Размышления перед первой рюмкой


Размышления перед первой рюмкой
РАЗМЫШЛЕНИЯ ПЕРЕД ПЕРВОЙ РЮМКОЙ

К юбилею Валентины

Четырёхстопный ямб мне надоел:
Им пишет каждый. Мальчикам в забаву
Пора б его оставить. Я хотел
Давным-давно приняться за октаву.
А. ПУШКИН.
«Домик в Коломне»

I.
И я давным-давно уже хотел
Приняться за октаву. Но причины
Всё не было никак. В текучке дел
Четырёхстопным ямбом без кручины
Писать стихи – таков был мой удел.
Но славный юбилей у Валентины
Меня вдруг на октавы вдохновил,
И я октавами заговорил.
II
Вот видите, вторая уж октава
Словесный начинает свой разбег.
Ну что же! И она имеет право
Стать в строй других октав.
В наш гиблый век
Тому лишь только и хвала и слава,
Кто, будь он стих, хоромы, человек,
В «Единую Россию» соберётся
И долго с ней в единстве остаётся.
III
Но Валентина думала не так.
Она единство с Богом признавала,
А флюгерных единороссов флаг
Объединял собой кого попало,
Но только тех, кому Господь был враг
Или о Нём кто думал шибко мало,
И потому вершил дела свои
По выгоде земной – не по любви.
IV
Ну, о какой любви здесь думать можно,
Когда они за десять с лишним лет
Политикой бездарной и безбожной,
Принёсшей столько горя нам и бед,
Над родиной, почти уже острожной,
Надежд последних угасили свет.
И в этой темноте давно живём мы,
И волосы оставшиеся рвём мы.
V
Но нашенским стенаньям вопреки
Объединенцы миру протрубили,
Что Русь они подняли на дыбки
И что в стране давно уже забыли
Бесхозности ужимки и прыжки,
И даже нищие теперь зажили
Безбедно и безгорестно у нас,
Ну как в приличных странах
средний класс.
VI
Но почему-то вместе с Валентиной
Уже на протяженье многих лет
Мы всё одной печалились картиной,
Как в мусорниках грязных на обед
Обросшие детина за детиной
Объедки собирали. Спору нет,
Они живут и в зарубежных странах,
Но не в таких размерах окаянных.
VII
Конечно, и кому же было знать,
Как не любимой юбилярше нашей,
Что цены прут и прут, в такую мать,
Уж мы расходы покрываем кашей,
Да ведь не будешь день и ночь питать
Себя овсянкой. Даже и Парашей
Вдруг станешь, каша быстро надоест,
Пускай её Медведев-Путин ест!
VIII
Но нет! Медведев-Путин, пусть единый,
Однако, дюже проявляя прыть,
Одною он стремится половиной
В премьерском кресле непременно быть,
Другой – на троне с обликом орлиным
Старается единство утвердить.
Поскольку трон с орлиной головою,
Но не с одной, а всё-таки с двойною.
IX
Короче, наш Медведев-Путин есть
Не захотел объедки и овсянку.
Решил он получить всё сразу здесь,
На этом свете, взяв судьбу-беглянку,
Как говорят охальники, за шерсть,
И не под вечер взять, а спозаранку,
Не дожидаясь благ, которых Бог
Даст в вечности, —
Он, право, дюже строг.
X
А тут, скажи-ка, выборы приспели.
И наши власти (сплошь единоросс!)
Такие гимны в честь свою запели,
Что хоть не слушай — оторви да брось.
До выборов осталось две недели,
И сплошь единоросс вдруг взял да врозь
И разбежался, и переругался,
Откуда только сразу кто и взялся.
XI
И ругань пылью в небо поднялась,
Но чем страшнее меж собою бились
Осколки целого, чем гуще грязь
Из всех охрипший точек СМИ струилась,
Тем истина верней являла ясь,
Что если б выборов судьба свершилась
Сию минуту, власть бы вновь срослась,
И в золото бы превратилась грязь.
XII
Мы с Валентиной видели всё это
И явно сатанинскую игру
Воспринимали как борьбу со светом
Российской силы тьмы. Она муру
Уже пятнадцать лет нам гонит где-то,
И уходить не хочет по добру.
Один Явлинский с этой сворой бьётся,
Но мало что бедняге удаётся.
XIII
Он и на этот раз призвал страну
Голосовать за «Яблоко». Оно лишь
Стране застывшей принесёт весну.
Его молчать о зле не приневолишь.
И не заставишь в рабском быть плену
У наглого вранья... Мой милый кореш!
Валюша! Так давай же за него
Проголосуем — только и всего.
XIV
Вот так семейством и проголосуем.
Четвёртого числа. В воскресный день.
Придём втроём. И в щель немую сунем
За яблочников каждый бюллетень.
Три голоса за правду — приплюсуем.
Но снова будет мухлевать не лень
Вам, божествам кремлёвским,
при подсчёте.
Кому вы наши голоса зачтёте?
XV
Кому, кому, понятно же, кому.
Кто в выборы всех больше потрудился.
Единству нераздельному тому,
Которому я выше поклонился.
Но в пику предложенью моему
Ответ у Валентины появился:
Чтобы не впасть в ошибку, так сказать,
За Господа Христа голосовать.
XVI
Вот это я скажу кандидатура!
Куда Медведев-Путин рядом с Ним!
Захочет — и любая процедура
Охватит Думу действием благим.
Захочет — от Кремля и до Амура
Дух возрождения, необорим,
Всей жизни нашей скомканной коснётся,
И вправду возрождение начнётся.
XVII
Да и пойдёт, да и пойдёт, пойдёт!
И нравственность
с низин своих болотных
Уверенно вдруг выходить начнёт.
И сад культуры снова Русь охотно
Спасительною сенью обоймёт.
И армия бомжей и безработных
Возьмёт и оживит рабочий класс —
А с ним и экономику у нас!
XVIII
И жизнь пойдёт не к той единой цели,
Которая к развалу привела,
А к той, к которой с Господом умели
Свои и мысли править, и дела
Предшественники наши. Нам хотели
Они свой опыт передать. Но мгла
Семнадцатого года русский разум
Надолго отравила красным газом.
XIX
Он и сегодня, этот красный газ,
Умами очень многих русских правит,
И даже век спустя едва ли нас
От своего влияния оставит.
Вот и единый управленцев класс,
Как Барабас, своей нас глыбой давит,
И скоро ли раздавит — вот вопрос,
Социализма сын — единоросс.
XX
Как хорошо, что с юбилеем Вали
Бесчеловечной бешеной грызни
Минувшие недели не совпали,
Как будто в Лету канули они.
Мы в воскресенье
вместе с солнцем встали,
Участок уж зажёг свои огни,
Людишек к новым урнам созывая,
И повела нас к этим урнам Валя.
XXI
Вот дали бюллетеня мне листок
И непривычно я вошёл в кабинку
(Голосований не один уж срок
Я пропустил — туда их все, в корзинку!)
И против «Яблока», в той строчке Бог,
По крайней мере не под чью сурдинку
Не пел Явлинский Гриша никогда, —
Поставил галочку, что значит — «да».
XXII
Тогда я так сказал: «Отец Небесный!
Я ставлю на Явлинского. Лишь он
Лишён всеобщей жадности телесной
И мудростью духовной наделён,
Которая одна лишь, как известно,
В мирских деяньях Божий есть закон.
Доколе нам терпеть позор? Доколе?
Но не моя, Твоя да будет воля!
XXIII
И если ты, Господь, и в этот раз
Попустишь нас надуть единороссам
И, как вчера, так, может, и сейчас
Оставишь нас опять же
с длинным носом,
То это только будет знак для нас,
Что не на высоте мы по вопросам
Христовой веры. Что и возражать.
Придётся очень крепко поднажать!
XXIV
Пожалуй, точно так и Валентина
Голосовала с матерью своей.
Пришли домой. И с душ тревожных тина
Ниспала в блеске солнечных лучей.
Как будто из дурного карантина
Нас выпустили на простор полей.
Кто будет в Думе, тот пускай и будет.
Господь о нас на миг не позабудет.
XXV
И срок настал готовить юбилей
Назло неразберихам и невзгодам.
И за октавы от души от всей
Принялся я, остыв к привычным одам,
Зато во славу Бога, всех гостей,
И нас, хозяев некоторым родом,
И юбилярши нашей, что сейчас
Читает вирши новые для нас.
XXVI
И только их Валюша прочитает,
Как рюмку водки, чистой, как слеза,
Сергей поднимет, как всегда бывает,
За нашу именинницу, и за —
Чуть-чуть поздней — за всех,
кто восседает
За этим столиком, глаза в глаза,
И хоть не очень принято — за Бога.
У нас к Нему единая дорога.
4. 12. 11 г., день.
Введение во храм Пресвятой Богородицы





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 24.04.2019 Борис Ефремов
Свидетельство о публикации: izba-2019-2545485

Рубрика произведения: Поэзия -> Лирика философская










1