Желтое платье


Желтое платье

В мире ничто не вечно, кроме воспоминаний. Эту истину начинаешь постигать только с годами. Когда безуспешно сражаешься с сединой, снова нагло проглядывающей сквозь пряди, выкрашенные неделю назад ультрасовременной краской. Когда перебираешь старые фотографии, стараясь не закапать вдруг выкатившимися слезинками черно-белые прямоугольники, хранящие отблески твоей жизни. Когда открываешь старый-престарый, ещё деревянный, крашеный красной краской и покрытый лаком чемодан, больше похожий на сундук. В недрах этого «хранилища древностей»,маминого наследства чего только не увидишь….Платья, детские кофточки, платки, отрезы ткани и много ещё чего покоится в нём. Выбросить рука не поднимается, а носить эти, всё ещё крепкие для своего возраста вещи, никто нынче не будет.
Нынешние молодые не копят старых вещей, им это не нужно. Всё, что их интересует, отлично сохраняется в «виртуальных сундуках». Компьютеры, гаджеты, телефоны вмещают что угодно и сколько угодно. А так называемых «тряпок» и обуви- покупай не хочу, были бы деньги.
Мы были другими. Наши детские годы и юность пришлись на советское время. Выросшие в эпоху дефицита всего и вся, многие из нас впитали привычку бережно относиться к вещам, окружавшим нас. Потому и стоит в дальнем углу квартиры этот «переносной гардероб-раритет», хранящий мою память. В числе прочих вещей лежало в нём и мамино платье. Сшитое полвека назад, из добротной жёлтой ткани (до сих пор сохранившей крепость и цвет), с разбросанными по груди и подолу черными цветами, оно обладает волшебным свойством «машины времени». Всякий раз, дотрагиваясь до него взглядом и руками, я возвращаюсь в своё беззаботное детство.
Мне четыре года. Я, ужасная «слезомоя» и непоседа одновременно, играю на залитом солнцем дворе, который отгорожен от маленькой зеленой улочки настоящим резным вологодским палисадом. Тогда такой палисад был у каждого дома нашего родного провинциального городка. Мама хлопочет в доме, изредка окликая свою взбалмошную дочку. Убедившись, что чадо никуда не забралось, не испачкалось донельзя и находится в зоне досягаемости, мама продолжает свою домашнюю работу. Накормив тряпичную куклу «пирожками» из листьев дуба, веду её на прогулку. Подхожу к калитке… и замираю от неожиданности. По той стороне улицы проходит, не обращая на меня никакого внимания…моя единственная и неповторимая мамочка. Её жёлтое в черных цветах по подолу платье, мелькает уже у соседнего дома, черные волосы раздувает лёгкий июльский ветерок!!! Мама уходит от меня, не взяв меня с собой!!! Детскому горю не было предела!! Отбросив игрушку, сходу распахнув калитку, бросаюсь вдогонку. В тот миг, у меня не было никаких мыслей, кроме того, что мама уходит…И я побежала за женщиной, что есть силы, сдерживая подступающие слёзы обиды. Когда стало понятно, что мне не догнать «жёлтое платье», я заорала, размазывая по щекам потоки слёз, как говорила бабушка «благим матом»: «Мама! Мама! Подожди! Возьми меня с собой!».
Невдомёк было тогда, что такое платье носила не только моя мама. В единственном магазине крохотного городка одевались все его жители. Я неслась как угорелая, за исчезающим силуэтом.
На сандалиях расстегнулись ремешки. Впопыхах я этого не заметила, обувка несколько раз спадала на бегу, заставляя снова и снова останавливаться. Женщина недоуменно обернулась вдалеке на плачущего ребёнка, но лица уже не было видно. Ещё через минуту жёлтое платье совсем скрылось с глаз. Остановившись в конце проулка, усевшись прямо в дорожную пыль, я подняла к небу глаза, и зарыдала от безмерного горя, разрывавшего бедное маленькое сердце:«Ушла! Ушла! Ма-моч-ка!» На пике причитаний вдруг услышала вдалеке запыхавшийся родной голос: «Любашка, дочка, я здесь!» Сильные мамины руки подхватили меня, зарёванную и растерянную, и мои слёзы смешались с мамиными поцелуями. «Вот дурашка, разве я тебя оставлю когда-нибудь? Я же тебе кричала, что это- чужая тётя! Глупая, ты моя!» Потом, взявшись крепко-накрепко за родную руку, шагала я домой, совершенно счастливая от того, что мама со мной.
С тех пор прошло почти полвека, и мне пришлось ещё раз испытать неизбывную тоску и безмерное горе потери покинутого вдруг ребёнка. Когда я, сорокалетняя уже женщина, стояла у свежего могильного холмика и голосила в небо, как тогда, в далёком детстве: «Ушла! Ушла! Ма-моч-ка!»…
Жёлтое платье с чёрными цветами, выстиранное и отглаженное, висит теперь на вешалке в моём шкафу. Иногда я достаю его и подолгу смотрю, смахивая непрошенные слезинки воспоминаний.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 10
© 07.04.2019 Любовь Лихоманова
Свидетельство о публикации: izba-2019-2533175

Рубрика произведения: Проза -> Миниатюра










1