротного помещения, или в хоккейном темпе сновал в кабинах с двумя нулями. Отощал он тогда - за шваброй не видно было. И только сигнал боевой тревоги он воспринимал, как команду покинуть гальюн.
Нас приучали к музыке и пению. Когда наш хор начинал запев, в соседнем Иране объявлялась боевая тревога.
Вдумайтесь только, канула в лету целая жизнь!
Тогда и в помине не было ни твиста, ни рока, ни поп музыки. Мы восторгались джазами Утёсова, Армстронга, Рознера, безмятежно танцевали вальсы нашей юности - Над волнами, На сопках Манчжурии, Амурские и Дунайские волны.

Жёсткий лимит времени не позволяет продлить курсантскую тему. Её вы продолжите в кулуарах.

Безусловно, мы гордимся, что окончили Каспийское Высшее Военно-Морское Училище. Самые лучшие годы своей жизни мы связываем со временем учёбы в нём. Училище, город Баку, Каспийская флотилия, воспитавшие славную плеяду выдающихся моряков, навсегда останутся светлой и гордой вехой нашей юности. Куда бы впоследствии ни забрасывала нас судьба, мы с благодарностью вспоминали дорогое нашему сердцу Училище, наше становление на морской и военной стезе в его стенах.

Спасибо тем, кто делу боевому
Нас обучал, кто вывел нас к морям,
Любимому Училищу морскому,
Всем командирам, всем учителям.

В наших сердцах навечно остались имена адмиралов Голубева-Монаткина, Ванифатьева, Рамишвили, любимого начальника курса Льва Павловича Потапова, его заместителя Шусть, ротных командиров Сизова, Кравченко, Любельского, дорогих и милых сердцу преподавателей Кожина, Надточего, Тархова, Толкачёва, Андрюкова, Шнайдера, Милейко, Шахназарова, Пирожкова, Михайлова, Ушакова, Калинина, Жердева и многих других.

1952 год стал годом большого отчёта в нашей жизни и службе. С солидным зарядом знаний, не зная страха и сомнений, без стажировки и отпуска, с незатейливым чемоданчиком в руках, своей судьбе навстречу шагнули мы на флот в период его послевоенного становления и роста. Флоту были нужны молодые кадры, и наш выпуск был первым из всех выпускников того года. Одни сразу попали на боевые соединения и быстро включились в походные вахты, другие принимали на заводах новые корабли и отдавали весь жар сердец для ввода их в боевой состав флота.
Большая группа - до ста человек - получила назначение на Северный флот. Такая же группа уехала на Великий, но не тихий океан. 33 штурмана убыли на перегон судов Северным морским путём. Остальные распределились между Черноморским и Балтийским флотами, и до двух десятков выпускников остались на Краснознамённой Каспийской флотилии.
Мы стали непосредственными участниками второго рождения флота, его превращения в ракетно-ядерный флот. Не случайно в Центральном Военно-Морском музее в Ленинграде на одном из стендов, посвящённых рождению советских подводных ракетоносцев, на века запечатлён наш однокашник Семён Бондин, готовящий к пуску первую ракету с подводной лодки.
Под советским Военно-морским флагом мы бороздили воды многих морей и океанов, проникали подо льды Арктики.
Наш выпуск всегда стремился плавать. Оргкомитет считает своим долгом назвать фамилии однокашников - командиров кораблей и соединений, капитанов судов, проплававших 25 лет своей офицерской службы или мореходной практики.
Это Аполлонов, Антонов, Абрамов, Бурыкин, Скворцов, Белов, Бочарин, Горохов, Детёнышев, Джарашнелов, Драгунов, Кощеев, Махортов, Наумов, Помазанов, Полевиков, Окованцев, Радченко, Чибов, Устименко и другие.
Друзья! После обработки ваших анкетных данных нам представилась определённая картина по каждому из нас и по всем вместе, прибывшим на встречу. Я попытаюсь дать краткий анализ, кем же мы стали через 35 лет после выпуска.
8 июня 1952 года вышло на флот из Училища 416 лейтенантов. По-разному мы вступали в свои права и обязанности, и у каждого была своя одиссея службы. Но не было в то грохотное время лёгких дорог и фарватеров. Вначале с курсантского маха трудно было сразу адаптироваться в форсажном темпе скачущих событий. Пройдя нелёгкий служебный путь, наши однокашники стали командирами надводных кораблей, подводных лодок и их соединений, специалистами штабов, научными работниками и педагогами, инженерами и хозяйственниками, капитанами дальнего плавания, дипломатическими работниками и специалистами многих других профессий. Часть выпускников сменила привычную флотскую форму на армейское обмундирование и перешла служить во вновь созданные Ракетные войска стратегического назначения.

Почувствовав в кармане стабильное содержание и зная, что поздние дети - ранние сироты, наиболее нетерпеливые стали обзаводиться семьями с гарантией не только на год. В жёны, как правило, брали без испытательного срока. Детей рожали, не робея. Жили без оглядки. Зарабатывали, как роботы, а тратили, как дети, особенно на Камчатке.

Как известно, наш 10-й выпуск был первым выпуском Училища по специальностям, т.е. не вахтенными офицерами, а штурманами, артиллеристами, минёрами.
Из первой роты, роты штурманов, больше всего стало командиров кораблей. Это Абрамов, Бочарин, Дубинский, Белов, Джарашнелов, Глухов, Драгунов, Наумов, Осадчий, Окованцев, Радченко, Харлов, Щербина, Чибов и другие.
Вторая артиллерийская рота у нас была самой многочисленной. Из артиллеристов выросли грозобойные начальники с нордическим характером. Ходили слухи, что командиры БЧ-2 знают всё, но не точно. В разговоре, как правило, слышат только себя, обладают непонятной склонностью закрывать под пломбу не только погреба, но и сейфы с "антигрустином" для протирки голубой оптики изнутри. Замечено, что чем тише сослуживец или подчинённый, тем громче ему отдаёт приказание артиллерист. Сытной и дремотной жизни у этих громовержцев не было, всё из горячего, да в холодное. Погрузка боеприпасов, вся верхняя палуба под их опекой, а сколько заведования?! Во время "полундры" конца 50-х, начала 60-х годов часть однокашников из артиллерийской роты продолжили свою флотскую вахту в ракетных войсках стратегического назначения. Некоторые из них сидят и в этом зале. Из громобоев второй роты выросли такие командиры кораблей, соединений и крупные руководители, как Скворцов, Махортов, Доненко, Дуненко, Бондин, Елисеев, Клюев, Чикин, Твердюков, Бирюков, Кузнецов, Токарев, Сивков, Помазанов и другие.
Мы гордимся, что из 2-й роты больше всего однокашников отмечено высокими советскими наградами.
Друзья! На шкентеле курса самой отчаянной была минная рота. Бытовало мнение, что в минёры идут или карьеристы, или по расчёту, если, конечно, расчёт оправдается. Минёры ошибаются только раз в жизни. В этой епархии всё время надо держать себя на тормозах. Пройдя девять кругов Дантова ада, ты имеешь шанс и допятить, оглядываясь на горящий бикфордов шнур, до пенсии. Сколько раз этих братьев из третьей роты искали на том свете с фонарями, а они тут, к общей нашей радости!
Вспоминая флотскую молотилку, хотелось бы отметить катерников-торпедистов. Это такие бризантные парни, как Детёнышев, Архаров, Милейко, Назаров, Осадчий.
Вспомним минёров с тральщиков Полевикова, Щанкина, Дударева, Сорокина, Шпилевого, Владимирова, Савинова, Титова, Ерёмина и других. Минёров нельзя встретить без улыбки. Среди них вы узнаете таких "малюток", как Серёжа Щанкин, или "гигантов", как Жора Бродский.
Нашими ротами командовали активные участники войны. Каждый по своему они предъявляли к нам ровную требовательность, вколачивая в нас мужские и командирские навыки, учили строю, флотскому коллективизму, сметке, морской хватке, умению без паники выходить из любой кризисной ситуации. В той курсантской толчее наши наставники находили время и душевное терпение выслушивать каждого из нас и дать отеческий совет.

Прошу почтить минутой молчания скончавшегося 8 августа сего года в возрасте 73-х лет нашего любимого и дорогого всем нам начальника нашего курса Льва Павловича Потапова. Последние годы жизни он провёл в Севастополе. Мы - последний выпуск Льва Павловича.

На старте лейтенантской службы недолго оставались мы в своей очаровательной наивности, быстро взрослели, освобождались от бесполезных догм и иллюзий. Говорят, что когда на море беда - на берегу появляется много умных. В 1955 году, после гибели линкора "Новороссийск", наш выпуск сразу почувствовал штормовое предупреждение массовой демобилизации плавсостава. Крупные артиллерийские корабли шли под автоген, а маломерный флот запаивали в консервы. Одна огнестрельная весть сменялась другой. Это было давно и уходит всё дальше. Мы не находим за собой вины, что среди нас мало адмиралов. Уже к 1961 году больше половины выпуска попали под сокращение, и ушли в запас. С семьями на буксире нужно было начинать всё с нуля. Кроме доброго имени других богатств не имели. Надо было срочно решать какой выбрать город, порт, чтобы хоть как-то найти жильё, работу, возможность приобрести новую профессию. Поистине нужно обладать флотским мужеством, чтобы не дрогнуть и включиться в любую работу, вплоть до директоров хлебных элеваторов. Да, у каждого из них был флотский и гражданский фунт лиха! Нужно было круто менять житейские галсы и, к чести наших однокашников, они не дрогнули, а начали воссоздавать себя заново. Многие закончили институты и стали работать руководителями производств, преподавателями. Определённая часть уволенных, не в силах порвать с морем, пошла в пароходства. Кто бил китов у кромки льдов, кто стал пахарем моря и кормил нас отличной сельдью и треской, кто стал на мостиках сухогрузов и рефрижераторов.
Вот их имена.
Абрамов, Кощеев, Назаров, Чибов, Смирнов Гера, Савинов, Савин, Тулушев, Пятунин, Дударев, Маркин, Солдатов, Деев, Кузнецов Коля, Прокофьев, Загорский и другие.
Меньше всего пострадали те, кто связал свою рискованную судьбу с подводными лодками. Вот кому уж не давали соскучиться! А в мед книжку к ним лучше не заглядывать. Там и ранние радикулиты, и инфаркты, и инсульты, и язвы, и седые головы. Они быстро росли в должностях и званиях, почти все награждены боевыми орденами.
Из числа выявленных однокашников по воинским званиям оказалось:
- адмиралов - 4
- капитанов 1 ранга - 42
- капитанов 2 ранга - 62
- капитанов 3 ранга - 16
- капитан-лейтенантов - 16
- старших лейтенантов - 2

35 лет или чуть меньше делят с нами все радости и невзгоды наши верные боевые подруги - жёны. Они были нашим тылом, нашей опорой в многотрудной морской службе.. . Отказывая себе во всём, испытывая кочевые трудности и бытовую неприютность скитаний по чужим квартирам, они самоотверженно растили детей и спасали нас от душевного травматизма.

Как только лейтенантские погоны
Нам дали право быть на корабле,
С тех пор стучат колёсами вагоны,
Вы с нами колесите по Земле.

Вы вместе с нами шли в седую небыль,
Столицей вам казался Магадан,
И представлял тогда всю нашу мебель
Испытанный дорожный чемодан.

Вы не снимали в Подмосковье дачу,
Весь шар земной лежал у ваших ног.
Вы знаете Гремиху и Авачу,
Чем пахнет Крайний Север и Восток.

И вместе с нами пройденные мили
Вы и теперь пройти готовы вновь.
Всегда вы с нами поровну делили
Разлуку, радость, песни и любовь.

Прошли вы с нами все пути-дороги,
Мозолей не считая и морщин,
И потому я кланяюсь вам в ноги
От имени Вас любящих мужчин.

Вот что написал в одном из стихов сидящий здесь Юра Полевиков.

А за бортом, чертыхаясь,
Злобно ворчал океан,
Тяжкой кувалдой стотонной
В днище и корпус стучал.
Нам за волной океанской
Виделся берег тогда,
Где, ожиданьем томимы,
Ждали нас с моря всегда.
Ласковым словом, улыбкой,
Нежным касаньем руки
Тяжесть похода великую
Снять за минуту могли.

Разве это не правда? Спасибо вам превеликое, дорогие морячки, за ваш истинный подвиг! Низкий земной поклон Вам!

Ряд наших однокашников проскочили шесть десятков и вступили в седьмое десятилетие жизни. Это наши аксакалы, и мы рады их бодрости и здоровью.
Учитывая, что в 1988, 1989 и 1990 годах всем нам уже исполнится 60 лет, Оргкомитет горячо поздравляет всех с этим юбилеем. Не забудьте этой славной даты и своевременно поздравьте друг друга. Мы прошли полосу серебряных свадеб и уверенно двигаемся к полосе золотой, и всем однокашникам и их подругам желаем семейного счастья.
Быстры, как волны, дни нашей жизни. Самым старшим из приславших анкеты и собравшихся здесь оказался Семён Фёдорович Бондин. Он родился в 1925 году. Самым молоденьким салажонком оказался Ванюша Бочарин, родившийся 30 декабря 1930 года.
Друзья! На смену нам в ряды флота встали не только последующие выпускники Военно-Морских Училищ, но и наши прямые наследники - собственные дети, уже ставшие командирами кораблей.
Всего сидящие здесь выпускники родили к этому юбилею 131 сына и 143 дочери, а всего 274 наследника. Это при нашем-то отрыве от берега и дома. Пик деторождения приходится на 1953 - 1954 - 1955 годы. Первый ребёнок у выпускника появился, как ни странно, в 1948 году, предпоследний у Арнольда Чибова в 1975 году. Последнего ожидаем у него же после нашего юбилея. В пример можно поставить Бочарина, Кишанкова, Клюева, Скворцова, Окованцева, Махортова, Костылева, Мангасарова, Ерёмина, Лопастейского, Киселёва, Волобуева и других, давших государству по три и даже четыре наследника. Дети наших выпускников уже капитаны 2 и 3 рангов, несущие боевую вахту на море. Это Абрамов Сергей, Драгунов Евгений, Глуховы Юрий и Дмитрий, Кишанков Александр, Аполлонов Андрей, Махортов Олег, Окованцев Саша, Покидышев Андрей, Трубников Борис, Лопато Владимир, Верховцев Юрий, Киселёв Дмитрий, Волобуевы Дмитрий и Евгений, Мангасаров Сергей, Чикин Андрей, Токарев Алексей, Прокофьев Владимир, три сына Ерёмина. Плавают на судах торгового флота Помазанов Сергей, Владимиров Михаил, Наумов Андрей. Работает докером Бирюков Андрей. Строят корабли две дочери Окованцева. Есть у нас и 152 внука. Мы уже во втором поколении. Большинство однокашников произведено в почётное звание дедов, а наши прелестные Дульцинеи стали бабушками. Мы призываем превращать наши дружеские связи в родственные через детей и внуков. Главное - не упустить время. Кстати, Арнольд Чибов, главный морской инспектор Академии наук СССР, предлагает для породнения кандидатуры своих очаровательных дочерей в возрасте 22-х и 12-ти лет, имеющих московскую прописку. Этот благородный жест достоин подражания и похвалы.
Дорогие друзья! Мы пережили с вами исторический феномен - 35 лет без войн, но под дулами постоянных угроз и в кольце пожара малых локальных войн. Когда умирают очевидцы - рождаются легенды. Вы - живая 35-летняя легенда из 70-летнего юбилея нашей Родины, и по-своему каждый из нас интересен и является ветераном и героической страницей Советского Военно-Морского Флота. Каждый из Вас внёс свой весомый вклад в оборону нашей Родины. Все вы заслуженно отмечены правительственными наградами, это более 35 орденов и 1300 медалей.
За выполнение боевых заданий Родины, освоение новой техники награждены:
- Орденом Ленина - Окованцев.
- Орденом Октябрьской Революции - Аполлонов, Абрамов.
- Орденом Красного Знамени - Радченко.
- Орденом Трудового Красного Знамени - Абрамов, Гаранин Владимир.
- Орденом Отечественной войны - Осадчий.
- Орденом Красной Звезды - Скворцов, Радченко, Помазанов, Махортов, Милейко, Окованцев, Власов, Лопато, Волобуев, дважды - Сабуров.
- Орденом За службу Родине - Скворцов, Детёнышев, Джарашнелов, Кишанков, Окованцев, Власов, Клюев, Аполлонов.
- Орденом Знак Почёта - Чикин.
Двумя орденами награждён Смирнов Георгий.
Достойным примером для подражания потомкам является выполнение воинского долга нашими однокашниками Александром Аполлоновым, Евгением Скворцовым, Валентином Соболевым. Отнюдь не потому, что они адмиралы, а по тягости выпавшей на их долю судьбы и образцовому выполнению.
Мы помним, с каким интересом следили не только мы, но и все Советские люди за сложной и опасной работой наших моряков при разминировании Суэцкого канала. Эта работа проводилась под руководством Александра Аполлонова.
Неоднократно водил соединение Атлантической эскадры в Северных широтах Евгений Скворцов, неся огромную ответственность за порученное дело, находясь в постоянной готовности к возможной схватке с вероятным противником.
Успешно руководил разведкой одного из флотов Валентин Соболев. Он внёс важный вклад в обороноспособность нашего государства.
Друзья! Общее стремление ещё раз всем вместе ощутить себя единым коллективом привело сегодня в этот зал шестьдесят однокашников, в большинстве с боевыми подругами. Да, щедро посыпанные сединой, мы остались друг для друга всё теми же юными флибустьерами по училищным столам, такими же мечтателями и романтиками (не романтики не приехали), как и 35 лет назад. Готовя эту встречу, Оргкомитет разослал однокашникам 140 анкет-запросов и оповещений.
На вопрос о хобби мнения разделились. У некоторых это автомобиль, у других - садоводство и дача, охота, рыбалка, книги, картины, коллекционирование.
Вот некоторые ответы на вопрос "Можешь ли выпить? Норма за столом?"
- Перегрузок не допускаю.
- Норма не как хватит, а пока всё!
- После килограмма болею.
На вопрос "Сколько раз был в Училище за 35 лет?" большинство ответило
- К стыду своему - ни разу.
В большинстве своём наши парни женаты единственный и последний раз, подтверждая слова песни, что моряки своих подруг не забывают.
Курить в большинстве своём мы бросили.
Читаем в основном исторические романы и мемуары.
Театр мы посещаем не так уж редко, в среднем один раз в пять лет.
Основных житейских правил у нас много, но, прежде всего - один за всех, и все за одного.
О годах, проведенных в Училище, вспоминаем как о золотом времени, лучше которого быть уже не может.
Своим воинским профессиям мы не изменили и по-прежнему желали бы стать только теми, кем начинали свою офицерскую службу. Правда, отдельные моряки пожелали стать лесниками.
Пункт 31 анкеты о желании прибыть на встречу, вы подтвердили своим присутствием в этом красивом зале родного Училища.
Всему нашему выпуску значительно ближе не печатный, а почётный ратный труд, т.к. нет выше миссии, чем защита завоеваний Великого Октября, 70-летие которого мы будем торжественно отмечать через три недели. Половина этого срока по защите Отечества легла на наши плечи.
За 35 лет наши однокашники минимум два - три раза, а некоторые до десятка раз перемещались из одной базы, с одного флота, с одной части света в другие. Говорят, что морякам, как и цыганам, отпущена одна Земля - дорога. Правда, в последние годы мы стали на мёртвые якоря и начали обрастать ракушкой, движимым и недвижимым имуществом, и особенно дачами и домиками в тихих Северных деревушках. Мы заселили много областей и краёв Российской федерации, Украины, Прибалтики, Кавказа и, очевидно, Дальнего Востока. Наши выявленные однокашники проживают в Москве и её пригородах (40), в Ленинграде (29), в Крыму (38), в Баку (9), в Прибалтике (15). Проживают также в Сочи, Астрахани, Ереване, Киеве, Костроме, Коломне, Северодвинске, Волгограде, Пензе, Чернигове, Тбилиси, Кисловодске, Калинине, Хабаровске и Владивостоке.
Дела сердечные стали переходить в сердечно-сосудистые, и сердце зашкаливает не только у тех, кто перенёс инфаркт.
Наши симпатичные жёны, как и мы, уходят на пенсию и теперь стараются жить в мире с ветеранами флота.
А эти зайцы - ёжики в бескозырках на пожелтевших фотографиях до того обленились, что перестали пререкаться со своими благоверными, тихо живут при телевизоре, порою теряют слух и с трудом различают только команду "Прошу к столу!"
Большинство моряков - народ романтического склада. Несмотря на почтенный возраст, всякий готов тряхнуть стариной и своими похождениями. Так Коля Дударев, Бакинский сердцеед, вспоминает: «Раньше всегда считалось, что лучшим украшением женщины является рядом идущий хорошо одетый мужчина. Это был я. А теперь, когда на голове ни пуха, ни пера, а какое-то декольте, жена моя только по отпечаткам моих пальцев на стакане узнаёт, сколько дней я их не мыл. Надоели её выговоры без занесения, а перехитрить её так же трудно, как налоговое управление".
Сергей Твердюков последнее время просмотрел и прочитал столько книг о вреде алкоголя, что решил. . . бросить читать.
Толя Губанов пишет: «Любой гость в доме - это радость, а если он ещё с бутылкой - то это уже кунак!"

Промелькнули 35 незаметных лет. Сердце и память в запас не уволишь. Каждый стремится найти дело по душе. Некоторые ещё продолжают бороздить океаны, многие перешли на оседлый образ жизни, завели себе гнездовья и территории. И каким нужно обладать нравственным авторитетом нашему Оргкомитету, чтобы ему доверились многие старые друзья, которые, услышав колокола громкого боя, вдруг бросили все свои неотложные дела и ринулись на этот большой сбор. Несмотря на то, что многие узнали друг друга после дополнительных вопросов, в груди под толстым слоем ракушек ещё ярко горит огонь непоколебимой преданности родному Училищу и Военно-Морскому Флоту. Мы сумели преодолеть земное притяжение, ворчание близких, сопротивление начальства, собственную лень и убедились, что 35 лет для истории - сущий пустяк!
Невозможно передать всю радость встречи мальчишек 50-х годов с ветеранами 80-х! Не прибывшие безнадёжно пропустили один очень важный урок жизни. Заменить или восполнить его нечем.
Товарищи! Стихия флота - это опасность. На морской службе мужество - постоянное качество человека. Ещё с курсантских годков мы помним морской закон - надейся на худшее! Здесь нет твёрдой гарантии от всяких случайностей. Душевная боль и беспокойство за близких, друзей и родных пудрит наши головы. Но как бы неумолимы не были законы жизни, смерть друзей - всегда страшная неожиданность.
За прошедшие 35 лет умерли по разным причинам и погибли при исполнении служебных обязанностей наши однокурсники:
- Агафонов Георгий
- Акатов Александр
- Богданов Фёдор
- Бусыгин Юрий
- Борисов Вячеслав
- Бойко Борис
- Белопухов Анатолий
- Винокуров Иван
- Веселовский Александр
- Волков Владимир
- Гаранин Василий
- Галдобин Вениамин
- Денисов Александр
- Загорский Юрий
- Исакадзе Павел
- Илларионов Владимир
- Канищев Иван
- Капелюшников Юрий
- Катков Борис
- Коваленко Артём
- Михайлов Виктор
- Морозов Анатолий
- Маслаковец Игорь
- Меркулов Виктор
- Ольхович Владимир
- Потапов Анатолий
- Соболев Валентин
- Симонян Арнольд
- Сидельников Александр
- Селихов Владимир
- Тихонин Василий
- Тимохин Василий
- Филин Павел
- Цигулев Александр
- Шумов Борис
- Щигельский Лимар
Вспоминая наших однокашников, чей голос умолк на нашей перекличке, мы говорим: Печаль наша бессрочна, имена Ваши запомним на всю оставшуюся жизнь.
Светлую память однокашников, ушедших из жизни, прошу почтить вставанием.

Дорогие однокашники! Годы никогда не сгладят ни острых человеческих чувств, ни любви к тому дому, где мы родились и выросли как моряки - к нашему дорогому Каспийскому Высшему Военно-Морскому Училищу! Мы давно разлетелись из родного гнезда, но город Баку - это наш город, а наш линкор на Зыхе до последнего часа останется в наших сердцах. Время не сотрёт всех милых подробностей нашей прекрасной юности.
Наше родное Училище за 48 лет выпустило тысячи офицеров, из которых 18 Героев Советского Союза и более 50 адмиралов. На флотах нет такой должности, которую не исполняли бы выпускники нашего Училища. Преодолевать трудности, расти вместе с флотом и активно участвовать в его развитии, нам помогали те знания, которые мы получили в стенах родного Училища, то чувство долга и высокой ответственности, которые нам привили наши наставники и преподаватели. Разрешите от Вашего имени высказать здесь наши чувства сердечной признательности всем, кто учил нас.
Оргкомитет предлагает установить единый день сбора региональных групп - день Каспийца 1952 - 8 июня, т.е. в день, когда нам были вручены лейтенантские погоны и выданы путёвки в большую флотскую жизнь.

Юбилейные встречи 1992, 1997 и 2002 годов должны быть!

Счастливого Вам плавания, друзья!
...............................................

Боря закончил доклад. Может быть, он настроил нас на такое течение мыслей, но всем казалось, что всё это именно про него. Большинство боевых подруг и некоторые джигиты тёрли платочками глаза. Каждый вспоминал своё, общее для нас всех и в то же время личное. Мы с Надей личного внесли только два момента - что я награждён орденом Трудового Красного Знамени, и что некоторые, Боря фамилию не назвал, хотели бы при повторении жизни пройти её в качестве лесников. Тут повинны и я, и Боря. Я вообще на вопросы анкеты отвечал очень кратко, без указания соединений, должностей, флотов. Просто, что был командиром БЧ-1 эсминца, крейсера, флаг-штурманом соединения, старшим научным сотрудником и начальником отдела Научно-исследовательского Института. Тут много для доклада не почерпнёшь. А Боря повинен в том, что я на вопрос этот ответил, что опять моряком, а если не возьмут в моряки - лесничим, но не лесником. По аналогии с флотом лесник - матрос, а лесничий - командир.

После Бориного доклада сделали перерыв, во время которого продолжили неформальное общение и опознавание друг друга. Большинство, в том числе и я, фотографировали Училище, друзей поодиночке и в группах.
Потом продолжили в зале Курсантского клуба. Выступали однокашники, выступали жёны, выступали преподаватели, мой первый старшина роты Смирнов, начальник Училища контр-адмирал Жданов.
Потом было организовано фотографирование около Клуба. Фотограф Училища сделал общий снимок группы с боевыми подругами, затем сфотографировал в клубе каждого однокашника для составления альбома. .
Мы ходим по Училищу. С нами всё время начальник Училища. Он совсем молодой. До него много лет Училищем командовал вице-адмирал Архипов. Он был седой, и мы с ним были похожи также фигурой и походкой. Поэтому меня в периоды ГЭК, когда я шёл коридорами Учебного корпуса, часто путали с Архиповым. Новый начальник Жданов здесь первый год. Он из надводников и в Академии учился тактике у Миши Махортова.
Мы бродили по Училищу до 15 часов, после чего пошли обедать в столовую для офицеров и иностранцев. Я не был в Училище два года, но официантки меня узнали и поинтересовались, почему я больше не приезжаю в ГЭК.
Уже после обеда нам вручили готовые фотографии и альбомы. Оперативно! В альбоме фотографии 57 однокашников.
Как сообщил Боря Косихин, в 1952 году нас выпустилось из Училища 416 человек. Надо прибавить сюда четырёх младших лейтенантов, Училище в тот год не закончивших и Дипломы не получивших. Поэтому в архиве Учебного отдела, откуда Боря получил эти данные, помечено 416 выпускников трёх рот-факультетов основного курса. Значит, к выпуску из 525 принятых в 1948 году пришли 420 человек, или ровно 80%. Здесь нас собралось 57 из 420, что составляет около 14% выпускников. Учившихся со мной в одном классе здесь, вместе со мной, восемь, что составляет 14% от собравшихся.
Если смотреть на фотографии общего альбома, первым моим одноклассником идёт Беник Мангасаров, вторым - Володя Кишанков, третьим - Юра Сивков, четвёртым - Вася Игонин, пятым - Альберт Белов, шестым - Сергей Сенюк, седьмым - Вася Осадчий. Восьмой - я сам.
Вася Игонин никак не мог признать во мне того Володю Гаранина, что был в легчайшем весе. А когда всё же узнал, то очень обрадовался, особенно потому, что я помню, что он из Хворостянки. У него молодая жена, по виду армянка, и две дочки, как мои внуки. Сам Вася черноволосый и мало изменившийся. Вася сейчас работает капитаном ГПБ, хотел бы нас покатать по известным ему местам отдыха на Каспии. Обменялись адресами. Вася живёт в новом микрорайоне Баку, на улице Нефтепереработчиков. Когда я спросил Васю о Юре Позднякове, он собрал на консультацию остальных Бакинцев. Юра рано демобилизовался. На флотилии служба не пошла. По словам хорошо помнящих его бакинцев Юра живёт в Астрахани. У кого-то был его адрес. Обещали поискать.
После всех мероприятий мы пешком дошли до мыса Султан. Как часто мы делали это в курсантские годы! Здесь нас обучали морской практике, и неплохо. Мы опять фотографировали и фотографировались.
Все сооружения Султана новые. Морские учебные катера, гребные барказы, катера, шестивесельные ялы тоже новые. Об Иранских шхунах постройки тридцатых годов "Галфвинд" и "Бейдевинд" никто не помнит. Они ушли в небытие. Потом мы разместились на двух МУК"ах и вышли на них в Бакинскую бухту на прогулку.
Последний взгляд на уходящие справа за корму корпуса Училища. Здесь изменения существенны. Город подошёл почти вплотную к Училищу. Само Училище расширилось по радиусу втрое, почти полностью поглотив инжирно-масличный сад. А за Училищем постройки города, перевалив через гору, где было водохранилище, ушли дальше на восток в сторону носа Апшерона.
Это был действительно последний взгляд на Училище. Больше такой возможности не будет. Пошли виды северного берега бухты. Они тоже совершенно изменились. Нет уже деревянного 34-го причала, к которому швартовалась "Правда" и другие учебные корабли и воспетого поколениями курсантов в своих стихах. Примерно на том месте, где он был, стоит огромная платформа с нефтяной вышкой, подготовленная к отправке в район промыслов. Острова на месте. Очертания Баилова, где базируется Каспийская флотилия, остались прежними. Посередине бухты стоит на якоре сторожевой корабль 50-го проекта.
Катера подошли к причалу Приморского бульвара у Азнефти, где летом 1949 года стояла "Тура". Мы сошли на бульвар и разбрелись. Большинство, в том числе мы с Надей, Миша Махортов, Володя Кишанков, Вася Осадчий, Вася Игонин пошли по бульвару в сторону парашютной вышки, как бродили в давние годы. Я бывал здесь после выпуска, начиная с двадцатилетия, довольно часто. Надя последний раз была тринадцать лет назад в 1974 году. Многие не видели бульвар все тридцать пять лет. Это самый большой Приморский бульвар в СССР. Конечно, разговоры, воспоминания. Есть на бульваре и курсантские парочки. Примерно как были и мы.

К вечеру вся компания собралась в зале ресторана на 1 этаже новой высотной гостиницы в парке Кирова, ранее Нагорном. Мы долго и дружно сидели. Произносились тосты, вспоминались курсантские приключения и истории. Справа от нас с Надей сидел Володя Кишанков, слева от меня - Джага - Сергей Джарашнелов, нахимовец первого выпуска Тбилисского Нахимовского Училища. Он был весёлым балагуром в курсантах, таким и остался. Танцевали под оркестр сначала вальсы, танго и фокстроты, а потом цыганочку и лезгинку, весьма неплохо, хотя и массово. Пели песни курсантских лет. Все были навеселе, но не более. Только Коля Кормышев, представляющий 25% от выпущенных младшими лейтенантами, пришёл в ресторан уже в приличном подпитии, и вскоре после начала вечера его отправили на училищном автобусе отдыхать в гостиницу. Были на вечере несколько преподавателей того периода, не из штурманов. Михаил Иванович Андрюков на Севере, гостит у зятя и дочери в Ура-Губе. Михаил Андреевич Чижов тоже отдыхает где-то за пределами Баку.
Два автобуса Училища далеко заполночь развезли нас по гостиницам. Сначала завезли живущих в гостинице у Сальянских казарм, затем всех остальных в гостиницу "Бакы". По дороге пели курсантские песни.
В воскресенье 18 октября автобусы Училища повезли нас на экскурсию по городу. Мы были и фотографировались во многих памятных нам местах, где бродили в курсантские годы и подметали клёшами мостовые. Были в некоторых новых микрорайонах, на рынке. Были на Девичьей башне. Здесь тоже фотографировались.
Вот на фото пятеро из разных взводов второй роты: Сергей Юрин, Василий Игонин, Владимир Гаранин, Пётр Охичев, Владимир Дубинский. Все пятеро как-то сравнялись и по росту, и по объёму. Бывших рослых видимо больше гнула военная служба, а малыши тянулись перед начальством. Вот теперь можно было бы всю роту строить вперемешку. Мы с Надей не пошли со всеми в крепость. Решили одни прогуляться по Приморскому бульвару, и от Девичьей башни пошли вниз, и дальше по Приморскому бульвару к проспекту Кирова.

В этот вечер все гуляли по своим планам. Организованная часть встречи закончилась. Вечерний Баку остался прежним: шумным, в огнях, с работающими заполночь магазинами, ресторанами, ресторанчиками, забегаловками.
Балкон нашего номера выходит на западную сторону гостиницы. Видно Телефонную, идущую в сторону кинотеатра "Низами", плоские крыши малоэтажных домиков на ней и поток прохожих.
Вспоминается стихотворение курсантских времён, первое четверостишие, причём первая строка неточно.

Когда идёшь ты городом знакомым,
А Телефонная - как быстрая река,
Как не узнать средь этого Содома
Спокойную походку моряка?!

По этой улице тридцать девять - тридцать пять лет назад в субботние и воскресные вечера отправлялись мы, гремя палашами, от кольца четвёрки в центр к кинотеатру "Низами", Театру оперы и балета, ресторанчику в садике им.Фиолетова, ресторанам "Метро", "Два шара", "Интурист", а позже, на четвёртом курсе, на встречу с Надей.
Прямо, на западе, в полукилометре видна крыша кинотеатра "Низами", а ещё дальше - старинные здания и купола мечетей Центра города, прилегающего к Приморскому бульвару.
Слева, на северо-западе, виден Нагорный парк с памятником Кирову, телевизионной вышкой и новыми высотными зданиями. На первом этаже одного из них мы вчера встречались большой массой, возможно в последний раз. Среди прочих мы пели там хором песню "А как очередь настанет за субботою". Там есть припев

Наши годы длинные,
Мы друзья старинные,
Пей, брат, водку и вино!
Пей пока курсанты мы,
Станем лейтенантами -
Жить нам так не суждено.

Действительно, длинная была дорога. Но уже никогда не было того чувства безответственности, которое позволяло в нечастых увольнениях жить, соблюдая только принцип "Время, место и норма". И если даже слегка нарушишь этот принцип и попадёшь в КВЗ городской комендатуры, то обязательно за тобой не позже середины ночи приедет на машине командир роты и увезёт в Училище, где вместо выданного в КВЗ "самолёта" - деревянной постели с деревянной подушкой - тебя ждёт нормальная койка с чистым бельём. Утром же, до начала занятий, с тобой побеседуют, на вечерней поверке объявят месяц без берега. Вот и вся воспитательная работа.
Вечером к нам с Надей пришли в гости Володя Кишанков и Миша Махортов. Миша завтра улетает в Ленинград, с ним мы увидимся ещё многократно. А Володя завтра улетает к себе в Крым, и встречи в дальнейшем проблематичны.
А мы с Надей не торопимся. У нас билет на 21 число. Мы оба любим этот город. У нас тоже тридцатипятилетний юбилей. Трудно сказать, приедем ли мы через пять лет, как договорились. Надо ещё побродить, повспоминать. Родственников у Нади здесь уже не осталось. Тётя Паня тоже ушла в мир иной.

Утром в понедельник 19 октября мы позвонили Карине Козловой. Она оказалась дома и пришла. С Надей они не виделись теперь тринадцать лет, и за эти годы Карина изменилась меньше, чем за первые двадцать два. Она тоже стала бабушкой. Живёт Карина одна в однокомнатной квартире в доме с плоской крышей, протекающей в период дождей. Мама у неё живёт в отдельной благоустроенной квартире. У сына Серёжи в Севастополе тоже однокомнатная квартира. Есть мысль обменять квартиру на Севастополь, только это трудно сделать. К тому же Карина всю жизнь прожила в Баку, любит этот город и не хочет с ним расставаться. Мы пошли втроём гулять по городу. Вот здание, где был их Институт Народного хозяйства. Теперь здесь балетная школа, а Институт переехал в другое место. Но часы там же. На них текущее время 11 часов 55 минут. Здесь мы обычно назначали свидания. Не только я и Коля Платонов, но и многие курсанты Училища своим подружкам. У нас много фотографий под этими часами. Мы снова сфотографировались. Мы привезли с собой много фотографий Баку, в основном курсантского периода. И мы стараемся делать фотоснимки именно в этих местах и тех же позах. Садик 26 Бакинских комиссаров. Теперь здесь мемориал с вечным огнём. Вышли на Приморский бульвар. Фотографировались у парашютной вышки, на скамейках, где сидели 35 лет назад, у парапетов набережных.
День рождения Нади - 20 октября - мы отметили в ресторане новой высотной гостиницы "Азербайджан" втроём. В будний день зал ресторана был почти пуст. Беседовали, вспоминали прошлое, пили шампанское, закусывали фруктами и шашлыком из осетрины. Вечер провели у нас в номере, занимались тем же.
Днём в среду 21 октября мы сели у Аэрофлота в автобус и уехали в аэропорт Бина. Нас провожала Карина. Вылет немного задержался в связи с нелётной погодой в Ленинграде.
Когда полетели, то удалось посмотреть то, что не смогли увидеть на экскурсии к Эльбрусу в 1983 году. Двуглавая вершина отлично видна в иллюминаторе самолёта слева по курсу. Но с подлётом к Ленинграду земля исчезла и не появилась визуально даже при снижении над посадочной полосой. Самолёт снова взмыл вверх и посадил нас в Таллине. О состоянии погоды в Ленинграде я узнавал по телефону от Серёжи Храмова. Он всё выглядывал в окно и отвечал, что сильный туман и ничего не видно. Мы переночевали в аэропорту Таллина и днём 22 октября прилетели домой.

На своей полуставочной работе я продолжаю составлять алгоритмы и программы навигационных задач. Здесь в Ленинграде гостит у дочери Наташи Михаил Иванович Андрюков. Зять учится в Военно-Морской Академии. Они живут на частной квартире на улице Зорге. Михаил Иванович был у нас дома. Сидели и вспоминали далёкие времена. Приходил Михаил Иванович и в Институт. Я сделал ему программу его любимого прямого расчёта координат по соотношению высот.

Младшие Гаранины между тем ещё улучшили свои условия жизни. Они обменяли Ирину двухкомнатную квартиру и комнату бабушки Тети на трёхкомнатную квартиру на проспекте Маршала Жукова, дом 18. Это совсем рядом с нашей квартирой в маневренном фонде.

1988 год

В мае к нам приехала погостить из Ашхабада Шура Лебедева.
Как-то они с Надей разговорились о деревне, что Тосю давно не видели, что там дядя Серёжа уже сильно состарился и болеет, что Надя Варнавская прислала письмо, что Иван там затеял большое строительство. Надо бы посмотреть. Я сказал
- В чём же задержка? Давайте поедем.
И в 6 часов утра 24 мая 1988 года, во вторник, мы втроём выехали в Добринку.
Месяц назад я на станции техобслуживания в Красном Селе заменил в двигателе автомобиля распределительный вал. И вот ясным солнечным утром рубиново красные "Жигули" мчатся по шоссе в сторону Москвы. Хорошо отрегулированный двигатель работает почти неслышно, только посвист шин слышится через приоткрытые форточки. Останавливаемся по необходимости: как захотелось, где красиво, завтракать, обедать, ужинать. Москву проехали рано, свернули на Воронеж и заночевали уже за Каширой, проехав за световой день более 800 километров. Утром 25 мая продолжили путь и к 14 часам приехали в Добринку, проехав от Ленинграда 1245 километров.
Этот день и следующую за ним ночь мы провели у Тоси в Добринке, а утром 26 мая вместе с ней переехали в Стрельцы.
Добротный дом дяди Серёжи и тёти Моти на месте. По-прежнему в хозяйстве достаток, но сам дядя Серёжа уже не встаёт с постели, только садится с помощью тёти Моти. На бойкой тёте Моте и держится всё хозяйство. Буйно цветёт сирень. Её здесь целые рощи. Одна из них как раз напротив дома. Это и красиво, и воздух пропитан таким неповторимым деревенским запахом. После обеда Тося повела нас гулять по деревне. Пошли через Чамлычок, через те узкие жердочки, которые в детстве проходила Надя. Тося нам рассказывает, она помнит то время больше. Вот здесь жили такие-то. От места, где стоял дом, ничего не сохранилось, а вот хрен растёт по-прежнему. Только по нему и помнят старожилы, что полвека назад здесь стоял дом этих людей. Пришли в другую часть деревни, где был родной дом Нади и Шуры. Здесь сохранились бугорки, холмики, а также некоторые близлежащие дома. В одном вполне приличном на вид доме уже нет жильцов. Почему бы нам его не купить? Такая мысль промелькнула у меня. Красивая деревня. Плодородная земля. Надина родина. Не на моей, так на её! Надя не поддержала, далеко. А места по-своему красивые, хотя нет тут ни гор, ни лесов. Только речушка Чамлычок, да разросшиеся рощи сирени в деревнях.
К вечеру я поставил в саду свою четырёхместную палатку. В ней ночевали я, Надя и Шура. Тося ночевала в доме.

Утром 27 мая мы выехали из Стрельцов в Добринку. Поехали другой дорогой, и в одной деревушке обнаружили целую рощу цветущей белой сирени. У неё и запах немного другой, ещё нежнее. День провели у Тоси. Было много гостей.
Утром 28 мая поехали на местное кладбище. Здесь похоронены Тосины, Надины, Шурины родственники, бабушка Ганя, Юра Лотошников. Могилы ухоженные.
Тося осталась на кладбище, а мы поехали в обратный путь.
Сначала мы едем в деревню Лутошкино. Это здесь в Липецкой области, в Задонье. В этой деревне обосновался отставной полковник МВД Иван Варнавский, друг и однокашник Виктора Лебедева. Они оба служили в Ашхабаде. Варнавский закончил службу Начальником пожарной охраны Туркменской столицы, теперь обустраивается в деревне Лутошкино.
Проехали Хворостянку, Грязи. Объехали по новой объездной дороге Липецк и поехали в сторону Ельца. Традиционная остановка на левом берегу Дона. Переехали по мосту Дон, выехали на шоссе Воронеж - Москва, объехали Елец, доехали до станицы Становая, повернули вправо на Троекурово. Через 37 километров, не доезжая до Троекурово, повернули ещё вправо, на село Красное. Проехали Красное, проехали переезд железной дороги Лев Толстой - Елец и приехали в Лутошкино. Вскоре нашли и имение Ивана.
Эта деревня похожа на маленький городок. Здесь постройки городского типа, асфальтированные улицы, система прудов на речушке, впадающей километрах в десяти отсюда в Дон.
Имение Иван Христофорович затеял крупное. Дом почти готов, идут отделочные работы в некоторых внутренних помещениях. Дом крупнее дома Вульфов в Тригорском, но он современной архитектуры, из современных стройматериалов. Иван по-прежнему жизнерадостен, но здоровье пошаливает, вынужден ограничивать себя, чего в прежние времена не было.
Мы погуляли по этой деревне, где есть всё от города и всё от деревни. Красивая природа. Обилие птицы на прудах. Домашняя водоплавающая птица выпускается здесь на всё лето в пруды, где размножается, нагуливает жир, а осенью возвращается во дворы вместе с молодёжью.
Шура встретилась здесь со своей подругой Надей Варнавской и забрала её с собой в Ленинград.
Утром 29 мая мы выехали. Теперь нас в машине четверо. Мы ехали почти до полуночи без остановок. В полночь постояли часок на красивой оборудованной стоянке перед Вышним Волочком. Я вздремнул на своём рабочем месте, и мы поехали дальше. В 9-30 утра 30 мая мы приехали в Ленинград на улицу Маршала Казакова.

После отъезда подружек мы с Надей переселились в Солнечное, к младшим внукам.

В четверг 7 июля 1988 года в 6 часов 55 минут утра мы с Надей выехали в Бузулук. Ехали быстро, делая за день более 800 километров, и в 14 часов 15 минут 9 июля приехали на дачу к Лиде. Была суббота, хозяева были здесь. Вся дача в цветах. Любит их Лида. Вечером приехали в городской дом. Здесь всё как обычно. У подъездов домов сидят люди. Женщины разных возрастов судачат, мужички играют в домино. Много детворы. В квартире на окне цветёт большим красивым белым цветком кактус. Явление редкое, во всяком случае, я впервые вижу. Этим же вечером позвонил из Орска Серёжа Крейдун. Договорились, что в конце месяца мы приедем к ним.
На даче поспела малина, смородина. Собираем и едим.
В середине месяца приехал на своём красном "Запорожце" Валерий. С ним приехал Костя. Костя уже большой, ему девять лет. Хороший, развитой мальчик. На даче у Лиды и Бори много работы, участок довольно большой. Прополка, поливка. Вода, которую электронасос качает из скважины, очень холодная и для поливки огорода не годится. Сначала воду закачивают в небольшую цистерну, а когда она прогреется, ей поливают огурцы и помидоры. Ещё на даче есть душ, в котором также используется нагретая Солнцем колодезная вода. Пищу готовим все вместе на железной печурке во дворе дачи.
Теперь на даче стоят три машины. Красный "Запорожец" Валерия и мой автомобиль стоят внутри участка, Белый "Запорожец" Бори стоит у ограды снаружи. Иногда мы тоже остаёмся ночевать на даче. Вечерами сидим в саду за столом. Кругом тишина. Мы с Валерием потягиваем вино и разговариваем о прошлом и настоящем. Валерий Зав. кафедрой Куйбышевского железнодорожного института. В июне ему исполнилось 44 года. Сорок лет назад я ушёл от родителей в самостоятельную жизнь.
Почти четверть века, как родители умерли. Валерий часто вспоминает деда и бабу. Они для него тоже вроде бы родители. Иногда я, поехав за чем-нибудь на машине один, заезжаю на кладбище. Я захожу внутрь оградки и разговариваю с родителями. Рассказываю им, как будто они меня слышат, о нашей теперешней жизни, что произошло после их ухода. В основном хорошее. Поднимаемся на плато. Здесь всегда свежий ветер северных направлений, несущий дурманящий запах разнотравья. Изумительный пейзаж как внизу, где змейкой вьётся голубая отсюда Самарка, так и здесь на плато. Боря Гуменников подарил нам хорошо иллюстрированную цветными фотографиями книгу "Край степной - Оренбуржье". Там точно такие пейзажи. Только запахов Оренбургской степи они не передают.
В субботу 23 июля в 4 часа 40 минут утра мы с Лидой и Борисом выехали в Оренбург. Дорога теперь отличная, я об этом уже писал. Около посёлка Переволоцкий в лесопосадке обнаружили заросли дикой чёрной смородины. Пришлось задержаться, очень крупная и вкусная ягода. В 8 часов 50 минут, проехав 260 километров, мы приехали к Наташе Гуменниковой, Серёже и Вадиму Греховым на проспект Дзержинского. Место это у старожилов называется Степной Посёлок, потому что когда я жил в Оренбурге, это место было далеко за городом, и здесь был Степной посёлок. Теперь здесь городской район, мало отличающийся от новых районов Ленинграда. Он даже лучше благоустроен, чем наш Юго-запад, где мы сейчас живём в маневренном фонде.
До обеда мы гуляли по микрорайону. Красивый! Недалеко школа, где Наташа работает учительницей. Много различных магазинов. Недалеко типовой кинотеатр, такой же, как наши Ленинградские "Комсомольцы", "Салюты" и прочие. И название похожее, не запоминающееся. То ли дело - "Октябрь", "Пролетарий", "Молот", "Буревестник"! Названия - выстрелы! Разве можно их забыть? Что касается мороженого и фруктовки, то этого много. В окрестностях несколько кафе-мороженых.
После обеда мы с Сергеем поставили мою машину в его гараж, а на его поехали по городу. Лида осталась дома. Мы проехали по Советской улице до спуска к Уралу. Теперь через Урал построен новый большой капитальный мост, начиная от памятника Валерию Павловичу Чкалову и прямо в Зауральную рощу. Теперь, впрочем, никто не называет её так. Кажется, это теперь парк имени Чкалова. Рощу тоже облагородили по-современному. Основной транспортный автомобильный мост ниже по течению. По нему мы ездили в автомагазины на левом, азиатском, берегу.
Мелькнула у меня мысль - съездить завтра, в воскресенье, на двух машинах в село Троицкое. Но что-то не получается. Серёже Грехову нужно помочь своей маме не её даче, а Лида немного занемогла.
С не раннего утра в воскресенье 24 июля мы поехали на двух машинах на Урал в район посёлка Нежинка. Греховы сюда приезжают часто по выходным. Здесь на правом, европейском, берегу травяные полянки, окаймлённые невысоким кустарником. Здесь мы и расположились на отдых, загорание и купание. Боря Гуменников не приехал, остался дома. Часам к 11 отдыхающих собралось довольно много. Все располагаются капитально, с палатками, "Шмелями", постелями, надувными матрацами. Купаются все. Только Лида сидит караулит место и машины. Просто не хочет купаться, никто ничего здесь не украдёт. Мы с Надей заходим по крутому европейскому берегу вверх по течению, плывём вдвоём в Азию. Там левый берег, как ему и положено, низкий и песчаный. Немного отдыхаем, вновь заходим вверх по течению и плывём снова в Европу. Так мы до обеда сделали три рейса туда и обратно.
К вечеру мы приехали на дачу к Серёжиной маме. Дача богатая с хорошим домом.
Утром в понедельник 25 июля 1988 года я городским транспортом приехал на перекрёсток Пролетарской и проф.Попова, бывшей Фельдшерской. Прошло полвека, как я восьмилетним мальчиком приехал сюда с родителями из Троицкого. Я жил здесь три года. Уехал отсюда на лошадях сорок семь лет назад. А память тянет сюда. Тогда, в детстве, масштаб времени был другой. Вот ведь я, кажется, совсем недавно был здесь. Прошло всего три года. А за эти три года какой-то другой мальчик, возможно, прожил здесь целый этап своей жизни и уехал отсюда, запечатлев в своей свежей памяти значительно больше, чем мы теперь запечатлеваем за десятилетия. Я специально приехал один. Хочу побродить. Прошёлся по Попова до Комсомольской. "Буревестник" почему-то не работает. Пустота. Собака, может быть бездомная, лежит у входа. Улица пустынна, не у кого спросить. Магазин на Комсомольской на месте. Автобусы теперь здесь не ходят, остановок нет. Я не в военной форме. Пошёл дворами и пустырём обратно. Тот же пустырь, где мы с Шамилькой запускали змеев и монахов. Нет мороженщиков с их лотками, нет ларьков с фруктовкой. Впечатление, как будто жители покинули район. Теперь эта бывшая окраина на карте Оренбурга называется Центр. Окраина Центра. Жизнь из неё ушла в новые микрорайоны. Пересёк снова Пролетарскую, вышел на Попова и пошёл в сторону бани, где мы с папой мылись, в сторону Советской улицы. Здесь по улице Попова не только не проехать, но и пройти трудно. Деревья срослись ветвями. Кучи золы из печей посередине. Слева одноэтажный кирпичный домик времён Пугачёвщины, крылечко с крышей, прорезь в двери старинной конструкции и эмалевая дощечка с надписью красивым старинным шрифтом
ДЛЯ ПИСЕМЪ
Несомненно, я её видел раньше. Я бродил до самого обеда. Побеседовал с мужичком на автобусной остановке. Он живёт здесь, на Пролетарской, с 1938 года, когда и родился. Да, действительно, район будет застраиваться, людей расселяют.

В 7 часов 22 минуты 26 июля мы с Надей выехали в Орск. Ехали не торопясь, останавливались, любовались природой. Через пять часов, проехав 290 километров, мы приехали к Крейдунам. А Лиде и Боре Сергей Грехов взял билеты на поезд в Бузулук тоже на сегодня.
И вот мы опять в Орске.
У Сергея и Лены дом - полная чаша! Сам Сергей уже давно спиртное не пьёт, но запасает для гостей. У него и крепкие напитки, и самодельное вино. Он всё время уговаривает меня съездить с ним с ночёвкой на рыбалку в то место, где были с Серёжей Храмовым. Но я не только не заядлый, но и вообще холодно отношусь к рыбалке. Тогда ради внука поехал. А вообще рыбу, которую наловил Сергей, ем с удовольствием. Собралось много гостей
Вскоре после нашего приезда прикатила из Одессы семья Тани: она сама, муж и две Серёжиных внучки. Ирина, дочка Ольги от первого брака, совсем взрослая. А Катюнька, полунемочка, которой третий год, просто замечательная: умная, красивая и самостоятельная.
Двумя перегруженными пассажирами машинами ездили купаться и загорать на Кумачку к Новоорску. Нашли там ещё до нас интересный участок реки, где она вытекает с большой скоростью из широкой трубы под дорогой. Это ниже Новоорска по течению. Пройдя трубу, вода разливается широко и успокаивается. Вокруг красивое место. Здесь же устроили обед.
Днями мы гуляем всей компанией по Орску. Ходим смотреть, как живут дети и внуки Сергея и Лены. Все, в общем-то, устроены, хотя у каждой семьи свои особенности. Были в гостях у Брюниных.
У Сергея каждый обед и ужин - праздник с тостами, воспоминаниями.

Мы выехали из Орска в 7 часов 7 минут утра во вторник 2 августа. Отличная дорога, хорошая солнечная погода. Слева и справа от дороги - постоянно меняющиеся пейзажи Оренбургской степи. Краснощёково, Гирьял, Островное, Каменноозёрное, Оренбург. За Оренбургом в Подгородной Покровке заправились. Сразу за Переволоцким остановились собирать дикую смородину. Она крупнее черной садовой смородины, чем-то напоминает камчатскую жимолость. Собирали два часа, в основном Надя. Я только ел. В 17 часов 48 минут, проехав от Орска 547 километров, приехали в Бузулук.
Следующий день мы провели на даче. Завтра мы уезжаем в Ленинград. Днём купались на Самарке недалеко от моста. Я съездил на машине на кладбище проститься с родителями. Обещал им приехать ещё. Валерий спросил время, когда мы поедем. Я сказал, что перекрёсток к даче будем проезжать в половине шестого утра, но выходить не надо, зачем будить Костю и самому не спать. Попрощались с вечера. Лиде я тоже пообещал приехать если не на будущий, то через год. Ведь Оренбуржье моя родина. Пока исправна машина, есть силы и память, буду приезжать.

В 5 часов 15 минут 4 августа, в четверг, мы выехали в Ленинград через Бугуруслан. К повороту на дачу мы подъехали в 5-25. И хотя я сам отговорил Валерия приходить, мы всё же остановились. Раньше Валерий приходил. Мы постояли 20 минут, рассматривая знакомые окрестности. Валерий не пришёл. В 5-45 мы поехали дальше. Подъём на Сухореченскую гору.
Сотня километров ровного асфальта до Бугуруслана, оттуда на Куйбышев, Пензу. Заночевали за Мокшаном на речке под названием Плёс. Утром в пятницу 5 августа понеслись дальше. Мордовия, Рязанщина, Москва, Кольцевая дорога, Зеленоград, Солнечногорск, Клин. Объезжаем Калинин. Смеркается, но мы едем ещё. Я люблю ездить, я отдыхаю за рулём. Проехали Торжок. Уже ночью остановились на ночёвку перед Вышним Волочком. На этот раз ночевали до рассвета.
В 12 часов 33 минуты в субботу 6 августа мы приехали домой.

Среди прочего на работе занимаюсь анализом возможных принципов построения электронной карты. У нас давно этим занимаются, бьются над жёсткой прошивкой в специализированной ЭВМ электронного изображения существующих морских навигационных карт. Выводы моего анализа - персональный компьютер с графическим цветным дисплеем, короткая программа для построения морской карты любого масштаба, банк данных для вывода их на участок, ограниченный рамками индицируемой карты.

1989 год

В этом году исполняется 30 лет ТОГЭ-4. К настоящему времени все ширмы сняты. Есть теперь на Камчатке Дивизия кораблей измерительного комплекса, подчиняющаяся, как и все соединения и корабли, командованию флотилии и флота. Дивизия состоит из двух современных кораблей специальной постройки типа "Космонавт Владимир Комаров", а также старых заслуженных - "Сибири", переименованного в "Спасск" "Сучана", "Сахалина", "Чукотки", "Чажмы" и "Чумикана".
Совет Ветеранов Корабельного измерительного комплекса - Максюта, я, Кефала, Кочнев - развернул работу по подготовке к празднованию юбилея. Мы разослали более 200 приглашений, подготовили Максюте доклад. У меня сохранились Журналы Астрономических вычислений за семь лет моей службы на ТОГЭ, их более тридцати. Благодаря им я смог восстановить даты и районы девятнадцати состоявшихся за эти годы походов на боевые работы, составил карту - схему этих походов и их краткое описание.
21 апреля скоропостижно скончался от сердечной недостаточности Виктор Николаевич Обухов. 7 мая ему исполнилось бы 65 лет.
Съезжаются на встречу ветераны ТОГЭ. К нам приехали из Орска Серёжа и Лена Крейдун, из Севастополя Радий Юлдашев, из Лиепаи Люба Никандрова, из Владивостока Вася Алпатов с женой и внуком. В это же время из Волгограда приехал двоюродный брат Нади сын дяди Серёжи Дима Мастин с товарищем. Все, кроме Алпатовых, разместились у нас. Алпатовы ночевали у своих родственников.
Встреча состоялась 20 - 21 мая. Торжественная часть была в Базовом матросском клубе на площади Труда. Собралось более двухсот человек. Первый командир ТОГЭ Юрий Иванович Максюта сделал доклад. Были награждения, выступления, воспоминания. Тридцать лет - срок немалый, но у всех сохранились самые тёплые воспоминания о том времени. Почтили память умерших после последней встречи Виктора Николаевича Гайдука, Сергея Яковлевича Кролика, Анатолия Сигала, Виктора Николаевича Обухова.
Ресторан "Нептун", расположенный на пересечении проспекта Стачек и улицы Трефолева, вместить в один приём всех не смог. 20 мая в этом ресторане отметили 30-летие те, кто пришёл на ТОГЭ в числе первых. Собрался почти весь посёлок Советский. Кроме ранее перечисленных здесь собрались Ершовы, Бушмановы, Калёнов, Бессарабы, Попиновы, Федоровский, Морковины, Матвеев, Толя Петров, Малинины, Кочневы, Кефала с супругой, Максюта, Антонов, Архипов, Довгань и другие. Я спиртного не употреблял. Я приехал на машине, привёз подвернувшую ногу Лену Крейдун, к тому же мы с Кочневым были распорядителями. Пили, пели и танцевали как более четверти века назад в клубе посёлка, или на другой какой встрече тех далёких лет. Немного постарели, но это ничего.
21 мая в "Нептуне" было продолжение для второго поколения, а у нас дома собрались мы, Крейдуны, Радик Юлдашев, Вася Алпатов с женой и внуком, Люба Никандрова, Ершовы и примкнувшие Дима с товарищем. Продолжили обсуждение встречи и воспоминания.

В понедельник 22 мая я вышел на работу. На столе у меня лежит лист плотной бумаги с какой-то схемой и номером телефона. Это оставил, как мне сказали, Владислав Степанович Стародынов, отставной подполковник из другого Управления нашего Института. Я с ним как-то разговорился в столовой завода "Севкабель", где мы обедаем. У Владислава в Псковской области есть участок земли, на котором он строит дом. Рядом в деревеньке продают дом. На схеме указано как проехать. Я позвонил Владиславу, и мы договорились, что я приеду посмотреть.
Во вторник 23 мая мы гуляли с Крейдунами и Любой Никандровой по городу и лесопарку Александрино, ездили в Петродворец. В среду 24 мая проводили Крейдунов на поезд. Они поехали в Одессу в гости к Тане.

Утром в пятницу 26 мая 1989 года мы выехали в Псковщину. С нами до Пскова едет Люба Никандрова. В десять утра мы уже высадили Любу на автобусной станции в Пскове. Теперь она поедет автобусом к родственникам в Порхов.
Мы доехали по Киевскому шоссе до города Пустошка, где свернули и поехали по гравийной дороге в соответствии с начерченной Владиславом схемой.
Домик у Владислава в стадии завершения строительства. Мы взяли его в свою машину и поехали смотреть дом в соседнюю деревню в одном километре от деревушки Владислава. Дом за тысячу рублей нам не понравился. Это только сруб без полов и потолков и с разрушенной русской печью. Участка нет вообще. Сруб стоит во дворе хозяина, который обещает выделить нам в случае покупки несколько грядок. Мы даже не стали торговаться. Владислав предложил ещё несколько вариантов в нескольких деревнях. Прежде всего, мы заехали в деревню Кузнецово в Пустошкинском районе. Здесь живёт сослуживец Стародынова по прежней службе отставной полковник Шестаков Борис Николаевич с женой Ольгой Николаевной. Борис Николаевич, у которого домик отстроен, видимо давно, встретил нас с участием. У его соседей, местных жителей Киселёвых Алексея Никаноровича и Веры Филипповны есть давно пустующий дом в деревне Логуново, в восьми километрах отсюда. Вера Филипповна и Алексей Никанорович сели в нашу машину, а Борис Николаевич Шестаков и Ольга Николаевна поехали на своей. Большая деревенская изба, по-местному хата, размером 6 х 12 метров. У входной двери вырос небольшой клён, который пришлось срубить. Напротив три сарая, по-местному хлева, под общей разрушившейся крышей. Внутри большая русская печь. Работа есть, но жить можно. За сараями большой старый неухоженный фруктовый сад. За домом и сараями вниз с небольшим уклоном идёт невспаханный участок соток двадцать, заросший травой и цветущими одуванчиками. За огородом поднимается поросший смешанным лесом холм с большой елью на переднем плане.
Сговорились за две с половиной тысячи рублей.
Ночь на субботу 27 мая мы с Надей переночевали в домике Стародыновых, а днём вернулись в Ленинград.
В среду 31 мая мы с Надей приехали в Кузнецово. Попали сразу на день рождения Ольги Николаевны Шестаковой. Там были и её соседи, продающие нам дом, и вообще вся деревня. Нас тоже пригласили. После празднования мы переночевали в бане у Киселёвых, а утром 1 июня поехали в Сельсовет в деревню Сергейцево оформлять куплю-продажу. Оформив, приехали в Логуново и вступили во владение домом.
Так вот неожиданно мы стали владельцами деревянного дома в Псковской деревне в 485 километрах от Ленинграда. Две ночи мы с Надей ночевали в деревенском доме. В субботу 3 июня мы вернулись в Ленинград.

В понедельник 5 июня я написал заявление об увольнении, и с 14 июня меня уволили по собственному желанию. Я договорился, что на зиму приду работать на полставки.
17 июня в субботу я и Боря Храмов на машине приехали на фазенду. Так стали называть свои дачи и деревенские дома дачники в связи с недавно прошедшим иностранным фильмом "Рабыня Изаура". Мы пробыли в деревне до 21 числа. За это время Боря, проявивший себя неутомимым тружеником, с воодушевлением разобрал разрушенные части крыши на сараях, выкопал довольно глубокую яму, над которой мы вместе из подручного материала сколотили туалет. Осмотревшие яму местные жители предположили, что для её заполнения нам потребуется пятнадцать лет. Сооружение над ямой получилось крепкое и внушительное. Все дни почти непрерывно шёл дождь. Лезли из-под земли грибы. У дома под берёзами ядрёные подосиновики и подберёзовика, на горке за огородом свеженькие маслята. Мы их, естественно, употребляем в пищу. Соседка Мария Капитоновна Козырева угостила нас свежими ягодами земляники, которую она собирала тоже на горке за нашим домом. Сам дом тоже стоит на горке, образующей один из берегов Логуновского озера. Озеро имеет длину примерно два километра и ширину метров двести - двести пятьдесят. 21 июня мы с Борей возвратились в Ленинград.

Надя в июне обеспечивает младших внуков в Солнечном. До конца месяца я тоже прожил в Солнечном.

В первых числах июля мы с Надей перебазировались в деревню. Почти сразу получили телеграмму от Наташи, что 14 июля к нам прилетают в отпуск Шура и Виктор. Именно 14-го мы приехали в Ленинград и встретили Лебедевых. 18 июля мы вместе с Лебедевыми приехали в Логуново. Гостям здесь понравилось. Виктор сразу стал мастерить рыболовные приспособления. Приехали Храмовы, кроме Бори, им тоже нравится.
Здесь чудесная природа. Пустошкинский район Псковской области - край озёр. В районе их больше, чем дней в году. В радиусе трёх километров от нас пять озёр: наше Логуновское, Малый Старик, Большой Старик, Белое и Замошенное, и все с рыбой.
Огорода у нас в этом году пока нет. Есть сад, и в нём ожидается большой урожай яблок. Все потихоньку работаем. Виктор Лебедев и Серёжа Храмов ловят рыбу. Шура собирает грибы и ягоды.
Ездим в райцентр Пустошку на машине. До райцентра через Линец, деревню на Киевском шоссе, пятнадцать километров.

Я фотографирую всю эту прелесть на цветные слайды.
Надюшка Храмова с подружкой Викой питаются красными арбузами. Сад. Усыпанные плодами яблони. Солнечная погода. Шура Лебедева чистит картошку. Надя Храмова загорает. Виктор плетёт сети. Надя и Шура сажают клубнику.
Понравилось у нас соседской кошке Мурке, и она живёт у нас. В конце июля приехали все Гаранины - младшие. Им здесь тоже понравилось. Ходим походами за грибами и ягодами. Под руководством Серёжи Гаранина Серёжа Храмов и Артём Гаранин запускают змея. Змей фабричного изготовления много больше тех змеев, которых в детстве запускал я. Летает он плохо, часто кувыркается. Серёжи привязали к хвосту камни, чтобы не кувыркался.
- Наложили камней, кто полетит? - сказал Виктор Лебедев и отвязал камни. Змей полетел, но запутался в яблоневом саду. Снимать змея с деревьев послали Иру.
А яблок уже много. Их подбирают и собирают корзинками. Виктор, Шура, Надя, я и некоторые другие занимаются резкой яблок для сушки. Сделали во дворе песочницу для игры самым младшим. Надя всё свободное время занимается наведением порядка во дворе. Мы с Виктором перестелили пол в летней комнате. С помощью Виктора я перестелил потолок в сенях и летней комнате. В доме есть русская печь и плита, мы их топим дровами. На дрова идут многочисленные старые столбы от когда-то бывшего забора. Пилкой занимаются все, вплоть до Дианы. У Надюшки появилась ещё подружка Марина, внучка соседки Нины Козыревой. Она тоже из Ленинграда. Вика, внучка соседки Марии Филимоновны, зимой живёт в Пустошке. Все они - Надюшка, Вика и Марина - одного возраста. Колкой распиленных брёвен на поленья занимается Серёжа Гаранин. Машину я держу во дворе, иногда в огороде.
А яблоки в саду продолжают наливаться!
В августе мы отвезли Лебедевых в Ленинград, откуда они самолётом улетели в Ашхабад. А когда мы вернулись, то увидели, что наш огород, около 15 соток, вспахан. Это сделал гусеничным трактором наш сосед Слава Васильев. Это уже к будущему году.
Расцветают по утрам мои любимые цветы вьюны. Мы их посадили в июле. Весна была влажная, а лето - сухое и жаркое. Семена вьюнов мы привезли из Бузулука.
Наташа тоже уехала. Уехали все Гаранины - младшие. Мы остались со старшими внуками. Центр их деятельности переместился на озеро: купаются, плавают на надувных матрацах.

Один из ближайших соседей - Николай Семёнович Юринов, 1934 года рождения. Он знает историю деревни и нашего дома. Наш дом построен из живой боровой сосны в начале этого века. Он принадлежал Семёну Козыреву. В 1919 году Семён посадил перед своим домом первую берёзку в честь рождения первого сына Григория. Потом ещё были дочь, сын и дочь. С рождением каждого Семён сажал перед домом берёзку. Теперь мы под ними собираем грибы. Примерно в это же время был построен дом, в котором теперь живёт Нина Козырева, вдова брата Семёна. Следовательно, когда я жил в Троицком в похожем деревянном доме, этот дом тоже существовал. Всего в деревне, расположенной вокруг озера, 48 домов. Из довоенной постройки остались только эти два. Немцы в Логуново не были. Их гарнизоны были в населённых пунктах вдоль дорог. Например, в двух километрах отсюда в деревне Линец стоял немецкий гарнизон, а здесь, в теперешнем нашем доме, был партизанский госпиталь. В самом большом теперешнем хлеву тоже был жилой дом. Там жил медперсонал. Дом - госпиталь был огорожен дубовым забором и колючей проволокой. Следы и остатки их сохранились и сейчас. Когда мы с Виктором перестилали пол в летней комнате, то под полом нашли множество пузырьков, госпитальной утвари, судно.
В деревне расположена бригада совхоза "Просвет", основное направление которого - животноводство. Бригада обслуживает стадо коров и телят, всего 200 голов. Она же занимается заготовкой кормов для них. Есть коровник, телятник и хранилище кормов. Стадо личных коров составляет 50 Бурёнок и Пеструшек. Центральная усадьба совхоза и Сельсовет под названием "Новый" базируются в деревне Сергейцево в 18 километрах от Логуново. Население деревни, главным образом женщины, работают в бригаде доярками. Дойка механизированная. Скотники и пастухи преимущественно местные мужики. Но большая часть мужского населения работает в так называемом "Сельпромкорме", которому принадлежит и большая часть окружающих деревню нив. Так здесь по-пушкински называют поле. "Сельпромкорм" занимается производством витаминизированных кормов для сельхозпредприятий ближайших районов. Рабочие этого предприятия обрабатывают нивы, засевают их, трижды за год обкашивают травы современными машинами и механизмами. Из скошенных трав готовится силос и витаминизированные окатыши для кормления скота.
Коля Юринов отвёл нам несколько полос картошки. Мы её сами для себя копаем. Помогает Надюшка Храмова, что подтверждают цветные слайды. По просьбе внуков поставил им рядом с огородом палатку. Они даже одну ночь в ней ночевали.
Ах, какие чудесные стоят дни! Яблоки в саду всё крупнее. Падалицы там столько, что я не хожу в сад. Только Надя там хозяйничает.
Но вот за оставшимися внуками приехал папа Боря. Дети ему очень обрадовались. Они сходили на рыбалку на Белое озеро, где Серёжа лично поймал приличную щуку. Много было радости. Боря купил билеты от Великих Лук, в 90 километрах от деревни. 28 августа я отвёз внуков и Борю в Великие Луки и мы остались с Надей одни, да ещё соседская кошка Мурка.
Очень красивая осень! Рядом с берёзами перед домом растёт большая груша. На ней множество мелких дулек, очень сочных и вкусных. Они не годятся для хранения хотя бы потому, что с дерева их не достать. Надя собирает их с земли. У них один бочок побит о землю при падении.
Приехали Ершовы Игорь и Анна и купили себе дом рядом с нашим. Это уже по нашей наводке.
Вот мы в бору, собираем грибы. До этого бора, очень похожего на Заовражье, всего 5 километров. Экипаж у меня - Надя, а также соседки Нина Козырева, Мария Алексеевна Васильева и Антонина Петровна Юринова, жена Коли.
А вот снова сад. Надя снимает плодосъёмником осенние полосатые, осыпавшие всё дерево. Мы ещё не знаем, сколько у нас яблонь и других фруктовых деревьев, не сосчитали.
Продолжают расти и грибы вокруг дома. Каждое утро Надя снимает по несколько свежих крепких подберёзовиков. Деревья на склоне холма начинают желтеть. Стоит бабье лето.
Я всё же вышел однажды в сад и удивился обилию яблок.
- Надо собрать и отвезти в Ленинград.
В среду 20 сентября мы с Надей выехали в Ленинград. В багажнике и заднем салоне автомобиля яблоки и литров 30 яблочного сока. Внуки и дети довольны. Такого количества яблок мы раньше у себя дома не видели.
В субботу 23 сентября мы с Надей вернулись на фазенду.
Я начал потихоньку возить на своей машине на верхнем багажнике доски, брусья, штакетник. Всё это в Пустошке стоит недорого. Один кубометр обрезной доски и брусьев стоит 60 рублей. Связка в 20 штакетин стоит 1 рубль 20 коп. Из досок и штакетника я сколотил в летней комнате большой и крепкий шкаф со стеллажами.
Осень углубляется. Первым освободился от листвы ясень на пригорке. Расположенный рядом с ним большой клён ещё покрыт пожелтевшей листвой. А на озере такая тишина, такое спокойствие! В зеркале озера отражается в перевёрнутом виде весь противоположный берег - холмистый, заросший, с баньками на самом урезе. Вот и наши берёзы осыпались жёлтым листом, потом клёны. Остались одетыми в листву только дубы. Самый большой, ему не менее трёхсот лет, во дворе у Нины Козыревой. Второй по размерам и возрасту - у нас в саду. И на пригорке за огородом есть дубки. Только сосны на пригорке, да ель за огородом остались зелёными. Весь наш двор и дорога перед домом в жёлтом листе.
По вечерам во дворе соседки Марии Алексеевны собираются посудачить местные бабушки. Это Мария Капитоновна, Мария Филимоновна, Мария Алексеевна. Иногда выходит и самая старая из них - Анна Николаевна. Ей 85 лет.
В последних числах сентября я с помощью и под руководством родственника Коли Юринова и Нины Козыревой Володи - моего одногодка, живущего в недальней деревне Заболотно, сделал новую крышу над хлевом.
Только закончили крышу, как внезапно кончилось бабье лето. Небо заволокли низкие плотные тучи, похолодало, задул из Гнилого Угла пронизывающий ветер, заморосил мелкий беспрерывный дождь. Начали топить печь и плиту. Дрова у нас есть. По моей просьбе Коля Юринов распилил мотопилой одну стену среднего сарая, а я эти сухие сосновые чурбаки расколол на дрова. Так что мы не мёрзнем. Я очень люблю смотреть, как горят дрова в русской печи. Это ведь наш национальный камин.

В субботу 7 октября мы переехали в Ленинград.

23 октября меня приняли на работу в качестве старшего научного сотрудника в 12 отдел. За моим столом и на моём кресле без меня никто не сидел.
У меня два направления. Первое - участие в редактировании моего Сборника СП-3-90. Редактор - отставной старичок из ЦКП ВМФ Кузнецов Евгений Иванович. Очень приятный старичок, очень добросовестный. Я дал ему ЭКВМ "МК-52", он на ней дотошно решает каждую задачу. Он - надомник, работает на дому. По его просьбе я иногда приезжаю к нему в его коммуналку в Центре старого Ленинграда. Он никуда не хочет отсюда уезжать. Живёт одинёшенек, жена умерла, дети разъехались.
Второе направление, основное - составление алгоритмов и программ решения навигационных, астрономических и геодезических задач на персональной ЭВМ. Теперь у меня Ай-Би-Эм с графическим цветным дисплеем.

День рождения Нади, Серёжи и Иры отмечали у нас. Мой день рождения также отмечали у нас. Первый день были друзья - товарищи Махортовы, Обухова Соня, Бушмановы, Малинины. На следующий день были дети, внуки и Валентина Петровна.

26 декабря 1989 года, во вторник, мы с Надей, Надюшка Храмова и Артём Гаранин приехали в деревню. Затопили печь. Включили электрический радиатор. Когда прогорела печь, затопили плиту. В этот вечер температура с нуля градусов поднялась до + 14. Спали кто в спальных мешках, кто под двумя одеялами. После утренней протопки температура в избе поднялась до + 22 градусов. Работает первая программа Центрального телевидения. Внуки присмотрели для спанья и отдыха печь, там и сидят. Я сделал им низковольтное освещение. Снимаю на цветные слайды. Вот приёмное отверстие русской печи. Внутри горят дрова. Рядом построены Надюшка и Артёмка с кочергой. Хоть узнают, для чего она служит. У нас есть и ухваты, и сковородники на длинных черенках, чтобы лазать в зёв печи. Артём заядлый картёжник. Режутся с Надюшкой и бабушкой в подкидного и переводного. Пьют парное молоко. Перед Новым годом прикатили остальные Храмовы. Приехала к бабушке Надюшкина подружка Вика из Пустошки.
Замёрзшее озеро гладкое, как каток. Все ходят кататься и ловить рыбу в проруби. Ходим кататься с горок на лыжах и санках. Очень красиво на нашем холме!
Я давно не был зимой в деревне, пожалуй, с Троицкого. Сорочинск всё же был почти город. Здесь ёлочку можно украсить прямо на корню! Хорошо смотрятся с холма деревня, озеро.
Отпраздновали Новый 1990-й год.
В избе, по-местному хате, всегда плюс двадцать два градуса.
Стоит наряженная молодая ёлочка, выбор которых здесь большой. Мы её срубили под корешок под большой сосной, всё равно ей на этом месте не было бы жизни. Боря и Наташа ещё напилили и накололи нам дров. Уже 2-го января Боря и Наташа уехали поездом в Ленинград, а мы с внуками остались до конца зимних каникул.
Много гуляем по окрестностям. Погода хорошая, лёгкий морозец и Солнце. Красиво выглядит с холма освещённая солнцем усадьба.
Артём простудился. Температура. Лечим.

Вместе с внуками на печке базируется и вновь пришедшая к нам кошка Мурка.
Так провели мы зимние каникулы внуков в своей деревне.

Во вторник 9 января 1990 года мы с внуками в 6-45 выехали из деревни и в 15-00 приехали в Ленинград.

Я с Нового года отпустил бороду. Только теперь она белая.

Идёт пятый год перестройки. Не могу сказать, чтобы меня умиляли прежние руководители. Хрущёва я не любил с момента разоблачения культа личности Сталина. Я видел этот культ. Его создавало окружение. Но всё же Сталину культ прощался, он его, по мнению моего поколения, заслуживал. Это был Великий человек, сродни Петру Великому. Последовавший культ личности Хрущёва был противнее. Особенно это стало чувствоваться после выхода фильма "Наш дорогой Никита Сергеевич". Молодой Брежнев был приятным, энергичным. И речь у него была свободной, с приятным тембром голоса. Постепенно Брежнев под влиянием окружения деградировал во всех отношениях, с каждой новой звездой Героя. Он стал очевидно противен всем, даже окружению. При нём же резко усилилась деградация партийных и советских работников всех звеньев. Начался развал промышленности и сельского хозяйства, прежде всего потому, что к руководству во всех звеньях пришли представители "науки наук", дилетанты по профилю того, чем они руководили и жулики по натуре. Брежнев умер, его уронили в могилу и немного порадовались: пришёл к власти новый, по-видимому честный человек. Но Юрий Владимирович Андропов не успел что-либо изменить. Он умер и маразмирующее Политбюро выдвинуло из своих рядов нового "борца и деятеля международного рабочего и коммунистического движения" - старого, еле дышащего на ладан бывшего архивариуса "хрипатого" Константина Устиновича Черненко. Подышав на ладан, он вскоре умер, дав, однако, возможность личному окружению наворовать у народа побольше. Но вот избран новый Генсек, сравнительно молодой, здоровый. Главное - бойко и без бумажки говорит, чего после Сталина и отчасти Никиты Хрущёва не было. Первое, что лично для меня сделал новый руководитель страны - уволил меня в запас по старости, хотя сам моложе меня на пару месяцев. Значит, руководить страной можно, а работать в военной науке уже нельзя. Ну, бог с ним. Насторожило одно из его первых высказываний

Жить так дальше нельзя, а что для этого нужно сделать - я не знаю. Готового рецепта у меня нет.

Естественный вопрос: Зачем берешься руководить, если не знаешь, куда ехать?
Следующее, последовавшее вскоре за первым, высказывание

Мы не допустим к руководству страной технократов.

Значит, ей будут руководить, как большим партийным собранием, штатские и военные политработники. Моему же поколению военных профессионалов - командиров, инженеров, специалистов, технарей - известно, что самый тупой и ненужный народ - политработники. Они совсем не те идейно-твёрдые красные комиссары, а, как правило, либо дети больших политических начальников, либо не прошедшие по тупости в нормальные Училища и Институты, либо по тупости же ушедшие в Военно-политическую академию имени Ленина строевые офицеры. Таков же и сам новый Генсек. Практически сразу после института в комсомольские работники и далее, вплоть до Главного руководителя страны. И начал Горбачёв рубить сам под собой сук на огромном дереве. Чем виднее, что вот-вот вместе с суком улетит вниз, тем остервенелее рубит. Подружка Райка тоже старается. Чем больше про неё анекдотов, тем с большей настойчивостью она суёт свою обезьянью физиономию под объективы телекамер. Мелькнула мысль: этот предаст. Враньё про перестройку в средствах информации очевидное. Чем хуже дела, тем больше вранья. Многие руководители партийных органов не поддерживали политику Горбачёва. Прошлым летом я подвёз от Пустошки до Пскова инструктора Пустошкинского РК КПСС Юринова, молодого парня, в прошлом спортсмена, представителя многочисленной фамилии местных Юриновых.
- Не понимаем мы нашего Генерального секретаря, - сказал он.
Появился новый луч света в тёмном царстве - секретарь Московского городского комитета партии Ельцин. Про него прошёл слух, что он борется с партийной олигархией, даже с самой Раисой Максимовной. Осенью прошлого года мы в Институте даже завалили предложенную Василеостровским РК КПСС кандидатуру на партийную конференцию высокого ранга. Контр-адмирал Мотрохов Александр Никанорович сказал, что предложенного нам партийного чиновника мы не знаем. Давайте выберем на конференцию борца за демократию в партии товарища Ельцина. Я тоже закричал про это. В итоге выбрали Ельцина, поручив мне до завтрашнего дня узнать имя-отчество, или хотя бы только инициалы Ельцина. Из всего происшедшего в Кремлёвских кулуарах мы знали только историческую фразу Егора Кузьмича "Ты не прав, Борис!". Вот недавно показывали по телевизору заседание какого-то партийного органа и на нём Ельцина. Он произнёс единственную фразу: «Прошу реабилитировать при жизни!" И вскоре разбирали какой-то таинственный случай, когда кто-то надел на Ельцина мешок и выбросил в речку. Ельцин крепкий, вывернулся. Мне Ельцин не не понравился, а просто произвёл неприятное впечатление. В большинстве случаев я правильно определяю человека по его физиономии.
В марте 1990 года я сказал секретарю партийной организации отдела, что в одной партии с Горбачёвым состоять не хочу. Секретарь Володя сказал, что он тоже не хочет, но ему нужно дослужить до пенсии.
- Хочешь, мы тебя, как Фрадкина, оставим Почётным членом партии без уплаты членских взносов?
- Не хочу. На ближайшем собрании прошу исключить меня из партии в связи с несогласием с позицией руководства. На собрание не приду, партбилет сдавать не буду.
Через неделю Володя сообщил, что меня легко исключили из партии за несогласие с Программой и Уставом КПСС. Я не стал возражать, хотя это неправильно.
30 марта я уволился с работы по собственному желанию. Замполит капитан 1 ранга Жадейко, когда я зашёл к нему подписывать обходной, спросил
- Почему Вы вышли из партии?
- Я не согласен с позицией Руководства, в первую очередь с Горбачёвым.
- Чем же он Вам не нравится?
- Он рулит к развалу страны. Он - преступник, его надо судить.
Жадейко пожал плечами и сделал неопределённую мину на лице, по которой не понять его собственное мнение по этому вопросу.

Во вторник 3 апреля 1990 года я, Надя и Игорь Ершов выехали в Логуново. Игорь едет строить печь. Не сам, конечно, он не умеет, надо нанимать. Жить он пока будет у нас.
В этот же день мы приехали. В деревенском доме всё благополучно, только в одном из спальных мешков после нашего отъезда зимовали и выводились мышки.
Сразу с приездом к нам переселилась Мурка Юринова и навела порядок с мышами. Все деревья, кроме хвойных, ещё голые. Но погода неплохая. Начало апреля ясное, солнечное, сухое и тёплое. Коля Юринов ловит в Малом Старике сетями щук, угощает нас. Через неделю после приезда, во вторник 10 апреля, я поехал с Игорем Ершовым в город Щёкино Тульской области к сестре Игоря за 50-литровыми газовыми баллонами для домашних газовых плит. Раньше они были везде в продаже, но по мере углубления перестройки исчезли. Выехали мы рано утром. В Пустошке свернули на шоссе Рига - Москва. От дома до МКАД 533 километра. Шоссе недавно построено, оно идёт до Москвы, минуя населённые пункты, поэтому скорость можно держать по обстоятельствам. Проехав 35 км по МКАД, повернули на Тулу. К обеду уже приехали в Щёкино. Всего от дома до дома ровно 800 километров. Встретили нас очень хорошо, только самой сестры Игоря дома не было, она накануне упала на скользком месте, сломала руку и лежит в больнице. Мы съездили к ней. В среду 11 апреля мы выкупили баллоны и ещё множество нужных вещей, например, чугунную плиту для новой печки Игорю и Анне, по две мышеловки. Обратно в Логуново мы выехали утром в четверг 12 апреля. Погода испортилась. Идёт непрерывный дождь. До Москвы ехали медленно по грязной дороге при интенсивном движении. Из Москвы мы выехали в 12 часов. Дорога мокрая, но без грязи. Я поставил на спидометре скорость 100 км/час, иногда чуть больше. В 17 часов, выехав из последней впадины после деревни Белой, увидели наш холм и на его вершине всматривающуюся вдаль Надю.
Ершовым сложили печку.
Природа, повинуясь весне, пробуждается. Когда зацвела черёмуха, то все окрестности, особенно берега озера, как бы снова засыпались белым снегом. А запах! Я с детства неравнодушен к запаху цветущей черёмухи. В первых числах мая приехали остальные Ершовы - Белоусовы. Они тоже начали со строительства туалета. Однако их туалет только внешне напоминает наш. Это совсем не то.
А ещё в апреле я привёз из Пустошки с птицефабрики 25 пушистых жёлтых комочков - цыплят.
Наташа передала с нами семь корней тюльпанов. Надя посадила их во дворе, и вскоре они зацвели.
Дни стоят солнечные, тёплые. Сделали несколько парничков для помидор и огурцов, запахали огород и посадили картошку.
Пышно зацвели яблони и груши в саду.
Местный тракторист Миша Кравцов ковшом своего трактора выкопал нам за огородом колодец, я сам сделал дощатый сруб.
К приезду внуков на каникулы цыплята уже подросли. Стало видно, который из них петушок, который курочка. К этому времени их осталось двадцать четыре. Один петушок умер в месячном возрасте от сердечной недостаточности. Я его похоронил в песке холма около карьера. Внуки первые дни сидели с цыплятами в вольере, но вскоре охладели. Пока на фотографиях внуков трое, четвёртая Вика. Они бегают, носятся, играют на дороге в шумные игры.
Взошла картошка. Растут в парничках кусты помидор и огурцов. Внуки покрасили мне красной краской верхний багажник для машины. Раньше он был голубым.
А Надя вся в труде. С раннего утра до позднего вечера возится в огороде, в парничках, на грядках.
Приехала на каникулы внучка Нины Козыревой Марина. Появился Дима Белоусов. А вот и Диана, и её подружка Света, младшая сестра Марины. Весёлая компания! На нашем дворе трава теперь не растёт.
29 июня отпраздновали день рождения Артёма. Ему исполнилось восемь лет. Приехал Серёжа Гаранин. Пошли грибы - колосовики. Начались купания в озере. Артём с Дианой плавают в детской лодке. Надюшка и Сергей Храмов плавают каждый на персональном надувном матраце. Вдвоём на одном они уже не помещаются.
Внуки ловят в озере рыбу, сами её и чистят. Завели симпатичного котёнка Фильку. Назвали его так потому, что родился он от неизвестных родителей на чердаке у Викиной бабушки Филимоновны. Выкармливает его у нас дома Мурка Юринова. Но недолго прожил Филька. Он попал в автомобильную аварию и был похоронен мной и Серёжей Гараниным на холме рядом с безвременно умершим цыплёнком.
23 июля отпраздновали 10 лет Надюшки Храмовой. Приехали Боря и Наташа Храмовы и Ира Гаранина. Стали ездить в бор за черникой.
Боря Храмов укрепил камнями и цементом фундамент дома. Ему помогали внуки. Потом Боря выкопал за домом пожарный водоём и запустил в него карасей. Лягушки заселились в водоём сами.
А внучка Диана неожиданно научилась крутить хула-хуп, или гимнастический обруч. Очень красиво у неё получается. В июле я ездил в Ленинград и привёз байдарку. Теперь мы её собрали, и внуки стали на ней плавать.
А ещё я привёз Шуру Лебедеву.
Пошли грибы.
Цыплятки вскоре выросли в больших настоящих кур и даже начали класть яички. Петушков мы начали есть.
Приехал Виктор Лебедев и стал активно ловить рыбу в озере.
Мотька Ершова принесла котят. Мы взяли одного похожего на первого Фильку, да так же его и назвали. Он бело-рыжего цвета с преобладанием белого. И нам его выкармливает и воспитывает заслуженная кошка Мурка Юринова.

Кончилось лето. Все разъехались. Остались мы вдвоём, да Филька, да десяток молодых курочек с петушком. Осыпались деревья. Убрали урожай. Накопали двадцать мешков картошки. Урожай частично закопали в яму на холме, частично отвезём в Ленинград. Дети и внуки забрали с собой, сколько могли. Филька, наученный заботливой Муркой, самостоятельно ловит и ест мышей, а также с аппетитом разделался с принесенным Муркой более крупным грызуном.
60-летие Нади мы отметили в деревне, и в конце октября вернулись в Ленинград.

С 1 ноября меня приняли на работу старшим научным сотрудником на полставки. Создана группа разработки программ для персонального компьютера АРМШ для корабля проекта 1143.5 и 1143.6 "Тбилиси", "Варяг" и последующих. Я руководитель этой группы. В группе вместе со мной четыре программиста. Начальник Института Макода своим приказом в связи с важностью темы установил всей группе удвоенные оклады. Теперь Анатолий Васильевич Федотов, как и я, старший научный сотрудник по вольному найму. Он тоже уволен в запас. А молодой Макода, которому я объяснял использование ГВНП для выработки корректур, теперь Начальник Института. Ну, а в группе у меня у каждого её члена отечественный компьютер единой серии ЕС с операционной системой Альфа-ДОС. И компьютер, и система совместимы с компьютерами Ай-Би-Эм и операционной системой МС-ДОС.
На моё 60-летие у нас в квартире собрались Миша Махортов, Ершовы, Бушмановы, Малинины и Соня Обухова. На следующий день были все дети, внуки и Валентина Петровна Храмова. На службе тоже отметили. В Большом зале НТС были новый начальник ГУНиО контр-адмирал Жеглов Юрий Иванович, зам. начальника Института капитан 1 ранга Алексеев Сергей Иванович, сослуживцы, друзья и товарищи, адреса, приказы, цветы и мелкие подарки.


Новый 1991 год мы встретили опять в деревне.
Были все Храмовы. Младших не пустили. Было много снега, катание на лыжах. Играли вечерами в карты, но без Артёмки азарта не было. Гуляли и катались по озеру. Теперь озеро сильно заснежено. Боря расчистил участок, чтобы кататься на коньках. Ловили рыбу в лунках. Боря и Наташа пилили дрова.
Погода стала тёплой, внуки построили в огороде несколько снежных скульптур.
Прошлой осенью я поставил в большой комнате стенку и теперь у нас с Надей отдельная спальня. Наташа и Боря уехали поездом, мы с внуками остались до конца зимних каникул. Ходили с Надей по льду озера в Линец, просто для прогулки. Питаемся очень хорошо. В избе поддерживается температура не ниже + 22 градуса.

В конце каникул мы уехали в Ленинград.

В феврале 1991 года мы вернулись в свою квартиру на проспект Ветеранов.

Я работал почти шесть месяцев и сделал за это время большое количество программ, в том числе электронный прокладчик. Для демонстрации я сделал небольшой банк данных на район Камчатки и Северо-западной части Тихого океана. Мне бы всё это тогда! Карту в строгой проекции Меркатора на любом эллипсоиде можно сделать любого масштаба, вплоть до такого, на котором виден силуэт корабля. Здесь же решение всех видов навигационных и геодезических задач, различные режимы счисления и виды обсерваций, в том числе и астрономические. Здесь же вероятностные расчёты.

29 марта 1991 года я уволился с работы, а в первых числах апреля мы приехали в деревню. С нами приехал зимовавший у Гараниных - младших кот Филька. Он по организации принадлежит младшим внукам. Этой зимой грызуны к нам не пробились. Кот развернул бурную деятельность против засилья проживающих в застрехах крыши и в дымовой трубе галок. Галки убрались от нашего дома. Вокруг дома горы кленовой и другой листвы. Надя собирает её в кучки и сжигает. Я купил за 300 рублей 15 кубометров колотых берёзовых дров. После прошлого года у нас остались белый петушок и три курочки. Они зимовали у Марии Филимоновны. С возвращением они сразу начали нести нам яички. Перед самым нашим приездом сюда у нас свалилась крыша большого сарая, восстановленная перед отъездом в прошлом году. Не выдержал один из столбов, служивших опорой. С помощью Нади я сам разобрал крышу и убрал часть брёвен наката. Сруб стал ниже. С помощью мужа Лиды Казимирской Вани - прапора мы сделали плоскую односкатную крышу. Сарайчик стал проветриваемым, зимой холодным, т.к. не стало чердака.
К маю приехали все Храмовы и помогли с посадкой огорода. К Ершовым тоже приезжали Белоусовы и тоже помогли при посадке.
Вместе с Андреем Белоусовым привезли по паре кубометров обрезной доски и брусьев. Приезжал на пару дней Виктор Лебедев. Он прилетел из Ашхабада в Ленинград на экскурсию и провёл её у нас в деревне.
С началом каникул приехали все внуки, кроме Дианы. Чуть позже приехала Ира с Дианой.
Начались карточные игры и купания в озере.
Лето проходит хорошо, в огороде - всякая полезная зелень. Храмовы привезли двух кроликов. Это для игры.
Артёмка поймал первую щуку, было много радости.
Диана и Артём учатся плавать. Артём научился, а Диана пока плавает в надувном круге. Она может и без круга, но только около кладок. Диана тоже ходит на рыбалку и уже ловит довольно крупных карасей.
Лето тёплое. Много огурцов и помидор. Всем скопом убрали от крыльца тяжёлые камни, а когда наступила осень и все разъехались, вместе с Ваней - прапором начали строительство веранды.

С возвращением в Ленинград я работать не пошёл. Уже будучи принятым, передумал. Стоимость проезда от дома до работы превышает зарплату.
Как я и ожидал, Горбачёв предал страну. Если бы предателем оказался рядовой член партии, его можно было бы в теперешних условиях понять и простить. Но Иудой, Азефом оказался глава партии. ГКЧП обвинили в попытке государственного переворота, хотя ребёнку понятно, что государственный переворот совершил Ельцин. Он запретил взрастившую его КПСС. Если бы это сделал человек, всю жизнь боровшийся с коммунизмом, его можно было бы понять и поздравить с победой. Вскоре, несмотря на результаты референдума, Ельцин вместе с Мазепой вторым - Кравчуком и паном учителем Шушкевичем отменил Советский Союз. Затем Ельцин отменил Советскую власть, перекрыл в Верховном Совете туалеты, а потом с помощью собутыльника Грачёва тремя танками расстрелял непокорных. Ну, это я немного заскочил вперёд.

От социализма к капитализму

1992 год

На новогодние каникулы в нашем Простоквашино - Логуново собрались я, Надя, все Храмовы и Виктор Лебедев.
Витя давно не видел русскую зиму, тем более в деревне. На заводе Сельпромкорм есть своя свиноферма. Коля Юринов, тракторист Сельпромкорма, привёз нам большую свиную голову весом 12 килограммов. Мы наварили из неё холодца для празднования нового 1992 года, а Виктор Лебедев сделал блюдо под названием "Сальтисон". Объяснить его мне, не профессионалу в этом вопросе, трудно. Для меня это вкусно, хорошо закусывать, особенно зимой. Из существующих ныне продуктов ближе всего мясной рулет. Ёлка у нас с каждым годом крупнее. Новогодний стол ломится от яств: салаты, огурцы, холодец, сальтисон, жареное мясо, заливное, торты, курица, помидоры маринованные, грибы, соки, отварная картошка, и много красивых бутылок. Боря и Надя играют на гитаре и поют.
Водили Витю гулять по зиме. Он такую уже не помнит. Приехала из Пустошки Надюшкина подружка Вика.

Вновь в Логуново мы приехали в первых числах апреля.
В первых числах мая приехали все Храмовы и помогли в проведении весеннего сева. Они сделали грядки и частично посадили картошку. После отъезда Храмовых приехала Алевтина Васильевна с Дианой. Алевтине Васильевне работать нельзя, но она всё равно посадила самостоятельно пару полос картошки. Ещё мне помогает сажать картошку Диана. У меня болит спина, трудно нагибаться. Я делаю лопатой гнездо. Диана сыплет в него торф, золу и кладёт картофелину. А я закапываю и делаю следующее гнездо. Погода стоит хорошая, солнечная. Алевтине Васильевне очень понравилось в деревне. Она захотела купить хотя бы маленький домик, хоть баньку с участком. Но нет у нас в деревне свободных хат. Ещё Алевтина Васильевна сделала две новых грядки за грушами и посадила на них полевую землянику.
С началом каникул приехали остальные внуки. Началась рыбалка. Внуки ловят крупных щук на озере. Алевтина Васильевна уехала, приехали Ира Гаранина и родители Храмовы. Боря сделал пол на веранде. Закрыть её с боков нам нечем. Времена изменились, всё резко подорожало, а доски стали просто недоступны. Да и нет их в продаже. Даже спортивных обручей для парничков не купить. Пришлось основную часть парничков строить из подручного материала, в основном жердей. А на жерди идут молодые деревца с холма.

Встречаемся с Шестаковыми. Два - три раза за лето ездим друг к другу в гости.

После возвращения в Ленинград пришлось устраиваться на работу сторожем на автостоянку. Стало туго со средствами. Пенсия выросла вдвое, а цены вдесятеро. Работа тяжёлая и грязная, но денежная. В течение зимы цены стремительно росли, но, как сказал председатель кооперативной автостоянки Остряков, сторож должен получать всегда на одинаковое количество бутылок. Зима была трудная, но работа выручила. Вскоре прибавили пенсию, да столько же ещё я получал на работе. Суточное дежурство через трое суток. После дежурства суточный сон, потому что на дежурстве все сутки глаз не сомкнуть. Заступаем на дежурство вдвоём в 8 утра. Мой напарник Владимир Михайлович, 1944 года рождения - шофёр дальнобойщик, даже международник, лишённый права управления на какой-то срок за пристрастие. Сейчас не пьёт. Принимаем машины. Есть контингент постоянный и переменный, или случайный. Постоянные платят за стоянку в бухгалтерию, временные и случайные - нам. Мы записываем их в книгу, выдаём жетоны, а деньги сдаём мастеру. Не все. Есть процент для нас, официальный. И ещё мы не всех записываем. Кто приезжает поздно и уезжает рано, до прихода смены и мастера, - это наши спонсоры. Такое слово появилось. Так делают все сторожа, и не моё дело это ломать. Днём хожу на обед домой пешком через лес. Стоянка эта у наших гаражей на улице Солдата Корзуна. Гуляю с собакой Джеком - крупной немецкой овчаркой, третьим постоянным сторожем. К вечеру начинается заполнение стоянки. Поочерёдно с напарником всевозможными приёмами заполняем стоянку так, чтобы получить максимальный выигрыш. Один ведёт бухгалтерию, второй принимает и ставит машины. Заполнение продолжается до часу ночи. После этого мы закрываем ворота стоянки на замок, выпускаем Джека, садимся в будку и во все глаза смотрим. Напарник любит деньги, но трусоват. Ночью подъезжают машины свои и не свои. Открывать хожу я. Владимир Михайлович закрывается в будке на ключ. В 5 утра ворота открываем. Начинается разборка машин. Надо держать ухо востро. Все междурядья заполнены машинами, поставленными "в раскат". Их нужно катать туда - сюда, освобождая выезд стоящим в рядах, как правило, постоянным клиентам. Мы всегда предупреждаем "раскатников", чтобы не ставили машину на скорость или ручной тормоз. Но некоторые ставят. Очень тяжело раскатывать машины. К восьми утра приходит смена. Деньги, кроме своих, сдаём ей или пришедшему мастеру, и идём домой на трое суток.

1993 год

На Новый 1993 год в деревню не ездили. Я работаю так, что не могу. К тому же билеты на поезд и бензин существенно подорожали. Так просто не покатаешься.
Я уже втянулся в работу на автостоянке, познакомился с новым социальным контингентом. Сторожа для меня тоже новый слой. Он был и раньше, примерно таким и остался, продолжая получать в месяц всё на то же количество бутылок. Мой напарник после лечения не пьёт, держится и боится сорваться. А сторожа основного гаража, с которыми у нас есть громкоговорящая связь, телефон и общее, закрытое на ночь на двое ворот пространство, частенько пускают эти бутылки в ход. Приглашают нас, но хожу иногда я один. Новый слой - это деятели мелкого капитализма. Крупные держат машины в гаражах. На вопрос о пропуске они отвечают: "Мой пропуск - кошелёк!". Большинство из них ездят на иномарках. Поставив свои Мерседесы и Вольво, они вместе или поодиночке сидят в машинах и пьют коньяк, иногда до середины ночи. Потом просят развезти их. Напарник почти не ездит, развожу я. При этом Михайлович оставляет ворота распахнутыми, а сам с Джеком запирается в будке. Все клиенты живут неподалёку, между улицами Третьего Интернационала и Партизана Германа. В машине хвастают своим богатством. У них действительно по дипломату купюр. Высадившись у дома, отдают мне свои документы на машину, водительское удостоверение и одну купюру. И вот я в одиночестве еду на стоянку на шикарном Мерседесе с автоматической коробкой передач. ГАИ в эти часы ни разу не видел.
Серёжа Гаранин дал мне во временное пользование газовый револьвер, довольно тяжёлый и громоздкий, который я на дежурстве всегда носил в кармане брюк. По курку револьвера я понял, что он изготовлен в Ижевске. Точно такой был на Ижевской одностволке в моём детстве. К концу работы на стоянке он проделал мне в брюках своим стволом дыру. Однако за всё время работы никто не пытался на меня напасть. К тому же ночами я всегда выходил к воротам с очень умным Джеком.

28 февраля я уволился со стоянки. Когда в конторе меня рассчитывали, бухгалтер сказала, что не стала делать мне запись в Трудовую книжку. Сразу из старших научных сотрудников, да в сторожа!
Исполнилось семь лет жизни на пенсии.
В этом году нет техосмотра. В деревню я, Надя и Филька приехали в субботу 6 марта. Теперь у нас есть прицеп, который мы купили прошлой осенью на деньги Храмовых. Мы правильно сделали, что приехали по морозу. Зимой вокруг деревни сделали новую автодорогу. Через неделю после нашего приезда дорога растаяла и стала непроезжей до начала сухого сезона.
Лето 1993 года прошло уже по-типовому. Пробуждение природы. Берёзовый сок. Мы им даже умываемся. Он моментально залечивает ранки на руках. Цветение черёмухи, сирени, яблонь, груш, слив и вишен. Посадочные работы. Храмовы приезжали помогать, сделали грядки, посадили часть картошки. Затяжная весна, дождливое лето. Внуки на каникулах, рыбная ловля. Хороший урожай яблок и груш. Приготовление соков. Серёжа Гаранин приехал только ближе к осени. Осень мокрая и холодная. Много картошки погибло. У нас бройлерные куры и кролики. Много ухода за ними, и мы уже с трудом выполняем свои обязанности. Я уже не фотографирую, не веду автодневник. Надя сказала: "Зачем фотографировать старые сморщенные репы? Пусть на снимках мы останемся молодыми".

В октябре мы вернулись в Ленинград. Работать на стоянку я не пошёл, хотя место мне держали. Пришлось извиниться. Позвонил в Институт. Вышел, наконец, из печати мой Сборник программ СП-3-90. В нём большой перечень программ по навигации, геодезии и картографии, а также астрономический альманах на 1990 - 2010 годы.
Моё Руководство по оценке точности кораблевождения остаётся руководящим документом уже двадцать три года.
Капитан 1 ранга Михальский Виталий Александрович шестой год разрабатывает новое Руководство, но оно не проходит. Просят придти и помочь.

1994 год

Я согласился только на разработку программ на Ай-Би-Си или ЕС. Работал я на полставки до 31 марта 1994 года. Сделал программы для статистической обработки эмпирических величин, в том числе корреляционного анализа. Вся новая методика Михальского основана на корреляционной зависимости измерений и наблюдений. Техника измерений за эти годы шагнула далеко вперёд, как и сами средства коррекции. Низкоорбитные НИСЗ, летающие вокруг Земли на высоте 1000 километров и позволяющие определять место с погрешностью в сотни, в лучшем случае в десятки метров, уступили место стационарным высокоорбитным спутникам, система которых позволяет определить место с погрешностью в дециметры. Такие системы есть у США и нас. Американская называется Навстар, навигационная звезда. Наша, доставшаяся от Советского Союза, называется Глонасс, глобальная навигационная спутниковая система. Техника измерений позволила записывать массивы измерений с дискретностью одно измерение в 2 секунды в течение нескольких недель на берегу, в море и воздухе. Я составил программу корреляционного анализа. Это, кроме обычной статистики - дисперсионного анализа - расчёт взаимной корреляции соседних измерений и автокорреляции - зависимости измерений одного параметра во времени. Я уже писал, что вся идеология авторов так называемого метода обобщённой квадратичной формы основывается на постоянстве значений взаимной и автокорреляции навигационных измерений. У меня получился уничтожающий результат: как взаимная корреляция, так и автокорреляция навигационных измерений носят случайный характер. Виталий Александрович все результаты спрятал себе в стол, и защищать проект своего Руководства к Главному штурману ВМФ при мне не поехал.

В начале 1994 года Ира похоронила маму Алевтину Васильевну и бабушку Татьяну Антоновну.

Мы уехали в деревню в пятницу 8 апреля. Живность заводить не стали. Дорога теперь хорошая до самого дома, это очень отрадно. У нас на озере свой причал, в прошлом году с Борей соорудили. А вот байдарка пришла в негодность. Есть ещё резиновая одноместная лодка. До приезда Храмовых я посадил полторы полосы картошки. Весь остальной огород посадили Храмовы. Ещё мы привезли и поставили теплицу для помидор площадью 22 квадратных метра. В бывшем курятнике я организовал мастерскую. Боря летом начал строить забор вокруг нашего имения в 25 соток. Яблок не было совсем. Первый месяц лета был холодным и мокрым, далее стало жарко и сухо. Боря достал большое количество труб, и я соорудил из них временный водопровод от наших кладок. У нас два насоса. Своей бани нет. Моемся в бане у Марии Филимоновны. У неё же покупаем молоко. В деревне жить значительно лучше. Можно было бы описать много, вплоть до прогулок по окрестностям с котом Филькой. Но этим листом я закончу свои записки. Кончается бумага, копирка, да и лента на машинке.

Вернулись из деревни в октябре. В ноябре у нас была Шура Лебедева. Билет оттуда стоит пять пенсий Виктора, отсюда всего 225 тысяч при моей пенсии 332 тысячи. То есть мы в России живём лучше. Мой день рождения отмечали ещё как обычно, были те же лица.
Новый 1995-й год встретили с Надей вдвоём дома. У меня обострились сердечно-сосудистые дела. У Нади болят руки. Наташа выпала в безработные. Жизнь дорожает. К моменту завершения Записок - февраль 1995 года - с трудом сводим концы с концами, как мы, так и дети. В разрушенной стране строят Храм Христа-Спасителя и начали войну в Чечне.

Что ждёт нас впереди?

В ближней перспективе нас с Надей ждёт завтра встреча с моими однокашниками, в основном с Ленинградской группой. Организует Миша Махортов. Из моих одноклассников будут Андрей Щербина и Сергей Сенюк. Последний из Баку, в котором он родился и который любил, перебрался под Ростов в сельскую местность. Он был капитаном самого большого на Каспии парусника. В Баку бедствует только Карина Козлова, так и не успевшая переехать к сыну в Севастополь.

Насчёт дальней перспективы. В стране 5% сверхбогатых, 15% богатых, 20% среднего слоя, 30% бедных и 30% сверхбедных. Такие реформы к хорошему не приведут. Наиболее вероятный вариант - окончательный развал отечественной экономики, разруха, голод, гражданская война.
Время покажет.

Ленинград. 21 февраля 1995 года.








ZE=3]





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 4095
© 20.12.2010 Владимир Гаранин
Свидетельство о публикации: izba-2010-259684

Рубрика произведения: Проза -> Мемуары











1