Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Москва. Стромынка,32 (Первокурсница)


Москва. Стромынка,32 (Первокурсница)
­
 Сестре Ольге
и другим студенткам 70-х
посвящается


-Ты что, спишь с ним? - изумленно спросил кто-то из девчонок, когда за моим спутником закрылась дверь.
Я отрицательно помотала головой со всей энергией семнадцатилетней нецелованности. Девчонок можно было понять: меня сопровождал африканец цвета спелого баклажана: в белых брюках и невероятно широкой кофте фасона «летучая мышь» ярко-желтого цвета в редкие мелкие цветочки.
Я сама была шокирована, увидев Беджамина полчаса назад в вестибюле общежития.Его мне «сосватала» моя двоюродная сестра-москвичка, наша же студентка на два курса старше, комсомолка и активистка, отвечающая за интернациональный сектор. У нее не получалось помочь мне переехать в общежитие, но она попросила Беджамина.
В институтском коридоре Беджамин выглядел скромно и элегантно в строгом европейском костюме, но теперь те тридцать минут, что я шла по длинному извилистому коридору студгородка в сопровождении желтокрылой экзотической бабочки, мне было не по себе. Встречные африканцы дружно реагировали на нашу пару, почти каждому Беджамин что-то жизнерадостно комментировал, из всего я понимала только фразу: «Пуркуа па?» («Почему бы и нет?»). Кастелянша, выдававшая мне постельное белье, и, похоже, видавшая многое на своем веку, тоже не удержалась пробурчать: «Ну надо же!».
Все это, немного путано, я попыталась объяснить девчонкам в комнате. Справедливости ради надо добавить, что больше на просторах огромного студгородка, в котором проживали студенты одиннадцати ВУЗов, я никогда Беджамина не встречала.
Соседки указали мне мое место – старую металлическую кровать с серо-полосатым матрасом и пригласили выпить чая за знакомство. Пока видавший виды металлический электрочайник закипал, девчонки стали по одной представляться, но с первого раза я запомнила только громогласную блондинку Галю и жизнерадостную курчавую брюнетку Верочку.
Как только разлили чай, и кто-то хлебнул первый глоток, за столом разнеслась жуткая брань, все повскакивали с мест и стали кричать с перекошенными лицами:
- Какая ….. это сделала!!!
- Убью, когда поймаю эту …!!!
- …!!! Сколько можно говорить!!!
Я вжалась в стул от обилия нецензурщины.
Наконец из шумных выкриков стало понятно, что электрочайник, из которого мы сейчас собирались пить чай, часто используется комнатными красавицами для кипячения термобигудей, которые потом накручиваются на волосы. Воду, как правило, за собой не выливают, и чайник не моют.
Пока Галя, хлебнувшая чая с чьим-то волосом, орала больше всех и допрашивала остальных, натурально-курчавая Верочка, имеющая неоспоримое алиби, предложила мне пойти с ней и помочь промыть чайник. Туалет находился в дальнем конце коридора, в огромной комнате с длинным рядом умывальников, в смежной комнате был ряд кабинок с унитазами.
Я постаралась особо тщательно промыть чайник под струей крана, и мы вернулись в комнату.
Девчонки уже помирились и после чая расселись за двумя столами играть в преферанс.
Я занялась обустройством своего личного угла на кровати и в выделенной мне тумбочке. Потом я готовилась к семинару, затем читала книжку. Время неумолимо приближалось к двенадцати ночи, но страсти за карточными столами только накалялись. Мне было любопытно, кто же из играющих – мои соседки, а кто - пришлые гости, потому что в комнате стояло семь кроватей, а нас было девять: восемь человек за столами и я.
В конце концов сон сморил меня, а когда я очнулась в шесть утра под звуки гимна, доносящиеся из динамика радиоточки, в комнате все так же горел свет, а жилички все так же «расписывали пульку». Похоже, я одна собиралась идти на занятия, остальные либо учились во вторую смену, либо игнорировали учебу.

В общагу я вернулась только к вечеру, так как забегала к московским родственникам доложить о своем устройстве на новом месте. Соседки опять сидели большой компанией за сдвинутыми вместе столами и пили чай. Среди них был молоденький белобрысый паренек.
- Это Имре,- пояснили мне,- брат Иштвана из соседней комнаты. Приехал в гости на несколько дней. По-русски – ни бельмеса.
Девчонки гадали парнишке на картах, приговаривая: «А это, Мымра, тебя ожидает любовь, смотри - дама червей, а вот, гляди, Мымра,- дальняя дорога».
- Нет «Мымра», Имре, Имре,- пытался объяснить парень.
- Ну я так и говорю – Мымра.
- Нет«Мымра», «и», «и» надо.
- Ах, «и»! Ну понятно, так ты Мимра, да? Ну Мимра, так Мимра.
- Нет «Мимра»!!! Имре!Имре!- отчаянно сопротивлялся гость.
К ночи девчонки снова уселись за преферанс и проиграли всю ночь. Утром я опять проснулась при включенном свете в сигаретном дыму. Правда, до утра «дожил» только один столик, четверо других преферансисток уже разбрелись по кроватям.
К концу недели я стала понемногу ориентироваться в статусах своих сожительниц. Четверо из них проживали в комнате официально, учились во вторую смену и посещением занятий себя особо не обременяли. Четверо других провалили летнюю сессию, осенью не смогли пересдать предметы и были отчислены. Домой писали, что не смогли сдать на стипендию, родители присылали им деньги «на жизнь», а они прожигали ее в нашей комнате, живя нелегальными «подснежниками». Спали «подснежники» вповалку на двух кроватях, сдвинутых вместе.
Наша комната была «резервной» и не принадлежала ни одному из одиннадцати ВУЗов, арендовавших комнаты у хозяина здания – Всесоюзного заочного машиностроительного института. Студенческий городок, в просторечии называвшийся «Стромынка» по названию улицы, на которую выходил одной из сторон, представлял собой неравносторонний пентагон – четыре стены здания и пятая - высокий металлический забор с внутренним двориком для прогулок.

Наши «подснежники» редко выходили за территорию студгородка, разве что на почту за денежным переводом от родителей, студгородок жил жизнью почти автономной, «подснежники» питались в нашей столовой, смотрели кино в студенческом кинозале, даже лечились в медпункте при общежитии. Однажды одна из них выдала свою шикарную лакунарную ангину за болезнь Верочки, и получила лечение, а Верочка - недельную справку отмазки от занятий.
Из-за того, что комната была «резервной», общежитские студенческие комитеты не следили за чистотой нашего быта, ну а мы и не обременяли себя уборкой. Пол в лучшем случае иногда подметался. На длинном письменном столе у вешалки возвышались груды грязной посуды. Девчонки не готовили ужинов, а, поскольку столовка закрывалась в шесть вечера, просто таскали еду на столовских тарелках в комнату, чтобы поесть ее часов в девять-десять. Грязная посуда потом скапливалась в огромных пирамидах.
Вскоре я была свидетельницей грандиозного скандала, когда работники столовой, заметив резкую нехватку тарелок, прошлись рейдом по комнатам. Улов с комнаты составлял три-четыре тарелки, из нашей же комнаты их вынесли около сотни.

На ноябрьские праздники ко мне с инспекцией приехала мама. Она заплатила обещанную взятку начхозу института за выделенное мне место в общежитии и осмотрела наше жилье.
- Где у вас тряпка и ведро?- в ее голосе прозвучал металл.
- Не знаю…,- протянула я,- у нас есть только веник.
- Подмети пол. И убери с дороги чайник.
Старый друг-чайник с забытыми бигудями как всегда стоял посреди комнаты. Я лениво помотала веником и поплелась промывать чайник на общую кухню.
Соседки с воплями ворвались в комнату:
- Девки! Блин!- но сразу же осеклись, увидев мою мать. Они тут же превратились в вежливых приветливых милых девочек, щебечущих об учебе и погоде.
На следующий день мама сама подмела нашу комнату, а на третий день, уезжая, сказала:
- Пожалуй, можешь эту комнату не подметать. Это бесполезно. И чайник с дороги не убирать…

Ночные посиделки за картами иногда перемежались спиритическими сеансами. Сначала я их дико пугалась, лежа на кровати, куталась с головой в одеяло, пока девчонки вызывали духов и крутили фарфоровое блюдце. Потом тоже стала в этом участвовать. Привыкла.
Привыкла и к спонтанным сбрасываниям «по рублю» на бутылку портвейна, за которой потом кто-то из нас бежал в магазин «Диета» через дорогу.
Иногда соседки приносили перепечатку какой-нибудь фривольной книжки, данную «на одну ночь». Меня, как малолетку, загоняли спать, а сами до рассвета читали, время от времени комментируя:
- Никак не пойму: он в полете, а у нее нога задрана выше головы.
- Не, ну в гамаке клёво.
- Не в гамаке, а в матрасе на цепях…
- Хи-хи… Смотрите: «Ласкать партнершу пальцами рук…»
- Ну и что?
- А вот тут ниже: «То же – пальцами ног…».
Вскоре я «откопала» в стромынской библиотеке томик серии «Всемирная литература» с «Золотым ослом» Апулея и «Сатириконом» Петрония Арбитра, и девчонки стали включать меня в свои чтения.
А вот так называемой «диссидентской» литературы в моем окружении не попадалось ни разу. Мы частенько «травили» анекдоты о партийных лидерах и существующем строе, но, безусловно, мы всегда были внутри этой системы.
Однажды ближе к вечеру мы с Верочкой «выпали» из соседних туалетных кабинок.
- Ты где обедала?
- Ела в нашей столовке рассольник с почками.
- И я тоже.
Наша стромынская столовая иногда «награждала» нас «кишечной тоской», но в этот раз «траванулось» очень много студентов, и соседки мужественно выхаживали нас раствором марганцовки.
Через день одна из «девчонок-подснежников» прибежала с новостью.
- Вы слышали? «Голос Америки» сообщил о массовом отравлении студентов в Стромынском студгородке…
Итак, какая-то «диссидентская» душа все же жила где-то рядом…

Неожиданно я стала блондинкой. Соседки подкрашивали себе отросшие корни волос и развели слишком много гидропирита. Они кинули мне полотенце и велели намочить волосы под краном, а потом - покрасили. Я не возражала, даже была рада эксперименту. Правда, усердия постоянно подкрашивать отраставшие волосы у меня не было, и я частенько ходила пегая.

Как-то раз вечерком к нам забрели на спиритический сеанс две девчонки, подружки моих соседок. Одна из них крутила любовь с парнем из Судана, он звал ее замуж, и она даже возила его знакомиться с папой, партийным секретарем районного масштаба.
- Ну и что тебе сказал отец, Надька? У него ведь могут быть неприятности по партийной линии.
- Папа сказал: «Подумай, Наденька! Там ведь компартия в глубоком подполье!».
- Ну а ты?
- Я не знаю. Я ведь люблю его, Амина. Вот хочу спросить у духов, чего мне ожидать.
Вторая гостья была пятикурсницей, она очень переживала о  месте распределения на работу и хотела узнать будущее. Мы расчертили на бумаге круг с алфавитом, перевернули фарфоровое блюдце с отметиной и начали сеанс. Сначала духи не хотели с нами разговаривать, потом отвечали что-то совершенно невпопад. Но вот Наденька задала свой вопрос о том, что ее ожидает впереди, блюдце задвигалось от буквы к букве, и мы совершенно четко прочитали: «Счастье». Вот уж и не знаю, как позже сложилась ее судьба, но в тот момент она была счастлива.
Следующим был вопрос пятикурсницы. Но когда, в ответ на: «Куда будет распределение?», из-под блюдца медленно поползли буквы : « к-р-е-м-а-т-о-р-и-й», мы отпрыгнули от стола, а пятикурсница разразилась дикими рыданиями. Этот случай навсегда отвадил нас от сеансов, а я всю жизнь старалась держаться подальше от заигрывания с судьбой.
Мои соседки были недалекими, ленивыми матерщинницами, но мне повезло с ними - среди них не было воровок, они не приводили приятелей с ночевкой, среди них не было злобных натур.

Регулярные ночные посиделки понемногу расшатывали мою нервную систему, я тогда не знала слов: «стресс», «депрессия», но определенный «раздрай» в душе ощущала.
В институте мои дела шли значительно лучше. Я приехала в Москву из районного города, где окончила математический класс, в котором, собственно, не блистала, но это позволяло мне чувствовать себя уверенно по основным предметам на моем факультете «Статистика».
Сокурсницы-москвички частенько приглашали меня домой, чтобы вместе позаниматься. Приятным бонусом от хозяек был обед. Так я несколько раз побывала в профессорском корпусе «М» МГУ, в гостях у невестки профессора экономики, в домах дипломатов и представителей торгпредств.
Единственной дисциплиной, доставлявшей мне проблемы, была физкультура. Занятия проходили в открытом бассейне «Москва», построенном на месте Храма Христа Спасителя (о чем я даже и не догадывалась), который через многие десятилетия будет вновь воздвигнут на прежнем месте.
Из теплого душа надо было пробежать по длинному неотапливаемому коридору до спуска к воде, поднырнуть под козырек и оказаться в открытом бассейне. В осенне-зимний период вода держалась на уровне17-19 градусов, сверху на мокрую резиновую шапочку падал снег, превращающийся в корку льда. Вдоль бортика ходил тренер, зябко кутаясь в полушубок.
Я постоянно простывала. После одного урока в бассейне, два пропускала по болезни, потом, как ослабленной после простуды, в медпункте мне выдавали освобождение от бассейна еще на два урока.
Наступила пора зачетов, и из-за отказа физрука поставить мне зачет, меня не допускали к сессии. Физрук стоял на смерть, мотивируя тем, что мои справки из институтского медпункта ему не передавали, и я побежала к доктору.
Врач медпункта пыталась понять мою малосвязную речь, а я жалела себя все сильней и сильней, голос дрожал, слезы потекли в два ручья. Я была в отчаянии от того, что могу завалить сессию, и искала в медработнике отеческого участия и утешения.
Доктор усадила меня на стул, порылась в шкафу и уверила, что все справки найдутся, и я получу зачет, но я рыдала до тех пор, пока она не составила длинный перечень, подтверждающий мои освобождения от занятий.
Когда заветная справка уже была у меня в руках, и я немного успокоилась, врач села рядом и начала говорить вкрадчивым голосом:
- Милочка моя, тебе надо полечиться. - (Я молча кивнула). - Я тебе дам направление. Там ты подлечишься, отдохнешь. Ты не пугайся. Это Психиатрическая клиника имени Корсакова. - (Тут я несколько похолодела). - У них хорошо, врачи очень внимательные. Там часто лечатся наши артисты, может с кем даже и познакомишься. - (Лицо у меня, вероятно, недоверчиво перекосилось). - Я тебе точно говорю, я сама там однажды лечилась.
Тут у меня возникло большое желание сбежать из медпункта. Но врачиха уже выписала мне направление в лечебницу и напутствовала на дорогу.
В сущности, я могла бы просто выкинуть эту бумажку. Пожалуй, я так и сделала бы, будь постарше и помудрее. Но во мне еще оставалась сильна закваска дисциплинированной школьницы, и я пошла в клинику. Молодой врач встретил меня участливо:
- Что вас беспокоит?
- Сейчас вы увидите,- произнесла я, и тут же начала плакать. Сквозь слезы я рассказала и про зачет, и про студенческую врачиху, приславшую меня сюда, а заодно про сон при верхнем свете в прокуренной общаге и постоянные простуды в бассейне.
Доктор дал мне выговориться.
- Понимаю. У тебя первый курс, самое трудное время. Мы могли бы взять тебя в стационар, ты бы отдохнула и окрепла здоровьем. Но подумай, насколько это тебе надо? У тебя в биографии будет запись, что ты лечилась в психиатрической лечебнице, пятно на всю жизнь. Я говорю тебе это прямо, ведь ты психически здоровый человек и в лечении не нуждаешься.
Я кивнула, напуганная неожиданно открывшейся ужасной перспективой.
- Что же мне для тебя сделать? Ведь обстановку в общежитии я поменять тебе не смогу.
- Дайте освобождение от физкультуры на две недели,- попросила я, чтобы ощутить в руках хоть что-то реальное от посещения.
Врач выписал мне справку об освобождении, а заодно прописал таблетки седуксена.
Когда при мне говорят, что от тюрьмы и от сумы не зарекайся, я всегда добавляю: «и от психушки тоже».

Впрочем, все понемногу стало устраиваться. Сессию я сдала хорошо. А после каникул в нашей комнате поселилась Татьяна. Она была из моего института, и хотя не с моего факультета, но тоже была первокурсницей.
Танька, в отличие от меня, имела боевой характер. Кроме того мы уже выступали командой. Каждый вечер в 24.00 Татьяна решительно шла к выключателю и вырубала свет. Наши полуночницы его опять включали. Татьяна снова лезла на баррикады, а я ей ассистировала. Это была битва нервов. Иногда оппонентки уставали раньше и укладывались спать или разбредались в гости по таким же полуночникам-соседям. Но временами верх одерживали приверженцы света. Тогда мы меняли тактику и на следующий день в шесть утра включали свет и усиливали звуки гимна из радиоточки на полную катушку. Возмущенные соседки вскакивали, а мы припоминали им вчерашний свет.

Боролись мы с переменным успехом, но тут в ситуацию вмешался неожиданный, но могущественный союзник. О нашей «резервной» комнате наконец-то вспомнила администрация студгородка. Наших «подснежников» быстренько разогнали. Двоих девчонок родители вернули в провинцию, а двое других оперативно вышли замуж за москвичей: одна за милиционера, найденного знакомыми, а другая - за электромонтера, чинившего в Доме быта ее фен.
Громогласная шумная Галя еще раньше выскочила замуж за своего друга-москвича Боба, к ужасу его матери. Остальных наших соседок переселили в другие комнаты к студенткам их же ВУЗов.
Галка заглянула к нам на прощальную вечеринку по поводу переселения, и мы забросали ее вопросами:
- Как жизнь москвички? Как Боб? Как уживаешься со свекровью?
Галина была хороша в своем фирменном малиновом платье с особым кроем рукавов-фонариков и вышитой мелкими цветочками кокеткой. В свое время Галя купила это платье на свадьбу, рассудив, что белый наряд непрактичен. Ее жених Борис тогда еще страшно разозлился, подозревая, что Галка переспала со стромынским африканцем-фарцовщиком за такое шикарное платье. Боб успокоился только тогда, когда узнал, что Галина заплатила за платье 140 рублей.
- С Бобом мы живем хорошо. Свекруха, конечно, сильно «достает». Никак не может смириться, что ее обожаемому сыночку досталась провинциалка. Как-то повадилась устраивать скандалы на пустом месте.
- Ну а ты?
- А я вызвала «скорую психушку». Врачи приехали, увидели ее психоз, вкололи что надо. Теперь она немного притихла. Перепугалась.
- Она что, действительно психическая?
- Да нет. Врач сказал, что главный источник ее невроза - это я. Я могу себя прекрасно вести, вообще ничего не делать, но одно мое существование уже является для нее личным оскорблением.
- Что же вы с Бобом собираетесь делать?
- Я не знаю. Он считает, что надо разменивать квартиру…

После ухода девчонок мы с Татьяной тут же воспользовались ситуацией и сделали перестановку в комнате. С помощью большого старого шифоньера и шторки мы отгородили себе уютный уголок у одного из двух окон. Меня, правда, немного смущало то, что Танькина кровать была у стены, а мою мы поместили вдоль шкафа, в котором водились клопы. Но, надо сказать, клопы в том году мне не докучали. Они расплодились на «Стромынке» через год и были ликвидированы после летней полной дезинфекции.
Кстати о клопах. За два десятилетия до нас на «Стромынке» проживал будущий Президент СССР Михаил Горбачев. Интересно, были ли тогда в общежитии клопы? Кусали ли они его? А вдруг меня кусали потомки тех клопов, и мы с ним немного «кровники»?!!
Но мы с Татьяной недолго были вдвоем. К нам стали подселять заочниц на время сессий. В наших глазах заочницы были дамами солидными, лет под тридцать и более и, как правило,обремененными детьми и мужьями. Учеба стояла на втором месте, а их главной задачей были массовые набеги на московские магазины.

Как-то раз вечером хозяйственная соседка-заочница, разложив на кровати вырванные с боем в бесконечных очередях «дефициты»: французскую косметику, свитера «лапша», блузки – «батники», выжигала утюгом с подметок модных сапогов-чулок цену - 45 рублей. Удалив эту предательскую стоимость, она могла бы продать их здесь же в общежитии в два раза дороже, а у себя в провинции и в три раза.
В это время в комнату влетела возбужденная заочница Люся (сибирячка,28 лет, двое детей):
- Девчонки! Быстрее хватайте ложки и айда на кухню! Там такой плов!
Мы сделали несколько непроизвольных движений к двери, но потом я все-таки уточнила:
- Кто-то на кухне угощает тебя пловом?
- Да нет же, там никого нет, просто варится плов в казанке, а запах – невероятный!!!
Мы отказались, и Люся, схватив ложку, убежала на кухню одна.
Голодные бесшабашные студенты иногда практиковали воровство еды с кухни, но матери семейства Люсе этого не понадобилось - хозяева казанка уже забирали плов, Люся тут же с ними подружилась, и они пригласили ее на ужин.
Познакомиться в общежитии вообще можно было без проблем - достаточно ближе к полуночи выйти в длинный извилистый коридор, где всегда кто-то бренчал на гитаре, и постоять в обступившей музыканта компании.
Возвращаясь с полуночных посиделок, наши новые соседки нахально включали свет в поисках своей кровати и натыкались на наши яростные вопли. Мы с Танькой все так же учились в первую смену и должны были ходить на лекции к восьми утра.
Впрочем мы нашли оригинальный способ борьбы с нежелательным ночным светом: как только подходило время ко сну, и в комнате гас свет, мы с Татьяной потихоньку чуть выворачивали лампочки из светильников. Если кто задерживался вне комнаты за полночь, сильно удивлялся отсутствию света, но добирался до кровати в темноте. Утром мы все вкручивали до упора.

Вскоре к нам в комнату поселили студентку, приехавшую на практику из Днепропетровского университета. Она сообщила, что ее зовут Тамара, ей двадцать три года, у нее есть жених, но до свадьбы с ним она – ни-ни…
Не смотря на наличие жениха, наша Тамара сразу же стала интересоваться общежитскими африканцами.
В Стромынском студгородке жили иностранные студенты многих институтов. Студенты из Восточной Европы и студенты из Азии не особо выделялись на фоне союзной молодежи. Африканцы, от цвета кофе с молоком до цвета темного баклажана, были особой изюминкой общаги. У них можно было разжиться любым дефицитом, у них были последние музыкальные новинки, они были «совсем другие», в отличие от студентов «братских стран».
В первый год жизни в снежной стране многие страдали от холода и заболевали
туберкулезом. Но любовь белых девушек и занятие «фарцовкой» понемногу оживляли их.
Главной достопримечательностью был Эрнесто Мамуна. У себя на родине он был национальным героем, враги пытались его убить, поэтому он сильно хромал (и получил в общаге кличку «Жоффре»). Эрнесто жил в двухместной комнате (как и большинство иностранцев) с другим африканцем и имел непривычную в те годы светомузыку. Часто любил стоять в коридоре, слушать ее, приоткрыв дверь комнаты и наблюдая за световыми всполохами, идущими из темной комнаты.
Иногда это вводило в ступор проходивших мимо студентов, не ожидавших увидеть на повороте коридора задумчивую фигуру в белой одежде с темным лицом. Позже Эрнесто женился на очень полной русской девушке Гале, с которой уехал домой, а когда через год Галя приезжала в общагу к подружкам, ее с трудом можно было узнать, так она похудела - жаркое африканское солнце вытопило ее жир.
Иногда до нас доносились отголоски скандалов: то два негра (пардон - африканца) из одной и той же страны с разными политическими взглядами подрались на идеологической почве до того, что один проломил голову другому, и его увезли в больницу; то у русской подружки африканца, почти доведшей его до венца, случился выкидыш, и она отказалась от свадьбы.
Тамара заприметила самого красивого из наших африканцев – Тунде Бабатунде. У него были удивительно красивые глаза, обрамленные длинными ресницами, тонкие черты на шоколадном лице, стройная фигура.
Наша же Тома была не очень интересной внешне, с полноватой фигурой и большой, но неизящной грудью. Когда перед сном она сидела полураздетая на кровати, то из ее безразмерной груди часть бюста - размер четвертый - находился в лифчике, над ним в свободном полете возвышалась масса груди примерно первого размера, и бюст второго размера вываливался ниже черты лифа.
Частенько Тома лежала на кровати полуголая и причитала: «Хочу Тунде Бабатунде! Хочу Тунде Бабатунде!».
Заводная Татьяна вскакивала в ночнушке со своей кровати и выражала готовность привести его к Тамаре. Та моментально пасовала, зная, что «на спор» Татьяна может многое.
Тамара все же познакомилась с Тунде и стала захаживать к нему на чаепития. Вероятно, она вызывала в нем некоторое недоумение, и он не знал, как отнестись к ее визитам. Сама Тамара желала максимально приблизиться к «не нашей жизни», при том же не переходя некоторую черту (и памятуя о женихе и его претензиях на нее).
Однажды Тунде и Тома пили кофе у него в комнате.
- Смотри,- сказал Тунде,- у меня в чашке черный кофе, а у тебя – кофе с молоком. Я хочу, чтобы мои дети были цвета черного кофе, и не хочу детей цвета кофе с молоком.
Тамара энергично закивала головой - ей дети цвета кофе с молоком были тоже ни к чему. Впрочем, через некоторое время Тунде передумал, и решил склонить Тамару к близости.
- Но я не могу, я - девушка!- воскликнула не ожидавшая такой прыти Тома.
- Это не так трудно исправить,- «успокоил» девушку мужчина.
После этого Тамара «завязала» с походами в гости к Тунде, но осталась в приятельских отношениях с его друзьями-африканцами, и даже пригласила их на свой день рождения в нашу комнату. Более вежливых и интеллигентных парней я никогда не встречала, а мясо, приготовленное по каким-то особым рецептам, с изысканными североафриканскими специями помнится до сих пор, хоть я и забыла его вкус…

А вот на свой день рождения я пригласила исключительно девчонок. И позвала своих однокурсниц, с которыми так славно занималась высшей математикой. А они отказались! Сказали, что боятся приходить в общежитие…Для них общежитие было сродни какому-то вертепу…
Весной в нашу комнату подселили еще одну первокурсницу из нашего института - Елену. Лена была обладательницей очаровательных ямочек на щеках и длинной густой косы ниже пояса. Формально у нашего института общежития не было. При поступлении мы даже давали расписку, что не будем требовать койку в общаге. Места были только для иностранцев и студентов, прибывших по направлению из союзных республик. Дедушка Лены,член Комитета Ветеранов, сумел пробить внучке место в общежитии только к весне. Меня вселили в общагу осенью, поскольку моя мама дала взятку начальству из хозчасти института. Татьяна так и не призналась, как удалось поселиться ей.
У нас с Леной оказались в чем-то похожие судьбы. Наши родители развелись, мы жили с матерями. Наши отцы часто приезжали в командировки в Москву. Но Ленин отец всегда находил ее во время своих приездов в столицу. Они ходили в театры и рестораны. Я жутко ей завидовала. Временами, забегая к московским родственникам, я слышала от бабки, отцовой матери, что отец недавно очередной раз был в Москве. Но ко мне так и не заезжал.
Моя учеба в Москве была своего рода ответом в заочном споре матери и отца. Когда они разводились много лет назад , одним из отцовых аргументов (кроме наличия любовницы, на которой он хотел жениться) было его высшее московское образование против материнского средне-технического. Когда встал вопрос, куда мне поступать после школы, мама сказала, что только в Москву, чтобы ни одна сволочь не посмела меня ничем попрекнуть.
Когда мне исполнилось восемнадцать лет, отец перестал платить алименты.
Наконец я попала к московским родственникам в приезд отца. Долго ждала его, потом легла спать. Сквозь дремоту слышала, как бабка ввела отца в комнату, но я решила поговорить с ним утром и притворилась спящей. А утром он уехал до моего подъема. Больше я никогда его не видела.
Наступила горячая июньская пора. Жаркая -из-за экзаменов, душная -из-за погоды.

Однажды к нам пришли ребята из соседней комнаты и попросились на постой на одну ночь. К одному из их жильцов приехала жена, и все соседи решили разбрестись по другим комнатам, чтобы оставить супругов наедине. Мы согласились, у нас как раз уехали очередные заочницы и были свободные койки. Ребята с девчонками еще чаевничали в общей части комнаты, а я пошла спать к нам за шторку.
Проснулась я от пристального взгляда. На меня смотрел негр, сидящий в ногах на моей кровати! Похоже, мы не закрыли дверь на ночь.
- Ты чего?- только и смогла я сказать.
Негр глупо улыбался. Он был добродушный и явно пьяненький.
- Где Тома?- спросил он, растягивая слова.
Ситуация была нелепая, и я стала звать Таньку. Та не сразу проснулась, а увидев нежданного гостя, завопила:
- Это что? Это еще что такое?!!
Я повернулась к ней и, разведя руками, сказала:
- Ну-у-у вот.
- Где Тома?- опять повторил негр.
По-хорошему, надо было встать и выпроводить визитера, тем более стало очевидно, что он человек неагрессивный. Но в эти душные летние ночи мы с Татьяной взяли за правило спать без ночных рубашек под простыней, и в таком виде встать с постели мы не могли. Татьяна стала объяснять африканцу, что Тамара давно уехала, но тот все требовал Тому. Я под одеялом сталкивала его ногой с кровати, он сползал в проход наших коек, поднимался и опять садился на мою.
Я стала хохотать от нелепости ситуации, а Танька начала потихоньку закипать и переходить на личности, награждая визитера нелестными эпитетами.
- Зачем вы так?- обиделся африканец.
В этот момент в проеме нашей шторки появился один из парней, принятых нами на эту ночь на постой. Он проснулся, услышав разборки, и решил заглянуть в наш угол, чтобы выяснить, в чем дело.
- Что вы тут делаете?- строго спросил он африканца.
- Я же не спрашиваю, что вы тут делаете,- резонно ответил негр.
Русский парень стушевался и пошел будить своего приятеля:
- Слушай, тут негр.
- Не обращай внимания, ложись спать,- сквозь сон посоветовал тот.
Первый парень потоптался, потоптался, но тут нас с Татьяной захватил приступ дикого смеха, и парень решил, что он сделал все, что мог, и лег спать.
Мы еще раз повторили африканцу, что Тамара уехала.
- Не сердитесь,- сказал он, -я уйду,- и попросил меня:
- Дайте поцеловать вашу руку в знак того, что вы не сердитесь.
Я помедлила, но протянула ему руку. Он поцеловал ее и на нетвердых ногах ушел. Я обмоталась простыней, пулей добежала до двери, закрыла ее на ключ, и также пулей прибежала назад. Татьяна опять стала смеяться, а у меня от напряжения стала неметь поцелованная рука, которую я начала остервенело тереть…
Наутро мы с ребятами в деталях вспоминали ночные события, остальные девчонки проспали всю историю и ничего не слышали.

…Я сидела за столом и в сотый раз слушала переписанную у кого-то рок-оперу «ИисусХристос – Суперзвезда». Я ничего не знала ни об Иэне Гиллане, ни об Эндрю Ллойде Уэббере. Но звуки музыки неизменно завораживали меня. Шел 1974 год. Все только начиналось.
В старый бобинный магнитофон для укрепления контактов были воткнуты большие ножницы, а чтобы звук не дребезжал, для утяжеления, на магнитофоне стояла банка с остатками компота «Ассорти».
Этот компот был апофеозом дани богине экзаменационных оценок. Перед очередным экзаменом каждая из нас клялась, что если получит нужную оценку (круглая отличница Татьяна-пять, мы с Леной согласны были на оценку не ниже четырех, а наша новенькая - второкурсница Марина- хотя бы троечку), то на радостях купим чего-нибудь вкусненького для своих.
Сначала мы покупали портвейн, но в жару это было лишнее, и полбутылки так и стояло на столе недопито. Потом мы стали покупать ананасы, которые щедро завозили в наш буфет (прежде всего в расчете на иностранцев). Вскоре у всех уже была на них аллергия, и половинка ананаса соседствовала с недопитой бутылкой. А мы перешли на компот «Ассорти», состоявший из яблок, абрикосов и вишенок…

Вот и завершился мой первый студенческий год. Я выжила в непривычной среде, приобрела двух надежных подруг. В последующие годы мы селились уже с «домашними» девочками и налаживали хотя бы минимальный быт.
На первом курсе бацилла любви еще не поразила меня. Для большого романтического чувства я не встретила «того самого» человека, а сексуально-физически еще не была развита настолько, чтобы страстное животное чувство заставило поставить первому попавшемуся болвану «девятнадцать» (читавшие «Планету людей» поймут меня).
На последующих курсах я стала пользоваться всеми преимуществами столичной жизни: посещать известные театры, громкие выставки, включая скандальные, бывать в ресторанах.
Впереди были четыре чудесных московских года…

Фото из интернета.

Продолжение https://www.chitalnya.ru/work/2589901/






Рейтинг работы: 179
Количество отзывов: 30
Количество сообщений: 32
Количество просмотров: 651
© 07.07.2019г. Людмила Зубарева
Свидетельство о публикации: izba-2019-2589446

Метки: стромынка, 32, студенческая жизнь, семидесятые годы,
Рубрика произведения: Проза -> Мемуары


Нора Светличная       19.12.2021   06:58:12
Отзыв:   положительный
Настоящая студенческая жизнь. Да еще в общежитии. И на Стромынке! Это первое слово, которое бросилось в глаза. С этим словом грустные воспоминания связаны у меня. Когда-то после 10-го класса я поехала из Риги поступать в МГУ, на журналистику. В аттестате было много "троек" и ни одной "пятерки". Наша единственная в Риге женская школа была замечательная, все учителя - интересные личности; дисциплина в школе идеальная, для учителей - рай: делай что хочешь. В МГУ я все сдала на "пятерки", а русский и литературу на "четверки". В общежитии на Стромынке все мое окружение дружно: на жур. фак. с "четверкой" по русскому никогда не примут. Я сразу забрала документы, чтобы, не теряя время, в Риге поступить в Вуз. Там подала в Пед. институт на отделение русск. яз. и литературы. А ректор, видя мои МГУ оценки, почему-то предложил мне ин. яз. Английский, так английский, согласилась я. В тот момент мне было все равно. Русский и литература никуда не делись, они всегда были со мной. Тогда, в свои семнадцать, да еще после женской школы, не дававшей никакого жизненного опыта, я была очень неуверенной. Жила с мамой (она целый день на работе, послевоенные трудности...), отца не было, бабушек-дедушек тоже. Моими советчиками в тот период оказались те, что в общежитии на Стромынке.
Ваши мемуары, Людмила, я не просто читала, а вчитывалась с жадным любопытством. И с ностальгией по несбывшемуся. Не знаю, как бы сложилась жизнь, если бы не прислушалась когда-то к "тем" советам.
Но повторяю: читала с большим интересом.
Спасибо!
Людмила Зубарева       19.12.2021   13:16:08

Большое спасибо за отзыв! Вот видите- у каждого в жизни бывает своя "Стромынка"... А в юности своего опыта мало, и слушаешь как правило не родителей, а подружек - приятельниц...
Мария Собакарева       26.09.2021   17:05:33
Отзыв:   положительный
Спасибо Людмила за ваши воспоминания. Почитала с интересом.
Людмила Зубарева       26.09.2021   17:08:18

Большое спасибо! Заходите еще (на следующие курсы)!
Виктор Александров       20.09.2021   14:59:11
Отзыв:   положительный
Прочел с огромным интересом. Дело в том, что и я был студентом в те же годы, только в Ленинграде. А вот в общежитии жить не довелось. Жизнь была такая: два часа - от дома до института утром, два часа - обратно вечером. Итого, четыре только на дорогу. Первая пара начиналась в 8-00. Учиться было безумно тяжело, Физ-Мех, больше половины нашей группы из математических школ, а я из обычной. После первой сессии четверть группы была отчислена. Помню, что весь первый курс - одно желание - выспаться. Поэтому, ваш рассказ читал, как о жизни в другом мире. Спасибо!
Людмила Зубарева       20.09.2021   16:15:56

Большое спасибо! Заходите и на следующие курсы!
Виктор Александров       20.09.2021   16:17:42

Обязательно!
Игорь Кручко       19.09.2021   18:45:14
Отзыв:   положительный
Жизнь в студенческой общаге это сплошной "мексикано-бразильский" сериал. К этому "сериалу" можно смело добавить коменданта общежития -- студента пятого курса. С ним было связано много интересных историй. Фарцовка, это так, мелочи... Студенческая поликлиника, это нечто... Чувственно не воспринимаемое заведение напрочь.
Помню, проснулся с опухшей щекой. Пошел в поликлинику к зубнику. Сел на стульчик. Спокойно жду, когда подойдет моя очередь. Открывается дверь кабинета и выходит доктор. Под два метра ростом, лысый, очки как у Берии. Рукава у халата закатаны. Огромные волосатые руки... Но никогда не забуду его фартук (мясники ему и в подметки не годятся): весь в каких-то красных пятнах вперемешку с пятнами от зеленки. (Видимо он применял его вместо обезболивающего препарата). Прежде, чем свалиться в обморок от увиденного, услышал его тонкий, похожий на женский, голос: «Проходи, мальчик». Дальше… Все… Как… В… Замедленном… Кино… Кресло, мой открытый рот, клещи… Очнулся в коридоре. С опухшей щекой, но уже без боли. За спиной , писклявый голос: «Следующий, проходите»!
С удовольствием прочитал первую часть.
С уважением,
Людмила Зубарева       19.09.2021   20:25:41

Большое спасибо за отзыв! Стоматология - это всегда незабываемо, а уж в студенческие годы-тем более.
Мы лечились в стоматологии на улице Матросская Тишина (сразу за тюрьмой), т.к. наш студгородок находился на углу Стромынки и Матросской Тишины.
Потом, когда у меня спрашивали в стоматологии : "А эту пломбу вам где ставили?", я скромно поясняла, что на Матросской Тишине...
Ида Замирская       08.04.2021   00:16:54
Отзыв:   положительный
Читала с большим интересом - мне не пришлось жить в общежитии, все пять лет мы с подругой снимали комнату в коммуналке). Надеюсь, зайду ещё в гости и продолжу чтение. Вам - спасибо за доставленное удовольствие!
Людмила Зубарева       08.04.2021   09:34:30

Большое спасибо за отзыв! Жизнь в общежитии более разнообразная, чем на квартире, так что заходите еще! У меня там будет не только про быт общаги, но и как я снималась в массовках на "Мосфильме", как работала уборщицей во "МХАТе", да вообще много чего еще...
Галина Лебединская       03.04.2021   10:16:52
Отзыв:   положительный
Ах, наши 70-е! Ах, наши студенческие весёлые и богатые приключениями годы!
Вспомнишь - грустно становится... Но эти воспоминани всегда с нами: в них счастье и наша молодость.
Ваши чудесные, дорогая Людмила, живые мемуары все ранее читала - сейчас перечитываю...
Много нам хочется рассказать, но время неумолимо...
Людмила Зубарева       03.04.2021   14:32:35

Большое спасибо за отзыв! Вспоминаю молодость - словно это все было с кем-то другим... Прочитала Ваши комментарии и самой захотелось перечитать свои приключения.
Ирина Борзых       04.03.2021   10:19:23
Отзыв:   положительный
Людмила, читаю Вас с большим удовольствием. Так живо, зримо написано.
Тем более сама с этой стороны жизни почти не знакома))).
В моей институтской группе иногородних было мало. В основном мальчишки.
Я бы, наверно, не выжила в общаге)))).


Людмила Зубарева       04.03.2021   16:59:41

Большое спасибо за отзыв и за поздравления! Читайте, читайте дальше. Там не только о "выживании" будет, но и о Москве : про "Мосфильм", про МХАТ, про "Таганку"!
Ирина Борзых       05.03.2021   09:49:51

Непременно, Людмила))).
Я ведь Ваша поклонница!
Эдуард Парфенов       18.02.2021   11:48:45
Отзыв:   положительный
Здорово про студенческую жизнь. У меня были другие условия: казарма, жесткий распорядок и наряды вне очереди. Военное училище, но все равно и тех условиях находили себе развлечения))) А про президентских клопов - класс! Спасибо!
Людмила Зубарева       18.02.2021   13:24:07

Большое спасибо за отзыв! У меня еще в начале второго курса и в конце четвертого есть описания нашей "военки" - военной кафедры моего института (где учились и девочки тоже).
Юрий Алексеенко       11.10.2020   17:36:46
Отзыв:   положительный
Жизнь в общаге - не устроена под домашний быт, но тем не менее в ней свой цимус, своя привлекательность, потому что все это было в молодые годы. А это многого стоит.
Людмила Зубарева       11.10.2020   19:02:51

Большое спасибо за отзыв! В молодости всё было легко и весело!
Леонард Ремпель       10.05.2020   17:52:13
Отзыв:   положительный
Спасибо Вам за воспоминания о молодости и учебе в Вузе. Я тоже учился в техникуме и жил в общежитии. Много было интересного. Хорошо было то, что ни один мой товарищ не курил, да и в комнате у нас было чисто. Мы сами по очереди дежурили неделю по комнате. Денег заработать у нас проблем не было . Везде нужны были грузчики, так что заработать 20- 30 рублей в месяц было не проблема. А ведь нас в техникуме кормили и полностью одевали.
Людмила Зубарева       10.05.2020   18:53:29

Большое спасибо за отзыв! На то и молодость, чтобы довольствоваться малым, строить грандиозные планы и дышать полной грудью...
Геннадий Ботряков       20.04.2020   13:08:15
Отзыв:   положительный
Очень интересно и живо! Я тоже в эти же годы жил в общежитиях в Москве (МГУ), с 69-го по 80-й (с перерывом на 74-76 гг), правда, в 76-79-м учась в аспирантуре жил один. В ответе на один из отзывов Вы написали про Свердловск, что он у многих так или иначе проявил себя, вспомнил про себя, если будет время и силы прочитать мои мемуары, дойдёте до места, где он у меня тоже "выступает": https://www.chitalnya.ru/work/46530/
С уважением, ГБ!
Людмила Зубарева       20.04.2020   16:33:17

Большое спасибо за отзыв! С удовольствием пройдусь по ссылке в Ваши мемуары!
А путешествие в Свердловск у меня еще будет в "Москва.Стромынка,32 (Второй курс)", так что - милости просим!
Сергей Васильев       15.04.2020   09:07:17
Отзыв:   положительный
Людмила! Прочитал! Так классно Вы передали дух той эпохи... Просто, спасибо!
Людмила Зубарева       15.04.2020   09:17:53

Большое спасибо за отзыв! А я еще могу крестиком вышивать... Ой-ой, я что-то не про то. Читайте дальше, там тоже будет интересно!
Алексей Березин       20.03.2020   03:56:42
Отзыв:   положительный
Людмила, спасибо!

Случайно набрёл на этот, как сказать?, рассказ, наверное, пробежал по первым строчкам - кто с кем спит - опять скучные женские дела...
Но уже к середине монитора стало ясно, что не оторвусь, пока не дочитаю.
У Вас есть дар рассказчика - первый курс - огромный пласт жизни - такими короткими, но ёмкими штрижками... мазками...
Казалось бы, что такого необычайного произошло с героиней?
Поплавала в открытом бассейне?
Послушала рок-оперу?
Но читается это с таким интересом и даже с каким-то азартом!

В общем, я очень рад, что непонятно как оказался на Вашей страничке и, теперь, боюсь, "я к Вам пришёл навеки поселиться" :)

Один технический момент - опечатка в начале предпоследнего абзаца:

"…Я сидела за столом и в сотый раз слушалА переписанную ..."

Ещё раз спасибо!
Людмила Зубарева       20.03.2020   16:36:50

Дорогой Алексей! Огромное спасибо Вам за обстоятельный и такой приятный отзыв! Сейчас все только и твердят о коронавирусе и других страшилках, и вдруг- такая чудесная новость от Вас!!! С удовольствием жду Вас на "Втором курсе" моей "Стромынки". Мои хроники - как слоеный пирог, так что интересные моменты неприменно будут!
Ой, правда, у меня там (совсем немного) тоже будет про эпидемию вируса ...
Галина Горбачева       16.02.2020   11:24:11
Отзыв:   положительный
Так живо и колоритно описаны студенческие времена))) С удовольствием окунулась в пору 70-х))) Спасибо большое, Людмила!
Непременно продолжу чтение ваших мемуаров!
С наилучшими пожеланиями и теплом души - ГГ.
Людмила Зубарева       16.02.2020   12:22:40

Дорогая Галина! Большое спасибо за отзыв! Рада, что Вы стали читать мои студенческие хроники. Там дальше тоже будет интересно- о Москве, театрах, "Мосфильме", выставках. Ну и о личной жизни студенток, конечно...
Андрей Грибанов       30.01.2020   00:34:07
Отзыв:   положительный
Спасибо! Зацепило, вспоминаю, что было с нами и это была эпоха и неважно какой ВУЗ все мы были красивые и добрые!)) Вы, так интересно о нас рассказали , спасибо! Наверное выпить надо…
Людмила Зубарева       30.01.2020   14:06:08

Большое спасибо за отзыв! Рада, когда читатель узнает в написанном и свою молодость и уносится в мыслях уже в свои воспоминания...
Людмила Кручинина       05.12.2019   21:46:03
Отзыв:   положительный
Очень живописно, Людмила. И видимо, все студенческие жизни похожи! Кроме африканцев, голоса Америки, и того, что вместо бигуди в чайнике мы варили сосиски... чай был с жирком... Живо, легко и ностальгически прекрасно написано! С уважением,
Людмила Зубарева       06.12.2019   16:23:02

Очень рада, что Вам понравилось! Читайте остальные курсы - там будет еще интереснее!
Александр Пономарев       09.11.2019   20:47:57
Отзыв:   положительный
Интересно написано, богатым и живым языком.
Какая у Вас память . Я вот с первого раза и не вспомню
где учился...))
Людмила Зубарева       09.11.2019   21:03:08

Когда я дала свои мемуары почитать подружкам, с которыми вместе училась, то каждая вспоминала по-своему, иногда совершенно "не так". Приходилось восстанавливать истину, доказывая свою правоту на "косвенных уликах".
Татьяна Черныш - Колпакова       21.10.2019   21:00:37
Отзыв:   положительный
Людмила, с интересом прочла ваши воспоминания о студенческой жизни.
Это, конечно, лучшие годы! Пора надежд и впереди вся жизнь. (Ах, как же она быстро мелькает)
Я тоже будучи студенткой жила в общаге. Это школа выживания и большой жизненный навык,
закаляет человека, ведёт к самостоятельности.
Всего Вам доброго!
Удачи!
Людмила Зубарева       22.10.2019   15:10:15

Большое спасибо! Читайте продолжение! Там тоже интересно!
Владимир Селицкий       04.09.2019   15:29:05
Отзыв:   положительный
Людмила, замечательно написано!
Язык прекрасный!
Я родился и вырос в тех краях. Поближе к центру, близ Русаковской улицы, у м. Красносельская. Яуза это была граница, дальше которой мы в детстве не уходили. Теперь уже дома 32 нет. По-мойму теперь у екатерининской богадельни номер 20. Когда сейчас заносит в те края, то испытываю чувство грусти, ибо там всё другое. Нет "Шторма", и огромного числа домов, дворов которые помню. Даже мой семиэтажный дом не пощадили, что уж говорить про другое.
Буду дочитывать.
Добрых осеней!
Людмила Зубарева       04.09.2019   18:59:36

Большое спасибо! Так и повеяло чем-то родным от Русаковской, метро Красносельская. Да, дома 32 уже нет, то есть он теперь №20...
Татьяна Соната       29.08.2019   22:54:22
Отзыв:   положительный
Прекрасная зарисовка с натуры воспоминаний! Живая, ёмкая, ироничная, читается на одном дыхании!! С нетерпением буду ждать продолжения!
Людмила Зубарева       30.08.2019   08:23:34

Большое спасибо за отзыв! А продолжение -это там находится рядышком - второй курс!
Елена Казанцева 4       24.08.2019   18:10:14
Отзыв:   положительный
С интересом прочитала Ваши мемуары - просто под копирку)))
Я на первом курсе тоже жила в общаге, и всё было так же!!! И свет всю ночь, и непонятно откуда приходящие студентки, отчисленные и не уезжающие домой, и....
Поэтому со второго курса предпочитала ездить из дома по 2-3 часа в один конец.
Хорошо читается, всё вспомнилось, как будто было вчера)))

Спасибо, Людмила!


Людмила Зубарева       24.08.2019   18:13:09

Рада была вернуть вас в то юное время. Читайте следующие курсы - будет интересно!
Борис Аксюзов       24.08.2019   11:16:13
Отзыв:   положительный
Очень живые, даже весёлые мемуары, которые читаются залпом.
Хорошо узнаваемая наша студенческая эпоха, которая никак нас не хочет отпускать....
И язык совсем не мемуарный, без занудства и ненужных подробностей.
Спасибо!
Людмила Зубарева       24.08.2019   15:00:31

Большое спасибо! Я очень старалась убежать от "еще помню был такой случай...".
Надежда Антонова-Маковик       20.08.2019   21:57:21
Отзыв:   положительный
Какая увлекательная у Вас манера рассказа, Людмила!
Читала взахлеб...
Спасибо огромное!


Людмила Зубарева       22.08.2019   11:48:32

Эх, как молоды мы были...
Надежда Кутуева       18.08.2019   20:30:41
Отзыв:   положительный
Людмила, с интересом прочитала ваши воспоминания о студенческой жизни!
Людмила Зубарева       19.08.2019   17:21:10

Я сама люблю вспоминать ту жизнь- юность и Москву!
Юрий Митченко       17.08.2019   23:41:12
Отзыв:   положительный
Увлекательное повествование.

Людмила Зубарева       18.08.2019   08:23:08

Большое спасибо! Это словно машина времени - снова окунуться в юность.
Игорь Ковязин       12.08.2019   18:38:26
Отзыв:   положительный
Замечательная история, я сам не москвич и в Москве не учился, закончил институт в Свердловске на сломе советской эпохи, потому очень интересно было узнать про жизнь московских студентов в советское время. Чувствуется, что здесь не просто художественный вымысел, а что автор сам, не понаслышке, знает все эти события и владеет темой, так же прекрасно поставлен оборот речи и стилистика произведения.
Людмила Зубарева       12.08.2019   19:12:17

Большое спасибо за Ваш отзыв! Если добредёте до второго курса, то я там как-раз подвожу базу под то, что в судьбе почти каждого человека играет какую-то роль Свердловск. Я в Свердловске жила в детстве с 4лет по 13. У меня там и сейчас живут племянники.
ЕЛЕНА МОРОЗОВА       10.08.2019   20:17:27
Отзыв:   положительный
Замечательно, Людмила! Очень нравятся Ваши воспоминания!
Студенческая жизнь - это самое интересное и весёлое в жизни!
Очень легко пишите, читается на одном дыхании! Завтра зайду к Вам
на второй курс!) С уважением!


Людмила Зубарева       10.08.2019   20:32:12

Большущее спасибо!
Долорес       29.07.2019   22:52:58
Отзыв:   положительный
Добрый вечер, милая Люсенька!
Прочитала первую часть. Очень понравились ваши мемуары.Интересная жизнь в общежитии.
К счастью, я её не знала. В некоторых моментах очень вам сочувствую. Но вы молодец:
упорно шли к намеченной цели. Видимо, люди в таких условиях закаляются.Мне очень понравилось ваше описание африканцев. Когда мой родной брат Борис ( я хотела написать, что очень обрадовалась, что Галя вышла замуж за Борю)
Так вот: когда мой брат Борис учился в техникуме Мясной и Молочной промышленности ( нынче Био - технологии) у него
в группе тоже были два парня из Сомали. помню, он приводил их к нам домой - очень симпатичные ребята.
( Люся, очень тяжело читать такие длинные главы. Все люди на сайте очень занятые, нельзя ли их поделить хотя бы наполовину?)
Желаю вам счастья, благополучия, творчества!
С уважением!


Людмила Зубарева       30.07.2019   12:17:25

Дорогая До! Спасибо за отзыв! Мне очень важно ваше мнение. Насчет того, чтобы разбить главы на еще меньшие эпизоды, то я очень намучилась, когда переносила текст из WORD с компьютера, когда полностью выверенный текст вдруг стал во многих местах слипаться двумя рядом стоящими словами (без подсказки ошибки). Мне пришлось скрупулезно всё вычитывать, и, боюсь, еще раз у меня на это не хватит сил...
Татьяна Дюльгер       22.07.2019   00:23:01
Отзыв:   положительный
Людмила! Какая чудесная проза и бесподобные воспоминания первокурсницы!
Вспомнились и свои студенческие годы, жаль, что некогда писать мемуары, а Ваши читала с большим интересом и огромным удовольствием.
Спасибо!
Рада познакомиться поближе, до сих пор знала Вас только по отзывам к книгам. Вот и решила зайти в гости. Хорошо погостила возле чайничка с бигудям :) Я вообще любитель разных чаепитий, но такое - впревые :)).


Людмила Зубарева       22.07.2019   08:09:23

Дорогая Татьяна! Спасибо за такой приятный отзыв! Я еще совсем "зеленая" в "писательстве", и мне очень важен Ваш отклик. С удовольствием зайду к Вам на чашечку чего-нибудь!
Виталий Орлов       12.07.2019   19:04:02
Отзыв:   положительный
Замечательные мемуары! Читаю с удовольствием.
Людмила Зубарева       12.07.2019   20:02:34

Большое спасибо! Очень рада реальному читателю , а то в статистике посещений моей страницы в основном идут пометки "читатель" - это те, кто заходит на сайт Избушки, т.е. мои друзья, которых я прошу почитать мои рассказы.









1