Т.Г. Шевченко Катерина поэма


1

Чернобровые, любитесь,
Но не с москалями!
Люди ведь они чужие,
Зло делают с вами.
Ведь он , шутя влюбляется,
Шутя, покидает,
Пойдет себе в Московию,
Она погибает.
Если б одна , ничего бы,
Мамы ведь бывают,
Родили что на свет божий,
Вместе погибают.
Сердца наши, как поёшь ты,
Они все покажут,
Люди сердец не увидят,
А «лентяйка» - скажут.
Чернобровые, любитесь,
Но не с москалями,
Люди ведь они чужие,
Смеются над вами.

Не слушала Катерина,
Ни отца, ни маму,
Полюбила кудрявого,
Влюбилась на славу.
Полюбила молодого,
Все с ним в сад ходила,
Пока себя, судьбу свою,
Там не погубила.
Мама дочь зовет на ужин,
Она все воркует,
Там, где шутит она с милым,
Там и заночует.
Не две ночи глаза его
Мило целовала,
Пока слава на все село,
Недобрая стала.
Пускай себе эти люди,
Что хотят, говорят,
Она любит и не слышит,
Что подкралось горе.
Тут недоброе известие -
В поход затрубили,
Пошел милый у Турцию,
Катюшу покрыли.
Не услышав, как успели,
Ей косу покрыть,
А милому если петь ей,
Можно погрустить.
Обещал же чернобровый:
Если не погибнет,
Обещал он, что вернется,
Тогда Катерина,
Будет себе московкою,
Забудется горе,
А пока, да пускай люди,
Что хотят, говорят.
Загрустила Катерина,
Слезы из глаз льют,
Ведь девушки на улице
Там без нее поют.
Не грустит уж Катерина,
Умоется слезой,
Возьмет ведра одна в полночь,
Пойдет за водой.
Чтобы враги не видели,
К колодцу придет,
Станет себе под калину,
«Грыця», запоет.
Все поёт и распевает,
Что плачет калина,
Возвратится, рада очень,
Что была не видна.
Не грустит все ж Катерина,
Знай себе, мечтает,
Платок новенький надела,
Окно открывает.
В окно смотрит Катерина,
Полгода минует,
Затошнило возле сердца,
Болезнь так лютует.
Заболела Катерина,
Болезнь свою знает,
Оклемалась, и за печью
Ребенка качает.
А женщины насмехаясь,
Будто бы ликуют,
Что москали возвращаясь,
У нее ночуют.
Твоя дочка черноброва,
Да ещё едина,
Что за печью все муштрует
Московского сына.
Чернобрового искала,
Будто ты учила,
И пускай же, цокотухи,
Вас беда побила.
Эту мать, что людям на смех,
Сына народила.

Катерина, моё сердце,
Горе мне с тобою,
И куда же тебе деется,
С малым сиротою?
Кто расспросит, приласкает,
Как же тебе быть?
Отец с мамой, как чужые,
Как же с ними жить?

Оклемалась Катерина,
Окно открывает,
На улицу она смотрит,
Ребенка качает.
Посмотрела, а его нет,
Нет, уже, не будет,
Пошла бы в сад, поплакала,
Так ведь смотрят люди.
Солнце зайдет, Катерина,
По саду все ходит,
На руках все носит сына,
Разговор заводит.
Вот здесь с муштры ожидала,
А здесь провожала,
А там, милый мой сыночек,
Сразу ж замолчала.

Зеленеет в том садике
Черешня, да вишня.
Как и раньше, выходила,
Катерина вышла.
Вышла, но не поет уже,
Как раньше бывало,
Как москаля молодого
В саду ожидала.
Не поет все ж черноброва,
Судьбу проклинает,
Наговаривают люди,
Что делать не знает.
Куют речи они злые
И как же ей - то жить.
Был бы милый чернобровый,
Смог бы защитить.
Далеко ведь чернобровый,
Не видит, не слышит,
Как враги над ней смеются,
Как плачет, как дышит.
Может, убит чернобровый,
За тихим Дунаем?
Может, ушел в московщину,
С другою гуляет?
Нет, чернявый не убитый,
А живой, здоровый,
Где ж найдет такие очи
И черные брови?
Далеко , там в московщине,
С того боку моря,
Нет негде там Катерины,
Так пришло ведь горе.
Мать сумела дать ей брови,
Карие глазенки,
Не сумела счастья дать ей,
Той своей девчонке.
А без счастья её лицо,
Как цветочек в поле,
Печет солнце, ветер клонит,
Любой рвет на воле.
А ты мой же лицо своё,
Мелкими слезами,
Возвращались москалики,
Иными путями.


2.
Сидит отец в конце стола,
Голову склоняет,
И не смотрит на мир божий,
Будто застывает.
Возле него сидит мама,
Сидит в уголочке
И сквозь слезы, еле - еле
Говорит так дочке:
«Где же свадьба, дочь родная,
Почему без пары?
Где ж подруженьки с дружками,
Староста, бояре?»
В московщине, дочь родная,
Пойди их искать,
И не скажи добрым людям,
Что имеешь мать.
Проклят час и это время,
Что тебя родила,
Если б знала до восхода,
Тебя утопила.
Тогда б гадам пригодилась,
Теперь лишь москалю,
Ой, дочь моя любимая,
Ведь я тебя люблю.
Как ягодку, как пташечку,
Любила, растила
И за это нас, родная ,
Отблагодарила.
В Москву иди, свекровь найди,
Там счастье ты своё,
Не хотела меня слушать,
Послушай хоть ее.
Иди дочка, найди ее,
Иди не стесняйся,
Будь счастлива между чужих ,
К нам не возвращайся!
А когда тебя не будет
И тот час приходит,
Кто же мою головушку,
Тогда похоронит?
Кто заплачет надо - мною,
Как родной ребенок?
Кто поплачет на могиле,
Вопрос очень тонок.
Без тебя кто ж душу мою,
Поминать - то будет?
И кто меня в этом мире
Вовек не забудет?
Иди от нас, еле - еле,
По - благословила,
«Бог с тобою», будто мертвой ,
На низ повалилась.

И тут отец отозвался:
«Чего ждешь так долго?»
Зарыдала Катерина,
И упала в ноги.
Прости меня, отец родной,
Что я натворила,
Прости меня, мой голубчик,
Я же вас любила!
Пускай тебя Бог прощает,
И добрые люди,
Молись Богу, иди себе,
Так мне легче будет.

Еле встала, поклонилась,
Зачем же напевать?
И остались сиротами,
И отец, и мать.
И в вишневый пошла садик,
Бога попросила ,
Взяла земли под вишнею,
На крест нацепила.
И сказала: « Не вернусь я,
Пусть хоть что говорят,
В чужой земле, пусть чужые,
Меня похоронят».
А своей лишь та крошечка,
Надо мною ляжет,
И про долю, моё горе,
Чужим людям скажет.
Не рассказывай, голубка,
Где б ни схоронили,
Чтобы грешной, в этом мире,
Люди не судили.
Что мать его не расскажет,
Как бы заручиться,
Боже ты мой, горе моё,
Куда же мне скрыться?
А запрячусь, дитя моё,
Сама под водою,
Ты грехи мои искупишь
В людях сиротою.
Без отцовством : пошла селом,
Случай очень громок,
А на голове - платочек,
На руках - ребенок.
Пошла селом, сердце ноет,
На колени встала,
Назад она посмотрела,
Громко зарыдала.
Так, как тополь, стала в поле,
При битой дороге,
Все рыдает, нет уж силы,
Еле держат ноги.
А за горькими слезами
Своё горе знает,
Только сына все голубит,
Целует, ласкает.
А дитя, как ангелочек,
Ничего не знает,
Лишь своими он устами
К груди припадает.
Село солнце за дубравы,
Край неба пылает,
И утерлась, повернулась,
Ушла куда знает!
В селе долго говорили
Новости худые,
Но не слышали их больше,
Все ж ее родные.

Вот такое в этом мире,
Делают все люди,
Того режут, того вяжут,
Тот сам себя губит.
А за что же? Святой знает:
Мир такой широкий!
И куда же прислониться,
Если одинокий?
Для одних судьба - открыта,
Ласкают, не гонят,
А второму оставила,
То, где захоронят.
Где ж те люди, те добрые,
Те, что судьбы знали?
Чтобы с ними век прожить весь,
Пропали, пропали!

Есть на свете доля,
Что людей лелеет,
А есть и свобода,
Кто ее имеет?
Есть люди на свете,
Золотом сияют.
Кажется, пануют,
А доли не знают.
И даже свободы,
Лишь горе все видно,
Жилет надевают,
А плакать им стыдно.
Возьмите те злато,
Не надо вам биться,
А я возьму слезы,
Чтоб с горем сразиться.
Потоплю несчастье,
Мелкими слезами,
Затопчу неволю,
Босыми ногами.
Тогда я веселый
И тогда богат,
Как будет сердечко,
Свободно гулять.

« 3. «
Кричат совы, спит дубрава,
Звездочки сияют,
У дороги, в чистом поле,
Суслики гуляют.
От чего все отдыхают,
Что их утомило?
Кого слезы, кого счастье,
Всё ночка укрыла.
Всё укрыла, очень тёмно,
Так, как деток мама,
Где ж Катюша - то ночует,
В лесу под кустами?
Или в поле под копною,
С сыночком играет,
Иль в дубраве, за кустами
Волка выжидает?
Лучше б вас черные брови,
Совсем не иметь,
Из - за вас такое горе
Ей пришлось терпеть.
А что дальше ожидает,
Будет горе злое,
Может, встретит судьбу свою?
Кругом всё чужое.
Вот зима настанет злая,
А он ли нас встретит,
Иль узнает Катерину,
Иль сына заметит?
С ним забудется все горе
Время пролетит,
Поприветствует, как мама,
Как брат заговорит.

Все увидим и услышим,
Надо отдыхать,
А пока что в московщину
Я путь хочу узнать.
Путь далекий, паны-братья,
Давайте припомню,
Даже сердце замерзает,
Когда его вспомню.
Походил и я когда-то,
Чтоб его не мерить,
Расскажу о своем горе,
Если мне поверят.
Скажут: « Врет в глаза нам прямо,
Обмануть нас хочет,
А так только речь ломает,
И людей морочит».
Правда , ваша, правда, люди,
И зачем вам это знать?
Что слезами перед вами,
Буду выливать.
Зачем оно? У каждого,
Своего на диво,
Да ну его! А сейчас мне
Дайте лишь огниво!
И табака щепоточку,
Пускай задымится,
Если горе рассказывать,
Худое приснится.
Пускай зло - то забирает,
В пути этом длинном.
Где же моя Катерина,
Скитается с сыном?

За Киевом, да за Днепром
Леса обитают,
Чумаки идут дорогой,
Громко распевают.
Идет дорогой молодуха,
Может, с богомолья,
Невеселая такая,
Знать, хлебнула горя.
И в поштопанной сермяге,
Сума за спиною,
В руке палка, а ребенка
Держит все другою.
Встретилась, да с чумаками,
Ребенка прикрыла,
«Та дорога в московщину»?
- Она их спросила.
В московщину? Та самая,
Далеко ль собралась?
В Москву самую и денег,
спросить догадалась.
Берет « шага», и дрожит вся,
Ей тяжело - то брать!
И зачем же? А ребенок,
Она ж его мать!
Заплакала, идет дорогой,
В селе отдыхала,
А сынишке за горького,
Сладость покупала.
Долго шла она, сердешна,
Всё путь узнавала,
И частенько под забором
С сыном ночевала.
Вот и пригодились карие глазенки,
Под чужим забором слезы выливать,
Вот и посмотрите, покайтесь, девчонки,
Чтобы не пришлось вам москаля искать.
Чтоб не доводилось, как Катюша ищет,
Вы бы не спросили, и за что ругать?
Зачем не пускают в хату ночевать?
Не просите, чернобровы,
Ведь люди не знают,
Если Бог за что накажет,
Они продолжают.
Люди гнутся, будто лозы,
Куда ветер веет,
Сиротине солнце светит,
( Светит, но не греет),
Люди б солнце заслонили,
Дали бы им силу,
Чтобы бедной сиротине
Слез не осушило.
А за что, мой Боже, милый,
За что ее судят?
Что сделала она людям,
Чего хотят люди
Чтоб плакала! Сердце моё!
Не плачь, Катерина,
Не показывай слез людям,
Чтоб не было видно,
Чтоб лицо не исхудало
С черными бровями,
Пойди в лес и до восхода,
Умойся слезами.
Умоешься, не увидят
И не засмеются,
Отдохнет тогда сердечко,
Пока слезы льются.

Вот такое горе , видите девчата,
Ведь шутя же , бросил, Катюшу москаль,
А судьба не видит, с кем же шутки громки,
Люди, когда видят, не жалко людям.
Пускай погибает лентяйка такая,
Себя не сумела она защитить,
Себя уважайте, судьба, она злая,
Чтобы не пришлось вам москаля искать.
Где ж Катя блуждала?
И где ночевала, и рано вставала,
Все спешила в Московщину,
Вдруг зима настала.
Свищет полем непогода,
Катя не робеет,
Лишь в лаптях, в одной сермяге,
Идет, в чем имеет.
Идет Катя, поспешает,
Что - то там светлеет,
Идут, наверно, москалики,
Горе! Сердце млеет.
Побежала, расспросила,
Может, что узнаем,
Про Ивана чернявого,
-«Такого не знаем!»
И конечно, те москали,
Шутить не устанут,
Ай да баба, ай да - наши,
Любого обманут!
Посмотрела Катерина
И вы вижу, люди,
Не плачь сынок, мое горе,
Что будет, то будет!
«Ведь ходила, пойдем дальше!»
Говорит так сыну,
Найду его, отдам тебя,
А сама погибну.

Ревет, стонет злая вьюга
В такую погоду,
Стоит Катя среди поля,
Дав слезам свободу.
Утихает злая вьюга,
Словно по завету.
Катя плакала ещё бы,
Но слез больше нету.
Посмотрела на ребенка:
Умыто слезою,
Раскраснелся, как цветочек
Утром под росою.
Улыбнулась Катерина,
Снова улыбнулась,
Возле сердца, как гадюка,
Грусть - печаль свернулась.
Вокруг она посмотрела,
Видит, лес чернеет,
Возле леса у дороги
Видно: дом темнеет.
Пойдем, сынок, вечереет,
Коль в дом будут пускать,
А не пустят, на улице
Будем ночевать.
Возле дома заночуем,
Сердце моё вянет,
Где же будешь ночевать ты,
Как меня не станет?
С собаками, мой сыночек,
Ведь они не спорят,
Они злые, покусают,
Даже и не спросят.
Не дай Бог с собаками
Кушать, пить и бегать,
Ты бедная головушка,
Так что же мне делать?
Сирота – собака имеет ведь долю,
И доброе слово, в миру сирота.
Его бьют, ругают, закуют в неволю,
О маме не спросят, речь это пуста.
И не спросив его, судьбу разгадают,
Не дадут ребенку до речи дожить
И кого ж собаки малого облают
И кто под забором голодный сидит?
Лоботряса , водит внебрачный ребенок,
А черные брови, данные с пеленок
Завистливы, люди не дадут носить.

« 4 «

По - над горой - балкой долом,
Как деды высоколобые
Дубы с гетманщины - стоят.
В балке - плотина, вербы в ряд.
А подо - льдом - там пруд в неволе
И полынья, чтоб воду брать,
На небе тучка закраснела,
Сквозь нее солнышко блестит,
А буйный ветер лишь повеет,
Нет ничего , вокруг белеет
И снега много намело.

Ревет и стонет злая вьюга
И в лесу завыло,
Будто море это поле,
Снегом все укрыло.
А лесник выходит с хаты,
Чтоб лес проверять,
Да где тебе, все такое,
Что света не видать!
Вот там вижу, что за фуга,
«Да ну его с лесом!»
Пойду в хату, что такое,
Да ну его к бесу!
Не добрая , тут всех носит,
Как будто на дело,
«Нечипор, а посмотри ты,
Что там забелело?»
«Что москали, где москали?,»
«Что ты, спохватись!»
«Где ж москали - лебедушки?»,
«Вот там - присмотрись!».
Побежала Катерина,
Даже не оделась,
Видать, эта московщина
Крепко в мысли въелась.
А когда спит, только знает,
Москаля сзывает,
И через пни с сугробами
Бежит, поспешает.
Босая - встала средь дороги,
Обтерлась рукавами,
А москали ей навстречу,
Как один, верхами.
Горе мое, судьба моя
И к ним, если глянет,
А впереди их главный едет,
«Любимый Иван.
Сердце моё любимое,
Где ты задержался?»,
За стремена взяла его,
А он не признался.
Да шпорами коня в бока,
«Зачем убегаешь,
Может свою Катерину,
Сейчас не узнаешь?».
«Присмотрись, мой голубочек,
Присмотрись, узнай,
Я твоя Катюша мила,
Стремя не обрывай».
А он коня подгоняет
И не замечает,
«Обожди, мой голубочек»,
Он будто не знает.
«Не узнал меня, Иван, ты,
Сердцем присмотрись,
Я же - Катя - Катерина!»
- «Дура, отвяжись!»,
«Возьмите прочь безумную!»,
«Ты что, отказался?
А меня, зачем бросаешь?,
Ведь ты же мне клялся!».
«Возьмите прочь! Что ж вы встали»!
Кого? Меня - то взять,
Кому? За что? Мой любимый,
Хочешь ты отдать?
Свою Катю, ту, что к тебе,
В садок выходила,
Свою Катю, которая,
Сынишку родила.
Отец родной, брат любимый,
Мной ты не бросайся,
Я прислугой тебе буду,
В другую влюбляйся!
Хоть всем миром…я забуду,
Что тебя любила,
И для тебя, голубочек,
Сына я родила.
Без отцовство , стыд какой же,
Ни за что погибну!
Бросай меня, забудь меня,
Не бросай же сына.
Ты не бросишь, сердце моё?
Задержись на время!
А я вынесу сынишку
И бросила стремя.
Пошла в хату, возвратилась,
Случай очень тонок,
Распеленан и заплакан,
Маленький ребенок.
Так вот же он, присмотрись,
Где же он девался?
Убежал! Ведь и от сына
Отец отказался.
Боже ты мой! И куда же,
Денусь я с тобою,
Москалики! Голубчики!
Возьмите с собою!
Не бросайте лебедушку,
Оно - сиротина,
Вы возьмите и отдайте,
Главному за сына.
Вы возьмите, я ведь брошу,
Так как отец бросил,
Пусть бы его не бросала
И во всю, голосит.
Грехом в муках, на свет божий,
Мать тебя родила,
И на мерзлую дорогу,
Его положила.
Оставайся искать отца,
Я уже искала
И в лес темный побежала,
Ребенка не взяла.
А москали равнодушно,
Свой путь продолжали,
Что он плачет на дороге,
Люди услыхали.
Лесом все бежит, рыдая,
Бежит и голосит,
То клянет она Ивана,
То плачет, то просит.
На опушку выбегает,
Вокруг огляделась,
Бежит в балку, среди пруда,
Все ж остановилась.
Прими, Бог мой, мою душу,
А ты - моё тело,
Да и в воду, а подо - льдом,
Даже загремело.

Черноброва Катерина,
Нашла, что искала.
Подул ветер, а над прудом,
И следов не стало.

То не ветер, то не буйный,
Что дубы ломает,
То не горе тяжелое,
Что мать умирает.
Не сироты эти дети,
Что мать схоронили,
Им досталась одна слава,
Да крест на могиле.
Засмеются злые люди,
А сирота возьмет,
Слезы выльет на могиле,
Сердцем отдохнет.
Потому на этом свете,
Что ему досталось,
Отец его и не видел,
И мать отказалась.
Что ж, внебрачному досталось,
Кто с ним заговорит?
Нет родни и даже дома,
Жизнь в пути проводит.
Лицо панское и брови
Зачем? Чтоб узнали!
Срисовала, не спрятала,
Пусть бы выцветали!

« 5 «»
Шел кобзарь дорогой в Киев,
Присел, отдыхает,

Обвешано торбочками,
Его провожает.
Дитя малое с ним вместе
Знать себе всё дремлет,
А то время старый кобзарь,
Громко распевает.
Кто идет или кто едет,
Мимо не проходит,
Кто денежку или бублик,
Что - то, да и бросит.
А девчата засмотрелись
На дитя босое:
Дала черные мать брови,
А с судьбой , плохое.


Едет в Киев по дороге
Карета шестерней,
Госпожа в карете этой
С паном и семьёй.
Возле их остановилась
И пыль оседает,
Бежит Ванечка, с окошка
Кто - то подзывает.
Денег дала та Ванюше,
Удивилась панна,
Посмотрев, пан отвернулся,
Узнал, окаянный!
Эти карие глазенки
И брови те узнал,
Своего узнал он сына,
Но он его не взял.
«Как звать тебя?» - та спросила,
«Ваня» - «Какой милый!»,
Уехала, а Ванюшу
Только пыль укрыла.
Посчитали, что досталось
С дани той убогой,
И на восход помолились,
Вновь пошли дорогой.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 4
© 12.04.2019 Роман Солтис
Свидетельство о публикации: izba-2019-2536555

Метки: Шевченко, Катерина, поэма переводы,
Рубрика произведения: Поэзия -> Поэтические переводы










1