Житейский многочлен Виктора Комосова


Житейский многочлен Виктора Комосова
Полковник Чечель
(Рецензия на рассказ «Как в церкви учат хорошим манерам», автор Чечельницкий В. В., псевдоним «полковник Чечель»)

Классическая алгебра гласит, что: «Многочлен (или полином от греч. ;;;;- «много» + лат. nomen «имя») от n переменных — это сумма одночленов или, строго, — конечная формальная сумма вида.» (подчерпнуто из Википедии).

Феномен Чечеля в том, что этому человеку подарена судьбой счастливая возможность, «одним махом», жить сразу много жизней. Отсюда и проистекает лавина событий, ощущений, любви и приключений, выпавших на долю одного человека. Вот уж, где вода просто не успевала «под лежачий камень» течь! :))) (смеюсь) Некоторым обывателям это не понятно. Наверняка, они подозревают Чечеля в надуманности и фантазёрстве, по себе меряя. И правда, многим из них не удаётся прожить толком, хотя бы одну свою законную жизнь. Весь свой отведенный срок существования они «коптят небо», так и не родившись, в качестве полноценного человека. Таким людям удаётся оставить после себя лишь нечёткий отпечаток на «песке» времени. А тут, такой нескончаемый поток захватывающих автобиографичных рассказов на своего читателя Чечель вываливает. Нормальным, состоявшимся людям такой стиль в радость, для поддержания силы духа и примера он отлично годится.

Неуёмная энергия этого писателя, взахлёб, переполняет темами его творческое «перо». У него совершенно нет такой возможности писать только один рассказ потому, что в процесс повествования настойчиво вплетаются сопутствующие темы из архива личной памяти. Один рассказ цепляется за другой, неумолимо вытягивая третий, четвёртый,… Так появляется текстовый «многочлен» из нескольких рассказов, озаглавленный одним названием. :)) (смеюсь)

Совершенно спокойно, с улыбкой, пишу эти строки, зная, что Чечель – человек озорной и смешливый, он с пониманием и такой же мимикой лица отнесётся к этой экстравагантной формулировочке.

«Как в церкви учат хорошим манерам» - это, наверное, не самый лучший рассказ Чечеля, но он является ярким образцом писательского стиля, щедрого на словцо, автора. Целый вихрь информации кружит читательскую голову. Тут мы неожиданно для себя узнаём, что по-Чеховски можно не только писать произведения, но и выпить горячительный напиток. Чего только не придумает буйная фантазия человека, желающего оригинально опрокинуть стаканчик. Или, как нужно поменяться конями в трудной гонке. :))) (смеюсь). Это, если в шутку сказать, а для того, чтобы всерьёз передать свои впечатления, то нескольких предложений будет маловато.

Как по мне, так этот рассказ написан ради самой важной главы «Случай в Пскове», где показан щекотливый визит невпопад и то, как должен выглядеть настоящий лидер в экстремальной ситуации.

Основное название рассказа «Как в церкви учат хорошим манерам» умело заинтригует любого пытливого читателя. Но действительность, предложенная Чечелем, всё равно удивит своей неожиданностью. По сути, эту тему можно разбить на две части. Первая – хорошим манерам учит рядовой штурман. Вторая – вариант воспитания, предложенный маститым церковным служителем.

Дело было так (приведу цитату из рассказа Чечеля, описывающую события несвоевременной экскурсии по храму): «…И вот представьте себе - полную тишину, прерываемую лишь негромким голосом священника, читающего поминальную проповедь, и вдруг вваливается толпа сытых, здоровых мужиков в морской форме, но пахнующая пивом, и враз нарушившим всю эту печальную картину. Сотня с лишним прихожан, которые были в храме, сразу повернула к нам головы, и в их взглядах читалась неприкрытая ненависть. Мы это как-то мгновенно ощутили и просто не знали, что делать?

Всех спас рядовой штурман, старший лейтенант Юра Меньшиков. Он тут же стащил с головы фуражку и со словами: «Делай как я», - вытянулся во фрунт, стал по стойке «смирно», сделал очень скорбное лицо с выпученными глазами, а фуражку положил на сгиб локтя. Мы, как один, повторили его маневр, и мгновенно в зале произошла разительная перемена. Весь народ храма стал смотреть на нас с восхищением. А одна старушка, не выдержав, бросилась к Юре Меньшикову на грудь и со словами: «Ах, вы наши защитники», - стала его лобызать. Он же не растерялся, бережно снял с себя старушку и произнёс: «Мы не могли пройти мимо. Это наш долг проводить в последний путь усопшую, которая своим праведным образом жизни является примером для многих живых…»

Короче, инцидент был исчерпан, но я каждый раз, вспоминая его, задаю себе вопрос, что бы было, если бы рядовой штурман, …, не врубился сразу в обстановку, в которую мы попали с улицы, войдя в храм, и не нашёл правильный выход?...».

Вот так получился хороший наглядный пример того, как выявляется лидер – человек, способный в любую секунду правильно оценить ситуацию и мгновенно найти единственно верное решение. В рассказах Чечеля много поучительного можно встретить, изучая феномен лидерства. Мне, например, очень ярким показался случай возле магазина, когда прохожий моментально разнял дерущихся своим громким окриком-напоминанием: « Мужики, хорош махаться! Магазин сейчас будет закрываться и вы не успеете купить спиртное.» (Цитирую по памяти без точной привязки к тексту Чечеля).

Хотя, если вернуться к поучительному случаю в храме, то можно сказать, что там неплохо было бы проявить лидеру свои качества ещё перед входом в здание. Для этого достаточно было всем предложить снять свои головные уборы на улице. Глядишь, и не было бы досадного инцидента. Есть выражение-поговорка: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят». Англичане ещё точнее эту ситуацию определяют: «When in Rome, do as the Romans do» («Когда в Риме, делай, как римляне»).

Правда, вынужден отметить, что поведение самих «римлян» (местных прихожан) меня тоже порядком озадачило и смутило. Как пишет Чечель: «…в их взглядах читалась неприкрытая ненависть…» - это очень странное проявление чувств, для истинно верующих людей, пропагандирующих христианские ценности и духовность. Такое крайнее психическое состояние, как «ненависть», больше уместно на поле брани, но и там его нужно держать под контролем, что бы «не перейти черту» и не уподобиться силам зла. В любом коллективе и в любой профессии можно встретить случайных людей. Так и в религии бывает. Тут пришли на ум строки Владимира Высоцкого:

«… В кабаках - зеленый штоф,
Белые салфетки.
Рай для нищих и шутов,
Мне ж - как птице в клетке!
В церкви смрад и полумрак,
Дьяки курят ладан.
Нет! И в церкви все не так,
Все не так, как надо…»,
«…И ни церковь, ни кабак -
Ничего не свято!
Нет, ребята, все не так,
Все не так, ребята!»

Коль уж зашла речь о «дьяках, курящих ладан», то можно плавно перейти и к разбору второго варианта «учёбы хорошим манерам», предложенного маститым церковным служителем - архимандритом. Он, в качестве экскурсовода, водил группу военных по храму. В какой-то момент времени к ним самовольно присоединилась посторонняя женщина, чтобы послушать интересного гида и полнее получить информацию об этом сооружении.

Как пишет Чечель: «(архимандрит) это мгновенно усёк, и я ожидал, что он эту барышню быстро поставит на место. Как ни странно, он периодически смотрел на даму укоризненным взглядом, но при этом молчал. Точнее, продолжал интереснейший рассказ об экспонатах храма и каждый раз внушал нам мысль, что, если мы живём во Христе, то только это правильно».

После чего, согласно рассказу Чечеля, программа экскурсии получила неожиданное дополнение: «…А потом произошёл вообще замечательный эпизод. Мы зашли в какую-то келью, где кроме нас никого не было. И тут (архимандрит) сделал удивлённое лицо, как будто он впервые увидел эту женщину, которая уже минут 20 ходила за нами, как собачка на привязи: «Простите, тов. Командующий, а эта дама с Вами?» Только сейчас Пётр Иванович обернулся и увидел эту женщину: «Нет, она не со мной, я её впервые вижу». Тогда священник очень вежливо обратился к даме: «Сударыня, я надеюсь, Вы у кого-нибудь из офицеров спросили разрешения присутствовать?» Та, запинаясь, ответила: «Нет. А что надо?» На что архимандрит разразился длинной, но очень вежливой тирадой:

«Да как же Вы могли, без разрешения, в Божьем храме… Да, то, что Вы совершили – это же святотатство…» и т.д. На женщину было больно смотреть. Она бледнела, краснела, а потом лицо пошло вообще пятнами. В конце этой проповеди, сказанной, совершенно экспромтом, дама сгорбилась, стала как-то меньше ростом, а потом вообще заплакала, размазывая тушь по лицу. Было видно, что она полностью осознала тяжесть своего проступка и полностью раскаивается.».

Однако! Разразился «очень вежливой тирадой», «тяжесть своего проступка», «святотатство»?! Ну и термины! Как вам эта «гуманная» методика «учёбы хорошим манерам», поданная «божьим» служащим?! Например, Василий Васильевич Чечельницкий (Чечель) дальше даже написал такие слова в своём рассказе: «В общем, когда эта трёхчасовая экскурсия закончилась, мы все как-то чувствовали в чём-то духовное очищение и понимали, что день даром не прошёл. «Очищение»?! Ну, разве, что «в чём-то»? Хотя, в реальности, «служителем» церкви был совершён проступок, осквернивший святое место, намоленное многими поколениями верующих людей.

После таких церковных сцен, мне показался очень сомнительным термин «духовное очищение». Думаю, что другой Васильевич (Н. В. Гоголь) такой пассаж закончил бы немой сценой, для усиления эффекта дисгармонии поступка и чина (священника).

Быть грозным и жёстким руководителем – это допустимая норма поведения для эффективного управленца предприятий любого уровня, кроме таких, как: школьные и детсадовские учреждения, и тем более, такого духовного заведения, как церковь. Тут «подчинённые» (прихожане и сотрудники) находятся в особенно открытом душевном состоянии.

Дети – это светлый чистый «лист», зарождающейся души, который категорически нельзя заполнять злыми или «грязными» руками.

Прихожане – это люди, пришедшие за надеждой и верой в торжество высших сил. Церковные служащие тут лишь проводники-посредники, а не высшая карательная инстанция. Поэтому поступок служащего такого высокого уровня, как архимандрит, мне кажется неблаговидным и недостойным святого сана. Это деликатная профессия, тут силу духа и твёрдость характера нужно уметь тактично выказывать. Очень сомнительно, что такой человек имеет моральное право и полномочия кого-либо распекать или наказывать.

В той щекотливой ситуации, архимандриту достаточно было бы, извинившись перед высокопоставленными гостями, прервать экскурсию, отвести эту «заблудившуюся» женщину в сторонку и тихонько с ней поговорить о правилах поведения в храме. Только и всего! И культурно и религиозно, и эффективно! По-человечески, согласно всем божьим канонам.

Тут, к слову, всплыла цитата из моего рассказа «Ночной костёр в лесу»: «…Фенимор Купер хорошо об этом сказал устами Зверобоя, которого спросили: «Ты белый человек – не дикарь. Почему же ты не ходишь в церковь?». А он на это ответил: «А зачем? Мне не нужны посредники. Лес – моя церковь. Тут среди деревьев, возле звонкого ручья я нахожусь наедине со своей совестью. Перед ней и держу ответ.» (прим. авт. - цитирую по памяти, поэтому приношу извинение за возможные неточности)…». Может, если бы не такие недобросовестные религиозные «посредники» на жизненном пути, как «архимандрит», то и веры было бы больше в людях.

Вот такими будут мои несколько критических замечаний к отличному рассказу Чечеля, написанному в характерной увлекательной авторской манере письма. Такие произведения расширяют горизонты видения окружающего мира и заставляют читателя думать, а не бессмысленно «жевать» чужую литературную «жвачку». Чечель, со всеми его достоинствами и недостатками, не просто писатель – это надёжный и интересный Друг для вдумчивого, небезразличного читателя.

Данную рецензию считаю нужным закончить цитатой из рассказа Чечеля «Как в церкви учат хорошим манерам»: «…Когда у тебя есть такие проверенные временем друзья – жизнь прожита не зря, и самое главное – она продолжается!!!…»

Написать рецензию

Виктор, Благо Дарю за умную и глубокую Рецензию, заставляющую меня лучше увидеть свои ошибки, и в чём-то переосмыслить своё творчество. Главное, что я вынес из Вашей критики - это то, что писателю нельзя пренебрегать "мелочами", и надо суметь посмотреть на собственное произведение глазами читателя, для кого ты пишешь. Сейчас поясню несколько моментов, которые для меня очевидны, и поэтому я их не отразил в своём рассказе:

1)Большинство из нас военных в те времена, включая Юру Меньшикова, до этого никогда не были в церкви, тем более во время панихиды, а поэтому даже не знали, что перед входом внутрь надо помолиться и снять головной убор. Вы спросите современных девиц, все ли они знают, что женщине в храм можно входить только в юбке и с головой, покрытой платком? Увы, Вам утвердительно ответят лишь единицы. В этом, конечно, виноваты и служители церкви, допускающие эти нарушения, которые раньше сразу без промедления жёстко пресекались.

Но у священнослужителей нет выбора. К ним и так мало народа приходит, а тут хотя бы таким способом есть шанс расширить круг своей паствы.

2)Я написал "в глазах прихожан читалась "ненависть" - не забывайте - это я передал своё субъективное ощущение, и конечно, оно может быть ошибочным, а поэтому это абсолютно не значит, что было так, как я написал. Как всегда пишет Андрей Кочергин - подполковник ГРУ, основатель ножевого боя в России: "Мнение моё , и не самое правильное".

Я вспоминаю, как я приехал в Москву в гости к своему правому лётчику Юрию Лончакову, будущему космонавту и Герою России, а Юра тогда учился в инженерной академии им. Жуковского и жил в съёмной однокомнатной квартире. Юрина жена Татьяна наготовила нам на пять дней пельменей, заполнив ими холодильник и все рамы между окнами, и уехала, чтобы не мешать нам предаваться воспоминаниям. Мы пили всю ночь и говорили о полётах и службе, т.к. не виделись лет восемь, как расстались и стали служить в разных гарнизонах. А утром, часов в семь, решили как в старые добрые времена, когда я был не только Юриным командиром полка и экипажа, но и тренером по каратэ, вместе побежать на зарядку, чтобы выветрить хмель из головы.

Стояла отличная зима, было море снега, а в тот день была вообще метель, мело и крупными хлопьями шёл снег. Мы сделали 30-ти минутную пробежку, размялись, и я ещё захотел, увидев прорубь, искупаться в реке Яузе, на берегу которой мы делали зарядку, дабы показать "солопеду", которым я всё ещё продолжал считать Юру, пример - что Командир, которому скоро исполнится "полтинник", не сдаёт своих позиций.

А если быть честным перед самим собой, то причина проверить майора Лончакова на "вшивость", была в следующем. В предыдущую зиму у нас самая низкая температура, при которой я купался у нас в Николаеве, была минус 22 градуса. А поскольку я "комнатный морж", учитывая "бараний вес 53 кг, (это вместе с трусами и контробасом,) - я всегда мёрзну, как тот маленький белый мишка на полярной льдине. А тут гордый своим "подвигом", я тут же позвони Лончакову. А Юра тогда служил уже на Севере в Печорах, и летал на ИЛ-76. И я, естественно, сначала спросив, как идёт служба? - Похвастался: "Юра, между прочим, между нами "девочками", я только вылез из проруби при температуре минус 22".

А мой правый лётчик мне в ответ: "Командир, я тоже счас из проруби, только у нас тут минус 37 с ветром". Т.е. "уел" он меня тогда сильно на все 100%, и эта не зашивающая моральная травма - (смеюсь) - требовала своей компенсации. Но тогда она не получилась: "Командир, я бы с удовольствием искупался с Вами, но понимаете, здесь Яуза вся в мазуте. Вас потом никакая баня не отмоет. Так что в следующий раз, и в более приличном месте".

Короче, идём мы с Юрой вдоль реки уже шагом, в сторону дома, (а убежали далеко, километра четыре), "умные" разговоры разговариваем, и минут через 20 оба почувствовали, что замёрзли в своих горнолыжных костюмах и кроссовках. А тут на пути небольшая церковь. Юра предложил: "Зайдём, чтобы погреться?" Я, естественно, дал "добро" - зашли. А там служба идёт, и народу человек 20, не больше. Мы у двери стали, не проходя дальше внутрь храма, стоим, наслаждаемся теплом. На нас никто внимания не обращает. Все смотрят на священника, читающего проповедь, и периодически молятся.

Вдруг одна старушка, стоящая впереди, покрутила головой, сморщила нос, и так громко, на всю церковь произнесла: "Ой, а от кого это так сильно водкой пахнет?" И весь народ сразу повернулся в нашу сторону. И такие укоризненные взгляды были у прихожан, что нам сразу стало стыдно: "Извините нас, мы сейчас уйдём, просто вчера праздник был, вот мы и позволили себе по чуть-чуть", - хором вырвалось у нас с Юрой. А было видно, что мы ещё не полностью отогрелись. И два мужика в возрасте, мгновенно это поняли и нам сказали: "Да, ладно, ребята, стойте, раз пришли. С кем не бывает..." Но мы не смогли остаться и выскочили на мороз.

Т.е. этот эпизод я вспомнил, Виктор, с одной целью - вот в первом случае мне показалось, что прихожане стали смотреть на нас с "ненавистью" (ещё бы - по их мнению - ничего святого у нас нет. Все скорбят, монашку отпевают, а тут мы с улицы "весёлой" оравой. А во втором случае мы тоже допустили нарушение, но народ смотрел на нас с "укоризной". Написал, как чувствовал на тот момент, зачем мне придумывать?

3)По поводу действий архимандрита - Вы знаете, как командир полка я их сразу понял и оправдал. В армии существует железное правило, которое, увы, не всегда и всеми начальниками соблюдается - "Офицера не наказывают перед своим матросами или прапорщиками, дабы не подрывать авторитет офицеров вообще. Мне Командующий ВВС БФ Анатолий Иванович Павловской умудрился перед моей срочной службой четыре раза объявить "строгий выговор" за низкую требовательность к подчинённым, и это было на строевом смотре частей гарнизона Быхов, хотя прошёл всего день, как я начал командовать эскадрильей после перевода в 240 мрап. И уверяю Вас, ох, как непросто мне было восстанавливать свой пошатнувшийся с первых дней авторитет.

Так вот в действиях архимандрита Нафанаила следует учесть два момента: Первый - у этой женщины был достаточно вульгарный вид. Было видно, что их привезли просто на экскурсию, и по крайней мере половина приехавших людей - это просто "зеваки", которым всё равно что смотреть. Во-вторых, можно было бы, конечно, отшить эту женщину сразу при всех, но тогда в сердце её, наверняка, затаилась обида на священника, а это значит, она бы не до конца осознала свой проступок. Бросить нас с Командующим и пойти воспитывать на ушко даму - это вообще из области фантазии.

Наоборот, священник, не оскорбляя женщину, нашёл такие правильные слова, что 100% эта дама без разрешения никуда больше не войдёт, и будет спрашивать его отныне, где надо, и где не надо. Так что эффективность именно такого метода воспитания, исключающего повторение или рецидив проступка, была налицо. И мы это оценили. А в заключение, Виктор, ещё раз хочу поблагодарить за объективную критику - мне есть над чем подумать.

Да, и чуть не забыл пояснить насчёт духовного очищения. Повторяю - это было моё субъективное ощущение, но я думаю, у Вас бы оно тоже возникло. Дело в том, что архимандрит, рассказывая нам о монастыре, поведал такие глубокие факты из его истории, которые ни в одной книге не прочитаешь. Например, как храбро сражались жители Пскова и Печор со всякими захватчиками типа литовцев и шведов, со всех сторон лезущими на нашу исконно русскую землю. Как монастырь прятал женщин, детей и стариков от нападавших в своих пещерах на глубине 15 метров и т.д. В общем, лично я испытал чувство гордости за свой народ и то место, где мы находились, а это значит - именно в чём-то способствовало нашему духовному возвышению, или очищению. Называть можно по разному, но мы, как итог - не зря сюда приехали и провели это время в Печорском монастыре.

С наступающим Старым Новым годом !!!

Жму кисть, с уважением, полковник Чечель.





Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 3
© 09.01.2019 Василий Чечельницкий
Свидетельство о публикации: izba-2019-2462155

Рубрика произведения: Проза -> Психология











1