Перевёрнутый мир (Глава XX - XXI)



                                                                                                             Глава XX
    Пашка рванул помогать ребятам укладывать трупы. Валера сидел возле второй машины. Судя по тому, что у него была рация в руке он пытался выйти на связь.
- Валер, что стряслось то? Откуда эти демоны взялись? – спросил я, натягивая на себя свежую одежду. Пашка подсобил мне, и я быстренько смыл с себя омерзительную вонь.
- Ничего не понимаю. Наркоты нет, грузовики пустые. Бочка пустая. Подстава какая-то!
- А это кто? – спросил Лихо подходя к нам и кивая в сторону трупов, сложенных возле бензовоза, - Откуда взялись? Как черти из табакерки повыскакивали!
- Связи нет. Заказчик не отвечает. – задумчиво произнёс командир, отклоняясь от ответа.
- Что-то здесь не ладно. Мех, проверь на всякий случай машины. Надо выбираться отсюда. То, что поедет, на том и свалим.
- А где Оазис, про который говорил заказчик? – спросил Паша, - Здесь песок кругом. Это место ничем не отличается от других. Воды здесь нет и быть не могло. Во втором грузовике воды много. Четыре бочки. Пятая почти пустая. Там, кстати, сумка с вещами валяется. Похоже, женская. Не нашей ли девочки, часом? Цистерна пустая. Бенза в ней нет.
- Израсходовали, наверно – сказал Лёха.
- Его там и быть не могло. Снизу проржавела. Дыра во всю длину. Люк открыл, а там песок под машиной видно. Даже запаха нет…
Командир покачал головой. Ему явно всё это не нравилось.
- Ну что за белый лебедь у нас там? – спросил Валера, обращаясь ко мне и кивая на первую машину.
Мы отошли немного в сторону.
- Свиридова Анжела Александровна. 23 года. Наша землячка. Как сюда попала не помнит. Сколько здесь находится затрудняется сказать. Могу предположить, дней пять. У лебедя, - в такт Валеры сказал я, - голодание и сильное обезвоживание. Состояние тяжёлое, но жить будет. Сейчас приходит в себя. Позже перевяжу её.
- Свиридова, Свиридова… - как-то задумчиво произнёс Валера. - Знаю я Сашку Свиридова. Успешный бизнесмен. Не слышал о таком?
Я отрицательно мотнул головой.
- Хороший мужичок, говорят, правильный. И бизнес у него процветает. Металлом занимается. Переработка, утилизация. Только дочка у него выросла полная оторва. Сейчас ей лет двадцать-двадцать два отроду. Может чуть больше. Зовут как раз Анжела. Слышал, очень красивая стерва выросла. На личико смазливенькая. Но по характеру заносчивая, своенравная, злая, хитрая и расчётливая. Редкого цинизма девочка. Ломала людей как щепки, потому как за мусор их считала. Постоянно крутилась в центре всех скандалов. Ну как ты не знаешь, Игорян?! - я снова отрицательно мотнул головой - Мать её погибла давно. Пришлось Свиридову самому воспитывать девочку.
- А ты говоришь мужик он правильный! Если то, что ты говоришь правда, тогда получается, что воспитал, то и выросло!
- Редкое исключение. Говорит, он её так не воспитывал. Не этому учил. Тут мамины гены. Жена у него конченая была. А погибла по своей дурости. Из-за характера своенравного. Норова необузданного. Где-то на дороге сцепилась с кем-то. То ли не пропустил её кто, то ли ещё что. Не знаю. Но со психа газ в пол вдавила. А много ли бэхе надо, что б разогнаться? Ну и рульнула на встречку на скорости 100 км в час. А там как из-под земли большегруз. Погибла на месте. Лет десять - двенадцать назад это было. Получается, лет десять - одиннадцать девочке было. Ну вот папа и начал дочку баловать. А та с него верёвки вила. В грош не ставила отца родного. А тот любил её. Вот и отказу ей ни в чём не было. Сам понимаешь. И школа для неё лучшая, и колледж за границей, и отдых в разных странах. Бизнес свой у неё. Кажется, пару лет назад папа организовал и подарил ей на двадцатилетие модельное агентство. Она и сама выступала на подиуме. Первые места занимала. Фигура что надо у неё. Прикинь, в двадцать лет звезда! Свет софитов, толпы поклонников. Головокружительный успех! Отец надеялся девушка за ум возьмётся. Живота для неё не жалел. Деньги портят человека. А молодую девочку испортили, извратили совсем. Ох, Игорюшка, - покачал головой Валера, - если это не дай Бог она, трудно нам придётся… Судя по её выходкам в отеле, девяносто процентов из ста, что это она.
    После всего услышанного мне совсем не хотелось видеть её. Мало того, что моя память ещё очень живо хранила выходки этой выскочки в отеле, я понимал, что может быть ещё круче. Может, пристрелить её под шумок? Люди, которых она обидела мне потом ещё и спасибо скажут. Ну да ладно. Набрав ведро воды стал отмывать каску и броник.
Час спустя забрался в кузов к Анжеле.
- Ты тут жива? – спросил я.
- Да… - слабо протянула девушка.
- Давай осмотрю тебя, обработаем твои раны, да сделаем перевязку.
Она лишь быстро закивала головой. Достал бинт, сделал из него марлевый тампон, развёл антисептик. Протёр её лицо, шею, осторожно протёр руки, попутно ощупывая их на предмет переломов. Пальцы на руках целы, но кровообращение нарушено. Чувствительности, похоже, нет. Пальцы ледяные. Руки хоть и были синими от побоев, но обошлось без переломов. Микола рассказал несколько полезных рецептов своих секретных мазей, которые сказочно быстро заживляли раны, и я не преминул воспользоваться новыми знаниями и всегда держал небольшой запас чудесного средства. Осторожно промыв повреждённые кисти рук, нанёс на них чудодейственную мазь. Наложил бинт. Затянул не слишком туго. Снова дал попить воды, аккуратно, не касаясь губ, поднеся фляжку, наклонил.
- Три глотка, слышишь? - она сделала три глотка и подняла голову. Умница! Достал плитку шоколада из сухпайка, отломил кусочек и положил ей в рот. - Сразу не ешь. Соси как конфетку, поняла?
Она снова кивнула. Обмакнул тампон в антисептик, потянул её грязный топик вверх. Девушка стыдливо закрыла грудь руками.
- Вот тебе здрасти! – удивился я, – Руки убери!
Она послушна отдёрнула руки, обнажая груди и отвернула голову. Видно было, как краска залила её лицо. Лихо сидел на краю кузова с автоматом на перевес и внимательно смотрел по сторонам. Я протёр грудь. Да. Досталось девочке. Груди чуть не оторвали, гады. Кожа местами аж надорвана. Левый сосок совсем плох. Откусили, похоже. Правый опух и кровоточил. Грудная клетка вся в ушибах. Рёбра, слава богу, целые. За внутренние органы сказать ничего не могу. Тут и селезёнка рядом, и печень, и почки. Ударом можно легко повредить. Ну селезёнка нет, её повреждения терпеть невозможно и вообще, разрыв чреват быстрым летальным исходом. Снова взялся за мазь. Намазал все кровоподтёки, взял ватный диск, нанёс на него побольше мази и аккуратно прилепил к оторванному соску. Отрезал два кусочка лейкопластыря и приклеил их крест-накрест. Анжела ни разу не застонала. Только закусила губу и терпела. Я снова взялся за марлевый тампон. Дошёл до пояса.
- Давай дальше сама, - хмыкнул я.
- Хорошо! – тихо ответила она.
Поставив чашку с антисептиком рядом с девушкой протянул ей бинт. Та молча смотрела на меня. Терпение у меня кончилось быстро, я положил тампон на скамейку, пошёл к выходу. Тронул Лихо за плечо.
- Пошли.
Мы спрыгнули с борта на песок. Бесцельно побродив вокруг машин минут пять, я услышал:
- Игорь, можно Вас?
- Ты уже всё? – спросил я и разочарованно посмотрел на ноги. Ничего не изменилось.
- Я… я… я не знаю, как Вам сказать… - Анжела потупила голову, готовая расплакаться. – Руки… - она подняла безжизненно висящие пальцы перед собой - Пальцы не слушаются… Я не могу бинт держать… Что бы это… ну… ноги… и… там протереть…
Голос сорвался. Слёзы потекли по щекам. Лицо Анжелы было пунцовым от стыда.
- Руки заработают, это временно. У тебя анемия. Кровоснабжение наладится и завтра-послезавтра пальцы будут двигаться.
Да уж. Задачка. Честно говоря, мне и в голову не пришло, что руки у неё не работают. Мне бы подумать, как же она себе всё будет протирать. От мысли, что мне придётся делать это самому, краска залила и моё лицо. Делать надо. Не дай Бог заражение. Тянуть нельзя.
- Ну, это… - начал я, запнувшись, - давай, что ли, я…
- Давайте… - тихо сквозь слёзы сказала она.
    Моя профессия наёмника ну никак не предполагала, что мне придётся где-то вот так, посреди пустыни, быть в роли гинеколога и оказывать помощь изнасилованной девице. Анжела послушно вставала, наклонялась, садилась, раздвигала, поднимала. Мы оба были пунцовые от стыда. Изнасиловали девицу жёстко. И почему у арабов такое огромное мужское достоинство? Я достал мазь. Руки тряслись от волнения и неловкой ситуации. Аккуратно смазал всё вокруг. Анжела дёрнула ногами.
- Тсссс... – прошептал я ей и чуть было не подул ей между ног, но вовремя спохватился, - Уже всё. - С этими словами я завинтил пузырёк с мазью.
Пот градом катился с моего лба. Анжела тихонько плакала, отвернув голову не то от стыда, не то от злобы на себя, не то от боли. Во второй машине действительно оказалась сумка Анжелы. В ней, очень кстати, нашлось сменное нижнее бельё и какая-то одежда. Пашка нашёл эту сумку в луже запёкшейся крови рядом с трупами мужчин и притащил к нам в машину. Я помог натянуть Анжеле трусы. Лифчик одеть не удалось. Левая грудь отдавала острой болью при любом прикосновении, а правая опухла и стала на размер больше. Общими усилиями одели широкие брюки и блузку. Застегнув все пуговицы, принялся натягивать на её ноги босоножки. Покончив с ремешками, отёр пот со лба и уже было начал подниматься, как вдруг Анжела внезапно обхватила мою голову негнущимися руками с силой прижала к себе и попыталась поцеловать меня в щёку. Я резко дёрнулся в сторону, брезгливо уворачиваясь от её губ и чуть было не врезал ей наружной стороной ладони. Вскользь ей удалось задеть меня щекой.
- Спасибо Вам, Игорь… и… и… Простите меня… За то, что там, в отеле…. Я вела себя как… как… - опустив голову Анжела замолчала.
Я ничего ей не сказал, лишь кивнул головой, вытер рукавом щёку и спрыгнул на песок. Нужно было прийти в себя. Лицо горело.
- Всё в порядке? – как из-под земли вырос возле меня Пашка. Я показал большой палец вверх.
- Подсобишь? – Пашка показал на лежащего рядом с машиной мёртвого бородача-Нео со снесённой черепной коробкой. Взяв за руки, за ноги мы потащили труп к псевдобензовозу. Мех возился с первой машиной, где была Анжела. Сидя в кабине, он возился под рулём. Стартер натужно завыл и мотор, чихнув, завёлся.
- Готово! – заявил он.
Мастер. Что ни говори, мастер. Пока Миха возился с машиной, командир на бархане устанавливал связь, а я ухаживал за девицей, Пашка с Коляном стаскали почти всех арабов к бензовозу и обшарили их карманы. К своему удивлению они не нашли ни одного документа. Ничего! Оружие в отвратительном состоянии. Патронов нет. Остатки повытаскивали из не дострелянных магазинов. Калибр не наш. У этих 5,45, а мы использовали старые 7,62. Запасных обойм ни у кого из них не было. Они умудрились почти всё расстрелять. Ещё бы минута и мы могли бы взять их голыми руками. Ни одной гранаты, ни одного ножа. Да что это такое??? В двух джипах крупнокалиберные пулемёты и вовсе были заклиненные. Патронов к ним не было ни одного. Командир вернулся с плохими вестями. Связи нет. Было принято решение завести вторую машину и возвращаться на точку высадки. Мех без труда завёл и вторую машину. Трупы мужчин мы сфотографировали и отнесли их в общею кучу. Не везти же их с собой. Жара за 30-ть. Подтянули к псевдобензовозу джипы, предварительно слив с них всё топливо и заправив наши два зилка. Подожгли и двинулись в точку сбора. В первой машине за рулём Лихо, рядом командир. В кузове Николай. У нас в машине за рулём Миха. В кузове мы с Пашкой и Анжела. Машина шла по песку ровно и мягко. Ехали не быстро.
– Можно Вас кое о чём спросить? - робко спросила она, подойдя ко мне и присаживаясь рядом.
- Валяй. – кивнул я головой и поморщился. – Да, кстати, давай сюда руки…
- Кто вы? – спросила девица и положила свои неработающие пальцы правой руки мне в ладонь. Пальцы были ледяные и безжизненные. Я начал потихоньку массировать ладонь и разминать пальцы. Она немного морщилась от боли, когда ладонь сильно сгибалась. Сквозь бинты проступила кровь. Боковым зрением я видел, что Анжела бросает на меня короткие взгляды. Я начал неожиданно, игнорируя вопрос девушки о том, кто мы:
- Вы со Славиком то давно женаты?
Её пушистые ресницы удивлённо взлетели вверх.
- Здесь познакомились…
- Мммм. – протянул я. – А говорила муж! – та стыдливо опустила голову.
- Нет больше Славика! – подал голос Пашка.
На моё удивление та никак не отреагировала на известие о мёртвом товарище. Пальцы девушки от моего массажа становились тёплыми. Мне даже показалось, что она слегка сжимает их. Анжела улыбнулась. Значит не показалось.
- А можно теперь я тебе пару вопросов задам? – в такт нахалки спросил я, заглянув в глаза. Анжела кивнула.
- Как вы сюда попали, и кто с вами был ещё?
- Мы на экскурсию поехали. 22 июня. Утром. - начала она своим мягким, приятным голосом, - В Оазис. Объявление в холле повесили. Сели в автобус восемь человек. Ехали не долго. Нас остановили на каком-то посту. Шлагбаум, военные. Говорили на английском языке. Из разговоров ничего не поняла, но, похоже, нам не рекомендовали ехать дальше и попросили возвращаться в отель. Наш экскурсовод поругался с ними и в конце концов мы проехали. Через час мы услышали выстрелы. Нас обстреляли. Автобус остановился и нас пересадили в эту машину. ЗИЛ, кажется, - я утвердительно кивнул головой. – Ну а потом… - она запнулась. Пальцы правой руки уже ощутимо сжимали мою ладонь. Рука стала тёплой. Анжела посмотрела мне в глаза, сделала несколько глубоких вдохов. Было видно, что дальнейшие воспоминания вызывают у неё душевную боль. Чуть помолчав она кивнула на ладошку, которую я осторожно разминал:
– Как будто иголочками ладонь колет. – улыбнулась она.
- На, попей, - выпустил из рук ладонь, поднёс к её губам фляжку с водой. Она сделала три больших глотка и подняла голову вверх. Быстро учится. И терпеливая, невероятно! Отломил дольку шоколада. Снова положил ей в рот.
- Так и должно быть, кровь начинает циркулировать. - Я взял левую ладонь в руки, посмотрел на часы. - Дайка я тебя ещё раз осмотрю… - сказал я, отпуская её руку и щёлкнув тангетой проговорил – Командир, скоро прибудем?
- Уже… - сказал Валера и мы тут же остановились. Я пощупал её шею, осмотрел язык и горло, отодвинул нижнее веко. Повернул к себе спиной прощупал поясницу. Потом положил её на спину, придвинул колени к животу и аккуратно прощупал живот. Выпрямил ей ноги. Когда полез ей в трусики у Анжелы перехватило дыхание, но она сдержала порыв руки удержать мою, лишь слегка дёрнулась. Лимфоузлы в норме.
- В туалет не хочется?
- Нет. – чуть запнувшись ответила она.
- Горечь во рту есть? Привкус металлический?
Девушка сглотнула слюну, прислушалась к своим ощущениям.
- Нет.
Спина не болит? Колющая боль в районе поясницы есть?
- Немного болит… Боль не острая.
Анжела явно заволновалась. В кузов заглянуло три рожи в касках с тревогой в глазах.
- Док, что у тебя? – спросил командир.
Я спрыгнул вниз к товарищам. Мы отошли в сторонку.
- Она ничего не пила и не ела пять дней. У неё сильное обезвоживание и голодание. Она уже выпила около полулитра воды, а в туалет не ходит. – сказал я в пол голоса.
- Ну и что? – пожал плечами Валера.
- В организме токсинов много. Организм должен их выводить. – сказал Паша.
Я кивнул головой.
- Как бы почки ей не отбили.
- Жить будет? Насколько всё серьёзно?
- Будет. Пока понаблюдаем.
Я забрался в машину. Анжела с тревогой смотрела на меня, будто хотела прочитать свой приговор у меня на лице.
- Что-то серьёзное, да? – с тревогой в голосе спросила она.
- Нет, нет, не волнуйся, - поспешил успокоить её и на полном автомате погладил по голове. Спохватившись одёрнул руку и вытер об брюки. – Давай продолжим массаж. Как твоя правая рука? – Я мельком глянул ей в глаза. Они блестели, но уже совсем не так, как тогда, в отеле.
Анжела выставила правую руку и потихоньку сжала мой малец. Кисть начинала работать. Ладонь стала тёплой. Она подала мне левую руку оперевшись правым локтем на мою ногу. Я начал массаж и возобновил расспрос.
- Что было дальше?
Девушка глубоко вздохнула.
- Четверых, что ехали с нами и экскурсовода убили сразу. Этот, который Слава, долго разговаривал с ними о чём-то. Потом его и ещё одного парня арабы почему-то отпустили, а нас с Викой развели по разным машинам. Больше я никого из них не видела.
- Славику твоему испанский галстук сделали. – проговорил Пашка, забираясь в кузов машины, - Болтанул лишнего. Что-то им не понравилось. А второй умер от потери крови. Его на лоскуты порезали.
- Ужас какой!!! – с неподдельным страхом воскликнула Анжела, посмотрев сначала на Павла, а потом на меня. – И… и он не мой, если что!
- А Вику мы не нашли. – продолжил я - Её точно во вторую машину отвели?
- Совершенно точно. Возможно, её потом перевели в другое место, но я этого не помню. Дня два в сознании была, а потом всё как в тумане.
Я покачал головой. Ярость снова заклокотала. Но причина была уже не в девушке. Хотелось голыми руками задавить тех арабов. Разорвать их голыми руками! Девушка вскрикнула от боли. Я и не заметил, как перестал контролировать силу и до боли сжал её ладонь. С левой рукой дело шло быстрее. Я снова дал ей попить и сказал сделать пять глотков. Она послушно отсчитала пять и подняла голову. Скосила глаза на рюкзак, где лежала плитка с шоколадом.
- Это они с тобой такое сделали? – спросил я глухим голосом, уловив взгляд девушки и догадавшись, что она хочет шоколад. – Прости, что спрашиваю.
Анжела криво усмехнулась и закусила губу:
- У этих уродов не стоит. – сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не расплакаться, сказала она – Да и низкорослые они какие-то. Так и так пристраивались. А я ещё хрюкать начала…
Мы в недоумении переглянулись с Павлом и уставились на неё.
- Я слышала, что для них свинья грязное животное… Только не смейтесь, ладно? – она смущённо улыбнулась и снова закусила губу.
- Гениально! – Пашка широко улыбнулся! – Точно! Вот ты молодчина то какая!
Я покачал головой и поднял большой палец вверх. Такой находчивости я от неё не ожидал. Выудил из рюкзака начатую плитку шоколада, отломил большой кусок и дал ей. Пережевав сладкий кусочек, девушка продолжила:
- Это они со злости от своего бессилия в меня всякую дрянь стали пихать. Всё, что под руку попадалось. То палку, то ключ гаечный… - тут она споткнулась, проглотила ком в горле, вдохнула и сквозь слёзы прошептала – и автомат… ствол засунули, гады… так больно было… - с этими словами она сорвалась и зарыдала в голос уткнувшись мне в плечо. Больше я ни о чём спросить не успел. От нахлынувших воспоминаний пережитого у Анжелы началась истерика. Глазами я показал Пашке на аптечку. Тот без лишних вопросов быстро сварганил болтушку. Мы с трудом влили ей пару глотков сквозь стучащие зубы. Через две минуты голова девушки потяжелела, всхлипывания прекратились, и она уснула у меня на плече. Правая рука девушки держала меня, обхватив мою спину, а левая, ещё с трудом, даже сквозь сон, сжимала мою ладонь. Видимо, огромный пережитый стресс, страх и боль даже в отключке давали сигналы мозгу цепляться за меня, не отпускать.
    Пашка помог мне потихоньку расцепить руки и выкарабкаться из-под головы девушки, которая благополучно отрубилась сладким сном после нашего с Пашкой коктейля. Мы выпрыгнули на опостылевший песок. На точке высадки ещё сохранились наши следы. Их ещё не уничтожил ветер.
- Командир, ещё одна девчонка была, во второй машине Вика зовут. Там, где мужики двухсотые лежали.
- Загадка… - Валера почесал затылок сдвинув каску на глаза. Паша метнулся во вторую машину. Через 20 секунд всё стало ясно.
- Была вторая, точно. Следы от наручников на балке под тентом есть. Следы свежие. Точно на том же месте. Тоже подвешивали, гады!
- Куда ж она деться могла? – командир задумчиво покачал головой. – Ладно! Попробую на связь выйти.
По его виду мы поняли, что надежды на связь уже нет. Валера долго вызывал Монолит, таков был позывной нашего заказчика, но в эфире была мёртвая тишина.
- Нам надо попасть в лагерь. Дорогу найдём? – спросил подошедший к нам Валера. Паша покачал головой.
- Они нас хитро повезли. Вечером. Горизонт раскалённый, марево кругом. Ориентиров никаких нет. – Паша сплюнул на горячий песок.
- Да хера им лысого, - подал голос Лихо, доставая из рюкзака гаджет – у меня, сука, все ходы записаны.
Лёха, наш гений электроники, припрятал в рюкзаке подобие электронной карты, которая отмечала все наши передвижения.
- GPS не нае..шь!
С этими словами он торжественно положил подобие планшета на рюкзак и на карте мы отчётливо увидели весь наш маршрут.
- Вот точка отправления, мля, - ткнул он пальцем в экран, - вот тут мы стояли, нах, вот снова двигались, бля, а вот типа Оазис! Вот тут мы сейчас. Нам надо вот сюда. Вот тот лагерь. – выпалил он так, будто отбивался, играя в карточного дурака.
- И чего раньше молчал?
- Ну… Время ещё не пришло! – развёл руками Алексей, отвечая на мой вопрос.
Колян стукнул Лёху сзади по каске.
- Оболтус, блин.
    Истошный женский визг со стороны первой машины заставил нас чуть ли не открыть огонь. Нервы были на пределе. Лихо за доли секунды метнулся к машине с автоматом на изготовку. Через секунду послышалось два выстрела очередью, а потом ещё одна очередь, только уже из отборного мата нашего друга. Я следом, а Пашка с Коляном бросились к машине, но с другой стороны. Валера шлёпнулся на песок и взял под контроль территорию за машиной. Когда мы оббежали тент, то остановились в полном шоке. Наша Анжела, ещё не очухавшись от напитка, с туманом в голове, ничего не понимая, но сообразив, что она снова одна и снова в проклятом грузовике, кинулась бежать. Закричав от ужаса, она выпрыгнула из грузовика и упала чуть ли не в руки подскочившего Лихо, а тот в свою очередь, не ожидая такого подвоха, чуть не прошил девчонку очередью из автомата. Паша присел перед Анжелой, которую пытался удержать Алексей и попытался её успокоить, но та прерывисто дышала, дико вращала глазами, махала в воздухе руками, брыкалась ногами и пыталась кусаться. Я сунул автомат Пашке и перехватил руки девушки. Та обвела нас своим мутным взглядом, на секунду поймала мой взгляд, тут же затихла и обмякла у меня в руках.
- Во! Дока опознали – загоготал Паша. Наши заухмылялись.
Подхватив невесомую девушку на руки, я попросил открыть кузов. Парни откинули скобы, тот тихонько скрипнув открылся. Пашка заскочил на верх и принял у меня невесомый груз. Я метнулся следом. Пока Пашка держал Анжелу, мы с Лёхой быстро сдвинули две лавки вместе, разложили спальный мешок. Паша аккуратно положил девушку на импровизированную кровать. Лихо свернул грубую ткань рулоном и получилась некое подобие подушки.
- Док, не отходи от неё! – сказал Валера, наблюдавший всё это со стороны. Я кивнул.
Пашка присел рядом с ней. Взял ладонь девушки в свою руку. Анжела, не открывая глаз вырвала свою руку из его рук. Паша недоумённо посмотрел на нас. Под опущенными веками было видно, как глаза девушки нервно дергались из стороны в сторону.
- А ну-ка, Док, давай ты… - скалясь сказал Павел.
- Да ну вас… - отмахнулся я, поправляя ремешки броника.
- Ради эксперимента давай я! – Лихо понял, куда клонит Пашка, подсел рядом и взял в руки ладонь девушки. Через секунду девушка, не приходя в себя, начала выдёргивать ладонь из его рук.
- Прикольно… - пробормотал Алексей растерянно глядя на нас. – Док… ну…
Все таращились на меня. Теперь и мне стало любопытно. Подсел рядом. Взял руку Анжелы в свою. Анжела дёрнула рукой и тут же обхватив мою руку своими прижала к себе. Наши присвистнули и загоготали. Она тут же успокоилась, дыхание выровнялось.
- Вот и не верь после этого в чудеса… - проговорил немногословный Колян.
Для меня такое поведение девушки оказалось неожиданностью. Руку выдёргивать не стал. Она накрепко вцепилась в неё обеими руками. Паша открыл ей веки, посмотрел зрачок, повернулся ко всем:
- Она реально в полной отключке…
Наши закивали головами, поражаясь увиденному. Лёха как-то странно посмотрел на меня, подмигнул, похлопал по плечу и тихо сказал:
- Игорян, никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь…
Пашка улыбнулся, подмигнул и тоже похлопал меня по плечу. Все разошлись. Я сидел и огорошено смотрел в это безмятежное детское лицо девушки. Длинные ресницы даже не дрожали. Зрачки не бегали. Спокойное лицо выражало полную безмятежность. Дыхание ровное и глубокое. Лишь руки немного вздрагивали, сжимая мою руку сильнее. Я положил левую руку поверх её. Она вздохнула, чуть дёрнула головой и улыбнулась. Может, сон какой хороший снится? После того, что пережила эта девочка с трудом верилось, что когда-нибудь она сможет забыть этот кошмар. Красивая. Вот бы такую… Я тяжело вздохнул с трудом отводя взгляд. Жаль, что стерва. Левой рукой снял автомат, положил на колени, навалился правым плечом на борт и закрыл глаза. Правой рукой ощущал, как маленькие руки сжимают мою. Постоянно. Чуть расслабляются, вздрагивают и снова сжимают. Как провалился в сон не помню.

                                                                                                                 Глава XXI
     Очнулся ото сна. Голова лежит на мягком. Сам во весь рост на лавочке. В берцах и бронике. Каски нет. Автомата нет. Осознание пришло быстро. Лежу в зилке, на лавке. Тишина. Под головой что? Скосил глаза. О! Худенькая ножка в кремовых брюках. Анжела. Я сплю головой у неё на коленях. Ну круто! Пошевелился. Тут же тёплые руки погладили меня по лицу и по голове. Я поморщился. Прикосновения были приятными, но знаки внимания этой хамки меня раздражали.
- Доброе утро! – хихикнула Анжела, - как Вам спалось?
Подняться в бронике рывком невозможно. Аккуратно спустил ноги и потихоньку поднялся.
    В кузове полумрак. Несколько дырок в тенте, да сквозь опущенный занавес сзади, пробивался яркий свет. Откинул тент наверх, впустив яркий свет. Тихий смех заставил меня оглянуться на неё. Во внешности девушки произошли разительные перемены. Она явно умылась, помыла голову и расчесала свои серебристые, шикарные, слегка волнистые волосы.
- Ух ты… - только и вымолвил я, спросонок вытаращившись на неё.
Она скромно улыбнулась, чуть наклонила голову и в такт мне сказала:
- Ух, я…
Она поднялась с импровизированного лежака. Немного с трудом. Видимо ко всем её ушибам я напрочь отлежал ей ноги. Повисла неловкая пауза.
- Наши кушать с собой звали. Я сказала, мне доктор не велел. – многозначительно посмотрела она на меня улыбнувшись – отказалась. Вот, Павел с Николаем умыться-помыться помогли. И Вас перевернуть. Вы такой большой и тяжёлый! – она снова как-то по-особому засмеялась. Смеялась тихо, как будто ручеёк журчит.
- Эээээ… - выдохнул я, собираясь с мыслями, откровенно растерявшись. – Сейчас ужин организуем. – глядя на часы, пробормотал я, лихорадочно отстёгивая броник - Надо было покушать, Анжела! А если б я сутки продрых? – броник грохнулся на пол. Я склонился над рюкзаком, трясущимися руками развязал узел. Открыл, выудил оттуда две банки с рисовой кашей и бутылку с водой, которую зачем-то взял с собой из отеля. Кашу поставил на лавочку и с бутылкой воды в руке резко, по-военному, повернулся к Анжеле.
- Нуууу… - задумчиво протянула Анжела, - Я бы… Я бы всё равно Вас ждала!
- Пить хочешь? То есть… - я запнулся и замер перед ней с бутылкой воды.
Девушка сделала пару быстрых шагов и её руки обвили мне шею. Она прижалась ко мне. Держа в одной руке бутылку с водой, другой рукой я машинально обнял её за спину. Теперь её волосы пахли нашим военным банным мылом, которое мы получили перед заданием. Она прижималась лицом к моей груди. И тут я всё понял. Не зря у неё такая надпись на спине. Вот проблять! Ей всю матку вывернули наружу, а она! Живого места на теле нет, а туда же! Я уже было собрался оттолкнуть её, но она как будто прочитав мои мысли вдруг сказала:
- Вы не подумайте ничего. Тату по дурости сделала. На спор. А сейчас я хочу, что б Вы меня обняли. Рядом с Вами чувствую себя в безопасности. – вздохнула она. Выпучив глазищи, я смотрел на неё не понимая, что происходит.
- И простите меня ещё раз за ту наглую и глупую выходку в отеле. – она потёрлась головой об мой подбородок, - Теперь то я понимаю, что Вы из нас могли отбивные за секунду сделать. И Мишу я вспомнила, он сидел неподалёку от Вас. Вы настоящие мужчины. – с этими словами она снова прижалась ко мне. Коснулась лбом моего подбородка. Я дёрнул головой.
- Будем ужинать? – спросила она, оторвалась от оторопевшего меня, встала на цыпочки и внезапно поцеловала меня в уголок губ. Я быстро вытер место поцелуя рукой. Глядя на мой растерянный и ошарашенный вид, она снова засмеялась своим чистым, переливчатым смехом, смешно, как-то по-детски сморщив носик. – А то у меня животик к позвоночнику прилип!
Через пятнадцать минут мы сидели возле грузовика и Пашка доставал горячие банки из кипящего на маленькой газовой горелке котелочка. Анжела смотрела на хлеб как на деликатес. А когда Пашка и я стали открывать безумно ароматную, хоть и дешёвую рисовую кашу с тушёнкой Анжела аж застонала.
- Кушай не торопясь. – Паша подал ей ложку и банку каши с кусочком хлеба сверху. Руки у Анжелы почти восстановились. Но тряслись они у неё совсем по другой причине. Наголодавшись и наскучавшись по горячей еде её потрясывало от нетерпения. Она нагребла полную ложку каши, сунула её в рот и от удовольствия зажмурила глаза.
- Мммм… - простонала она.
Мы с Пашкой переглянулись и улыбнулись. К нам подошёл Николай с автоматом на перевес. Они с Пашкой были в карауле и не спали.
- А наши где? – спросил я у Коляна.
- Валерка с Лёхой во второй машине дрыхнут. Их очередь заступать в караул. – чуть с хрипотцой сказал Колян, - А Миха вон, под машиной, – он показал стволом автомата куда-то под машину. Я выглянул из-за колеса и увидел своего спящего напарника, - пока вы отдыхали он автомат из рук не выпускал. Вас охранял. А как вы загомонились, он спать повалился. Видимо, последние несколько дней изрядно вымотали нас и несмотря на зной мы в повалку попадали спать.
У Анжелы от восторга светились глаза.
- Вот это да… Ничего себе! Прям, охранял нас? – произнесла она с набитым ртом.
Николай кивнул.
– Я тут пол банки съела, ещё можно или всё пока?
Мы с Пашей переглянулись. Я заглянул в свою банку. Две ложки съел. Паша наклонил свою. То же самое. Мы засмеялись. Анжела поняла, что мы имеем ввиду и над чем засмеялись, наклонила свою банку, опустошённую на половину и тоже засмеялась.
- Ладно, ладно… - сказала она, облизывая ложку и ставя недоеденную банку в сторону. – Мы ещё посмотрим, кто меньше ест!
Николай потрепал девушку по голове взял её недоеденную банку, выдернул из рук её же ложку, зачерпнул полную каши, отправил в рот и как ни в чём небывало пошёл нести караул. У нас рты открылись от удивления. Колян ко всему прочему был брезглив. И мне ни разу за всю совместную службу с ним не приходилось видеть, что бы он взял соседскую ложку и стал ей кушать. И тем более никогда не видел, что бы он ел с чужой тарелки. Ну, мы не счёт. Тут вопросов нет. Мы как братья и нам не раз приходилось делить еду. Удивил Коля, ничего не скажешь. Я доел банку и облокотился на колесо. Подошла Анжела. Посмотрела на Пашку, опустилась рядом со мной, прижалась к плечу и обняла. Поморщившись, я отстранился от неё, убрав руки, отодвинулся. Девушка не уходила.
- Сколько тебе лет? – внезапно спросила она.
- Да ты у нас настоящая блондинка! – сказал я, разглядывая её ровный пробор без малейших признаков тёмных волос у корней, пытаясь уйти от ответа.
- Да! Настоящая! А ты только заметил?!
- Ну я ж корни волос не разглядывал!
- А ещё я фотомодель… – скромно, по-детски, сказала она, прикоснувшись рукой к моему плечу.
- Оно и видно... – сквозь зубы сказал я, надеясь, что соскочил с разговора про мои года.
- Так сколько же тебе лет?
- Слушай, ну какая тебе разница? – с раздражением ответил я, оттряхивая то место, которого коснулась рука Анжела, как будто замарался.
Девушка поджала губы. Было видно, что она готова расплакаться.
- Да старый уже. Успокойся… - со вздохом тихо ответил я, снова облокачиваясь спиной на колесо.
- Кто там, бля, старый? – раздался звонкий голос Лёхи.
- Эт кто там в старики записался? – заорал возле моего уха спавший под машиной Михаил. Я подпрыгнул от неожиданности.
- А что тогда обо мне говорить? – подал голос командир.
- А я? – повернулся Колёк, с досадой разводя руки в стороны.
- Да вы все охренели что ли??? Спали же все!!! – воскликнул я под дружных хохот своих друзей. Миха стукнул меня по плечу, а Анжела тронула указательным пальчиком мой нос. Я брезгливо дёрнул головой, отмахнувшись как от назойливой мухи.
- Старик, блин! – девушка снова потянулась ко мне с намерением поцеловать в щёку. Я быстро поднялся.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 06.03.2019 Игорь Ефремов
Свидетельство о публикации: izba-2019-2507866

Рубрика произведения: Проза -> Рассказ










1