Джинн (иронический детектив)


Джинн (иронический детектив)

      
« Исполняю желанья. Любые» -
в телефон мой пришло эСэМэС.
Позвонила.
– Надежды разбили.
Из осколков состряпали стресс.

- Не волнуйтесь, надёжная фирма
всё уладит в четыре хлопк`а.
Вас избавим от стресса козырно –
мы воздействуем издалека.

Вы боитесь, что будет накладно?
Да оставьте своё портмоне*!
Соглашаетесь? Правильно. Ладно,
и – доверьтесь, пожалуйста, мне.

Провернём дело чисто и ловко,
наработано множество схем.
Начинаем процесс с установки –
повторяйте за мной: «Семь, семь, семь…»

Кто там шепчет: «Портвейн три семёрки»?
Вы в своём ли, подруга, уме?
Все товары первейшего сорта,
не хулите продукцию, мэм.

Гляньте влево – в углу, за сервантом –
ёмкость цвета дубовой листвы.
Поднимите, протрите. Не надо
слишком рьяно бутылку трясти.

Ну, куда Вы пошли без указа,
для чего достаёте фужер?
Вы хотите напиться так – сразу?
Не спешите – не скачки, ма шер**!

Штопор Вам – не в новинку, надеюсь?
быстро в пробку вгоняйте! Вот та-а-ак!
Проявили сноровку и смелость,
вижу, Вы – в этом деле – мастак!

Туго пробка идёт. Что ж, придётся
подналечь и тянуть. Раз, два, три!
Дым пошёл? И напиток не льётся?
Ничего нет в посуде внутри?

Ошибаетесь, в этой бутылке,
в тесноте, темноте и дыму,
много лет, упираясь затылком,
заключён, не пойму – почему,

мой собрат. Он теперь на свободе.
В благодарность за Ваши труды –
в Крым путёвка (лежит на комоде),
и доставка до самой воды.

Как собрата зовут, Вы спросили?
Коляджинн. Он ещё возле Вас.
Набирается духу и силы.
Если есть – дайте Коленьке квас.

Огляделась. На полке каминной,
возле вазы династии Цзян,
в шортах, цвета незрелой малины –
Коляджинн – то ли мёртв, то ли пьян.

Притащила бутылку «нарзана»,
и в фужер, что достала тогда,
налила, подала и сказала:
«Пей, болезный! Живая вода»

Утолив многолетнюю жажду,
Коляджинн задремал до утра.
А наутро, «затарил» багажник,
не забыл и плавучий матрас.

Сел за руль и помчал нас до моря.
Поняла – этот друг – навсегда.
Будем вместе и в счастье, и в горе.
Разлучить нас не сможет беда.

Но, учуяв дыхание бриза,
Коляджинн неожиданно сник.
Я подумала – просто капризы,
нет – растаял туманом мужик…

…Санаторное время промчалось,
мне пора возвращаться домой,
только душу царапает малость –
где же джинн исполнительный мой?

Глядь, а он, за рулём иномарки,
мчит красотку в зеркальных очках.
И – ни холодно парню, ни жарко.
Ожиданья рассыпались в прах.

Стресс вернулся. С неведомой силой
протаранила голову мысль –
Коляджинн не такой-то и милый,
чтоб любить гада целую жизнь.

Абонент (фирма та) – недоступен…
Книга жалоб – неведомо где…
Оседлаю-ка бабкину ступу.
Отыщу – разгромлю! Беспредел!

* - кошелёк
** - (франц.) моя дорогая

                  Джинн 2

 Ффух! Наконец, нашла ту «фирму»
(спасибо связям и мозгам),
совет дала – решить всё мирно,
иначе их фискалам сдам.

Они смеются – чем докажешь?
Мы волонтёры, прибыль – ноль,
а ты себе ищи овражек,
куда укрыться – вякнешь коль.
Тебе бесплатно помогали,
что взять с овцы паршивой? Клок?
Ведь – ни зажарить на мангале,
ни тиснуть фотки в порноблог.

Ну, что ж, спасибо за обиду,
я буду злее и умней.
А шефа фирмы этой, гниду,
урою в семь ближайших дней.
Зарок дала, пора работать.
Тот час же вызрел чёткий план,
всё расписала, как по нотам,
старт лютой мести следом дан.

На вентиляцию – прослушку,
слеженья камеру – в окно.
И, основное – я не трушу,
разоблачу вас всё равно.
Ждала недолго результатов –
опасный тип – их Коляджинн,
он гонорар (то бишь – зарплату)
здесь получает не один.

Таких работничков с десяток
клиентам пыль, туман в глаза
пускают, с темени до пяток
всех подчиняют, так сказать...
А, усыпив их осторожность,
«шерстят» квартиры, гаражи.
И, ведь, ни кожи там, ни рожи!
Ну чем берут они, скажи?

Сама от этих чар не скрылась –
пока на море я была,
мою убогую квартиру
«взрыхлили». Странные дела.
Пропала ложка (мельхиор, блин!)
и бабкин старый медальон.
Не волшебство здесь, просто – воры,
спешат, пока клиент влюблён.

Я компромат на них собрала,
майору Пронину сдала.
Однако к нам, «подняв забрало»*,
явился старенький мулла.
Сначала мило улыбался,
просил простить преступных чад,
слезой разжалобить пытался,
мол – Коляджинн не виноват.

Потом посыпались угрозы,
в которых слышался металл.
Майор одёрнул старца строго.
Мулла: «А чёрт бы вас побрал!»
Достал шкатулку, щёлкнул кнопкой,
и дым наполнил кабинет.
Проделал фокус очень ловко.
Растаял дым – и деда нет...

А, вот, шкатулочка стояла!
На красном бархате внутри,
поверь – ни много и ни мало –
кулончик бабушки Мари
лежал открытым. Там, на фото,
в сердечке пара – он-она.
«Она», то – бабушка, а кт`о тот,
что рядом с нею, мне бы знать.

Из сейфа лупу вынул Пронин
и протянул – поизучай.
Взглянула. Знаю даже... вроде...
Встречала давеча. Ай-яй!!!
Тот человек похож на Колю,
на Коляджинна. Неужель?!
Мне рану посыпают солью...
а в голове круж`ит метель...

Мы, что, родня? Так вот в чём дело!
Им просто нужен был кулон?!
А как подъехали умело!
Я, может, сплю и вижу сон?
Пришли бы просто, попросили,
глядишь, и я бы отдала.
Нет – по мозгам, что было силы,
влупили сразу три гол`а.

Так разыграли, это ж надо,
чтоб `я поверила в развод.
Эх, нужно плитку шоколада
отдать за отдых мой у вод.
Что делать с Колей? Нет претензий.
Но где же ложка, чёрт возьми?
За ней в мою квартиру влезли?
А ст`оит ли она возни?

Осталось несколько вопросов,
оставлю их для зимних дней.
Майор нахмурен, смотрит косо.
Не злись, вискарика налей!

* – с открытыми намерениями
           
                 Джинн 3

Промчалось лето, грозы отгремели.
Плутовка жизнь подбросила сюжет,
и он завис в ветвях роскошной ели,
которой сто, а, может, двести лет
(пускай не – ели – дерева семьи),
вопросы ровной строчкою легли.
Мне, чтоб спокойно в этом мире жить,
придётся Колю лучше расспросить.

В один из дней, избавившись от лени,
я завела свой старый драндулет,
вожу – чуть лучше, чем леплю пельмени,
в настырности же – точно – равных нет.
А мозг сверлит – ужели он – родня?
Мысль дрелью вновь преследует меня.
И без ответа джинн мой не уйдёт,
пусть сбросит с сердца непосильный гнёт.

В плену у дум подъехала я к «фирме»,
ворота украшал большой зам`ок.
Из-под калитки вылез кот и мимо
моей машины что-то поволок.
Я пригляделась, это был – пакет,
в нём не было ни мяса, ни котлет –
какие-то бумаги, чертежи.
Возможно, чья-то тайна там лежит?!

Рванулась вслед, но только – опоздала –
кот втиснулся в разбитое окно
запущенного древнего подвала,
достать его, увы, не суждено.
А вместе с ним исчез пакет чудной.
Вдогонку заорала: «Киса, стой!»
«Ой! Ой!» – дразнил в ответ подвал меня.
Придётся срочно планы поменять.

Объехала напрасно два квартала.
Как в фильме страхов – пусто, ни души!
Мне так поддержки чьей-то не хватало...
Сама себе сказала – не спеши,
внимательно смотри по сторонам.
А что это светлеет в окнах, там?
Один лишь дом нарядно освещён.
Но страх мне впился в голову клещом.

Остановилась, не подъехав к дому
(сегодня осторожность мне нужна),
порог у входа не случайно ль сломан?
Доск`а торчит, какого-то рожна...
Подкралась осторожненько к окну...
сейчас от страха, кажется, икну...
Большая зала, посредине – стол,
открылись двери и... мулла вошёл!

А вслед за ним, гурьбой ввалились парни
в цветных нарядах (что ли – карнавал?),
но вид их был – сказала бы – базарный,
безвкусный, пошлый. Кто их одевал?
С поклонами расселись вкруг стола,
в ладоши хлопнул тот же час мулла,
и парни... превратились в ярких птиц.
Ещё хлоп`ок – и я упала ниц...

Что происходит в этом странном месте?
Кто совершает это волшебство?
Скажу одно – серьёзно и без лести,
таким пугать не ст`оит перед сном.
Трансформеры – не в сказке – наяву,
в какое время я сейчас живу?
Открылся, что ли, временной портал?
Иль чёрт меня, безбожную, побрал?

Тем временем смеркалось. За окошком
исчезли птицы, но возник питон.
Питона превратил в сороконожку
колдун (муллой прикидывался он),
какой-то ёлы-палы – Ибн Хоттаб
(эх, сделал бы парламент кучкой жаб).
Ползком крадусь к машине, свет погас,
не сто`ит искушать судьбу сейчас.

...В тяжёлых думах ночь прошла. Дремала.
Сказался пережитый мною стресс.
Бредовых мыслей прогнал`а немало.
Примерю-ка, на время, политес.
С утра опять у здания «фирм`ы»,
принять меня прошу (ну, прям – взаймы!),
но, отпихнув клиента от дверей,
ворвалась в кабинет как Бармалей.

Где Коляджинн? – с порога заорала.
Мне отвечают – Коля захворал.
Проведать? Дом его в конце квартала.
Чуть не спросила – Это, где – портал?
Взяв адрес, поспешила улизнуть,
предчувствие подсказывало путь.
И вот я вновь у дома, где порог
наружу выставляет свой порок.

Перекрестилась. Сломанные доски
переступила (только б – не упасть!),
звоночек слева – маленький, неброский,
нажала. Дверь открылась словно пасть...
и Коляджинн возник из темноты.
– Привет, мой друг! (теперь я с ним на «ты»)
– Привет, привет! Догадывался, ждал.
Но голос по-предательски дрожал.

Мне руку протянул, я отшатнулась,
ногой (вот не везёт!) – попала в щель.
Галантный визави простил мне тупость,
скомандовал - Отставить канитель!
Разжал «капкан», достал мой сандалет,
и предложил идти за ним вослед.
Куда девался мой энтузиазм?
Его сменил под дыхом дикий спазм.

Прошли по коридору с ним до кухни,
где усадил меня на мягкий стул,
атласный пуф расположил под ступни,
пылинки с чистой (?!) чашки быстро сдул.
Спросил, что буду – кофе или чай?
Я ж с медальоном стала фейс сличать,
и буркнула – Хоть что! Погорячей! -
Без паузы спросила – Дом-то чей?

Ответил без запинки – Домик? Дедов.
Ему, как видишь, сотня лет в обед!
Хозяина следы пропали где-то,
недвижимость сия – последний след.
Но дом окутан тайнами, поверь.
Хотелось приоткрыть хотя бы дверь.
– А знал ли ты о бабушке Мари?
Она на фото с дедом? здесь, смотри.

И медальон, что в кулаке зажала,
я протянула Коле. Робко взял,
погладил пальцем обод из металла,
посетовал, что бабушку не знал.
А рядом с нею дед запечатлён.
Рассказывал когда-то – был влюблён.
Поссорил их соперник не на жизнь.
И мать сказала – Чтоб забыть – женись.

Из города уехал, возвратился,
привёз жену, там мама родилась,
купили дом у секты сионистов,
посредник сделки – то ли граф, то ль князь
(с ним дед дружил). Здесь замуж вышла мать,
моё могло тут детство протекать.
Отец нас бросил, мама умерла,
а бабка в монастырь от нас ушла.

От горя дед со мною в Зауралье
уехал в глушь, а вскорости пропал.
Меня соседи в карты проиграли –
цыганам, чтобы милостыню брал.
Я с ними кочевал совсем чуть-чуть,
попал в детдом, прервался зыбкий путь –
в детдоме дедов друг меня нашёл,
забрал с собой, всё было хорошо.

Приехали сюда, к родному дому.
Окончил школу, университет.
Мой опекун, тогда ещё малому,
рассказывал то ль правду, то ли бред.
Как будто в доме есть чужой тайник,
о нём поведал деду тот мужик,
что дом в далёком прошлом продавал,
но где его искать – и сам не знал.

Вот этого мне только не хватало!
Толпятся тайны дружною гурьбой.
Нет, всё-таки, здесь логово портала,
и я рискую, глупая, собой.
Но любопытство, ведь, не даст уснуть,
придётся отцедить от правды муть.
Одно узнала – Коля – не родня.
Тревога, всё ж, преследует меня.

фото из и-нета

Продолжение будет позже (по просьбе читателей)))





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 7
© 12.07.2019 Елена Недбайлюк
Свидетельство о публикации: izba-2019-2592436

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов



Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  










1