Каникулы. День третий


День третий
Свет заходящего солнца слабо пробивался сквозь тесный строй сосен. По извилистой тропинке, увлеченно болтая, шагали парень и девушка. Они беззаботно шутили и частенько подталкивали друг друга в снег. Несмотря на большую разницу в росте, девица улучила момент и толкнула парня так, что тот чуть не полетел в сугроб, но юноша успел ухватиться за девушку и притянуть к себе. Парень затаил дыхание, разглядывая милое сердцу лицо, обрамленное аккуратным русым каре. Большие карие глаза задорно смотрели на парня, а пухлые губки изогнулись в улыбке. Он нагнулся к ней и скромно поцеловал. Оторвавшись от ее губ, юноша внезапно помрачнел:
- Я сплю, - разочарованно прошептал он. В ответ девушка лишь сочувственно улыбнулась и положила голову ему на плечо.
Алексей медленно перевернулся на спину, скривив лицо. В который раз он видел во сне то, о чем грезил наяву. Уже привычной для себя внутренней манипуляцией Токарев сбросил с души этот навалившийся камень и поднялся с кровати. За ночь боль в мышцах превратилась в приятную ломоту, а сознание стало кристально чистым. Юноша повернул голову – часы на столе показывали шесть с копейками утра. Припомнив запланированные дела, Алексей оделся, умылся и отправился завтракать. В зале его уже одиноко ждал Дима:
- Утро доброе! Ну что, когда выходим?
- Доброе! Погоди, дай сначала поесть, потом соберемся и пойдем, - на ходу бросил юноша.
- Чего такой невеселый? – с участием спросил Карвель.
- Да так, не выспался, - вновь соврал Токарев.
Аппетита фактически не было, поэтому парень быстро и без всякого удовольствия запихал в себя яичницу, запил это дело кофе с молоком и вернулся в зал.
- Скучаешь? Пойдем затариваться!
Пройдя на склад, Леша начал подбирать Диме спецодежду:
- У тебя же рост где-то сто семьдесят, верно?
- Ну да, - полным непонимания голосом ответил Карвель.
- Тогда держи! – бросил ему Токарев с полки сверток.
- Что это?
- Экспериментальный бронекомбинезон. Обеспечивает полную защиту торса и конечностей. Нет лишь защиты головы, но она и не нужна, потому что в таком случае пуля при попадании ломала бы шею. Внешнее покрытие подходит для маскировки как в городских, так и в полевых условиях, при этом материал сохраняет достаточно тепла и позволяет коже дышать. Крохотная коробочка на поясе – боевой инъектор, который может вколоть тебе стимулятор в критической ситуации. В комплекте идет компактный прибор ночного видения в форме очков. Способен выдержать винтовочную пулю, но ради толщины и веса пожертвовали амортизацией, так что, схлопотав пулю, можно получить пару сломанных ребер. Хотя, этим грешат и многие обычные бронежилеты… Так, какой размер обуви?
- Сорок третий, - Алексей сразу поставил рядом армейские ботинки нужного размера.
- По оружию думаю так: шуметь мы однозначно не хотим, значит, нужно брать что-нибудь с глушителем. Лично я выбрал Винторез. С глушителями еще остались СВД, Калаш и Вал. Наверно, тебе лучше взять последний, фактически тот же Винтарь, можно будет патронами обмениваться. Так, а вот и оптика. Теперь пистолет. Возьми-ка ты АПС. Глушитель, не знаю, брать - не брать, на твое усмотрение, - парень ходил из одного конца кладовой в другой, доставая все необходимое и передавая Диме. За пару минут он вытащил ему весь набор снаряжения, и у Карвель возникла мысль, как же тяжело будет это нести, но, надев комбинезон, одежду и разгрузку, в которую уже были заботливо уложены вещички, понял, что все не так уж и плохо. Сказывался опыт, полученный Токаревым от двух вылазок. Дима дождался, пока Леша натянул на себя свой комплект снаряжения, после чего парни заперли склад и двинулись к выходу.
- Погоди! – остановился Карвель возле зала и достал из кармана блокнот.
- В чем дело?
- Нужно записку оставить, чтобы нас не потеряли.
- А, ну да, ну да, - рассеянно пробормотал Алексей, думая о чем-то другом. Листок бумаги остался ждать читателей, а два одноклассника ушли в казарму.
- Так, теперь налево, - указал Токарев товарищу где-то на середине коридора.
- Это еще зачем?
- Оружие сначала нужно пристрелять, заодно научу тебя пользоваться оптикой и брать поправки.
- Ты ЭТО-то откуда знаешь?
- Да нарыл тут в казарме «Наставление по стрелковому делу». Там все написано по-военному коротко, четко и по делу.
- Ботаник, елки-палки!
- Заходи давай! – Алексей пропустил Диму вперед и закрыл дверь с табличкой «Оружейная».
Пройдя выкрашенную зеленой краской комнату с пирамидами и шкафами, а также мастерскую, парни вошли на стрельбище для пристрелки, представлявшее собой стометровый коридор шириной четыре метра с передвижной мишенью, снабженной пулеулавливателем, в конце и огневой позицией в начале. По команде с пульта мишень поехала к ребятам, Алексей положил Винтарь и закрепил на мишени кусок черного картона. Когда тележка вернулась на исходную, парень начал инструктаж:
- Сначала оружие пристреливают с открытого прицела. Занимай позицию! – Карвель лег так, что правая нога легла на одну линию с Валом, а левая – влево под углом. – Молодец, это верное положение! – оценил Алексей его действия. – Думаю, не нужно учить тебя, как целиться с открытого прицела. Выставь его на единицу. Теперь сделай четыре выстрела в середину нижнего края черного прямоугольника, - Дима вставил магазин, выставил режим одиночного огня и энергично передернул затвор.
- Дыши ровно. Выдыхаешь, задерживаешь дыхание, продолжая плавно нажимать на спусковой крючок, пока не произойдет выстрел, - советовал Алексей, наблюдая за действиями одноклассника.
Дима замер, и в тире раздалось четыре хлопка с примесью металлического лязга, после чего послышался легкий щелчок предохранителя. Токарев довольно улыбнулся: приятно работать с человеком, которого не нужно всему учить.
- Сейчас посмотрим, что ты там настрелял, - сообщил он, взяв в руки циркуль и линейку.
Настрелял Дима неплохо. Все попадания, как положено, уместились в круг нужного диаметра, поэтому Алексей отложил циркуль и с помощью линейки определил среднюю точку попадания, которая отклонилась от контрольной всего на допустимое расстояние.
- Отлично, теперь можно выверять оптику, - сообщил парень товарищу. – Давай сюда автомат. Смотри! Берем оптику, цепляем кронштейном к креплению и поворачиваем зажимной винт. На прицеле имеется два маховичка: сверху и сбоку. Верхний – это маховичок дальности, а правый – боковых поправок. Устанавливаем верхний на отметку «4», то есть сто метров, а боковой – в «0». Закрепляй винтовку в прицельном станке. Так, секундочку, - Токарев отошел к мишени, провел с ней какие-то манипуляции и вернул ее на место. По открытому прицелу наведи на точку, в которую целился в прошлый раз. Теперь гляди в оптику. Смотри правильно: глаз находится на продолжении оптической линии прицела. Верхняя галка по центру нижней границы прямоугольника?
- Да.
- Отлично, возиться не придется! Давай еще четыре выстрела.
Карвель повторил операцию, после которой Леша вновь вызвал к ним мишень.
Попадания уместились в нужную окружность, но вот средняя точка попадания оказалась слишком высоко, поэтому Алексей взял отвертку.
- Так, смещение вверх на пять сантиметров, - заглянул он в «Наставление». – Значит, вниз на одно деление, - парень развинтил стопорные винтики верхнего маховика, повернул торцевую гайку на одно деление в сторону «Вниз СТП» и аккуратно закрутил винтики.
- Снова четыре выстрела.
Дима вновь произвел контрольную стрельбу, и на этот раз Токарев остался доволен результатом, после чего вышеизложенные операции были произведены с Винторезом, который, к счастью, уже оказался отлично пристрелянным.
- Теперь осталось обмотать оружие, - сказал Алексей, доставая маскировочные чехлы. Парни быстро запеленали свои игрушки, прибрали за собой, выключили свет и вернулись в коридор.
- Кстати, Дима, придется проходить возле мин. Я вчера еще поставил.
- Издеваешься что ли? Мне одной вот так хватило.
- Да ладно тебе! Я уже два разА прошел – и ничего.
- Только ты эти мины и поставил, - парень промолчал и не стал рассказывать, как Литвинова прошла через его заминированный коридор.
- Нормально все будет! Все покажу, все расскажу, - с этими словами Токарев обезвредил растяжку и надел ПНВ.
- Надевай очки! – Карвель послушно нацепил прибор на глаза, и погруженный в темноту коридор перед ним стал монохромным. Очки давали качественное изображение, позволявшее отчетливо видеть любые детали.
- Нравится? – спросил Алексей, видя, что товарищ оценил технику.
- Передавали бы они еще и цвет, цены бы им не было.
- Согласен. А теперь двигай строго моим путем.
Токарев повел одноклассника по прямому коридору запутанным путем. Первые пару метров Дима хотел послать Лешу подальше с такими трюками, но затем успокоился и двинул следом. Парни подошли к воротам и сняли очки, упрятав их в твердые чехлы. Погода за дверью стояла пасмурная, но вполне удовлетворяла целям выхода.
- Куда теперь? – поинтересовался Дима.
- Перво-наперво нужно попасть на холм, чтобы оценить обстановку и потренироваться в стрельбе. Будем учиться пользоваться оптикой и брать поправки. Тропка та же самая, доберемся быстро. Заряжай оружие и пойдем.
- Ладушки, - ответил Дима, передергивая затвор, и протиснулся наружу вслед за Токаревым.
Парни двинулись по уже знакомому пути наверх. На этот раз дорога отняла у них всего лишь десять минут. Леша по привычке осмотрел прилегающую к вершине территорию, тылы и позвал товарища на позицию.
- Фу, Леха, жарко в этой одежде! – пожаловался Карвель, ложась на траву.
- Сейчас минут тридцать полежишь – поймешь, что я не просто так тебе столько всего дал.
- Ладно, с чего начнем?
- С правил прицеливания. Выдвини бленду на всякий пожарный. Это вон та трубка на конце прицела. Загляни в оптику. Объясняю, как пользоваться сеткой прицела. Самое главное – верхняя большая галка. Это средняя точка прицеливания. Деления справа и слева – шкала боковых поправок.
- И как брать поправки?
- Зависит от того, на что она берется. Поправки по вертикали будем делать, исходя только из расстояния. Дистанции стрельбы у нас относительно небольшие, не более четырехсот метров, плюс высота над уровнем моря маленькая, так что температурой воздуха, давлением и углом позиции относительно цели можно пренебречь. Теперь о боковых поправках. В нашем случае они будут вноситься по ветру и по движению цели. Объясняю, как удобнее запомнить поправку по ветру. Если под прямым углом к линии прицеливания дует умеренный ветер, берешь боковую поправку на три деления. Если ветер сильный, увеличиваешь поправку в два раза, если слабый, уменьшаешь в два раза. Если ветер дует под острым углом, делишь поправку пополам. Поправка на движение цели на наших дистанциях делается просто. На дистанции до двухсот метров – семь делений боковой шкалы. На дистанции от двухсот до четырехсот метров – семь с половиной – восемь делений. Это для бегущего человека, для идущей пешком цели поправка делится пополам.
- А как пользоваться шкалой определения дальности?
- Видишь число «1.7»? Это средний рост человека. Помещаешь цель между верхней и нижней границей шкалы – получаешь дальность до цели. Если высота цели меньше ста семидесяти сантиметров, то пропорционально делишь полученный результат.
- Блин, Леха, объяснение, конечно, годное, да только я мало что запомнил.
- Это нормально. Ничего, будем учиться на ходу. Я на практике тоже ни в зуб ногой.
- Мне еще нужно что-нибудь знать?
- Да. По ростовой фигуре целиться по центру, по грудной и головной – под цель. Целеуказание ведем по «часам» и местным ориентирам.
- Например, «цель на десять часов, ориентир – скала, ближе сто, правее десять»?
- А ты откуда знаешь?
- В одном фильме видел.
- Что ж, все правильно. Теперь поговорим об ориентирах. В нашем случае это центральная поляна перед нами, озеро справа, второй холм, скала на северной оконечности, скала, в которой мы укрывались позавчера. Что еще можно взять за ориентиры?
- Яхту.
- Точно, наша посудина!
- Насколько я понял, остров вытянут с севера на юг, - размышлял Карвель, разглядывая разложенную на траве карту, которую удалось найти в казарме, - ориентиров у нас мало, поэтому предлагаю взять еще вот эту кучу камней, назовем ее западной, вот эту глыбу и вот эту каменную гряду, она будет называться восточной, - парень указал предложенные места.
- Да, согласен. Вообще, в процессе могут появляться новые ориентиры. Подойдут любые местные предметы, которые хорошо видны и относительно которых удобно обозначать цель.
- Это понятно. Ты уверен, что мы кого-нибудь найдем?
- Думаю, после вчерашних событий по острову будут шастать разведчики в поисках нас или входа в бункер.
- А что вчера случилось?
- Я встретился с командиром наших новых знакомых, и они потеряли еще одного человека.
- Что?! – Дима резко повернулся к товарищу.
- Спокойнее! – призвал его к тишине Токарев, не отрываясь от бинокля.
- И что произошло на встрече?
- Ну, сначала нам предложили сдаться в обмен на неприкосновенность и возможность вернуться домой, я ответил, что не верю, прямо предложил им свалить отсюда, майор разозлился, выстрелил мне в ногу, обалдел от того, что я не катаюсь по земле, корчась от боли, после чего я предъявил ему свой ультиматум и растворился в воздухе.
- Так, с этого момента поподробнее!
- Мне удалось найти в лабораторном комплексе установку, способную создавать управляемую голограмму в пределах острова. Причем голограмму, передающую изображение и звук в оба конца. Самый настоящий призрак.
- Голограмма настолько похожа на живого человека?
- Да, внешне никаких различий. Ровно до тех пор, пока не прикоснешься или не кинешь чем-нибудь.
- А на каком языке ты с ним разговаривал?
- На английском. Спасибо конструкторам, удалось нарыть программу автоперевода.
- Так почему бы не использовать эту голограмму для разведки? Чего ж мы свои головы подставляем? – задал Дима резонный вопрос.
- Потому что тогда кому-то из нас пришлось бы остаться, а в одиночку тут даже с лучшей разведкой можно пропасть.
- А без разведки пропадем и вдвоем. Попросили бы Вову.
- Да, ты прав, вот только если голограмму заметят, поднимут тревогу, и нам придется рвать когти, либо наоборот, поймут, что это голограмма, и будут ждать нас.
- По мне уж лучше голограмме нарваться на пулю, чем нам.
- Возможно. Но мы здесь и сейчас, и нам нужно сделать то, ради чего мы сюда отправились, - напомнил Токарев, закрыв тем самым тему. – Кстати, их лагерь исчез.
- Послушались и свалили с острова?
- Это маловероятно. Наша посудина на месте, а другого транспорта здесь нет, насколько я знаю.
- Где был лагерь?
- Ориентир – северный холм, западнее сто, - неторопливо указал Алексей нужное место.
- Честно говоря, не вижу никаких следов, но допустим, - через полминуты отозвался Карвель. – Что будем делать?
- Искать. Я беру на себя всю восточную половину острова, а ты бери западную. Осмотр веди невооруженным взглядом, слева направо, от подступов к нашей позиции и вглубь территории. При необходимости используй оптику.
- Я понял, - коротко ответил Дима, и оба замолкли, устремив взгляды на север.
Через полчаса Карвель убедился, что без выданной Токаревым одежды он замерз бы, а казавшееся простым дело – лежи да высматривай людей среди деревьев и камней – на самом деле весьма утомительное занятие. Иногда парня даже клонило в сон, но Алексей такое, похоже, предвидел, поскольку стоило парню прикрыть глаза, как он получал легкий тычок в ребра. Среди деревьев порой происходило какое-то мельтешение, но приглядевшись, юноша понимал, что это лишь качание веток на ветру. Диме уже вновь захотелось послать товарища подальше, но внезапно в лесу под холмом возникло движение. Приложившись глазом к оптике, парень разглядел двух людей в камуфляже, шагающих между сосен по направлению к ним. Сонливость как рукой сняло, и Дима отрапортовал:
- Два человека, ориентир – яхта, правее сто пятьдесят, ближе пятьсот, - винтовка справа тут же устремила свой взгляд в указанную сторону.
- Вижу, - отозвался Алексей, разглядев указанные цели. Среди сосен осторожно вышагивали два парня в камуфляже, регулярно пропадая из поля зрения новоявленных снайперов. Шли они фактически навстречу двум выглядывавшим из-за травы глушителям, что играло школьникам на руку.
- Будем стрелять?
- Ну да.
- Мы ведь забыли потренироваться.
- Придется учиться на ходу. Вот тебе первые мишени. Отборные, ростовые, легкие.
- На какой дистанции откроем огонь?
- Если не поменяют направление, метров со ста пятидесяти.
- Давай я выстрелю первым, а ты меня подстрахуешь, все-таки у тебя больше опыта в подобных делах.
- Добро, - согласился Алексей.
- В кого сначала стрелять: в переднего или в заднего?
- Давай в замыкающего, - Дима тяжело выдохнул и припал к оптике.
- Не волнуйся, просто целься и стреляй, сначала в одного, затем в другого, - сказал Токарев, на что Карвель несколько раз быстро кивнул. – Какие поправки возьмешь?
- Ну, для ста пятидесяти метров, - выставить прицел на «6» или взять два деления выше, а для ветра – Дима задумался, - а для ветра поправки вроде бы не нужны.
- Молодец! – похвалил его Токарев. Не пропали даром недавние уроки. Парень еще раз глянул в сторону «мишеней» и опустил голову к прицелу.
Началось томительное ожидание. Алексей терпеливо считал секунды и метры, постоянно проверяя правильность поправок. Над островом дул переменчивый ветерок, что нервировало, однако он был несильным, поэтому на прицеливание не влиял. Парням казалось, что мгновения растянулись в вечность. А внизу аккуратно двигались два человека с оружием, не догадываясь о том, что уже сами стали целями. Когда бойцы дошли до заранее отмеченного Токаревым дерева, он тихо произнес:
- Огонь!
Слева плюнул одиночным выстрелом Вал, Винторез последовал его примеру. Шедший позади стрелок дернул правым плечом, поймал грудью вторую пулю и упал на траву. Алексей перевел прицел на его товарища и, особо не целясь, быстро отправил в него три пули. Одна из них ушла мимо, зато две другие поразили цель. Обернувшийся на звук парень рухнул в нескольких метрах от своего товарища и затих. Дима облегченно выдохнул, опустив голову, а Токарев перевернулся на спину.
- Вот так, Димон, - произнес он, глядя сквозь еловые ветви в бескрайнее небо. – Вот так и убивают людей.
- Ты это к чему?
- Да так, мысли вслух, - ответил Леша. – Закапывай гильзы, и пойдем проверять тела.
Ребята ушли с вершины, прибрав за собой. Хоть погода и стояла довольно пасмурная, солнце регулярно выглядывало из-за облаков, словно проверяя, как там поживают два товарища, вышагивающих по затерянному в море куску земли. До убитых нужно было пройти всего лишь сто пятьдесят метров, поэтому путь не отнял много времени. Токарев, как обычно, обыскал карманы и снял по жетону, пока Дима следил за округой. Лично ему к трупам подходить не хотелось, вот только у Леши было свое мнение на этот счет:
- Димон, komm zu mir[1]!
- Лех, а можно без этого?
- Назвался груздем – полезай в кузовок. Не волнуйся, они уже не кусаются! – Карвель подошел к однокласснику, стоящему возле молодого сержанта. – Смотри: тебе нужно мягче спускать курок. Ты прострелил ему легкое, но еще немного выше, и он был бы легкораненым, а такой вариант нас не устраивает. У тебя обычно есть только один выстрел, от силы – два.
- Я тебя понял, - ответил Дима и отвернулся. – Что будем делать дальше, командор?
- Для начала затащим тела вон в те кусты, - указал Алексей головой на заросли неподалеку, - а потом прогуляемся до северного холма. Нужно узнать, куда свалили наши знакомые.
- Не боишься, что они оставили засаду или поставили мины? – поинтересовался Дима, волоча за ноги невысокого коренастого капрала.
- Заминировали вряд ли, а вот про засаду ты прав, этого нужно опасаться.
- А сколько их всего?
- Сейчас их осталось человек двадцать.
- Так может быть, не стоит соваться? Мы убили двоих, это уже неплохо. А на северном холме наверняка сидят снайперы.
- Ну, во-первых, восточный склон там густо усеян кустами, за которыми можно безопасно добраться до вершины, а во-вторых, им желательно брать нас живыми, потому что они все еще не знают, где находится бункер. Ну и, в-третьих, мне позарез нужно знать, где эти товарищи разбили новый лагерь.
- Курить охота.
- Ну так покури, только быстро, и окурок после себя закопай.
- Вот за это спасибо! – обрадовался Карвель и закурил, присев на упавшую сосну. – Ты нашел способ свалить отсюда?
- Почти.
- Это как?
- Я знаю, что где-то в комплексе есть нужный нам транспорт, но не знаю пока, как до него добраться.
- А какова вероятность, что нас найдут? Все-таки Марина Валентиновна уже должна была забить тревогу, да и капитан активировал аварийный буй, когда мы оказались на берегу.
- Сигнал маяка не пробьется через местную глушилку. Именно из-за нее у морпехов не работают рации, это у нас электроника хитро экранирована. А что до Марины Валентиновны, то да, тревогу она забьет. Да вот только остров спрятан в пространственном кармане.
- Что?! – Дима закашлялся от дыма. – Ты не курил часом?
- Поверь, мне самому непросто было в это поверить.
- И как он запрятан?
- Ну, с точки зрения физики я тебе не объясню. Знаю только, что под островом находится установка, которая прячет весь остров.
- Подожди, - перебил Токарева Дима, - но ведь мы и солдафоны как-то сюда попали.
- В одном из дневников написано, что вход в пространственный карман находится в определенном месте. Чтобы попасть внутрь, нужно всего лишь заплыть в определенную зону. Думаю, подобный вход есть и для самолетов.
- То есть вероятность того, что нас найдут, крайне мала, - резюмировал Дима.
- Точно!
- Да, Леха, хреновые новости ты мне поведал, - заключил Карвель, поднимаясь.
- Есть и хорошие новости, - успокоил его Токарев. – Мы все еще живы и здоровы. И мы обязательно отсюда выберемся. Просто нужно еще несколько дней, чтобы все узнать. Пойдем потихоньку!
- А эти несколько дней нельзя просто посидеть в бункере? – Дима двинулся за товарищем.
- Ну, кто-то должен мешать солдатикам искать нас.
- По мне, так они скорее проследят однажды за нами и узнают, где вход, чем найдут его, просто рыская по острову.
- Я сделал уже две вылазки, и никто за мной не проследил, зато благодаря одному стрелку, шарившему по острову, мы узнали, где бункер.
- Ладно, хватит болтать, хочется живым вернуться.
- Не вопрос, - согласился с таким замечанием Токарев, и оба затихли.
Остров продолжал хранить свои тайны, а две серые фигуры размеренно топали по нему на северо-восток, уходя к восточному берегу. Раскраска костюмов у парней была такой, что при желании они могли прикинуться поросшими мхом валунами. Идущий впереди Токарев регулярно останавливался, устремляя свой взор на цель перехода. Карвель был прав: там однозначно кто-то сидел и следил за округой. И вся суть маневров состояла в том, чтобы перехитрить выжидающего охотника. Не забывал Алексей и о том, что рядом могут бродить другие патрули вроде того, что они уничтожили. Юноша оглянулся: Дима шел, задумавшись о чем-то, но смотрел по сторонам, а значит, помнил, где находится. Парню вспомнилось, как он еще пацаном бегал по лесам с соседскими мальчишками и девчонками, держа в руках вырезанную из доски своими руками винтовку. И хоть в данной ситуации пули, как и враги, были настоящими, это тоже была игра. А Токарев очень любил выигрывать, поэтому его мозг с завидной скоростью генерировал планы действий.
Неожиданно в сознании парня что-то стукнуло. Ощущение было знакомым, но в первые секунды Токарев засомневался и принялся крутить головой во все стороны, что не осталось незамеченным.
- Что случилось? – с лицом, выражавшим полную озабоченность ситуацией, спросил Карвель.
- Как бы тебе сказать, - Алексей продолжал крутиться с обеспокоенным видом, что абсолютно не нравилось Диме. – Ага! – парень перестал вертеться. – Вот так, значит! Димон, двигай за мной аккуратно метрах в двадцати!
- Да что случилось-то? – нервно прошептал тот, глянув туда, откуда не отводил взгляда его товарищ.
- Сейчас увидишь, - еле слышно сказал Алексей и двинулся вперед, пригнувшись. Карвель ничего не оставалось, кроме как пойти за ним. Сначала он не понял, что такого разглядел одноклассник, но через минуту Дима слегка опешил от увиденного. Леша прошел еще немного и дал товарищу сигнал остановиться. Почесав голову, Токарев примостился к дереву и спокойным голосом скомандовал.
- Стой, Соколова! – между деревьев замерла девичья фигура в джинсах и клетчатой рубашке. Алексей сбоку видел, как на лице Ирины появилась озорная улыбка. Девушка повернулась и бодро зашагала к нему.
- Леша, какое замечательное ощущение! – поделилась она своими впечатлениями. – Я чувствую такую легкость!
- Зачем ты включила голограмму?
- Чтобы найти вас, - Ирина наконец разглядела стоящего поодаль Карвель. – Мы за вас волнуемся, - она серьезно посмотрела на Токарева. – Возвращайтесь!
Алексей грустно покачал головой:
- Мы еще не закончили, - девушка часто закивала.
- Тогда я помогу вам.
- Как?
- Буду приманкой, - твердо ответила Ирина. – Выдам вам прячущихся врагов.
- Не пойдет, - отрезал Алексей. – Ты сейчас же отключишь установку и закроешь лабораторию. А мы завершим дело и вернемся назад.
- Почему ты такой упрямый?! – несколько обиженно воскликнула девушка.
- Не мы такие – жизнь такая, - парировал Токарев, и тут в разговор вмешался Дима, смотревший куда-то наверх.
- Ложись! – парень среагировал мгновенно, поэтому пуля просвистела высоко над головой и вспахала землю в нескольких метрах от дерева, за которым упал Алексей. Звук выстрела раскатисто пролетел по острову, сообщив всем о непрошенных гостях. Соколова инстинктивно спряталась за дерево, но поняла, что это не имеет смысла, поэтому почти сразу высунула голову, вглядываясь в заросли на холме, откуда только что стреляли.
- Ты его видишь? – крикнул Токарев Диме, перехватывая Винтарь.
- Потерял из виду, - ответил занявший небольшую ложбинку Карвель. – Там наверху елки плотно растут, он среди них, - в подтверждение его слов сверху громыхнул второй выстрел, поднявший фонтанчик земли возле ног Токарева, а затем автоматная очередь повыбивала щепки из дерева, у которого стояла Соколова.
- Твою мать! – с этими словами Алексей поджал ноги, подался вперед и кувырком нырнул за валун, который уже полностью прикрывал его.
- Засек?
Карвель ответил выстрелами. Токарев услышал три одиночных, после чего Дима начал часто палить в сторону елей и остановился лишь тогда, когда раздался сухой щелчок ударника. Сразу забренчали пластиком сменяющиеся магазины.
- Леша, ты в порядке? – окликнула девушка Токарева. Тот с недовольным видом выглянул из-за камня.
- Мы с тобой еще поговорим, - ответил парень и повернулся к товарищу, - Димон, давай аккуратно за мной! – юноша перепрыгнул валун и бросился наверх, пригибаясь к земле. Карвель мельком пересекся взглядом с Соколовой и, поднявшись, пошел наверх, а призрак девушки остался на месте, взволнованно глядя им в спины.
Дима взбегал по склону, тяжело дыша. Впереди то тут, то там мелькал петляющий среди кустов и все удаляющийся Токарев. «Блин, надо бросать курить», - промелькнуло у него в голове. Легкие начало жечь. С мыслью о том, что он может словить пулю и довольно глупо умереть, Дима вбежал на вершину и остановился, выискивая среди деревьев Алексея. К счастью, это не составило особого труда, так что через несколько секунд Карвель стоял возле ели, под которой возился его одноклассник.
- Леха, что там? – пытаясь отдышаться, спросил Дима.
- Сейчас, сейчас, - с натугой ответил тот, вытаскивая за ногу мертвого сержанта, за которым волочилась его винтовка. Одна пуля угодила точно в переносицу, а вот вторая пробила шею, из-за чего одежда была залита кровью.
- Это я его?
- Ты, ты, - подтвердил Леша. – Эта сволочь, - ткнул он пальцем в труп, - эта сволочь меня чуть не пристрелила. Так что ты меня сегодня спас.
Алексей отошел в сторону и подтащил к сержанту его напарника-автоматчика, хрипевшего от боли. Зеленоглазый лысый паренек получил ранение в легкое и уже вовсю кашлял кровавой пеной, однако еще вполне осознавал окружающее. Перевернув его на спину, Токарев наклонился к перекошенному лицу и задал по словам на английском лишь один вопрос:
- Где ваш лагерь?
В ответ рядовой широко улыбнулся, показав парням когда-то белоснежные, а теперь красные от крови зубы. Леше это не понравилось, и он ткнул пальцем в пулевое отверстие, что заставило солдата изогнуться от боли.
- Где ваш лагерь!? - повысил парень голос, продолжая экзекуцию. Карвель смотрел на это и пребывал в тихом ужасе, а морпех продолжал извиваться от неторопливой и сосредоточенной пытки.
- ГДЕ ВАШ ЛАГЕРЬ!? - над ухом подростка хлопнул выстрел, и тело рядового успокоилось навсегда. Токарев замер, а затем повернулся и вперился в Диму так, что волосы на голове Карвель зашевелились, а рука с автоматом непроизвольно повела стволом в сторону одноклассника. Этот жест не ускользнул от юноши, отчего губы его скривились в злобной ухмылке. Однако взгляд ушел куда-то за спину Карвель, Токарев встал, его лицо приняло растерянное выражение. Обернувшись, Дима обнаружил наблюдавшую всю эту сцену голограмму Соколовой. Девушка бросила испуганный взгляд на двух товарищей и растворилась в воздухе. Парень повернулся назад к однокласснику - в его глазах застыл стыд. Алексей прикрыл веки, тяжело выдыхая. Через несколько секунд перед Карвель стоял обыкновенный Токарев, которого он всегда знал.
Держи, твой трофей, - парень протянул Диме два жетона.
- Оставь себе, - скривив лицо, отказался тот.
- Как знаешь, - не стал спорить Алексей и положил жетоны в карман. Сунув винтовку меж еловых ветвей, парень уставился в прицел.
- Ты же говорил, что они не будут стрелять.
- Ну, ошибся, - без тени смущения ответил юноша.
- Леха, пора валить, - отметил стоящий позади Карвель. – Сейчас сюда все сбегутся.
- Да, ты прав, - согласился Токарев, опуская Винторез. – Помоги затащить этих товарищей обратно, - парни за ноги втянули тела под елку. Хвойный запах смешался с тяжелым металлическим привкусом крови. Поморщившись, Токарев вытер руки об траву и подобрал свежую гильзу. Два товарища быстрым шагом спустились по склону обратно и закопали гильзы, оставленные после пальбы Димы. Глянув напоследок по сторонам, Леша повернулся к однокласснику:
- Все, валим! – и бегом пустился через лес.
Когда позади Карвель закрылась герметичная дверь, он сразу сел за стол, положив на него автомат, и полез в карман за сигаретой. Закурив, парень откинулся на спинку стула и жадно затянулся. Токарев ухмыльнулся и сел рядом.
- Чего лыбишься? – с довольной улыбкой спросил Дима и сделал еще затяжку. – Тебе этого не понять, ты ведь некурящий.
- Да, потому что это дорого и вредно.
- Зато я сейчас расслабляюсь, а ты нет.
- У меня свои методы, - ответил Алексей, поднимаясь.
- Как знаешь.
- Если что, у меня к тебе будет разговор вечером.
- Да не вопрос! – согласился Дима и выпустил струйку дыма в потолок.
В гостиной почти никого не было. Мылов, Забалуев и Кликушин о чем-то шептались за столом, а Небова, Новикова и Соколова читали, сидя в креслах. Почти никто не заметил, как Токарев заглянул в зал, лишь обернувшаяся Ирина поймала его тяжелый взгляд, который парень сразу же скрыл, пройдя дальше по коридору.
Вскоре почищенное после стрельбы оружие легло на полку рядом с остальным снаряжением. Алексей вытер запачканные смазкой руки и замер, прикрыв глаза. Третий день подряд он каким-то чудом избегал смерти, забирая при этом все новые и новые жизни. На несколько минут парень задался вопросом, когда смерть перестанет терпеть такую наглость и приберет его к рукам, но почти сразу поймал себя на том, что так проблемы не решить. Дверь в кладовой закрылась, а юноша отправился дальше.

***
Смит аккуратно пробирался сквозь кусты, невысокие ели и березы на север, к огромной скале. За двадцать минут до этого южный ветер пригнал тучи, разразившиеся мелким дождем, и теперь маскировочный костюм Джона понемногу намокал. Серое небо давило на землю, и деревья с травой будто бы на самом деле клонились под этой тяжестью к земле. Добравшись до одной кривой березки, чей ствол чуть ли не у основания распадался надвое, снайпер внимательно огляделся, после чего поднял винтовку в правой руке над головой. Со стороны скалы из темноты на миг показался проблеск фонаря, и Джон уже спокойным шагом направился туда.
Пройдя мимо нескольких часовых, уютно устроившихся на оборудованной позиции, парень раздвинул полы палатки и попал в просторную пещеру с обилием залов и переходов. Даже без учета потерь здесь хватило бы места на всех. Теперь же, после потери десяти человек, оставшаяся часть отряда превратила пещеру в удобную казарму, но настроения это никому не поднимало. Напротив, Смит отметил про себя, что многие молчаливо погрузились в свои мысли и мелкие дела, и уже никто не шутил, как это было в самолете. Джон миновал изогнутый коридор и, отдернув брезент, прошел в командирский зал. Ближе к левой стене под дырой в своде располагался костер, вокруг которого было сосредоточено остальное убранство: складные койка, стол и стулья. В стороне лежали дрова, котелок, чайник и фляга с водой, за койкой стояли рюкзак и автомат. Два майора сидели за столом и в свете фонаря рассматривали грубо начерченную карту острова.
- Майор Ингрем! – направился к ним снайпер. – Я вернулся.
- Давай докладывай! – Ингрем жестом указал ему на карту.
- Итак, - Смит разместился поудобнее. – Макмиллана и Стоуна я так и не смог найти, личные маячки, как и у остальных, не пеленгуются. Вероятно, они сошли с изначального маршрута, и их тихо убили. С Паркером и Кёртисом все оказалось проще: подоспевшие на выстрелы парни нашли их тела прямо на позиции. По две пули, в переносицу и в шею, в легкое и в голову, очень много крови. Кусты и ели вокруг посечены пулями, похоже, их не сразу обнаружили. Нашел место, в которое они стреляли, метрах в двухстах южнее, под холмом. Там я откопал двадцать зарытых гильз девять на тридцать девять. Есть следы двух людей, ведущие оттуда до парней и обратно. Больше ничего, даже не удалось определить, в какую сторону они потом пошли. Есть буквально несколько следов, но они тут же обрываются.
- Паркера и Кёртиса похоронили?
- Сейчас этим занимаются.
- Жетоны забрали?
- Да, как у остальных.
- Ублюдки! – процедил сквозь зубы Ингрем. – Трофеи собирают!
- Нужно сказать спасибо, что они еще трупы не минируют, как в моджахеды в Афганистане, - заметил Шепард.
- Ну вот сам и поблагодаришь, когда найдешь.
- Подсчитали потери, майор? – раздался из темного угла знакомый голос, и на свет вышел Токарев.
- Ты мне ответишь за смерть парней, - Ингрем подошел вплотную к голограмме.
- Я вчера выразился ясно: уйдите с острова, иначе я буду убивать. Напоминаю вам об этом. Уйдите, а не то потеряете еще больше людей, - Алексей не стал ждать ответа, и электронный призрак исчез.
- Найди мне его! – повернулся майор к Шепарду. – Перерой весь остров, но найди след и отыщи этого подростка! У меня к нему разговор.
- Питер, а ты не рассматриваешь вариант уйти?
- Думаешь, я брошу задание из-за какого-то школьника?
- Этот школьник, Питер, приложил руку к смерти десяти морпехов. Да, мы лучше обучены, но в их распоряжении весь комплекс, все разработки, за которыми мы охотимся. И они, как видишь, работают, и еще как. Уверен, они даже половины не нашли из того, что там есть.
- Именно поэтому у нас очень мало времени. Найди его, Алекс! Найди!
Старый снайпер перевел взгляд с Ингрема на Смита и обратно:
- Я тебя понял, - старик встал из-за стола и ушел в другой зал.
- Ты молодец, Смит! Можешь идти отдыхать и сушить форму! – обратился Ингрем к Смиту, и последний, коротко кивнув, покинул майора.


***
Алексей закрывал дверь в лабораторию голограмм, когда за его спиной послышались шаги, а до носа долетел знакомый аромат духов.
- Леша! – развернувшись, Токарев чуть не столкнулся с подошедшей в упор Соколовой.
- Что такое, Ирина?
- По поводу сегодняшнего…
- Ах, да, - парень виновато потупился. – Прости меня! Ты не должна была этого видеть.
- Не должна была, но видела. Ты тоже меня прости! Отправилась, чтобы помочь, в твои вещи залезла, а в итоге ты из-за меня чуть не погиб.
- Ирина, хватит! Я же не умер. Пойдем, я хочу чаю! – сказал Токарев, поднимаясь по лестнице.
Они зашли в столовую, и Алексей разлил по кружкам бодрящий напиток. Размешав сахар, он поставил Ирине кружку и присел напротив.
- Спасибо! – девушка слегка отставила напиток. – Понимаешь, дело не в том, что ты не умер, а в том, что мне совестно смотреть, как ты каждый день уходишь наверх.
- Почему? – Соколова тяжело вздохнула.
- Леша, - девушка осеклась, - я знаю, что ты меня любишь. И все вокруг говорят мне, что я жестоко с тобой поступаю, но пойми: я тебя не люблю, и у меня с тобой ничего не получится.
- Да это-то здесь причем? – глаза Токарева были полны боли.
- Ты хочешь сгинуть? – серьезно спросила Соколова. – Хочешь, чтобы я винила себя в твоей смерти? Я этого не хочу, Леша, не хочу.
- Глупая! – Алексей нагнулся к ней поближе. – Да, ты верно подметила, смерти я не боюсь. Но я хожу наверх не потому что хочу умереть, а потому что не хочу, чтобы умерла ты, или твои подруги, да кто угодно из нашего класса. Хожу, потому что сейчас мы сами должны себя защитить. А еще у них есть передо мной должок за смерть мужиков, и я верну его сполна. Так что, как я уже сказал, хватит уже об этом! А если я вдруг умру, не смей себя винить! – Токарев встал, вылил остатки чая в раковину и покинул столовую, оставив Ирину в одиночестве.
Токарев прошел через гостиную, в которой к тому моменту собрался почти весь класс, и направился в свою комнату. Прихватив часть ключей и бумаг, парень пошел обратно. В зале его окликнула Бабинова:
- Леша, задержись с нами!
- Извини, Настя, я очень занят, - вежливо, но торопливо отказал Алексей, после чего исчез в коридоре. Девушка проводила его взглядом и повернулась к остальным.
- Ребята, вам не кажется, что с нашим Алексеем что-то не так?
- Кажется. Только что конкретно ты имеешь в виду? – спросила Жильцова.
- А то, что он превратился в какую-то машину: с нами почти не общается, все время либо ест, либо возится с какими-то непонятными бумагами, либо чистит оружие.
- Ну, у него, по сути, нет времени с нами общаться: он занят, а мы нет, - ответил Марков.
- Так ведь он сам нас ни к чему не подпускает. Токарев от нас все скрывает, почти ничего не рассказывает, - вклинился в разговор Андрюшкин.
- А еще он каждый день уходит наверх непонятно, зачем, - добавила Новикова.
- Да я не об этом, а о том, что Леша каждый день уходит и возвращается с жетонами. Вон же они висят! – указала Настя на полку, где на крючке действительно висели собранные Алексеем армейские жетоны. – Будто забавляется. Он фактически ходит убивать, как на работу, - закончила Бабинова свою мысль.
- Думай, что говоришь! – отозвался из угла Карвель.
- Вообще-то, Дима, в ее словах есть доля правды, - согласилась с одноклассницей Каржавина.
- Только по части того, что Токарев каждый день уходит и возвращается с жетонами, - поддержал уже товарища Ежов.
- Вот, вот! – продолжил Дима. – Думаете, так просто убить?
- Нет, поэтому меня это и беспокоит.
- Ты права, он ходит туда, как НА РАБОТУ. Как на дело, которое НУЖНО сделать. Ты внимательно на него посмотри! Он же седеет на глазах. Парню ШЕСТНАДЦАТЬ лет. Он этим не забавляется. Он убивает, потому что так НАДО, - Карвель подался вперед и положил книгу на стол.
- Неужели нельзя обойтись без убийства?! – воскликнула Новикова.
- Ты забываешь одну маленькую деталь. Позавчера там, на берегу, тебя спасло убийство. Тебе просто так рассуждать: ты сидишь в безопасности, и тебя это как будто и не касается, да только это касается всех. Тебе просто рассуждать, потому что твои руки чисты, а он свои запятнал, и ему теперь с этим идти до конца, - при этих словах Литвинова поднялась из кресла и вышла в коридор. – Я вот сегодня тоже двоих убил, - на него шокировано посмотрел весь класс, - теперь и про меня будешь считать, что я забавляюсь? И ты не забывай, как он отреагировал на смерть дяди Васи. На месть он тоже имеет право. А что до его скрытности, то это для вашего же блага. Тут такие вещи создавали, про которые, наверно, лучше и не знать. Меньше знаешь – крепче спишь. Уверен, когда понадобится, Токарев нам сам все расскажет, - окончил Карвель и вновь принялся за чтение, что делал довольно редко. Больше одноклассники никогда не поднимали эту тему.

***
После разговора с Ингремом Шепард сразу же ушел в лес и вернулся лишь вечером. К счастью для него, дождь кончился почти сразу, как он покинул пещеру, так что старику не пришлось мокнуть. Однако погода успела поработать над следами, что для следопыта уже было проблемой. Тем не менее, майор вернулся и отправился к командиру. Он даже не стал проходить, а лишь доложил, оставшись в проходе:
- Дождь затер следы, я почти ничего не нашел, так что продолжу завтра.
- Хорошо, я понял, - ответил Ингрем, и снайпер ушел в другой зал.
Среди залов, закутков и проходов в пещере имелся небольшой уголок и у Смита с Шепардом, куда последний и направился. Приставив винтовку к столу, майор подкинул дров и присел выпить чаю. Старик замер с кружкой в руке, глядя на огонь, отражавшийся в его карих глазах. Треск свежих поленьев разбудил дремавшего Смита. Он сел на койке и протер глаза.
- А, Алекс! Ты вернулся. Как поиски? Неужели что-то нашел?
- Куда уж там! Дождь стирает следы. Да и ребята не дураки. Я бы даже сказал, что они умны. Мне удалось только найти постоянно пропадающий след от места, где ты нашел гильзы, но и он оборвался через двести метров.
- Попались бы они мне! – с досадой произнес Джон.
- Ну, знаешь ли, если верить тому парню, то счет сейчас десять-пять в их пользу. Причем четыре человека из пяти были убиты в одном месте и безоружными.
- Почему они так сильны? – внезапно спросил Джон, уставившись в огонь костра. – Как так получается, что группа необученных людей, не боясь, истребляет бойцов морской пехоты?
- Потому что они русские, - без раздумий ответил Шепард. - У каждого русского из тех, кого мне приходилось встречать по долгу службы, в душе жило великой силы чувство справедливости. И пока они чувствовали, что правы, они поднимались из крови, из грязи, да хоть из самого ада, лишь бы уничтожить своего врага. А те ребята, что убивают нас, правы, потому что борются за свое будущее и за само право жить. И я не знаю насчет всех, но вот тот паренек – Алексей – точно сын своего народа. Знаешь, Джон, - старик отпил из кружки, - не хочу тебя огорчать, но, по-моему, мы все здесь умрем.
- Ты так спокойно об этом говоришь, - произнес изумленный такими словами Смит.
- А чего мне? Я много пожил, много воевал, много видел. Родителей моих давно нет, жену забрал рак, сына – Афганистан. Мне нечего бояться, и когда смерть придет за мной, я встречу ее, как старую подругу.
- Я так понимаю, ты хорошо знаешь русских, – Смит поднялся с койки, плеснул себе чая из котелка и подсел к майору. – Знаешь язык, образ мыслей, культуру.
- Есть немного. Чаще всего я видел их по другую сторону баррикад, причем часто в оптический прицел: Африка, Афганистан. Но однажды мне довелось сражаться с ними бок о бок. Я тогда ходил в звании первого лейтенанта, - майор погрузился в воспоминания. – Никогда не забуду того капитана, командира десантно-штурмового батальона. Вообще русские в тот день нас спасли. Понимаешь, я вырос в разгар холодной войны, был воспитан на идеологии, говорящей, что Советский союз – «империя зла». Та встреча все изменила, заставила меня понять, что они точно такие же люди, как мы. Это там, наверху, сидят те, кто сталкивает нас лбами ради каких-то своих целей, а нам-то, простым людям, война не нужна. Так что, по-моему, тот паренек прав, это место должно оставаться забытым и потерянным.
- Но при этом ты остался в армии служить чужим интересам. Почему?
- Потому что, к сожалению, я больше ничего не умею делать и другой жизни просто не знаю. Не могу себя представить фермером или рабочим. Ладно, что-то я разошелся. Надо поспать, - старик поднялся из-за стола и переместился на койку.
- Спокойной ночи, Алекс!
- И тебе, Джон! – Шепард укрылся одеялом и отвернулся к стене, а Смит вернулся к костру и уселся, попивая чай и пытаясь переварить все то, что сказал ему майор. За время разговора никто так и не заметил сидящего в темном углу юношу с грустными глазами, который напоследок еще раз взглянул на двух снайперов и испарился в темноте.

***
Алексей сидел за столом и изучал очередную папку. Широко зевнув, парень понял, что пора бы заканчивать с бумагами. Токарев запер комнату и отправился в столовую. В гостиной ему встретилось несколько ребят, которые молча проводили его взглядами.
Еще на подходе к столовой Леша почуял запах дыма. Заглянув внутрь, он обнаружил курящего Карвель, который сидел за столом с открытой бутылкой коньяка. Токарев по состоянию Димы определил, что тот уже нормально принял на грудь. Карвель сделал очередную затяжку и слегка захмелевшим голосом обратился к товарищу:
- Леха! Проходи, садись! Я вот, как видишь, пью.
- Нормально пьется? – спросил Алексей, подсаживаясь с рюмкой.
- Нормально! – подтвердил Карвель. – Я что пью-то? Вот знаешь, Леха, я всегда думал, тяжело убить человека. А оказалось, что спустить курок – пара пустяков. Тяжело становится потом. И сижу теперь, не знаю, что дальше делать, – Дима накатил еще рюмку, Токарев последовал его примеру.
- Что делать, что делать? Жить с этим дальше, вот что делать. У нас другого выбора нет.
– Знаю. Только все равно хреново, - Дима призадумался. – А ты как вообще думаешь, для нас вся эта история хорошо закончится?
- Ну а как же? Транспорт найдем, лаборатории уничтожим, чтобы никому не достались. И с этими товарищами наверху, - Леша указал пальцем, - разберемся.
- Ты их что, совсем не боишься? – спросил Дима, наполняя тару.
- Как тебе объяснить? Боюсь, конечно. Перед выходом на поверхность. Ну а там, наверху, страх пропадает. Как говорится, глаза боятся, а руки делают. Снаружи я их уже не боюсь, а опасаюсь. А еще я прочитал однажды в какой-то книге: «Солдат – это профессия, боец – черта характера, а воин – это состояние души». Пригляделся я к этим людям, и кажется, воин среди них только один, вот его стоит опасаться больше всего.
- Как понять: «состояние души»?
- Воин – это человек, живущий войной, его душа без этого не может.
- Разве можно жить войной? Война – это плохо, – Карвель быстро пьянел.
- Ну, знаешь, кому война, а кому мать родна. Пора бы тебе, Димон, на боковую. Поговорить еще успеем.
- Есть, командир! - парень отдал под козырек, выбрался из-за стола и слегка заплетающимися ногами вышел в коридор. Токарев покачал ему вслед головой, убрал бутылку и окурки, подумав, хлопнул налитую рюмку и тоже отправился спать, на ходу размышляя о предстоящих делах.

[1] Иди ко мне! (нем.)  






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 08.03.2019 Даниил Рыбаков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2509386

Рубрика произведения: Проза -> Остросюжетная литература










1