Танцор "Дождя" Главы 1 -4


Танцор "Дождя" Главы 1 -4
Красоту порождает страдание
Винсент Ван Гог

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Жара... Солнце в Сан-Хосе палит нещадно. Леонардо сидит на раскалённом асфальте.
Перед ним ящик с измятыми, уже тронутыми жарой, абрикосами. Он с жадностью глотает нежные,
душистые плоды. Липкий сок стекает по подбородку на шею, на грязную футболку. Двое суток во рту у Лео не было ни крошки. После похорон его дяди Хустина хозяйка выгнала мальчика из квартиры, пригрозив, что, если он не уйдёт по доброй воле, то она вызовет полицию. При этом с издёвкой добавила, что теперь он круглый сирота, и его обязательно заберут в приют.* В приют Леонардо идти не хотел. *

Здесь - вымысел автора - детских приютов в Испании не существует. Для испанцев все дети, старики, инвалиды - свои.

Ни с кем не простившись, он спокойно ушёл из дома. Спокойствие ему придавала уверенность, что найдётся добрый человек, который накормит его и предложит работу. Любую. Он готов делать всё - лишь бы деньги платили.
Весь день он бродил от дома к дому, в надежде получить хоть какую-то работу, но ему везде отказывали.
Денег не было ни песеты, а голод становился всё нетерпимей. Когда зажглись фонари, Леонардо сначала восхитился этим зрелищем, но тут же испытал враждебное чувство к городу, который ему не захотел помочь.
Только вымотал до полусмерти. Все эти красивые дома отвергли его. Леонардо понял: на работу его никто не возьмёт, а побираться или воровать он не сможет. Остаётся одно: медленно умирать с голоду. И, когда, совсем было отчаявшись, он брёл наугад по вечерней, залитой огнями улице, когда его желудок сжимался от мучительных голодных спазмов, а перед глазами мелькали чёрные мошки, пришла неожиданная удача - эта облепленная осами пирамида из ящиков с абрикосами! Кажется, сейчас он захлебнётся слюной!
- Эй, девочка! - вдруг раздался рядом тихий вкрадчивый голос. - Поди-ка сюда!
Леонардо был уверен, что обращаются не к нему, но всё же обернулся. У кромки тротуара стоял роскошный, чёрного цвета, "Шевроле" с тонированными стёклами. Из машины высунулся добродушного вида парень и, взглянув на юношу пристально, но доброжелательно, приветливо помахал рукой.
- Это вы ко мне? - вежливо спросил удивлённый подросток.
- К тебе, к тебе!
- Если ко мне, то я не девочка! - ответил Леонардо с нескрываемым раздражением.
До каких пор его будут считать девчонкой! Видимо, любезный сеньор принял его за представительницу слабого пола из-за длинных, белокурых, слегка вьющихся волос, которые достались юноше в наследство от отца. А так как Леонардо давно уже не стригся, и в ближайшее время не собирался этого делать, то волосы его отросли до самых плеч. А ещё, пожалуй, его принимают за девушку из-за слишком хрупкой для его шестнадцати лет фигуры.
- Это даже лучше, что ты мальчик. - Голос незнакомца прозвучал чересчур мягко, и он усмехнулся себе под нос, но Леонардо ничего этого не заметил. Дядька ему сразу понравился. - Где ты живёшь?
- Нигде.
- А родители у тебя есть?
- Нет.
- Чем же ты питаешься?
- Ничем.
- Хочешь поучить работу?
- Ещё бы!
- Тогда поехали со мной, я пристрою тебя в одно место...
- А не врёте?
- Клянусь Святой Мадонной!
Леонардо понял, что такая удача может выпасть только раз в жизни, и, если он ею сейчас же не воспользуется, то будет круглым идиотом. Дядька показался ему странным, но, всё-таки, мальчик отшвырнул в сторону недоеденный абрикос, вытер руки о потёртые джинсы и вразвалочку подошёл к "Шевроле". И сейчас же задняя дверца автомобиля распахнулась, и две пары крепких мужских рук втащили юношу в салон. Не успел Леонардо опомниться, как рот его оказался заклеенным скотчем, глаза завязанными, руки стянуты за спиной стальными браслетами.
- Будь умницей, сынок! - Юноша услышал над собой чей-то бархатный тенорок. - Не трепыхайся.
Ехали долго. В салоне было душно. С двух сторон Леонардо подпирали тела похитителей. Когда же машина остановилась, Леонардо выволокли из неё и, подхватив под руки, куда-то потащили. Затем с него сорвали всю одежду и заставили встать на колени.
А дальше...
Когда он очнулся, то понял, что сидит на голом полу, видимо, в ванной комнате - юноша определил это по специфическим ароматом. На глазах по-прежнему - повязка. Руки были скованы наручниками и притянуты к какой-то трубе. Боль в промежности - такая, словно туда загнали кол. К горлу подступало мучительная тошнота. Леонардо попытался крикнуть - но из его горла вылетел лишь жалобный стон. А вокруг - кромешная тьма и гробовая тишина.
Юноша потерял счёт времени. Он исчез, растворился в этой жизни. У него вырвали сердце и обгадили душу. От прошлого Леонардо Варгас-Льоса, весёлого, жизнерадостного паренька, страстно мечтавшего стать профессиональным танцовщиком, не осталось ничего, кроме истерзанного, испоганенного, поруганного тела.
Какое-то время спустя раздались шаги и послышался густой бас:
- А мальчик ничего! Агустин не соврал.
И снова мерзость... Тошнотворный кошмар, прямо здесь, в ванной комнате, на голом полу. Дикая боль вперемешку с кровью.
От истошного крика повязка сползла с глаз Леонардо. Сквозь слёзы, застилавшие глаза, он увидел перед собой огромную потную, тяжело дышащую тушу со спущенными штанами, а в дверях - двоих наблюдателей с сигаретами в зубах.
- Малыш - просто прелесть! Не хотите попробовать? - Насильник обернулся к приятелям и заржал, словно дикий жеребец. - Могу уступить.
- Нет, мы уж лучше с тёлками.
В тот самый момент Лео потерял сознание...

*******

- Ты что, уснул? Я к тебе обращаюсь!
Леонардо вздрогнул и вышел из задумчивости. Перед ним стоял шеф-повар и тряс его за плечо.
- Эй, Лео! Спустись на землю! - добродушно добавил он. - Овощи неси. Если опоздаем к открытию ресторана, хозяин всех уволит. Он уж не раз грозился это сделать. Заведение-то, где мы с тобой работаем, чико,*(исп. - мальчик) убыточное, - печально покачал он головой. - Того и гляди, хозяин разорится. Так-то, вот! Дуй быстро! И зелень захвати.
Шеф-повар, сеньор Мануэль, был хорошим человеком, беззлобным и не вредным. Он никогда не обижал Леонардо, наоборот, всегда старался сунуть ему лакомый кусочек. У самого было трое ребятишек, а он жалел сироту.
- Я мигом, сеньор, - отозвался юноша и отправился в подвал, где хранились овощи и свежая зелень.
Леонардо отобрал из ящика самые лучшие огурцы, помидоры, сладкий перец, и, сложив всё это в две картонные коробки, вернулся на кухню.
- Блондинчик, будь добр, вынеси ведро, - крикнула из моечной розовощёкая посудомойка Роса, которая вечно колотила посуду.
Потом стоимость разбитой посуды высчитывали из её месячного жалованья.
Леонардо подхватил тяжёлое ведро, наполненное пищевыми отходами, и понёс его к мусорным контейнерам, которые стояли неподалёку от запасного выхода, возле самого забора.
И так изо дня в день. Ресторан обычно закрывался в два часа ночи. Спать Леонардо ложился в три часа. Вставал в восемь. И всё начиналось сначала. За свой каторжный труд юноша не получал жалованья. Он работал на сеньора Сильвио Рамиреса, владельца ресторана "Подкова", за крышу над головой и трёхразовое питание.Такова была договорённость при поступлении на службу. Пока Леонардо это устраивало. Пока... А что будет потом?
Стая бездомных кошек, которая ежедневно лакомилась отбросами из ресторана, с диким воплем разбежалась в разные стороны. Вывалив помои в контейнер, Леонардо пошёл обратно, насвистывая на ходу весёлый мотивчик.
Неожиданно кто-то обнял его за талию.
- Пойдём со мной, малыш, - ласково прошептал чей-то очень знакомый голос. И владелец этого голоса нежно погладил юношу по спине.
Леонардо вздрогнул от неожиданности и резко обернулся. Возле него стоял официант, Нисето Годой, высокий, красивый брюнет, с ладной фигурой и маленькой серебряной серьгой в правом ухе.
- Отвали! - Леонардо с ненавистью отпихнул Годоя и направился к кухне.
- Здесь есть одно укромное местечко, - не отставал официант. - Мы бы славненько провели с тобой время...
- Пошёл к дьяволу!
- Что ты ломаешься? - недобро осклабился Годой. - Я ведь всё знаю: тебя трахал Санчо-живодёр. Разве не так? Пошли, пока у меня есть свободная минутка. С тебя не убудет...
- Что-о-о?! - чёрные цыганские глаза Леонардо округлились, голубоватые белки налились кровью. Он отбросил в сторону пустое ведро и с кулаками ринулся на официанта. - Что ты сказал, ублюдок? Повтори!
Леонардо прошиб холодный пот. Откуда этот подонок узнал про него? Если о его прошлом станет известно хозяину, он вышвырнет Лео на улицу как паршивого котёнка. а Лео не хочет снова оказаться на улице. Он панически боится её. Ему делалось жутко при одной только мысли, что снова может попасть в лапы к тому мерзавцу, который несколько дней подряд истязал и насиловал его.
Леонардо был так разъярён, что Годой отодвинулся от него подальше.
- Если ты скажешь кому-нибудь, сволочь, - чеканя каждое слово, произнёс юноша, - я тебя убью!
- Зря кипятишься, малыш, - сказал примирительно официант, отступая. - Я тебя отлично понимаю. Грешки-то у нас с тобой одинаковые. Зачем же искать партнёра на стороне? Я тебе охотно помогу...
Юноша развернулся и врезал официанту кулаком по его холёной физиономии так, что тот потерял равновесие и упал.
- Придурок! - простонал Годой, потирая подбитый глаз. - Как я буду сегодня обслуживать клиентов?
- Это твои трудности, - бросил на ходу Леонардо, поднимая с земли ведро. Не оглядываясь, он пошёл к двери.
Там он столкнулся с водителем грузовика Родриго Эйсагирре, крепким, коренастым парнем лет двадцати восьми.
Став на пути у юноши, он закурил, выпустил дым, сложив губы трубочкой, и положил руку ему на плечо.
- Что он у тебя клянчил, - доброжелательно спросил водитель, кивая в сторону Годоя.
- А вам-то что? - огрызнулся Леонардо.
- Да мне-то ничего. Просто хотел тебя предупредить, парень: держись от этой скотины, Годоя, подальше. Ты мне по нраву, Лео, - похлопал Родриго паренька по плечу. - Есть в тебе что-то такое... Красивый ты. Девушкам, наверное, нравишься. Вон себе какие кудряшки отрастил! Золотые! Скажу тебе по секрету: Нисето такие мальчики, как ты, нравятся. Мой тебе дружеский совет: сделай себе короткую стрижку - иначе он от тебя не отвяжется. Так и будет ходить за тобой по пятам.
- Ещё чего! Волосы стричь? Не буду! - упрямо тряхнул головой Леонардо.
- Как знаешь, - по-доброму улыбнулся водитель. - Если Годой будет к тебе снова приставать, скажи мне. Он меня боится. У меня с ним старые счёты, и разговор будет коротким.
- Спасибо. - Леонардо вежливо отстранил Родриго от двери. - Справлюсь как-нибудь сам.


ГЛАВА ВТОРАЯ

На сегодня работа закончена. Ресторан закрыт, служащие разъехались по домам. Только Леонардо никуда не поехал: он ночует здесь же, в здании ресторана, в крошечной комнатушке под лестницей, где раньше сидела
бельевщица. Стеллажи, где лежало свежее бельё, разобрали и сделали откидную полку, как в поезде дальнего следования. На ней Лео и спит. В его комнатушке - минимум мебели: журнальный столик, два стула, старый шкаф. Правда, вешать в него было пока нечего, потому что вся одежда мальчика надета на него. Возле полки, у окна, стоит коробка из-под апельсинов. В ней находится единственный друг Леонардо - крольчонок по кличке Кнопка.



Юноша нашёл его недавно на помойке. Как зверёк туда попал, оставалось загадкой. Он преспокойно жевал траву, когда его заметили бездомные кошки. Они стаей набросились на несчастное животное и стали его безжалостно рвать. Как раз в тот самый момент Лео выносил мусор. Он разогнал кошек и принёс крольчонка к себе в комнату. Назвал он его Кнопкой, так как думал сначала, что это крольчиха. Когда же выяснилось, что это всё же самец, юноша не стал менять кличку.
Так белый крольчонок с чёрными ушами и красными глазками поселился в каморке под лестницей. Он всегда встречал юношу, когда тот, усталый и разбитый, возвращался в свою комнату после работы. Кнопка вставал в коробке на задние лапки и с любопытством выглядывал из неё.
Вот и сейчас Леонардо взял любимца на руки, нежно погладил его мягкую шкурку и поцеловал в белый лобик.
- Здравствуй, мой маленький! Соскучился без меня?
Кнопка смешно задвигал розовым носиком и пошевелил ушками. Лео посадил его обратно в коробку и достал из-за пазухи пакет, в котором лежали две морковки, несколько хлебных огрызков и капустные листья.
- Жуй, Кнопочка, а я лягу. Устал очень.
Наконец-то можно было прилечь. Полка была застелена старым шерстяным одеялом. Подушка - жёсткая и совершенно неудобная, но всё же это лучше, чем голый асфальт.
Юноша погасил свет. Ему хотелось сейчас только одного - спать! Лео закрыл глаза, и, как в мучительном кошмаре, увидел, как снова...

*********

Он сидел на голом кафельном полу, стараясь ни о чём не думать. Проходили минуты, часы... Вдруг за дверью послышались пьяные голоса.
Потом снова навалилось безмолвие. В голову лезли тягостные мысли, перед глазами проплывали разные лица.
Сколько часов он провёл здесь? Сколько дней? Тьма по-прежнему была беспросветна, жажда безжалостна. Теперь для Лео все дни превратились в бесконечную ночь и сплошную муку.
Опять раздались шаги, вспыхнул свет. Леонардо съёжился и зажмурился. На этот раз насильника не было, пришли только его дружки.
Они долго глядели на обнажённого юношу, на лужу под ним, покуривая и посмеиваясь, потом погасили о его грудь сигаретные бычки, и, выключив свет, ушли.
Когда мысли Лео прояснились, он понял, что через несколько дней умрёт. Такие пытки не вынес бы даже взрослый мужчина. И ненависть его достигла предела!
Когда же в очередной раз пришёл насильник, юноша не опустил перед ним глаза. А потом ему что-то ввели в вену.
..
*****

Лео пришёл в себя и огляделся. На улице стояла ночь. Он лежал в канаве у обочины дороги, одетый в свою обычную одежду. Ожоги от сигарет жгли огнём, голова раскалывалась, мысли были спутаны в клубок. Юноша с трудом поднялся и, покачиваясь, словно пьяный, побрёл в сторону моря. Ветер подхлёстывал его и подгонял. Он пытался уйти от самого себя. Ему захотелось броситься в воду, чтобы тёплые, ласковые волны моря навсегда смыли с него чувство омерзения к самому себе, к своему телу и ненависть, которую испытывал он к сытому, богатому городу, раскинувшемуся вдоль бухты. И отчаяние - отчаяние бездомного, затравленного ребёнка.
Луна освещала песок пляжа, и на песке звёзд было столько, сколько на поверхности воды. Ночь была тиха и спокойна.
Юноша бросился в воду и поплыл, глядя на звёзды, на огромную жёлтую луну. А силы были уже на исходе... Что же... Разве нужна ему такая жизнь?
Далеко от берега его подобрал рыбацкий баркас...


ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Нет! Он такой же, как все! И, чтобы не ушла эта уверенность, Леонардо открыл глаза, и бесследно исчезли и хохочущий насильник и его гнусные дружки. Сердце юноши колотилось так сильно, что он невольно прижал к груди ладонь.
Утром, возле мусорного контейнера, Леонардо обнаружил окровавленную наваху*. ( исп. - длинный нож с длинным складным лезвием) Он догадался, что нож является орудием какого-то преступления, и ночью неизвестный преступник постарался от него избавиться, перекинув его через забор на территорию ресторана. Юноша огляделся по сторонам, поднял наваху, вытер лезвие о жухлую траву, сложил нож и сунул его за пазуху. Зайдя к себе в каморку, он спрятал наваху под подушку и вернулся на кухню.
- Леонардо, подойди ко мне, малыш, - вдруг раздался голос шеф-повара.
- Слушаю вас, сеньор Мануэль.
Видимо, шеф-повар был сегодня чем-то расстроен. Лицо у него было усталое и грустное.
- Видишь ли, у меня заболела младшая дочка, - начал сеньор Мануэль. - Высокая температура, бред. Всю ночь мы с женой не спали. Доктор сказал, что скарлатина, прописал лекарство. Старшие дети в школе, жена не может отойти от постели дочурки. Соседи уехали к родственникам. Я обещал купить лекарство до работы и завезти домой, но, к сожалению, не успел. Ты не поможешь мне?
- Конечно, помогу! - горячо отозвался юноша. - Что я должен сделать?
- Вот адрес. Это недалеко отсюда. Отнесёшь лекарство, отдашь его моей жене. Её зовут Лаура. Спросишь, не нужно ли ещё чего?
- А как же?..
- Не переживай. Раз я тебя отпускаю, значит, всё будет в порядке. Вот тебе на проезд.
- Не нужно, - отстранил деньги Леонардо. - Я пешком быстрее дойду, чем доеду на автобусе. Мне отлично знаком квартал, где вы живёте.
- Заранее спасибо, малыш, - потрепал его по голове сеньор Мануэль. - А деньги всё же оставь себе, они тебе пригодятся. Скажешь Лауре, что если дочке будет совсем плохо, пусть вызывает "скорую". Я вернусь домой поздно. Ну, ступай!
Весь город был пронизан солнцем, напоён радостью. Леонардо вспомнил, что сегодня суббота. Люди отдыхали после трудовой недели.
На площади, перед мэрией прогуливались влюблённые парочки. Молодые мамаши покупали своим чадам кока-колу и мороженое. Всё больше людей выплёскивалось на площадь из прилегающих к ней узких улочек и переулков. Заезжие туристы из разных стран толкались возле ларьков с сувенирами. Провинциальный городок Сан-Хосе не входил в список знаменитых городов Испании. Достопримечательностей здесь особых не было, поэтому туристические маршруты пролегали мимо него. Коста Альмерия - это не знаменитые курорты Коста-Брава, а пустынные дюны Сан-Хосе не сравнятся с золотыми песками Коста-дель-соль. Богатым туристам здесь делать нечего!
Лео спешил, ему некогда было глазеть по сторонам. Он торопился к больному ребёнку, чтобы быстрее отнести необходимое лекарство. Лекарство, которое, как он думал, спасёт девочку от смерти.
В баре, с несколькими столиками, стоявшими прямо на мостовой, Леонардо заметил одиноко сидевшую некрасивую женщину, в белой блузке и цветастой юбке.Понуро уставившись в одну точку, она жадно курила. Возле неё, на столике, стояли две бутылки пива и пластиковый стаканчик. Когда
юноша поравнялся с незнакомкой, она вскинула голову и, окинув его оценивающим взглядом, рассмеялась пьяно и бесстыдно.
- Эй, соплячок! Куда так спешишь? А ну-ка, поцелуй меня!
Леонардо ускорил шаг, стараясь побыстрее пройти мимо неё. Он ненавидел беспардонное обращение к себе и терпеть не мог пьяных, тем более, женщин.
На ярком солнце волосы Лео блестели, словно золото. Возле небольшого парфюмерного магазинчика на него, как по команде, оглянулись две молоденькие сеньориты, видимо, подружки. Одна, что повыше, была брюнеткой, маленькая - миниатюрная, светлая шатенка. Девушки тихонько захихикали и игриво помахали Леонардо руками.
- Какой хорошенький! - прощебетала брюнетка, склоняясь к подруге.
- Красивенький, беленький! - поддержала её шатенка.
Юноша посмотрел на девушек, изобразив на лице самую лучезарную из своих улыбок и послал им воздушный поцелуй.



На углу улицы Ангела стоял молодой гитарист и перебирал струны гитары. Голос у него был не сильный, но очень проникновенный. Леонардо застыл на месте, заслушавшись самозабвенной игрой уличного музыканта. Репертуар у него состоял, в основном, из современных шлягеров. Прохожие, привлечённые виртуозной игрой, останавливались, но никто из слушателей не удостоился положить в жестяную банку, которая стояла возле него, ни единой песеты.
Леонардо, встал с музыкантом и, отбивая в такт музыки ногой, стал тихонько ему подпевать. Затем он нагнулся и опустил в пустую банку монету достоинством в двести песет, которую сеньор Мануэль дал ему на проезд.
А гитарист, весь отдавшись мелодии, казалось, никого вокруг себя не замечал. Так бы и стоял Лео, и пел вместе с ним, забыв о том, куда спешил.
Но музыкант поднял деньги и, продолжая играть, двинулся дальше. Он ушёл и унёс с собой свою музыку.
Наконец-то Леонардо добрался до нужной улицы. Дом, где жила семья сеньора Мануэля, оказался старым и обшарпанным. Поднявшись на последний, третий этаж, юноша позвонил в дверь.
Ему открыла женщина средних лет, с добрым усталым лицом. В руках она держала резиновый пузырь со льдом.
- Добрый день, - вежливо поздоровался Леонардо. - Я могу видеть сеньору Лауру?
- Это я. - Женщина поглядела на юношу с приветливым любопытством, а он, напустив на себя вид крайнего замешательства, топтался на пороге. - А ты кто?
- Я от сеньора Мануэля. Мы с ним вместе работаем. Он просил занести вам лекарство. Сам не успел.
- Спасибо. - Сеньора Лаура распахнула пошире дверь. - Может, войдёшь?
- Нет, я спешу. Он ещё просил узнать, как себя чувствует дочка? Не нужно ли ещё чего-нибудь?
- Пока ничего больше не нужно. Скажи Мануэлю, что Мария чувствует себя намного лучше.
Сеньора Лаура с улыбкой потрепала юношу по белокурым волосам.
Леонардо точно обдало горячей волной. Он тоже хочет счастья. Ему как никому нужна любящая рука, которая приласкала бы его и заставила забыть позор и боль.
После смерти матери юноша жил у дяди Хустина, двоюродного брата матери, который служил на почте почтальоном. Тот частенько возвращался домой навеселе и нещадно лупил парня. Мать Лео, совсем ещё молодая женщина скончалась год назад от передозировки наркотиков. Баловаться ими она стала сразу же после исчезновения своего мужа, отца Лео, который якобы поехал на свою историческую родину, в Италию, и пропал с концами. С тех пор, как умерла мать, юноша поклялся, что никогда в жизни не станет ни наркоманом, ни алкоголиком. У него - своя цель в жизни и рано или поздно она обязательно осуществиться.
- Отнёс? - спросил шеф-повар, лишь только Леонардо вернулся на кухню.
- Всё в порядке, сеньор, - сказал юноша, наливая себе стакан холодной воды из холодильника. - Ваша жена просила передать, что девочке уже
лучше. Температура, слава Богу, снизилась. Сейчас Мария спит, пока ей ничего больше не нужно.
- Спасибо, Лео. - Сеньор Мануэль крепко пожал юноше руку. - Не глотай холодную воду. Марина! - подозвал он молоденькую официантку. - Принеси-ка нам парочку бутылок пива в мою комнатушку. И чего-нибудь парню пожевать. Пошли, Лео, посидим, поговорим, пока у меня есть немного свободного времени. Пошли, пошли, не стесняйся! Я угощаю.
Они прошли в небольшую комнату, где стоял круглый столик и два белых пластмассовых стула. Шеф-повар усадил Леонардо за стол, сам сел напротив него.
- Расскажи о себе, сынок, - попросил он. - Ты работаешь в "Подкове" вот уж почти год, а я ведь совсем ничего о тебе не знаю.
" Вы - славный человек, сеньор, - подумал юноша, - но лучше вам ничего обо мне не знать".

*********

После неудачной попытки утопиться Леонардо решил покончить с жизнью другим способом. Утром, выйдя на проезжую часть, он бросился под колёса
легкового автомобиля. И здесь ему не повезло: водитель вовремя нажал на тормоза, и горе-самоубийца удачно отделался шишками и синяками.
- Ненормальный! - Из машины выскочила молодая красивая женщина в бежевых шортах и ярко зелёной майке. - Тебе что, жить надоело? А ну-ка, садись в машину!
- Никуда я с вами не поеду! - отшатнулся от незнакомки Лео, наученный горьким опытом.
- Садись, я тебе говорю!
Женщина говорила так убедительно, а лицо у неё в тот момент было таким испуганным и растерянным, что Леонардо послушно сел на переднее сиденье рядом с ней.
- Тебя как зовут? - спросила незнакомка, переведя дух.
- Леонардо. А вас?
- Меня - Габриела. Зачем ты под колёса бросаешься? Безответная любовь?
- Ещё чего!
- Что тогда?
- Какая вам разница?
- Я отвезу тебя домой. - Женщина включила зажигание, машина рванула с места. - Ты где живешь?
- У меня нет дома, - отвернулся в сторону юноша.
- Как это нет?
- А вот так...
- Где же ты ночуешь?
- Под забором.
- Шутишь?
- Мне не до шуток.
- А родители твои где?
- У меня никого нет.
- Ладно, что нибудь придумаем. - Габриела достала из "бардачка" длинную сигарету с белым фильтром и закурила. - Куришь?
- Нет!
- Молодец, правильно делаешь, - одобрительно кивнула женщина. - А я вот много курю. Несколько раз бросала - не получается.
- Куда вы меня везёте? - спросил юноша, насторожённо глядя по сторонам.
- В ресторан "Подкова". Хозяин ресторана - мой друг. Поработаешь пока у него. Я договорюсь с Сильвио.



Хозяин ресторана со стриптиз-баром под названием "Подкова", Сильвио Рамирес, Леонардо сразу не понравился. Когда они с Габриелой вошли в кабинет, где Рамирес возлежал на кожаном диване с задранными выше головы ногами, он окинул юношу беглым взглядом и лениво спросил:
- Что это за девочка?
- Сам ты девочка, - спокойно сказал Лео.
- Ему жить негде! - вмешалась Габриела.
- А мне-то что? Я - не благотворительная организация.
- Сильвио, найди мальчику работу!
Родригес закурил, следя за дымом тёмно карими глазами. Сигарета издавала пряный волнующий аромат. Лео понял, что хозяин ресторана курит марихуану.
- У этого парня порочные глаза, и на морде у него написано, что он - педераст, - безапелляционно заявил Родригес. - Признавайся, малец, что это так?
Леонардо прошиб холодный пот. Кровь схлынула с его щёк.
- Сам ты педераст!
- Ой-ой-ой, какие мы гордые! Подумаешь, оскорбили!
- Как тебе не стыдно, Сильвио! - укоризненно покачала головой молодая женщина. - Он же совсем ещё ребёнок!
- Заткнись, Габи! Тебя не спрашивают. Знаем мы таких детей. Весь Альмерийский порт от них стонет!
- Что делать умеешь? - повернул он голову в сторону юноши.
- Ничего. - Лео решил пока скрыть свою любовь к балету.
- Стриптизёром будешь! - произнёс Рамирес тусклым, но очень убедительным тоном, словно читая мысли Леонардо. - Мне стриптизёры нужны.
- Стриптизёром не буду! - твёрдо заявил юноша, направляясь к выходу.
- Не хочешь, как хочешь, - усмехнулся хозяин, пуская сизые кольца дыма. - Если тебе не по нраву моё предложение, тогда вали отсюда.
- Ну, Сильвио! - вступилась за Леонардо Габриела, молчавшая до того момента. - Куда же он пойдёт? У него нет ни дома, ни родителей!
- Слушай, ты меня затрахала! Какая добродетельная нашлась! Мне-то какое дело до этого бродяги! Я ему что, отец родной?
- Ну, пожалуйста, милый, пожалей сироту!
- Ладно, не скули. Пусть остаётся пока..., - смилостивился хозяин "Подковы". - Отведи его на кухню, пусть Мануэль даст ему пожрать, и скажи, что я велел пацана куда-нибудь пристроить. Только сразу хочу тебя предупредить, - снова обернулся он к юноше. - Денег, чтобы платить тебе за работу, у меня нет. Жрачка у тебя будет вполне сносная. Раз в неделю свободный день. Жить будешь прямо здесь, в ресторане. Комнату тебе найдём. Если такие условия тебя устраивают, - оставайся, вкалывай!
- Спасибо, сеньор! Увидите, как я умею работать! Будьте уверены!
- Ладно, не пыли! Ты меня понял, малец? И чтобы никакого секса на работе! А то быстро вылетишь из моего заведения к чёртовой матери.
Знаю я вас...

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Официантка Марина принесла две бутылки ледяного пива, стаканы, хлеб, овощи и порцию жаркого из свинины с картофелем фри. Жаркое она поставила перед Леонардо, положила рядом с тарелкой нож, вилку и накрахмаленную салфетку.
- Приятного аппетита! - вежливо сказала девушка и вышла из комнаты.
Лео взял вилку, кусок хлеба и, по правилам сельской вежливости, взглянул на шеф-повара, чтобы убедиться, настало ли время приниматься за еду.
- Ешь, сынок! - подбодрил юношу сеньор Мануэль, разливая пиво по стаканам. - Ты такой бледный, что на тебя смотреть страшно.
- Спасибо, я вообще-то не голоден. Очень пить хочется.
- Всё равно поешь. И расскажи мне о своих родителях, кто они?
Леонардо тщательно пережёвывал мясо, запивая его пивом.
- Мой прадед по материнской линии был идальго,* ( исп. - дворянин) - начал Лео свой рассказ. - Отец - итальянец из Генуи.
- Вот откуда у тебя белокурые волосы, - ласково улыбнулся шеф-повар. - Глаза-то, по всей видимости, матушкины, андалусские. А ты, оказывается, из дворян!
- Какое это имеет значение! Сейчас я бездомный бродяга. А раньше мы жили в бабушкином родовом поместье, в деревне Сан-Хуан де Аскальфараче под Севильей. Помню - Гвадалквивир несёт свои воды через всю ширину лугов. На крутом склоне раскинулась наша деревня, увенчанная развалинами старинного замка. Среди серого серебра оливковых рощ мелькают белые стены сельских домов. В противоположной стороне обширного горизонта на фоне голубого небо, усеянного белоснежными облаками, вырисовывается Севилья. Надо морем крыш возвышается величественная громада собора и красавица Хиральда, розовеющая под лучами вечернего солнца. Вы бывали когда-нибудь в Севилье?
- Нет, малыш, как-то не приходилось. - Сеньор Мануэль задумчиво покачал седеющей головой. - Дальше Альмерии я вообще нигде не был.
- Севилья - приятный и красивый город.
- Ты говоришь складно, как поэт, - зачарованно протянул шеф-повар. - И откуда у тебя это?
- Моя мать знала четыре языка, в том числе и русский. Она работал гидом в тур бюро Севильи, водила многочисленные экскурсии по городу. Часто мать брала меня с собой. Если бы вы слышали, сеньор, как она здорово рассказывала туристам о нашем прекрасном городе!



- Ну так что насчёт Хиральды?
- Хиральда - высокая башня мечети в Севилье, построенная в конце XII века. После изгнания мавров мечеть была превращена в собор, а Хиральда - в колокольню. Как хорошо, прохладно было в нашем доме в Сан-Хуане! В какой чистоте содержала его мама! А бабушкина стряпня! Как всё было вкусно!Вдруг Леонардо уронил голову на руки и заплакал. Его тело сотрясалось от судорожных рыданий. Сеньор Мануэль, видя страдания юного собеседника, дал ему выплакаться вволю, не бередя ему душу ненужными расспросами. Пусть мальчик поплачет. Может, ему станет полегче.
- Потом, когда бабушка умерла, - продолжал, успокоившись, юноша, мать продала дом, и мы перебрались в Севилью, где родители сняли дорогую просторную квартиру, в самом центре, на улице Сьерпес. Отец работал в аэропорту в Севилье. Он был пилотом гражданской авиации на международных линиях. Жили мы тогда отлично! Я учился в хорошей школе и занимался с опытным педагогом-хореографом. Мама мечтала, чтобы я поступил в Национальную школу танца в Мадриде.
- Ого! - воскликнул шеф-повар. - Да ты, оказывается. танцор! Вот, никогда бы не подумал.
- Не танцор, а танцовщик, - вежливо поправил его Леонардо. - Это две разные вещи. Когда-нибудь моя мечта обязательно осуществится, и я стану танцовщиком в Национальном балете Мадрида.
- Ну, это ты, пожалуй, загнул, - присвистнул сеньор Мануэль.
- Я стану им! - уверенно повторил юноша.
- Хотя, конечно, какие твои годы. Ты - парень целеустремлённый. Тебе сам Бог велел. Раз тебе это нравится...
- Я не мыслю своей жизни без классического танца!
- Вот, ты, оказывается, какой - Леонардо Варгас-Льоса! - воскликнул сеньор Мануэль. - А я-то думал, ты так, простачок! Конечно, тебе нужно учиться. Но как это сделать, сынок?
- Не знаю. Пока поработаю в "Подкове", а там видно будет.
- Тяжело тебе придётся...
- Я не ищу лёгких путей. - Глаза юноши в тот момент озарились лучезарным светом. - Балет - это адский труд и самопожертвование. Так говорил мой педагог в Севилье.
- А что, если тебе поехать в Севилью и разыскать там твоего бывшего педагога? - посоветовал Мануэль. - Может, он поможет тебе определиться в жизни?
Леонардо печально покачал головой.
- К сожалению, он уехал в Америку, а туда мне не добраться никогда.
- Да... Чтобы доехать до Америки, нужно иметь кучу денег, - согласно кивнул шеф-повар. - Я слышал, Америка такая страна, что без денег туда лучше не соваться.
Леонардо замолчал и рассеянно покрутил в пальцах вилку. Его рассказ подошёл к самому драматичному моменту его прошлой жизни, а юноша боялся воспоминаний, связанных с родителями. Всякий раз, когда он думал о своей матери, на глаза его невольно навёртывались слёзы.
- Если тебе тяжело - не рассказывай, - сочувственно похлопал юношу по ладони шеф-повар. - Я всё понимаю...
Отец и мать Лео были молоды и красивы. Мать унаследовала от своих родителей "старые" деньги, поэтому семья Варгас-Льоса считалась богатой. Каждый год родители расходились по разу, а то и по два, начинали бракоразводный процесс, затем мирились и уезжали в Сьерру-Неваду кататься на горных лыжах. Для них это была игра, а для Леонардо - пытка.Когда родители исчезали, квартира, где оставались лишь горничная и кухарка, казалась ему пустой и одинокой. Мать любила отца самозабвенно и ревновала его к каждой встречной женщине. Ревность её иногда становилась навязчивой до безумия. Отец же, большую часть времени проводивший в отъездах, имел любовниц в каждой части земного шара, куда только долетали лайнеры Испанских Авиалиний. Имея внешнее сходство с одним известным американским киноактёром, он пользовался большой популярностью у особ слабого пола. В один злополучный день отец просто не вернулся из очередного рейса из Италии. Мать несколько раз звонила в Геную его двоюродной сестре, но та Богом клялась, что о своём брате не знает ничего. С горя мать запила, потом, чтобы как-то забыться, стала потихоньку баловаться героином. Деньги на покупку наркотиков требовались немалые. Сначала был продан шикарный автомобиль, все фамильные драгоценности, затем норковое манто, которое отец привёз ей из Парижа. В конце концов, в ход пошло столовое серебро, видеотехника и фирменная одежда, принадлежавшая не только матери, но и ему, Леонардо. От дорогой квартиры пришлось отказаться, и они переехали в крошечную запущенную каморку на самой окраине Севильи. Работу гида мать оставила и теперь подолгу пропадала. Дома она появлялась поздно вечером и не одна. Виновато улыбаясь, мать заводила очередного мужчину в свою комнату и оттуда потом долго раздавались сдавленные стоны, вздохи и приглушённый шёпот. Уходя, посетители оставляли ей деньги, иногда подарки и продукты питания.
Но вот наступило время, когда денег не осталось даже на хлеб, и мать приказала Леонардо идти на улицу и клянчить песеты у богатых туристов. Он наотрез отказался. Тогда мать заплакала, растирая по лицу дешёвую косметику. Она клялась, что очень любит Лео. Просто, в их жизни наступила чёрная полоса. Но, скоро вернётся из Италии отец, и они заживут втроём, как в старые добрые времена: спокойно и счастливо. Потом, у неё началась ломка. Смотреть на эту картину было невыносимо. Мать корчилась в страшных муках, стонала, звала на помощь. Лео жалел мать, но помочь ей не мог: у него не было денег, чтобы вызвать "скорую".
Глядя на страдание матери, он дал себе слово, что никогда в жизни не будет употреблять ни наркотики, ни алкоголь.
Мать умерла на рассвете следующего дня в возрасте тридцати четырёх лет. Хоронить её было не на что, и все заботы по похоронам взяла на себя одна благотворительная организация, которая собиралась и Лео пристроить в приют. В ночь после похорон матери мальчик потихоньку ушёл из дома без денег и одежды и отправился к двоюродному дяде в Сан-Хосе. Леонардо повезло: до средиземноморского побережья он доехал "автостопом".
Дядю своего он разыскал без особых трудов. Тот совсем не огорчился, что его сестра умерла в таком молодом возрасте и не очень-то обрадовался племяннику, который свалился на него, как снег на голову, и которого нужно было каждый день поить и кормить. Сначала дядюшка решил разыскать отца Леонардо через Международное справочное бюро, но после тщетных попыток оставил эту бесполезную затею. Он помог Лео устроиться на почту сортировщиком писем. Те жалкие гроши, что получал подросток за свой труд, дядя Хустино у него отбирал. Всякий раз, когда родственник начинал брюзжать, что Лео, дескать, сидит у него на шее, тот затыкал уши и уходил из дому. Возвращался юноша поздно вечером. Дядя обычно ещё не спал. Он поджидал племянника в дверях и нещадно колотил его. Леонардо ненавидел дядю Хустино, но податься ему было некуда.
Как-то раз, вечером, в дверь их квартиры позвонили. На пороге стояли полицейские. Они объяснили юноше, что на трассе Сан-Хосе - Альмерия обнаружен труп мужчины, лет сорока, в форме почтальона, со следами насильственной смерти, и что требуется его опознание. Осмотрев труп, Лео подтвердил, что это действительно дядя Хустино.
Что с ним произошло в тот злополучный вечер, так и осталось загадкой.
- Да, жизнь, малыш, как рулетка, - тяжело вздохнул сеньор Мануэль, дослушав печальный рассказ Леонардо до конца. - Кому повезёт, тот и на коне. Значит, тебя сюда привезла сеньорита Габриела?
- Угу.
- Славная она девушка! Добрая и очень несчастная. Сильвио - мерзавец, каких свет не видывал. - Издевается он над ней, как только может. А Габи всё терпит, потому что ей тоже, как и тебе, некуда податься. Обычная история. мать её умерла, когда она была совсем маленькая. Отец женился на другой женщине. Мачеха невзлюбила падчерицу, вот девчонка и сбежала из дома и пошла по рукам, пока её наш Сильвио не подобрал. Согласись, что Габи очень красивая.
- Очень! И такая добрая!
- Ладно, сынок, пошли работать, - поднялся из-за стола шеф-повар и поправил белоснежный колпак на голове. - Ночью постарайся хорошенько выспаться. Завтра нам предстоит много дел. Наш ресторан будет закрыт на спецобслуживание.
- А какой завтра праздник? - спросил Леонардо.
- По-моему, свадьба. А, может, я и ошибаюсь. Да нам, с тобой какая разница? Наше дело - обслуживать клиентов, а не совать нос туда, куда не следует. Понял?
- Понял. Спасибо за угощение.
- Хорошо, что понял. А теперь иди и помоги Росе. А то она сегодня на живот что-то жалуется.

ХУДОЖНИК МИХАИЛ НИКОЛАЕВ

https://www.chitalnya.ru/work/2583190/
Продолжение





Рейтинг работы: 29
Количество рецензий: 5
Количество сообщений: 5
Количество просмотров: 50
© 25.06.2019 Долорес
Свидетельство о публикации: izba-2019-2582072

Рубрика произведения: Проза -> Любовная литература


ОСТРОМИР       28.06.2019   19:21:28
Отзыв:   положительный
СПАСИБО , До ! Ещё одна сторона реальности Жизни... Дм.
Долорес       30.06.2019   23:37:15

Спасибо, Димочка, что читаешь прозу.
Доброй ночи и отличного дня!
До


Натали       28.06.2019   13:34:10
Отзыв:   положительный
Какой трогательный рассказ, читала и даже погрустила над
несправедливостью к этому необыкновенно, трогательному герою
Леонардо твоего рассказа, Галочка, ... как же ты замечательно излагаешь ...,
читать твои истории увлекательно..., одно удовольствие ...,
с благодарностью Натали...


Долорес       30.06.2019   23:25:42

Я очень рада, милая Наташенька!
И счастлива, потому что читается проза. А романов у меня много!
С обожанием!


Юлианна       27.06.2019   19:55:14
Отзыв:   положительный
Ну, Галинка! Вновь читаю роман твой...Нет слов, но жду продолжения.
Твоя Юлка
Долорес       30.06.2019   10:41:34

Спасибо, моя золотая!
Ородолжение будет. Хотела вчера, но вечером сайт был недоступен.
Обнимаю нежно!
Твоя Галка


Раиля Иксанова       26.06.2019   22:24:09
Отзыв:   положительный
Добрый вечер, Долорес! Какая тяжелая судьба у паренька. Однако, виден его твердый характер, поэтому верится. что он добьется своей поставленной цели.
Интересная работа.


Долорес       30.06.2019   10:37:31

Спасибо, Раиля!
А я думала, что ты все романы мои перечитала.
Да, судьба у Лео непростая, но он достойна преодолеет все подводные камни на своём пути.
И обретет счастье...


Ирина Ондронова       26.06.2019   22:07:48
Отзыв:   положительный
Галочка читала с огромным интересом! С нетерпением жду продолжения! С признательностью и теплом, Ирина.

Долорес       30.06.2019   10:35:20

Спасибо, милая Ирочка!
В свои романы -в о все - я вкладывала свою душу и сердце.
Очень рада, что Танцор понравился. Сегодня выложу продолжение.
Вчера сайт вечером был недоступен.
Прекрасного воскресения, Ирочка! Отдыхай и береги себя, родная!










1