Призрак Ориона. Ч.4 Гл. 34-40


Призрак Ориона. Ч.4  Гл. 34-40

Часть 4
Она звалась Татьяной...

ГЛАВА 34

1.

От мыслей невесёлых отвлекая,
Припомнился год «семьдесят восьмой».
Он - лейтенант! Эх, удаль молодая,
Прёт, как трава зелёная весной.

«Зелёнкою» их так и называли,
При кортике, погонах - пацанов.
Звенят уже в приказах нотки стали.
Печалит сердце дым прощальных слов.

Сданы зачёты и получен допуск,
По должностям, гораздо, раньше всех.
А фото на «Доске почёта» - тонус,
Чтобы в делах сопутствовал успех.

2.

Ключи вручили, даже, от квартиры.
Вот это да! Неслыханная весть.
Немногим балаклавским командирам,
Оказана была такая честь.

Отъезд жены, отмена новоселья.
Постигла, вскоре, новая беда.
Самарина покинуло везение...
Пожар! Когда, кругом одна вода?!

Спасителем был доктор корабельный.
Ожоги чистым спиртом поливал.
Теперь, как у младенца в колыбели,
Рельефы тела и лица овал.

3.

Едва, стянулась розовая кожа,
На выписку проситься стал герой.
Опять, воспоминания тревожат.
Печали не развеять ли, игрой?

Расписывали «пульку» тайно в ДОФе.
Буфет, кино...но и тому был рад,
Кто жив остался в этой катастрофе.
Всех будоражил местный бильярд!

Как будто, нимфа из морской пучины,
По лестнице красотка поднялась.
Она играла наравне с мужчиной.
В её движеньях царственная власть.

***
С отливом волос, истинно - Багира.
Стервозна, горделива и стройна,
Вошла брюнетка в сердце командира.
Простит ли наваждение...жена?

ГЛАВА 35

1.

Про эту драку помнят старожилы,
И давности не истекает срок.
Но все остались, слава Богу, живы.
Семидесятые. Весна. Владивосток.

Он был одним из двадцати курсантов.
С ремнём в руке, спасаясь от толпы,
Успешно...отступал - без вариантов,
До самой заградительной черты.

В Союзе снова «путч нэвэл кадетов»
Передавали вражеские СМИ.
На сто вопросов не было ответов:
Что же творилось с этими людьми?

2.

За что такая ненависть к ребятам?
Ножи, да цепи у шпаны в ходу.
«Кадеты» только в том и виноваты,
Что нравятся девчонкам, на беду.

Решив покончить с этим беспределом,
Собрались местной шайке дать отпор.
Поддерживает дух стальное тело.
На танцах в парке был объявлен сбор.

Но, не у всех играет в мышцах сила.
Лукьянчик был насмешлив и красив.
Конечно, слаб курсантов заводила,
Зато...какой о нём создали миф!

3.

Красавчик внешне - вылитый Есенин,
Характер вздорный, этим и хорош,
Такой же разухабисто - весенний.
Что с шалопая этого возьмёшь?

За это был и сослан на Камчатку.
В семейной жизни тоже не везло.
Хотя, с женою он «попал в десятку»,
Скорее, это - чёрта ремесло.

Ах, стерва! Королева бильярда.
Как можно объяснить судьбы каприз,
Что встретится она, в пылу азарта,
Женатому мужчине...словно, приз.

***
Коробит слово «бывшая» Викто′ра,
Но задурманил плен зелёных глаз.
Не в силах удержаться от напора,
Готов каприз исполнить, как приказ.

ГЛАВА 36

1.

Как с женщиной поддерживать беседу,
Когда в ревнивцах ходит бывший муж?
Сжимая кулаки, идёт по следу,
Что предъявить он может? Только чушь.

А в клубе накалилась обстановка.
Здесь, явно, намечается скандал.
Не избежать Викто′ру потасовку.
Пришлось подраться, покидая «бал».

На улицу зимой, и без шинели.
Двоих спасает шубы тёплый мех.
«Друг принесёт»...Вы этого хотели,
Наедине остаться. Смех и грех.

2.

Немного тесно в телефонной будке,
Укрывшей пару...Мир не без чудес.
И вынужденной близости минутки,
Им дарит самый лучший в мире бес!

Попутал с позволенья Купидона,
(Сегодня отдыхают небеса)
Зелёный взгляд, таинственно-бездонный
И моря синь - влюблённые глаза.

Ожоги при объятиях ничтожны,
Когда пылает на губах огонь!
Ах, женщины, понять вас очень сложно.
Чужого сада, говорят - не тронь.

3.

Снег падал чистым, белым покрывалом.
И радужно светились фонари.
Казалась бухта в этот час порталом,
В иное измерение...смотри...

Подлодки скрылись - хищницы морские,
Под белизной пушистой. И причал,
Вдаль уходил прямым небесным кием.
А Виктор слушал Таню...и молчал.

Да, дважды замужем, сплошное невезенье.
Серьёзных очень мало мужиков.
«Давай, твоё отметим исцеление!»
У грека пиво есть - для знатоков.

***

Алексис, по-простому, дядя Лёша,
Напиток пенный гостю подогрел.
«Я стал твоим Алексисом, похоже.»
Артемизия...отдохни от дел...

*Алексис(греч) означает «во всём первый»,
живущий под девизом «Сильнее, выше, быстрее»
*Артемизия(греч) женщина-воин,
командовала пятью кораблями в битве при Саламине

ГЛАВА 37

1.

Артемизия - это не богиня...
Вполне, реальной женщиной была.
В морских сраженьях воины такие,
Бессмертны за геройские дела.

Пять кораблей под женское начало!
Немыслимо для нынешних времён.
А что тебя с триумфом повенчало?
Кто встретится с тобою - обречён.

Ты в бой готова с бильярдным кием,
Идти, сметая всё, наперевес.
Артемизия - дал Татьяне имя,
Очередной «сражённый» из повес...

2.

Но женское коварство выше силы.
Мужей менять, пленяя и губя,
Как в море корабли - удел красивых.
Зачем губить, женатого, тебя?

Очнись-ка, лейтенант, от наважденья.
Сценарий отработан был давно.
Стихи и танцы - той же цепи звенья.
Очередная серия в кино.

Ах, как она, прелестница, старалась!
То ножка оголится, невзначай,
То в разговоре, замелькает шалость.
Про «бывших» слушать...это ли не край?

3.

А ты готов ей вывернуть всю душу,
В обмен на то «исподнее» любви.
Что делает с подводниками суша...
Попробуй, страсти вал останови!

Внимает, ловит каждое словечко,
Вздыхает там где нужно, и грустит.
Поглядывает, мельком, на колечко.
Жена - не стенка, сердце - не гранит.

Живём один лишь раз, грешим помногу.
Но, здесь же - всё иначе, всё не так!
И дивный вечер, заглушив тревогу...
К ногам Пантеры бросил новый флаг.

ГЛАВА 38

1.

Флот Северный считают современным.
А Тихоокеанский... тоже флот.
Балтийский - бывший, из-за перемены.
Флот Черноморский - есть «чи ни» оплот?

Считался он тогда бесперспективным.
Выпускникам училища - бедой,
Хоть, напевали разные мотивы
Про сад с черешней, девой молодой.

Успешно сдал экзамены Самарин.
Отличник, гордость курса, молодец!
И на дежурстве, отмечал, в ударе,
С товарищами... тут пришёл конец.

2.

НачПО явился, вовремя, с проверкой.
Всех перенюхал, кто был «подшофе».
Открылась лейтенанту «рая» дверка:
Был прямиком отправлен на ЧФ.

Он прибыл в легендарный Севастополь.
Где, перед самой свадьбой, он попал,
На атомной подлодке, снова в штопор.
Виною - «шила» кружечка-бокал.

После второй, ракетчик (прозван Дедом),
В реакторный отсек пошёл курить.
Викто′р конечно, потянулся следом.
Задраились. Но, что ни говори...

3.

Переживает, словно перед смертью,
Быстрей одну затяжку за другой.
Вдруг, «аварийная тревога» жгучей плетью!
Ракетчика смахнуло, как рукой.

Сидит один, при тусклом освещении.
По подволоку стелется дымок...
И вспомнилось что завтра день рождения.
Так холодно, совсем уже продрог.

«Трындец тебе,- решил,- Отвоевался.»
Придётся, видно, свадьбу отменить.
Настал черёд в судьбе «второго шанса».
- А ты ещё совсем мальчишка, Вить.

***

Татьяна смотрит материнским взглядом,
В нём жалость, за дурачество укор.
Запела...Песня та - была наградой.
Безумно не рискует он, с тех пор.

ГЛАВА 39

1.

Один вопрос, засевший как заноза,
Сегодня будоражил его мозг:
«Профессия Татьяны?» Нет прогноза.
Спортзал...«защита», безупречный лоск.

Отрывки фраз не создают картину.
А так хотелось тайну приоткрыть.
Искал ответ, как в море субмарину.
Но подсчитал года - умерил прыть.

Ему до этой женщины чудесной,
Расти по жизни семь, не меньше, лет.
Что будет, только Господу известно.
Не торопилась Таня дать ответ.

2.

Кокетничала, как могла тянула
Смешного лейтенанта за собой,
Подталкивала, как упрямца - мула,
Не в общежитие, конечно, а домой.

«Я не в постель тащу!» - она смеялась,
Кружила в танце посреди зимы.
Всего-то, примешь душ, такая малость.
Хотя, ты с ней, по-прежнему, на «вы».

Зудят твои ожоги под одеждой...
Не рано ли «гулянки» начались?
Она смогла, уверенно и нежно,
Завлечь его...ну, лейтенант, держись.

3.

Артистка разыграла представленье!
На площади торговой в поздний час.
Вставала грациозно на колени,
Стихи читала, не сводила глаз.

И даже, сорвала аплодисменты,
От зрителей - на ютах* моряков.
Прокрутит память кадры киноленты,
Через тринадцать вспомнится, годков.

Ты на пороге топчешься неловко.
Татьяна объяснила что к чему:
«Общага - это драка»...Остановка.
Так хорошо в таинственном плену.

*кормовая надстройка судна

ГЛАВА 40

1.

«А ты ужасно милый, лейтенантик»
При ярком свете разглядев тебя,
Она шинель снимает, словно фантик,
С конфеты шаловливое дитя.

Предложен душ смущённому герою.
«Одежду в стирку» - поступил приказ.
Казалась моряку такой родную,
Та хищница Багира, без прикрас.

Ушла, чтоб мог немного осмотреться.
Понять, чем в жизни занята она.
Не каждому открыта тайны дверца.
Такая встреча, только раз дана.

2.

Шикарное жильё, под стать царице.
Быть дочерью министра...хорошо.
Ты в этой клетке - пойманная птица.
И просто беззащитен...нагишом.

Два полотенца, шапка из газеты,
Прикрыла на затылке жуткий шрам.
Таким вот, странным образом одетый,
Кто поражает сердце милых дам?

Она смеялась весело и звонко,
Над внешним видом, просто, от души.
Казалась, в этот миг, совсем девчонкой.
Что годы? Это жалкие гроши.

3.

Семь лет...два мужа, опытная дама.
Он желторотым кажется юнцом.
Вот и сейчас, врачует, словно мама,
Младую плоть с заботливым лицом.

Как у младенца, кожа от ожогов.
Фурацилин и спирт в её руках,
Ему казался эликсиром Бога.
Витал от счастья, в лёгких облаках.

«На СКБ начальником отдела...
Самбовка и борцовки - для души,
Ну и конечно, тренировка тела.»
Да...формы у Татьяны хороши.

***

Полупрозрачной делает тунику,
Играющий цветами, лампы свет.
Благодаря чарующему мигу...
Он видел амазонки силуэт.

*фото: Балаклава
*продолжение:  https://www.chitalnya.ru/work/2515541/

Благодарю В.В.Проскурина за предоставленный к публикации материал.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 6
© 16.03.2019 Ольга Шельпякова
Свидетельство о публикации: izba-2019-2515512

Рубрика произведения: Поэзия -> Поэмы и циклы стихов










1