Возвращение русского зарубежья


Возвращение русского зарубежья
"И вдруг меня охватывает несказанная печаль, которую несёт в себе время; оно течёт и течёт, и меняется, а когда оглянешься, ничего от прежнего уже не осталось. Да, прощание всегда тяжело, но возвращение иной раз ещё тяжелее"
Эрих Мария Ремарк
Вторжение джунгар из Западной Монголии в Казахстан началось в 40-е годы 17 века, и было столь же жестоким, как и монгольское нашествие. Многие кровопролитные сражения не принесли окончательной победы ни одной из сторон. Поэтому, спустя почти столетие беспрерывных войн, Казахстан вынужден был обратиться к России с просьбой о принятии казахов в российское подданство для защиты общих территорий. Добровольное присоединение казахских территорий началось в 1731 году. Так гласит история. Сегодня, спустя почти три столетия в одночасье, без какой-либо существенной причины этот взаимовыгодный союз разрушен. Причем разрушен таким образом, что русские, как завоеватели, как угнетатели вынуждены бежать с обжитых мест. Нет, защита нашим южным соседям нужна: российские пограничники несут боевую вахту, а вот мирное население… Это плохо, что Москва слезам не верит.
Национализм. Именно из-за религиозных убеждений и чувства национального превосходства пролито наибольшее количество крови на планете. И вот что парадоксально: как все финансовые обязательства бывшего СССР, так и прежнее равноправие наций взяла на себя только Россия. В остальных республиках бывшего СССР национальные чувства перехлестывают через край. И врагами в первую очередь оказываются русские. Не является исключением и Казахстан, где на последнем празднике, посвященном Дню независимости, казашка публично рвала на себе некие символические цепи, сковывавшие ее. Надо понимать, что сковала Россия. И русские, не умея объединиться, нигде не смогли отстоять свое право на жизнь. И даже в своем отечестве не имеют превосходства. Каждый выживает в одиночку. В отличие от многих других народностей, которые на любой земле создают свои общины.
Игорь и Света приехали в Муравленко сравнительно недавно из Лисаковска, небольшого Казахстанского городка. Лисаковск по количеству жителей подобен нашему городу, только более компактно застроен «пяти - девятиэтажками». Рядом протекает речка Тобол, та, что несет свои воды мимо старинного северного града Тобольска. Город Лисаковск, в принципе, преуспевающий. Винно-водочные напитки его предприятия «Арай» славятся на весь Казахстан. Исправно функционируют и другие предприятия. Света работала в филиале Российского предприятия и зарабатывала неплохо даже по северным меркам. Игорь - в пожарной части и имел несколько меньше: примерно 2 тысячи, если считать российскими. Материально семья была обеспечена, климат – не сравнить со здешним. Имелась собственная трехкомнатная квартира улучшенной планировки. Прекрасный еженедельный отдых с выездами на туристическую базу, расположенную на берегу водохранилища, был в порядке вещей. Мэр города – русский. Вроде все нормально и что еще надо для жизни? Русского духа не хватает.
Межнациональные отношения внешне выглядят вполне респектабельно. Сегодня никто не кричит во все горло: «Русские, убирайтесь в Россию!» Но выдавливание русского населения идет тихой сапой на рабочих местах, особенно с должностей всяческого рода начальников и руководителей, и естественно – с высокооплачиваемых должностей. Обычно процесс замещения русских кадров казахскими начинается с замещения руководителя. И потом пошло-поехало. Во всех кабинетах вскоре появляется родной разрез глаз хозяев тамошней земли. И, конечно, это делается не впрямую. И без того достаточно способов заставить работника написать заявление по собственному желанию. Редкий человек будет жить в обстановке унижения как на работе, так и за стенами родного предприятия. Это новое отношение как бы витает в воздухе и, впитываясь через поры, рождает чувство вседозволенности у одних и страх беззащитного ребенка - у других.
Любой бытовой ли, уголовный конфликт между казахами и русскими молва расценивает обычно с точки зрения столкновения наций. Как-то, рассказывала Лена, одна молодая казашка торговала сигаретами, начиненными анашой, благо конопли растет вокруг Лисаковска немеряно. Подъехали на машине какие-то парни, хотели отобрать у той пачку. Не получилось. Вернулись они с обрезом, выстрелом в упор убили торговку и вместе со всем ее товаром исчезли. Кто убил? Это сразу не известно. Но по городу, словно ветром, разнесся слух, что казашку убили русские. Потом выясняется, что это неправда. Но настроения уже созданы.
Программы Российского телевидения идут в записи, да и то не все, обычно – только ОРТ. Российские фильмы все чаще транслируются на казахском языке. Казахский язык усиленно преподается в школах. Документы в организациях готовятся на казахском языке. Вроде бы, на первый взгляд, это нормально: Казахстан суверенное государство. Но, с другой стороны, в этом государстве проживает значительная доля русского населения, которое имеет свою культуру, свой язык и которое не хочет их забывать. Сравните сами: из 16,6 млн. человек населения Казахстана (1995 г.), казахов всего 6,5 млн. При этом, хотя и сами казахи не всегда владеют собственным языком, но главный упор делается на знании казахского языка именно русскими.
«Русские, не уезжайте! Нам нужны рабы и проститутки!» - видел такую надпись на стене дома на окраине одного из крупных городов Казахстана, когда летом 1999 года проезжал на автомашине. Мнения, конечно, в этом вопросе разные. Бытовали и прямо противоположные. Прослеживалось и желание выживать русских для получения неимоверно дешевого жилья, порой вместе со всей обстановкой. Но то, что будущее русского населения в Казахстане связано, скорее всего, с черной и непопулярной работой – в это верится. В высшие учебные заведения Казахстана дорога русским почти закрыта. Зато есть обязательная квота на прием казахстанского студенчества.
Возвращаясь к квартирному вопросу и к Игорю со Светой, хотелось отметить, что свою трехкомнатную квартиру улучшенной планировки в довольно благополучном городе, они продали летом этого года всего за 800 долларов США! За такие деньги купить квартиру в России просто невозможно, а большую часть вырученных средств пришлось отдать только за то, чтобы снять на год жилье в Муравленко. В менее благополучных местечках Казахстана квартиры и дома просто бросают. Заколачивают двери, закрывают, как следует окна, чтобы дождевая вода не просачивалась, и уезжают. Забирают с собой только надежду на лучшее. Но вся беда в том, что Россия не Германия, которая встречала своих русских немцев с распростертыми объятиями. В России русские переселенцы не встречают понимания. Игорь со Светой еле-еле нашли работу, но перспективы лишиться временной прописки и снимаемого угла не оставляют их в покое.
Еще лет двадцать назад в казахстанских городах встретить казаха было сложно. Люди жили в деревнях. Сегодня города, наконец, приобрели национальное лицо. Несколько лет назад проезжая два расположенных рядом колхоза, один из которых был немецким, а другой казахским, невозможно было не поразиться тому, что первый был «вылизан» и был прибыльным «миллионером», а второй – весь в «развалюхах» и должник. Не сравнимы с казахскими были даже русские жилища. Теперь: все периферийные города и села Казахстана выглядят, как после войны, в том числе и тот колхоз-«миллионер». Тому способствует и переселение казахов из Монголии.
Но с другой стороны и уехать из Казахстана в Россию не так просто. Отправка контейнера обошлась Лене с Женей в 7,5 тысяч рублей, а чтобы собрать все необходимые документы, пришлось кому надо давать взятки. Национализм проникает и дружеские отношения. Мурат, с которым вместе росли Игорь и Света и который работал в местной прокуратуре, прямо посоветовал уезжать из Казахстана, т.к. по его словам: года через два он не сможет их защитить.
Поток беженцев из Казахстана, видимо, довольно велик, т.к. довольно много публикаций, посвященных их проблемам в пограничной с Казахстаном, Омской области. Правда, называются русские казахи не беженцами, а переселенцами. Беженцы – это те, кто уезжает из зоны военных действий. И сколько таких беженцев было принято из республик бывшего СССР, не сосчитать. И все они не русские. Хотя спроси у любого из них, с кем ведутся военные действия, то окажется, в какой-то мере, что с нашими соотечественниками. Окажется, что все те, кто выживает русских со своих территорий, находят неплохие места в России. Я не призываю к национальной розни. Я просто хочу обратить внимание на этот парадокс. Мы принимаем в России людей всех национальностей бывшего СССР, даем им место жительства, рабочие места. И в этом нет ничего плохого. Только хотелось бы видеть еще более радушное отношение к своим соплеменникам, оказавшимся в безвыходной ситуации на чужбине, которая совсем недавно была нашей общей Родиной.
Интересно и то, что, приезжая сюда, многие граждане республик бывшего СССР могут себе позволить купить буквально все, в том числе и жилье. Российские же граждане, вынужденные уехать, бросив все нажитое, обречены месяцами искать работу, снимать квартиры и со страхом ожидать окончания срока временной прописки, и срока на который разрешено занимать жилье.
Для жизни необходима уверенность в будущем своих детей. В Казахстане нет уверенности даже в своем ближайшем будущем. Россияне возвращаются на Родину в надежде обрести здесь спокойствие…
Январь 2001
Фотография сделана в Казахстанском городке Текели летом 1996 года. На фотографии: участок сада, прилегающего к частному дому, которые пришлось по сути бросить его жильцам, пенсионерам, при выезде в Россию. В России же, при переселении, хозяин этого участка и дома был встречен не ласково. Долгое время ему даже отказывались выплачивать пенсию, хотя он был ветераном Великой Отечественной войны! Причем, проблема эта решилась не сама собой, не с помощью государственных рычагов, а с помощью его влиятельной родственницы!





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 1
© 14.02.2019 Андрей Дробот
Свидетельство о публикации: izba-2019-2491384

Рубрика произведения: Проза -> Очерк











1