Философия бесстрашия


Философия бесстрашия
-Человеку умереть - раз плюнуть, - лениво рассуждал Толик, вполне сознавая, что его никто или почти никто не слушает. - Дорогу переходишь, поскользнулся - и под колёса набегающего автомобиля. Или вот зимой на вокза­ле мужик с поезда прыгнул, не дожидаясь пока он остановится. Хотел за время стоянки сбегать чего-нибудь купить. Поскользнулся - и виском об угол тоннеля. Насмерть! Жизнь челове­ка на этом свете случайна.
-А на том свете? - спросил Борис, ловким щелчком отправив окурок сигареты в урну, и снисходительно и в то же время с завистью посмотрел на Вовку с Катькой, которые, занятые любовной игрой, оттеснили его на край скамейки.
-Того света нет, это я точно знаю! - обрадовался слушателю Толик и даже начал покачивать ногой, сидя на кривом стволе дерева. - Это поповские выдумки, чтобы люди смерти не боялись!
-А ты смерти не боишься? - подал голос с другого края скамьи Рафаэль.
-Ты чем слушаешь? - обиделся Толик. - Я же говорю: достаточно понять, что жизнь – случайность, и все страхи перед смертью отступят. Мы живём посреди минного поля. Шаг в сторону и - конец! Метеорит ли по башке ударит, молния шарахнет - и нет человека! Так чего бояться? Надо жить, а не со страхом ожидать конца.
   Катька неожиданно громко взвизгнула и, подскочив, отбежала к дереву, на котором восседал Толик.
-Знаешь, Толян, почему с тобой девчонки не дружат? - игриво спросила, поправляя чёрную венгерку.
-Кто тебе сказал, что они со мной не дружат? - небрежно качнул ногой Толик. - Это я с ними не дружу!
-Вот-вот! Ты просто слишком нудный. А девчонки весёлых любят!
-Во-первых, я не нудный, а умный! - парировал Толик. - А, во-вторых, не шут, чтобы всяких веселить.
-Кать, чего встала-то? - заёрзал на скамейке Вовка. – Иди, садись!
-Да ну вас! - махнула рукой Катька. - Так все танцы и просидите. Я танце­вать хочу!
-Сейчас Ромео подойдёт, и двинем!
-Конечно, вы же по одному ходить слабаки! Вот вам! - Катька показала язык и танцующей походкой направилась на другой конец парка, откуда призывно доносилась эстрадная музыка.
-Может, и мы? - спросил Рафаэль.
-Подождём немного, - взглянул на часы Вовка. - Рано ещё, да и Ромео что-то опаздывает.
-За Катьку не боишься? - спросил Борис. - Или уверен, что она тебе принадлежит и душой, и телом?
-Душой - да. А телом... Знаешь, Борька, есть неписаное правило: друзей детства не трогать… Преждевременно!
-Особенно когда матери подружки, а отцы вместе выпивают, - съязвил Толик.
-Ну ты, академик! - повысил голос Вовка и поднял кулак. - Видел?
-У меня не меньше, - отмахнулся Толик.
-Да ладно вам, - лениво зевнул Борис. - Пусть лучше Толян свою концепцию про смерть дальше развивает.
-Я уже закончил, - ответил Толик. - Кто проникнется мыслью о случайности жизни, тот не будет бояться смерти и станет бесстрашным. Все подвиги от этого понимания.
-Вот в этом я с тобой не согласен, - философски изрёк Рафаэль. - Ведь раньше герои шли на смерть с верой в загробную жизнь. Отними эту веру - и никакое бесстрашие не поможет. Ведь на этом свете есть много такого, ради чего больше хочется жить, чем умереть. Например, любовь.
-Погоди ты со своей любовью! - подскочил Вовка. - А ты, Толян, проникся чувством бесстрашия?
-Само собой, - уверенно ответил Толик. - Это ж моя теория!
-Сейчас проверим, - Вовка неожиданно развернулся к Толику и хлопнул в ладоши перед его лицом. Но тот не отшатнулся и не моргнул, только сказал:
-Шуточки, как у пятилетнего ребёнка. Это же ты не бесстрашие проверяешь, а мои рефлексы или инстинкты. Я их всегда путаю.
-Толян, не слабак, - подтвердил Рафаэль. - Всегда буром прёт. Того и гляди, на финку нарвётся.
-Хорошо, - не сдавался Вовка. - У меня есть идея, как проверить твоё бесстрашие. Ты абсолютно ничего не боишься, так?
-Так, - насторожился Толик в ожидании подвоха.
-И в загробную жизнь не веришь?
-Не верю.
-А в духов, привидений?
-Сказки, всё это!
-Отлично! - Вовка снова хлопнул в ладоши. - Предлагаю эксперимент. Мы днём спрячем какой-нибудь предмет в склепе купца на клад­бище. В том самом, где прятались по весне, когда нас покровские ребята из кооперативного техникума с танцев турнули! А наш бесстраш­ный Дон-Кихот этот предмет достанет в полночь.
-Бр-р, - передёрнул плечами Борис. - К чему такие страсти? К тому же мы там уже засветились. В прошлый раз еле ноги унесли. Рискованно опять появляться.
-Мы потихоньку! Зайдём со стороны мемориала Отечественной войны и подождём нашего героя…
-Согласен! -Толик спрыгнул с дерева. - Когда начнём?
-Завтра и начнём!
-Была нужда в полночь в такую даль!.. - попробовал возразить Рафаэль, но спорщики уже ударили по рукам.


***
   Толик еле пробился к покосившемуся от времени склепу. Тропинку, по которой они шли сюда днём, потерял в темноте, и пришлось дважды сделать круг, прежде чем достигнуть заветной цели. Многочисленные могилки, казалось, не хотели пропускать праздношатающегося парня, тесно сомкнув свои причудливые оградки, подступающие к кирпичным стенам вросшего в землю склепа, четыре арки которого, забранные решётками, смотрели во все стороны. Одна решётка была то ли разрушена временем, то ли местными обитателями. И сейчас Толик слышал, как в тиши вдруг начинали раздаваться вздохи и бормотания, а где-то не­подалёку даже металлический скрежет. Другой, возможно, и испугался бы этих звуков, но Толик знал, что на покровском кладбище ночуют многие, спившиеся и опустившиеся до животного образа жизни отбросы человеческого общества, а попросту бичи и бомжи. Они-то и нарушали покой мёртвых. Толик не опасался их, но и привлекать к себе внимания не хотел. Поэтому зажёг фонарик лишь проникнув во внутрь склепа. Впрочем, снаружи его свет и не понадобился. Луна заливала кладбище ярким мертвенным светом, отражаясь на металлических частях памятников и крестов. Картина была не столько жуткая, сколько загадочная. Это был город мёртвых. Именно город, со своими жителями, которые, казалось, отлучились все сразу. Вот только надолго ли? Навечно, или на мгновение? А что если они незримо присутствуют здесь? Скользят призраками по аллеям, наблюдают за непрошеными гостями? Толик встряхнул мысли. Загробной жизни не существует! Нет доказательств жизни после смерти! И всё же обстановка настораживала и заставляла слегка трепетать его бесстрашное сердце. Он взял маленькую детскую тарелочку, оставленную здесь днём, и погасил фонарик. Испытание на бесстрашие подошло к концу. Осталось вернуться на площадь Победы, которая граничила с кладбищем и где дожидались его друзья. По тропинке это будет сделать нетрудно. Вдруг со стороны площади донесся волчий вой. Протяжный и тоскливый, он, наверное, пощекотал нервы ночных обитателей. Но только не Толика. Тот лишь усмехнулся и вполголоса пробормотал:
-Ну погоди, Вовка, доберусь до тебя!
   А может, это Рафик или Борька? Неплохо имитируют, черти!И тут нервы Толика сжались в комок: внутрь склепа упала тень. По ту сторону решетки стояла невысокая женщина. Свет луны освещал её сзади, скрывая черты лица и делая стройный силуэт таинственным. Что это не призрак, не видение, можно было понять по мягкому колыханию подола расклешённой юбочки.
-Тебе чего надо? – придавая голосу грубость, спросил Толик, подумав, что перед ним бомжиха, место ночлега которой он, вероятно, занял.
   Незнакомка пожала плечами и в свою очередь поинтересовалась чуть ли не детским голоском:
-А ты что здесь делаешь?
   Девчонка?! Но что может делать девчонка в первом часу ночи на кладбище!!! А может, ведьма?! И у бесстрашного юноши поползла неприятная холодная змейка по спине. Однако голос ничуть не изменился. Чему быть, того не миновать!
-Что тут делают по ночам? Клад ищу!
-А-а, - понимающе протянула незнакомка. – Не подашь ли ты мне детскую тарелочку? Она должна лежать слева в стене между кирпичами.
   Толик включил фонарик и будто ненароком скользнул лучом по лицу незнаком­ки.И в самом деле, девчонка! Лет четырнадцать-пятнадцать. Довольно симпатичная. Она не заслонилась от света. Дала себя рассмотреть, а потом сказала, поправляя большой коричневый свитер:
-Убери свет, а то я ослепну.
-Зачем тебе тарелочка? – удивился Толик. – И что ты делаешь здесь в такое время? Это небезопасно.
-А кого мне бояться? - после того как погас фонарик, незнакомка вновь превратилась в стройный силуэт. - Вся наша жизнь – сплошная случайность. Вся наша судьба записана заранее. Стоит понять это и перестанешь бояться всего на свете. В том числе и смерти. А кто не боится - тот бесстрашен.
-Та-ак, - опешил Толик. - Тебе это кто-нибудь сказал или сама додумалась?
-Это моя теория, - тихо рассмеялась незнакомка. -И здесь я потому, что с этой теорией бесстрашия постоянно нарываюсь на насмешки. Вот и сейчас приходится играть в игру: я на свете всех смелее, всех отважней и умнее. Хотя последнее в данной ситуации вызывает сомнение. Днём мы побродили по кладбищу, заглянули в эту башенку, или как её ещё назвать? Увидели тарелочку детскую. Вот подруги и предложили мне достать её в полночь. Сами-то, трусихи, на автобусной остановке с парнями дожидаются. А чтобы нагнать на меня страху волками воют. Слышишь?
-А я подумал, это из моей компании звереют.
-Значит, ты тоже проходишь испытание на прочность? – в голосе незнакомки послышалась лёгкая ирония.
-Приходится, - чувство тревоги окончательно отступило. – Но тарелочка моя. Вернее, наша. Мы её из дома принесли. И она является доказательством моего бесстрашия.
-Жаль, - опечалилась незнакомка. – Может, всё-таки, уступишь её мне на несколько минут? Я покажу подругам и верну? Тебя как звать?
-Толик.
-А меня Рита. Ты давай выходи, а то так и простоишь внутри до рассвета.
   Но как только Толик сделал шаг наружу, вновь засмеялась тихим колокольчиком:
-А не боишься? Вдруг я ведьма и только жду, когда ты покинешь это священное место, где я над тобой не властна?
   На миг Толику стало не по себе, но только на миг.
-Если уж ударяться в суеверия, то на кладбище вся земля священная, - буркнул он, храбро шагнув из склепа. В это время где-то неподалёку раздался треск под чьими-то ногами. Девчонка вздрогнула и непроизвольно подалась навстречу. Их руки соприкоснулись, и холодная дрожь девичьей кожи кольнула Толика.
-Не такая уж ты и бесстрашная, - с непонятной радостью констатировал он.
-Я не путаю бесстрашие с безрассудностью, - отпарировала Рита, но голос её уже не звенел, а тихо вибрировал. Глаза напряжённо старались пронзить темноту, наступившую после того, как одинокое облако заслонило луну.
-А ты мёртвых боишься? - спросил Толик, нагнетая обстановку.
-А ты?
-Я первый спросил.
-Не знаю, - призналась Рита. - Когда деда хоронили, вроде не боялась. А вот соседку... Было что-то неприятное. Но больше боюсь живых. Особенно тех, которые бродят по ночам на кладбище.
-Но меня ты не испугалась?
-Нет. Я следила за тобой, пока ты кругами ходил.
   У Толика возникло непреодолимое желание напугать эту бесстрашную девчонку. Совсем немного. Для чего? Может, тогда она крепче возьмёт его за руку? А вдруг прижмётся?
-Сейчас полночь, - напомнил Толик, стараясь придать своему голосу как можно больше таинственности. -Посмотри на тот памятник, что сверкает звездой справа. Сейчас над ним взовьётся призрак.
   Метрах в десяти от них отсвечивал свежей краской обелиск со звездой. Выглянувшая луна заиграла на широких гранях, повторяя путь кисточки, днём красившей его.
-Дурак ты, Толик! – и Рита стала дальше на два шага.
   И вдруг с основания свежеокрашенного памятника вверх поплыла серебристая волна, оторвалась от звезды и, зависнув над могилой в виде прозрачного облачка, стала принимать человеческие контуры.
Толик не заметил, как прижалась к нему девчонка, как от резкого поворота её головы, волосы, собранные цветной резинкой в буйный хвостик, хлестнули по уху и опали на его плечи. Бесстрашные юнцы застыли и побледнели. Их вполне можно было принять за новый памятник на этом зловещем кладбище. Видение неожиданно лопнуло, как мыльный пузырь, рассыпав вокруг множество гаснущих звёздочек. Облако вновь окутало луну. И наступившую тишину нарушало лишь учащённое биение двух сердец.
-Такое часто бывает, особенно на старых кладбищах, - раздался в темноте мужской голос, идущий откуда-то снизу. Выглянувший край луны осветил неясный силуэт сидящего на неогороженном холмике человека. Как он оказался так близко?! И давно ли наблюдал за молодыми людьми?
-Иногда просто звёздочки выплывут из земли, иногда вот так, как привидение. В этом нет ничего загадочного. Поверьте мне.
-А вы кто? – чуть ли не разом выдохнули Толик с Ритой.
-Я? - незнакомец задумчиво посмотрел на ребят. – Просто – Солт. Случайный встречный на вашем пути. Ясновидец, между прочим.
-Больше похожи на бомжа или бича, - заметил Толик слегка дрожащим голосом.
-А разве ясновидец не может быть и тем и другим? – мужчина встал и отряхнул пыль со своей просторной чёрной рубашки, свисающей поверх чёрных широких брюк чуть ли не до колен. -Что же касается интеллигентности, то это понятие весьма условно. Особенно в советском обществе.
-Вы, наверное, монах? - неуверенно предположила Рита, оглядывая странное одеяние незнакомца.
-Нет. Я – сторонний наблюдатель. И здесь оказался только ради того, чтобы предупредить вас.
-О чём? – насторожилась Рита.
-Когда ты вырастешь, то станешь инженером, хотя сейчас и мечтаешь стать учительницей, - проигнорировал её вопрос незнакомец. – А ты юноша…
-Я буду космонавтом! - перебил Толик, окончательно приходя в себя. – Или ясновидцем.
-Есть какие-нибудь способности? – с иронией спросил Солт, вновь присаживаясь.
-Конечно! - Толик уверенно мотнул головой. – Могу точно предсказать, что в следующем году состоится чемпионат мира по футболу, а в восемьдесят четвёртом пройдут очередные олимпийские игры!
-Ну-ну, - Солт обнял колени руками. – А как наша жизнь? Изменится к лучшему?
-С чего ради? Когда одни деды у власти! Когда ещё перемрут! Да и на их место придут другие маразматики.
-Нельзя так! - одёрнула Толика Рита.
-Великие события скоро потрясут нашу страну, - изрёк Солт. – Жизнь перевернётся. И вы будете свидетелями всего этого, если послушаете меня.
-Поздно уже, - поёжилась Рита. – И холодно.
-Скорее жутко, - поправил Солт. – Кто же ходит на кладбище в такую пору.
-Некоторые не только ходят, но и оскверняют могилы, сидя на них, - с неприязнью заметил Толик.
-Покой мёртвых нельзя нарушить ничем, - Солт положил ладонь на холмик. -Оскверняя могилы, вандалы тем самым травмируют психику живых. А на эту могилу уже давно никто не ходит. Цепочка памяти прервалась. Здесь много таких захоронений. Память человеческая коротка. Особенно в России. Вот вы помните своих прадедушек или прабабушек? То-то и оно. А может, на этом месте покоится ваш далёкий предок?
-Жутковато становится от ваших слов, - призналась Рита.
-И страшновато, - сказал Солт. – Я слышу, как отчаянно бьётся твоё сердце.
-Ладно, пойдём, - Толик взял девушку за руку. – А то он тебя сейчас окончательно запугает.
-А вам некуда торопиться. Твоих дружков, Анатолий, несколько минут назад спугнула милиция. Бдительные стражи ночного города гонялись за ними на машине. Но ребята оказались на редкость проворными и сейчас находятся где-то на подходе к своим домам. А вернее, к дому. Вы же все с одного двора. А твои друзья, Рита, уже давно переместились в глубь Покровки к дому с двумя широкими скамейками, на которых согревают друг друга в отнюдь не дружеских объятиях.
-А откуда вам… известно… - начала было Рита, но незнакомец перебил её.
-Я же ясновидец! Могу рассказать, что произойдёт с вами в ближайший час.
-Интересно, - усмехнулся Толик, озадаченный познаниями Солта. Чтобы столько знать, недостаточно было подслушать разговор у склепа.
-Охотно верю, - согласился Солт. – Всегда интересно заглянуть в будущее. Вы выйдете на площадь Победы к мемориалу Отечественной войны, убедитесь в отсутствии друзей и пойдёте домой. Вернее, домой пойдёт Рита, а ты, Анатолий, как истинный джентльмен вызовешься её проводить. Что и будет страшной ошибкой с твоей стороны. Живёт Рита недалеко, но в глубине частного сектора. А не спите сейчас не только вы. Возвращаясь к автобусной остановке, ты подвергнешься нападению группы хулиганов. Просто так, без причины. Но ты же неплохо дерёшься и умеешь постоять за себя! И спасаться бегством не привык. Хотя иногда и приходилось. Завяжется драка. Итог – удар металлическим прутом по голове и инвалидность на всю оставшуюся жизнь.
-Ну и фантазия у тебя, дядя! - небрежно сказал Толик, успокаивая, скорее всего, Риту, почувствовав, как напряглась её рука.
-Фантазировать можно до бесконечности, - снисходительно отозвался Солт. – Зная развитие событий, ты всё равно пойдёшь провожать девушку. Её очарование сильнее веры в мои слова. Но когда на твоём пути встанут хулиганы, вспомнишь наш разговор и побежишь. Увы, эта предательская темнота!Ты споткнёшься и упадёшь. А потом повторится первый сценарий с инвалидностью.
-Есть ещё варианты? – угрюмо поинтересовался Толик.
-Есть. Рита настроена не столь скептически. Она поверит мне и тихонько последует за тобой, чтобы убедиться, что ты благополучно выберешься из опасного района. При нападении она отважно бросится на твою защиту. Ты ей ведь тоже уже стал не безразличен. Такие встречи и тем более в таком месте сближают невероятно. И тут хулиганы вынуждены будут поднять руку на девушку. Парень лежит безмолвно на земле с проломленной головой. Возможно, убит. Девушка – свидетель этого убийства. А что делают с нежелательными свидетелями?Анатолий до конца дней будет с болью вспоминать эту трагическую ночь.
-Всё?
-А разве недостаточно?
-Тогда разрешите откланяться.
-До свидания, - вежливо сказала, увлекаемая парнем Рита.
   Вскоре они выбрались на пустынную площадь. На автобусной остановке тоже никого не оказалось.
-А если он прав? – внутренняя дрожь завладела телом девушки.
-Я всё равно пойду провожать тебя! - упрямо заявил Толик.
-Я живу на этой улице, - Рита показала на чёрный провал, уходящий в сторону от главной дороги. – Все фонари хулиганы разбили.
-Пойдём.
-Может, не надо? - взмолилась девушка. – Расстанемся здесь. Зачем испытывать судьбу?
-И откуда он свалился на нашу голову со своими предсказаниями! - сплюнул Толик. - Если я не пойду провожать, то перестану уважать себя!
-А что делать мне? Метаться в неизвестности? Или украдкой следовать за тобой?- тихо сказала Рита и смахнула набежавшую слезу. Слезу страха или волнения?
-Вот этого делать не надо! - категорически заявил Толик и обнял девушку за плечи.
-Не провожай меня! - слабо запротестовала Рита, увлекаемая в темноту родной улицы. – Я здесь каждую кочку знаю. Проскользну, как мышка! Никто меня не заметит. И мы встретимся завтра. Ведь мы ещё встретимся?
-Обязательно! - и Толик храбро чмокнул девушку в щёчку.
   Рита ойкнула и покорилась судьбе. Ей приятно было идти в объятиях такого бесстрашного парня. Она хотела прижаться к его губам. Но первой не посмела этого сделать. А Толик не спешил проявлять чувства, напряжённо всматриваясь в темноту. Так они молча и дошли до ограды Ритиного дома. Во дворе загремела цепь и предупреждающе гавкнула собака.
-Тихо, Барсик! - подала голос девушка и остановилась.
   Вторая рука Толика легла на её плечо. И вдруг девушка почувствовала, что парня бьёт внутренняя дрожь. Он неумело потянулся губами. Руки напряглись. Никогда до этого он не был так близок с девушкой.Рита сама отыскала его губы и сделала первый поцелуй. За оградой продолжала греметь цепь, грозное ворчание становилось всё громче. Рита на миг отстранилась от юноши. Толик понял это по-своему. Счастья и так было слишком много.
-Я пошёл, - сказал, запинаясь, и уже более решительно добавил. – И не вздумай идти за мной!
-Никуда ты не пойдёшь! - Рита решительно потянула юношу к калитке. – Автобусы всё равно уже не ходят. Переночуешь в летней кухне. У нас там кровать с матрацем. Дедушка днём отдыхает. А утром уйдёшь.
-А разве можно? - в горле Толика пересохло.
-Можно, - и Рита, прикрикнув на большую чёрную собаку, провела гостя в небольшой домик, состоящий из одной комнаты. В углу темнела широкая кровать.
-Ты кушать хочешь? - тихим от волнения голосом спросила Рита.
-Нет, - поспешно отказался Толик.
-Здесь и одеяло есть, - девушка отвела взгляд в сторону. – Можешь раздеться.
-Я в одежде прилягу, - Толик буквально пылал от нахлынувших чувств. Он сбросил ботинки и присел на кровать. Вместо панцирной сетки оказались доски, которые не мог смягчить даже толстый матрац и верблюжье одеяло.
-Я пойду, - нерешительно сказала Рита, продолжая стоять на месте и вглядываясь в неясный силуэт юноши.
-Подожди, - срывающимся от волнения голосом сказал Толик. – Может, посидим? Спать что-то не хочется.
   Как ждала Рита этих слов! Как ждала этих объятий! Обнимали её и раньше на скамеечке. Но разве можно сравнивать! Почему он только обнял её? Как же он стеснителен!!!
   К утру Толик научился целоваться…






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 23.04.2019 Виктор Влизко
Свидетельство о публикации: izba-2019-2544394

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ










1