Монстры внутри


Монстры внутри
Караван тронулся. В шесть турецких зелёных автобусов вместилась малая часть желающих покинуть временное пристанище, служащее для многих домом на протяжении пяти долгих, мучительных лет.
Аббас в последний раз обернулся назад в страшное прошлое, которое так хотел оставить позади, но не мог. Из палатки мед блока появился силуэт доктора. На прощанье встревожил руками воздух: «Моя душа с тобой» пали на губы жесты пожилого друга. Слёзы вновь заиграли на глазах. Прижав сестру к груди, парень осознал, что сделал для него седовласый детский хирург, настоявший на эвакуации в первую очередь семей с больными детьми. Медина стала для них билетом в новую жизнь без страха, голода и войны.
Девочка, с рождения не слышавшая ни единого звука подняла чёрные, блестящие перламутром дикого жемчуга глаза, и нежно улыбнулась. За пять лет, живя в мире тишины, не произнесла ни слова, выражаясь лишь редкими жестами, но, сколько глубины было в её глазах. Доктор смог научить новому языку, открыв мир в котором она могла говорить и её понимали. Звуки суеты стихли. Женщины прятали скудные слёзы под куфиями. Полосатые платья резали глаза яркостью красок. Дети радовались, их улыбки единственное, что озаряло безжизненную жёлтую утомлённую страданием пустошь, уходящую вдаль бело-голубого горизонта.
Смеркалось. Но фары, как и ходовые огни, включать было опасно. Вся страна пылала островками чёрной чумы. Сложно было определить, кто враг, а кто друг. В колыбели древнейшей цивилизации проросло зерно всеобъемлющей боли, братоубийственной войны. Красный каток, пришедший с востока, поглощал и беспощадно давил всё на своём пути. Аббас из последних сил держался за поручень. С приходом ночи усталость окутала юное тело ватным одеялом.
Далёкий, мерцающий огонёк ударил в глаза. Появился ещё один и ещё. Они кружились словно мотыльки, исполняя будоражащую покой ночи симфонию, сливаясь в танце с тишиной. Парень подошел к водителю.
- Вы видите это? Там, по левую руку.
- Да сынок. – Смуглый, тучный мужчина с частой проседью с силой сжал потными ладонями плетёный руль.
– Надеюсь, они нас не увидят.
Аббас всё понял. Вернувшись, стал нервно шарить на верхней полке для багажа, в надежде найти хоть что-то. В одной из сумок нащупал небольшой чугунный казанок. Он знал что делает. Разбудив сестру, надел на маленькую головку увесистую броню и уложил под сиденье, закрыв с обеих сторон сумками. Парень продолжил, искал: медные подносы, фаянсовые блюда, металл способный защитить, но кроме старых вещей в автобусе не оказалось ничего.
- Вставай Хамит! – Еле слышно шептал Аббас, тормоша семилетнего брата за худощавое плечико.
– Спрячься под сиденье. – Мальчик нехотя открыл глаза, переместился туда где, наконец, смог вытянуть ножки. Обняв сестру, вновь заснул.
Старший брат, как только мог, укрепил скромное убежище. Словно ниоткуда по правую руку из темноты пробились две пары стремительно приближающихся огоньков.
- Мама, мамочка, ради Аллаха, проснись. – Автобус наполнялся суетой. Едва проснувшись, женщины и дети прильнули к окнам.
- Что случилось, сыночек?
- Они нашли нас, Хамит и Медина под сиденьем, я спрятал их. – Опустившись на колени, Аббас просунул руку в щель между сумок, нащупав худощавую ручку, тревожно зашептал.
– Хамит, что бы ни случилось, не вылезай! Щель сомкнулась. Наступила кромешная тьма.
Тишину ночи громовыми раскатами разразили автоматные очереди. Парень упал в проход, закрыв голову руками. Мать, словно орлица пала телом на сумки, сквозь оглушительные вопли, разорвавшие ночную тишину, прошептала: «Беги!». Её голос он слышал отчётливо, другие сливались в унисон паники. Водитель, прижав рукой кровоточащий бок, из последних сил пытался удержать руль.
Очереди золотыми переливами освещали безжизненную пустошь, пробивая новые дыры в автобусе. Стекла градом осыпали людей. Караван остановился. Водитель упал, успев лишь открыть дверь, жизнь, постепенно покидала его, изливаясь кровавым пятном в проходе.
- Беги за помощью, парень, держись юга. – На последнем выдохе прошептал он, хрустальные глаза в упор буравили парня.
Аббас побежал. Туда, где неподвижно сияли огоньки. Зная, что должен выжить, добежать и привести подмогу. Очереди за спиной не прекращались два бтра и три пикапа сопровождающие колонну щитом встали перед автобусами, теперь яркие огоньки летели с обеих сторон. Вскоре всё стихло. Парень остановился, захлёбываясь слезами, не в силах сдержать звериного вопля, упал на колени к родной потрескавшейся земле. Был готов рвануть назад, но его заметили, огни, засуетившись вдали, стремительно приближались.
- Помогите! Помогите им, молю Аллахом! – Что есть сил, кричал Аббас навстречу игривым переливам.
Свет заключил его в свои объятья. Сильная боль в голове и темнота...
Караван возвращался в брезентовую гавань, изрешечённые свинцом корабли пустыни, потрёпанные беспощадным огненным штормом, в восходящих потоках раскалённого воздуха поднимали вверх клубы пыли. К полудню вошли в палаточный городок. Чёрный туман не щадил никого. В автобусах царила тишина, беспомощности и горя. Лишь две машины шли своим ходом, ещё четыре тащили на жёсткой сцепке два бтра – вести автобусы было некому.
Седовласый доктор упал на колени, схватившись за сердце. Но уже через несколько секунд вскочил, скомандовав стоящему рядом окаменевшему солдату развернуть ещё две палатки для раненых. Но они не потребовались, мертвых было больше. Подбежав к автобусу, в который посадил Аббаса с семьёй, запрыгивая в открытую дверь, седовласый доктор ожидал увидеть что угодно, но только не это.
У ступеней его встретил грузный мужчина, виновато обративший последний взор в салон, на нём не осталось живого места: грудь, живот и правый бок изрешетил свинец. На сиденье со стороны левой руки две девочки лет пяти и шести покорно склонили головы, на плечи матери, застыв в вечном покое. Справа трёхлетний малыш трепетно жался к окоченевшему безжизненному телу, закрывшему его от пуль, он просидел в её объятьях до утра, но так ничего и не понял, мать не шевельнулась ни разу, страшная рана зияла с другой стороны головы. Искры жизни покинули автобус ещё ночью, полосатые краски аляповатых нарядов окрасились в багровые тона спёкшейся крови. Среди гор тел в проходе молодая женщина тихим, охрипшим голосом пела последнюю колыбельную, укачивая ни подающего признаков жизни младенца, не обращая внимания на собственные раны. Другая, едва дыша, проклинала огненных джинов ада. Склонившись над чадом двух лет, всё шептала: «Потерпи». Но мальчик, сидящий на коленях, уже не отвечал. Из автобуса вывели восемь человек.
Доктор искал юношу, но его не было ни среди мёртвых, ни среди выживших. В глаза бросилась женщина, словно орлица, раскинувшаяся над сумками. Он приподнял её, нащупал едва уловимый нитевидный пульс, с трудом открыв глаза, она улыбнулась.
- Носилки, быстрее! Тут ещё живые!
- Дети. – Еле слышно шепнула она, теряя сознание.
Дрожащими руками доктор раскопал завал, из-под сумок на него смотрели два бледных испуганных ангела, мальчик и девочка, та самая Медина, которую он учил языку жестов. Она чудом уцелела, Хамиту же зацепило ногу, черные волосы покрыла проседь. Прикрыв детям глаза, старик вынес их из автобуса и взялся за дело. Работы для единственного хирурга было много.
Придя в сознание, Аббас увидел яркий свет, режущий глаза, всё плыло, туман охвативший разум не хотел рассеиваться. Голова была пуста от мыслей и жутко болела. Руки, связанные за спиной отекли и страшно ныли, он не понимал, где оказался. От мучительного света не было спасения. Парень отвернулся, уткнувшись лицом в холодную каменную стену.
Послышался отдалённый гул шагов, звон ключей в замке отдавался в голове, усиливая боль. Человек в чёрной маске присел рядом с парнем, затянул на руке каучуковый жгут, развернув спиной к себе, оголил вену. Секундная боль и сознание вновь покинуло юное тело.
Он возвращался. Но это был уже не он, чёрная чума поглотила душу, опиумный туман не давал возможности мыслить. Он возвращался в лагерь Эр-Рукбан, но, не для того что бы жить, шёл дорогой к смерти «праведника». Чужое горе стало миссией, билетом в рай из ада в котором провёл два месяца.
Аббас больше не имел ни имени, ни себя, у него остался только долг, вбитый в подростковый разум умелой рукой. Он шёл, не зная зачем, но точно знал, куда и что должен сделать. Страха не было. Как не было и человека, от парня осталось только тело, остальное – в прошлом.
Лагерь приближался, никто не обратил внимания на истощенный силуэт. А он всё шёл, верным шагом туда, где должна была свершиться последняя миссия, для которой, был рожден. Слова мужчины в чёрной маске не покидали головы, крутились в ней словно пластинка, то и дело перескакивающая на одну и ту же фразу, как надоевший хит, захвативший мысли от которого нет спасения.
Оставалось сто метров. Навстречу бросился маленький скрюченный силуэт, ветер доносил отголоски его звонкого задорного смеха. Аббас не сразу понял, в чём дело. Мальчик, чаще опираясь на две деревяшки, ковылял всё быстрее, утирая с глаз слезы радости и нестерпимой боли.
Детский смех катился волной в раскалённых потоках воздуха безжизненной пустыни, чем ближе он становился, тем больше приходил в себя старший брат. Сознание прояснялось, рисуя образы воспоминаний. Хаус охватил душу раскатами детского смеха. Брат бежал к нему, а он шёл убивать, его и других таких же, как он, знакомых и не знакомых, живых, настоящих, чувствующих. Первобытный ужас охватил Аббаса. Жизнь, ускоренной перемоткой пробежалась по сознанию, оживляя потухшие краски. Картинки воспоминаний мелькали яркими созвездиями образов. Вспомнил лицо отца, вспомнил, как тот в детстве учил не бояться монстров, а когда его не стало, он говорил младшему брату, те же слова…
Хамит… из глаза потоком хлынули слёзы.
- Я был не прав, – шепнул парень в пустоту, – монстры существуют, но не там где мы их ищем.
Сорвав пояс, швырнул его в сторону, рванул к мальчику. Аббас успел лишь обнять его. Оглушительный взрыв раздался за спиной, разнося во все стороны металлическую начинку.
- Бойся монстров, они живут внутри нас… - теряя сознание, прошептал старший брат.





Рейтинг работы: 7
Количество рецензий: 1
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 17
© 19.07.2019 Анастасия Попова
Свидетельство о публикации: izba-2019-2596750

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра


василий мустяца       03.08.2019   07:56:44
Отзыв:   положительный
Не написано про пьянство и курение, это - хорошо! У других писателей, что ни прочитаешь, пишут ах как приятно покурить, ах как полезно пьянство.
Анастасия Попова       11.08.2019   17:25:30

Спасибо) Рада, что прочли и оценили)











1