Варианты от Ментора





Вячеслав Миронов







«Варианты от Ментора»









































1 СЕРИЯ


ЭКС. ДОРОГА СОЧИ-АДЛЕР. ЗИМА. ДЕНЬ.

Сильный ветер с моря мешает идти молодому человеку по дороге Сочи – Адлер. Ветер раздувает полы пальто, капли морской воды долетают до лица. Но, казалось, что он не обращает на это внимание. Периодически прикладывается к наполовину пустой литровой бутылке односолодового шотландского виски, потом делал затяжку от сигареты, спрятанной от ветра в кулак. Он двигается к спуску с шоссе на пляж.
На длинном каменистом пляже, заливаемым наполовину волнами, стоит японский дорогой внедорожник, неподалёку бродит мужчина с металлоискателем, периодически опускается на одно колено, перебирая камни, что-то выискивая.
Молодой человек, пошатываясь, не глядя под ноги, спотыкаясь о крупные булыжники, с трудом удерживал равновесие. Он идёт к морю. Порывы ветра, казалось, собьют его с ног, он останавливается, пережидал порыв ветра, делает глоток из бутылки, затяжку и упрямо двигается дальше.
Когда до кромки моря остаётся не более пяти метров, останавливается. Смотрит на окурок, пьяно размахивается, широко машет рукой, отшвыривая остатки сигареты. Закуривает новую. Смотрит на бушующее море. По щекам катятся слёзы, смешанные с морской водой. Докурил. Бросает под ноги. Делает глоток из бутылки. Срывает спортивную шапочку с головы, вытирает ею лицо.
Садится на большой камень, прислонившись спиной к волнорезу. Задумался. Закрыл глаза, откинул голову на холодный бетон. Закрывает глаза. Чуть закемарил в алкогольном сне.
Открывает глаза. Делает глоток из бутылки.
Бутылку аккуратно ставит на камни, чтобы не упала. Вынимает всё из карманов. Портмоне из дорогой кожи с известным логотипом, часы тускло блеснули золотым ободком, паспорт, сигареты, дорогая золотая зажигалка престижной марки, да много чего ещё укладывалось на камни. Сверху придавливает крупным булыжником, чтобы ветром не раскидало.
Достаёт шапочку, натягивает ее по самые уши на голову, у пальто поднимает воротник пальто, застегивает верхние пуговицы. Ещё глоток из бутылки. Бережно её ставит рядом с вещами и решительно шагает в сторону воды. Волны беснуются, казалось, что они ждут встречи с ним, протягивая свои отростки, быстрее заманивая, затаскивая в темные глубины Черного моря.
Мужчина с металлоискателем бросает взгляд, видит, что парень уже выше колена в воде и продолжает идти дальше в воду, закричал

МУЖЧИНА С МЕТАЛЛОИСКАТЕЛЕМ
Эй! Парень! Эй! Ты чего?! Ты слышишь?! Твою душу мать! Ты оглох? Ты куда, придурок?!

Пьяный молодой человек не слышит, он упрямо рассекает бурные волны. Волна сбивает его с ног, выносит на берег, потом тянет в море, но оставила на берегу. Он снова встаёт. Отряхивает полы пальто от налипшего песка, мелких камней и шагает вновь в набежавшую волну. Ветер усиливается. Казалось, ветер удерживает пьяного безумца от искушения искупаться в ледяном море. Но тот, наклонив корпус вперёд, с маниакальным упорством шёл в воду.
Мужчина бросает металлоискатель и бросается на помощь. Поздно. Молодой человек с головой ушёл под воду…
Пляжный кладоискатель бросается в воду, пытаясь найти и спасти безумца.

ИНТ. ОГРОМНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ БЕЗ СТЕН, ПОЛА, ЗАЛИТОЕ СВЕТОМ. ДЕНЬ.

Молодой человек в той же одежде, что и на пляже.
Большая белая комната. Стены сливаются с потолком и полом. Казалось, что нет стен. Просто огромное белое пространство. Не видно границ. Где пол, где стены. Ощущение, что внутри бескрайней белоснежной сферы.
Появляется изображение как молодой человек (Иван) идёт к морю топиться.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Ну что, пришёл в себя? Очухался?

ИВАН
Где я?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Где? Где? Ты умер. Вот ты где.

ИВАН
(возмущённо)
Как умер?! Это невозможно! Я не умер! Я себя осознаю! –

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Это факт. Ты умер. Хуже всего, что ты совершил самоубийство. Сам себя убил.

ИВАН
Это невозможно! Я не умер!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Ты умер. И все. Убил себя. Осознанно.

Небольшая пауза.

ИВАН
Как же так?! И где я? В аду или в раю?



МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Хуже.

ИВАН
Хуже ада?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Рай и ад надо заслужить!

ИВАН
Ад-то чего заслуживать?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
В аду есть компания. Ты страдаешь не один. Можно с кем-то поговорить. Обсудить свои и чужие страдания с соседями. Поговорить с теми, кто причиняет боль твоей душе. А здесь… ты один. Навеки.

ИВАН
Как навеки? Не понял.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Время – понятие, которое придумали люди. Нет времени. Вот ты и здесь до Страшного Суда. Для тебя навеки.

ИВАН
А как же Библия?! Бог в первый день сделал это. Во второй день сотворил то.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
А кто писал Библию? Люди писали. В далёкие времена. Вот, чтобы и поняли, использовали те понятия, которые понятны остальным. Ты об этом не думай. Ты о себе думай. Точнее, что тебе предстоит.

ИВАН
И что? Я не хотел умирать! Я не умер! Мне это чудится от кислородного голодания! И не было никакого коридора, никакой трубы светлой, по которой я летел. И нет вселенских знаний!








МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Конечно. Для тебя ничего нет. Бог дал тебе величайшую ценность. Жизнь! А ты? Ты не прошёл весь путь. Ты проиграл в казино три квартиры в Москве, прилетел в Сочи с целью утопиться. Утоп. Добился своего. Вместо того чтобы бороться за жизнь, делать поступки, помогать людям. Ты просто напился и утопился. Поэтому тебе не полагаются ни коридоры, которые ведут или в рай или в ад, ни вселенские знания. Тебе предстоят страдания…

ИВАН
Погоди, погоди. Дай отдышаться. Не спеши.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Ты не дышишь.

ИВАН
Ладно. Не дышу. Где я?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Нигде. Тебя нет. Ты одинок. И будешь ждать.

ИВАН
Вот так сидеть и ждать?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Нет. Страдать. Ты будешь проживать миллиарды своих жизней. Вот, например, если бы ты пообщался с тем мужчиной на берегу, то, что бы с тобой произошло? Ангел-хранитель пытался тебя остановить, но ты упрям. Ты прилетел утопиться. И добился своего.

ИВАН
Как это пытался меня остановить?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Он сломал такси от аэропорта. Ни одна попутка не остановилась, чтобы тебя подобрать. Ты пошёл пешком. Ему удалось устроить шторм в ограниченном пространстве. Ты всё равно пошёл. Он даже пригнал тебе кладоискателя, чтобы ты с ним пообщался. Хотя тот и не должен был сегодня ехать. Но приехал ради встречи с тобой. У него своих проблем с дочерью много. Но ты всё равно сделал своё дело. Ангелу, конечно, попадёт, но это уже не твои заботы.

Повторяющееся запись смерти Ивана прерывается. На экране печатается надпись: «Наказать Ангела-Хранителя Ивана.» Показано как надпись сворачивается в почтовый конверт. Два мультяшных ангелочка («Сикстинская Мадонна» двое внизу. Маленькие, кучерявые.)

ИВАН
Он не мог просто меня остановить?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
У Бога и его помощников нет других рук, кроме людских.

ИВАН
Курить хочется. У тебя нет?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Глупец! Душа не курит! Ты пришёл в мир не для того чтобы курить!

ИВАН
Хватит мне нотации читать! Как тебя зовут?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Однажды грек, который выпил яд, назвал меня Ментором. Если тебе так удобно, называй меня так. Мне без разницы.

ИВАН
Тебе нравится это имя? Ментор!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
У меня нет эмоций. Они доступны только людям. Тебя называть, как на Земле называли? Иван?

ИВАН
Называй меня Иваном. И что теперь будет со мной? Не понимаю, как это нет времени? Люди живут, стареют. Дома ветшают. Деревья растут и умирают. А как же нет времени?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Это всё химико-физические процессы. Не более того. Ты думай о том, что тебе предстоит.

ИВАН
(помолчав)
Так, где я? Как это место называется? Если это ни рай и ни ад.


МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Нигде. Многие называют «Чистилищем». Называй, если хочешь, «отрицательное пространство». Тебе с твоим трехмерным мышлением этого не понять. Прожил бы жизнь, то всё стало бы в раз понятно. Сам виноват. И увидел бы всё, и понял бы всё. Лишил себя добровольно. С упорством.

ИВАН
Я могу увидеть своих родителей?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
И увидеть и посмотреть, как они погибли и где похоронены. Ты же приехал в Сочи, чтобы утопиться. А не найти могилы родителей, навестить их.

ИВАН
Я искал…

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Угу. Конечно. Написал год назад запрос в мэрию Сочи и не получил ответа. И всё. Решил, что тебя похоронят на одном кладбище с ними. Не похоронят. Они лежат на другом кладбище. Вот. А теперь самое интересное. Мужик с металлоискателем на пляже – владелец того подпольного казино в Москве, в котором ты спустил свою жизнь и квартиры. И ангел-хранитель не зря старался, организовывая встречу. А ты…

ИВАН
(перебивает)
Врёшь! Как это владелец казино ищёт всякую ерунду на берегу?!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Я не вру! Никогда! Вспомни, какая машина стояла рядом с ним? По стоимости она как раз как твоя одна из квартир стоит. Он сам из Сибири. Приехал на отдых, познакомился со стюардессой, влюбился, женился, родилась дочь. На год младше тебя. У дочери было слабое здоровье. Нужно было лечить. Он с женой искал вариант, как перебраться в Москву. К хорошим докторам поближе. И надо же! Твои родители искали вариант, как перебраться в Сочи, потому что тебе врачи прописали, что нужно жить на черноморском побережье. Два ангела-хранителя устроили встречу твоих родителей и стюардессы. В маршрутном такси. Сочи. Февраль. Ранее утро. Всего три человека там было. Твои родители и она. Был четвертый – водитель. И люди стали разговаривать. И так получилось, что почти договорились. Родители с тобой переезжают временно в их квартиру в Сочи, а они – в вашу московскую.

ИВАН
Так, что же случилось? Отчего мои родители погибли? Они должны были погибнуть?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Бог дал вам свободу в свободе выбора. Вот и гражданская жена водителя решила накануне, что её любимый гуляет по женщинам. А он просто устал. Пришёл домой, поел и упал спать. Вот она поутру и подсыпала ему слабительное в чай. Вот он гнал свою машину. В туалет спешил. Не справился… три трупа…

ИВАН
Они… Они в раю?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
В раю. Водителя осудили. Его гражданская жена приезжала в колонию. Там они поженились. Отсидел своё. Вышел. У них родилось трое детей, назвали в честь погибших. Две девочки и мальчик. Несколько раз в год ходят на могилы твоих родителей и стюардессы. Если тебе интересно, то они рядом похоронены. Приезжал бы в годовщины их гибели, то встретился бы с кладоискателем.

ИВАН
Он, что, на кладбище золото ищет?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Нет. К жене ходит. За могилами всех троих тоже присматривает, приплачивает, чтобы обиходить их. Пытался тебя найти. Не получилось. Когда жена -стюардесса погибла, дочка маленькая, здоровье слабое, денег нет. Вот он и собрал металлоискатель. Большой, неказистый, но работал хорошо. Февраль – время штормов в Сочи. Море в себе ничего не держит, от чего может избавиться – очищается. Вот и всё золото, что купальщики летом теряют в воде, море выбрасывают. Опять же ангелы помогают. И ему помогли. Он нашёл большой перстень с крупным алмазом и ещё по мелочи. Этого хватило, чтобы в Москву перебраться для лечения дочери. Ну а там он выбрал бандитскую дорогу. Денег надо много, вот он и не смог найти такую работу. Потом отошёл от этого…



ИВАН
Ага. Отошёл… А казино?!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Если бы ты знал, что он делал раньше, то казино – это не страшный грех.

ИВАН
А чего он на пляже делает? Богатый же!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Дань привычке. Он каждый год приезжает на годовщину смерти жены. И за три дня до этой даты идёт на пляж. Именно здесь он нашёл те самые драгоценности. Стоял на пляже один, смотрел в небо и призывал свою покойную жену помочь ему, чтобы дочь лечить. Ну не жена - другие помогли. В эти дни он становится очень сентиментальным, помогает людям. Вот и у тебя был шанс пообщаться с ним. А ты… Утонул. Сам.

Пауза. Иван молчит. Трёт лицо. Думает. На лице отчаяние. Орёт.

ИВАН
Господи!!! Прости меня! Какой же я идиот!!!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Поздно. Ты обречён!

ТИТР. Вариант №1

ЭКС. МОСКВА. РЯДОМ С КРЫМСКИМ МОСТОМ. ЛЕТО. УТРО.

Над водой клубится небольшой туман. Прохожих нет, только редкие машины проезжают по мосту.
Рядом с мостом стоят двое молодых людей. Иван делает глоток из бутылки шотландского односолодового виски. Предлагает товарищу.

СЕРГЕЙ. Друг Ивана. 20-22 года. Крепкий, рассудительный, обстоятельный.

СЕРГЕЙ
Нет, Иван, спасибо. Я же за рулём. Не хочу, чтобы права отобрали.

Иван внимательно смотрит на товарища. Делает глоток, закуривает.

ИВАН
Объясни мне, друг Серёга, ты никогда не совершаешь ошибок?


СЕРГЕЙ
Отчего же. Совершаю. Как все. Для чего позвал в шесть утра сюда? Да ещё в воскресенье.

ИВАН
Поговорить хотел. Влип я по самые уши. Проиграл всё. Три квартиры проиграл, все деньги спустил. Ничего нет у меня. Да и долгов наделал…

СЕРГЕЙ
Долгов-то много?

ИВАН
На пароход хватит, а, может, и на два. Я не считал все. На «Боинг» - точно.

СЕРГЕЙ
От меня-то чего хочешь? У меня нет таких денег. Даже если соберу всё, то не хватит. Чем помочь-то?

ИВАН
Не знаю, Серёга, не знаю! Что мне делать? Вот и позвал тебя сюда под мост. Вот, думаю, напиться, да с моста вниз башкой сигануть в реку. И всё. И точка! И нет меня. И нет долгов. Знаешь же, что его называют «мостом самоубийц»?

СЕРГЕЙ
Знаю. Не выход.

ИВАН
А ещё, говорят, что в этом мосту одна заклёпка из чистого золота.

СЕРГЕЙ
Говорят, что в Москве кур доят, но я не видал, а ты?

ИВАН
И я не видел, Серёжа! Что посоветуешь?

СЕРГЕЙ
Точно не сможешь отдать долги?

ИВАН
(обречённо)
Точно. Даже если меня на органы разобрать. Я уже смотрел расценки. Не хватит. И даже на десять процентов.

СЕРГЕЙ
(удивлённо присвистнул)
Солидно ты задолжал. Народ серьёзный?
ИВАН
Не то слово. Тоска. Хоть вешайся или топись.

СЕРГЕЙ
Ну, это всегда успеешь. Или тебя убьют, разберут на органы или в рабство продадут. Чтобы долг отрабатывал.
Бежать тебе надо, Иван. Быстро и далеко. Чтобы не нашли.

ИВАН
От этих не убежишь далеко. Найдут на другом конце света. В любой стране.

СЕРГЕЙ
С Дона выдачи нет!

Иван
В Ростов-на-Дону что ли? И там достанут.

СЕРГЕЙ
Да, нет, Ваня, не в Ростов. В армию беги. В военкомат завтра с утра. Скачками. Просись к чёрту на кулички.

ИВАН
В армию? Я что похож на неудачника? «Лох Петров» что ли?

СЕРГЕЙ
(саркастически)
То-то я смотрю, что ты очень удачлив! Особенно сейчас, выбирая малодушно между мостом и верёвкой.

Иван немного подумал.

ИВАН
А ещё варианты?

СЕРГЕЙ
(пожимает плечами)
Это то, что мне пришло на ум. Из армии, как и с Дону, выдачи нет. Армия укроет, потребует много, но не выдаст. Познакомишься, встретишь много интересных людей, которых ты сможешь безнаказанно убить! Станешь другим человеком. А то всё крутился с «золотой молодёжью», для которой проигранные тобой деньги – это папа на карманные расходы даёт.

ИВАН
(зло)
Не тронь моих друзей!





СЕРГЕЙ

«Друзья»! То-то ты сейчас со мной под мостом стоишь, а не с ними. У них же денег куры не клюют. Где они?

ИВАН
(хмуро кивает)
Ну, да. Ты прав. Не люблю дисциплину. Равняйсь! Смирно!

СЕРГЕЙ
Ничего. Всё в первый раз. Дисциплина и труд ещё никого не портили.

ИВАН
Тебе-то хорошо говорить. Ты уже отслужил своё.

СЕРГЕЙ
И не жалею. На многое смотришь иначе. Особенно на таких дружков, которые ничего не сделали, живут на всём готовом. И ты с ними, голодранец, со школы тёрся. Дружил. В друзья набивался к ним. И что?!

ИВАН
М-да уж. И тут ты прав. Помню, как твой отец меня на рыбалку с тобой брал. На Рыбинское море ездили. Ночевали на острове. У костра сидели, уху варили из свежи пойманной рыбы! Одно из самых ярких моих воспоминаний. Плохо мне. Плохо… Эх!

СЕРГЕЙ
Так поменяй всё. Чего ты сидишь под мостом и трясёшься от страха? Помнишь, как детстве: «Сегодня ночью под мостом поймали Гитлера с хвостом!» Не будь с хвостом. А то ухватят за него. Дуй в военкомат. Ни на что не жалуйся. Говори, что здоров, как бык. Всё, как в фильме «ДМБ» у тебя будет. Долгов в казино наделал и в армию смылся.

ИВАН
Там комедия! И его кредиторы Улукбек и Максуд – пушистые зайчики из живого уголка детского сада на углу. Но, пожалуй, ты прав. Если что, возьму автомат и буду отбиваться. Терять-то мне нечего уже.

ТИТР. ПРОШЛО ПООГОДА.

НАТ. АРТИЛЛЕРИЙСКИЙ ПОЛИГОН. УТРО.

В шеренгу стоят военные КАМАЗы. Рядом крутятся солдаты, офицеры. Невдалеке расположена курилка. Солдаты курят. Иван расстегнул бушлат, шапка на затылке, затягивается. К нему подходит солдат, в руках крутит письмо.

САНЯ. Друг Ивана по службе. Возраст 18-20 лет.

ИВАН
О, Саня, почта пришла? Письмо с малой родины? С Большой Земли!
САНЯ
Ага!

Вынул бумагу. Издалека было видно, что это официальный документ. Солдат внимательно прочитал. Расстегнул бушлат, потом куртку, потёр грудь. Снял шапку и засунул бумагу с конвертом в карман. Было видно, что крупные капли пота градом бегут по остриженной голове, стекают по лицу. Серёга шапкой вытер лицо, голову, шею, снова в карман.
Иван внимательно смотрел на товарища.

ИВАН
Чего там? Как ты?

САНЯ
(вздохнул – выдохнул)
Дай закурить.

ИВАН
Так ты же не куришь?!

САНЯ
Нормально. Теперь можно. Уже курю.

Взял сигарету умело прикурил. Затяжка, закашлялся, пошатнулся, схватился за столбик. Перехватил тревожный взгляд друга.

САНЯ
Всё нормально. Давно не курил. Голова закружилась.

ИВАН
Что тебе прислали?

САНЯ
(достал бумагу, машет)
А, это? Официальное уведомление о разводе.

ИВАН
О как! Я и не знал, что ты женат.

САНЯ
Уже нет. Я ждал этого.



ИВАН
Поведай, друг, мне, что случилось.

САНЯ
После 9 классов я поступил в техникум в краевой центр. Из деревни приехал. На строителя учился. Думал, вернусь домой, буду строить. Механизатором стал ещё в школе, а вот строителем захотел. И на последнем курсе влюбился. Влюбился. Втюрился до беспамятства. Увидел в кафе и всё! Свет в голове выключили. Стал ухаживать. Но она смеялась. Кто она, и кто я!

ИВАН
А кто она?

САНЯ
Она…

Саня лезет во внутренний карман куртки, достаёт военный билет.
Там лежит фото девушки. Протягивает Ивану. Иван берёт фото, рассматривает. Красивая блондинка. Длинные волосы, тонкие черты лица. Припухлые губы. Чуть-чуть вздёрнутый носик. Милые ямочки на щеках. Голубые глаза. И в глазах - как чёртики притаились. Неудивительно, что такая могла вскружить голову деревенскому парню.

САНЯ
Ты так дырку протрёшь на ней! Смотри! Не влюбись!

САНЯ забрал фото и спрятал в карман.

ИВАН
Не влюблюсь. Много было у меня. И краше тоже. Но в этой бесовке глаза манят.

САНЯ
Именно. Глаза! Вот в них и утонул. С головой и со всеми потрохами. Долго я ухаживал. Вернее пытался. Меня все отговаривали. Говорили, что она дочь Лба!

ИВАН
О, ё-тать! И кто такой Лоб?!

САНЯ
Семён Петрович Печёнкин. Он же Лоб.

ИВАН
И почему «Лоб»? Логично же - «Печень»?





САНЯ
Он и был поначалу, как рассказывали, «Печенью». Вначале девяностых бандитствовал. Но потом поменяли кличку на «Лба». Он здоровый. Под метр девяноста. Он хватает человека - а хватка у него, как у кузнеца деревенского - и лбом бьёт в лицо. Лицо всмятку. Говорят, что кто-то и умер. Кости носа попали в мозг. Не знаю - правда, или просто брешут. Но страшен. Время прошло, все кто рядом с ним были, сели надолго, а потом и умерли по тюрьмам, да, лагерям. А у него брат старший в милиции – полиции. Сейчас высокий пост занимает.

ИВАН
Наверное, он дружков брата и определил на лесоповал, а там уже … Меньше свидетелей, делиться ни с кем не надо. Хороший ход.

САНЯ
Многое болтали. Предупреждали, стращали. А я как телок за маткой привязанный шёл. Куда она, туда и я. На последние копейки покупал ей цветы. Просто, как морок на меня напал. Обмороченный был я. Да и сейчас не до конца оклемался. Как похмелье осталось.

ИВАН
Тестю ты тоже не глянулся?

Серёга рассмеялся, махнул рукой.

САНЯ
Я никому из её семьи не глянулся. Совсем. Батя её крутой. Самая крупная строительная фирма. Пара ресторанов. Магазины, автосалон. Не считая мелочи, типа автостоянок. Всего не знаю. Меня не пускали в свои дела. Когда дело до свадьбы дошло, так заставили подписать бумагу, что я не претендую на их имущество. Думали, что я на их добро рот разеваю. К бесу оно мне нужно! Мне Каролинка нужна была! Эх!
Серёга сплюнул зло. Иван усмехнулся.

ИВАН
Это же как она тебе запала! Через такие унижения прошёл.

САНЯ
Ты пойми, я её к себе же звал. В деревню! Там бы всё по-другому срослось! А тут… Стали жить с её родителями.

ИВАН
У неё, что квартиры не было? Да не поверю! Папаня крутой, а дочери хату не справил!



САНЯ
Да была у неё квартира. Двести квадратных метров! У нас в деревне и домов таких нет. Папаша её говорит, мол, все будем жить под одной крышей. Домина – дворец! Больше шестисот «квадратов»! Ну, пошёл я в примаки.

ИВАН
Куда?

САНЯ
В примаки, это когда в дом жены родителей приходишь. Унизительно, конечно. Особенно, когда тесть строит из себя, мол, он хозяин жизни! Кум королю, сват министру! А ты – ноль без палочки! Устроил он меня к себе на стройку прорабом. И контролировал каждый шаг, целая бригада его шавок в офисе проверяла каждую смету, акты на просвет рассматривали, наверное, на зуб пробовали, а не украл ли я чего от тестя. А тут с работы приехал. Аврал был. Замотанный, с утра маковой росинки во рту не было. Грязный, есть хочу! В глазах темно. Помылся, говорю любимой, мол, накорми меня! А она в ответ: «Мы в ресторане поужинали, и я за тебя не для того замуж выходила, чтобы кухаркой при тебе быть!» И скачками к папеньке, мол, муж меня к плите гонит! Ну, Лоб ко мне. По пояс голый. Жарко ему. Коньяком за версту разит. Крест на груди золотой. У нашего попа медный и то поменьше будет. Орёт, мол, ты, что, сявка, оборзел в корень! Мы тебя, щенка шелудивого, в дом пустили! Живёшь, как у Христа за пазухой! И пузом своим к стенке меня давит. Ну, думаю, как своей башкой чугунной как даст мне по кумполу, так головёнка и расколется, как пустой орех, на мелкие кусочки. Ему-то ничего не будет. Тренированный! Брат ментовской выдаст за несчастный случай, на арбузной корке, деревня, мол, поскользнулся. Когда он прижал меня к стенке, я резко присел. А тестюшка мой ненаглядный впечатался в метровой толщины стенку…

ИВАН
И как?

САНЯ
Как? Стенка выдержала. На совесть сработана. А Лоб весь в крови без сознания на полу. Я еле успел вынырнуть из-под туши. Много мяса. Не каждый боров перед забоем столько весит. Тут жена с мамашкой ейной прискакали, визжат, как свиньи на бойне, мол, я – убивец, паршивец… Много чего я услышал в свой адрес. У нас мужики так пьяные не все умеют ругаться… да и на стройке не каждый день услышь… Вот тут я и сообразил, что пора «делать ноги». Ходу, кумушки, ходу! Вещички свои в рюкзак кинул, паспорт, прихватил у них пару бутылок коньяка дорогого. И двинул, что было сил. Понял, нельзя автобусом или поездом. Братик Лба сейчас всё перекроет. На попутках за сутки добрался до родительского дома. Посидели с батей. Подумали. Я коньяк на стол. А он, хоть и не дурак выпить, говорит, мол, убери, для дела сгодится. Военком через два дома живёт. Мы к нему. Отдал я ему два «пузыря» коричневой жижи – коньяка. У того глаза как у быка производителя стали. Чуть не выпали из орбит. Он понимает в нем толк. Говорит, что такой не во всех магазинах в Москве продаётся. Обрисовали ему ситуацию. Он затылок почесал. Говорит, чтобы завтра был в 9.00 в военкомате с вещами, и в тот же день я был в команде на Дальний Восток. Военком позвонил кому-то, чтобы меня отправили как можно дальше.

ИВАН
Ты же говорил, что у Лба связи крутые. И, что, не достал он тебя?

САНЯ
Пытался. Уголовное дело возбудили. Тяжкие телесные, кража чуть ли не миллиона денег, золота полпуда и ещё чего-то. Вызывали меня в военную прокуратуру, спрашивали, как оно было. Контрразведка дёргала. Следователи рожу кривили. Контрразведка смеялась в голос. Потешалась. Требовала деталей истории. А потом мне со стройки написали, что обо мне разговоры пошли, что чуть Лба не завалил. Даже посылку с едой отправили в знак благодарности. Мироед он и есть мироед. Работяг всегда прижимал по деньгам. Три шкуры сдерёт штрафами. Пашут на него, а потом получается, что ты ему ещё и должен. Избил, писали они, я его. И авторитет его упал. Если такой дохляк как я смог с ним сладить, значит, и другие смогут. Да ещё заявление в милицию написал. А это у них не поощряется. Лоб, писали, чуть дом не разнёс. Навалял под горячую руку и жене и дочке, они виноваты, что меня в дом привели. Вот и получается, что мне ещё много лет нет ходу из армии. По контракту останусь служить. А, может, и в военный институт пойду. В армии хоть и не сахар, но своих не сдают. Жена бывшая сказала, чтобы бросил курить – бросил. Ну, а развелась… Я и снова начал. А ты как в армии после института оказался? Не просто же так? Что тоже бегаешь?

ИВАН
Вроде того.

САНЯ
Слушай! А как ты все категории в водительских правах открыл? Когда ротный увидел, так сразу тебя за командирскую машину определил. Как сумел? Тебе по возрасту не положено, да и по стажу тоже. Как?
Иван усмехнулся, посмотрел вдаль, словно перенёсся в прежнюю жизнь.

ИВАН
В карты выиграл.

САНЯ
Как в карты?

Саня чуть дымом не подавился от удивления.

ИВАН
Играли в карты. С нами ГАИшник был. Проигрался в дым. Отыграться хочет. Ставит на кон, что в случае проигрыша откроет все категории в правах. Я выиграл. Так он выдал через день права. И, как вишенка на торт сверху, – на трамвай и троллейбус. Так что я могу управлять всем транспортом, кроме железнодорожного, водного и воздушного.

САНЯ
Сурово. Уважаю. А сам-то водить умеешь?

ИВАН
Умею. По Москве гонял – никто догнать не мог.

САНЯ
Так, если у тебя дома засада, так, давай дальше в армии и останемся. Понимаю, что тебе дома тебя никто не ждёт, кроме неприятностей?

ИВАН
Угу. Не ждут.

САНЯ
Долги, Иван?

ИВАН
А как догадался?

САНЯ
Ты сам рассказал про карты.

ИВАН
Угу.

САНЯ
Много?

ИВАН
На эскадрилью американских бомбардировщиков хватит. Купить можно. Вместе с аэродромом.


САНЯ
Ни… себе! И ищут?

ИВАН
За такие деньги ищут. Идём, поможешь проверить горный тормоз.

Иван и Саня идут к бортовому КАМАЗу, чуть ниже заднего откидного борта на самодельных креплениях, на цепях висит бревно.

САНЯ
И на кой ляд бревно? Почему горный тормоз?

Иван скидывает один конец бревна на землю, Саня второй.

ИВАН
В Афгане придумали, говорят, потом в Чечне тоже использовали. По сопкам же катаемся. Тормоза отказали, покатился назад, упёрся в бревно, и стоишь, не врезаешься в заднею машину. Давай на отрыв пробуем!

Иван с Саней поднимают бревно и пытаются оторвать его. Цепи крепко держат. Укладывают бревно на место.

САНЯ
(пяхтя от натуги)
А если вперёд покатишься, если тормоза откажут? Тут никакой горный тормоз не поможет. Что делать-то?

ИВАН
Ничего ты уже не сделаешь. Бей в дерево. Дерево мягкое, бампер крепкий.

САНЯ
(вполголоса в ухо ИВАН)
У «Узбека», земляк служит в разведроте бригады, так он по секрету шепнул, что будут устраивать засады на колонны. Так, что крути не только «баранку», но и головой, чтобы отразить нападение диверсантов.

ИВАН
(вполголоса)
Спасибо. Буду бдить.

Солдаты, офицеры засуетились.

СТАРШИНА
(КОМАНДУЕТ)
Рота! К машинам! Строиться!

Показался КОМАНДИР РОТЫ с бутылкой минеральной воды. Вид у него был изрядно помятый, периодически прикладывался к воде, делал большой глоток, кадык на жилистой накаченной шее дёргался вверх-вниз.
Личный состав бежит к машинам.

САНЯ
О, дочку «обмывал».

ИВАН
Вторая дочь. Он так сына ждал.

САНЯ
Бракодел!

ИВАН
Он на учениях, ему вчера позвонили, сообщили. Не успеет из роддома забрать.

САНЯ
К нему сейчас мать и тёща приехали. О, тёща! Она ему мозг не вынесет, а съест!

ИВАН
Нашему ротному? Он сам кого угодно сожрёт на завтрак.

Авторота построилась возле своих машин. Командир роты принял рапорт. Он периодически потирал лоб. Было видно, что ему тяжко.
Командир первого взвода зачитал приказ командира батальона на марш. Потом скомандовал.

КОМАНДИР 1 ВЗВОДА
По машинам!

Командиры взводов, отделений продублировали команду, она прокатилась по всему строю. Все сели в машины, стали выстраивать колонну.

ИНТ. ВНУТРИ ВОЕННОГО КАМАЗа. ДЕНЬ.

Иван вытягивает машину пятым в колонне. Иван водитель на командирском КАМАЗе.
Ротный рядом, сдвинул головной убор на затылок, прикладывает бутылку минералки ко лбу.
Иван тихо, по-доброму усмехается.
Стекло со стороны командира роты запотевает.
Иван опускает стекло со своей стороны. Мелко, чтобы не привлечь внимание командира роты, машет в сторону открытого окна, выгоняя запах перегара.

ИВАН
Разрешите начать движение, товарищ капитан?

КОМАНДИР РОТЫ
(отрывает руку от головы, машет бутылкой)
Давай. Разрешаю, Только не гони. Не болванки артиллеристам везём. Тихо-тихо. Аккуратно. Понял?

ИВАН
Так точно! Понял.

Иван на пониженной передаче вывел КАМАЗ со стоянки, встал в колонну. Впереди него ехал точно такой автомобиль с таким же грузом.
По радиостанции были слышны доклады старших машин и командиров взводов о готовности к маршу.
Когда поступили все доклады, ротный скомандовал по станции.

КОМАНДИР РОТЫ
Начать движение!

И поехали, поехали, поехали! Медленно, не более сорока километров в час.

НАТ. КОЛОННА ПОДЪЕХЖАЕТ К ХОЛМИСТОЙ МЕСТНОСТИ. ДЕНЬ.

Колонна останавливается. Бойцы скидывают брёвна на цепях – «горный тормоз». Колонная начинает движение. Поехали, поехали!
Сопки, вверх-вниз, вправо, влево, машина серпантином взбирается почти на вершину, потом так же стремительно вниз.
Колонна идёт. Вверх-вниз. Вправо-влево. Вправо - вниз, с правой стороны склон сопки - жмись к нему, слева - обрыв метров десять глубиной, приятного мало. Пот по спине, ладони вытираешь о тряпку и о штаны. Руль скользит. Пот со лба рукавом куртки отираешь. Даже свежий воздух с улицы не остужает. Напряжение во всём теле.
Впереди, через пять машин раздался взрыв на склоне сопки, и тут же раздался треск автоматных очередей. Откуда стреляли, было нападение – непонятно. Тут же ожила радиостанция.

КОМАНДИР 1 ВЗВОДА.
Нападение со стороны сопки. Впереди завал. Работает шашка дымовая.

КОМАНДИР РОТЫ
(орёт в гарнитуру радиостанции)
Колонна! Стой! К бою!

КОМАНДИР РОТЫ
(обращаясь к Ивану)
Тормози!

ИВАН
Торможу! Не тормозится!

Педаль тормоза хлюпала в полик кабины. Иван дёргает ручной тормоз на себя, машина замедлила ход, потом где-то внутри раздался звук «бздынь», и машина пошла накатом, приближаясь к впереди стоящему грузовику.

КОМАНДИР РОТЫ
(хватает руль)
Прыгай, солдат! Я приказываю!

Иван отпихнул здоровенного ротного.

ИВАН
Сами прыгайте! У вас дети! Вы и дочку ещё не видели! Быстрее!

КОМАНДИР РОТЫ
(орёт)
Я приказываю!!! Рядовой!

ИВАН
(орёт)

Быстро прыгайте! Я под склон уведу! Врежемся! Полколонны рванет! Прыгайте! Ну!

Иван посмотрел на ротного.

ИВАН
(с мольбой в голове)
За дочку прыгайте. Прошу!!!

Иван смотрит в глаза командиру роты. Отталкивает его в сторону двери. Командир роты рвёт ручку двери, высовывается и прыгает. В боковое зеркало видно, как он сумел ухватиться за какой-то куст, повис на нем и, только как машина проходит мимо, скатывается вниз и карабкается наверх, бежит следом за машиной.
Иван отчаянно крутит руль, бесполезно, машина неумолимо приближается к заднему бамперу спереди стоящей машины. До впереди стоящей машины остаётся не более трех метров, когда он резко начинает выворачивать руль влево.
Слева металлическое ограждение – отбойник на трассе. Со скрежетом ограждение прогнулось, спустя полсекунды рвётся.
Машина летит вниз. Бревно на цепях цеплялось на мгновение за порванное ограждение, цепи натягиваются и лопаются со звоном. КАМАЗ, окрашенный в зеленый цвет, почти вертикально летит вниз. Груз в кузове по инерции начинает смещаться вперед.
Иван закрывает глаза перед землей, цепляется в руль, что было сил в руль. Белая вспышка.

ИНТ. ОГРОМНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ БЕЗ СТЕН, ПОЛА, ЗАЛИТОЕ СВЕТОМ. ДЕНЬ.

Иван стоит в той же одежде, что и утонул. Глаза сильно зажмурены. Руки держат невидимый руль. На лице ужас.



МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Ты уже можешь снова открыть глаза. Не бойся. Ты снова мёртв. Да, и глаз у тебя нет.

Иван открывает глаза, смотрит на руки, опускает их, переводит дыхание.

ИВАН
Это была симуляция?


МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Нет. Это не была ни симуляция, ни инсталляция. Это была твоя жизнь. Твой вариант жизни. Вы делаете выбор, и каждую секунду рождаются, появляются миллиарды параллельных реальностей, они пересекаются, расходятся, снова пересекаются, сливаются. Просчитать невозможно. Почти невозможно.

ИВАН
Так я же всё равно умер!

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Ты сейчас умер. Мог попасть в другую часть. А в этой реальности, где ты был, всё идёт своим чередом.

На стене идёт видеоряд.

ЭКС. СВЕЖАЯ МОГИЛА. ДЕНЬ.

Над могилой деревянный крест с фото Ивана. Могила завалена цветами, венками. Самый огромный выделяется на фоне других, видна лента с крупной надписью «ОТ ДРУЗЕЙ».

ИНТ. ШКОЛЬНЫЙ КЛАСС. ДЕНЬ.

На последней парте два фото Ивана, что на кресте, на погосте. Фото Ордена Мужества.

ИНТ. КВАРТИРА. ДЕНЬ.

Командир роты держит на руках меленького мальчика. Командир роты счастлив. Мальчик заливается смехом.





МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Тебя наградили Орденом «Мужества» посмертно. Через два года у того капитана, что ты спас, родится сын. Он назовет его в честь тебя. Тебя похоронят в Москве. Так как родни у тебя нет, то твой Орден передадут в школу. И будут про тебя всем рассказывать, какой ты был примерный ученик. И за могилой школьники будут ухаживать. И на уроках мужества про тебя будут зачитывать сочинения. А на похоронах были твои кредиторы, когда узнали как ты погиб, то принесли самый богатый венок с лентой «От друзей».

Пауза. Иван ошарашено смотрит на экран.

ИВАН
Но я же всё равно умер.


МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Смерть смерти рознь. Или ты пьяный, убегая от долгов, бросился в шторм. Или пожертвовал собой, чтобы спасти других людей. Всё иное. Жертвенность во имя спасения других! Но тебе, пока, не понять.

ИВАН
Я понял. И что теперь?

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Теперь? Новая реальность. Твой выбор. Новая жизнь, которую ты проживёшь, не помня обо мне. А потом снова вернёшься сюда. И так много миллионов раз подряд. До Страшного Суда…

Серия № 2.

Вариант № 2

ТИТР. КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ. ЛЕСОСИБИРСК. ГРУЗОВОЙ ПРИЧАЛ НА ЕНИСЕЕ.

НАТ. ПРИЧАЛ. СУДНО ТИПА «ЯРОСЛАВЕЦ». ДЕНЬ.

На причале стоят двое. Иван и МИХАЛЫЧ.
МИХАЛЫЧ. Мужчина лет шестидесяти. Лицо в глубоких морщинах, обветренное, видавшее виды. Одет в чистую, потрепанную одежду. На груди видна тельняшка.

МИХАЛЫЧ
(кричит в сторону судна)
Егорыч! Егорыч! Ты здесь?


ЕГОРЫЧ
(За кадром. Голос из рубки)
Чо? Кого черти принесли?

ЕГОРЫЧ. Возраст между пятидесяти и шестидесяти. Крепкий. Капитан судна. Никому не верит. Подозрительно относится ко всем. Носит тельняшку.

На палубу выходит из рубки ЕГОРЫЧ. Рукава тельняшки были закатаны по локоть, он вытирал руки грязной от смазки тряпкой.

ЕГОРЫЧ
А, это ты, Михалыч, чего хотел?

МИХАЛЫЧ
(кивая на Ивана)
Да вот, пацан тебя ищет.

ЕГОРЫЧ
(угрюмо, подозрительно)
Ты кто? Чего надо?

ИВАН
От Комника Петра Кузьмича. Из Москвы.

ЕГОРЫЧ
(помолчав)
От «Комка», значит. Это про тебя он звонил. Как зовут-то?

ИВАН
Иван.

ЕГОРЫЧ машет грязной тряпкой в сторону палубы судна, достаёт папиросы.

ЕГОРЫЧ
Поднимайся.

ЕГОРЫЧ стучит мундштуком папиросы о пачку папирос, прикуривает от спички коротким жестом, по привычке закрываясь от ветра, которого не было. Обгорелую спичку прячет под донышко лотка коробка. Иван поднимается по хлипкому трапу, который прогибается под его тяжестью. За спиной на одном плече у Ивана висит тощий рюкзак. Пару раз его клонило в сторону.
ЕГОРЫЧ молча, внимательно смотрит на поднимающегося Ивана, не предпринимая никаких движений, чтобы помочь ему. Курит.
Последние ступени трапа Иван взбегает. Протягивает руку.

ИВАН
Иван.
ЕГОРЫЧ молча, смотрит на протянутую руку, щелчком отбрасывает окурок в реку, плюёт следом. Смотрит, как быстрое течение относит окурок и плевок.

ЕГОРЫЧ
Пошли.

ЕГОРЫЧ, не пожав руки, разворачивается и через нос судна, в обход рулевой рубки, ведёт в трюм.
За дверью в рубку по правому борту спуск. Семь ступеней по металлическому трапу вниз. Потом направо. Слева дверь каюты. ЕГОРЫЧ толкнул её. Один иллюминатор, под ним стол, по бокам два рундука. Одна постель заправлена армейским одеялом, полоски выровнены, подушка взбита, углы расправлены. Вторая – обычный дерматин.
ЕГОРЫЧ показывает на топчан

ЕГОРЫЧ
Присаживайся. Рассказывай.

Иван роется в рюкзаке и вытаскивает бутылку дорогого виски в деревянной коробке. Ставит на стол. Поднимает выдвижную крышку, демонстрирует бутылку выдержанного напитка, обложенную соломой.

ИВАН
Ну, за знакомство!

Егорович сердито смотрит на бутылку. Громко сопит и ударяет кулаком по столу. Коробка с бутылкой подрыгивает. На кисти видна крупная выцветшая татуировка: военно-морской якорь, обвитый канатом, и снизу надпись «ТОФ».

ЕГОРЫЧ
Ещё раз увижу бутылку – засуну тебе в зад и выброшу за борт. Понюхаешь пробку – то же самое. Заруби себе на носу, если хочешь остаться, – «сухой закон» до конца навигации! Из коробки лучше скворечник сделай! Вон, и сено уже для гнезда лежит! У меня на борту алкаш! Зашибу! Понял?

Иван спрятал бутылку в рюкзак.

ИВАН
Понял.

ЕГОРЫЧ
Докладывай, кто такой, откуда.

ИВАН
Иван. Прибыл из Москвы. Готов работать не покладая рук.

ЕГОРЫЧ
Из Москвы, значит. И чего тебе там не сидится?
Иван пожал плечами.

ИВАН
Так получилось.

ЕГОРЫЧ передразнивает Ивана.

ЕГОРЫЧ
Получилось. Если бы не долг перед «Комком», шиш бы я тебя на борт пустил. Служили мы с ним вместе срочную на ТОФе. Эх… было время и дело. Вот тогда я и поклялся, что в долгу неоплатном у него. А тут он мне звонит и говорит, чтобы я тебя на борт взял в команду, и долг прощён. На одну навигацию, а там мы с тобой сами разберёмся. И у меня в запой ушёл моторист. И тут тебя из Москвы десантом. М-да, дела.

Помолчали. ЕГОРЫЧ бросает быстрый взгляд на Ивана.

ЕГОРЫЧ
Комник тебе не рассказывал про мой долг перед ним?

ИВАН
Нет. Не говорил.

ЕГОРЫЧ
Значит, не счёл нужным. Документы какие есть?

ИВАН
Вот.

Иван выкладывает на стол: паспорт, диплом, права водительские и документы на право управления судном, допуск по энергоустановкам.
Егорыч рассматривает документы на управление судном. Посмотрел даже на просвет.

ЕГОРЫЧ
Вижу, что «липа», но выглядят, как настоящие. Комник сделал?

ИВАН
Он. Сказал, что права настоящие, а вы меня, мол, научите управлять.

ЕГОРЫЧ
Руки покажи, ладони.

Иван протягивает раскрытые ладони.




ЕГОРЫЧ
Да, паря. Ручки-то у тебя мажористые. Тяжелее стопки с виски не держал. Как же ты с дизелем управляться-то будешь? Да у штурвала стоять?

Иван упрямо тряхнул головой.

ИВАН
Буду! А мозоли – дело наживное. Вам про меня Пётр Кузьмич ничего не рассказывал?

ЕГОРЫЧ
Нет.

ИВАН
Значит, не счёл нужным. Показывайте дизель. Я автодорожный заканчивал. И люблю двигатели.

Егорыч отводит его в машинное отделение. Слева от трапа, по которому они спустились в трюм, находится дизельный двигатель.

ИВАН
ЯМЗ, точно такой же, как и на КАМАЗе, Знаю его.

Рядом стоят станки токарный и фрезерный. Иван включает их поочередно. Осматривает. Выдвигает ящики с инструментами под верстаком. Перекладывает пару ключей из ящика в ящик.

ИВАН
Здесь рожковые лежат, а эти случайно попали к накидным. Непорядок.

Иван вытирает лоб. Открывает иллюминатор. Егорыч мрачен.

ЕГОРЫЧ
Закрой! Закрой немедленно! Открываешь его только, чтобы шланг принять для заправки. Понял?

ИВАН
(недоуменно)
Почему? Душно же!

ЕГОРЫЧ
Никогда! Слышишь! Никогда не открывай иллюминаторы! Можешь в трусах вахту нести. Несколько судов на Байкале затонуло из-за открытых иллюминаторов, да и «Булгария» на Волге с людьми ушла на дно из-за этих открытых «окошек».

ИВАН
(озадаченно)
Вот так и затонули? Из-за открытого иллюминатора? На реке? Не в море?

ЕГОРЫЧ
Казалось бы, ну, река, не море же! Но Енисей - единственная река в мире, которая течет не по ходу вращения Земли, а наоборот. Амазонка тоже так течет. Но всего 140 километров, а Енисей – 700. И не на Юг, а на Север. Четверо суток до Дудинки, или, как его называли речники «Лос-Дудинка», а если пойдут в Игарку – то это «Нью-Игарка». И неделю назад. И ни разу не открывай иллюминатор! Только на заправку!

Над дизелем расположена лебедка для снятия крышки двигателя при ремонте. Иван проверяет её работоспособность. Потом проверяет уровень топлива в баке и уровень масла. Вытер руки промасленной тряпкой. Иван тряхнул головой.

ИВАН
Смогу!

ЕГОРЫЧ
(угрюмо)
Посмотрим. Пошли в рубку.

На мостике капитан вводит в курс дела нового члена экипажа. Не позволяет руками ничего трогать. Потом спрашивает.

ЕГОРЫЧ
Стрелять умеешь?

ИВАН
Стрелять? Из чего? В кого?

ЕГОРЫЧ
Еды мало. Очень мало. Я взял на одного. И только в рейс. А тут ты мне на шею свалился. И сидеть сейчас будем на берегу пару дней, пока портовые у себя порядок наведут и нас загрузят. Вот и предлагаю смотаться на охоту. Тут недалеко. Сейчас утки должны прилететь. Набить штук пяток, забить холодильник. Как ты?

ИВАН
Нормально. Но ружья у меня не было. Стрелять стрелял.

ЕГОРЫЧ
Стрелял, говоришь. На-ка, собери!

В углу рубки стоит металлический ящик под замком. Оттуда капитан достаёт ружьё в чехле. Оно было в разобранном состоянии.
Иван крутит его, и с третьей попытки собирает в единое целое. Преломляет, смотрит в стволы. Потом защёлкивает замок, взводит курки, нажимает на спусковые крючки. Оба сухо щёлкают. Прицеливается на верхушку дерева, проверяет, не сбит ли прицел и мушка. Передаёт ружьё Егоровичу.

ИВАН
Так?

ЕГОРЫЧ
Так. Вот тебе 4 патрона. Заряды береги. Мелкая дробь на птицу водоплавающую. Пошли!

Егорыч машет рукой на выход. Потом достаёт большую связку ключей и запер все двери на судне. Спускаются на берег.

ЕГОРЫЧ
(кричит)
Михалыч! Михалыч! Ты здесь?

Михалыч выходит из-за штабеля досок.

МИХАЛЫЧ
Да здесь я! Кому не спится?

ЕГОРЫЧ
Михалыч! Я возьму у тебя лодку?

МИХАЛЫЧ
Далече?

ЕГОРЫЧ
Километров пять вниз, в заводь на утю.

МИХАЛЫЧ
Бери! Бензина потом заправишь.

Михалыч машет рукой и идёт за штабель.

ЕГОРЫЧ
(Ивану)
Пошли! Помогай!

Иван с Егорычем подходят к одной из лодок, в большом количестве вытащенных на берег.

ЕГОРЫЧ
Вот его «Казанка». Давай на воду спускай!

Вдвоём они быстро сталкивают на воду лодку. Веслом отталкивают от берега. С третьего раза заводится мотор. Пошли вниз по течению. Перекрывая шум мотора и ветра, Иван кричит.

ИВАН
А за судном кто посмотрит? Всё в порядке?

ЕГОРЫЧ
Всё в порядке. Михалыч и посмотрит. Он раньше был капитаном. Лютый был капитан. Баржи таскал по Енисею. Звериное чутьё. Ночью идёт. Где топляк, где «маломерка» с браконьерами чует. Обойдёт или по ГГС так обматерит, что те улетали на скорости от него. В какой-то год Ангара обмелела. Вода упала. Камни торчат. Никто не пошёл. А он провёл и туда, и назад. Даже не царапнул. Сам у штурвала стоял. «Синька» его сгубила.

Егорыч для наглядности шлёпает себя тыльной стороной ладони по горлу.

ЕГОРЫЧ
Списали его вчистую на берег. Навсегда. Семья и распалась. Он всё оставил в Красноярске и сюда перебрался. Вот в порту и околачивается. Не может без реки и пароходов. Но на борт не поднимается. Вообще. Никогда. Я сам его звал и в гости и хотел в команду взять. Ни в какую. Стакан бросил. Только чай. Но от реки отойти не может ни на шаг. Браконьерничает по-тихому. За судном посмотрит. Его тут слушают. Кулак - что веслом огреет. Он и свою команду в своё время держал в узде. Никто чихнуть без его разрешения не мог. Все рвались к нему. Зазря никого не обижал, но чтобы был порядок флотский, и в деньгах не жадный был. Заработал – получи. Вот и у меня никто не будет пить в навигацию. Хозяину деньги нужны. И мне тоже. Только успевай, оборачивайся в рейсе. Зимой на ремонте отдыхать буду. Сейчас прибудем.

Показался плёс в небольшой заводи. Егорыч аккуратно, легко выводит лодку на песчаный берег. Выскакивают, вытаскивают на берег. Егорыч отдаёт Ивану ружьё, четыре патрона, сам тоже с ружьём.

ЕГОРЫЧ
Значит, так. Ты – налево, я – направо. Встречаемся здесь через два часа. Если кто-то не вышел, ждёт час и идёт искать второго. Ступай вдоль берега. Не шуми. Смотри, что под ногой. Увидел утку – не бей на воде. В кустах может быть другой охотник. Поднимай её в воздух, влёт бей. Понял?

Ивану не терпелось пойти на охоту и проявить себя, принести добычу, доказать, что он достойный член команды Егорыча.

ИВАН
Угу!

Расходятся в разные стороны.

ТИТР. ЧЕРЕЗ ДВА ЧАСА,

Егорыч возвращается к лодке. Несёт двух убитых селезней. Иван что-то стирает реке за лодкой.

ЕГОРЫЧ
Ты чего стираешь? Кровь застирываешь или грязь?

Иван отрывается от стирки.

ИВАН
Да, тут такое дело…

Егорыч видит, что Иван ниже пояса голый и босиком.

ИВАН
Иду я тихо. По берегу. Высматриваю уток. Готов стрелять. Тут слышу треск, шум, хрип. Утки взлетели, но далеко. Я вскинул, стал выцеливать. Сам думаю, что за злодей шумит. И сам смотрю краем глаза, что какая-то серо-коричневая масса в мою сторону ломится. Именно ломится. Деревья сухие валятся, живые деревья гнутся.

ЕГОРЫЧ
Медведь?

ИВАН
Он самый.

ЕГОРЫЧ
Забыл тебя предупредить. Они сейчас из спячки зимней выходят. Страшные. Голодные. И пробку из зада выдавить не могут. Экскременты у них в прямой кишке каменеют за зиму. Вот они давят из себя. Злые. Хоть и ослабли за зиму, но страшный зверь. И чего ты?

ИВАН
Чего-чего! На дерево полез от него. Ветер от него шёл, он меня не учуял. Или учуял, но ему не до меня было. Залез повыше. А он в мою сторону идёт. И под моим деревом и присел…

ЕГОРЫЧ
И чо?

ИВАН
Чо-чо! Ничего! Один внизу опорожниться не может, а другой наверху остановиться!

Егорыч смеётся, смахивает слёзы, пополам сложился.

ЕГОРЫЧ
И долго сидел?

ИВАН
Пока он не ушёл. Чего ржать-то! Страшно же!

ЕГОРЫЧ
У медведя получилось?

ИВАН
Подо мной – нет. Он дальше пошёл. Я за двоих постарался. Потом сполз с дерева и сюда. Вот. Стираю. Немного осталось. В машинном отделении просушу.

Егорыч смахивает слёзы от смеха.

ЕГОРЫЧ
Ладно, верхолаз, пошли на судно! Штаны одень! Не стрелял?

ИВАН
Бекасиной дробью? В медведя? Не идиот. Ружьё в лодке, рядом патроны.

Грузятся в лодку. Против течения лодка идёт натужно. Подходят к заправочному танкеру.

ЕГОРЫЧ
(задрав голову, кричит)
Эй, живые есть на борту? Мармуда, ты там?

МАРМУДА. Крепкий, хитрован, лет сорока.

МАРМУДА
(за кадром)
Кто спрашивает? Дешевого топлива нет!

ЕГОРЫЧ
А у тебя никто и не спрашивает дешевого. Качественного отпусти!

Через леер перевешивается голова МАРМУДЫ.

МАРМУДА
Ой! Егорыч! Ты же вроде как с утра на своей посудине был, а сейчас на «маломерку» пересел? Махнул что ли?

ЕГОРЫЧ
Ага. Не глядя. Ключ в ключ. Чего зубы сушишь? Конец кидай. Пару канистр зальёшь.

С борта летит канат. Егорыч мастерски завязывает его вокруг ручек двух канистр, дёрнул.

ЕГОРЫЧ
Вира!

Канистры поднимаются наверх. Через пять минут спускаются вниз. Капитан переливает бензин из канистры в бак двигателя, потом снова отправляет на заправку канистры.

ЕГОРЫЧ
Повтори! На мой счёт запиши. Домой пойду - заправлюсь и эти канистры оплачу.

МАРМУДА
Сделаю! Лишнего тебе не запишу. Михалычу наше с кисточкой! А это что за парень у тебя?

ЕГОРЫЧ
Моторист мой новый.

МАРМУДА
А штаны чего мокрые? Обделался с испугу-то?

ЕГОРЫЧ
Неудачно лодку от берега отталкивал вот и в воду оступился.

МАРМУДА
Вона оно чо! Понятно. Бывает! Покедова!

ЕГОРЫЧ
И тебе не кашлять!

Егорыч отходит на лодке от танкера, берёт курс к своему судну. Когда удаляются на приличное расстояние, Иван спрагивает
ИВАН
Отчего Вы не рассказали про меня, что я… это… медведя встретил.

ЕГОРЫЧ
Зачем? Чтобы потом всё пароходство потешалось? И тебя называли «гадким утёнком» или «гадским утёнком? Выбирай как больше нравится.

ИВАН
Почему «утёнком»?

ЕГОРЫЧ
Пошёл на утку охотиться и обгадился. Поэтому и «гадкий утёнок». Прозвища в армии и на флоте приживаются навсегда. Вон, на танкере Мармуда заправляет. А почему он Мармуда? Никто уже и не помнит. Но посмотришь на него и понимаешь, что иначе и не могла назвать его. Мармуда он и есть Мармуда. И откликается он на неё.

НАТ. ППИСТАНЬ. ДЕНЬ.

Возвращают лодку Михалычу.

ИНТ. СУДНО. ДЕНЬ.
Поднимаются на борт своего судна. Егорыч обучает Ивана теории судовождения и жизни на судне. Гоняет по всему судну, заставлял запоминать многочисленные названия, как действовать в аварийной обстановке.

ЭКС. ПРИСТАНЬ. ПОРТОВЫЕ КРАНЫ. ПОГРУЗКА. ДЕНЬ.

Погрузка груза. Это были контейнера. Под замком, опечатанные. Сверху на контейнеры ставят два легковых автомобиля. Оставшееся пространство на корме было забито коробками.
Егорыч лично командует погрузкой Крепит к палубе. Показывает Ивану как правильно распределять и закреплять груз.

ИНТ. СУДОВАЯ РУБКА. ДЕНЬ.

ЕГОРЫЧ
(у штурвала, командует по громкой связи)
По местам стоять согласно вахтенному расписанию! Отдать швартовы! Ну, с Богом!

Егорыч широко перекрестился и крутанул штурвал.

Иван принимает канаты, которые сняли с портовых кнехтов, аккуратно по спирали, укладывает их на палубе. Потом бегом спускается в машинное отделение. Первым делом проверяет, задраены ли иллюминаторы, дёргает ручки иллюминаторов.

ИНТ. ВНУТРЕННИЕ ПОМЕЩЕНИЯ СУДНА. ДЕНЬ.

Видеоряд. Иван в машинном отделении. Иван в рубке, под руководством Егорыча стоит у штурвала. Егорыч отвешивает подзатыльник Ивану. Иван потирает затылок. Иван прямо в одежде падает в одежде на свой топчан – рундук. Иван в машинном отделении наводит приборку. Ремонтирует, настраивает токарный станок, что-то вытачивает.
Егорыч тычет зажжённой сигаретой в сторону антенны

ЕГОРЫЧ
Что это за хрень? Быстро! А это что за пимпочка справа, и на кой ляд она нужна?!

Егорыч по всему судну тыкает папироской в различные узлы и агрегаты. Щедро раздаёт подзатыльники, больно бьёт в плечо, ладонью, со всей дури по спине. Иван листает инструкции по судну.
Иван открывает на камбузе шкаф. Он забит пачками лапши быстрого приготовления. Иван заливает кипятком и ест. Чай из пакетиков самый дешёвый, без нитки. И снова и снова. Каждый раз лапша быстрого приготовления. Нет ни кусочка хлеба, ни кусочка мяса. Только лапша и опять лапша. Иван злится на лапшу.


НАТ. РЕКА. БОЛЬШИЕ ВОЛНЫ. ШКВАЛИСТЫЙ ВЕТЕР. ВЕЧЕР.

Ветер раскачивает судно в бортовой качке. Капитан у штурвала. С трудом борется.
С кормы раздаётся треск.

ЕГОРЫЧ
(в ярости по громкой связи)
Быстро проверь груз!

Иван рванул наверх, в дождь, качку, ветер. Непогода заливает глаза. Казалось, что вытяни руку – и не увидишь пальцев. Всё мокрое, осклизлое. Качка, ветер сбивает с груза тело Ивана. Он цепляется, пыхтит, тужится, но лезет наверх.
Большие коробки, расположенные наверху, еле держатся. Удерживающие фалы лопнули. Автомобили уцелели.
Иван, рискуя сломать шею, бежит в машинное отделение, в ящике лежат запасные цепи. Длинные, тяжёлые цепи. Взваливает на себя, пытается подняться. Качка сбивает его с ног. На мокрой лестнице падает. Еле стоя на ногах с цепям и при качке, распахивает дверб рубки. В рубке Егорыч борется со штурвалом.

ИВАН
Фалы наверху лопнули. Груз вот-вот сорвется. Я сейчас цепи запасные…

ЕГОРЫЧ
Давай, давай, сынок! Давай! Сам!

Иван хватаясь за леера, еле взбирается наверх. Обвязывает груз цепями. Несколько раз чуть не срывается за борт. Но делает своё дело.
Ветер стих, дождь идёт тише, волна немного успокоилась.
Иван сидит на палубе, прижавшись спиной к грузу. Он выбился из сил. Иван сидит, положив вытянутые руки на колени. Голову опустил между рук. Тяжело дышит.
На палубу выходит капитан. Не взглянув на Ивана, он дёргает цепи, остальной крепёж, поднимается наверх, проверяет, как закреплён весь груз. Только после этого подходит к Ивану. Закурил, встаёт напротив Ивана.

ЕГОРЫЧ
Сил нет?

Иван с трудом поднимет голову. Молчит.

ЕГОРЫЧ
Ну, давай, помогу.

Закидывает руку Ивана себе на плечо, подхватывает за талию и начинает поднимать.

ЕГОРЫЧ
Ну, и тяжёл же ты, парень! Надо тебе пайку урезать, а то трудно мне тебя тягать. Схуднуть тебе нужно кило на двадцать.

Егорыч обратил внимание на кисти рук Ивана.

ЕГОРЫЧ
Ух! Ничего себе! А, что с руками-то? Как же так тебя угораздило?

Иван изодрал кисти рук. Во многих местах они были порваны. Кровь текла, смешиваясь с водой, растекалась по палубе.

ЕГОРЫЧ
Эх, паря! И палубу изгадил кровью. И потом скажешь, что не можешь движку ремонтировать и вахту у штурвала стоять, палубу драить! Непорядок! Специально членовредительством занимался? Отдохнуть решил?

Егорыч выговаривает ему, сам внимательно рассматривает кисти, проверяя все ли пальцы на месте, сжимая его пальцы в кулак и разжимая.

ЕГОРЫЧ
Симулянт, ты, Ванька, симулянт! Ладно. Будем тебя лечить. По-флотски.

Поддерживая, спускаются в машинное отделение. В углу стоит жестяная банка с отработанным машинным маслом.
Егорыч берёт Ивана за руки и быстро опускает кисти в чёрную жижу. Иван взвыл, пытается вырваться. Капитан удерживает. Тогда Иван пытается ударить головой в лицо. Но капитан легко отклоняется, не выпуская рук. Усмехнулся – ощерился.

ЕГОРЫЧ
Тихо. Тихо. Потом подерёмся, если захочешь. Терпи. Терпи. Бог терпел и нам велел.

Через некоторое время Егорыч вынимает руки Ивана, держа их над жестянкой, куда текло, капало масло. Внимательно осматривает.

ЕГОРЫЧ
Вот и хорошо.

ИВАН
(морщась от боли)
Ты хочешь, чтобы у меня гангрена началась?

ЕГОРЫЧ
Вот так ничего не будет. В нефтепродуктах никакая живность не живёт. А в отработанном машинном масле, прошедшим термическую обработку никакая холера не удержится. Ни один микроб, чи бактерия не выживут. Мужики сказки рассказывают, что в Африке столи под погрузкой. А без баб тоска. Вот и забрели в портовый кабак. Ну, а по пьянке всякое случается. Вот с местной девахой и сошёлся на полчаса. Потом с испугу, что, может, чего и подцепил, своё хозяйство час в отработанном масле отмачивал. Пронесло. То ли на самом деле отработка помогла, или просто Бог дурака миловал. Ты не кряхти. Заканчиваем. Сейчас отмоем руки, зальём йодом, забинтуем. И всё заживёт. В рейсе, как сейчас, врачей нет, вот сам и крутишься, как можешь. Вызывать вертолёт сан.авиации тоже не всегда получится. Да, и не всегда они прилетят.

Отмывают руки. Щедро заливает израненные руки йодом. Неумело бинтует.

ЭКС. ПОРТ ДУДИНКА. ПОРТОВЫЕ КРАНЫ. ДЕНЬ.

Судно встало под разгрузку. Докеры, грузчики здороваются, машут Егорычу, как старому знакомому. С любопытством рассматривают Ивана.

ГРУЗЧИК
Ха! Очередной моторист у «Жида»! Не держатся они у него.

ИВАН
(удивлённо)
Не понял. А почему «Жид»?

ГРУЗЧИК
Увидишь. Он за копейку удавится. Глядя в оба! И мотористов он не любит. Дай-то Бог, чтобы кто-то выдержал с ним две навигации. Кто сам убегает, кого он выгоняет. Была у него одна история с мотористом… Он теперь их на дух не переносит. Будь его воля, так он вешал бы своих мотористов на мачтах как украшение. Так что не рассчитывай на вторую навигацию с ним!

ИВАН
Да ну! Куда же он без моториста-то?

ГРУЗЧИК
Мог бы он в одного управиться, так бы и сделал. А так… Необходимое зло. Терпит. Но недолго. Приедаются ему одни и те же.

ЭКС. ПАЛУБА СУДНА. ДЕНЬ.

Идёт выгрузка груза. Иван вместе с грузчиками цепляет груз. Контейнера, автомобили, краны переносят на пирс. Боковым зрением видит, что к Егорычу озираясь, приходят люди. С пакетами, полупрозрачными вёдрами. Видно, что замороженная рыба. Солёная рыба. В вёдрах черная и красная икра.
Егорыч забивает под завязку холодильник на камбузе контрабандной рыбой и икрой.
Егорыч забивает шкаф лапшой быстрого приготовления.
Судно отправляется в обратный путь. Иван с забинтованными руками стоит у штурвала. Егорыч пересчитывает рыбу и икру в холодильнике.
Иван с ненавистью ест лапшу быстрого приготовления. Егорыч пересчитывает рыбу и икру.
Иван запаривает лапшу, ковыряет её. Смотрит на холодильник с рыбой, с ненавистью произносит.

ИВАН
Точно жид!

Выбрасывает лапшу, не притронувшись к ней.
Егорыч у штурвала, Иван в моторной отделении. Егорычу звонят на телефон. Он слушает. Зло отключает телефон. Нервно закладывает штурвал, встаёт недалеко от берега. Отдаёт якорь. Судно немного стягивает вниз по течению, цепь натягивается.
Егорыч нервно ходит по палубе. Курит одну папиросу за другой, смотрит в бинокль на реку. Кричит Ивану.

ЕГОРЫЧ
Слушай сюда, молодой. Если я крикну «Полундра», ты быстро метнёшься к холодильнику и всё, что там есть, вываливаешь по правому борту. Понял?

ИВАН
(кивает)
Понял.

Спускается в машинное отделение. Бормочет под нос.

ИВАН
Хоть так бы всё случилось! Тьфу! Жмот!

НАТ. РЕКА. ДЕНЬ.

Появляется три моторные лодки. Пристают к борту судна. Егорыч сбрасывает штормтрап (веревочная лестница).
Поднимаются люди по верёвочной лестнице. Разговоров было мало. Здороваются с Егорычем. Все спускаются на камбуз. Укладывают в сумки товар, рассчитываются с капитаном. Тот тщательно пересчитывает деньги, периодически внимательно рассматривая то одну, то другую купюры. Пачка денег большая. У Ивана округляются глаза от удивления.
Прощаются. Люди быстро спускаются с товаром в лодки. Лодки на высокой скорости уходят от судна, скрываясь за излучиной реки.
Егорыч с Иваном быстро поднимают штормтрап, складывают его на палубе.

ЕГОРЫЧ
Молчи! Ничего не видел. Понял?

ИВАН
(пожал плечами)
Не моё дело.

ИНТ. РУБКА. ДЕНЬ.

Егорыч у штурвала.
Наперерез их судну бросаются два катера. На одном надпись «РОССЕЛЬХОЗНАДХОР».

ГОЛОС С КАТЕРА
(по громкой связи)
Приказываю остановиться! Отдать якорь! Принять досмотровую группу на борт!

Егорыч выполняет приказ. Иван поднимается на палубу. Сбрасывают штормтрап.
На палубу поднимается шесть человек. Надписи на куртках «РОССЕЛЬХОЗНАДЗОР» , «РЫБООХРАНА».
Один из поднявшихся. Было видно, что знает Егорыча. Улыбается весело.
Егорыч хмур, разжражён.

ЕГОРЫЧ
Чего надо?

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
Досмотр, Егорыч, досмотр

ЕГОРЫЧ
Досмотр, досмотр. Всю палубу затопаете. У моториста клешни болят. Мне, что ли, за вами потом драить? Сейчас придём за грузом, там – хозяин. И он скажет, что я судно в грязи содержу? И уволит меня к чертям морским! Так?! И кто виноват?

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
Не ворчи, Егорыч! Мы быстро, У тебя всё чисто?

ЕГОРЫЧ
Было чисто, пока вы не пришли.

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
Незаконно перевозимая или незаконно выловленная рыба, икра есть?

ЕГОРЫЧ
Пара банок консервов внизу есть. Пойдёт?

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ

Незаконная.

ЕГОРЫЧ
Не было. Если вы с собой не принесли, чтобы потом найти у меня.

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
Да ладно, ты же знаешь, что мы так не поступаем, Егорыч! Ты чего?

ЕГОРЫЧ
Ты не поступаешь. Другие поступают. Я их впервые вижу,– Вчера не поступал, сегодня поступишь. Начальство сказало «палок» нарубить, вот ты и будешь шкодничать. Не первый год живу, насмотрелся я таких групп.

Досмотровая группа спускается в трюм.

ЕГОРЫЧ
Малец, дуй вниз, чтобы они чего не положили или не прихватили. Народу много. Мельтешить будут. Не люблю суеты.

Иван спускается за проверяющими. Егорыч остаётся на палубе, опёрся о рубку плечом, хмуро смотрит вперёд и непрестанно курил, сплевывая за борт.
Поднимаются проверяющие. Старший досмотровой группы поднимается последним.

ЕГОРЫЧ
Ну, что? Нашли?

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
(весело)
Ничего не нашли.

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
(обращаясь к досмотровой группе)
Я же сразу говорил, что зря время потеряем. Спускаемся к катерам и снова ждём в засаде.

Досмотровая группа сходит с судна. Последним был старший. Протягивает руку капитану.

СТАРШИЙ ДОСМОТРОВОЙ ГРУППЫ
Извини, Егорыч, за беспокойство. До свиданья!

ЕГОРЫЧ
И вам не болеть!

Егорыч пожимает руку. Иван рядом. Видит как в момент рукопожатия замечает, что из одной ладони в другую перекочевали купюры. Краешек было видно. Старший быстро сунул руку в карман, вытащил руку, машет и ловко спрыгивает вниз.
Иван с Егорычем ждут, когда проверяющие на катерах уйдут за косу.
Капитан прикуривает новую папиросу, смотрит тяжёлым взглядом в глаза Ивану.

ЕГОРЫЧ
Почему не сдал? Внизу были без меня. Почему не донёс?

ИВАН
(пожал плечами)
А зачем? Мы с вами одна команда. Вы меня приняли. Есть общий знакомый. Да и идти мне некуда.

ЕГОРЫЧ
(вкрадчиво, срываясь на крик)
Некуда идти! Некуда ему идти!

Срываясь на крик, выплёвывает папиросу за борт, хватает Ивана за воротник и приподнимает над палубой немного.

ЕГОРЫЧ
Говори! От кого прячешься?! От закона или людей? Или ты этот… алиментщик?! Детей «настрогал», а сам - в Сибирь?

Потом немного успокаивается, опускает на палубу Ивана.

ЕГОРЫЧ
Нет. Не думаю, что от алиментов скачешь зайцем. «Комок» такого бы не отправил ко мне. Сразу бы за борт. Он знает. Так от кого бегаешь? Только честно!

ИВАН
От людей.

ЕГОРЫЧ
Расскажи.

ИВАН
Вам лучше не знать, капитан. Лучше не знать. Это моя ноша.

ЕГОРЫЧ
(усмехается, прикуривает)
Его ноша, ТВ даже не представляешь, что такое ноша! Сказал бы, что твой крест. А тут ноша. Скажи, что правит миром?

ИВАН
(быстро, не задумываясь)
Деньги, секс! Или секс и деньги! Не знаю, что первично,

Егорыч выплёвывает длинную, желтую от никотина слюну в Енисей.

ЕГОРЫЧ
Фрейда начитался. Тьфу на него! Ты хочешь сказать, что сибиряки с казахами в сорок первом за секс и деньги отбросили немца от Москвы? Или Егоров с Кантарией за секс Знамя Победы над Рейхстагом подняли? А, может, сибирские пацаны в Грозном в новогоднею ночь умирали тоже за секс? Дурак ты, как и твой Фрейд.

Перехватывает недоумённый взгляд Ивана, поясняет.

ЕГОРЫЧ
(тяжело вздыхает)
Дочка у меня на психолога училась. Тоже поначалу квакала, что Фрейд прав. Но жизнь всё по местам расставила. Эх, лучше бы Фрейд был прав. Воруй и занимайся сексом. Вот и вся жизнь. Как у животных. Ладно. Отходим. Потом поговорим.

ИВАН
Вопрос можно?

ЕГОРЫЧ
(бурчит под нос)
«Можно козу на возу» и «Машку за ляжку тоже можно», а на флоте «прошу разрешения»!

ИВАН
Прошу разрешения задать вопрос.

ЕГОРЫЧ
Валяй.

ИВАН
Старший вас предупредил о засаде?

ЕГОРЫЧ
Не твоего ума дела, но так и быть, отвечу. Да. Он меня предупредил. До нас несколько судов прошло, и никто не позвонил, по рации не шепнул, что впереди нас ждут. Вот и пришлось груз сбросить раньше. Обычно в порту разгрузки. Вот и верь после этого людям.

ЭКС. ГРУЗОВОЙ ПОРТ. ДЕНЬ.

Судно швартуется к пирсу. На берегу стоит СУДОВЛАДЕЛЕЦ.
Здоровый мужик, под метр восемьдесят, лет шестидесяти, пышущий здоровьем, улыбается во весь рот, полный фарфоровых зубов. На шее золотая цепь толщиной в большой палец. Большие швейцарские часы в золотом корпусе. Дорогой костюм от Армани сидит на нём, как влитой. Дорогие туфли. И перстень на руке, крупный изумруд в обрамлении россыпи бриллиантов. Безвкусно, но было видно, что очень дорого.
СУДОВЛАДЕЛЕЦ легко взбирается на палубу. Здороваются. Капитан представляет Ивана.

СУДОВЛАДЕЛЕЦ
(представляется)
Виктор Иванович. А это, что у тебя с руками?

Кисти у Ивана были частично ещё замотаны бинтами и лейкопластырем.

ЕГОРЫЧ
Когда шли на Север, груз чуть не сбросило от ветра. Вот он и спас.

СУДОВЛАДЕЛЕЦ
(одобрительно похлопывает Ивана по плечу)
Молодец

Рука тяжёлая, Иван чуть приседает от неожиданности.

СУДОВЛАДЕЛЕЦ
Значит, обкатался парень с тобой, Егорыч?

ЕГОРЫЧ
(угрюмо)
Разберемся!

СУДОВЛАДЕЛЕЦ
Ты его береги! Где я тебе в разгар навигации моториста найду? Этого ты случайно нашёл. Мотористов больше нет. Зимой можно найти, а сейчас – нет.

Хозяин и капитан идут в рубку. Судовладелец просматривает судовой журнал. Капитан достаёт деньги, передаёт ему пачку. Судовладелец тщательно пересчитывает деньги. Достаёт калькулятор. Что-то подсчитывает. Кивает головой, пожимает руку Егорычу и быстро спускается с судна.
Начинается погрузка судна. Снова контейнера. Коробки. Егорыч и Иван крепят груз на палубе.

ЭКС. ПАЛУБА СУДНА ВЕЧЕР.

Егорыч запирает рубку, говорит Ивану.

ЕГОРЫЧ
Поедем со мной. Поможешь отвезти гостинцы.

Иван с Егорычем спускаются с судна, идут к воротам грузового порта.


ЭКС. ЗА ВОРОТАМИ ПОРТА. ВЕЧЕР.

Рядом с КПП порта стоит старая машина «ВАЗ-2106». Егорыч открывает багажник, там лежит один из мешков с рыбой, который сгрузили под Атаманово неизвестным.
Иван смотрит удивленно.

ЕГОРЫЧ
Я им второй комплект ключей дал, чтобы они мне забросили. Садись, поехали.

Иван садится в машину. Машина трогается.

ЭКС. ГОРОДСКИЕ УЛИЦЫ. ВЕЧЕР.

Машина движется по вечернему городу. Иван крутит головой. Рассматривает городские пейзажи, людей на улице, машины.

ЭКС. СПАЛЬНЫЙ МИКРОРАЙОН. ВЕЧЕР.

Машина подъезжает к панельной девятиэтажке. Смотрит на табличку с адресом на доме.
Иван с Егорычем достают мешок с рыбой и еще коробку. Входят в подъезд.

ИНТ. ВНУТРИ ПОДЪЕЗДА. ВЕЧЕР.

Первый этаж.
Егорыч своим ключом открывает дверь. Слышно как работает телевизор. Заходят в квартиру.

ИНТ. ВНУТРИ КВАРТИРЫ. ВЕЧЕР.

Выходит в коридор молодая женщина в фартуке, полотенцем вытирает руки. Густые русые волосы схвачены в хвост. На пол-лица огромные голубые глаза. Большие печальные глаза с множеством мелких морщин вокруг.

АННА
О, папа! А мы тебя завтра ждали! Опять на сутки раньше управился?

ЕГОРЫЧ
К вам спешил. Как дела?

Женщина подставляет щеку, Егорыч, внешне суровый, целуе нежно дочь в щеку.
Анна смотрит на Ивана.

АННА
А вы кто?


ЕГОРЫЧ
Моторист у меня новый.

ИВАН
Иван.

АННА
Анна.

Из комнаты раздаётся детский возглас девочки.

МАША
Деда приехал!!!

ЕГОРЫЧ
Иду, иду.

Егорыч идёт в команту, Иван следом. В инвалидном кресле у стола, на котором стоял видавший виды компьютер, но с большим монитором, сидит девочка лет семи. Ручки её скручены болезнью. Маленькие ручки были вывернуты к подмышкам. Ножки, тоже маленькие, были изуродованы болезнью.
Блондинка. Огромные, от матери, глаза небесного цвета на пол-лица светятся от радости свидания с дедом.
На носу у девочки на тонкой резинке был нос, как у Буратино, из плотной бумаги. Заострённый, со смятым кончиком.
Дед подбегает к внучке. Аккуратно снимает бумажный нос, обнимает и долго не отпускает. Девочка, как могла, скрюченными ручками обнимает деда за шею.
Ивану становится неловко. Не по себе. Выходит из комнаты.
Иван в прихожей начал обуваться выходит Анна.

АННА
Вы куда?

ИВАН
Да, это… Пойду я. Капитан просил помочь донести… Всё. Пойду. Подожду на улице. Покурю.

АННА
Никуда я вас не опущу. Сейчас будем кушать. Почти всё готово. Знаю я отца в рейсах. Всё гонит и гонит. И сам не питается нормально, и другим не даёт. И даже ничего слушать не хочу. Вон там ванна – мойте руки. Потом за стол.

Ивану неудобно. Как-то стыдно. И одновременно ему не хотелось никуда уходить. Вообще. Никогда. Его манят эти печальные глаза и запах этой женщины. Запах всей квартиры. Домашний уют. Анна нравится ему. Лицо краснеет. Иван садится на краешек стула на кухне. Женщина очень быстро перемещается на небольшой кухне, казалось, что в руках у неё всё горит. Иван с восхищением смотрит на Анну. Когда она смотрит на него, отводит взгляд. Так повторяется несколько раз. Сидеть и смотреть на Анну.

АННА
Откуда вы, Иван?

ИВАН
Из Москвы.

Она быстро бросает через плечо удивлённый взгляд.

АННА
Ух ты! И что вас сюда привело?

ИВАН
Так сложились обстоятельства.

Пауза затягивается.

ИВАН
Извините за некрасивый вопрос…

Анна не оборачиваясь.

АННА
Вы о дочке?

ИВАН

Да.

АННА
ДЦП. Врачи ещё в роддоме предлагали отказаться от неё. Я не отказалась. И папа, и мама меня поддержали. По всем законам медицины она не должна была дожить до трёх лет. А вот уже ей почти восемь. Живём, боремся. Надеемся на лучшее. Каждый день – это подвиг для неё. В ней столько жизни, такая тяга у жизни, что не я е поддерживаю, а она меня.

ИВАН
(смущенно)
А нос? Бумажный… Вы простите.

АННА
Она же ребёнок. Ей общаться надо. А так… Ну, в центре реабилитации, на прогулках редко с кем. От нас же шарахаются как от прокажённых. Пальчики плохо работают. Вот так она текст на компьютере набирает. Переписывается с ребятишками. У неё много виртуальных друзей. Сначала карандашом во рту набирала, но прикус быстро портиться начал. Дед и придумал. И глаза не сильно портятся.

У Ивана перехватывает горло от нахлынувших слёз. Он с трудом проглатывает этот комок. Делает вид, что нос зачесался, смахивает слёзы, которые сами выступили в уголках глаз. Ему стало жарко. Оттянул ворот грязной футболки вниз. Анна замечает большие уродливые шрамы на кистях.

АННА
Ой! Это откуда у вас? Как будто вас пытали.

Она подходит и берёт его руки, поворачивая, рассматривая рубцы.
Ивана как будто током ударяет. Стало ещё жарче. Он жадно вблизи рассматривает Анну. Каждую чёрточку лица, изгиб шеи. Щёки, уши запылали у него, как у подростка. Вдыхает её запах.

АННА
Так отчего такие шрамы?

Ещё раз спрашивает Анна и смотрит в упор.
Сухость в горле. Ивану захотелось утонуть, раствориться в глазах этой молодой женщины.
Сквозь пустыню в горле сумел выдавливает из себя он.

ИВАН
Да… Случайно… Почти прошло.

АННА
Я вам дам мазь. На ночь мажьте, быстро пройдёт.

Она достаёт из холодильника початый тюбик мази. Иван принимает. И чуть дольше задержал её ладонь в своей. Анна зарделась, резко отворачивается и быстро возвращается к плите, что-то помешивать на сковороде.
Заходит Егорыч. Махнул Ивану.

ЕГОРЫЧ
Ну, всё, пошли!

Тихо, но властно приказывает Анна отцу.

АННА
Сидеть! Покормлю, потом поможете вынести Машу на прогулку, вот тогда и пойдёте. А то сейчас маме позвоню.

Что-то ворча под нос, грозный, но как-то сразу ставший домашним, Егорыч бредёт в ванну.

ЕГОРЫЧ
(бурчит под нос)
Вот и расти потом на свою голову, а она ещё потом и командует отцом.

Анна разливает уху по тарелкам. На второе подаёт пельмени с осетром.
Иван и Анна сидят друг напротив друга, отчего-то пунцовые. Не глядят друг на друга. Егорыч молчит, только исподлобья бросает быстрые тяжёлые взгляды то на дочь, то на своего моториста. Как будто что-то подозревает.
Иван ест быстро. Давится горячей наваристой ухой. Точно также и проглотил пельмени из осетрины. Никогда ничего вкуснее он не ел.
Анна положила себе очень мало еды. Быстро ест. Моет посуду за собой. Забирает посуду у мужчин, моет её. К концу трапезы вся посуда перемыта.

АННА
Вы идите, покурите, а я Машу покормлю.

Егорыч махнул Ивану. Выходят на улицу. Закурили. Капитан зло, прямо в глаза смотрит Ивану.

ЕГОРЫЧ
Значится, так, кобелёк московский! Ты свой норов умерь. Ширинку застегни. Был у меня один такой моторист… А потом убежал так, что пятки сверкали. И ни алиментов, ни привета, ни ответа. И плевать ему, как дочь там. Жива или нет! И я не позволю тебе ещё раз мою дочь несчастной сделать. Ещё раз так посмотришь на неё… Или в Москву уматывай и разбирайся со своим делами, или в Енисее утоплю. Понял? Отвечай! В глаза смотри, гад! Жеребчик хренов! За дочь и внучку я зубами грызть буду! Понял?

ИВАН
Понял.

ЕГОРЫЧ
Ну, раз понял, тогда смотри у меня!

Капитан поднёс тяжёлый кулак к лицу Ивана.

ЕГОРЫЧ
Пошли. Поможешь.

Иван с Егорычем возвращаются в квартиру, ребёнок был почти готов к прогулке.
Иван хотел взять инвалидное кресло, но Маша сама протягивает к нему ручки.
Иван смотрит на Егорыча, тот кивает, разрешая ему. Иван поднимает на руки девочку. Она, как могла, обхватывает шею Ивана и доверчиво прижимается к нему.
Неведомое чувство нежности охватывает Ивана. Он понимает, что самое дорогое и хрупкое он нёс. Ничего ценнее в жизни он не носил. На шее ощущает исковерканные болезнью руки. Они не могут обхватить толком шею. Ножки тоже болтаются в такт движению. Иван придерживает их.
Егорыч спускает кресло.
На улице девочку усаживают в кресло, и Анна толкает его. Неровности тротуара трясут ребёнка в кресле. Было видно, что каждая выбоина доставляет ей неудобство, боль. Она немного кривит личико, но терпит, ничего не говорит.
Егорыч подходит к внучке, целует её. Та долго не отпускает деда.
Анна кладёт свою руку на кисть Ивана, смотрит в глаза.

АННА
(проникновенно говорит)
Спасибо вам! Заходите к нам.

Горячая волна прокатилась по телу Ивана. Краснеет. Смущается. Пытается скрыть смущение и волнение. Осторожно убирает своюруку. Егорыч сурово наблюдает за Иваном.

ИВАН
Да. Конечно!

ЕГОРЫЧ
Поехали!

Егорыч идёт в сторону машины.
Маша машет Ивану ручкой.

МАША
Пока!

Иван в ответ машет ребёнку.

ИНТ, ВНУТРИ МАШИНЫ, ВЕЧЕР.

ЕГОРЫЧ
Думаешь, не знаю, как меня за глаза Жидом называют? Знаю. И не получаю я удовольствия от браконьерского улова. Воротит. Но ради внучки я всё сделаю. На себе экономить буду во всем. И в волну, и в шторм пойду, на мелководье, к чёрту на рога, лишь бы денег заработать дочке и внучке. Вот поэтому и Жидом кличут.

ИВАН
Я не мог понять. А теперь всё встало на свои места. Всё понятно. Вопросов нет.

Подъехали к воротам грузового порта. Капитан достаёт ключи от судна.

ЕГОРЫЧ
На, держи. Отсыпайся. Буду после обеда. С женой побуду.

Смотрит на руки Ивана.

ЕГОРЫЧ
Сможешь – сделай приборку. Хотя… Отдыхай, отсыпайся. Работы будет много. Да, вот ещё…

Из внутреннего кармана пиджака достаёт деньги.

ЕГОРЫЧ
Твоя первая получка. Но не пей. Унюхаю – спишу на берег. Усёк?

ИВАН
Ясно.

Иван прощается и идёт на судно.

ИНТ. ВНУТРЕННИЕ ПОМЕЩЕНИЯ СУДНА. НОЧЬ.

Заваривает чай. Пьёт. Идёт в машинное отделение, к двигателю, проверил уровень масла, топливо. Обтёр ветошью.
Ходит, мучается. Не знает, куда себя деть. Улёгся спать. Ворочается с боку на бок. Не спится. Выходит покурить. Ходит по палубе. Не находит себе места. Снова курит. И опять пьёт чай. Моет руки. Намазывает руки мазью, что дала Анна. Замкнул замки на судне, выходит за ворота порта. Рядом стоят такси, называет адрес дочки капитана.

ЭКС. СПАЛЬНЫЙ МИКРОРАЙОН. НОЧЬ.

Иван сел во дворе на скамейку, курит, смотрит на тёмные окна квартиры Анны. Во дворе молодые люди тихо о чем-то шептались. Потом достают пиво и стали выпивать.
К подъезду Анны подходит мужчина и открывает электронный замок, Иван резко встаёт, и рванул к двери, успевает её ухватить в последний момент, чтобы она не закрылась. Раненным пальцам больно. На лице гримаса боли. Входит в подъезд. Ждёт, когда вошедший первым уедет на лифте.
На одном дыхании взбежал по ступенькам. Первый этаж, но задохнулся, как будто на десятый бежал. Сердце колотится, в глазах пляшут разноцветные круги, дыхание – воздуха мало! Пот со лба на глаза льёт. Щиплет глаза. Вдох-выдох. Тихо стучит в дверь…
Шаги за дверью.
Дверь распахивается. Анна, чуть заспанная, в ночной рубашке и наброшенном халате.

АННА
(шепчет)
Господи! Как я тебя ждала! Как долго я тебя ждала!

Иван шагает в квартиру. Обнимаются. Целуются.

ИНТ. ВНУТРИ КВАРТИРЫ. УТРО.



Спальня. Иван и Анна спят.
В 6.00 будильник в телефоне Анны мягко промурлыкал.

АННА
Иван, вставай!

ИВАН
Я не сплю. Я не спал.

АННА
И что ты делал?

ИВАН
Ждал, когда ты проснёшься, боялся пошевелиться, вдруг разбужу.

Анна садится на кровать и с интересом посмотрела на Ивана.

АННА
Спасибо. Я выспалась. Очень хорошо!

Анна наклоняется, целует Ивана. Он валит её на постель.

ИНТ. ВНУТРЕННИЕ ПОМЕЩЕНИЯ СУДНА.УТРО.

Иван мечется по судну. Включает чайник, не глядя, высыпает кофе. Только он закипел, наливает себе кружку. Смотрит в иллюминатор. В сторону судна идёт Егорыч. В хорошем настроении. Насвистывает. Иван взъерошил себе волосы на голове. Делает сонное лицо.

ВИДЕОРЯД.
Иван копается в двигателе судна. В шторм Иван пробирается по палубе, волна чуть не смывает его за борт. Иван стоит за штурвалом судна, под руководством Егорыча. Егорыч даёт Ивану подзатыльник. Иван целуется с Анной. Иван командует погрузкой-выгрузкой с судна. Иван с Анной завтракают.

ИНТ. ПАЛУБА СУДНА. ДЕНЬ.

ИВАН
(Мнётся. Краснеет.)
Капитан! Я люблю вашу дочь! И сделал ей предложение! Прошу разрешения одобрить наш брак!

Егорыч исподлобья зло смотрит на Ивана. Плюёт за борт. Молча разворачивается на каблуках, идёт в рубку, громко хлопает дверью.

ИНТ. ПОМЕЩЕНИЕ КАФЕ. ДЕНЬ.

Свадьба. Иван и Анна во главе стола. Счастливые. Смущённые. Крики: «Горько». Встают целуются. Танцы.

ЭКС. РЯДОМ СО ВХОДОМ В КАФЕ. ДЕНЬ.

Егорыч и мужчина его лет стоят курят. Мужчина одет модно, богато, жесты властные.
Мужчина – Комник, он же «Комок», что отправил Ивана из Москвы к Егорычу.

КОМНИК
Поздравляю, Егорыч! Смотрю, любят они друг друга.

ЕГОРЫЧ
(махая рукой)
А-а-а! Поживём – увидим.

КОМНИК
Ты грабками-то не маши. Нормальный парень Иван. Я за ним в Москве давно наблюдал. Молодой, от этого и глупостей наделал. Но стержень внутри есть. Вытянет. Не сломается. В Москву ему хода нет. Да, и фамилию он твою взял. Отрезал своё прошлое.

ЕГОРЫЧ
Мне-то, что. Пусть живут. И Маше отец нужен. Да, и Анна под сердцем ребёнка носит. Обследовали – нормально. Дай-то Бог.

Егорыч задрав голову в небо, крестится.
Комник лезет в карман. Достёт свёрнутые бумаги.

КОМНИК
Не стал я при всех орать и красоваться. Тихо отдашь молодым. Это документы на четырёхкомнатную квартиру в новостройке. Документы оформил на Анну. Чуял же, что Анна ребёнка ждёт! Будешь дважды дедом!

Передаёт документы Егорычу, хлопает его по плечу.
У Егорыча текут слёзы.

ЕГОРЫЧ
Что же ты, сукин сын, делаешь, Комок?! Я только тебе долг отдал, а ты меня снова в обязанности загоняешь, а?

КОМНИК
Дурак ты старый! Какие долги?! Никто никому не должен. А подарок – он и есть подарок. Радуйся, расти внуков! А деньги… пустое. Забудь! Тебя кличут за глаза «Жидом», а Ивана, с его хваткой, чую, будут «Младшим жидом». Пошли в зал к молодым.

ИНТ. ПОМЕЩЕНИЕ КАФЕ. ДЕНЬ.
Свадьба гуляет. Поверх изображения.

ТИТР.
ЧЕРЕЗ ШЕСТЬ МЕСЯЦЕВ У ИВАНА И АННА РОДИЛСЯ СЫН ЕГОР. А ЧЕРЕЗ ГОД УМЕРЛА МАША. ЧЕРЕЗ ПЯТЬ ЛЕТ ЕГОРЫЧ УШЁЛ НА ПЕНСИЮ.

ИНТ. ПАЛУБА СУДНА. ДЕНЬ.

Повзрослевший Иван за штурвалом судна в рубке. Звонит по телефону. Жмёт на кнопку. Ревёт корабельная сирена. Приматывает штурвал верёвкой. Выходит на палубу. Прикладывает руку к капитанской фуражке, отдаёт честь, смотрит на берег.

ЭКС. БЕРЕГ РЕКИ. ДЕНЬ.

На берегу, рядом с домом стоит Егорыч в потрёпанной капитанской фуражке, тельняшка, видавший виды пиджак. Егорыч постарел. Выпятив грудь, отдаёт честь Ивану.

Ряд фотографий. Иван и Анна с сыновьями. Мальчики семи и пяти лет.
Иван и Анна с сыновьями в речной курсантской форме.
Иван и Анна постаревшие с сыновьями, невестками, внуками.
Старик Иван в гробу. Рядом старушка Анна. Сыновья, внуки, правнуки вокруг гроба.


ИНТ. ОГРОМНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ БЕЗ СТЕН, ПОЛА, ЗАЛИТОЕ СВЕТОМ. ДЕНЬ.

ИВАН
Зачем? Зачем ты меня так мучаешь? Отпусти.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Зачем? Сам знаешь. Ты прожил только две жизни из многих, которые мог бы прожить. Всё впереди. И каждый раз тебе будет тяжелее возвращаться сюда. Ты поймешь, какие возможности ты упустил. Навсегда.

ИВАН
Отпусти. Прекрати. Мне плохо.

МЕНТОР
(голос за кадром, грохочущий)
Отпустить? Куда? Ждать – вот твой удел до скончания дней. Ждать и мучиться. Муки адовы – это манна небесная по сравнению с тем, что тебе предстоит. Я буду с тобой недолго. Потом я уйду. И ты будешь сюда возвращаться. И будешь один. А потом будешь переживать жизнь за жизнью. И снова сюда. Осознавать весь ужас, что ты наделал. И поговорить не с кем. И снова убить себя ты не сможешь. И так снова и снова. Zusammengenommen alle immer wieder.Это только начало. Ты в каждой жизни сам волен, что делать. Сам выбираешь свой путь. Каким бы он ни был, самое страшное – это здесь. Поэтому – вперёд! Я буду здесь, ждать тебя. Пока буду ждать.


ТИТР. Вариант №3.

ЭКС. СКАМЕЙКА РЯДОМ С МОСКОВСКИМ АВТОДОРОЖНЫМ ИНСТИТУТОМ. ДЕНЬ.

Иван сидит и курит. Взгляд потерянный. Плечи, голова опущена. Сигарета в кулаке. Рядом с Иваном плюхается молодой парень, худой, гибкий как палка, спина напряжена. В куртке с глубоким капюшоном, надетым на голову, скрывающим почти всё лицо. Протягивает руку.

КАПЮШОН
Здорово!

ИВАН
О! Привет! Тихо подошёл!

КАПЮШОН
(оглядывается по сторонам)
Работа такая! Ты чего здесь делаешь? Клиентов мне пугаешь.

ИВАН
Ничего не делаю. Сижу. Курю. А ты чего тут забыл? Тоже потянуло в альма-матер?

КАПЮШОН
У меня тут иной интерес. А ты народ пугаешь, когда они закладки забирают или устанавливают.

ИВАН
(оглядывается)
Тю! Ты здесь наркоту толкаешь что ли?

КАПЮШОН
Тихо! Чего орёшь! Сиди, кури. Но лучше не здесь. Как дела-то?

ИВАН
(тянет, неопределённо машет рукой)
А-а-а!

КАПЮШОН
Понятно. Наслышан. Ты, конечно, осёл. В покер сел играть в подпольном казино. И всё поставил на «старшую карту», когда у крупье был «Ройял стрит флеш». Феерично. Непостижимо!



ИВАН
Да. Думал, что он сбросит карты. Сам дурак.

КАПЮШОН
Конечно! У них там всё в камерах. И какая у тебя карта, известно всему персоналу. У казино может выиграть только владелец казино!

ИВАН
А ты откуда знаешь про камеры?

КАПЮШОН
Я много что знаю. Вот эта парковка – для нищих. Здесь я и работаю. Моя территория. А вон там – для богатых. Там и камеры получше, и запись полгода хранится. А эту землю я специально очистил. Кирпич в боковое окно, и на «рывок», всё, что хранится в салоне. А если ничего нет – ножом по сиденью. Вот все - и не клиенты, и убежали. А камеры здесь старые, аналоговые - не записываются. Изображение мутное, в непогоду вообще ничего не видно.

ИВАН
Хитро. Это точно?

КАПЮШОН
Один из системных администраторов охраны – мой клиент. Понятно, что приходится делать ему скидку. Но это уже издержки бизнеса. Накладные расходы.

ИВАН
Сам-то чего пришёл? Курьеров же у тебя полно.

КАПЮШОН
Понимаешь… Дело такое. Богатых машин тут нет. Но девка стала тут свою «тачку» ставить. Вон она.

Через две машины от них стоит немецкий внедорожник серебристого цвета. В народе его называют «кирпичом».

ИВАН
Ничего себе. Хорошая машина. И номера не кислые. «777». Да и серия тоже… Из серии «вездеход».

КАПЮШОН
Вот поэтому я и здесь. Кто на таких машинах катается да ещё с такими номерами? Дети ментов или чиновников. А рядом, значит, охрана крутится или наблюдатели. Могут и моих клиентов напугать или «срисовать». Не пальцем они деланы. Я эту площадку три месяца готовил. Надо выгонять с моей земли.




ИВАН
(невесело усмехается)
Твоя земля. Давно ли она твоей стала?

КАПЮШОН
Это ты про то, что я из приезжих? «Лимита»? «Понаехали тут! Москва не резиновая»? Я тебе благодарен за поддержку. Особенно на первом курсе. Когда местные пытались меня нагнуть. Ты тогда встал за меня. И потом поддерживал. И на работу устроил. Договорился. Это я помню. А сейчас? Ты был богатым. Высокий, красивый, видный. Девки по тебе сохли, пачками вешались. Ты их вниманием не обделял… А я зубрил. По ночам пахал, как проклятый. А сейчас? Ты в бегах от Карабаса Барабаса. А я имею свой не слабый гешефт. Пусть так, но – это все моё.

ИВАН
Не западло людей травить и убивать вот так? Они тоже, небось, воруют, грабят, чтобы у тебя дозу прикупить? Спишь-то хорошо?

КАПЮШОН
Сплю хорошо. Не жалуюсь. Я же не с пистолетом у виска стою, чтобы они у меня дозу прикупили. Я их вообще не знаю. Всё обезличено. Они скидывают деньги, потом им указывают, где забрать товар. Кстати, прикупил по случаю базу телефонных номеров и банковских карт, так очень много с нашего потока мне деньги переводят. Так что, нормально сплю. И на меня работает много народу. И тоже они не знакомы друг с другом. Если кого-то и повяжут, то он и не сможет толком рассказать. «Логистику» нам хорошо преподавали. Пригодилось. А чего это ты про совесть заговорил? Раньше не замечалась за тобой.

ИВАН
Спала она. Пока деньги были, она, получается, и не нужна была. Я так думал. Была бы совесть, наверное, и деньги с недвижимостью уцелели бы. Эх! Тьфу!

КАПЮШОН
Да не веди себя, как фраер! Сопли распустил. За тобой охотятся, а ты сидишь и ждёшь, когда тебя примут. На работу не зову. Тебя Карабас всё равно найдёт. А он мою «тему» не любит. Старой, алкогольной закваски. Хотя наши дела и не пересекаются, но всё равно, кто попал к нему из барыг, никто их больше не видел. Робин Гуд внештатный. Так что тут наши пути расходятся. Да, вот ещё.

«Капюшон» лезет в карман, достаёт приличную пачку разнокалиберных купюр.

КАПЮШОН
На. Тебе сгодятся. Вали из города. Люди Барабаса умеют город прочёсывать. Наслышан. Я так несколько «жирных» клиентов потерял. Бери деньги, чего морду воротишь! Ты не в той ситуации, чтобы недотрогу из себя строить. Деньги не пахнут.

ИВАН
Я не смогу тебе вернуть.

КАПЮШОН
И не возвращай. Ты мне тоже деньги давал безвозвратно. Считай, что я тебе возвращаю долг с процентами. Я тебе не должен, а ты – мне. Квиты. Мне пора!

Капюшон встаёт, прощается за руку. Идёт на парковку. Легкий, гибкий. И походка у него была такая же лёгкая. Даже какая-то кошачья. Он делает круг по «его» стоянке, потом присаживается у «кирпича», делает вид, что завязывает шнурок на кроссовке, быстро достаёт нож и пробивает покрышку на переднем левом колесе. Быстро встаёт и уходит.
Ивану стало интересно. Он продолжает сидеть и ждать. Курит.
Закончились занятия. Студенты стали выходить, выбегать из здания. Вот и к машине подходит девушка. Высокая, изящная фигурка, тонкие черты лица, почти нет косметики, черные густые волосы схвачены резинкой в хвост. На носу очки в черной металлической невесомой оправе. Дорогие очки. «Давыдов». Оправа от восьмидесяти тысяч рублей.
Девушка открывает заднюю дверь машины, бросает дорогую сумку с учебниками на заднее сиденье. Потом обращает внимание на спущенное колесо. Достаёт из куртки тонкую сигарету, зажигалку, прикуривает. Зло пинает колесо.
Иван поднимается.

ИВАН
Девушка, помощь нужна?

Она оценивающе снизу вверх смотрит на него.

ИНГА
Помоги, если сможешь. А то отцу звонить не хочется.

Иван присаживается, осматривает колесо.

ИВАН
Домкрат, «балонник» есть?

ИНГА
(нервно поводит плечами)
Не знаю.


ИВАН
А запасное колесо?

ИНГА
Без понятия!

ИВАН
Понятно. Я посмотрю?

ИНГА
Да!
Девушка посторонилась и показывает кистью в сторону багажника автомобиля.
Иван, проходя мимо неё, внимательно рассматривает её.
В глазах Ивана восхищение красотой.
Открывает багажник. Домкрат и баллонный ключ были на месте. Не пользованные. Запасное колесо тоже было на месте.
Иван ловко, быстро меняет колесо. Вытирает руки влажной салфеткой, которую подала ему девушка.
Всё это время она стоит рядом, внимательно наблюдая за работой Ивана.
ИНГА
Сколько с меня?

ИВАН
Чего?

ИНГА
Сколько я тебе должна денег за замену колеса?

ИВАН
Нисколько. Тебе нужно на шиномонтажку. Заделать прокол. Хочешь – покажу. Там рядом неплохая кофейня. Пока делают, можно выпить чашку кофе. Я угощаю. Вот и будет оплата моих хлопот. Пойдёт?

Девушка морщит лобик. Очаровательно. Ивану она всё больше нравится. Смотрит на часы.

ИНГА
У меня есть сорок минут. Успеют сделать колесо?

ИВАН
Если нет очереди. Но стоит попробовать.

ИНГА
Садись, показывай. И имей ввиду…

ИВАН
Что?



ИНГА
(притопнула носком сапога)
Без фокусов всяких! Потом пожалеешь!

ИВАН
Я девушек не обижаю. А таких красивых – никогда! Клянусь! И чтоб я сдох!

Иван поднимает правую руку, как при клятве.

ИНГА
(улыбается)
Поехали!

Исчезла нервозность, и оказалось, что она очень обаятельная.
Несмотря на большие габариты машины, водитель ловко выводит её со стоянки.
В двадцати метрах от места парковки «кирпича» в большом внедорожнике сидели двое мужчин. Один на месте водителя, второй - на заднем сиденье.

ВОДИТЕЛЬ
Заснял?

ПАССАЖИР
Ага.

Пассажир с заднего сиденья убирает большой фотоаппарат с длинным объективом.

ПАССАЖИР
И в фас, и в профиль. Видео тоже есть. Сейчас отправлю «диспетчеру» фото, пусть устанавливают это тело. Поехали за ней.

Пассажир достаёт ноутбук, что-то набирает на клавиатуре.

ВОДИТЕЛЬ
Понял.

Водитель лавирует на парковке, не выпуская из виду машину с девушкой и Иваном.
Пассажир достаёт радиостанцию и забубнил в неё:

ПАССАЖИР
Диспетчерская! Приём! «Аварийная» отъехала от второго адреса. «Третьему» и «четвёртому» быть в готовности.

Радиостанция отвечает.

ТРЕТИЙ
Третий принял.

ЧЕТВЁРТЫЙ
Четвёртый понял.

ДИСПЕТЧЕР
Диспетчер принял.

ПАССАЖИР
В «Аварийную» пассажир погрузился.

ДИСПЕТЧЕР
Какой пассажир?

ПАССАЖИР
Поди, его разберёт, сейчас физию отправлю. Разбирайтесь.

ДИСПЕТЧЕР
Угроза «Аварийной» есть?

ПАССАЖИР
Не знаю. Но надо поближе держаться. Беседовали мирно.

ТРЕТИЙ
Баба или мужик?

ПАССАЖИР
Ты каким местом слушаешь? Сказал же, что пассажир, а не пассажирка. Чуть за двадцать. Крепкий. С домкратом и баллоником лихо управляется. Одет не бедно. Может, просто «клинья бьёт», а, может, и иное. Шут его разберёт. Долго сидел, курил. Не похоже, что ждал «Аварийную». Колесо у неё спустило. Он вызвался добровольцем. До этого времени к машине не подходил. Не он пробил. Может сама где «шпиона» поймала.

ДИСПЕТЧЕР
Кончай базар в эфире! Работаем по ближнему контакту. «Третий», где «Аварийная»?

ТРЕТИЙ
Я спереди, думаю, что на шиномонтаж катит. Там ещё кофейня рядом.

ДИСПЕТЧЕР
«Приклеишься» рядом. И фото чёткие, максимальное количество «пассажира». Если будут пить кофе – чашку с отпечатками на базу! Понял?

ТРЕТИЙ
Есть понял.



ДИСПЕТЧЕР
Если тело будет неадекватным, то нейтрализовать, удалить от «Аварийной» под благовидным предлогом. Как понял?

ТРЕТИЙ
Понял.

ЭКС. РЯДОМ С ШИНОМОНТАЖКОЙ. ДЕНЬ.

Иван вынимает запаску, оттаскивает мастерам в щиномонтаж, сам проводит девушку за столик в кофейню.

ИНТ. КОФЕЙНЯ. ДЕНЬ.

Иван и Инга за столиком.

ИВАН
Как тебя зовут, дитя прелестное?

Иван в упор рассматривает её. И любуется.

ИНГА
Инга.

ИВАН
А меня

ИНГА
Иван! Хм! Ты, что, из деревни приехал?

Девушка нервно, презрительно дёргает плечами.

ИВАН
Нет. Коренной. Чёрт знает, в каком поколении. Неужели такое имя деревенское? На Иванах Россия держится. И Москва тоже стоит. Хорошее имя. Мужское. Иван Грозный Россию от монголо-татарского ига избавил.

Девушка в упор смотрит на Ивана

ИНГА
Не могу понять. Домкратом ты здорово орудуешь, а одет не как работяга. И руки не рабочие. Как так?

ИВАН
А, это! Я же эту «бурсу», в которой ты учишься, закончил пару лет назад. Вот и научили гайки крутить и движки перекидывать. А ты там учишься? С таким маникюром? Не понятно.



ИНГА
Папа мне сказал, чтобы я шла учиться туда. В России никогда не будет хороших дорог. Потом сказал, что устроит в министерство. Говорит, что на каждодневную чёрную икру и дважды в год отдых на Багамах мне хватит до самой смерти.

ИВАН
Понятно. В чиновники готовят.

ИНГА
А ты чем занимаешься?

ИВАН
Сейчас – ничем. Свободен, как ветер в поле. У нас же свободная страна. Никому нет дела до другого.

Инга молчит, рассматривает Ивана. Приносят заказ.

ИНГА
Значит, ты свободен по времени? А ты женат?

ИВАН
Я свободен во всех отношениях. И в пространстве, и во времени, и в брачных узах тоже.

ИНГА
«Брачные узы». Так уже никто не говорит. Как будто тебе сорок лет.

ИВАН
Такой уж есть. Какой есть.

Иван и Инга болтают. Пьют кофе, едят десерты.
Инга достаёт банковскую карточку, чтобы рассчитаться, но Иван машет руками. Рассчитается из денег, что дал ему «капюшон», оставляет чаевые.
Когда молодые люди вышли из кафе, из-за соседнего столика выскальзывает мужчина неприметного вида. Такого встретишь на улице - пройдёшь и не заметишь. Средних лет, средней полноты, среднего роста, одет как все в метро – во всё серое.
Мужчина показывает удостоверение официантке, даёт немного денег за кружку, блюдце и ложку, которыми ел Иван, всё аккуратно раскладывает по нескольким чистым пакетам с замками сверху, укладывает в рюкзак и быстро выходит.

ЭКС. МЕРСЕДЕС С ИНГОЙ И ИВАНОМ ЕДУТ ПО МОСКОВСКИМ УЛИЦАМ. ДЕНЬ.

ИНТ. ВНУТРИ МЕРСЕДЕСА. ДЕНЬ.

Инга быстро едет по московским улицам. Иногда бросает быстрые взгляды на Ивана. Тот равнодушно смотрит на дорогу.

ИНГА
Если хочешь – пристегнись!

ИВАН
Зачем?

ИНГА
Если подгузник не одел, то пристегнись! Кожу на сиденье испортишь

ИВАН
Успею! Я лучше покурю. А ты, если хочешь – удиви меня,

Иван, усмехается, приоткрывает окно, закуривает и стал выпускает дым в щель.

ИНГА
Ну, держись, дерзкий мальчик!

Инга азартно стала крутить рулём.
Машина стала вести себя агрессивно на дороге, перестраивается под носом других водителей, выскакивает на встречную полосу, выталкивает другие машины со своей полосы. Когда выезжают на проспект Мира, то Инга выруливает на выделенную полосу для спецавтотранспорта и давит на педаль газа, при этом сигналит тем машинам, которые также нагло едут перед ней.
Только сигнал у нее был не обычный гудок, а «крякалки», которые стоят у Федеральной Службы охраны. Машины послушно разбегаются перед ней. Это ещё больше добавляет ей азарта, скорость возрастает. Иван снисходительно смотрит на эти манёвры.
Но Инга, желая произвести впечатление, выскакивает на тротуар, и, распугивая пешеходов, продолжает движение по пешеходной зоне.
Вот тут Иван реально пугается.

ИВАН
Ладно, ладно. Убедила! Хватит!

Иван цепляется в поручень на передней панели.

ИНГА
Ага!

Инга торжествует.

ИВАН
Выезжай в поток!

ИНГА
То-то!

Инга выскакивает через газон, бордюр на проезжую часть.


ИНГА
Тебя куда подбросить?

Инга уже заинтересованно смотрит на Ивана.
Иван пожимает плечами, закуривает.

ИВАН
Без разницы. Времени много. Никуда не тороплюсь. Дел нет.

ИНГА
Поехали ко мне?

ИВАН
Поехали, в магазин заедем, что-нибудь купим?

ИНГА
Хм! А поехали!

Ловко, нагло перестраиваясь, она подъехала на Большую Якиманку к торговому центру.

ИНТ. «АЗБУКА ВКУСА». ДЕНЬ.

Инга берёт и кладёт в каталку, которую толкает Иван, водку, сок, сыр, колбасу. Иван внимательно смотрит. Кинул пару пачек замороженных пельменей.

ИНГА
(удивлённо)
Ты любишь пельмени? Нет. Ты точно крестьянин!

ИВАН
Люблю. А под водку – первое дело. А эта закуска – несерьёзная. Водка требует уважительного отношения.

ИНГА
Странный ты какой-то. Все мои знакомые крутили бы сейчас носом, глядя на водку. А про пельмени бы сказали, что это «не комильфо», еда плебеев и крестьян.

ИВАН
Да и в рот им потные ноги. Я русский, и мне нравятся пельмени. Бабушки очень вкусные пельмени готовили. Их вкус я буду помнить.

ИНГА
А где они, бабушки? Может, им позвонить, чтобы они сделали нам пельменей? Купим всё и отвезём им?

Глухо, не глядя в глаза, отвечает Иван.


ИВАН
Нет их. Умерли они.

Инга вздыхает.

ИНГА
Понятно. Плохо. Извини.

Молодые люди, немного побродив по магазину, идут на выход. За ними вышли порознь двое мужчин, они наблюдают за Иваном с Ингой на почтительном расстоянии.

ЭКС. МОСКОВСКИЕ УЛИЦЫ. ДЕНЬ.

Машина с Ингой и Иваном едет по городу. За ними едет машина с теми же наблюдателями, что были у института.

ЭКС. ЭЛИТНЫЙ ДОМ НА ТВЕРСКОЙ. ДЕНЬ.

ИНТ. БОЛЬШАЯ КВАРТИРА ИНГИ. ДЕНЬ.

Большая квартира на Тверской. Иван удивлённо крутит головой, осматривая высокие потолки с фреской в виде неба.
В зале на стене увеличенная фотография молодой женщины в форме стюардессы времён Советского Союза. Лет двадцати пяти, слегка наклонив голову, красивая блондинка улыбалась в объектив. Инга очень похожа на неё.
Иван поближе подходит, разглядывая фото. Инга стоит в проёме двери и наблюдает.

ИНГА
Это мама.

ИВАН
Я понял. Ты на неё очень похожа. Её нет?

ИНГА
Да.

ИВАН
Извини.

ИНГА
Да, нормально всё. Она когда погибла, я маленькая была. Мы в Сочи жили. Я нечётко её помню. Только порой она мне снится. Как её запомнила в детстве. Один и тот же сон. Там я счастлива, так не хочется каждый раз просыпаться.

ИВАН
А папа?


ИНГА
Папа… У него свой бизнес. Своя жизнь. Я стараюсь с ним меньше общаться. Он откупается от меня. Конечно, он любит меня. Не женился больше. Но он… очень тяжёлый человек. Понятно, что приехал в Москву из Сочи с маленьким больным ребёнком, меня вылечил, сам поднялся. Но какой ценой. Наверное, если бы была мама, то всё было иначе. Ладно, идём на кухню, пельмени сейчас сварятся. Хозяйка я не очень, но пельмени варить умею.

Инга виновато улыбается.
Лицо становится другим. Добрым. Домашним. Как будто слетает маска той нервной надменности, что была одета всё это время. И тут Иван понимает, что влюбился. Окончательно. Бесповоротно. Он шагает вперёд, обнимает и целует долгим поцелуем. Она отвечает. Потом оторвалась.

ИНГА
Идём на кухню. Пельмени «убегут».

ЭКС. ПАРКОВКА У ПОДЪЕЗДА ИНГИ. НОЧЬ.

Джип. «Водитель» кемарит. «Пассажир» играет в компьютер.
Стук в стекло. Водитель опускает стекло. Стоит в темноте мужик.

МУЖИК
Смена караула. Всё в порядке?

ВОДИТЕЛЬ
Хрен его знает. Не выходили. Телефон отключён.

МУЖИК
Э, нет. Так дело не пойдёт. Мне потом голову класть на плаху не хочется. Не дай бог с девчонкой что-то случится.

ВОДИТЕЛЬ и МУЖИК под дверью квартиры ИНГИ. Прикладывают уши к двери. Из-за двери сексуальные охи-вздохи. Смотрят друг на друга, кивают, спускаются вниз.

ИНТ. КУХНЯ КВАРТИРЫ ИНГИ. УТРО.

Иван варит кофе. Включает свой телефон. Звук оповещения о приходе СМС. Открывает.

ТЕКСТ СМС
Иван! Вы приняты на работу в должности механика сервисного центра. Ждём вас в 8.00. Начальник Департамента кадров Иванова О.А.

Заходит Инга, обнимает-обвивает Ивана сзади, смотрит в телефон Ивана.

ИВАН
Поздравь меня! На работу приняли.

ИНГА
Фу! На работу! Зачем она тебе? У меня денег хватит, чтобы тебе не работать!

Иван гладит Ингу.

ИВАН
Душа моя! У меня хоть как у латыша только хрен, да, душа, но в альфонсы не пойду. Мужик я, Инга. Мужик! А мужик обязан работать и деньги зарабатывать!

ИНГА
Брось, Ваня! Жизнь – такая короткая штука. Не успеешь оглянуться, а всё уже прошло, и горбатится ради выживания – не хочу!

ИВАН
Я тоже так недавно думал… Прошло. Жизнь так шарахнула по голове. Прозрел. Надо было раньше. Но ещё не всё потеряно.

Целуются.

ЭКС. КУТУЗОВСКИЙ ПРОСПЕКТ. «МЕРСЕДЕС ЦЕНТР». УТРО.

Иван входит в здание «Мерседес Центра». За ним из машины наблюдет ВОДИТЕЛЬ и ПАССАЖИР. ПАССАЖИР с заднего сиденья фотографирует Ивана.

ИНТ. РЕМОНТНЫЙ ЦЕХ «МЕРСЕДЕС ЦЕНТРА». ДЕНЬ.

Иван в цехе что-то ремонтирует у автомобиля. Смотрит в монитор на графики. Вытирает замасленные руки. Идёт на выход из «Мерседес Центра», прощается с коллегами.

ИНТ. СПАЛЬНЯ В КВАРТИРЕ ИНГИ. УТРО.

Иван и Инга в постели. Инга приподнимается, опирается на локоть, смотрит с любовью на Ивана. Водит пальцем по груди Ивана. Палец упирается в родимое пятно в виде звёздочки. Инга целует это родимое пятно.

ИНГА
Ты моя звёздочка, Иван! Нет, не так! Ты мой мужчина со звезды!

Видеоряд жизни Ивана и Инги. Совместные походы в магазин, кафе, Иван выходит с работы, Инга забирает его. Они дома готовят ужин. Ссорятся, мирятся, целуются. Иван уходит на работу, Инга машет ему из окна.

ИНТ. КУХНЯ КВАРТИРЫ ИНГИ. УТРО.

Иван завтракает, Инга наливает ему кофе. Присаживается рядом, начинает завтракать.

ИНГА
Через неделю годовщина смерти мамы. Мы с отцом каждый год летаем в Сочи на могилу. Прошу. Полетели с нами!

Иван долго, внимательно смотрит на неё.

ИВАН
Это обязательно?

ИНГА
Нет. Не обязательно. Но я прошу. Хочу, чтобы мы были рядом. Всегда и везде.

Иван с любовью смотрит на Ингу.

ИВАН.
Хорошо. Но, что скажет твой отец? Ты говорила, что он суровый мужик

Инга улыбается счастливо.

ИНГА
Ничего не скажет. Пусть любуется на того, кто оберегает его дочь от невзгод.

ИНТ. КУХНЯ. УТРО.

Иван одетый проходит на кухню, лезет под рабочий стол, вынимает пакет с мусором, кладёт новый в ведро. Выходит в коридор.

ИНТ. ПРИХОЖАЯ КВАРТИРЫ ИНГИ. УТРО.

Инга провожает Ивана. Поправляет на нём шарф. Целует. Иван выходит на площадку.

ИНТ. МУСОРОПРОВОД НА ЛЕСТНИЧНОЙ ПЛОЩАДКЕ. УТРО.

Иван выгребает из карманов бумажки, чеки, билеты, открывает пакет, бросает мусор в пакет. Замечает полоску бумаги. Аккуратно достаёт её, рассматривает. Тест на беременность с двумя полосками. Иван ошарашен, озадачен, испуган, счастливо улыбается. Кладёт тест в карман. Выбрасывает мусор. Вызывает лифт. Лифт долго едет. Иван радостно, как мальчишка скачет две-три ступени вниз. Радостно-возбуждён.

ЭКС. ВОЗЛЕ ДОМА ИНГИ. ЗИМА. УТРО.

Иван бежит на остановку, оборачивается, в окне Инга машет ему. Иван срывает шапку и машет в ответ. От головы валит пар. Шапкой вытирает лицо, надевает её косо-криво, бежит дальше. Несколько раз оборачивается на бегу и машет, продолжая бежать спиной вперёд.

ИНТ. КУХНЯ КВАРТИРА ИНГИ. ВЕЧЕР.

Иван проверяет мусорное ведро. Находит ещё тест на беременность с двумя полосками. Подбирает его, кладёт в карман. Улыбается.

ИНТ. САЛОН САМОЛЁТА БИЗНЕС КЛАССА. УТРО.

Инга спит, укрытая пледом. Иван аккуратно поправляет сползший плед, гладит её по руке. Инга не открывая глаз, улыбается.

ЭКС. ПРИВОКЗАЛЬНАЯ ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД АЭРПОРТОМ СОЧИ. УТРО.

Иван с Ингой выходят из здания аэропорта. Подъезжает джип, из него выходит небольшого роста мужчина худощавого телосложения. Кивком здоровается с Ингой и Иваном. Иван с Ингой садятся на заднее сиденье. Иван ухаживает за Ингой. Открывает, закрывает дверь, помогает подняться на подножку джипа. Она смеётся, легко впархивает в машину. Иван обегает машину, садится с другой стороны. Машина уезжает.
В тени колонн стоят Водитель и Пассажир, хмуро смотрят на Ивана и Ингу. Подъезжает джип, они молча усаживаются внутрь. Водитель на переднее сиденье, Пассажир – на заднее.


ИНТ. В МАШИНЕ С ИВАНОМ И ИНГОЙ. УТРО.

Иван с Ингой сидят, держаться за руки. Иван с любопытством смотрит в окна.
Проносится надпись «Хостинский район». Указатель перед поворотом «ручей Видный».
Машина останавливается у большого шикарного особняка.
Из дома выходит мужчина возраст между пятидесяти-шестидесяти лет. Рост метр восемьдесят. Крепкий, широкий в плечах. Взгляд тяжёлый. КАРАБАС БАРАБАС. Увидев дочь, меняется в лице. Сразу добрый, улыбчивый. Видно, что он любит дочь. Инга чмокает отца в щеку.
Инга оборачивается к Ивану.

ИНГА
Папа, знакомься. Иван! Иван, а это мой папка!

Карабас Барабас протягивает огромную ладонь. Иван свою. Карабас Барабас улыбается. Улыбка перерастает в оскал. Жмёт ладонь Ивану так сильно, что у того от боли расширяются зрачки, и лёгкая гримаса боли пробегает по лицу, но он силится, выдавливает из себя улыбку.

КАРАБАС БАРАБАС
(не скрывая угрозы, шипящим басом)
Очень рад знакомству.

Иван выдёргивает руку. На лице облегчение. Криво улыбается от боли.

Иван
Да. Я тоже очень рад нашему знакомству.

Карабас Барабас кричит в сторону машины:

КАРАБАС БАРАБАС
Степаныч! Неси чемоданы в комнату Инги, а потом обедать! А то они по молодости питаются как попало!

Карабас Барабас оборачивается к Инге.

КАРАБАС БАРАБАС
Ты всё на своих салатиках сидишь? А своего… юношу казёнными пельменями потчуешь?

Инга лучезарно улыбается, оглядывается назад, смотрит на Ивана:

ИНГА
Папочка! Ты даже не представляешь, чему я научилась благодаря Ивану!

КАРАБАС БАРАБАС
(хмуро бурчит)
Ни секунды не сомневаюсь.

Все поднимаются в дом.

За воротами стоит джип, в котором на заднем сиденье сидят Водитель и Пассажир. Наблюдают за сценой перед крыльцом.

ИНТ. ВНУТРИ ДОМА КАРБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

Огромный холл. Лестница наверх. Инга уверенно поднимается наверх.

ИНТ. КОМНАТА ИНГИ В ДОМЕ КАРБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

Большая комната на два окна. Двуспальная кровать. Телевизор на стене, мощная стереосистема, туалетный столик с большим зеркалом, на нём стоит фотография матери Инги (копия той, что висела на стене в московской квартире. Женщина в форме стюардессы Аэрофлота времён СССР). Платяной шкаф. Рядом стоят сумки Ивана и Инги. Дверь в санузел. В санузле большая душевая кабина, унитаз, раковина.
Инга кидает вещи на кровать, раздевается:

ИНГА
Я в душ!

Уходит санузел. Дверь открыта. Шум льющейся воды в душе.
Иван снимает куртку, убирает в шкаф, берет фотографию со столика, рассматривает, аккуратно ставит обратно. Берёт одежду Инги, вешает в шкаф, подносит к лицу, нюхает. Улыбается, смотрит в сторону санузла, сбрасывает одежду, почти бежит в душевую кабину.

ИНТ. ДУШЕВАЯ КАБИНА В САНУЗЛЕ ДОМА КАРБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

Инга моется. Иван входит, закрывает дверь кабины:

ИВАН
Девушка? У вас свободно? Я не помещаю?

Инга оборачивается. Улыбается сквозь струи воды.

ИНГА
Мужчина! Я вас не знаю! Но так даже интересней! Здесь будет всё впервые для нас!

Целуются, обнимаются.

ИНТ. КОМНАТА ИНГИ В ДОМЕ КАРБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

Инга в халате сушит волосы феном у туалетного столика. Иван вытирается полотенцем рядом. Инга выключает фен, обращается к Ивану:

ИНГА
Иван, постарайся подружиться с моим отцом. Он с виду суров, на самом деле он очень добрый и желает мне добра.

Иван невесело улыбается. Согласно кивает головой.

ИВАН
Конечно, любимая. Я постараюсь. Для тебя – всё, что угодно!

ИНТ. СТОЛОВАЯ В ДОМЕ КАРБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

Обед заканчивается. Степаныч убирает пустые тарелки после трапезы. Ставит большой, старинный самовар, из трубы вьётся дымок. Разливает чай, подаёт пирожные, конфеты, печенье, мёд, орехи, сухофрукты, орехи.
Карабас Барабас наливает в блюдечко чай, с громким швырканьем, отхлёбывает чай, закидывает в рот горсть орехом, громко их пережевывает. Инга с неудовольствием смотрит на отца. Тот перехватывает взгляд дочери. Азартно подмигивает дочери. Обращается к Ивану:
КАРАБАС БАРАБАС
Ты золото любишь?

ИВАН
Украшения – нет. А если в слитках – уважаю.

КАРАБАС БАРАБАС
Ну, поехали, посмотрим, какой ты удачливый. Заодно и поговорим. Познакомимся.

Инга с улыбкой смотрит на Ивана, целует его, шепчет:

ИНГА
Езжай. Подружись с ним!

ИВАН
Конечно! Испытаем удачу! Пока мне только раз в жизни повезло – с Ингой!

КАРАБАС БАРАБАС
Степаныч!

Входит Степаныч, подходит к Карабасу Барабасу. Тот машет, Степаныч наклоняется. Карабас Барабас шепчет ему на ухо. Степаныч внимательно слушает.

СТЕПАНЫЧ
Всё будет исполнено.

Степаныч уходит.

КАРАБАС БАРАБАС
(смотрит в окно)
Пора ехать, пока Солнце не ушло. Поехали! Степаныч! Всё готово?

СТЕПАНЫЧ
(появляется на пороге)
Всё исполнено. Как вы сказали.

ИНТ. ВНУТРИ АВТОМОБИЛЯ КАРАБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

В машине Карабас и Иван. Едут молча. Карабас за рулём, периодически кидает взгляд на Ивана, недобро улыбается.

ЭКС. ПЛЯЖ. ДЕНЬ.

Ветер. Волна. На пляже никого.
Карабас открывает дверцу багажника импортного кроссовера и достаёт оттуда металлоискатель. Сноровисто сдёргивает с него чехол.


КАРАБАС БАРАБАС
Знаешь, что такое?

ИВАН
Миноискатель?

КАРАБАС БАРАБАС
И мины тоже ищет. Но здесь после шторма золото можно найти. Отдыхающие его теряют летом. А зимой его море возвращает местным. Бери, расчехляй, догоняй! Аккуратно только!

Карабас достаёт второй из машины. Сноровисто забрасывает ремень на спину, включает, что-то настраивает, наушники на голову, несколько раз проводит над поверхностью. Пошагал в сторону моря, не оглядываясь на Ивана, поводя над поверхностью, иногда ковыряя что-то на земле носком ботинка. Пару раз присаживался, расковыривая камни, песок рукой в перчатке.
Иван бережно, неуверенно накидывает ремень через плечо, внимательно рассматривает приборную панель, включает металлоискатель, настраивает. Проводит над поверхностью. В наушниках раздаются потрескивание, меняется фоновый звук, когда он перемещает штангу над землёй. Поднимает глаза. Карабас Барабас машет ему рукой в сторону куда идти Ивану по пляжу.
Иван идёт в указанную сторону, звук в наушниках изменяется, появляется щёлканье. Иван присаживается, переворачивает камушек, под ним в песке, слегка окислившиеся монета в десять рублей.
Иван улыбается радостно находке. Оттирает её от песка и кладёт в карман. На лице появляется азарт кладоискателя.
Через десять шагов тон в наушниках снова меняется. Более резкий, жёсткий, щелчки сильнее.
Карабас внимательно наблюдает со стороны.
Иван переворачивает камень. Под ним лежит огромный перстень с огромным камнем. Было видно, что он старинной работы и, наверное, цены немалой. Смотрится как антикварная вещь большой ценности.
Карабас подходит поближе. Берёт перстень, крутит.

КАРАБАС БАРАБАС
Фартовый ты. Хочешь, продай мне. Или могу подсказать пару ломбардов в Сочи, там купят. Но лучше в Москву. Там тоже пару адресов подскажу. Возьмут без вопросов. И дороже чем здесь.

ИВАН
(хмуро)
Оставьте его себе.

КАРАБАС БАРАБАС
Ты его нашёл – он твой.

Карабас протягивает перстень Ивану. Перстень тускло сверкнул, притягивая взгляд.
ИВАН
Он слишком чистый. Думаю, когда пошли вперёд меня, то и подложили на пути. Я тут десять рублей нашёл. Они все в песке и грязи были, а этот перстень сияет чистотой. Только хлоркой не пахнет.

Карабас смотрит тяжёлым взглядом. Тяжело вздыхает.

КАРАБАС БАРАБАС
А ты наблюдательный. Не зря, что игровой. Давным-давно жена у меня в аварии погибла. Дочка была между жизнью и смертью. Времена тогда тёмные были, тяжёлые. Сам я не местный. Работы нет. Не сезон. Хоть в море топись или в петлю лезь. Собрал я тогда сам металлоискатель, аккумулятор автомобильный у соседа в аренду взял, в армейский вещевой мешок за плечи и пошёл на этот пляж. Как Бог или Дьявол надоумили. И нашёл этот самый перстень. Продал его. Сейчас понимаю, что за пять копеек продал, но тогда не до этого было. Дочку вывез в Москву и вылечил её. Вон, какая красавица она у меня! Когда на ноги встал в Москве, то нашёл этот перстень, выкупил его за большие деньги. Потом к Инге пара кавалеров клеилась. Я точно так же их проверил как тебя. У одного сам купил на месте, а другого к своему ювелиру отправил. Потом у него и забрал перстень. И ты тоже – забирай деньги, мотай отсюда подальше, покуда цел. Или деньги бери, и дуй пока временно жив ещё и не инвалид.

ИВАН
Мне не нужны ни деньги ваши, ни перстень. Я сам для неё кольцо приготовил.

Иван достаёт из внутреннего кармана коробочку, раскрывает её и показал обручальное кольцо.

КАРАБАС БАРАБАС
(насмешливо, высокомерно)
Ишь, ты! Наш пострел везде поспел!

ИВАН
Я люблю вашу дочь и хочу на ней жениться.

КАРАБАС БАРАБАС
Бажбан ты. У урок означает, что дурак. Знаешь, моя дочь терпеть не может, когда я лезу в её жизнь. Устроила несколько раз истерики, чтобы я убрал от неё охрану. Убрал. Но несколько экипажей за ней катаются постоянно. И квартира под негласным наблюдением. Чтобы чего не вышло. И как только ты появился в поле зрения, я думал, что просто фраер залётный. Ан, нет. Оказывается ты мой должник. Мои коллекторы ноги стоптали по колено, разыскивая тебя по всей Москве, а ты, значит, в дамки сразу. С крапленого туза в рукаве пошёл. Когда я своих коллекторов построил на подоконниках с тумбочками на вытянутых руках, они хотели тебя на органы разобрать. Без продажи. Ради удовлетворения своих амбиций чтобы. Не дал. Остановил. Потом ты даже на работу устроился. И все разговоры твои с Ингой слушали и анализировали. Думал, что ты ей правду расскажешь. Что денег два вагона должен мне. Молчал. Сказки какие-то рассказывал. Я тебе в мусорное ведро тогда и два теста на беременность подбросил. Знаю, что она терпеть не может мусор выносить, ты выбрасываешь. Вот сверху так они сверкали. Два. Простой и электронный. Контрольный в голову. Чтобы не сомневался. Полагал, что ты сейчас дашь дёру от девки. А ты, эвон, крепкий оказался. И даже замуж зовёшь. Молодец! Не ожидал от тебя такой прыти. Ва-банк, значит, пошёл. Блефовать так до конца. С каменным лицом. Только вот, чиж залётный, пока мы с тобой тут золото ищем, Степаныч, тот старичок милый с богатым боевым прошлым, после нашего отъезда передал Инге папочку с досье на тебя. Она также ненавидит две вещи в жизни: ложь и игроков. А ты и то, и другое. В папке есть всё на тебя. И фото твоё за игровым столом. С копиями расписок долговых, с договорами купли-продажи квартир. Там же и характеристика на тебя от психолога моего штатного. Что ты конченный игровой неизлечимый. Мания, заболевания, фобии, склонность к насилию, обману, и много чего он сочинил. Чтобы показать, какой ты мерзавец конченный. Вот так, юноша. У казино может выиграть только хозяин казино.

Иван, молча, курит. Слушает, но был погружен в свои мысли.

КАРАБАС БАРАБАС
Поэтому в последний раз предлагаю. Первое. Я прощаю твой долг и даю реальную стоимость перстня, при условии, что я никогда не увижу тебя, поганца, ни у своей дочери, ни у дверей моих заведений. Живым не выйдешь. Билет электронный на самолет на твое имя заказан и оплачен. Второе. Отказываешься – будешь жить долго и плохо в очень тёплом климате. Продам тебя в рабство своим партнёрам за пределами России. Выбирай.

Иван поднимает глаза на Карабаса:

ИВАН
Сколько тестов на беременность вы подкидывали?

КАРАБАС БАРАБАС
Тебе какая разница?

ИВАН
И всё-таки?

КАРАБАС БАРАБАС
Один раз два теста. Простой, на бумажке, и электронный, где было написано, что срок четыре недели.

ИВАН
Второй раз не подкидывали?

КАРАБАС БАРАБАС
(на секунду задумывается)
Нет. Один раз. Тут строго, что касается дочери, никакой самодеятельности.

Карабас задумался, рассмеялся, грозит пальцем Ивану:

КАРАБАС БАРАБАС
А ты не сдаёшься. Теперь пошёл блеф! Я недооценил тебя! Другой бы уже на такси мчался в аэропорт. Жаль, что раньше я с тобой не познакомился. Работал бы на меня «каталой», азартных на деньги бы разводил.


Иван затягивается глубоко сигаретой, выбрасывает окурок, сплёвывает под ноги Карабасу:

ИВАН
Был ещё один тест на беременность. Электронный. Срок – четыре недели. Через три дня после первых.

Карабас качается к Ивану, но сдерживает себя. Кулаки сжимаются, желваки ходят под кожей на щеках:

КАРАБАС БАРАБАС
Врёшь, щенок вонючий!

Иван отрицательно машет головой:

ИВАН
Не вру. Это легко проверить. Спросим у Инги. И я люблю её. Вне зависимости от вашего решения. И я сделаю ей предложение. Пусть сама решает.

КАРАБАС БАРАБАС

А ну, поехали, рвань подзаборная!

ЭКС. ПЛЯЖ. ДЕНЬ.
Карабас почти бегом двигается к машине. Иван следом. Не зачехляя, бросают дорогостоящие детекторы в багажник машины.

ЭКС. ДОРОГА. ДЕНЬ.
Шоссе пустынно, Карабас гонит машину, как ошпаренный. Молчит, только сопит, лицо красное. При подъезде к дому Карабас нервно бьёт по клаксону.

ЭКС. ДВОР ДОМА КАРАБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.

На крыльцо выходит Степаныч.

КАРАБАС БАРАБАС
(Степанычу)
Папку отдал?

Степаныч стоит по стойке «смирно», видна военная выправка.

СТЕПАНЫЧ
Так точно! Как было велено!

КАРАБАС БАРАБАС
Где Инга? Она прочитала папку?

СТЕПАНЫЧ
Она прочитала. Встала вся бледная. Пошла к себе в комнату, велела не беспокоить.

Карабас огромными шагами мчится в дом. Иван, не отставая, следом.

ИНТ. ВНУТРИ ДОМА КАРАБАСА БАРАБАСА. ДЕНЬ.
Карабас Барабас с Иваном бегут по лестнице на второй этаж. Дверь в комнату Инги.
Карабас дёргает дверную ручку. Заперто
Карабас Барабас орёт:

КАРАБАС БАРАБАС
Инга открой сейчас же! Или дверь вынесу!

Из-за двери ни звука. Карабас плечом с налёту выносит дверь в комнату Инги.

ИНТ, КОМНАТА ИНГИ, ДЕНЬ.
Инга лежит на постели, глаза невидяще, не мигая смотрят в окно. На столике стоит пустой стакан и несколько упаковок из-под снотворного. Лист бумаги, на котором было написано «Прости, мама!» Ручка рядом.
Карабас Барабас, Иван бросаются к Инге, тормошат.
Иван прикладывает ухо к грудной клетке Инги, потом начинает делать непрямой массаж сердца, искусственное дыхание.
Снова прикладывает ухо к груди Инги. Тщетно. Инга мертва.
Карабас Барабас стоит на коленях у кровати, целует руку дочери и начинает тихо плакать. Медленно, тяжело поднимается. Глядит сквозь слёзы на Ивана, кричит:

КАРАБАС БАРАБАС
Это всё из-за тебя! Из-за тебя моя девочка ушла!

Карабас Барабас быстро выдергивает пистолет Макарова из наплечной кобуры и стреляет -- два выстрела в лицо Ивана.
Темнота.

ТИТР. ВАРИАНТ №4

ИНТ. ОГРОМНОЕ ПОМЕЩЕНИЕ БЕЗ СТЕН, ПОЛА, ЗАЛИТОЕ СВЕТОМ. ДЕНЬ.


ИВАН
Что это было?! Зачем?! Я люблю её! Любил!

Небольшая пауза в ответе Ментора:

МЕНТОР
Не надо врать. Никому. Никогда. Особенно женщинам.

ИВАН
Ты можешь меня снова вернуть?! Пожалуйста! Я очень прошу! Я всё исправлю! Я люблю её! Умоляю!

Небольшая пауза в ответе Ментора:

МЕНТОР
У тебя был выбор. Несколько месяцев подряд, по двадцать четыре часа каждый день. Твой монолог составил бы полчаса. Вот сколько возможностей ты упустил. А ты лукавил, изворачивался. Вот и итог таков. Ты не сделал выводов, не усвоил урок. Значит, продолжим воспитательный процесс.

ИВАН
И долго?

МЕНТОР
До Страшного Суда. Вечность.






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 17
© 17.03.2019 Вячеслав Миронов
Свидетельство о публикации: izba-2019-2516437

Рубрика произведения: Разное -> Сценарий










1