Именем Бога Глава 19


                                                                               Глава 19


      – Ну вот и все, – сказал Гуммер. – Скорость роста снизилась почти до нормальной, но вы своего добились.
      – А почему не ушла боль? – спросила Воля. – И груди меньше, чем я хотела!
      – До ночи должна прекратиться, – пообещал Ваг. – Груди будут расти лет десять. Вы еще пожалеете о своем заказе. Они и сейчас не маленькие и очень аккуратные, а вы сами красивее, чем я думал.
      Сказанное было бальзамом на душу исстрадавшейся принцессе. Воля узнала о том, что святой уезжает, и прибежала в его комнату, наплевав на приличие. Она действительно сильно похорошела и выглядела лет на шестнадцать. Изумительная фигура и очень красивое лицо, которое портили синяки. Но если уйдет боль, вернется нормальный сон и исчезнут все признаки перенесенных мучений.
      – Советую сегодня же встретиться с Бреем, – сказал Гуммер. – Вы сразите его красотой и вызовете сочувствие. Когда исчезнут синяки, у него не будет чувства вины.
      – Спасибо вам за все! – горячо поблагодарила девушка. – Скажите, чем я могу отблагодарить?
      – Будьте счастливы, – улыбнулся он. – У меня есть все, что нужно, а вот вам не помешает один мой подарок. Только вы сами должны решить, получать его или отказаться.
      – Что за подарок? – загорелась любопытством Воля.
      – Такие, как я, могут наделять людей необычными способностями. Вам я хотел дать различение лжи. Это делается очень редко и только для своих. Святые церкви делают такими аторов и магистров.
      – Очень полезное умение, – сказала принцесса. – А почему я могу от него отказаться?
      – Люди не умеют жить без вранья, – объяснил он. – Лгут по по самым разным поводам и не обязательно к своей выгоде или кому-то во вред. Бывает так, что сказать правду стыдно или от нее будет больше вреда, чем от лжи. Хотя многим для неискренности не нужны поводы. Для них такая манера разговора привычна и удобна. Вам будет неприятно общаться с окружающими, а если узнают о вашей способности, начнут сторониться. С другой стороны, будет легче разбираться в людях, а иной раз распознанная ложь может спасти от больших неприятностей. Мне трудно сказать, чего здесь больше, хорошего или плохого – это вы должны решить сами.
      – Мне и думать нечего, – легкомысленно сказала Воля. – Делайте, пока вы еще здесь. Может, я больше никогда вас не увижу. Если нетрудно, можете дать еще чего-нибудь.
      – Уже сделал. Заодно улучшил зрение. Будете видеть в темноте не хуже кошки. Когда соврут, почувствуете холод в груди. Это уже работает, а зрение улучшится через несколько дней.
      – Можно я вас поцелую? – спросила девушка. – На прощание.
      – Идите с богом, – ласково сказал Ваг, взял ее за плечи и поцеловал в лоб. – Торопитесь, сейчас в коридоре никого нет.
      Выпроводив принцессу, он быстро собрал вещи и направился на задний двор. Туда должны были подать карету для гостившего у королевы святого, с которым Гуммер уезжал в Эльтар.

      В коридоре действительно не было ни души. Воля подошла к двери в комнату рыцаря, постучала и потянула ее на себя. Роланд лежал на кровати и вскочил при ее появлении. Несколько мгновений он пытался сообразить, кто эта благородная дама, потом понял. Вместе с пониманием пришло потрясение, придавшее его красивому лицу глупое выражение.
      – Вижу, что вы рады моему появлению, – довольная произведенным эффектом, сказала девушка. – Не передумали на мне жениться? Или вам по-прежнему достаточно шлюх? Что молчите?
      – У меня нет слов! – опомнился Брей. – Не ожидал, что у вас получится! А шлюхи... Они мне уже давно не нужны.
      «Да, неприятно, – подумала принцесса, переждав волну холода в груди. – Так вот куда он ездил каждый день! Ну и кобель!»
      – Лжете, но я прощаю, – сказала она. – У вас не было любви и веры в мою затею. Но прощение не означает того, что я готова, как дурочка, навязываться вам в жены! Побудете пока в прежнем качестве рыцаря, а там посмотрим. Если появится любовь, будет о чем говорить, а если нет... отпущу и устраивайте свою жизнь, как хотите!
      – Так мы никуда не уедем? – спросил Роланд, испытавший от ее слов смешанное чувство сожаления с облегчением.
      – Я такого не говорила, – ответила Воля. – Завтра же уезжаем в Хорас. При отречении от титула принцессы можно выбрать любой другой. Я выбираю графский. Графиня может выйти замуж за барона и без одобрения короля, и такой брак уже не вызовет много шума. Род возьму у семьи матери – Марои. Из наших спутников едет один Май, а королева даст охрану. Понятно, что не насовсем, а только добраться до Хораса. Устроимся в хорошем трактире, а потом посмотрим, что лучше делать.
      Девушка бросила оценивающий взгляд на растерянный объект своей страсти, повернулась и вышла из комнаты. Боль заметно уменьшилась, но все еще мучила и отбивала желание к общению. Пересилив себя, она направилась к королеве. Пока дошла несколько раз ловила на себе удивленные взгляды придворных и слуг. Служанка рассказывала, что все во дворце поражены затеей и терпением Воли, а среди гвардейцев уже появились первые жертвы ее красоты.
      «Ничего, быстро излечатся, когда узнают, что я отказалась от титула, – думала она, слушая эти сплетни. – Магия титула сильнее магии Мая, а без нее исчезнет и любовь. Просто красивых дворянок много, а им всем подавай принцессу! Перебьются».
      Возле дверей в покои королевы маялся от скуки гвардеец, который ударом руки в грудь отдал честь, отступил в сторону и проводил девушку восхищенным взглядом.
      – Объяснилась? – встретила ее вопросом королева. – Садись на диван и рассказывай!
      – Он опять бегал по девкам! – сердито ответила Воля. – Врал, но мой святой на прощание сделал подарок. Теперь я всех лгунов вижу насквозь!
      – Хороший дар, но о нем лучше молчать, – сказала Тая. – А измены... Все мужчины одинаковые. До моего приезда возле спальни Кея толпились девицы, которых туда запускали одну за другой. Вот после нашей свадьбы все, что перепадало этому курятнику, досталось мне одной. И ты можешь требовать верности, когда у твоего рыцаря появится любовь или вас свяжет брак.
      – Мне не нужен брак без любви! – мрачно заявила девушка. – Не полюбит – и пусть катится куда хочет!
      – Тогда зачем сейчас отказываться от титула?
      – А кто меня с ним возьмет? – возразила принцесса. – Такой брак даже с графами – вызов обществу, а у ваших герцогов нет подходящих женихов! Или твой муж подберет мне принца? Так я думаю, что после всех войн останется только один – ваш Амир! Откажусь и сделаю это до возвращения Кея. Ему может не понравиться моя затея, а мне хватит и графини! Кому нужна принцесса без имения и золота...
      – Я дам больше золота, чем рассчитывала, – обрадовала ее Тая. – Недавно говорила с казначеем и намекнула... Одним словом, получишь две тысячи. Учитывая то, что у вас есть, этого должно хватить.
      Воля не успела поблагодарить: этому помешал вбежавший в комнату наследник.
      – Мама, барон Монк не хочет искать Надя, – со слезами на глазах пожаловался он, – а мне не с кем играть!
      Монк был капитаном дворцовой стражи и, по мнению Амира, должен был давно найти пропавшего друга.
      – Я с ним поговорю, – пообещала королева. – А пока найди себе дело и не мешай.
      – В самом деле, куда делся Надь? – поинтересовалась девушка, когда принц выбежал из комнаты. – Мне было не до него...
      – Никто не знает, – пожала плечами Тая. – Гвардейцы видели, как он вышел за ворота. Один заметил, что у мальчишки было заплаканное лицо. Думаю, что его кто-то сильно обидел, но это и к лучшему. Твой Надь не годится в друзья сыну, а пропасть не должен – все-таки маг. Давай вернемся к тебе. Не хочешь взять с собой кого-нибудь из моих людей? Он помог бы устроиться на новом месте и давал бы советы. Ты все еще девчонка, несмотря на взрослый вид.
      – Я не чувствую себя девчонкой, – ответила Воля. – Детство как-то сразу закончилось после резни во дворце. К тому же со мной будет не только Роланд, о котором ты почему-то не очень высокого мнения, но и Май, а этому магу, наверное, лет сто. С твоей помощью я должна неплохо устроиться.
      – Ладно, – не стала настаивать королева. – Дам для охраны трех гвардейцев. Дорога безопасна, так что вам не нужен большой эскорт, он только привлечет ненужное внимание. Карета останется вам, а вот кучера для нее ищите сами, мой вернется вместе с охраной. И не держи все золото в трактире, если не хочешь его лишиться. Отдай на сохранение в какой-нибудь купеческий дом. Когда устроишься, дай знать.

      Роланда ошеломил новый вид принцессы. Невзрачная девчонка превратилась в красивую молодую женщину, от одного вида которой в нем сразу же проснулось желание. И это только внешность, а какая сила воли нужна, чтобы столько терпеть боль! Если к этому прибавить ум и ее любовь к нему... Повезло? Во всем этом был только один недостаток – их неравенство. Даже если она станет графиней, все равно все будут знать, что его жена в прошлом дочь короля, а он сам всего лишь шевалье с дареным баронским титулом! И как еще на этот брак посмотрит вернувшийся император!
      «Демоны, как же просто было жить до нашей встречи! – думал лежавший в кровати юноша. – Наверное, будь у меня любовь, были бы совсем другие мысли. Но любви нет, несмотря на ее красоту. Вот как можно полюбить по желанию?»
      Рыцарь готов был платить за любовь деньги и еще не созрел для того, чтобы заплатить за нее жизнью. Он мог умереть ради принцессы, потому что видел в этом свой долг. Умирать ради графини, к которой не было никаких других чувств, кроме привычки заботиться и охранять...
      «Что-то я не о том думаю. Ладно, поедем мы в этот Хорас. Деньги будут, так что как-нибудь устроимся, тем более что поможет Май. И что дальше? Мне ходить хвостом за Волей в надежде на любовь? А как к этому отнесется городское дворянство? Придется устраиваться на службу, потому что рыцарство отпадает. Здесь оно не в почете, к тому же придется рвать с принцессой... тьфу, с графиней! Непонятно почему, но мне этого не хочется. Дворец на наши деньги не купишь, только дом, и вряд ли очень большой. И как нам жить вместе? Ославят так, что не спасет и будущий брак! Обзовут приживальщиком – и что тогда?»

      Надь вышел во двор и вылил грязную воду в сливную яму. К бочке с чистой был привязан черпак, которым он быстро наполнил ведро и понес в дом. У каждого члена семьи Фокель, кроме ее главы, были свои обязанности по дому. Приемному сыну поручили помогать служанке Фае, когда она дважды в декаду делала генеральную уборку. Маленькая, всего на голову выше своего помощника, но крепкая, красивая и жизнерадостная девушка работала быстро, и ему часто приходилось менять воду. Других забот, кроме учебы, не было.
      На следующий день после его бегства из дома Балеров к купцам пришел Гарт. Альд отсутствовал, поэтому маг говорил с Варой, после чего она позвала Надя.
      – Здравствуй, – сказал шевалье и обнял мальчика. – Не обижайся на мою дочь. Ты ей понравился, а прилип к принцессе, вот она и сказала слова, о которых теперь жалеет. После твоего ухода Мала даже плакала. Но я пришел не для того, чтобы вас мирить. Если захотите, помиритесь сами. Хочу спросить, согласен ли ты пойти ко мне в ученики? Правила гильдии требуют выучить двух магов, а я пока учу только дочь. За науку принято платить или отрабатывать после учебы, но для тебя все будет бесплатно.
      Надь даже не стал думать. Не с его деньгами платить за учебу, а остаться недоучкой или работать потом на учителя целых пять лет... Он согласился, и первое занятие состоялось уже на следующий день. Учились в небольшой комнате, которая служила хозяину кабинетом. Ученики сидели рядом, на маленьком диване, а учитель – в своем кресле. Мала старалась делать вид, что Надя здесь нет, ну и он отвечал ей тем же. Мало ли что сказал Гарт, главное – это ее отношение. Не хочет мириться – и не надо!
      В магии было всего с полсотни приемов, но учили их два, а то и три года. Мало понять и запомнить объяснения, главным было научиться воспроизводить выученное в своем сознании. Учитель мог контролировать выполнение приема и указывал на ошибки, но работать со своим сознанием могли только сами ученики. Все они отличались друг от друга не только силой, но и сообразительностью, памятью и воображением. И было еще одно отличие. Многие маги не могли работать быстро, им нужно было долго настраиваться на нужный прием. Во многих случаях такая медлительность не играла большой роли, вот в бою она становилась фатальной. Даже самые медленные могли увеличить скорость своей магии, но для этого требовались годы упорных тренировок.
      У Малы была прекрасная память, намного лучше, чем у Надя, но она безнадежно проигрывала мальчику в воображении и скорости. За прошедшие шесть занятий он уже выучил и мог применять прием, которым можно было погрузить в сон любого человека или животное, а девочка, запомнив три приема, пока не могла воспроизвести ни одного. Этот прием был у Надя четвертым. Третий, которым мальчик убил грабителей, святой как-то вложил в его голову без всякой учебы. Торможению, спасшему в дороге от разбойника, научил один из приятелей, и был еще один, который он выучил по книгам тайком от отца. Любовный приворот знали все маги, несмотря на то что его запрещалось применять. Наказать могли кастрацией или смертью. Эта магия действовала только на того, кто уже созрел для любви и успел ее вкусить. Девственность делала ее бесполезной. И еще сами маги продавали амулеты от этой и другой запрещенной магии. Запретов было мало, а стоили такие амулеты дорого, поэтому их редко покупали.
      Мысли о принцессе как-то незаметно для него сменились мечтами о Мале. У маленького мага была потребность в любви, вот он и взялся обожать красивую, хоть и вредную дочь шевалье Балера. А вчера у Надя получилось ее поцеловать! Учитель оставил их одних пробовать заклинание сна, вот он и попробовал. Мала начала зевать и заснула. Ее лицо сразу потеряло надменность и стало таким нежным и беззащитным, что мальчик не выдержал.
      – Как же тебя наказать? – услышал он насмешливый голос Гарта. – Хотя... кажется, я не успел сказать об ограничениях, которые налагаются на этот прием. Расскажу дочери, что ты обманом вырвал у нее поцелуй, а наказание она придумает сама.
      Завтра нужно было идти на занятия, вот Надь и ломал голову, что для него придумает эта красивая вредина.

      Кей не усидел в Славле и через шесть дней после ухода армии отправился за ней следом. Все уцелевшие дворяне завоеванных королевств приняли его власть, поэтому можно было передать управление вызванному в армию брату. Он оставил герцогу Ондаю семь тысяч бойцов и столько же взял с собой. Шли несколько дней, пока не встретили посланного Бешмеем гонца.
      – Мы победили! – доложил он королю. – Жубр Благ и все высшее дворянство бежали, а остальные изъявили покорность. В Камелию вторглись армии Больвии и Аргени, но когда их командующие узнали о наших успехах, они поспешно отступили в свои королевства! Вот пакет.
      Кей надорвал бумагу и прочитал донесение Томаса, в котором было написано то же самое, только с подробностями.
      – Возвращаемся, – сказал он собравшимся возле штабной палатки графам и добавил для гонца: – Езжай обратно и передай своему командующему, что он теперь герцог Эльтарский! Пусть укрепляет мою власть в Камелии и почаще сообщает о своих успехах. Если потребуется помощь, ее окажут!

      – Что с тобой, мой дорогой? – встревоженно спросила жена вошедшего в спальню Эктора. – Ты такой мрачный...
      – Неприятные новости, – ответил король. – Герцог срочно возвращается со всем войском! Армия Мардоя тоже отошла к границам Аргени!
      – Наших разбили и они бегут? – испугалась королева.
      – Хуже! – раздраженно буркнул Эктор. – Кей Сантийский захватил четыре королевства, включая Камелию, а Гор Дарнийский у него в друзьях! Умеешь считать?
      – Шесть королевств! – прошептала Делия. – Они сомнут всех остальных одного за другим! Мы не успеем заключить союзы, а когда захватят и нас, соседям будет поздно объединяться! Неужели и нам бежать, как бежал Жубр?
      – Есть одна мысль, – ответил муж. – Можно присягнуть Кею, если он поклянется, что не будет вмешиваться в наши дела. Стать великим герцогом лучше, чем беглецом. Наверняка от нас потребуют бойцов для дальнейших завоеваний. Я готов их дать и сам поучаствую. У Кея огромная армия, которая сметет всех врагов. Это будет победоносный поход, и больше других выиграет тот, кто раньше подставит плечо будущему императору.
      – Кей будет соблюдать клятву, – задумчиво сказала королева, – но он не вечен. Империя – это не вассальные клятвы бывших королей, которых назовут великими герцогами или наместниками. Его наследники захотят большей власти.
      – Пусть с ними разбирается наш сын, когда я передам ему корону. Умный император договорится с теми, кто его поддерживает. Наверное, ты права и придется чем-то поступиться, но все равно это лучше смерти или бегства.
      – И кого пошлешь?
      – Поеду сам! – решил Эктор. – Кей это оценит. И ехать нужно быстрее. Не один я такой умный, а надо добраться до императора раньше других!






Рейтинг работы: 0
Количество рецензий: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 9
© 06.01.2019 Геннадий Ищенко
Свидетельство о публикации: izba-2019-2459472

Рубрика произведения: Проза -> Фэнтези











1