Стихи
Проза
Разное
Песни
Форум
Отзывы
Конкурсы
Авторы
Литпортал

Причины и следствия Русской Революции.


Итоги русской революции.



…Все ниже перепечатанные цитаты, взяты мною из Википедии. К сожалению я не удосужился вставлять в текст ссылки на авторов. А сегодня, по истечению нескольких лет после набора этих цитат, я уже не могу восстановить их имена. Приношу свои извинения…


«…Итак, на радость поклонников Столыпина, «Россия, которую мы потеряли» действительно являлась крупнейшим экспортёром хлеба. Триумф несколько омрачает то обстоятельство, что это звание она делила с насчитывавшей в 21,4 раза меньше населения Аргентиной. Разумеется, о том, чтобы кормить «полмира», не могло быть и речи — хотя бы потому, что свыше 98% экспортируемого Россией хлеба шло в Европу. Однако и «пол-Европы» накормить тоже не получалось: в 1913 году зарубежная Европа потребила 8336,8 млн пудов пяти основных зерновых культур, из которых собственный сбор составил 6755,2 млн пудов (81 %), а чистый ввоз зерна —1581,6 млн пудов (19%), в том числе 6,3% — доля России. Другими словами, российский экспорт удовлетворял всего лишь примерно 1/16 потребностей зарубежной Европы в хлебе.
Если же учесть, что «не хлебом единым жив человек» и вспомнить хотя бы о картофеле, объёмы международной торговли которым были незначительны и которого одна Германия вырастила в 1913 году в полтора раза больше чем Россия (в России в тот год было собрано 2 191 291 тыс. пудов картофеля, в Германии — 3 301 381 тыс. пудов), образ «кормилицы Европы» ещё больше потускнеет. Неудивительно, что когда после начала 1-й мировой войны вывоз русского хлеба практически полностью прекратился (в 1915 году было экспортировано 17 452 тыс. пудов пяти основных зерновых культур — в 32 раза меньше, чем в 1913-м, когда, как мы помним, этот показатель составил 554 549 тыс. пудов), выяснилось, что Европа вполне может без него обойтись.
Но может, сам факт вывоза хлеба из России свидетельствует о том, что в стране было изобилие продовольствия? Откроем такой авторитетный дореволюционный источник, как «Новый энциклопедический словарь» Брокгауза и Ефрона. Что же мы там обнаруживаем? Статью «Голод», а в ней — обширный раздел «Голод в России»:
«В 1872 г. разразился первый самарский голод, поразивший именно ту губернию, которая до того времени считалась богатейшей житницей России. И после голода 1891 г., охватывающего громадный район в 29 губерний, нижнее Поволжье постоянно страдает от голода: в течение XX в. Самарская губерния голодала 8 раз, Саратовская 9. За последние тридцать лет наиболее крупные голодовки относятся к 1880 г. (Нижнее Поволжье, часть приозёрных и новороссийских губерний) и к 1885 г. (Новороссия и часть нечернозёмных губерний от Калуги до Пскова); затем вслед за голодом 1891 г. наступил голод 1892 г. в центральных и юго-восточных губерниях, голодовки 1897 и 98 гг. приблизительно в том же районе; в XX в. голод 1901 г. в 17 губерниях центра, юга и востока, голодовка 1905 г. (22 губернии, в том числе четыре нечернозёмных, Псковская, Новгородская, Витебская, Костромская), открывающая собой целый ряд голодовок: 1906, 1907, 1908 и 1911 гг. (по преимуществу восточные, центральные губернии, Новороссия)».
…Как мы видим, в дореволюционной русской деревне голод был отнюдь не редким гостем. Чем же объяснялось подобное состояние сельского хозяйства?
«Причины современных голодовок не в сфере обмена, а в сфере производства хлеба, и вызываются прежде всего чрезвычайными колебаниями русских урожаев в связи с их низкой абсолютной величиной и недостаточным земельным обеспечением населения, что, в свою очередь, не даёт ему возможности накопить в урожайные годы денежные или хлебные запасы. Несмотря даже на некоторый подъём абсолютных величин русских урожаев (за последние пятнадцать лет на 30%), они всё ещё остаются очень низкими по сравнению с западноевропейскими, а самый подъём урожайности происходит очень неравномерно: он значителен в Малороссии (на 42%) и на юго-западе (47%) и почти не сказывается в Поволжье, где крестьянские ржаные посевы дают для последнего десятилетия даже понижение урожаев. Наряду с низкой урожайностью, одной из экономических предпосылок наших голодовок является недостаточная обеспеченность крестьян землёй. По известным расчётам Мареса в чернозёмной России 68% населения не получают с надельных земель достаточно хлеба для продовольствия даже в урожайные годы и вынуждены добывать продовольственные средства арендой земель и посторонними заработками. По расчётам комиссии по оскудению центра, на 17% не хватает хлеба для продовольствия крестьянского населения. Какими бы другими источниками заработков ни располагало крестьянство, даже в среднеурожайные годы мы имеем в чернозёмных губерниях целые группы крестьянских дворов, которые находятся на границе продовольственной нужды, а опыт последней голодовки 1911 г. показал, что и в сравнительно многоземельных юго-восточных губерниях после двух обильных урожаев 1909 и 1910 гг. менее 1/3 хозяйств сумела сберечь хлебные запасы».
О том, чем оборачивался вывоз хлеба для российского крестьянства, писал в 1880 году известный агроном и публицист Александр Николаевич Энгельгардт:
«Когда в прошедшем году все ликовали, радовались, что за границей неурожай, что требование на хлеб большое, что цены растут; что вывоз увеличивается, одни мужики не радовались, косо смотрели и на отправку хлеба к немцам, и на то, что массы лучшего хлеба пережигаются на вино. Мужики всё надеялись, что запретят вывоз хлеба к немцам, запретят пережигать хлеб на вино. "Что ж это за порядки, — толковали в народе, — всё крестьянство покупает хлеб, а хлеб везут мимо нас к немцу. Цена хлебу дорогая, не подступиться, что ни на есть лучший хлеб пережигается на вино, а от вина-то всякое зло идёт". Ну, конечно, мужик никакого понятия ни о кредитном рубле не имеет, ни о косвенных налогах. Мужик не понимает, что хлеб нужно продавать немцу для того, чтобы получить деньги, а деньги нужны для того, чтобы платить проценты по долгам. Мужик не понимает, что чем больше пьют вина, тем казне больше доходу, мужик думает, что денег можно наделать сколько угодно. Не понимает мужик ничего в финансах, но все-таки, должно быть, чует, что ему, пожалуй, и не было бы убытков, если б хлебушка не позволяли к немцу увозить да на вино пережигать. Мужик сер, да не чёрт у него ум съел.
Еще в октябрьской книжке "Отеч. записок" за прошлый год помещена статья, автор которой, на основании статистических данных, доказывал, что мы продаём хлеб не от избытка, что мы продаём за границу наш насущный хлеб, хлеб, необходимый для собственного нашего пропитания. Автор означенной статьи вычислил, что за вычетом из общей массы собираемого хлеба того количества, которое идёт на семена, отпускается за границу, пережигается на вино, у нас не остаётся достаточно хлеба для собственного продовольствия. Многих поразил этот вывод, многие не хотели верить, заподозревали верность цифр, верность сведений об урожаях, собираемых волостными правлениями и земскими управами. Но, во-первых, известно, что наш народ часто голодает, да и вообще питается очень плохо и ест далеко не лучший хлеб, а во-вторых, выводы эти подтвердились: сначала несколько усиленный вывоз, потом недород в нынешнем году — и вот мы без хлеба, думаем уже не о вывозе, а о ввозе хлеба из-за границы. В Поволжье голод. Цены на хлеб поднимаются непомерно, теперь, в ноябре, рожь уже 14 рублей за четверть, а что будет к весне, когда весь мужик станет покупать хлеб...
Пшеницу, хорошую чистую рожь мы отправляем за границу, к немцам, которые не станут есть всякую дрянь. Лучшую, чистую рожь мы пережигаем на вино, а самую что ни на есть плохую рожь, с пухом, костерем, сивцом и всяким отбоем, получаемым при очистке ржи для винокурен — вот это ест уж мужик. Но мало того, что мужик ест самый худший хлеб, он ещё недоедает. Если довольно хлеба в деревнях — едят по три раза; стало в хлебе умаление, хлебы коротки — едят по два раза, налегают больше на яровину, картофель, конопляную жмаку в хлеб прибавляют. Конечно, желудок набит, но от плохой пищи народ худеет, болеет, ребята растут туже, совершенно подобно тому, как бывает с дурно содержимым скотом...
Имеют ли дети русского земледельца такую пищу, какая им нужна? Нет, нет и нет. Дети питаются хуже, чем телята у хозяина, имеющего хороший скот. Смертность детей куда больше, чем смертность телят, и если бы у хозяина, имеющего хороший скот, смертность телят была так же велика, как смертность детей у мужика, то хозяйничать было бы невозможно. А мы хотим конкурировать с американцами, когда нашим детям нет белого хлеба даже в соску? Если бы матери питались лучше, если бы наша пшеница, которую ест немец, оставалась дома, то и дети росли бы лучше и не было бы такой смертности, не свирепствовали бы все эти тифы, скарлатины, дифтериты. Продавая немцу нашу пшеницу, мы продаём кровь нашу, то есть мужицких детей».
Энгельгардту вторил другой русский публицист, убеждённый монархист, один из ведущих сотрудников крупнейшей консервативной газеты «Новое время» Михаил Осипович Меньшиков:
«В старинные времена в каждой усадьбе и у каждого зажиточного мужика бывали многолетние запасы хлеба, иногда прямо сгнивавшие за отсутствием сбыта. Эти запасы застраховывали от неурожаев, засух, гессенских мух, саранчи и т.п. Мужик выходил из ряда голодных лет всё ещё сытым, не обессиленным, как теперь, когда каждое лишнее зерно вывозится за границу».
«С каждым годом армия русская становится всё более хворой и физически неспособной. До трёх миллионов рублей ежегодно казна тратит только на то, чтобы очиститься от негодных новобранцев, "опротестовать" их. Из трёх парней трудно выбрать одного, вполне годного для службы. И несмотря на это, срок солдатской службы всё сокращается. Хилая молодёжь угрожает завалить собою военные лазареты. Плохое питание в деревне, бродячая жизнь на заработках, ранние браки, требующие усиленного труда в почти юношеский возраст, — вот причины физического истощения...
Сказать страшно, какие лишения до службы претерпевает иногда новобранец. Около 40 проц. новобранцев почти в первый раз ели мясо по поступлении на военную службу. На службе солдат ест кроме хорошего хлеба отличные мясные щи и кашу, т.е. то, о чём многие не имеют уже понятия в деревне...».
«Перестанемте, господа, обманывать себя и хитрить с действительностью! Неужели такие чисто зоологические обстоятельства, как недостаток питания, одежды, топлива и элементарной культуры у русского простонародья ничего не значат? Но они отражаются крайне выразительно на захудании человеческого типа в Великороссии, Белоруссии и Малороссии. Именно зоологическая единица — русский человек во множестве мест охвачен измельчанием и вырождением, которое заставило на нашей памяти дважды понижать норму при приёме новобранцев на службу. Еще сто с небольшим лет назад самая высокорослая армия в Европе (суворовские "чудо-богатыри"), — теперешняя русская армия уже самая низкорослая, и ужасающий процент рекрутов приходится браковать для службы. Неужели этот "зоологический" факт ничего не значит? Неужели ничего не значит наша постыдная, нигде в свете не встречаемая детская смертность, при которой огромное большинство живой народной массы не доживает до трети человеческого века?».
В самом деле, в конце XIX века в России до 5-летнего возраста доживало всего 550 из 1000 родившихся детей, тогда как в большинстве западноевропейских стран — более 700. Как отмечали современники:
«Население, существующее впроголодь, а часто и просто голодающее, не может дать крепких детей, особенно если к этому прибавить те неблагоприятные условия, в каких, помимо недостатка питания, находится женщина в период беременности и вслед за нею».
После подобных свидетельств остаётся лишь повторить слова известного писателя-эмигранта (и, кстати, убеждённого монархиста) Ивана Солоневича:
«Таким образом, староэмигрантские песенки о России, как о стране, в которой реки из шампанского текли в берегах из паюсной икры, являются кустарно обработанной фальшивкой: да, были и шампанское и икра, но — меньше чем для одного процента населения страны. Основная масса этого населения жила на нищенском уровне».


…На этом фоне, особенно безнравственным выглядит ликование некоторых нынешних «патриотов»:

«На европейском хлебном рынке Россия была со своим дешёвым и качественным зерном неоспоримым монополистом... Цена на зерно в Европе была бы намного выше, если бы русский экспорт дешёвого хлеба не сдерживал аппетиты американских, канадских и аргентинских поставщиков».
Поневоле хочется воскликнуть, наплевав на условности: «Чему радуешься, дурак? Тому, что Россия снабжала Европу задарма своим хлебом?» Ради чего терпели лишения русские крестьяне, ради чего голодали русские дети? Чтобы, не дай бог, западный обыватель не переплатил лишний пенс или пфенинг за буханку? Достойная цель, ничего не скажешь!
Каким же образом удавалось выкачивать продовольствие из недоедающей страны? Основными поставщиками товарного хлеба являлись крупные помещичьи и кулацкие хозяйства, державшиеся за счёт дешёвого наёмного труда малоземельных крестьян, вынужденных за гроши наниматься в работники. Как писал по этому поводу всё тот же А.Н. Энгельгардт:
«Один немец — настоящий немец из Мекленбурга — управитель соседнего имения, говорил мне как-то: "У вас в России совсем хозяйничать нельзя, потому что у вас нет порядка, у вас каждый мужик сам хозяйничает — как же тут хозяйничать барину. Хозяйничать в России будет возможно только тогда, когда крестьяне выкупят земли и поделят их, потому что тогда богатые скупят земли, а бедные будут безземельными батраками. Тогда у вас будет порядок и можно будет хозяйничать, а до тех пор нет"».
Что же касается основной массы крестьян, то они были вынуждены продавать хлеб, которого им самим не хватало, для уплаты налогов и сборов:
«Увеличение нужды в деньгах для уплаты налогов, аренды и для удовлетворения собственных потребностей заставляет крестьянина выносить на рынок всё большее количество произведений своего хозяйства. В результате на рынок вывозится осенью даже тот хлеб, который затем весною самим же крестьянам приходится выкупать обратно. Вся разница в осенних и весенних ценах ложится на крестьянское хозяйство как следствие такой своеобразной залоговой операции. И поскольку общая совокупность неблагоприятных экономических условий заставляет прибегать к ней всё более широкие и менее обеспеченные собственным хлебом группы крестьянских хозяйств, постольку возрастает возможность возникновения острой продовольственной нужды».

«…После прихода к власти большевиков помещичьи и кулацкие хозяйства были экспроприированы, а земля поделена между крестьянами. Однако при этом новая власть быстро столкнулась с проблемой нехватки товарного зерна: отныне жители деревни выращивали хлеб в основном не на продажу, а для себя.

«Хотя сельское хозяйство в целом и перевалило через довоенный уровень, валовая продукция его главной отрасли — зернового хозяйства — составляла лишь 91 процент довоенного уровня, а товарная часть зерновой продукции, продаваемая на сторону для снабжения городов, едва доходила до 37 процентов довоенного уровня, причём все данные говорили о том, что есть опасность дальнейшего падения товарной продукции зерна.
Это означало, что дробление крупных товарных хозяйств в деревне на мелкие хозяйства, а мелких на мельчайшие, начавшееся в 1918 году, всё ещё продолжается, что мелкое и мельчайшее крестьянское хозяйство становится полунатуральным хозяйством, способным дать лишь минимум товарного зерна, что зерновое хозяйство периода 1927 года, производя немногим меньше зерна, чем зерновое хозяйство довоенного времени, может, однако, продать на сторону для городов лишь немногим больше третьей части того количества зерна, которое способно было продать довоенное зерновое хозяйство».
Особенно серьёзно проблема нехватки товарного зерна встала в 1927 году, когда международная обстановка вокруг СССР резко обострилась. В апреле в Китае происходит переворот Чан Кайши. 27 мая Англия разрывает дипломатические отношения с Советским Союзом.7 июня в Варшаве состоявшим в польском подданстве русским белоэмигрантом был убит полпред СССР в Польше П.Л. Войков. В воздухе ощутимо запахло войной.
В этой ситуации крестьяне стали придерживать хлеб в расчёте на то, чтобы продать его подороже: «Пришёл момент, когда у нас просят хлеб за мануфактуру. Совдепия начинает плясать под нашу дудочку, ну и пусть — как они ни вымогают — мы воздержимся, пока не будут платить по рублю за пуд ржи и по два рубля за пуд пшеницы».
Если к январю 1927 года было заготовлено 428 млн пудов зерна, то к январю 1928 года — лишь 300 млн. Единственный выход из сложившейся ситуации состоял в том, чтобы вновь создать крупные хозяйства, способные дать стране товарный хлеб.
Другой причиной являлась необходимость форсированной индустриализации. Отставание от развитых стран достигло критического уровня, что наглядно показала 1 -я мировая война. В результате революции и гражданской войны это отставание ещё больше увеличилось. Стало ясно, что если радикально не изменить ситуацию, следующая война станет для России последней, поскольку приведёт её к гибели.
Однако для развития промышленности нужны не только станки, но и те, кто будет на них работать. Другими словами, нужен постоянный приток в город рабочей силы. При царе эта проблема решалась медленно и мучительно. Человек по природе своей консервативен и весьма неохотно идёт на резкое изменение образа жизни. В первую очередь, деревню покидали малоземельные бедняки. Революция, наделив крестьян землёй, лишила их стимула к переселению в город.
Коллективизация высвободила миллионы рабочих рук, направленные в промышленность. В 1927-1938 гг. из деревни в город переселилось 18,7 млн человек. Если в 1926 году в городах проживало 18% населения СССР, то к 1939 году доля городского населения поднялась до 33%.

…Мне вспоминается рассказ моей матери, которая родилась в деревне и рано осталась сиротой, потому что её отца арестовали подозревая, что будучи председателем сельсовета, он делал поблажки шестерым своим братьям. Оставшись сиротой в шесть лет мать пережила многое, в том числе и переболела оспой, отчего на её лице остались оспины. Служила она и в няньках у богатых латышей и пошла работать очень рано. Но, в войну, выйдя за муж за отца, с которым они познакомились в хоре, в клубе уже в 1943 году родила старшего сына. Отца не мобилизовали, потому что он был кузнецом и работал на военном производстве.
После войны, мы в начале жили в бараке, в комнате, а потом, переехав из одного конца города в другой, где отец стал работать строителем Иркутской ГЭС, получили квартиру…
Однажды мать с отцом поехали в те места, где мать родилась. И там, прогуливаясь по утице, мать встретила свою сверстницу, которая ехала на телеге с какими-то пыльными мешками. Она была босая. И её пятки «были черны от грязи» - так рассказывала мне мать. Эта уже пожилая женщина, была из семьи тех крестьян, которые после ареста отца и смерти матери, заняли их дом.
И мать с гордостью рассказывала мне: - а я была одета в крепдешиновое платье и на ногах — туфли на высоких каблуках. А отец одет в костюм и при галстуке...
И у меня в душе — продолжала она — шевельнулось чувство гордости! Ведь я бы могла вот так же управлять телегой, если бы я осталась в деревне, да и отец, не уйди он из деревни в шестнадцать лет, тоже не носил бы пиджака да ещё и с галстуком...
Надо сказать, что мой дед со стороны отца, тоже был посажен в тридцатые годы, за то что был кулаком. Правда ходили слухи, что его посадили за украденный с колхозного подворья мешок зерна.
Мать до сих пор проклинает коммунистов за то, что они сделали её сиротой, однако её рассказ о поездке на родину подчёркивает, что здесь не всё так однозначно, как кажется на первый взгляд!
Классовая борьба и борьба с кулачеством была, но без этого наверное не построили ни колхозов, ни совхозов. И без коллективизации не только не получилось бы индустриализации, но и сама страна, вряд ли выжила бы в той смертельной войне, которую ей пришлось выдержать уже через десять лет, после вынужденного по тому времени объединению крестьян в колхозы...

Обострение классовой борьбы.

…Классовая борьба была не только до и во время революции, но и после её формального окончания. Эта борьба принимала острые формы, порой уже через многие годы окончания Гражданской войны и победы Революции.
В качестве примера, продолжения революции уже в новых её формах, можно говорить о коллективизации и индустриализации страны. Только на сей раз, эти скрытные революции были инициированы сверху и поддержаны большинством советских людей. Но были и противники - враги этих перемен и борьба с ними разгорелась с новой силой.
Сталин и его последователи думали и говорили о усилении классовой борьбы, вместе с приближением победы коммунизма. Так и было. Классовыми врагами пролетариатва стали в советские времена разного рода и уровня бюрократы. Постепенно парт аппаратчики захватили власть в стране, что и привело к их прямому предательству социализма во времена перестройки, а через ползучую контрреволюцию, они привели страну к развалу и восстановлению капиталистического строя...

…С приснопамятного хрущёвского доклада «О культе личности и его последствиях» официозная советская пропаганда не уставала твердить про «ошибочный сталинский тезис» насчёт обострения классовой борьбы по мере продвижения к социализму:

«В докладе Сталина на февральско-мартовском Пленуме ЦК 1937 года "О недостатках партийной работы и мерах ликвидации троцкистских и иных двурушников" была сделана попытка теоретически обосновать политику массовых репрессий под тем предлогом, что по мере нашего продвижения вперёд к социализму классовая борьба должна якобы всё более и более обостряться. При этом Сталин утверждал, что так учит история, так учит Ленин».
Начнём с того, что Ленин действительно высказывал сходные идеи. Так, 29 марта 1920 года в отчётном докладе ЦК IX съезду РКП (б) он заявил:
«На нашей революции больше, чем на всякой другой подтвердился закон, что сила революции, сила натиска, энергия, решимость и торжество её победы усиливают вместе с тем силу сопротивления со стороны буржуазии. Чем мы больше побеждаем, тем больше капиталистические эксплуататоры учатся объединяться и переходят в более решительные наступления»
.
Впрочем, не будем уподобляться холуйствующим придворным «марксистам», старательно подыскивавшим выдранные из контекста ленинские цитаты, чтобы обосновать очередной зигзаг генеральной линии партии. Всё-таки 1920 год — это одно, а 1937-й — другое. Да и Ленин отнюдь не Священное писание.
Что же именно сказал Сталин 3 марта 1937 года, и насколько его слова были оправданными?
«Необходимо разбить и отбросить прочь гнилую теорию о том, что с каждым нашим продвижением вперёд классовая борьба у нас должна будто бы всё более и более затухать, что по мере наших успехов классовый враг становится будто бы всё более и более ручным.
Это не только гнилая теория, но и опасная теория, ибо она усыпляет наших людей, заводит их в капкан, а классовому врагу даёт возможность оправиться для борьбы с советской властью.
Наоборот, чем больше будем продвигаться вперёд, чем больше будем иметь успехов, тем больше будут озлобляться остатки разбитых эксплуататорских классов, тем скорее будут они идти на более острые формы борьбы, тем больше они будут пакостить советскому государству, тем больше они будут хвататься за самые отчаянные средства борьбы, как последние средства обречённых.
Надо иметь в виду, что остатки разбитых классов в СССР не одиноки. Они имеют прямую поддержку со стороны наших врагов за пределами СССР. Ошибочно было бы думать, что сфера классовой борьбы ограничена пределами СССР. Если один конец классовой борьбы имеет своё действие в рамках СССР, то другой её конец протягивается в пределы окружающих нас буржуазных государств. Об этом не могут не знать остатки разбитых классов. И именно потому, что они об этом знают, они будут и впредь продолжать свои отчаянные вылазки.
Так учит нас история. Так учит нас ленинизм.
Необходимо помнить всё это и быть начеку».

Сколько раз советские обществоведы пеняли Сталину за этот тезис! Однако, что они могли возразить по сути?

«Но ошибочным был выдвинутый И. В. Сталиным на февральско-мартовском Пленуме ЦК в 1937 году, когда в СССР уже победил социализм, тезис, будто по мере упрочения позиций социализма, дальнейшего продвижения Советского государства вперёд классовая борьба в стране будет всё более обостряться. В действительности классовая борьба в Советской стране достигла наибольшей остроты в период, когда решался вопрос "кто — кого", создавались основы социализма. Но после того как социализм победил, эксплуататорские классы были ликвидированы и в советском обществе установилось социалистическое единство, тезис о неизбежности обострения классовой борьбы являлся ошибочным».
В самом деле, чтобы велась классовая борьба необходимо наличие враждебных классов. Имелись ли таковые в СССР 1930-х годов? «Нет! — дружно заверяют нас идеологи КПСС, а также их нынешние наследники из числа сторонников «социализма с человеческим лицом»: - К тому времени эксплуататорских классов уже не существовало.
Так ли это? Естественно, на первый взгляд, на двадцатом году правления большевиков никаких эксплуататоров в стране победившего пролетариата не наблюдается. Никто не владеет фабриками и заводами, не спускает нажитые непосильным трудом капиталы в Ницце, не порет на конюшне нерадивых крестьян. Кругом сплошь рабочие, колхозники, а также советские служащие. Такие, как скромный бухгалтер ЖАКТа Н.И. Штерн фон Гвяздовский. Ничего, что он бывший барон и полковник гвардии, что в 1905 году активно участвовал в подавлении декабрьского восстания, что дома хранит групповой снимок, на котором заснят вместе с Николаем II. Николай Иванович и в мыслях ничего не имеет против новой власти.
Вот ещё один скромный бухгалтер, на этот раз Плодоовощсбыта, — Маврус д′Эске, бывший граф, полковник генштаба. Его мать живёт в Вильно, у неё крупное имение и особняк. Брат тоже бежал за границу, живёт в Варшаве.
Следующему бухгалтеру, П.Г. Сладкову, с титулами не повезло. Всего лишь бывший председатель окружного военного суда у «верховного правителя России» адмирала Колчака.
А вот парочка счетоводов — бароны В.В. и В.Н. Таубе. А вот ещё один барон, Александр Станиславович Нолькен. С истинно христианским смирением простив новой власти расстрел своего брата, Могилёвского губернатора, их сиятельство усердно трудится швейцаром буфета на Московском вокзале. Грех жаловаться на жизнь и князю В.Д. Волконскому, ныне приёмщику молокомбината.
Бывший чиновник канцелярии финляндского генерал- губернатора О.Л. Оленьев. Дворянин. Дослужился до статского советника, что согласно «Табели о рангах» повыше полковника, но пониже генерал-майора. Тоже доволен жизнью. Ещё бы! Благодаря Советской власти Олег Львович смог, наконец, влиться в ряды пролетариата, работая сторожем на одном из ленинградских предприятий.
А вот ещё парочка «пролетариев». К.М. Якубов, дворянин, бывший помощник начальника тюрьмы. Его брат, жандармский офицер, расстрелян в 1918 году. Но Константин Михайлович зла на большевиков не держит, усердно трудится землекопом в Ленпромстрое . Как и граф В.Ф. Моль, который устроился рабочим в архитектурно-планировочный отдел Ленсовета и даже не вспоминает о своём имении в Себежском уезде[160].
Это бывшие дворяне. А сколько неименитых «владельцев заводов, газет, пароходов» лишены новой властью нажитого непосильным трудом имущества? А несколько миллионов раскулаченных?
Окаком же «социалистическом единстве» талдычили доморощенные знатоки марксизма? Логика их проста и незатейлива, как грабли. Если, к примеру, бывший владелец фабрики ныне работает на ней сторожем или дворником, то он уже не капиталист, а представитель рабочего класса. И пускай данный субъект, выражаясь словами Михаила Зощенко, «затаил хамство» против Советской власти, лишившей его собственности и привилегий, и при первом же удобном случае постарается с ней расквитаться. Проституток от идеологии подобные «мелочи» не смущают. После смерти Сталина марксизм-ленинизм быстро превратился в сытную кормушку. Советские обществоведы славили «судьбоносные решения» очередных съездов, сочиняли диссертации, в которых с пафосом вещали:
«Опыт руководства партией противопожарными формированиями в годы обороны Ленинграда содержит убедительное доказательство жизненности ленинского учения о руководящей роли партии в защите социалистического Отечества, единстве тыла и фронта в современной войне».

…После уничтожения СССР вся эта орава «придворных» холуёв мгновенно перекрасилась в приверженцев рыночной экономики, демократии и общечеловеческих ценностей.
И мне, после прочтения истории дворян, ставших пролетариями, подумалось, что сегодняшние российские «монархисты, такие как известный публицист Холмогоров, будут с возмущением говорить: - Вы посмотрите, что сделала Революция и большевики с солью земли русской, с графами, баронами, полковниками и статским советниками?! Она превратила их в обыкновенных пролетариев!
И вот такие «монархисты» ходят в церковь, где их встречают батюшки священники, исповедующие такие же взгляды. Но даже на первый взгляд, такие любители монархии и старины, называть себя христианами не могут, потому что сам Христос говорил: «И кто были первыми, станут последними, а кто был последним, станет первым…»И словно предчувствуя Гражданскую войну говорил «И встанет брат на брата и сын на отца!» В определённом смысле, Иисус Христос предвидел пролетарскую Революцию и именно об её итогах он и говорил!
И ещё, такие монархические взгляды показывают сохранение в современной России рабских привычек и традиций дореволюционной поры, когда одни имеют право называться господами, а другие – то есть большинство - заслужили места в рабском сословии!

…Я сам был иллюстрацией такой классовой борьбы и примирения борющихся классов.
В школе, мы с первого класса учились вместе с сыном председателя того самого сельсовета, по показаниям которого мой дед был осуждён и умер в пересыльной тюрьме.
А мы, дети классовых врагов стали друзьями - вместе играли в футбол, потом какое - то время, уже после школы работали вместе и после, оставались хорошими знакомыми.
Но в какой-то момент выяснилось, что я был внуком того человека, которого отец моего друга наказал за воровство и передал материалы в компетентные органы. Однако это ничего не меняло в наших отношениях!
Вот так казалось, заканчивалась уже в нашем поколении классовая борьба, непримиримость кулаков и бедняков. Кстати, сегодня совсем не говорят, сколько тех бывших кулаков вступили в колхозы, а потом и воевал за советскую власть на фронтах Великой Отечественной?
Я тоже думал, что классовая борьба закончилась после тридцать седьмого года, но как выяснилось, был неправ!
Однако, сегодня в России одни называют себя господами, хотя ещё не привыкнув неловко поёживаются от этих слов, а другие естественно стали «не господами», потому что сохранили в себе остатки демократизма и ещё помнят слово «товарищ», после Революции ставшее обиходным обращением к людям.
Когда сегодня я читаю книги детей и внуков тех людей, кто был врагом советской власти и был за это наказан - осуждён или даже расстрелян - то ни у одного из этих наследников классовых врагов, не нахожу кроме восхваления своих родственников или друзей ни одного слова правды и осуждения.
Психологически это выгораживание «своих, вполне объяснимо, но так, чтобы все осужденные были правы просто не может быть. Ведь и сегодня у тех кто ворует, убивает или даёт взятки есть жёны, дети и друзья, готовые поклясться на Библии, что их родственники или друзья - золотые, безгрешные люди. И исходя из сегодняшнего опыта можно делать выводы, что те, кто был на стороне контрреволюции, наверняка не были «белыми и пушистыми». Свидетели – участники Гражданской войны говорят, что белый террор был во много раз кровопролитней красного. И то, что сегодня в угоду антисоветчиками пришедшим к власти эту тему обходят молчанием, ничего не меняет в истории страны.
Случись врагам революции победить большевиков и они устроили бы кровавую резню, вновь обрекая народы России на издевательства и полуголодную жизнь!
Такова логика противостояния идей, в том числе и в классовой борьбе!
…Двадцать лет назад, после предательства парт номенклатуры и победы «жаждущих перемен» случилась ползучая контрреволюция, победили буржуа и наследники партийного чиновничества. А следствием их победы были разрушение экономики и образования, армии и закона. А сколько людей погибло и погибает уже сегодня от пьянства, наркотиков, дорожных катастроф и просто из-за отсутствия жилья?

…Пытаясь разобраться, кто был прав, а кто виноват делая революцию и воюя за советскую Родину, мы прежде всего должны знать подлинную историю своей страны и конечно историю борьбы идей и социальную психологию!
Вместо этого, россиянам подсовывают «выправленную» в угоду нынешним богачам историю революции и жизни в Советском Союзе…

…Другой многочисленный контингент потенциальных врагов Советской власти — те, кто был исключён из ВКП(б) в ходе регулярно проводившихся чисток. После победы Октябрьской революции Ленин постоянно высказывал вполне обоснованное беспокойство по поводу проникновения в ряды партии разного рода приспособленцев:
«... естественно, что к правящей партии примыкают худшие элементы уже потому, что эта партия есть правящая».
«Мы превосходно знаем, что в разлагающемся капиталистическом обществе к партии будет примазываться масса вредного элемента».
«Мы боимся чрезмерного расширения партии, ибо к правительственной партии неминуемо стремятся примазаться карьеристы и проходимцы, которые заслуживают только того, чтобы их расстреливать».
Чтобы нейтрализовать эту опасность, Ленин требовал регулярно очищать партийные организации от тех, кто позорит звание коммуниста. Уже на состоявшемся 18-23 марта 1919 года VIII съезде РКП(б) было принято решение о перерегистрации членов партии, то есть, фактически, о первой чистке её рядов.
Два года спустя X съезд РКП(б), проходивший 8-16 марта 1921 года, постановил провести генеральную чистку партии. В результате к XI съезду (27 марта — 2 апреля 1922 года) из РКП(б) было исключено 170 тыс. человек или около 25% её состава. Однако чистка продолжалась и после XI съезда. Всего тогда из партии было исключено или механически выбыло больше 30% её членов.
Более того, вырабатывая 21 условие принадлежности к Коммунистическому Интернационалу, Ленин на II конгрессе Коминтерна (19 июля — 7 августа 1920 года) привёл следующие требования: «Коммунистические партии всех стран, где коммунисты ведут свою работу легально, должны производить периодические чистки (перерегистрации) личного состава партийных организаций, дабы систематически очищать партию от неизбежно примазывающихся к ней мелкобуржуазных элементов».
Регулярные чистки продолжались и после смерти Ленина. В 1924-1925 гг. была проведена чистка вузовских и учрежденских партийных ячеек. В апреле 1929 года XVI партийная конференция вновь приняла решение о генеральной чистке партии. К XVI съезду (26 июня — 13 июля 1930года) из ВКП(б) было исключено 10,2% её состава, ещё 1,3% вышло из партии добровольно.
Помимо периодических кампаний, разложившиеся элементы исключались из партии и в обычном порядке. В результате этой кропотливой работы по очистке партийных рядов, проводившейся Лениным, а затем Сталиным, только с 1917 по 1933 год было исключено и добровольно выбыло почти один миллион членов и кандидатов. Примерно десятая часть из них впоследствии была восстановлена.
Насколько необходимым было это регулярное самоочищение, наглядно показали позднейшие события. После смерти Сталина, оттесняя честных людей, в партию хлынул мощный поток приспособленцев и карьеристов. В результате, когда настал час испытаний, большинство из 19 миллионов членов КПСС с бараньим равнодушием тупо взирало, как разрушают государство. Другие, почуяв откуда дует ветер, публично сжигали свои партбилеты. Третьи, наиболее ушлые, без особого шума прибирали к рукам лакомые куски государственной собственности.
Но вернёмся в сталинское время. Понятно, что исключённые из партии крайне недовольны, озлобленны и жаждут реванша. Как, например, вычищенный из ВКП(б) в феврале 1936 года в ходе проверки партийных документов по Красно-Зоренскому району Курской области И.Д. Тепляков, откровенно заявивший в частном разговоре: «Теперь я буду недоволен всю жизнь на партию и большевиков».
От досужих разговоров «униженные и оскорблённые» переходили к конкретным действиям. Так, в ноябре 1933 года во время чистки партийной организации треста Авиатоп группа лиц, исключённых из партии, сделала попытку отравить членов комиссии по чистке. В стакан для воды, поставленный на стол, за которым работали последние, был брошен кристалл медного купороса. Произведённым ОГПУ следствием было установлено, что в «Союзнефтеторге» с конца 1932 года существовала контрреволюционная троцкистская группировка во главе с зам. управляющего «Союзнефтеторга», участники которой хотели «отомстить и напакостить» членам комиссии по чистке[174].
11 марта 1934 года старший техник 209-й авиабригады Вахромеев перелетел вместе с техником Дмитриевым в оккупированную японцами Маньчжурию. Как выяснилось в ходе расследования, помощник оперуполномоченного особого отделения 209-й авиабригады разгласил на комиссии по партийной чистке компрометирующие материалы, имевшиеся на Вахромеева в военной контрразведке.
Разобиженный старший техник «в знак протеста» изменил Родине. По данным харбинской резидентуры советской разведки, Вахромеев выдал японцам подробные данные об авиационных частях на Дальнем Востоке.
Таким образом, у антисоветского подполья в 1930-е годы действительно имелась массовая социальная база…»

…Все, вышеприведённые длинные цитаты, это документы, показывающие подлинную жизнь во времена после Революции и становления Советского Союза. Но сегодня, подавляющее большинство историков и пропагандистов новой власти не хотят видеть и думать об этой, другой стороне трагической истории России, позволившей не только победить всех врагов, но и стать супер державой. И сегодня, легко представить жизнь в обновленной России, не будь страшной войны на выживание в которой погибли самые лучшие и самые талантливые поколения советских молодых людей.
Трагизм истории в этом и заключается, что жизнь идет не так как мы хотим - несправедливость и социальное зло часто побеждает справедливость и добро! Холодная война, начатая через год по окончанию войны, в которой Союз потерял тринадцать процентов населения, перечеркнула все планы построения социализма в СССР и в странах-союзниках. В это же время, бывшие союзники отсидевшись за спиной советских людей - подлинных победителей войны против Гитлера и тем самым сохранившие свою молодёжь, выстраивали своё благополучие на костях миллионных забытых жертв…

Поэтому, мне хотелось напомнить врагам великой русской Революции и Советского Союза о несправедливости истории и о том, как по разному можно её толковать, в зависимости от конъюнктуры. И вместе с тем, ещё раз предупредить тех, кто пытается очерняя недавнюю историю России, выстроить на этом сытое и богатое капиталистическое будущее.
И всегда надо помнить афоризм, проверенный временем: «На тех кто стреляет из пистолета в недавнее прошлое страны, в будущем обрушиться пушечный залп!»
Нельзя фальсифицировать историю своей страны, которая как и история мира состоит из светлых и темных пятен, дополняющих друг друга. Признание преемственности истории – необходимое условие построения будущего страны и сохранения государственности. А те, кто с классовых позиций видит только одну сторону реальной жизни и исторических событий, обречены на новые драматические испытания!

Февраль 2019 года Лондон. Владимир Кабаков

Остальные произведения Владимира Кабакова можно прочитать на сайте «Русский Альбион»: http://www.russian-albion.com/ru/glavnaya/ или в литературно-историческом журнале "Что есть Истина?": http://istina.russian-albion.com/ru/jurnal/ Е-майл:russianalbion@narod.ru






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 37
© 13.02.2019 Владимир Кабаков
Свидетельство о публикации: izba-2019-2490453

Рубрика произведения: Разное -> Публицистика


















1