Пером и шашкой. К 5-летию Крымской Весны. "После Графской". Часть 4. Подвал, камера, пытки… дымом и бездельем!



Фуражки укроморов. Без комментариев

…Сидеть мне не понравилось. Самым гнетущим было бездействие! Как там дела на воле, как развиваются события, как памятник, как злополучная табличка – не выловили её? Как казачество, как взятое обязательство по охране порядка, несут ли службу ребята? Как семья, как дитя, которому через полтора месяца в первый класс идти?! Как дом, хозяйство, бизнес… Второе – жутко накурено. Постоянно, круглые сутки, работает телевизор, толком не выспишься. Запах – смесь табачного дыма, туалета и сырости – такой запоминается на всю жизнь, его уже ни с чем никогда не перепутаешь.

При этом – кормят хорошо, вкусно и сытно: борщ, картофельное пюре, жареная рыба, котлеты… Хлеб резали тонкой бечёвкой, ножи здесь не положены. Электрокипятильник – всегда чай, «Мивина». Принимающая сторона – «старшой», парень лет 25, кикбоксёр, поддержал, чем мог. Сидишь, бывало, взгляд в одну точку, а он тебе и «Мивинки» запарит, и чифирнуть пригласит…

Кое-каким правилам поведения в «хате» подучил, в чём-то поправил. Например, из-за боли в спине я не мог нормально слазить со второго яруса «шконки» (на первом всегда кто-то сидел, или смотрел телевизор, или пил чай), и мне приходилось прыгать прямо на пол в носках, а потом только обуваться, затем – обратно на койку, с общим матрасом. Так вот, такого делать нельзя, надо было – сразу в тапочки…

И поговорить было о чём, особенно с заехавшим ночью Андреем Исаевым. И на философские темы, и на религиозные… Жаль только, что он атеистом себя считал. Сам из Симферополя, и у нас оказались общие знакомые, казаки, атаманы, ранее также пребывающие в тех «структурах». От Андрея добивались, чтобы он кого-то там сдал, и перевозили время от времени по изоляторам всей Украины.

Не только бывшие ОПГшники у нас общими знакомыми оказались, но и спортсмены-дзюдоисты, тренеры. От них-то через несколько лет я и узнал, что Андрея зарезали в Симферопольском СИЗО. А ещё через несколько – уже во время Русской Весны, узнал от сотрудников милиции, кто и зачем это убийство организовал – один из высокопоставленных работников уголовного розыска и с целью скрыть множество собственных беззаконий.

Негодяй тот после Референдума одним из первых был выдворен из органов, и, насколько мне известно, рванув на Украину, впоследствии поехал на Донбасс для подавления восставшего народа, в зону т.н. АТО… Второго Андрея след потерялся, фамилия его – Иванько (почти как у Япончика). В соцсетях его я не нашёл. А увидеться был бы рад.

…За время отдыха на этом «курорте» было время прокрутить в замедленной съёмке события, явившиеся причиной моего неожиданного «отпуска». Кроме впечатлений, описанных в первой моей статье «Штурм Графской. Грозное предзнаменование Русской Весны», вспоминались отдельные эпизоды, приходило более глубокое осознание случившегося в тот день.

Во времявсего «побоища» с «укроморами» мы, севастопольцы, с ними толкались, пихались, в худшем случае хватали один другого за руки. Но при этом никто никого не бил, то есть, «ударной техники» нами не применялось. Не знаю, как другие, но я лично шёл в атаку без ненависти. Конечно, был боевой запал, но молодым украинским морячкам желать зла и в мыслях не было. Было презрение к русскоговорящим укропрогибающимся отдельным личностям, была злость на военных полицаев, ломавших незнакомого мне лично тогда ещё Караваева.


За что на них злиться? Они же - дети! На самом деле


Их призвали всего месяц назад. Грех на том, кто их сюда послал. Незаконно. Это признает даже Военная прокуратура Украины


Очаги драки как таковой, конечно, изредка возникали, и, если это происходило при мне, я их старался гасить. Но одному моему товарищу, члену нашей Церковной Дружины Всехсвятского храма, зовут его Игорь, прибывшему тогда на Графскую по моему вызову, досталось «по взрослому».

Один злобный офицер-укромор, пользуясь неразберихой при столпотворении, врезал ему со всей силы кулаком по рёбрам. Перелома в последующем рентген не показал, но боли у парня были такие, что он не мог работать целый месяц! И я лично его понимал, потому что испытывал когда-то подобное и на «своей шкуре».


Нормальные парни, вернее - хлопцы. Мирная беседа с одной из наших девчонок...


А вот этот «ихний» кап-2 суров. Наверняка - идейный!


Вспоминался и другой эпизод. Офицер, капитан второго ранга, во время самой напряжённой толкотни у строительных лесов возле «Дошки», просил у нас прощения: «Мужики, простите, я на службе!». Потом мне сказали женщины, что видели его в сторонке плачущим. Ну если есть совесть у человека, если он понимает всё, что происходит, за что нам его ненавидеть?


Был курьёз: один не в меру ретивый несовершеннолетний севастополец запустил в укроморов открытую банку краски...


Морячки оказались не лыком шиты: банка полетела обратно. Это - Костя Заруднев, депутат Ленинского райсовета


…Когда началось на Донбассе, и в направлении Донецка и Луганска выдвинулись колонны военной техники, я лично не допускал, что военные, офицеры, будут воевать с подобными себе, со своими земляками. Ошибся. Но, почти уверен, такой офицер, о котором я сейчас написал, в своих стрелять бы не стал!

Жалел ли, сидя в камере, о том, что участвовал в штурме? Нет, ни на минуту. Ни капли сомнений не было! Наоборот, был благодарен Богу, что всё-таки Он сподобил меня пересилить боль, подняться и поехать на заветную пристань…

        Дорогие читатели, следующая часть – окончание. Ввиду моего чудесного вызволения из темницы…

28 марта 2019 г.                                                                                                                                Анатолий Марета





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 1
© 13.04.2019 Анатолий Анатольевич Марета
Свидетельство о публикации: izba-2019-2537855

Рубрика произведения: Разное -> Публицистика










1