Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Сайгачья тропа


Сайгачья тропа
фото Сергея Пальчикова
https://otr-online.ru/programmy/bolshaya-strana/po...

Проснуться в четыре утра в летнюю пору, когда солнце встаёт из-за горизонта ни свет, ни заря, городскому жителю трудно, а уж зимой, когда до рассвета также далеко, как и до нашей ближайшей звезды, дело и вовсе непростое. Но мы проснулись. Нашей съёмочной группе предстояло отправиться в дикую степь. Туда, где на многие десятки километров невозможно встретить ни куста, ни дерева. И всё для того, чтобы увидеть сайгаков. Когда-то несметные стада этих древнейших на Земле млекопитающих паслись на землях Евразийского континента вместес мамонтами, шерстистыми носорогами и саблезубыми тиграми. Но если те давно вымерли, то сайгаки не только сумели выжить, но и стали самым массовым видом копытных, обитающих на пустынных землях Евразии. Именно эти интересные факты из жизни реликтовых животных и раззадорили наш интерес к сохранившимся и по сей день этим «живым ископаемым».
Наша «Соната», не обращая внимания на предупреждения спидометра, летела навстречу неведомому. Мимо мелькали придорожные сёла, мирно дремавшие в объятиях предутреннего тумана. Зимы в низовьях Волги странные: кругом в России морозы, а здесь и в январе столбик термометра может показывать плюсовые температуры, да и снега днём с огнём не сыщешь. Кругом – серым-серо. А вот обилием водоёмов Господь эти места не обидел: куда не кинешь взор - всюду протоки, ерики, ветвистые русла Волжской дельты. И там, где дорога почти вплотную проходила вдоль реки, туман поглощал собой всё, в том числе и наше желание нестись с бешеной скоростью.
Посёлок Лиман от Астрахани в сотне километров. Однако, из-за тумана и местами неважнецкой дороги, добрались мы до него лишь часа через два. В условленном месте нас уже ожидал новенький «Патриот».
- Доброе утро, - несмотря на то, что ещё не рассвело, поприветствовал нас, вышедший из отечественного внедорожника плотного телосложения мужчина средних лет. Словно невзначай окинул намётанным взглядом, бросив: Тёплые вещи взяли? - и, не дожидаясь ответа, скомандовал, – перебирайтесь в мой «Патриот». Ваша «Соната» по нашим дорогам не пройдёт.
Владимир Георгиевич оказался не только классным водителем, но и интересным собеседником. Пока мы подскакивали на попадавшихся колдобинах да ухабах, он не только искусно маневрировал между выбоин, но и не торопясь, рассказывал нам о секретах здешних земель.
Проехав километров двадцать по «убитому» асфальту, мы свернули на грунтовку.
- До кордона «Степного» шестьдесят километров, - предупредил нас Владимир Георгиевич, вероятно для того, чтобы мы не расслаблялись. Дорожную слякоть, хоть и «схватило» лёгким морозцем, всё же, то тут, то там встречались нам на пути, едва покрытые тонким ледком лужи, а под ними, чавкающая, прилипающая к колёсам грязь. – А летом – пески. Тоже не всякая техника пройдёт, - словно угадал наши мысли Владимир Георгиевич, уверенно держа в сильных натруженных руках баранку. И в этой уверенности ощущалась иная, жизненная хватка – умение решать любые задачи на все сто.
Уже несколько лет он работал директором заказника «Степной». О сайгаках знал столько, что и не пересказать. И не только знал, понимал, чувствовал зверя. Сайгак едва подумает, куда ему податься, а Георгич уже в ту сторону бинокль направляет. Сопровождает стадо и взором и сердцем. Да и как иначе, на все земли Северного Прикаспия только и осталось, что пять тысяч голов этого вымирающего вида.

фото Сергея Пальчикова

Сам-то Георгич промысловский. Село такое есть в Лиманском районе Астраханской области, Промысловка называется. Когда-то там был ерик Промысловый, камыши да болота. Так вот с середины восемнадцатого столетия на островки меж этих болот стали селить ссыльный люд. Со временем образовалась там станица Промысловая, а затем и село Промысловка.
С охраной природы у Владимира Георгиевича связана вся жизнь. Вот уже тридцать лет охраняет он зверьё от браконьеров. Сначала работал егерем, потом инспектором. Без малого восемнадцать годков на мотоцикле патрулировал. Всю степь исколесил в этих местах вдоль и поперёк. Знает здесь каждую кочку. С закрытыми глазами и днём и ночью и пройдёт и проедет. Так что на степных грунтовках нам оставалось лишь покрепче вцепиться в сидения и уповать на милость Господню.
-Заказник «Степной» был создан именно для сохранения популяции сайгака, - не обращая внимания на наши подпрыгивания на буераках, неспешно рассказывал нам о здешних местах Владимир Георгиевич. - В то время, когда заказник создавали, этого зверя не больше двух тысяч голов оставалось. Вместе с калмыцкими коллегами мы тогда начали проводить рейды. У них отряд был в Элисте. И потихонечку численность сайгака стала увеличиваться.Нам удалось тогда поднять поголовье сайгака и самцов в том числе. – Владимир Георгиевич резко оборвал рассказ и притормозил. Солнце уже окрасило горизонт первыми утренними лучами, так что можно было разглядеть, как откуда-то из глубин степи к нам спешил мотоциклист. Директор заказника вышел из внедорожника.Остановился и мотоциклист. Долго не разговаривали. Перебросились парой фраз и разошлись.
- Это глава местного фермерского хозяйства, - вновь с видимой лёгкостью впрыгивая в машину, на ходу пояснил нам Владимир Георгиевич. – Волки его отару расшугали. Теперь вот баранов своих ищет. Говорит, недалеко отсюда два задранных лежат. Фермеры скот охраняют, а мы сайгаков. Постоянно совершаем объезд территории. У нас десять инспекторов-мотоциклистов, и у каждого свой участок. Каждый метр территории заказника под круглосуточным контролем. Только так нам и удаётся справляться здесь с браконьерством.
Одной такой остановки в степи нам хватило, чтобы понять: посторонних тут не бывает. Вроде и вольная степь, а чужой незамеченным сюда не проникнет. Проехали ещё немного, и вновь остановились. И вновь Георгич, оставив «Патриот», направился в степь. В пяти шагах от дороги остановился возле едва приметного невысокого столбика. На этот раз, мы тоже вышли из машины. На глинистой, красновато-оранжевой почве каждый наш шаг запечатлевался чётко, словно на рассыпчатом лунном грунте.
- Смотрите, волчьи следы. Совсем свежие, - будто предостерёг нас от варварского невнимания Владимир Георгиевич. Ещё чуть-чуть, и эти следы скрылись бы под нашими, а мы лишились возможности прочитать яркие страницы живой книги Природы. Матёрый волчище прошёл тут совсем недавно. Задержался возле столбика с фотоловушкой и, не подозревая, что вошёл в историю, удалился куда-то в степь. – А вот, посмотрите, - словно перевернув страницу, Владимир Георгиевич вновь переводил незнакомый текст книги Природы на понятный нам язык, - вот тут, волчица с волчатами прошли. Видите? Большие следы и пара поменьше.Целая волчья семья побывала тут.
И вдруг, на первый взгляд скучная степь преобразилась, а безликие страницы книги Природы, заиграв яркими красками, заговорили живым понятным языком. Словно ниоткуда на декабрьском степном ковре стали проявляться то норки грызунов, то звериные следы. А вот извилистая стёжка. Это сайгачья тропа. И чтобы понять, куда она ведёт, нужно научиться читать Великую книгу Природы.
На кордон мы добрались, когда солнце уже поднялось над горизонтом.

фото Сергея Пальчикова

Пара неброских строений расположилась прямо посреди степи. Здесь же рядом техника. Чуть вдалеке наблюдательная вышка, да посаженные вокруг кордона чьими-то заботливыми руками молоденькие былинки-деревца. И всё. Ничего больше не мешало взору созерцать бескрайние полупустынные окрестности. Но даже зимой глинистая почва, от окоёма до окоёма, словно ковром покрытая прошлогодней полынью, притягивала взор. Будь то весна или лето, заиграла бы степь иными красками, зазвучала пением ветров, птичьими да звериными голосами, заволновалась бы ковылями, словно румянцем, зарделась маками да тюльпанами, наполняя воздух ароматами вольных трав.
Перед входом в помещение сидел молодой темноволосый мужчина. Одетый в защитный камуфлированный ватник, мужчина держал в руках корку хлеба.
- Здравствуйте, - словно старым знакомым, кивнул он нам головой, и вновь сосредоточился на куске хлеба. - Люська, Люська, - позвал он кого-то. На зов из-за вала, окружавшего кордон, выбежала лиса, схватила корку из рук мужчины и тут же, не обращая внимания на людей, принялась её уплетать.

фото Марины Лазаревой

Мужчину звали Григорий. Уже несколько лет он работал в заказнике водителем. Но животных любил. И как выяснилось, радел за них душой не меньше, чем инспекторы и научные сотрудники.
- У нас здесь прямо на кордоне лисы живут, - пояснил нам Владимир Георгиевич. – Да что лисы! Волки приходят, хорьки. Сайгаки, прямо вот здесь за валом ходят. Да вы проходите в дом. Перед работой подкрепиться нужно.
На длинном, с лавками по обеим сторонам, деревянном столе нас уже ждал горячий чай. И хотя, мы впервые были на кордоне, нас встретили, как старых друзей. Завтракали все вместе. Мы тоже положили свою пайку в общий котёл. И от ощущения этого незатейливого единства на душе сразу потеплело.
Завязался разговор. У нас поинтересовались о цели визита в заказник. Между собой перекинулись парой слов о текущих заботах. А дальше, всё опять свелось к сайгакам.
- По нашим наблюдениям стадо направилось в сторону Калмыкии, - вступил в разговор Николай Васильевич. Он тоже работал в «Степном» инспектором и знал о здешних сайгаках всё. – Так они и мигрируют: то на наших астраханских землях пасутся, то на калмыцких территориях. Это одно стадо – наше пятитысячное, - скорее для нас, чем для коллег пояснил Николай Васильевич. – Но самое большое стадо, конечно, в Казахстане. Там более сотни тысяч голов.
- Да, у казахстанских коллег есть чему поучиться, - отозвалась инспектор Галя – улыбчивая кареглазая девушка, - они стадо без внимания не оставляют. Сопровождают его круглыми сутками. Потому и добились таких результатов.
- И у нас тоже получится, - вставил утвердительное слово директор, -с браконьерами худо-бедно справляемся, а сайгак, если ему не мешать, восстановится быстро сам.
- Мы-то справляемся, - добавил Николай Васильевич, - а вот в других регионах браконьерство процветает. Не так давно на границе с Китаем партию почти из полутора тысяч сайгачьих рогов перехватили. Это о чём говорит? О том, что эта партия не могла состоять из сайгачьих рогов только нашей российской популяции. У нас в России просто нет такого количества сайгаков. Скорее всего, эти рога частично были собраны на территории Казахстана. И очень высока вероятность, что Россия является транзитной зоной, откуда эти рога везут в Китай.
Засиживаться за чаепитием долго не пришлось. Всё на кордоне подчинено строгой дисциплине. У всех здесь свои обязанности. И мы, раз приехали сюда, то должны были подчиняться законам, господствующим в заказнике.
Сайгак – зверь осторожный, пугливый. Человека за версту и чует и видит. Не подпускает к себе. Едва заметит, уходит подальше в степь. Без укрытия и думать не стоит запечатлеть его на камеру. Но мы по наивности твёрдо решили, что без отснятого материала не уйдём.
На территории заказника три скрадкá. Скрадóк – полуземлянка, щедро укутанная защитной сеткой. В таких укрытиях сотрудники заказника, учёные и фотографы долгими часами наблюдают за животными.
Скрадки установлены около артезианов. К ним зверьё приходит на водопой. Встретить у воды можно не только сайгаков. Сбегаются сюда и волки, и лисы, слетаются орланы, жаворонки, журавли. Но увидеть зверя, это кому как повезёт.Бывает, ждать приходится сутками. Но коли дождался, затаи дыхание, чтобы счастье своё не упустить. Если зверь почует неладное, не просто уйдёт, собратьям на своём зверином языке поведает об опасности.
Нам отвели скрадок, около самого крупного артезиана. Естественных водоёмов на территории заказника нет, поэтому воду здесь пришлось добывать путём бурения артезианских скважин. Самая глубокая скважина уходит в недра планеты на двести восемьдесят метров. Но из каких бы глубин здесь не поступала вода, она - солёная. Поэтому животным приходится довольствоваться тем, что есть. Однако не будь и такой воды, жизнь в этих местах давно бы зачахла. А на месте цветущей степи осталась лишь безжизненная пустыня.
На территории заказника «Степной» пять артезианов. И к каждому ведут многочисленные звериные тропы. В зимнюю пору, ещё, куда не шло, всем воды хватает. Летом же столбик термометра зашкаливает за пятьдесят по Цельсию. Это, правда, на солнце. Но если на чистоту, тени в этих местах днём с огнём не сыщешь. Чтобы в зной зверью вдоволь хватало воды, сотрудники «Степного» планируют прочистить старые скважины и пробурить несколько новых.
Расположившись в скрадке, мы принялись ждать. Сквозь защитную сетку, практически полностью закрывающую наблюдательные проёмы, объектив нашей видеокамеры, как и мы, всматривался в степную декабрьскую даль. Откуда-то оттуда, из-за горизонта должны были подойти к артезиану сайгаки. Оттуда, или с другой стороны, не известно? Наше дело ждать, и не выдать себя зверю ни при каких обстоятельствах.
Кто знает, ждали мы час, два, а может дольше?! Но, когда утомлённое зрение начало нас подводить, а бдительность заметно притупилась, мы заметили, как в сторону «нашего» артезиана едва заметными точками стремительно приближались несколько сайгаков.

фото Сергея Пальчикова

Всё ближе, ближе. Мы замерли в ожидании: сайгаки, вот-вот, будут здесь, около нашего скрадка. И мы сможем разглядеть их! Однако животные, вдруг, резко сменили направление и с быстротой ветра начали удаляться прочь. Неужели мы спугнули их? Мы сидели не шелохнувшись. Неужто, они почувствовали нас?
Всматриваясь в удаляющееся стадо, мы не сразу заметили подошедшего к артезиану рогаля. Измотанный гоном он изнывал от жажды. Склонившись своим реликтовым хоботом к воде, он пил, не обращая внимания ни на что вокруг. А мы, позабыв об осторожности, перешёптываясь, разглядывали это великолепное животное от копыт до кончиков рогов.
Именно из-за рогов браконьеры и охотятся на самцов сайгаков, поскольку у самок рогов нет. В китайской медицине сайгачьи рога применяют при лечении многих болезней. Платят за них большие деньги. Но это лишь в Китае. Нигде больше не признаны целебные свойства сайгачьих рогов. Тем не менее, браконьерская охота на этих реликтовых животных ведётся по всему миру. Оттого и сайгаков на Земле почти не осталось.
Сайгаки – животные гаремные. Количество самочек в гареме зависит от силы самца и может доходить до полусотни. Уже через семь-восемь месяцев самочка способна принести в приплод своего первого сайгачонка.А вот самец вступает во взрослую жизнь лишь на втором году после рождения. Во время гона самцы почти не едят, а только пьют. Вот и наш рогаль, приник хоботом к солоноватой полузамерзшей поверхности воды и пил, пил, пил, невольно демонстрируя нам свои жилистые парнокопытные конечности, поддерживающие над землёй уставшее от брачных хлопот немолодое тело.

фото Сергея Пальчикова

Сайгачья жизнь коротка – не дольше пяти-семи лет. И зачастую эта жизнь заканчивается во время гона. Инстинкты зовут престарелого рогаля за самкой. С бешеной скоростью несётся он по степи в поисках ответной любви. Но уставшее сердце не выдерживает, и дряхлый дон жуан в бессилии падает наземь, чтобы освободить место под солнцем подрастающему племени.
Но у нашего водохлёба видно ещё остался порох в пороховницах, хотя, заметно подустав, он и отделился от гарема в надежде утолить жажду у артезиана. Уже около получаса сайгак пил не отрываясь, а мы, не отрываясь, наблюдали за ним.
И тут в поле нашего зрения совсем близко показался волк. Он прибежал к артезиану, и как нам показалось, направился к сайгаку. Но нет, мы ошиблись. Он отошёл от рогаля на некоторое расстояние и тоже стал пить. Пил волк недолго, а напившись, не обращая внимания на сайгака, удалился по своим волчьим делам.
Те несколько часов, которые мы провели в скрадке, показались нам короткими минутами, настолько увлекательным занятием было наблюдать за животными. На кордон мы пришли уже под вечер полные неизгладимых впечатлений.
Сотрудников «Степного» мы застали за просмотром результатов фотоловушек, которые только что принесла на кордон инспектор Галя. Вот серая цапля с песчаным куличком гуляют по мелководью артезиана. Вот степная лисица. Волки устроили братские игры. Вот жаворонок поёт свою песню, журавль красуется перед объективом. Сайгачиха с сайгачонком заглядывают прямо в объектив.
- Животные любопытные, и очень умные, - скорее для нас, чем для коллег, отметила Галя, - смотрите, как позируют перед фотоловушкой. А бывало, самцы во время гона признавали в фотоловушках соперников и ломали их напрочь. Кстати, не так давно мы заметили двух сайгачат альбиносов. Это большая редкость.
- А нам сегодня встретились волк и сайгак, которые вместе пили воду на артезиане, - поделились впечатлениями и мы.
- Ничего удивительного, - откликнулся Владимир Георгиевич, - звери живут между собой дружно. Мы часто наблюдаем за ними. Смотришь, с одной стороны сайгачиха с сайгачатами приходят на водопой, с другой – волчица с волчатами. Попили, разошлись. Никто никого без надобности не трогает. И если кто говорит, что весь вред от волков – не верьте. Люди и только люди всему виной. Браконьеры и, как ни странно, скотоводы.Первые убивают ради наживы. Вторые – пасут скот. Вот, пусти сейчас фермерскую скотину на земли заказника, вытопчет всё. Посмотрите, какая у нас трава, даже зимой. А весной, какие тюльпаны да ковыли! А вытопчут, чем сайгаку питаться? Со стадом этим шутить нельзя. Ему помочь надо. Охранить и поддержать, и тогда сайгак, как вид сам восстановится. Он быстро восстановится, если ему не мешать.
Декабрьские дни короткие. День прошёл незаметно. Но приехав к незнакомым нам ранее людям, мы покидали кордон с ощущением встречи со старыми знакомыми. Георгич торопил. Путь по ночным грунтовкам заказника, оказался куда сложнее, чем днём. Но теперь мы не обращали внимания на колдобины и буераки. Сайгаки, вот о ком думали мы по пути домой.
Совсем недавно в Низовьях Волги паслись несметные стада этих реликтовых животных. Никтои не задумывался о том, что сайгаки могут стать исчезающим видом. Ещё полвека назад сайгака отстреливали в огромных количествах. Мясо этих грациозных антилоп считалось бросовым. Стоило такое мясо дёшево. И было доступно каждому. Спросите у любого нижневолжского старожила, доводилось ли ему есть сайгачатину, и каждый, за редким исключением ответит: «Да, доводилось». Доводилось и нам, потому что в те времена это было также обыденно, как напиться воды.И ведь не задумывались над тем, а как мы могли так варварски поступать, пока не побывали здесь, в заказнике «Степной» и не увидели своими глазами этих красивых божьих тварей, не увидели их хрупкий, исчезающий мир, сумевший пережить все ледниковые периоды, катаклизмы, и оказавшийся беспомощным перед человеческой алчностью.
Все наши мысли, все отснятые нами кадры легли в основу репортажа о плачевном положении сайгаков на планете. Но удалось ли нам своим коротким видеорассказом достучаться до людских сердец?Скорее всего, нет. И потому, остаётся лишь надеяться, что когда-нибудь настанет время, когда антилопа сайга сможет без страха пастись на просторах степей, а встретив человека, без опаски посмотреть ему в глаза, и найти в человеческих глазах не жажду наживы - сострадание. А значит, сможет выжить в этом, доселе равнодушном жестоком мире.








Рейтинг работы: 39
Количество рецензий: 2
Количество сообщений: 1
Количество просмотров: 43
© 24.02.2019 Марина Лазарева
Свидетельство о публикации: izba-2019-2499819

Рубрика произведения: Разное -> Репортаж


пройдоха Шарль       03.12.2019   10:08:53

В тему:
https://www.moscowzoo.ru/about-zoo/articles/stati-o-zooparke/fotokhronika/
Дина Немировская       28.02.2019   07:57:37
Отзыв:   положительный
Очень интересная работа! Предлагаю в редакторский анонс.
Марина Лазарева, член Союза писателей России, автор многих романов, в том числе и изданных в столичном издательстве "Вече", один из авторов Всероссийского телеканала ОТР. Астрахань может гордиться, что репортажи о нашем городе и области благодаря Марине Лазаревой и Сергею Пальчикову еженедельно видит вся Россия. А вскоре будет гордиться и Элиста.
Марина Лазарева       28.02.2019   19:34:21

Спасибо, Дина, за отклик.

Добавить отзыв:


Представьтесь: (*)  
Введите число: (*)  














1