Гамлет. Супермен



Традиционное определение пьесы Шекспира «Гамлет» как философского произведения с рефлектирующим героем сегодня не принимается как школьной, так и студенческой аудиторией. Этот шедевр в наши дни приобрел среди молодежи неожиданное звучание. Читатели восхищаются сильным характером человека, высокорожденного, но не спесивого, не почившего в покое в ожидании трона, а органично соединившего в себе глубокое образование и хорошую физическую подготовку, развившего в себе не только способность философски мыслить, но и анализировать события реальной жизни, способного на глубокое чувство, владеющего словом, пером и шпагой. Об этом прекрасно сказала Офелия:

О, что за гордый ум сражен! Вельможи,
Бойца, ученого – взор, меч, язык,
Цвет и надежда радостной державы,
Чекан изящества, зерцало вкуса
Пример примерным… (3 акт, перевод здесь и дальше М. Лозинского)

Гамлет оказался в сложном положении, когда его мать, едва овдовев, вышла замуж за кузена покойного мужа, лишив сына наследного трона. Гамлет усугубил ситуацию своим решением спровоцировать Клавдия постановкой пьесы-мышеловки, но все это дало «рефлектирующему» герою возможность проявить завидное самообладание. Он говорит матери: «Не кажется, сударыня, а есть. Мне «кажется» неведомы» (1 акт). Слово «неведомы» - во множественном числе не случайно: оно обозначает все ситуации. По вине этого «сомневающегося» и «колеблющегося» человека - семь трупов, сам восьмой. И это не боевик? Особенно если представить на экране сцены, не развернутые в пьесе: устранение Розенкранца и Гильдестерна, подмена королевского письма, вся очень не простая операция с лодкой пиратов, спасением Гамлета и его возвращением на родину. А уж финальная сцена с массовой гибелью героев - полная массовка с участием норвежских войск и похоронами Гамлета с воинскими почестями!

Но как совместить прекрасные качества Гамлета с поступками, о которых косвенно и прямо свидетельствуют такие события, как гибель Офелии, подделка письма в Англию, да и вообще вся история с отмщением? Что касается истории Офелии, то исследователи задают вопрос о смысле предупреждения Гамлета, сделанного им Полонию о том, что плод его дочери не будет так приятен, как другие плоды. О чем говорит песня Офелии, поющей о мужчине, пускающем деву в дом, не деву отпускающем? Почему Гамлет упорно советовал ей идти в монастырь? Неужели он мог поступить с любимой недостойно? Современная аудитория дает решительный ответ: Гамлет – вне норм морали. Не выше, а просто вне их. Он супергерой. И даже суперагент. Агент своей миссии мщения. Для такого человека нет границ при осуществлении своего плана. Он не может ждать, пока трон освободится: «Пока трава растет», - говорит он, не закончив поговорку: лошадка с голоду помрет.

Необходимо признать, что такая остановка вопроса: Гамлет-суперагент - снимает кажущиеся противоречия во всем, что Гамлет делает и говорит. В самом деле – разве Гамлет не чужой среди своих? Он не только принял на себя личину сумасшедшего, явившись к Офелии в растрепанной одежде, но и говорит иносказательно, почти притчами, ни разу, однако, не произнеся действительно безумного, бессмысленного слова. Поглощенный идеей мщения, он контролирует все происходящее: использует актеров, пишет специально для этого случая текст и вручает его для декламации, дает наставления к исполнению, следит за реакцией Клавдия, поручает делать то же самое другу Горацио, и затем они сличают наблюдения. Он отключает каким-то образом сопровождающих его в Англию, завладевает письмом, подделкой обрекая на гибель молодых людей. Несомненно, он сам устроил, прекрасно организовав, так называемое нападение пиратов, погнавшихся за его кораблем, потому и смог так быстро – да еще сняв с себя дорогую одежду, якобы чтобы не выдать своего происхождения и спастись, – прыгнуть в их лодку, которая тут же повернула к берегам Дании. Там он находит способ известить обо всем короля и Горацио. И это - всё рефлектирующий герой? Обессиленный грузом сомнений и поиском истины? Да он без малейшего колебания вонзил шпагу в кого-то (думал: в короля) за ковром, проткнул его и один вытащил, наверно, не худое тело убитого царедворца и проволок его по коридору. А застав короля на молитве, он не спешит его убивать, вспомнив о посмертной судьбе отца, погибшего без покаяния. Не рефлексия движет им в тот момент, а жажда адекватного мщения. Вот его мотив, вот его цель.

Мщение. Только личное? Нет. Как философ он видит свою миссию много более значительной: «Порвалась дней связующая нить. Как мне обрывки их соединить» (пер. Б. Пастернака). Еще решительнее звучит этот вывод в переводе М. Лозинского: «Век расшатался, и скверней всего, Что я рожден восстановить его». Сравним с оригиналом: «The time is out of joint. O cursed spite That ever I was born to set it right!». Этими словами-девизом заканчивается первый акт трагедии. Мнение Гамлета о себе как об избранном стать орудием мщения становится руководством к действию. Он, к его чести, не рад такому избранию, воспринимает его как «cursedspite» - злое проклятие. Но именно оно ставит его в позицию супергероя, в положение вне всяких норм морали. Он не лжет, заявляя о своей любви, которая сильнее любви сорока тысяч братьев. Но его миссия иная! Его жребий другой. Он не мог связать жизнь с Офелией. Он вообще уже не мог жить мирной жизнью обывателя после воззвания к нему с того света. Он восстанавливает справедливость, «right», лучше сказать: порядок в этом мире, потому и решает поставить свой интеллект на службу этой цели: «О мысль моя, отныне ты должна Кровавой стать, иль прах тебе цена».

Здесь возникает новая проблема: цели и средства, проблема, которая, как известно, решается просто: средства разоблачают цель, так как нельзя злом добиться добра. Оттуда же наше сочувствие Гамлету? В достижении цели он буквально идет по трупам. Не оттого ли, что мы воспринимаем его именно как супергероя?

На чем основана его уверенность в избранничестве? Очевидно, на сообщении Призрака, подтвердившем его подозрения. Но не в меньшей степени – на избытке его сил, незаурядность которых он не мог не ощущать и которые не могли быть даны бесцельно. В его силе убеждает, в частности, победа над Лаэртом, охваченном яростной жаждой мщения за отца и сестру. Гамлет знал причину вызова на дуэль, не мог не понять справедливость озлобления Лаэрта. Из русской литературы мы знаем, как окончился поединок между безнравственным бойцом Кирибеевичем и мстителем за жену купцом Калашниковым, мы помним, что победила нравственная правота. Почему же здесь не такой же исход? И почему Гамлет, живший идеей мести, не уклонился от дуэли? Он ведь не мог рисковать. Конечно потому, что был совершенно уверен в своей силе. И в самом деле, он оказался сильнее Лаэрта, преступившего к тому же нормы дворянской чести тем, что окунул рапиру в яд.

А как быть с самой идеей мщения? Шекспир прямо указал на виновность Клавдия, когда тот признается в этом на молитве. Но действие происходит в христианской стране, а мщение – явление языческое. В Библии сказано: «Мне отмщение, и Аз воздам» (Второзаконие, гл. 32, 35). Эти слова повторяет апостол Павел в Послании к римлянам (гл. 12, 19). Русская история дает пример того, как человек в положении, подобном Гамлету, отказался от мщения и от законных притязаний на престол. Русским Гамлетом в Европе звали императора Павла, сына Екатерины 11 и Петра 111, убитого в драке, без сомнения, в угоду его жене, захватившей престол. Павел долго ждал, да и правил недолго (1796 – 1801), зато два его сына, Александр 1 и Николай 1, правили великой страной более полувека, расширяя ее границы, им наследовали сыновья и внуки. Так что очень точно определил Горацио явление Призрака: «Соринка, чтоб затмился глаз рассудка» (1 акт). Да, отец Гамлета при жизни отстоял независимость страны, а Призрак отнял ее, так как Дания после массовой гибели королевской семьи оказалась занятой норвежскими войсками.

Пятое столетие читатели сочувствуют Гамлету в его мести. А в чем действительно его трагедия? Не в том ли, что погибли большие силы ума и сердца на ложном поприще? Мы не берем на себя смелость вынести решающее суждение по обозначенной проблеме. Мы стремимся сформулировать ее для дальнейшего обсуждения и разрешения. Тем более, что путь от мира, пусть несправедливого, грешного, к справедливости через войну и самоистребление – не это ли путь любого борца, революционера, террориста? Проблема более чем актуальная.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 02.06.2019 эмма веденяпина
Свидетельство о публикации: izba-2019-2568852

Метки: месть, герой, рефлексия,
Рубрика произведения: Разное -> Литературоведение










1