Джинны эпохи Ренессанса


Джинны эпохи Ренессанса
* 1 *
Добропорядочные граждане давно уже с опаской и подозрением поглядывают на дом №99 по шестому проезду имени одного из героев Туркменистана. Героев, как известно, у нас мало. Поэтому лишь немногие улицы названы именами героев, остальные – только цифровое обозначение. И цифры эти, очевидно, обозначают количество появлений того или иного героя на той или иной улице. Так обстоит дело с шестым проездом. Проехал герой шесть раз – получите шестой проезд. Хватит сил на седьмую – получите седьмой. Не потому ли так часто меняются у нас названия улиц? Либо герои у нас непоседливые – шастают по городу в поисках неприятностей, либо, что вернее, мы слишком часто меняем героев. Но – ближе к телу.
Дом №99, как мы уже говорили, давно вызывает подозрения у наших самых честных и добропорядочных граждан. Начать с того, что табличка с номером дома давно перекувырнулась , и теперь любой может прочитать: «Проезд 6 66»! Хочешь – не хочешь, а перекрестишься. В общем, обходили дом стороной. И не только его.
Стоило из-за массивной калитки появиться хозяину дома – как проезд тут же пустел: обыватели быстренько прятались по дворам и, затаив дыхание, предоставляли сутулому старичку с маленькими, быстрыми глазками и ярко красным носом все права, гарантируемые Конституцией. В том числе, и свободу передвижения. Где еще вы встретите подобную свободу?
Как огня боялись жильцы шестого проезда своего соседа. И было за что! Странные вещи происходили там, за глухим забором, под шиферной крышей старого, просевшего на добрых полметра, угрюмого, молчаливого жилища. Молчание это было довольно красноречивым. Особенно, по ночам, когда к равнодушным звездам летел жалобный вой собаки, мешая уснуть всему окружающему. То раздается звонкое, заливистое пение невидимого петуха, на голос которого отзываются все окрестные курятники и машины, поставленные на сигнализацию. Так что бедлам получается отменный.
Однако самым вредным и ненавистным был для всех говорящий скворец по прозвищу «Голос Америки». Вспорхнет эта гадская птичка на забор и начнет тоном прокурора рассказывать на трех языках последние известия из жизни соседей. И люди узнавали, что сосед справа – вор. И папа его – вор, и мама, и троюродная тетка по дядиной линии. А соседка справа – шлюха, каких свет не видывал. И все ее четыре дочери. Только племянница порядочная, да и то – лесбиянка. А соседи напротив - торгуют наркотиками, но никак не улавливаются. Так и талдычит скворец, вгоняя соседей в краску – красную и белую; в белую тех, кто разучился краснеть по служебному положению.
И чего только не предпринимали несчастные жертвы клеветы, чтобы избавиться от скворца! И кота подсылали. Скворец укусил его два раза, обозвал рваным чучелом и прогнал со двора. И отравленной крупы подбрасывали. На что скворец ответил популярной лекцией «о роли ядов в развитии общественного сознания», где ввернул, что крупой травят крыс и мышей, а он – птица, и в доказательство два раза издевательски прокукарекал. Подвали на скворца в суд. Но хозяин на процесс не пришел, а прилетел скворец и выиграл процесс, сообщив судье и прокурору такие подробности их биографий, что те сразу же вынесли постановление «оправдать за отсутствием состава преступления»! И в ответ на встречный иск скворца, приговорили соседей к штрафам.
В общем, было за что ненавидеть птицу и косо посматривать на Америку, подозревая, что оттуда птица получает секретную информацию об интимной жизни соседей.
А теперь взойдем в дом, и, миновав две сильно захламленные комнаты, войдем в ванную, переоборудованную в химическую или, что вернее, алхимическую лабораторию.
-Что за причуда! – воскликнет кто-то. – Занимать ванную под лабораторию!
В утешение заметим, что сотни лет туркмены кочевали по пескам и ванных совсем не имели. И – ничего, обходились.
Тускло мерцают в сумраке помещения, разгоняемом лампочкой под потолком, колбы, реторты, змеевики. На полках выстроились батареи банок, баночек и пузырьков с различными препаратами и реактивами. Хозяин лаборатории колдует у плиты, где на синем цветке огня стоит металлическая посудина, до половины наполненная розовой жидкостью. А старичок помешивает ложкой кипящую бурду и бурчит под нос:
-Нет величия там, где нет простоты, добра и правды! Правды – вот спасение! Они будут говорить только правду и ничего кроме правды! Мой эликсир раскроет им глаза! И никто… никто не отвертится…
Под аккомпанемент хозяйского голоса мирно дрыхнет на жердочке говорящий скворец, втихаря наклюкавшийся эликсира. У ног старичка шныряет годовалый щенок – это его жалобный вой мешает спать соседям. У Кузьки (так зовут пса) совсем недавно скончалась мать – погибла из-за своего чисто женского любопытства: сунулась во время одного из опытов к вентиляционной трубе, куда ее и засосало мощным воздушным потоком. А там металлический пропеллер аккуратно перемолол неосторожное четвероногое, приготовив мясной фарш. Хозяин потом два дня промывал вентиляционную систему аммиаком, костеря почем зря Кузькину мать.
Во имя чего отдала свою жизнь и шкуру его мать, Кузька по причине необразованности представление имел весьма смутное, но это не мешало ему по ночам оплакивать трагическую гибель родительницы – громко и с достоинством.
Хозяин в последний раз перемешал эликсир ложкой и накрыл посудину стеклянным колпаком. И почти тотчас жидкость побурела и запенилась. Кузька, взобравшийся на стул, нервно замигал. И тут – бабахнуло!
Во все стороны полетели осколки посуды и брызги эликсира. Скворец, сброшенный с жердочки взрывной волной, угодил в помойное ведро. Но выбрался оттуда, отряхнулся и, оглядевшись, отчетливо произнес: - Ни хрена себе!
Хозяин, каким-то образом оказавшийся в холодильнике и запертый в нем, уже лупил кулаками в дверь и стучал зубами. Немудрено, ведь температура в камере близилась к абсолютному нулю, что составляет -273 градуса по Цельсию, о чем вы, конечно, знаете, только запамятовали. Вместе со стуком и лязгом зубов из-за двери слышались настойчивые требования открыть дверь и всевозможные ругательства, в которых упоминались Кузька, Кузькина мать и все их близкие и дальние родственники вплоть до седьмого колена. Но псу было не до того: с волнением и любопытством он следил за странным розовым облаком, утекающим в вентиляционную трубу.
Облако взмыло ввысь, преобразовавшись в большую тучу, которая обронила на город первые капли розового дождя…
* 2 *
Каков первый признак благоволения судьбы? Помойка! Помойка рядом с домом – это просто счастье, из которого вытекает целая цепочка взаимосвязей.
Во-первых, расстояние от помойки до вашего дома равняется квадрату сумм времени, сил и денег, затрачиваемых коммунальными службами на очистку прилегающих территорий. Ведь не для кого не секрет, что чем дальше от дома помойка, тем ниже желание жителей тащиться с ведром или пакетом с отходами до ближайшего мусорного контейнера. Поэтому и растут кучи мусора на газонах под балконами некоторых (я подчеркиваю: некоторых) т. е. почти всех домов. А потом неделю коммунальные службы работают на очистке.
Во-вторых, помойки дают твердый ежедневный заработок значительной части населения. Вдумайтесь только! С раннего утра десятки прогрессивных граждан извлекают из мусорных контейнеров сотни бутылок, баклажек, килограммы цветных и черных металлов и спешат к приемным пунктам. Ведь не даром говорится, что бутылка – самая твердая валюта! И что же это получается? Это ведь патриоты, возвращающие стране и промышленности сотни килограммов вторичного сырья. А ведь даже японцы – известные всему миру эксперты по точности прогнозов и диагнозов, оценивают богатство страны по свалкам. А у нас? Как говорится – комментарии излишни.
Ну, так вот. Едва начало светать, скрипнула калитка дома №99, и в проезде появился старичок в заношенном дождевике с пустой авоськой в руках. Валкой, неторопливой походкой он направился к помойке, возле которой уже ссорились две уборщицы в оранжевых безрукавках за право первой запустить руку в контейнер и извлечь на свет божий десяток-другой бутылок. Старичок подкрался бочком к контейнеру, выхватил из груды мусора темную бутылку и сунул ее под дождевик. Но уборщицы не обратили на него ровно никакого внимания. Они продолжали ссориться, вырывая друг у друга нечто, похожее на большой огурец, только розового цвета.
Старичок, довольный находкой, дробной старческой рысью пустился обратно, то и дело оборачиваясь на ходу и похихикивая. Но пусть читатель не обманывается – не жажда наживы овладела нашим знакомым. Пенсию он получал большую, как участник войны, хотя в боевых действиях никогда не участвовал. Просто купил себе соответствующие документы – ведь работники социальных служб всегда остро нуждаются. Прожив всю жизнь в горах Афганистана, старичок приехал к нам, купив документы и гражданство, задумав грандиозный опыт. А свою прежнюю лабораторию подарил афганскому правительству – там сейчас делают чистейший героин.
Старичок добежал до калитки и юркнул в нее. Уборщицы, оставив метлы на помойке, сжимая в руках драгоценную находку, отправились в коммерческий магазинчик – за батарейками!
* 3 *
Мы снова в лаборатории. Она ярко освещена. Она чисто вымыта и вычищена. Она просто сияет.
Под стулом мирно спит Кузька и слабо повизгивает во сне – досматривает серию из приятных снов. Это зловредный скворец, мучающийся похмельем, скормил щенку лошадиную дозу снотворного. А сам бродит по полочке, ругая себя последними словами за то, что, выкупавшись в эликсире после взрыва, забыл отлить немного на опохмелку.
Хозяин вошел и торжественно водрузил найденную бутылку на стол. Снял дождевик и повесил на гвоздик. Взял бутылку в руки. При внимательном осмотре оказалось, что удача выпала редкостная. Бутылка была темного стекла – с толстыми стенками, дном и мощным горлышком. В горлышко была засажена пробка и тщательно притерта. Да так, что проникновение внутрь извне совершенно исключалось. Хозяин глубоко вздохнул, длинно выругался по-русски, но с арабской витиеватостью. Почесав затылок, запустил руку в выдвижной ящик и вынул обычный штопор. Сев на стул, старичок зажал бутылку между ног и всадил штопор в пробку. Послышался звук, словно металл ударился о камень. Повторная попытка тоже не увенчалась успехом. Скворец с полочки внимательно следил за происходящим.
Все так же изысканно ругаясь, старичок отшвырнул штопор и потряс бутылку в руках с небывалым ожесточением. Внутри бутылки что-то упруго и тяжеловесно забултыхалось. Рассвирепев, старик ударил бутылкой по столу! Тщетно.
Опомнившись, и ругая себя за несдержанность, хозяин поднес бутылку к глазу, чтобы поближе рассмотреть упрямую пробку и горлышко – не появилось ли где трещины после удара. Вот тут-то и сверкнула молния! Пробка, вылетев из горлышка, врезалась в глаз старичка. Глаз заплыл и отказался что-либо видеть два последующих дня. А в посудине продолжали сверкать молнии. В лаборатории остро запахло серой и озоном.
Почесав затылок, алхимик осторожно взял бутылку и подставил под струйку воды, дабы утихомирить бушевавшие стихии атмосферного порядка. Бутылка заполнилась, зашипела и в ответ долбанула хозяина электрическим разрядом. Алхимик кубарем покатился по полу, изрыгая проклятия, а бутылка, упав, встала на дно и затаилась.
Старичок, усевшись на полу, с опаской поглядывал на посудину. Во вставших дыбом волосах щелкали электрические разряды, сверкали голубые искры…
Встав с пола и сокрушенно вздохнув, хозяин лаборатории отправился в кладовую, чтобы принести кувалду и одним ударом покончить со зловредной стеклотарой. А скворец, которого распирало от избытка жалости к своему несчастному хозяину, уселся на горлышко бутылки и, прошу прощения, нагадил внутрь…
В ту же секунду раздался взрыв! Посудина разлетелась вдребезги. Взрывная волна опрокинула стул, под которым спал Кузька, вырвала хвост у скворца и перебила половину посуды на столе. В воздухе громко и отчетливо запахло канализацией. А невесть откуда взявшийся старичок в восточном одеянии, расшитом золотом и жемчугами, принялся доколачивать остатки посуды. За этим полезным занятием и застал его прибежавший на шум хозяин.
Опасаясь за судьбу своей лаборатории, он взмахнул кувалдой и уложил незваного гостя наповал! И почти тут же, откуда-то сверху, на алхимика свалился объемистый ковровый мешок, битком набитый пустыми бутылками! Под звон и грохот бьющейся посуды алхимик выронил оружие и улегся рядом с поверженным гостем…
* 4 *
Хозяин и гость сидели друг против друга. Точнее, не сидели, а лежали, навалившись на спинки. Их разделял стол. На столе сидел скворец. Под столом дрыхнул Кузька. Шли мирные переговоры. Вернее, продолжалось так неудачно начавшееся знакомство.
Бравые стариканы иногда наваливались грудью на стол, сверля друг друга свирепыми взглядами, почти касаясь носами, в таких случаях «Голос Америки» четко произносил: - Брейк! – и безопасное расстояние восстанавливалось.
Подперев кулаком щеку для придания устойчивости всему телу, хозяин наконец прервал затянувшееся молчание:
-А вы, собственно, кто?
-А ты?
-А вы?
-А ты?
Глаза стариков налились кровью. Кулаки сжались.
-Брейк! Брейк! – запрыгал скворец, но, памятуя о судьбе хвоста, сближаться не решился.
-Да будет тебе известно, о презренный, что я – повелитель всех джиннов и духов от Арабистана до далекой и сказочной Индии, Сауд Али Аль-Фараби, подвергший себя, добровольно, заточению ровно на тысячу лет…
Хозяин взглянул на скворца. «Голос Америки» пискнул:
-Ненормальный!
-Ну и что же ты умеешь, джинн? – насмешливо спросил хозяин лаборатории.
-Всё! – напыжился джинн.
-Например?
-Не слишком ли ты любопытен? – вспылил джинн. – Если я говорю, что всё умею, - значит, способен на всё!
-Тогда какого черта ты забрался в бутылку?
-Я пришел к выводу, что мир несовершенен! Да простит меня Аллах… Это была эпоха, которую во Франкистане и Италии называли Возрождением… Ставили в пример Древние Грецию и Рим… А чего там хорошего было? Я та бывал, знаю. Что толку от духовных исканий десятка поэтов, философов и ваятелей? Они получают взятку с правителей и славят его, называя его время золотым и счастливым! А тысячи людей прозябают в нищете и забвении. Поэтому я и заточил себя на тысячу лет в сосуде, чтобы посмотреть: что же будет дальше… чтобы помочь последующим поколениям добыть счастье…
-А что вы понимаете под счастьем? – осторожно осведомился алхимик, чувствуя родственность своих взглядов на бытие с точкой зрения джинна. В свое время он тоже занимался этим вопросом, производя опыты с наркотиками. Делал счастливыми сотни, а несчастными сотни тысяч. После чего со счастьем завязал.
-Осуществление мечты и есть счастье! – торжественно провозгласил волшебник. – Кто-то хочет богатства – я дам ему золото, драгоценные ткани и благовония…
-И проблемы с налоговой! – вставил скворец.
- Кто-то ищет любви – я награжу его красивейшими гуриями
-И венерическими болезнями! – не удержался скворец.
-Кто-то хочет путешествовать – я покажу ему весь мир…
-И несчастного заметут миграционные власти! – закончил «Голос Америки».
-Ибо я всемогущ! – высокопарно воскликнул джинн, воздев руки к потолку.
-Все это и я могу, - с досадой ответил хозяин. – Только какой от этого прок?
-Ты сомневаешься в моих словах? – вспылил джинн, нервы которого поизносились за тысячелетнее пребывание в бутылке, который никогда еще не встречал подобных скептиков.
-Да верю, верю, - махнул рукой хозяин.
-Если бы я не был в твоем доме… - глаза джинна метали молнии, но, слава Аллаху, обошлось. Потому что неизвестно откуда на столе возник празднично накрытый дастархан… А дальше, думаю ясно.
Сыны разных эпох чокнулись пиалами с дивным щербетом и вином из запасов самого Гарун-аль-Рашида…
Часа через два почтенных, но пьяных старикана крутились возле горящей спиртовки и, толкая друг друга локтями, сыпали в кипящую колбу подозрительные ингредиенты, распевая вовсю глотку: «А не спеть ли нам песню о любви…»
Кузька, прижав уши и ворча, забился под шкафчик, - как бы чего не вышло. Мудрецы составляли эликсир Любви!





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 2
© 12.01.2019 Сердар Ашхабадский
Свидетельство о публикации: izba-2019-2463914

Рубрика произведения: Проза -> Сатира











1