Свалка


 

Сварить пакетик лапши дело нехитрое. Толик привычно составляет кирпичи и поджигает три таблетки сухого горючего. Благо – запасся вовремя…Какая то машина целый мешок скинула. Наверное, до лета хватит. Здесь вообще всё, что хочешь, можешь найти…Свозят сюда со всего города разный мусор…Но "мусор", - он на первый взгляд – чужой взгляд, неопытный. У Тольки взгляд цепкий! Он вам такое может отыскать в этом хламе! Еще в начале осени построил он здесь свои апартаменты – так он называет крепко сколоченный сарайчик. Хоть и выглядит "неказистым недоразумением", но не одну осеннюю бурю выдержал. Прочно стоит. А внутри!!! Чего только нет внутри…Шикарная чисто застеленная кровать (какие-то богачи оптом привезли всю мебель и шмотки). Наверное, в новый коттедж переезжали, вот и выкинули всю старую обстановку, а заодно и белье да одежду. В углу – мягкое кресло, посредине "комнаты" - кухонный стол, застеленный красной скатертью. У стены (не поверите) фрагменты "Шведской стенки", а в ней и книги, и посуда, и музыкальный центр. Даже телек есть (зачем?). Ну, центр – понятно: вокруг батареек видимо – невидимо. А на противоположной стене, где стоит кровать висит почти новый ковер. - У меня дома всё было точно так же. Только "буржуйки" не было, - поясняет Толик.
 
Мы встретились в центре города неожиданно. И оба обрадовались этой встрече. Последний раз я видел Толика года три назад…Его семья переезжала в новую квартиру, а я оставался в старой коммуналке. Он плакал, уезжая. – Слишком многое нас с ним связывало, нечто большее, чем дружба…Впрочем, немногие удивлялись – разница в возрасте не так уж велика. Ему тогда было двенадцать, я – на четыре года старше. Толик меня сразу узнал и радостно замахал рукой сквозь толпу в автобусе. Я тоже. На следующей остановке мы вышли и я, обняв, нежно чмокнул его в щеку.
- А ты подрос, Толька,  мы сидели в кафе и ждали, пока нам принесут заказ. Я
рассматривал его одежду: модная курточка, приличные джинсы, на ногах – довольно крепкие кроссовки. Лицо его совсем не изменилось, как будто ему и сейчас не пятнадцать, а всё те же двенадцать нежных лет ангела. Вот только в глазах появилась льдинка грусти…Куда девалось прежнее радостное сияние?
- Ну и как твои дела, как мама, Толь?
- Я не знаю. Не знаю, как мама. -
-То есть, как – не знаешь?

- А ты что, телек не смотришь? Помнишь катастрофу весной, на вокзале?

- Как же! Помню, конечно. А она что, была в этом поезде?
 
- Да нет, рядом – отца встречала…Вот и встретила. Его то опознали, а вот маму не нашли…
  …Я хорошо помню эту трагедию. – Подходил пассажирский поезд, а на соседнем
пути взорвался состав. Целый состав с бензином. Ох, что там было! Страшно вспоминать…
- Как же так, Толик? Мама погибла?
Он поднял на меня глаза, и слезинка упала на скатерть.
  – И я погиб? Я же тоже там
был. Она просто пропала и все!!!
 
- Но ведь так не бывает! Всех же погибших опознали…
- Всех опознали, а её просто НЕНАШЛИ!
 
Минуты две мы молчали, потом официантка принесла заказ.
- Толька, а с кем же ты теперь живешь-то?

- А ни с кем. Я сам по себе. Пытались в инкубатор сдать, да имел я их всех, знаешь
куда...Квартиру заняли какие то "крутые". В администрации говорят, что были бы родственники – другое дело, а пока, до совершеннолетия живи в интернате, а жилплощадь, говорят, за тобой будет числиться. Как восемнадцать исполниться – будешь иметь все права на свою квартиру…
Толик вытащил из кармана пачку
сигарет.
  – Будешь?
 
- Да нет, у меня свои…
  - А я вот не курю, а ношу с собой. Так…На всякий случай…Ты – то как?
 
- Да, а что я? Работа – дом – работа. Друзей нет. После тебя ни с кем так и не общался. У них свои взгляды, свои интересы…
  - А знаешь что!? – оживился Толик, - пошли ко мне домой. А?
 
-Но ты же говорил…
- Да нет! У меня свой дом! Просто о нем никто почти не знает. Пойдем?

    И вот мы здесь. У Толика "дома".
  
 - Я здесь с начала сентября живу. Сам построил! Как тебе?
    - Здорово! А местные бичи не трогают?

   - Да что ты?! У меня с ними нейтралитет! Даже в гости иногда на чай заходят.
Будешь чай? Я сейчас заварю, лапша только скипит. А то там, в кафе я так и не поел толком…
   Пока Толик заваривал чай, я рассматривал книги. – Алгебра, Литература,
Анатомия.
 
- А ты что, на самообучении, Толь?
  - Почти. Иногда в школу хожу, когда что не ясно. А так – сам пытаюсь. Учиться то
надо…
   Подумать только!? Другой пацан, на его месте давно бы уж "залетел" по какой ни
будь краже, или на наркоту "присел"…Увидев его в городе, я и не мог подумать, что он живет на обычной городской свалке…
  Мы сидели за столом, и пили крепкий чай с вишневым вареньем.

- Саша, тебе здесь как? Не холодно?
 
- Да что ты, Толик! Натопил – впору хоть голышом ходи…
 
- Это я для тебя. Оставайся со мной…Хоть на сегодня…А? - Вернемся в детство?
  - Ну да! Я так по тебе скучал! Все эти три года помнил о тебе, а вот найти не мог…

   Наутро нас разбудили моторы тракторов. Рев стоял невозможный. Толик стал меня
успокаивать: "Да ты не бойся, Саш, это снова мусор привезли. Порычат, выгрузятся и уедут. В дверь вдруг постучал какой то местный бич.
  – Толик! Сматывайся! Они с
ментами…Сейчас наши сараи начнут крушить! Смотри, не попадись им. Вмиг загребут, как тогда…
  
- Толик! Надо сваливать быстрее. Одевайся и "чухнем"!
 
- "Чухнем…"А куда? – с каким то безразличием произнес Толик.
  
- Как куда? Ты до сих пор не понял? Ко мне! У меня будем жить. Ты и я! Хватит тебе по помойкам ошиваться…
   Толик не спеша, оделся. Сел на кровати и отрицательно покачал головой.

  -Нее. Я не могу уйти. Да и ничего они мне не сделают. Не в первый раз…Ты –
иди…А мне нельзя. Я ведь должен ждать! Я же обещал!..Нет. Ты – иди, я буду здесь.
-Почему нельзя? Кто тебя держит?
 
- Меня никто не держит. Просто я обещал…
  - Что обещал? Кому?

   - Маме! Что буду ждать ее здесь. Пока она не придет за мной. Буду ждать хоть
сколько! Хоть год, хоть два…Потому, что обещал…
   
 Я вышел из сарая. – Вокруг, по всей свалке - трактора, машины с мигалками, менты бегают туда – сюда…Чуть поодаль у белой "Волги" стояли несколько человек. Сразу видно – начальство…Я направился к ним.
 
- Извините, - начал я, - но тот сарайчик (я показал рукой в направлении "апартаментов" Толика) нельзя сносить!!! Понимаете, там люди живут!!!
 
-Жили, - усмехнулся мне в ответ капитан. За спиной у меня раздался скрип досок, скрежет металла и еще какие то звуки…Вы слышали, как рушатся дома? Я оглянулся. По тому месту, где только что был сарайчик, кружился бульдозер. Он кружился, как бы стараясь вмять в землю роскошную и странную для этой свалки кровать, кухонный стол, учебники на полках стенки…И мальчишку. Бульдозер как бы исполнял свой ритуальный танец. Танец уничтожения всего лишнего и ненужного в Этом мире. Он выполнял приказание НУЖНЫХ.
Сварить пакетик лапши дело нехитрое. Толик привычно составляет кирпичи и поджигает три таблетки сухого горючего. Благо – запасся вовремя…Какая то машина целый мешок скинула. Наверное, до лета хватит. Здесь вообще всё, что хочешь, можешь найти…Свозят сюда со всего города разный мусор…Но "мусор", - он на первый взгляд – чужой взгляд, неопытный. У Тольки взгляд цепкий! Он вам такое может отыскать в этом хламе! Еще в начале осени построил он здесь свои апартаменты – так он называет крепко сколоченный сарайчик. Хоть и выглядит "неказистым недоразумением", но не одну осеннюю бурю выдержал. Прочно стоит. А внутри!!! Чего только нет внутри…Шикарная чисто застеленная кровать (какие-то богачи оптом привезли всю мебель и шмотки). Наверное, в новый коттедж переезжали, вот и выкинули всю старую обстановку, а заодно и белье да одежду. В углу – мягкое кресло, посредине "комнаты" - кухонный стол, застеленный красной скатертью. У стены (не поверите) фрагменты "Шведской стенки", а в ней и книги, и посуда, и музыкальный центр. Даже телек есть (зачем?). Ну, центр – понятно: вокруг батареек видимо – невидимо. А на противоположной стене, где стоит кровать висит почти новый ковер. - У меня дома всё было точно так же. Только "буржуйки" не было, - поясняет Толик. Мы встретились в центре города неожиданно. И оба обрадовались этой встрече. Последний раз я видел Толика года три назад…Его семья переезжала в новую квартиру, а я оставался в старой коммуналке. Он плакал, уезжая. – Слишком многое нас с ним связывало, нечто большее, чем дружба…Впрочем, немногие удивлялись – разница в возрасте не так уж велика. Ему тогда было двенадцать, я – на четыре года старше. Толик меня сразу узнал и радостно замахал рукой сквозь толпу в автобусе. Я тоже. На следующей остановке мы вышли и я, обняв, нежно чмокнул его в щеку. - А ты подрос, Толька, - мы сидели в кафе и ждали, пока нам принесут заказ. Я рассматривал его одежду: модная курточка, приличные джинсы, на ногах – довольно крепкие кроссовки. Лицо его совсем не изменилось, как будто ему и сейчас не пятнадцать, а всё те же двенадцать нежных лет ангела. Вот только в глазах появилась льдинка грусти…Куда девалось прежнее радостное сияние? - Ну и как твои дела, как мама, Толь? - Я не знаю. Не знаю, как мама. - То есть, как – не знаешь? - А ты что, телек не смотришь? Помнишь катастрофу весной, на вокзале? - Как же! Помню, конечно. А она что, была в этом поезде? - Да нет, рядом – отца встречала…Вот и встретила. Его то опознали, а вот маму не нашли… …Я хорошо помню эту трагедию. – Подходил пассажирский поезд, а на соседнем пути взорвался состав. Целый состав с бензином. Ох, что там было! Страшно вспоминать… - Как же так, Толик? Мама погибла? Он поднял на меня глаза, и слезинка упала на скатерть. – И я погиб? Я же тоже там был. Она просто пропала и все!!! - Но ведь так не бывает! Всех же погибших опознали… - Всех опознали, а её просто НЕНАШЛИ! Минуты две мы молчали, потом официантка принесла заказ. - Толька, а с кем же ты теперь живешь-то? - А ни с кем. Я сам по себе. Пытались в инкубатор сдать, да имел я их всех, знаешь куда...Квартиру заняли какие то "крутые". В администрации говорят, что были бы родственники – другое дело, а пока, до совершеннолетия живи в интернате, а жилплощадь, говорят, за тобой будет числиться. Как восемнадцать исполниться – будешь иметь все права на свою квартиру…Толик вытащил из кармана пачку сигарет. – Будешь? - Да нет, у меня свои… - А я вот не курю, а ношу с собой. Так…На всякий случай…Ты – то как? - Да, а что я? Работа – дом – работа. Друзей нет. После тебя ни с кем так и не общался. У них свои взгляды, свои интересы… - А знаешь что!? – оживился Толик, - пошли ко мне домой. А? -Но ты же говорил… - Да нет! У меня свой дом! Просто о нем никто почти не знает. Пойдем? И вот мы здесь. У Толика "дома". - Я здесь с начала сентября живу. Сам построил! Как тебе? - Здорово! А местные бичи не трогают? - Да что ты?! У меня с ними нейтралитет! Даже в гости иногда на чай заходят. Будешь чай? Я сейчас заварю, лапша только скипит. А то там, в кафе я так и не поел толком… Пока Толик заваривал чай, я рассматривал книги. – Алгебра, Литература, Анатомия. - А ты что, на самообучении, Толь? - Почти. Иногда в школу хожу, когда что не ясно. А так – сам пытаюсь. Учиться то надо… Подумать только!? Другой пацан, на его месте давно бы уж "залетел" по какой ни будь краже, или на наркоту "присел"…Увидев его в городе, я и не мог подумать, что он живет на обычной городской свалке… Мы сидели за столом, и пили крепкий чай с вишневым вареньем. - Саша, тебе здесь как? Не холодно? - Да что ты, Толик! Натопил – впору хоть голышом ходи… - Это я для тебя. Оставайся со мной…Хоть на сегодня…А? - Вернемся в детство? - Ну да! Я так по тебе скучал! Все эти три года помнил о тебе, а вот найти не мог… Наутро нас разбудили моторы тракторов. Рев стоял невозможный. Толик стал меня успокаивать: "Да ты не бойся, Саш, это снова мусор привезли. Порычат, выгрузятся и уедут. В дверь вдруг постучал какой то местный бич. – Толик! Сматывайся! Они с ментами…Сейчас наши сараи начнут крушить! Смотри, не попадись им. Вмиг загребут, как тогда… - Толик! Надо сваливать быстрее. Одевайся и "чухнем"! - "Чухнем…"А куда? – с каким то безразличием произнес Толик. - Как куда? Ты до сих пор не понял? Ко мне! У меня будем жить. Ты и я! Хватит тебе по помойкам ошиваться… Толик не спеша, оделся. Сел на кровати и отрицательно покачал головой. -Нее. Я не могу уйти. Да и ничего они мне не сделают. Не в первый раз…Ты – иди…А мне нельзя. Я ведь должен ждать! Я же обещал!..Нет. Ты – иди, я буду здесь. -Почему нельзя? Кто тебя держит? - Меня никто не держит. Просто я обещал… - Что обещал? Кому? - Маме! Что буду ждать ее здесь. Пока она не придет за мной. Буду ждать хоть сколько! Хоть год, хоть два…Потому, что обещал… Я вышел из сарая. – Вокруг, по всей свалке - трактора, машины с мигалками, менты бегают туда – сюда…Чуть поодаль у белой "Волги" стояли несколько человек. Сразу видно – начальство…Я направился к ним. - Извините, - начал я, - но тот сарайчик (я показал рукой в направлении "апартаментов" Толика) нельзя сносить!!! Понимаете, там люди живут!!! -Жили, - усмехнулся мне в ответ капитан. За спиной у меня раздался скрип досок, скрежет металла и еще какие то звуки…Вы слышали, как рушатся дома? Я оглянулся. По тому месту, где только что был сарайчик, кружился бульдозер. Он кружился, как бы стараясь вмять в землю роскошную и странную для этой свалки кровать, кухонный стол, учебники на полках стенки…И мальчишку. Бульдозер как бы исполнял свой ритуальный танец. Танец уничтожения всего лишнего и ненужного в Этом мире. Он выполнял приказание НУЖНЫХ.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 23
© 09.04.2019 Сергей Кузнецов
Свидетельство о публикации: izba-2019-2534808

Рубрика произведения: Поэзия -> Авторская песня










1